Текст книги "Темный Лорд Поттер (ЛП)"

Автор книги: pureb99/The Santi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 48 страниц)

– Почему же я не получил ни одного письма? – спросил Поттер.

Люциус ненадолго задумался.

– Добби! – сказал он.

С тихим хлопающим звуком появился самый глупо выглядящий домашний эльф, какого Гарри когда-либо видел.

– Добби, ты знаешь, почему Гарри не получил ни одного письма от Драко? – спросил Люциус.

– Д-да, сэр. Добби забрал письма, которые пришли Гарри Поттеру, – сказал эльф.

Гарри был очень удивлен.

– Какого черта ты сделал это?! – закричал он.

– Хозяин Люциус сказал, чтобы Добби заботился о безопасности Гарри Поттера. Добби думал, что письма могут быть прокляты или, может... – начал Добби.

– Глупый домашний эльф! – сказал Люциус, отвесив тому сильный пинок. – Ты должен был убедиться, что Гарри в безопасности от своих родственников, а не от писем моего сына! Немедленно верни все письма, которые забрал!

Добби щелкнул пальцами, и маленькая коробка появилась на кровати. Поттер взвыл, когда увидел в коробке по меньшей мере десять писем.

– Отлично, нужно написать несколько писем, чтобы объяснить это, – раздраженно сказал Гарри.

– Сожалею об этом, Гарри. Я слишком многого ожидал от интеллектуальных способностей низшего домашнего эльфа. Я должен был догадаться, что он выкинет что-то подобное, – извинился Люциус.

– Без проблем, мистер Малфой. Просто моей сове, если бы она у меня была, пришлось бы потратить очень много времени, чтобы отнести все эти письма адресатам, – сказал с сожалением Гарри.

Мистер Малфой на мгновение задумался.

– Ты мог бы воспользоваться Добби, чтобы отправить эти письма, ведь это его ошибка и у тебя нет своей совы. Я зачастую использую домашних эльфов, чтобы быстро доставить письма. Эльфы работают быстрее, чем совиная почта.

Поттер посмотрел на жалко выглядящего домашнего эльфа.

– Вы уверены, что он по ошибке не съест письмо, которое я отдам ему? – саркастично спросил он.

– Не съест, если знает, что для него хорошо, – мрачно пригрозил Люциус.

– Хорошо, если он сможет доставить письма, то может остаться, – сказал Гарри.

– Хорошо, Гарри. Надеюсь, следующие совы не будут перехвачены. Жди приглашения в поместье, – улыбнулся Люциус.

– Спасибо, сэр, буду с нетерпением ждать, – сказал Поттер.

Люциус кивнул и покинул дом.

Гарри взглянул на своего дядю, лежавшего в углу комнаты.

– Убирайся отсюда, Дурсль, – сказал Поттер.

Вернон Дурсль встал, и лицо его стало багровым от ярости.

– Теперь слушай меня! Эти твои долбанутые друзья больше тут не появятся! Мне звонили с работы, когда этот тип напал на меня!

– А меня должно это волновать? Я сказал, выметайся! – повторил Гарри.

Вернон сделал шаг вперед и неожиданно перестал двигаться.

Поттера сразу посетила мысль, что он не использовал магию, но тотчас же услышал писклявый голос домашнего эльфа:

– Ты не тронешь Гарри Поттера.

Гарри обернулся и увидел маленького эльфа, направившего один из своих пальцев на дядю. Эльф щелкнул пальцами, и дядю Гарри вышвырнуло из комнаты.

– Впечатляющее волшебство, – отметил Поттер.

– Благодарю, Гарри Поттер, сэр, – ответил Добби.

– Ты можешь научить меня такой магии? – полюбопытствовал Гарри.

Добби очень удивился.

– Гарри Поттер желает изучать магию домашних эльфов! – воскликнул Добби.

– Да. Мне интересны все виды магии. Ваша магия считается внутренней? Министерство не запрещает её использование? – снова спросил Гарри.

– Эльфийская магия – внутренняя магия, Гарри Поттер, сэр, – сказал Добби, кивая головой.

– Отлично. Как считаешь, ты сможешь обучить меня? – спросил Гарри.

Добби засомневался.

– Гарри Поттер, сэр. Люди не могут научиться магии домашних эльфов. Волшебники и волшебницы могут пользоваться беспалочковой магией, сэр, но только сильнейшие владеют ей. Они называются чародеями.

