Текст книги "Темный Лорд Поттер (ЛП)"

Автор книги: pureb99/The Santi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 48 страниц)

Четвертое февраля, квиддичное поле, Хогвартс.

Гарри, Драко и Джинни сидели рядом с когтевранцами и болели за красно-золотых, а точнее, за Тонкс, ловца Гриффиндора. Блейз покинул их, чтобы поддержать вместе с пуффендуйцами Сьюзен и Ханну. Драко тоже хотел пойти с Блейзом, но Гарри пригрозил ему рассерженным Салазаром в его постели – если он уйдёт, то мальчик скажет своему фамильяру, будто Драко оскорбил змею. Драко побледнел от такой угрозы и, вняв голосу самосохранения, остался с когтевранцами, но всё равно ворчал из-за того, что им пришлось надеть «грязные цвета факультета Гриффиндор», ведь Слизерин наголову разбил Когтевран в матче на прошлой неделе со счётом триста сорок-пятьдесят. А проигрыш грифов помог бы Когтеврану вернуться в соревнование за кубок школы по квиддичу.

Ли Джордан снова объявил имена игроков команд, а когда он представил Тонкс, Гарри аплодировал сильнее всех.

– Поттер, захлопни свою варежку и проваливай с нашего сектора! – крикнул ему какой-то когтевранец с места в верхнем ряду.

Гарри даже не заметил этого оскорбления и гневного ответа Драко, он просто наблюдал за тем, как Тонкс опустилась позади Оливера Вуда. Раздался магически усиленный свисток мадам Трюк, и команды рванулись в воздух.

– Гарри, не ты ли предлагал делать заметки? – спросил Драко, подталкивая его и выводя из оцепенения.

– Что? – переспросил удивленный Поттер.

– Я говорю, не ты ли предлагал делать заметки по поводу тактики Диггори? Мол, мы не в состоянии разбить его команду так же легко, как сокрушили Чанг, – напомнил ему Драко, так что последние слова услышали стоящие рядом когтевранцы, что вновь омрачило их настроение.

– Драко, успокойся и не доставай, пожалуйста, когтевранцев: они не виноваты в том, что проигрывают. А о Диггори я и так уже знаю всё, что должен знать, – уверенно ответил другу Гарри.

– О да, помнится, два дня назад при разборе стратегии ты никак не мог вспомнить нравится ему делать обманные манёвры или нет, – произнёс Драко.

– Драко, я не хвастаюсь, но именно я лучший ловец в школе, так что Диггори ждёт судьба остальных ловцов, – сказал Гарри, всё же рисуясь перед окружающими, но сам продолжал смотреть на Тонкс, когда та описывала круги в поисках снитча.

– Так, посмотрим: ты лучший ловец школы, ты точно знаешь, что сделает Диггори, но при этом ты якобы не хвастаешься? И как только такое может быть? – посмеиваясь, спросила Джинни.

– Везение, – ответил Гарри в тот момент, когда Пуффендуй сравнял счёт до двадцать-двадцать.

– Да, везение... или просто ты высокомерный ублюдок, – подколола Джинни, получив в ответ смешок Драко.

– Ага, определённо одно из двух, – рассеянно сказал Поттер, наблюдая за пике Тонкс.

– Она увидела снитч. Тонкс, поймай его скорее, я хочу избавиться от этих грязных тряпок, – закричал Драко.

Все трое видели, как Тонкс нырнула вниз до самой земли и, выровняв полет метлы, помчалась к трибунам. Диггори теперь мчался за ней следом. Тонкс протянула руку, чтобы поймать снитч, когда мадам Трюк просвистела в свисток. Все принялись осматриваться вокруг, чтобы понять, из-за чего потребовалось прерывать игру.

Мадам Трюк о чем-то спорила с профессором Стебль, затем быстро побежала к Дамблдору, поговорив с ним о чём-то. Директор же, подождав немного, наложил на себя Сонорус и произнёс:

– Пожалуйста, прошу всех немедленно вернуться в свои гостиные, эта игра и весь сезон игр по квиддичу отменены! Старосты, повторяю, отведите свои факультеты в общежития. Профессора МакГонагалл, Снегг, Флитвик, направляйтесь в Больничное крыло, мы с профессором Стебль встретим вас там.

