Текст книги "Темный Лорд Поттер (ЛП)"

Автор книги: pureb99/The Santi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 48 страниц)

– Это человек-угроза, – сказал Забини.

– Худший из преподавателей, – протянул Малфой.

– Он действительно ужасен, Тонкс, – честно ответила Джинни.

– М-да, я как раз хотела сказать, что слышала, как кто-то назвал его убожеством, – усмехнулась Нимфадора.

– Убожество? Это преуменьшение века, – закатил глаза Блейз.

– Все действительно так плохо? Я слышала, что вы разделывали кучу пикси, звучит забавно, – улыбнулась Дора.

– Я признаю, что было весело, особенно, когда тупой Уизли попытался напасть на Гарри. Мы так неплохо его прокляли, – ухмыльнулся Драко.

– Ох, Рон такой идиот, – вздохнула Джинни.

Поттер собирался ответить, когда большая золотая сова спикировала вниз и приземлилась прямо перед ним. Птица протянула лапку, и Гарри заметил свиток, обернутый вокруг нее. Поттер развязал веревку, но сова осталась на столе.

– От кого это? – спросил Малфой, глядя на массивную птицу.

Гарри развернул свиток.

«Уважаемый мистер Поттер.

Это письмо зачаровано так, что только вы сможете его прочитать. Также ваши координаты в Хогвартсе, Школе чародейства и волшебства, были выданы сове, дабы избежать возможности перехвата этого письма.

Ниже приведены следующие свободные даты для проведения вашего гражданского дела, чтобы Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор перестал быть вашим опекуном-волшебником. Пожалуйста, отметьте каплей своей крови нужную дату и верните письмо сове.

17 сентября

29 сентября

16 октября

31 октября

22 ноября

С уважением, Личный помощник лорда, Хорик».

– Вау, – сказал Гарри.

– Что такое? – спросила Тонкс.

– Драко, ты знаешь, о чем я говорил с твоим отцом, перед тем как мы покинули Гринготтс?

Малфой посмотрел на него с любопытством, через секунду его глаза расширились.

– Ты об этом?

– Да. Ты не знаешь, твой отец хотел конкретную дату?

– Эм, я не знаю. Мы должны отправить ему сову.

– Драко, пройдет вечность, прежде чем сова доберется. Анди.

Домашний эльф появился перед ним, заставив нескольких слизеринцев задохнуться от удивления.

– Чем Анди может служить вам, хозяин Гарри? – с дикой улыбкой спросила Анди.

– Драко, у тебя есть кусок пергамента?

– Да, вот возьми, – Малфой протянул Поттеру пергамент и перо.

Гарри быстро написал записку.

«Уважаемый Люциус,

Гоблины хотят знать, в какой день я хочу провести дело против моего опекуна. Вот несколько дат, как вы думаете, какую выбрать?

17 сентября

29 сентября

16 октября

31 октября

22 ноября

ГП».

– Анди, доставь это Люциусу... эм, мистеру Малфою. Скажи ему, что это срочно. Убедись, что он прочел, и жди ответа, – сказал Поттер, протянув эльфу записку.

– Да, сэр. Я сделаю все, что говорит хозяин Гарри, – Анди тут же трансгрессировала.

– И что это было, Гарри? – спросила с любопытством Нимфадора.

– Я объясню позже, Тонкс. Пожалуйста, поверь мне, чем меньше людей будут знать об этом, тем лучше.

– Гарри, я уверен, что ей можно рассказать, – произнес Драко.

– В центре Большого зала, когда все на нас смотрят? Ну да, очень умно, – протянул Поттер.

– Эм, ну я не имел в виду, что прямо сейчас, – смутился Малфой.

– Конечно.

– Мистер Поттер, почему эта птица все еще сидит на столе Слизерина?

Гарри обернулся и увидел, как раздраженный Северус Снегг подходит к ним.

– Извините, сэр, но птице придется остаться, пока я не отошлю с ней ответ.

– Так напишите же этот проклятый ответ и уберите ее отсюда. Ваши однокурсники пытаются есть, – угрожающе начал Снегг.

– Извините, сэр, но им придется смириться с этим еще немного.

– Это почему же? – практически сплюнул Снегг.

– Потому что мы должны дождаться ответа отца, – встрял в разговор Драко.

Снегг окинул любопытным взглядом Малфоя.

– И что твой отец должен сделать?

– Ну, как бы мне нужен его совет, прежде чем принять решение, – ответил Гарри.

– Вы настолько беспомощны, что у вас хватает наглости спрашивать каждую мелочь у компетентных людей, Поттер? – мрачно спросил Снегг.

– Нет, сэр, – сузив глаза, сказал Гарри.

– Ну, тогда как насчет того, чтобы принять собственное решение? – Снегг привлек к себе внимание всего зала.

– Это решение должен принять мистер Малфой, и я хочу узнать его мнение.

– Вы хоть представляете, сколько времени будет идти ответ? У меня нет желания смотреть, как за вами по пятам весь день шляется эта птица, Поттер, – сказал Снегг. Анди трансгрессировала в Большой зал.

– Ответ от мистера Малфоя, Гарри-сэр, – Анди протянула Поттеру записку.

– Поттер! Ты заставляешь хогвартских эльфов работать своей личной совой?! Наказан на месяц! – решил Снегг.

– Вообще-то, сэр, Анди – мой личный эльф. Если вы присмотритесь внимательно, то увидите, что на ее одежде герб Поттеров.

– Все равно, Поттер, вы не можете привести своего эльфа в Хогвартс, – Снегг схватил Гарри за шиворот и поднял со скамьи.