– Тогда почему ты выглядел таким радостным, когда я сказал, что хочу изучить вашу магию? – спросил Гарри, видя, как напряжен эльф.

– Услышать от такого могущественного волшебника, как Гарри Поттер, что он хочет научиться магии домашних эльфов, – высшая похвала, – ответил Добби.

Существо начало раздражать Гарри. Ему было трудно вытянуть прямой ответ на вопрос из маленького эльфа.

– Отлично, жди здесь и веди себя тихо, пока я буду читать письма, которые ты воровал последние две недели.

Поттер начал вытаскивать почту. Он открыл последнее пришедшее письмо от Блейза и Сьюзен.

«Гарри.

Пляж просто потрясающий. Мы со Сьюзен в полном восторге. Её тётя действительно очень пугает, и я просто не могу поверить, что она когда-то училась в Пуффендуе. У моих родителей глаза на лоб полезли, когда они узнали об этом. Я дружу с тобой и Драко, и они, кажется, рады этому. Родители хотят, чтобы я пригласил тебя, Драко и Тонкс к нам на последнюю неделю каникул. Сьюзен сказала, что должна приехать Ханна и этот козёл, Макмиллан.

Место, где мы остановились, на самом деле принадлежит маглам Кондо. Здесь есть все эти странные штуки, которыми все очень интересуются. Вот ты или Тонкс знаете, что такое Sony? Это написано на нижней стороне большой чёрной коробки в спальне. Папа подумал, что это может быть что-то вроде сигнализации, но мы так и не смогли точно понять.

Надеемся вскоре получить ответ.

Блейз и Сьюзен».

Поттер положил письмо и улыбнулся. Взяв листок бумаги, он быстро написал о том, что такое телевидение и как вообще это работает. Ещё он написал, что с радостью присоединится к ним в последнюю неделю каникул, даже если Драко и Нимфадора не смогут приехать.

Поттер отложил своё письмо и открыл следующее.

«Дорогой Гарри.

Братья сказали, что писать тебе письмо – это пустая трата времени, но я подумала, что стоит попытаться. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я не собираюсь слушать все те гадости, которые говорят о тебе Рон, Перси и близнецы. Ты был очень вежлив на станции, и я надеюсь, что ты ответишь мне.

Джинни».

Улыбка Поттера растянулась до ушей. Он просто не мог поверить. Он обязан показать письмо Драко. Гарри достал лист бумаги и написал ответ.

«Дорогая Джинни.

Меня радует, что ты не слушаешь Рона. Делай обо всем свои собственные выводы. Не стоит позволять своей семье решать, во что тебе верить. Конечно, ты можешь писать мне. У меня нет совы, поэтому я не знаю, как часто смогу отвечать, но я прочитаю всё, что ты напишешь мне.

Гарри».

Поттер улыбнулся. Возможность взбесить Уизли с помощью их сестры обещала принести слишком много веселья.

Мальчик отложил письмо и взял следующее.

«Дорогой Гарри.

Как ты? Почему ты не ответил на предыдущие письма? Что происходит? Ты слышал о Драко? Если ты не ответишь и на это письмо, я приду в твой дом и вышибу дверь, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке!

Тонкс».

Поттер быстро достал листок для ответа.

«Тонкс.

Как бы странно это ни звучало, но невероятно глупый домашний эльф прятал от меня мою же почту. Да, со мной все в порядке. Драко прислал мне два письма, но я пока не смог их прочитать. Ещё я получил письмо от Блейза. Он приглашает тебя, Драко и меня приехать к ним со Сьюзен на пляж в конце лета. Ты не хочешь поехать? Ты всё ещё не дома? Если ты в Суррее, не хочешь встретиться завтра? Я приду к тебе домой.

Гарри».

– Добби, – позвал Поттер.

– Да, Гарри Поттер, сэр? – быстро спросил Добби.

– Отнеси это письмо Нимфадоре Тонкс и дождись ответа, – сказал Гарри, отдавая письмо Добби.

– Да, Гарри Поттер, сэр, – сказал Добби и исчез.

Проследив за эльфом, Гарри продолжил чтение оставшихся писем.

Дом Тонкс, Суррей.