Гарри и Драко, обменявшись поражёнными взглядами с Джинни, встали и покинули когтевранские трибуны. Они направились к ближайшему слизеринскому старосте, который дважды презрительно хмыкнул, увидев облачение друзей. Вскоре они вместе с остальными слизеринцами уже спускались в подземелья.

– Драко? Драко. Ты ли это? – спросил не очень желанный голос.

– Да, Паркинсон, Поттер вырядил меня под гриффиндорца, – злобно бросил он ей.

– Да что с тобой, Поттер! Из тебя просто жалкий слизеринец. Драко, почему бы тебе не начать гулять со мной и Миллисентой вместо него? – с улыбкой спросила Панси.

– Вообще-то, Панси, я не... – начал было Драко, но его прервал подошедший Блейз:

– В самом деле, Драко, я думаю, что Панси права, и тебе стоит пойти с ней.

– Спасибо. Видишь, даже Забини говорит, что ты слишком много времени проводишь с полукровкой и предательницей крови, – сказала Панси, злобно смотря на Гарри и Джинни.

– Твои слова меня ранят, Паркинсон. Тебе стоит хорошенько подумать, с кем ты разговариваешь, а то как бы я не ранил тебя в ответ, – с неприятной усмешкой пригрозил Гарри.

– Ты просто трепло, Поттер, – отозвалась Булстроуд.

– Зато у него хотя бы нет волос на костяшках пальцев, – сказала Джинни, заставив Миллисенту невольно посмотреть на собственные руки.

– Ну, давай же оставим полукровку с несчастной предательницей крови наедине, – Панси потащила Драко прочь, и всё, что тот успел сделать, – всего лишь шепнуть Блейзу:

– Ненавижу тебя.

– Ну, это было забавно, – с довольной улыбкой сказал Блейз.

– Да, могу с тобой согласиться... Но как вы думаете, из-за чего могли отменить весь квиддичный сезон? Наверняка случилось что-то серьёзное, – задала вопрос Джинни.

– Разве это не очевидно, Джинни – произошло ещё одно нападение, – спокойно ответил Гарри.

– Да, и я об этом подумал, но интересно, на кого напали? – спросил Блейз.

– Как жаль, что вряд ли на близнецов! – в шутку сказала Джинни.

– Да, какая жалость. Но остаётся надежда на то, что жертвами окажутся Грейнджер или Томас. Если это всё же Томас – как вы думаете, Драко на радостях оплатит вечеринку в гостиной нынче вечером?

– Хм, возможно... Но я всё-таки сомневаюсь, что жертва – Томас. Видели тот большой плакат со львом? Я слышал, что его Томас нарисовал, а значит, он, скорее всего, был на матче, – сказал Блейз.

– Ну, вот Тонкс говорила, что Грейнджер никогда не ходит на матчи по квиддичу, так что это может быть она, – злобно сказал Гарри. – Буду на всякий случай держать пальцы скрещенными.

– Судя по тому, что рассказала мне Тонкс, не удивлюсь, если и она скрестит пальцы, – заметила Джинни.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Гарри.

– Ты что, не заметил? – удивилась девочка.

– Не заметил что? – продолжил допытываться Гарри.

– Тонкс обиделась на Грейнджер. Всезнайка в последнее время только и делает, что непрестанно строчит в дневнике да зубрит. Тонкс даже не получила от неё рождественского подарка.

– Вряд ли она так уж прилежно занимается, – заметил Гарри. – Я недавно правил один из её тестов по трансфигурации, за который она получила отметку «Выше ожидаемого». Я бы ей вообще поставил «Слабо», но МакГонагалл точно мне бы этого не позволила.

– То есть Грейнджер начитает сдавать позиции, а? Никогда бы не подумал, что такое возможно, но её котёл чуть не взорвался на зельеварении несколько дней назад, – прокомментировал Блейз, когда их компания уже спускалась в подземелья.

– Жаль, что не взорвался на самом деле; держу пари, Снегг был бы счастлив «оторваться» на грязнокровке, – хмыкнул Гарри.

Блейз хотел что-то ответить, но тут они вошли в гостиную, и их встретил вопль Малфоя:

– Ну всё, ты покойник, Забини!

Блейз мгновенно ретировался в общежитие мальчиков, а Драко припустил за ним следом.

Четырнадцатое февраля, Большой зал.

Оказалось, что жертвами стали Пенелопа Кристал, староста шестого курса Когтеврана, и Почти Безголовый Ник – привидение башни Гриффиндора. Конечно, когтевранцы были шокированы оцепенением своей старосты, но гриффиндорцы восприняли недобрые вести ещё тяжелее. Всплыл факт, неизвестный до нападения, – Перси Уизли встречался с Пенелопой Кристал.

Насколько оцепенение Пенелопы напугало школу, особенно потому что она была полукровкой, настолько же окаменение Почти Безголового Ника озадачило всех, включая слизеринцев. В конце концов, что могло заставить оцепенеть призрака?

И всё же нашлось нечто положительное в этом нападении, по крайней мере, для Гарри. Так как его видели на матче практически все когтевранцы, они не считали того виновным в серийных оцепенениях. Хотя такие клинические идиоты как Рон Уизли и его старшие братья-близнецы продолжали вещать, что это Поттер, дескать, напал на Пенелопу перед матчем и заставил ее оцепенеть вместе с Почти Безголовым Ником, большая часть школы уверилась, что их подозреваемый номер один совсем не причастен к этому делу.

Однако Тонкс, Драко, Гарри, Блейзу и Джинни в этот день было не до близнецов. Сегодня день Святого Валентина выпал на субботу, так что Дамблдор решил разрешить незапланированный поход в Хогсмид – должно быть, для того чтобы отвлечь учеников от Тайной комнаты.

– Ты уверена, что не хочешь сходить в Хогсмид? – в сотый раз спросил Драко.

– Да, Драко. Вот скажи, с кем мне идти? С близнецами? – недоверчиво спросила Тонкс.

– Ты же знаешь ее, Драко, – сказал Гарри.

– Но это же день Святого Валентина, неужели тебе не хочется приодеться и зайти в кафе мадам Падифут, как любой другой девушке?

Тонкс просто уставилась на Драко как на ненормального.

– Да, Драко, я хочу приодеться, пойти гулять и завалиться к мадам Падифут – в одиночестве. И хочу купить себе цветов и конфет – конечно же, для самой себя, – закончила она раздраженно.

– Дурашка, – сказала Джинни, постучав по голове Драко.

– Осторожней, Уизли! – сказал Драко, приглаживая волосы.

– Тщеславный ублюдок, – пробормотал Блейз, заставив Драко уставиться на него.

– Зато сегодня у нас в распоряжении целый замок, и никаких Уизли, вопящих о том, что я-де наследник Слизерина, – сказал Гарри.

– Вы забыли про Рона, – напомнила Джинни.

– Ну, этого мы всегда можем заколдовать, если он окажется достаточно глупым, чтобы потревожить нас, – произнес Гарри.

– Чур, моё проклятие будет первым! – выпалила Джинни. [1]

– С чего это ты первая? – вызывающе ответил Драко.

– Эй, это я трачу свой визит в Хогсмид на то, чтобы остаться с вами, грубиянами, и поэтому достойна быть первой в очереди, – сказала Тонкс.

– Все за то, чтобы Тонкс была первой в благородном деле под названием «прокляни Рона»? – спросил Блейз.

Все четверо подняли руки.

– Мои поздравления, Тонкс, – сказал Гарри.

– Спасибо, Гарри, я подумаю о хорошем проклятии для этого маленького идиота.

– Я уверен, что он уже напуган, – ухмыльнулся Гарри.

– Ну, я бы не был в этом так уверен. Уизли с совершенно безмятежным видом о чём-то беседует с близнецами, – Блейз указал рукой в сторону гриффиндорского стола.

– Да близнецы наверняка просто делятся с ним планами по установке в гостиной Слизерина ещё одной навозной бомбы, – проворчала Джинни. – Хоть убей, никак не могу понять, как вообще этим двоим идиотам удалось найти это проклятое место?

*

После завтрака Гарри и Тонкс пошли в библиотеку, в то время как Драко, Джинни и Блейз вернулись в гостиную.

– Гарри, – сказала Тонкс, наконец, оторвав взгляд от домашней работы по заклинаниям.

– Да? – спросил Гарри.

– Как ты управляешь анимированными куклами в полете? – спросила умоляющим голосом Тонкс.

Гарри точно знал, насколько сильно Тонкс не любила просить у него помощи в выполнении своих домашних заданий.

– И зачем тебе это? – спросил Гарри, пока в его глазах прыгали озорные огоньки.

– Не будь идиотом, сегодня день Святого Валентина. Я вообще считаю, что все парни должны были девочек поздравить.