Лето Тонкс нельзя было назвать хорошим. Она ничего не могла делать, только ругаться с мамой из-за Драко. Ситуация была настолько плоха, что за последнюю неделю они практически не разговаривали. Вдобавок к этому Нимфадора постоянно беспокоилась, что Гарри не ответил ни на одно её письмо. Она очень боялась, что родственники Гарри снова как-то навредили ему. Дора высказывала свои предположения матери, но та не верила в их правдоподобность, что ещё больше раздражало Тонкс.

Она разгуливала по комнате, в тысячный раз проклиная себя, что не помнит, где живет Гарри. Единственный раз, когда она видела его дом, был тогда, когда они с мамой забирали Гарри от этих маглов. Все это произошло так быстро, что она не успела запомнить адрес. Гарри пытался сказать его, когда они уже уходили, но Тонкс просто пропустила это мимо ушей и сказала, что сова сможет его найти. Мерлин, как она жалела об этом.

Громкое «пуф» в комнате вытянуло её из раздумий. Девушка быстро обернулась и уставилась на, пожалуй, самое странное создание в её жизни. Маленькое существо, одетое в одну только наволочку, с длинными свисающими ушами, выглядело очень жалким.

– Что ты такое? – удивленно спросила Нимфадора.

– Я домашний эльф, мэм. Я помогаю Гарри Поттеру. Он попросил меня передать вам эту записку, мэм.

Дора быстро подбежала к маленькому существу и выхватила записку из его маленькой руки. За пару минут она прочитала письмо и засмеялась.

– Так ты тот эльф, который спрятал почту Гарри? – спросила Тонкс.

– Да, мэм. Добби очень сожалеет. Добби думал, что защищает мистера Гарри Поттера, – сказал Добби, произнося имя Гарри с благоговением.

– Точно, как-нибудь на днях ты объяснишь мне, как это могло ему помочь, – раздраженно сказала Нимфадора, после чего вынула лист бумаги и начала писать. Закончив, она отдала его эльфу.

– Ну хорошо, передай это Гарри, – сказала Дора.

Эльф кивнул и затем с треском исчез.

Тонкс села на кровать, и улыбка осветила её лицо. Завтра придет Гарри. И у неё появилась идея, как убедить маму в добрых намерениях Драко.

Комментарий к Глава 14: Летняя интерлюдия Беты главы: AvaTTaR Grey, Retaf, Borland30.

====== Глава 15: Летние дни (часть1) ======

Гарри проснулся в полшестого утра и ушел с Тисовой улицы, направившись к дому Тонксов. Он, конечно же, постарался пораньше исчезнуть из поля зрения банды Дадли. Хотя Поттер не боялся своего двоюродного брата и его друзей, но, Салазар побери, он не хотел разбираться с последствиями стычки с ними. Поэтому, чтобы точно быть уверенным, что ни с кем из них не встретится, он вышел из дома рано утром.

Мальчику потребовалось ровно полчаса, чтобы пройти через парк до дома Тонксов, не меньше. Ему оставалось пройти еще несколько домов, когда он увидел миссис Тонкс, выходящую из дома взять почту.

– Миссис Тонкс! – окликнул ее Гарри.

Поттер увидел, как миссис Тонкс посмотрела на него. На секунду ему показалось, что она сердита на него. Ее глаза сузились, а губы сжались, но это выражение лица быстро исчезло, и миссис Тонкс улыбнулась ему.

– Привет, как у тебя дела? – ласково спросила его миссис Тонкс.

Гарри даже отшатнулся от столь злого взгляда миссис Тонкс. Так она смотрела на него впервые. «Она, наверное, не узнала меня. Все же шесть утра».

– Хорошо, мэм. А у вас как? – вежливо спросил Поттер.

– Если честно, я очень загружена работой в Министерстве. Я буду работать ближайшие несколько недель сверхурочно, чтобы у нас с Нимфадорой была возможность вместе поехать во Францию в июле, – ответила миссис Тонкс.

– Да, Тонкс говорила, что вы вдвоем собираетесь побывать в Париже этим летом, – сказал Гарри.

– Да, мы хотели бы провести одну неделю в Париже и еще одну неделю в Ницце. Должна признаться, я сама с нетерпением жду этого, – сказала миссис Тонкс.

– Это звучит весело, – честно ответил мальчик.

– Да, осмелюсь сказать, так и есть. Расскажи, что ты тут делаешь в такой ранний час, Гарри? Я говорила с Дамблдором в начале лета, и он сказал, что ты не должен покидать дом своих родственников, – сказала миссис Тонкс.