– Хорошо, весь секрет в хорошем заклинании полета. Воло создаст необходимую основу, а Аниматус, собственно, анимирует предмет. Таким образом, получается заклинание «Воло-Аниматус».

Тонкс быстро законспектировала то, что сказал Гарри.

– Движение палочкой?

– Используй стандартное для Воло. Если ты достаточно развила свою концентрацию, то можешь не делать долгих движений для этого заклинания, – Тонкс вновь записала то, что он сказал.

– Спасибо, – сказала она.

– Не з... – начал отвечать Гарри, но конец его фразы потонул в выкриках:

– Эй, Гарри!

– Эй, Тонкс!

Пара посмотрела наверх и увидела стоящих там Драко и Блейза, которые просто неимоверно глупо улыбались.

– Что вы делаете здесь? Вы же вроде бы пошли в гостиную? Да, и где Джинни? – спросил Гарри, озираясь.

– Ну... ну, она... – начал Драко.

– Так, что вы двое делаете здесь?! Вы говорили, что хотите пойти поиграть в подрывного дурака. И я как дурочка бежала в комнату отдыха, чтобы взять карты, а вы, значит, завернули не в туалет, а сюда? – с раздражением и гневом спросила парней Джинни.

– О, мне так жаль, Джин, я рискну сказать, что мы забыли, – сказал Блейз.

– Тогда какого боггарта вы забыли в библиотеке, когда сами говорили, что не хотите становиться похожими на этих двух книжных червей? – сказала Джинни, кивая в сторону Гарри.

– Эй, я вовсе не книжный червь, – возразил Гарри.

– Да и я вроде как тоже, – поддакнула Тонкс.

– Прости, ты не книжный червь, П...Гарри, – сказал Драко.

– И ты тоже, Тонкс.

– Так, что вы хотите? – спросила Тонкс, закрывая свою книгу.

Драко огляделся и тихо сказал:

– Мы хотели бы поговорить с вами о Тайной комнате, – заговорщически прошептал Драко.

– А поконкретней? – с любопытством переспросил Гарри.

– Как вы открываете ее? – спросил Блейз.

– Что? – удивленно спросил Гарри.

– Приятель, как вы ее открываете? Вы, конечно, отрицали, что это вы, но все, кто оцепенел, как-то связаны с вами.

– Да, только я никогда даже не разговаривал с Кристал, – заявил Поттер.

– Но она подруга Уизли. А мы все знаем, как сильно вы «любите» Уизли, – продолжал Блейз.

– Хватит, что с вами обоими случилось? Гарри весь последний матч был с нами на трибуне, если только ты не веришь моим чокнутым братьям, – практически выплюнула Джинни.

– Вы слышали их последнюю байку? Я использую очень темную магию на своих жертвах. Мне жаль, что я не знаю таких темных проклятий, чтобы использовать на этих двоих.

– Да, мне тоже. Тонкс, ты еще не прокляла Рона? – спросила Джинни.

– Не-а, этот мелкий мудак куда-то свалил, оставив своих братьев одних, и я его с тех пор не видела, – пожаловалась Тонкс.

– Да, этот маленький придурок заслуживает хорошенького проклятья. Гарри, раз не ты открывал Комнату, может, ты знаешь, кто это сделал? – спросил Драко.

– Вы знаете, что я понятия не имею. Драко, лично я об этом не забочусь. Теперь, когда я не играю в квиддич из-за его отмены и скучаю по нему, я просто не хочу думать об этой Комнате. Кроме того, с отменой квиддича Гриффиндор не сможет выиграть в этом сезоне. Наверняка МакГонагалл просто рвёт и мечет, – с улыбкой на губах сказал Гарри.

– Да, – сухо ответил Драко.

– Мы просто разобьём вас в следующем году, – вставила Тонкс.

– Конечно, Тонкс, – сказал Гарри, снисходительно поглаживая ее по голове.

– Хватит, – сказала Тонкс, отталкивая его руку.

– Так, Тонкс, ты знаешь, кто мог бы открыть Комнату? – спросил Блейз.

– Так, Блейз, что за внезапное увлечение Тайной комнатой? У нас есть и более важные дела, чем интересоваться каким-то существом, нападающим на грязнокровок, – злобно сказала Джинни.

– Джинни! – Драко был в шоке.

– Значит, для тебя и Гарри нормально говорить «грязнокровка», а для меня нет? – спросила Джинни в гневе.

– Знаешь, а это, наверное, первый раз, когда ты сказала так.

– На самом деле это уже второй раз, – прошептала Джинни.

– Что ты сказала? – спросил Драко.

– Я сказала, что уже второй раз так выразилась. Первый был, когда глупая пуффендуйка споткнулась и пролила драконью кровь в мое недоваренное зелье, пока оно еще было на огне. Хорошо, что мой друг успел выхватить меня из зоны поражения, иначе все содержимое моего котла было бы на мне. Я тогда так ругнулась на эту девушку. И пусть Снегг снял пять баллов за нецензурную брань, но сорок было снято с Пуффендуя за испорченное зелье, а также виновной был назначен полный день отработок, – сказала Джинни, улыбаясь уголками губ.

– Так, Тонкс, нужно будет как-нибудь оставить вас с Блейзом одних. Посмотрим, кто из вас двоих не выдержит первым, сказав «грязнокровка», – сказал Гарри, глядя на своего лучшего друга в ожидании.

– Я не буду так говорить, – ответил на его взгляд Блейз.

– Мы все знаем легендарный нейтралитет Забини. Мерлин, Блейз, твоя семья что, и правда не может иметь свое мнение? – закатила глаза Джинни.

– Я никогда не думал, что ты блюстительница дурацкой чистокровности, Джинни! – рявкнул Блейз.

Гарри, Тонкс и Джинни нахмурились и скрестили на парочке взгляды.

– Прежде всего, я не блюстительница чистокровности, мне просто не нравятся некоторые маглорожденные, такие как Грейнджер, или та, которая поскользнулась на зельеварении, – сказала Джинни.

– Да, и с каких пор тебе, Блейз, не нравятся блюстители чистокровности? – спросила Тонкс удивлённо.

– Кажется, я знаю! Что случилось с нейтралитетом Забини? – сказал Гарри, когда в его голове проскользнула мысль, а точнее чувство паранойи, что исходило от горгульи.

– Почему ты не накричал на него как на предателя крови, Драко? – спросила его Джинни.

– Мой папа сказал, что нужно поддерживать Блейза, так как мой папа надеется на поддержку его отца в Визенгамоте, – сказал Драко.

Гарри потребовалось мгновение, чтобы достать палочку и наставить ее в пространство между Драко и Блейзом.

– Гарри, что ты делаешь? – спросила удивленно Тонкс.

– Убери свою палочку, Мерлина ради, – сказала Джинни.

– Тонкс, за все время, что мы знаем Драко, ты когда-нибудь слышала, как он называет мистера Малфоя «папой»? – требовательно спросил Гарри.

Тонкс раздумывала всего несколько мгновений, а потом сама вытащила палочку и направила ее на Блейза.

– Ты прав, он всегда говорил «отец», – сказала она.

– Они не те, за кого себя выдают, – сказал Гарри.

После слов Гарри мгновением спустя фальшивые Драко и Блейз взорвали четыре навозные бомбы, которые распространили отвратительное гниющее облачко. Двое самозванцев быстренько смылись, пока Гарри и Тонкс были деморализованы.

– Что это такое было, дементор побери? – спросила Джинни, как только вместе с друзьями избавилась от гнилостного запаха.

– Это точно не Драко и не Блейз, – не внес ясности Гарри.

– Подумай, Джинни. Когда они пошли играть, то вдруг неожиданно появились в библиотеке, затем Блейз назвал тебя блюстительницей чистокровности, а Драко поучает нас, что ты слишком нахальна, говоря «грязнокровка», – сказала Тонкс, и тут ее глаза расширились от удивления. – Нужно сообщить профессору. Нужно ведь найти Драко и Блейза: они могут пострадать.

– Ты права, нам нужно спешить, – сказал Гарри.

Комнаты профессора Снегга, Хогвартс.

Северус Снегг только что проснулся от сигнала тревоги – кто-то хотел поговорить с ним. Ему пришлось вставать и тащиться к камину, по пути к которому он обещал все кары небесные тому, кто его потревожил.

– Мой кабинет, – сказал он, войдя в камин. Вышел и прошел, открыл дверь. Он ухмыльнулся, когда в его кабинет ворвались Поттер, Тонкс и младшая Уизли, даже собирался накричать на них без причины, но ничего не сделал, потому как Тонкс выпалила:

– С Драко и Блейзом что-то случилось!