Глаза Поттера опасно сузились. «Черт возьми, что этот ублюдок о себе думает?»

– Я думаю, то, чем я занимаюсь летом, не должно беспокоить профессора Дамблдора, – мрачно произнес мальчик.

– Гарри, профессор Дамблдор просто хочет убедиться, что ты в безопасности. Он думает, что твоей жизни угрожает реальная опасность, – сказала миссис Тонкс.

«Она что, шутит? Она же видела, что мой дядя сделал прошлым летом. Почему же она слепо верит Дамблдору, когда сама знает, какой была моя жизнь в этом доме?»

– Возможно, мэм, но я не верю. Каким бы влиятельным не был Дамблдор, он не может указывать мне, что я могу, а чего не могу делать за пределами школы. Теперь же насчет того, почему я тут: я получил письмо, в котором Тонкс пригласила меня в гости. И вот я здесь, – сказал Поттер.

– Гарри, я не думаю, что это хорошая идея. Если профессор Дамблдор думает, что твоя жизнь подвергается опасности, то ты должен делать то, что он говорит, – произнесла миссис Тонкс тоном более жестким, чем Поттер ожидал от нее услышать.

Гарри изо всех сил старался не сердиться на миссис Тонкс. Он действительно любил ее. Она спасла его от дяди, исцелила его раны, и ее дочь была его лучшим другом.

– Мне очень жаль, мэм, но я считаю, что профессор преувеличивает угрозу моей жизни, – сказал Поттер.

– Ладно, я опаздываю на работу, Гарри. Я думаю, Нимфадоре будет приятно, что ты пришел. Если останешься на ужин, мы сможем обсудить этот вопрос, – сказала миссис Тонкс довольно-таки ледяным тоном.

– Благодарю за приглашение, мэм, – вежливо ответил Поттер.

Миссис Тонкс жестом пригласила его следовать за ней, и они вошли в дом.

– Нимфадора еще спит, Гарри. На кухне есть хлопья, если ты хочешь есть. Прости, но мне действительно уже пора, – сказала миссис Тонкс, взяв щепотку летучего пороха и бросив ее в огонь.

– Министерство магии, – произнесла она, прежде чем исчезнуть.

Поттер сел за стол и положил на него Салазара.

– Салазар, как думаешь, Дамблдор говорил с миссис Тонкс обо мне и моих родственниках? – прошипел Гарри.

– Я не знаю. Он мог уговорить ее не принимать вас у себя, как это было прошлым летом, – заявил Салазар.

– Может, это из-за того, что она не рада меня видеть, – предположил Поттер.

– Возможно, хозяин. Ведь тот, кто пытается убить вас, представляет угрозу и для ее дочери, – прошипел Салазар.

– Ты думаешь, она не хочет, чтобы я был рядом с Тонкс? Поэтому она продлила на неделю их поездку во Францию? – спросил Гарри.

– Это возможно, хозяин. Она всего лишь хочет защитить свою дочь от опасности, которая грозит ей рядом с вами, – ответил Салазар.

– Я предполагал это. А мне что делать предложишь? – спросил Поттер.

– Вы думаете, что угроза правда есть? – шипя, ответил Салазар.

– Думаю, что нет. Волан-де-Морт не желает моей смерти, да и оставшиеся Пожиратели Смерти тоже. Люциус даже прислал эльфа, чтобы защитить меня, – прошипел Гарри.

– Тогда не слушайте старого мастера. Как уже сказал Темный Лорд, Дамблдор будет пытаться контролировать вас. Он заставляет вас оставаться у родственников, тем самым контролируя, – мрачно прошипел Салазар.

– Ты думаешь, что Дамблдор придумал угрозу, чтобы контролировать меня? – шокированно спросил Поттер.

– Я не знаю, однако это возможно. В любом случае вы больше не будете жить у этих свиней, хозяин. Кролик, в конце концов, придет за вами, и вы уедете от них, – прошипел Салазар.

– Ты прав, – сказал Гарри.

– Хозяин, я бы хотел поохотиться, а вам, наверное, нужно попрактиковаться в окклюменции, пока вы ждете свою подругу, – прошипел Салазар.

– Очень хорошо. Удачной охоты, – прошипел Поттер, опуская фамильяра со стола на пол и открывая заднюю дверь, чтобы тот мог беспрепятственно выползти во двор. Мальчик вернулся на кухню, быстро съел завтрак, а затем стал работать над строительством очередного защитного барьера.