Кровь застыла в его жилах, и лицо на мгновение потеряло свое обычное надменное выражение. Но с Драко точно ничего не могло случиться, ведь не могло же чудовище из Тайной комнаты напасть на него!

– Было другое нападение? – спросил Снегг после применения некоторых методик окклюменции.

– Нет, сэр, – сказал Гарри, борясь с желанием запустить когти в лицо профессору Снеггу. – Но что-то случилось с Драко и Блейзом.

– О чем вы говорите, Поттер? – спросил Снегг.

«Атаковать! Задушить! Укусить! Убить!» – Гарри старался успокоиться и отстраниться от горгульи, убрать ее из своих мыслей... Но у него это плохо получалось.

Тонкс поняла, что ее друг в затруднительном положении, и, зная зловредный характер зельевара, сказала:

– Это так. Драко и Блейз появились в библиотеке, когда мы были там вместе с Гарри.

– Они проигнорировали нашу договорённость об игре в подрывного дурака, – сказала Джинни.

– Мисс Уизли, если у вас какие-то проблемы с игрой в подрывного дурака с мистером Забини и мистером Малфоем... – Снегг усмехнулся.

– Почему бы вам не разобраться в ситуации, прежде чем делать поспешные выводы, вы, убогая летучая мышь?! – выплюнул Гарри, когда гнев горгульи смог просочиться наружу.

Молчание встретило реплику Гарри. Ни Тонкс, ни Джинни никогда не видели такого убийственного выражения лица Снегга, но он молчал, и это тоже было незаурядным событием.

– Наказание, Поттер, – сказал Снегг, трясясь от ярости.

– Сэр, пожалуйста, вы не понимаете! Блейз и Драко, что пришли в библиотеку, не были настоящими Блейзом и Драко, – неуверенно сказала Тонкс, опасаясь, что гнев Снегга обратится на нее.

– Что вы имеете в виду? – холодно спросил ее Снегг.

– Драко весь изменился в лице и удивился, когда Джинни сказала «грязнокровка» про одного парня, – все еще боясь, сказала Тонкс.

– Да, а Блейз сделал замечание всем блюстителям чистокровности, – подхватила Джинни.

– Только и твердили, что о Тайной комнате, – продолжила Тонкс.

– И что вы думаете? – спросил Снегг.

– Профессор, Драко назвал отца папой, а за все время, что мы знакомы, он так мистера Малфоя не называл никогда. Когда же мы с Гарри вытащили свои палочки и направили на них, то они взорвали четыре навозных бомбы и выбежали из библиотеки, – ответила Тонкс.

Снегг задумался: «Конечно, мисс Тонкс права: это были точно не мистер Забини и не мистер Малфой, но тогда как студенты смогли... оборотное зелье... ну конечно». Он усмехнулся.

– Простите, сэр? – окликнула его Тонкс.

– Оборотное зелье. Это редкое и сложное зелье, которое превращает пьющего в кого-то другого на два часа. У меня как раз недавно украли несколько ингредиентов, и все они используются в оборотном зелье. Мисс Уизли, делали ли мистер Малфой и мистер Забини какие-либо остановки, прежде чем встретиться с вами для игры в подрывного дурака? – спросил Снегг.

– Они сказали, что собираются в туалет, а через пятнадцать минут я нашла их в библиотеке, – сказала Джинни.

Снегг кивнул.

– Последний ингредиент этого зелья – волос человека, в которого необходимо превратиться. Я думаю, мистер Малфой и мистер Забини были застигнуты врасплох кем-то. Я предупрежу директора, – Снегг встал и направился к камину, бросил шепотку летучего пороха и сказал: – Директор?

Через некоторое время голова Дамблдора появилась в огне.

– Да, Северус?

– Директор, мистер Поттер, мисс Тонкс и мисс Уизли в моем кабинете. Если то, что они только что рассказали мне, правда, я считаю, что кто-то напал на мистера Малфоя и мистера Забини с целью использования их волос для создания оборотного зелья, – сказал Снегг.

– Я сейчас зайду, Северус, – сказал Дамблдор. Снегг же отошел, освобождая проход появившемуся в вспышке пламени Дамблдору. – Расскажите мне, что случилось.

Тонкс и Джинни быстро повторили свое объяснение Дамблдору. Гарри в это время молчал. Когда девушки закончили объяснять, Дамблдор сказал:

– Ну, это, безусловно, объясняет недостачу ингредиентов, не так ли, Северус? Однако, если мисс Уизли рассказала нам все правильно, то два часа пройдут в ближайшее время, и виновные превратятся обратно в самих себя.

– Действительно. Однако, если мы не можем найти тех, кто это сделал, может быть, мистер Малфой и Забини могут указать на виновных, – сказал Снегг.

– Это будет лучшее приключение, что слу... – но директору не дали договорить: дверь кабинета вновь открылась, и в нее вошла профессор МакГонагалл с двумя учениками змеиного факультета. Это были Драко и Блейз.

– Это точно ты, Драко? – спросил их Гарри.

– Какого черта ты спрашиваешь? Конечно, это настоящий я! – практически выплюнул Драко.

– Это точно он, – сказала Тонкс.

– Мерлиновы подштанники, что же случилось с вами? – спросила Джинни.

– Кто-то нас оглушил, когда мы шли в ванную на втором уровне подземелий, – ответил ей Блейз, потирая затылок.

– Так вам удалось узнать нападавших? – спросил Снегг.

– Откуда вы знаете, что это были именно «они»? – ответил вопросом на вопрос Блейз.

– Кто-то использовал оборотное зелье и, найдя мистера Поттера и мисс Тонкс, спрашивал их о Тайной комнате. Через несколько минут мистер Поттер смог выявить в них самозванцев. Мисс Тонкс и мистер Поттер направили палочки на самозванцев, но те будто бы были готовы к этому и бросили несколько навозных бомб, что позволило им сбежать из библиотеки, – объяснил все директор.

– Как только мой отец узнает об этом, он сделает все, чтобы они поплатились! Я хочу, чтобы те, кто это сделал, были найдены и изгнаны из школы.

– Мы не знаем, кто это сделал, – от досады аж выплюнул Снегг.

– Вы не знаете?! Вы не поймали их?! – взревел Драко.

– Мистер Малфой, так как прошло два часа, мы не сможем никак узнать, кто принимал ваш облик, – спокойно постарался объяснить Снегг. – У оборотного зелья нет последствий, так что сами думайте.

– Когда закончатся два часа? – спросил Блейз.

– Я думаю, или уже прошли, или очень скоро. Мне правда жаль, ребята, – ответил Дамблдор.

– Ни один гриффиндорец не уйдет от Малфоя, – прошипел себе под нос Драко.

Башня Гриффиндора.

– Ну как, сработало? – спросил Рон.

– Ну... – сказал Фред.

– Вроде того, – закончил Джордж.

– О чем вы говорите? – не понял Рон.

– Сам план прошел без сучка и задоринки. Мы вышли из школы вместе с Филчем и отправились в Хогсмид, – сказал Джордж.

– По секретному лазу вернулись в школу, – продолжил Фред.

– Затем нашли и оглушили Малфоя и Забини, – подхватил Джордж.

– Сорвали их волосы, чтобы закончить зелье, – закончили они вместе.

– Ну? Зелье не работает? Что случилось? – волнуясь, спросил Рон.

– Братец, кажется... – начал Фред.

– Что Поттер, не тот... – продолжил Джордж.

– Человек, который открыл Комнату, – сказали братья в унисон.

– Что?! Как не он? Он же чертов змееуст! – вспылил Рон.

– Это точно не он, – сказал Фред.

– И не то чтобы он заботился о том человеке, что открывает ее, – сказал Джордж.

– Особенно теперь, когда все знают, что это не он, – добавил Фред.

– Просто великолепно! Вы узнали что-нибудь полезное? – раздраженно спросил Рон.

– Ну, кажется... – сказал Джордж.

– Мы узнали... – продолжил Фред.

– Что Джин-Джин... – подхватил Джордж.

– Становится похожа...

– На Малфоя и Поттера, – закончили близнецы вместе.

– О чем вы говорите? – спросил Рон в шоке.

– Она использовала плохое слово на букву «Г»... – начал Фред.

– Для описания маглорожденных, – закончил Джордж.

– Да этого быть не может! Мама бы прополоскала ее рот с мылом за такое, – сказал Рон.

– Да...

– Без сомнения.

– Так вы больше ничего не узнали? – спросил Рон.

– Только то...

– Что не можем притворяться...