*

Дора проснулась в одиннадцать. Она не знала точно, когда Гарри придет к ней, поэтому быстро приняла душ и оделась. Девочка спустилась на кухню и выдохнула. Поттер сидел на полу, скрестив ноги. Казалось, он вообще не заметил ее. Его лицо было напряжено, и пот катился градом по лбу и щекам, словно мальчик только что пробежал марафон. Нимфадора не была уверена, что следует делать в такой ситуации, поэтому нерешительно положила руку ему на плечо и спросила:

– Гарри, ты в порядке?

Мальчик быстро открыл глаза и судорожно оглядел комнату. Его взгляд остановился на Тонкс, и он улыбнулся.

– Привет, Тонкс! – произнес Поттер с улыбкой.

– Гарри, ты медитировал? – с любопытством поинтересовалась Дора.

– А, это я занимался окклюменцией. Разве ты еще не занималась? – спросил ее Поттер.

– Нет, я только заказала книгу. Как это? Сложно? Ты весь вспотел, – затараторила Нимфадора.

– Не могу сказать, что создание блоков – это просто. Я начал только второй барьер. С первым было намного проще, но я потратил неделю, чтобы просто завершить его, – сказал Гарри.

– Ничего себе, это занимает так много времени, – воскликнула Тонкс в шоке.

– Как говорит Салазар, обучение, скорее всего, займет у меня два или три года, прежде чем я смогу стать мастером в окклюменции. Чертов змей хочет, чтобы я построил тридцать блоков, прежде чем перейти на следующую ступень. Я ведь даже не могу себе представить тридцать стен вокруг квиддичного поля, – раздраженно сказал Поттер.

– Квиддичное поле? – переспросила Нимфадора.

– Ну, прежде чем строить блоки, нужно очистить свой разум и найти место, где ты чувствуешь себя комфортно. А так как я очень сильно люблю летать, мои защитные стены окружают квиддичное поле, – сказал Гарри.

– Вау... ничего себе... Я не думала, что все так сложно, – сказала Дора.

– Да, это так. И я не знаю, где найти столько свободного времени в Хогвартсе – там, где есть еще и уроки и дополнительные занятия, так что я решил посвятить этому столько времени сейчас, сколько смогу, – сказал Поттер.

– Это разумно, – согласилась с ним Тонкс.

– Да. Так что у тебя? Как ты провела все это время? Я прошу прощения, но мою почту перехватывал домашний эльф, так что я не мог прийти раньше, – сказал Гарри.

Нимфадора рассмеялась.

– Да, Гарри, только у тебя домашний эльф мог похитить письма!

– Ну, право, я сам знаю. Так что было-то? И как твоя мама отреагировала на то, что ты общаешься с Драко? Она очень быстро увела тебя со станции после того, как увидела тебя с ним, – сказал Поттер.

– Это одна из тех вещей, о которых я хотела поговорить с тобой, Гарри. Моя мама не хочет, чтобы я общалась с Драко, – печально сказала Дора.

– Она так и сказала? – спросил Гарри.

– Она даже сказала, что он использует меня из-за моего таланта в метаморфомагии, – грустно ответила Нимфадора.

– Я не могу поверить, что она сказала такое, – качая головой, сказал Поттер.

– Знаю, я тоже, но она это сделала. Так какие идеи у тебя на этот счет? Может быть, ты мог бы поговорить с ней и сказать, что Драко нормальный, а не такой плохой, как все думают, ведь тебя-то она выслушает, – сказала Дора.

– Я... Э... ну, Тонкс, я не думаю, что твою маму интересует мое мнение. Салазар считает, что она хочет держать тебя подальше от меня, – признался Гарри.

– Что? Почему? – требовательно спросила его Нимфадора.

– Ну, мне кажется, что Дамблдор сказал твоей маме, что Волан-де-Морт или Пожиратели Смерти могут попытаться напасть на меня во время летних каникул, – сказал Поттер.

– Гарри, Сам-Знаешь-Кто умер, – сказала Дора, прежде чем ужасная мысль поразила ее. – Когда ты впервые очнулся в Больничном крыле, то бредил. Ты сказал что-то наподобие того, что он не так уж и плох. Ты... ты просто бредил, ведь так... или нет?