– Малфоем и Забини, – закончили вместе.

– О чем вы говорите? И хватит заканчивать друг за друга, это ужасно раздражает, – сказал Рон.

– Мы хотим сказать, маленький брат, что Поттер раскусил нас, – сказал Фред.

– Он наставил на нас свою палочку, так что нам пришлось использовать навозные бомбы, а то были бы мы пойманы, – продолжил Джордж.

– И что вы делали после того, как использовали навозные бомбы? – спросил Рон.

– Мы очень быстро побежали к секретному проходу в Хогсмид, – сказал Фред.

– Пока мы добрались до поселка, действие зелья закончилось, и мы вместе с Филчем и другими вернулись в замок в нормальном состоянии, – рассказал Джордж.

– Теперь же мы делаем доклад своему младшему брату, – закончил Фред.

– Ну что ж, мы вернулись к началу. Если не Поттер открыл Комнату, тогда кто? – этот вопрос повис в воздухе между тремя братьями.

*

История нападения на Драко и Блейза с использованием оборотного зелья облетела замок в мгновение ока. Через три недели Драко и слизеринцы все еще жаждали крови. В то время как остальные слизеринцы тонкими интригами опутывали тупоголовых львов, Драко ссорился со всеми, кто нападал на него в открытую.

Напряжение достигло своего апогея, когда Захария Смит сказал, что для нападавших и так было наказанием выпить зелье с волосом Драко.

Как только Смит закончил свою тираду, Малфой наложил на него шесть страшных проклятий. Захария после этого целую неделю провалялся в Больничном крыле. Когда Снегг и Стебль пришли узнать, что же случилось, все пуффендуйцы в один голос стали обвинять Драко, хотя знали, что начал не он. Слизеринцы же наоборот защищали его. Единственным, кто мог спасти Драко, был профессор Биннс, но тот даже не заметил заварушки, пока его не отвлекла от чтения лекции Сьюзен Боунс и не попросила отправить Захария в лазарет.

Драко оказался прав в том, что его отец, мистер Малфой, пришел в ярость, когда узнал о нападении на своего сына и присвоении его облика с помощью оборотного зелья. Он созвал Попечительский совет и выступил там с разоблачающей речью о неспособности Дамблдора поддерживать порядок в школе. Мистеру Малфою удалось убедить почти всех попечителей отстранить директора от занимаемой им должности, только двое сомневались. Но все сошлись во мнении, что если случится еще одно нападение, то Дамблдор будет отстранен.

Но это заседание было не единственной проблемой Дамблдора. Все узнали об открытии Тайной комнаты. Малфой, чтобы дискредитировать директора, открыл широкой общественности тайну об оцепенении детей маглов и надписи на стене, гласившей об открытии Тайной комнаты. Журналисты не преминули этим воспользоваться. Две недели на первой полосе «Ежедневного Пророка» красовались заголовки о небезопасности Хогвартса и возможности применения армии для защиты детей.

Вначале на Поттера вылили ушат грязи и изваляли в звании наследника Слизерина, но после получения интервью у персонала школы и некоторых когтевранцев пресса отстала от Гарри.

Гарри поблагодарил Флитвика за помощь с прессой. Флитвик, когда увидел газеты с заголовками о наследнике Слизерина Поттере, сразу написал некоторым влиятельным выпускникам Когтеврана, чтобы те замолвили словечко кому следует. Также от просил студентов написать домой, чтобы их родители тоже помогли Гарри Поттеру. А в связи с присутствием самого Поттера на последней квиддичной игре Когтеврана и с нахождением его самого на их трибуне подозрения с Гарри можно было смело снимать.

Флитвик также выступил с речью в холле, в которой он привел доводы за оправдание Гарри. Многие слушали и принимали его сторону. Также смогли выяснить, что Кристал довольно популярна на Когтевране, и ее однокурсники хотят выяснить, кто же напал на нее. И все вместе когтевранцы решили написать в редакцию письмо, чтобы все же смогли найти реального злоумышленника, но никак не студента, который физически не может быть наследником Слизерина.

Гарри, наверное, был единственным человеком в школе, который больше не беспокоился по поводу Тайной комнаты. И уж точно не хотел беспокоиться в этом году. Потому как Гарри был в таком приподнятом настроении, он отложил разбор воспоминаний о жизни с Дурслями на лето, как раз когда будет зол. Вот и совместит приятное с полезным.