Поттер секунду колебался, а потом рассказал ей все как было. Девочка была в шоке и выпалила:

– Он жив! Сам-Знаешь-Кто вернулся! Что, черт возьми, случилось, почему ты не сказал никому! О, Мерлин, я не верю в это... Значит, это он отправил вас в Больничное крыло, а я думала, что ты получил травму, сражаясь с Квирреллом. Это рассказал Дамблдор школе!

– Тонкс, пожалуйста, успокойся и дай мне объяснить, – сказал Гарри.

– Валяй, объясняй, Гарри, – резко процедила Нимфадора.

Поттер глубоко вздохнул и рассказал ей, как Волан-де-Морт вселился в Квиррелла. Как он пытался украсть философский камень, чтобы вернуть себе тело, и как они смогли переброситься парой фраз. Гарри рассказал ей, что неудавшееся смертельное проклятье передало ему некоторые таланты Волан-де-Морта, такие как умение говорить на парселтанге, и он стал магическим наследником Слизерина. Но все же Поттер не рассказал ей всего. Он не знал, как объяснить сходство жизней его и Волан-де-Морта; не рассказал он и того, что Темный Лорд сказал ему о Дамблдоре. Также Гарри промолчал по поводу своего мнения о Темном Лорде и о самом себе. Но рассказал Доре о том, как Дамблдор отправил его в Больничное крыло, послав в него обезоруживающее заклятие и разбив его телом зеркало Еиналеж.

Тонкс просто сидела и слушала все, что рассказывал ей мальчик. Она потеряла дар речи, когда он закончил, и задумалась на целых десять минут. Так сказать, переваривала информацию, ну а Поттер терпеливо ждал ее. И Нимфадора, наконец, заговорила:

– Так, из твоих слов получается, что Сам-Знаешь-Кто сейчас на грани жизни и смерти и не представляет угрозы для кого-либо, – сказала Дора, все еще находясь под впечатлением.

– Да, – убедительно сказал Гарри.

– Но если Сам-Знаешь-Кто не представляет угрозы, и Дамблдор знает об этом, тогда почему он думает, что ты в опасности? – спросила его Тонкс.

– Я не знаю. Салазар предположил кое-что, но я не уверен, что он прав, – сказал Поттер. Он полагал, что лучше назвать предположение о том, что Дамблдор хочет контролировать его жизнь, мыслями Салазара, чем словами Волан-де-Морта, поскольку на правду Тонкс могла отреагировать весьма отрицательно.

– Что предположил? – спросила Нимфадора.

– Салазар считает, что Дамблдор пытается контролировать меня. Он хочет сделать так, чтобы я больше полагался на него. Я имею в виду то, что Дамблдор попросил рассказывать ему, что я делаю и куда хожу этим летом, ведь так? – задал риторический вопрос Гарри.

Дора нерешительно посмотрела на него.

– Я думаю, это может быть правдой, но репутация Дамблдора как великого светлого мага делает его самым доверенным. Я просто не уверена, что он может делать что-то настолько жестокое, как ты говоришь, – сказала Тонкс.

– Да, я заметил, что все верят его словам и даже не сомневаются в них, – удрученно заметил Поттер.

– Что ты имеешь в виду? – спросила его Нимфадора.

– Я имею в виду то, что твоя мама знает, на что похожа моя жизнь у Дурслей, но сегодня утром она хотела, чтобы я вернулся туда. Я думаю, она обеспокоена тем, что угроза, нависшая надо мной, может принести неприятности и вам, но все же... Вот скажи, если Дамблдор сказал бы тебе, что я должен оставаться у Дурслей, что бы ты ему ответила? – спросил Гарри.

– Я, наверное, сказала бы, что он псих и что тебе незачем тратить свое время на этих ублюдков, – мрачно ответила Дора.

Поттер улыбнулся.

– Ну, по крайней мере, понятно, что ты на моей стороне.

– Подожди, ты утверждаешь, что Дамблдор сказал моей маме, что Сам-Знаешь-Кто жив? Я не могу поверить, что она так спокойна. Я думаю, она бы собирала целебные зелья или что-то вроде того, – прошептала Тонкс.

Гарри подумал об этом.

– Ты знаешь, я думаю, что Дамблдор не сказал ей, что Темный Лорд жив. Бьюсь об заклад, он просто сказал, что существует угроза для моей жизни. Когда я упомянул Волан-де-Морта в Больничном крыле, МакГонагалл сказала, что я был под воздействием заклятия подчинения, и, возможно, это повлияло на мою память. Я уверен на все сто, что Дамблдор не хочет, чтобы о возвращении Волан-де-Морта пронюхали.

– Это не лишено смысла. Зачем вызывать панику, когда не о чем беспокоиться. Я говорю о том, что как бестелесный дух он не представляет угрозы, – сказала Нимфадора.

– Да, ну и я предлагаю сохранить это в тайне, – предложил Поттер.

Девочка утвердительно кивнула.

– Да, наверняка люди не захотят поверить, что Сам-Знаешь-Кто выжил каким-то образом.

Гарри и Дора провели остаток дня за малозначимыми разговорами, смотря телевизор и заканчивая некоторые эссе, заданные им на лето. Миссис Тонкс вернулась домой из Министерства в 19:30, и они втроем пошли в столовую.

– Как вы провели день? – спросила их миссис Тонкс.

Поттер ждал, что Тонкс ответит, но стало очевидно, что она игнорирует вопрос матери, и он ответил сам:

– Ничего особенного. Мы смотрели телевизор и написали эссе по зельям.

– Ты волнуешься о своих оценках? Я знаю, что в этом году они пришлют их только в июле, – сказала миссис Тонкс.

– Ну, вообще-то нет, мэм. Я знаю свои оценки. Я получил очень хорошие отметки, конечно, может, не по всем предметам, но все нормально, – сказал Гарри с улыбкой.

– А ты как, Нимфадора? Надеюсь, ты не завалила никакой предмет? – спросила дочь миссис Тонкс.

Та в свою очередь опять проигнорировала вопрос матери, так что миссис Тонкс вновь вернулась к беседе с Поттером.

– Чем ты собираешься заниматься этим летом? Как родственники, они лучше стали относиться к тебе? – мрачно спросила миссис Тонкс.

– Ну, был конфликт на второй день моего пребывания у них, но все разрешилось, – с мрачным выражением лица сказал Гарри.

– И как вы разрешили конфликт? – вновь спросила его миссис Тонкс.

– Если они меня достанут, Салазар их покусает, когда они будут спать, – злобно процедил Поттер.

Андромеда вздрогнула, удивившись серьезному и грозному тону мальчика. Она не сомневалась, что все так и было. Андромеда всегда считала фамильяра Гарри опасным. Она также думала, что он ядовит, и убедилась в этом, увидев прошлым летом его охоту на крыс в саду ее дома. Крысы еще способны были бежать после укуса, но, пробежав небольшое расстояние, они падали. Андромеда не знала, ядовит ли фамильяр Гарри для человека и что это за змея, да и не хотела знать.

– Понятно, я рада, что они оставили тебя в покое. Так что ты планируешь делать дальше?

– Ооо. Я жду приглашения от Драко поехать к нему на лето, да и Блейз Забини со Сьюзен Боунс уже пригласили меня провести конец лета с ними на берегу моря. И, честно говоря, я с нетерпением жду этого, – честно сказал Поттер.

Андромеда погрустнела при упоминании Малфоя-младшего, но ее недоверие быстро перешло в удивление при упоминании Сьюзен Боунс.

– Племянница Амелии? Ты с ней дружишь? – удивленно спросила Андромеда.

– Да, мы с Тонкс дружим с ней, – ответил Гарри.

Голова Андромеды просто распухла от напряжения, когда она пыталась понять, как Поттер может дружить одновременно с сыном Люциуса Малфоя и с племянницей Амелии Боунс.

– Вы знаете мадам Боунс из Министерства? – спросил Гарри миссис Тонкс.

– Да, знаю. Я глава отдела по разработке заклинаний в Министерстве, а мадам Боунс – глава Департамента магического правопорядка. Мы встречаемся каждый вторник на чаепитии и обсуждаем новые заклинания: она хочет быть в курсе разработок для мракоборцев и ударных отрядов волшебников, – сказала миссис Тонкс.

– Тонкс тоже предлагали поехать к морю, – сказал Поттер.

– Правда? Я, возможно, подумаю. Амелия говорила что-нибудь? – спросила миссис Тонкс.

– Приглашение пришло от Блейза; он говорит, что Сьюзен остается у него, так что мадам Боунс может просто не знать о том, что Сьюзен и Блейз пригласили Тонкс и меня, – сказал Гарри.

– Мам, ты разрешишь мне пойти? – заговорила Дора со своей матерью.

Андромеда задумчиво произнесла:

– Может быть, Нимфадора, я поговорю с Амелией где-то в следующий вторник, когда снова увижу ее.

«Я сомневаюсь, что Амелия согласилась бы оставаться с Забини, если они не заслуживают доверия. Ведь они и правда были нейтральны во время войны, они же так и не выбрали сторону, оставшись вне войны. Все же Нимф не повредит дружба с Блейзом, да и Амелия рассказывала много замечательного о Сьюзен. Я также сомневаюсь, что Амелия будет предвзята по отношению к сыну Люциуса, поэтому, возможно, все будет хорошо».

– Это будет весело, миссис Тонкс. Сьюзен пригласила своих друзей Эрни Макмиллана и Ханну Аббот, мы сможем хорошо провести там время, – сообщил Поттер.

Глаза Андромеды чуть-чуть расширились.

– Я давно не виделась с Мишель Аббот; уверена, ее дочь такая же красивая молодая леди. Хоть я всегда и недолюбливала Арнольда Макмиллана, но их семья была против темной магии. Думаю, это будет по-настоящему веселая компания. С Мишель Аббот я училась в Когтевране, – сказала миссис Тонкс.

– Так я могу пойти? – переспросила Тонкс с надеждой.

– Да, и не забудь поблагодарить Блейза и Сьюзен за приглашение, – сказала миссис Тонкс.

– Да, конечно, мама, спасибо! – счастливо пролепетала Нимфадора.

– Вы близко дружите со Сьюзен, Ханной и Эрни? – с любопытством спросила миссис Тонкс.

– Ну как сказать... я и Гарри дружим со Сьюзен и Ханной. Эрни же общается только со мной, но совсем не переваривает Гарри, потому что МакГонагалл дала ему проверить тесты по трансфигурации, и Гарри завалил его, – с усмешкой произнесла Дора.

Андромеда засмеялась.

– О, если Эрни такой же, как его отец, то он считает себя лучше других.

Остаток ужина прошел в более спокойной атмосфере. Тонкс, наконец, начала разговаривать со своей матерью, а миссис Тонкс не вспоминала про общение Поттера или Тонкс с Драко.

Наступил вечер. Гарри уже собирался было возвращаться на Тисовую улицу, как миссис Тонкс сказала, что было бы великолепно, если бы он остался у них ночевать.

Нимфадора провела остаток вечера, показывая Поттеру те наряды, которые хотела бы купить для поездки на море. В три часа ночи Гарри пожалел о своем опрометчивом подарке – кукле для подбора одежды, которая способна менять свой облик. Он заснул в комнате Доры, но она этого не заметила, продолжая листать журналы.

Поттер и Тонкс провели следующие четыре недели вместе; миссис Тонкс стойко выносила постоянное присутствие Гарри в своем доме. Нимфадора всегда рассказывала о глупых спорах со своей матерью, которые происходили каждый вечер после его ухода. Поттер стал чувствовать себя неловко, но девочка не позволила взять ему всю вину на себя. Когда Дора закончила пересказывать особенно неприятный спор, в котором ее мама угрожала магически запретить Гарри приходить к ней, она дала мальчику ключ от дома. Поттер был вначале шокирован, но потом щедро отблагодарил Тонкс. Девочка же в ответ рассмеялась, а потом сказала, что так как он и так много времени проводит у нее дома, то таким образом он сможет самостоятельно приходить и уходить.

Гарри был очень зол на миссис Тонкс: он предполагал, что она была одной из тех, кто безоговорочно верил в непогрешимость директора школы. Подозрения Поттера оправдались, когда он получил письмо от директора в первую неделю июля. Гарри и Нимфадора вначале с благоговением смотрели на феникса, который, казалось, появился из ниоткуда. Однако стоило открыть письмо от директора школы, как они с Дорой помрачнели. Видимо, когда миссис Тонкс поняла, что не сможет удержать Гарри и Тонкс от встреч в то время, когда она на работе, то отправилась за помощью к директору. Поттер прочел всего лишь три строчки письма и передал его Нимфадоре, которая продержалась ненамного дольше и бросила его в огонь. Директор просто-напросто вежливо обругал Гарри за «пренебрежение реальной угрозой» и «эгоистичный поступок, который ставит под угрозу жизнь мисс Тонкс». Дора и Гарри придумали несколько вариантов имен директора и текст записки, в которой вежливо послали его подальше, и передали ее Фоуксу.