– Сэр, на самом деле это возможно. Отец принял законопроект через Попечительский Совет, позволяющий личным эльфам студентов проживать в замке. Пока эльф не вызван во время занятий, студент может держать его при себе, – тут же бросился защищать Поттера Драко.

Снегг смерил их обоих тяжелым взглядом, отпустил Гарри, повернулся и пошел к профессорскому столу. Поттер радостно наблюдал, как лицо Снегга становится темно-фиолетовым, когда Дамблдор подтвердил их слова. В конце концов, Снегг просто кивнул и удалился из Зала под аккомпанемент развевающейся за спиной мантии.

– Замечательно, – с сарказмом сказал Гарри.

– Гарри, письмо, – указал на Анди Малфой.

– Ах, да. Анди, письмо.

Анди отдала записку Поттеру и произнесла:

– Хозяин Гарри нуждается еще в чем-то?

– Останься еще на минуту, Анди. Я не знаю, придется ли на нее отвечать, – Поттер развернул записку.

«Гарри.

31 октября – лучший день для слушания. Прежде всего, в день осеннего равноденствия собираются все члены Визенгамота. Я надеюсь, что это послужит сильным политическим ударом для Дамблдора, как твоего опекуна. Мы могли бы также использовать слушание с твоим присутствием и приостановить макмилланскую реформу образования маглорожденных. Если тебя не устраивает эта дата, то подойдет еще шестнадцатое октября.

ЛЛМ».

– Драко, почему твой отец подписался «ЛЛМ»? – спросил Поттер.

– Лорд Люциус Малфой, – пожал плечами Драко.

– А, тебе придется объяснить мне чуть позже, что значит «лорд». Я собирался спросить это летом у лорда Макмиллана, но он ускользнул от меня, – Гарри перевернул пергамент и написал ответ:

«Было бы здорово. Спасибо».

– Анди, отдай это Люциусу. После доставки ты можешь вернуться к тому же, на чем остановилась, – сказал Поттер, протягивая ей записку.

– Слушаюсь, хозяин Гарри, – Анди трансгрессировала.

Поттер взял письмо из Гринготтса и просмотрел его еще раз. «Кровь. Почему всегда нужна кровь?» Гарри положил письмо на стол и взял нож. Осторожно надрезал один палец и подождал, пока на кончике не образуется капелька крови. Поттер опустил ее напротив даты «тридцать первое октября». Когда кровь коснулась свитка, Гарри свернул его, и большая золотая сова вырвала письмо раньше, чем он успел его привязать.

– Так, мне надо на занятие, Гарри, но я хочу узнать об этом сегодня, – поднялась Тонкс.

– Ага, насладись Локонсом как следует, – ответил Поттер.

Нимфадора только закатила глаза и ушла.

– Мне тоже пора, и я тоже хочу обсудить с тобой это позже, – Джинни последовала за Дорой.

– Ну и в чем дело? – быстро спросил Малфой.

– Могу сказать, что Хэллоуин будет очень интересным в этом году, – улыбнулся Гарри.

– А? Оо... это когда все пойдет под откос, да? Стоп, ты решил выбрать 31 октября, когда соберется весь Визенгамот? – воскликнул Драко.

– Драко! Успокойся. Твой отец, таким образом, хочет убить двух птиц одним камнем, – зашипел на него Поттер.

– Хорошо, Гарри, но позже тебе придется объяснить мне все, иначе я не вижу в этом никакого смысла, – сказал Малфой.

– Смысл есть, просто ты слушал невнимательно, Драко. Ясно, что Поттеру и твоему отцу нужен Визенгамот в полном составе. Есть две вещи, которых они хотят достигнуть и, кажется, ты в курсе одной из них, – тихо пояснил Блейз.

– Я говорил тебе, Блейз, что ты слишком проницателен? – прошипел Гарри.

– Возможно, – улыбнулся Блейз, когда Поттер закатил глаза.

*

Гарри никогда не был так взволнован, как на астрономии. Он провел весь урок, сравнивая положительные и отрицательные стороны посвящения в свою тайну Блейза и Джинни. Пока не было никаких проблем с доверием, но ни один из них не изучал окклюменцию. А Малфой и Тонкс были натренированы не лучше, они еще не установили достаточное количество ментальных стен, чтобы почувствовать, когда кто-то копается в их мозгах. Дамблдор же, вероятно, догадывался, что Поттер рассказал им о его излюбленной легилименции. Думая об этом, Гарри решил, что Дамблдор и Снегг могут побыть в их головах, но они не хотят оказаться перед Попечительским Советом.

Когда прозвенел колокол, Гарри, Блейз и Драко вышли из кабинета и направились в библиотеку, где встретились с Тонкс и Джинни. Поттер провел их к самому уединенному уголку, где он занимался с Невиллом.

– Ну, Гарри, начинай, – сказала Нимфадора.

– Для начала я хотел бы узнать уровень вашей окклюменции.

– Работаю над седьмой стеной, – ответила Дора.

– Шестая, – кивнул Малфой.

Поттер посмотрел на Блейза и Джинни. Уизли смутилась, а Блейз выглядел самодовольным.

– Я не знал, что чтобы быть другом великого Гарри Поттера мне нужна окклюменция, но у меня поставлены четыре стены, – ухмыльнулся Забини.

Гарри шокированно на него посмотрел.

– Ты?..

– Пожалуй, ты не сможешь сохранить нейтралитет как чистокровный без должной защиты своего ума, – улыбнулся Блейз.

– Эм, что такое окклюменция? – спросила Джинни.

– Защита разума. Это способность обнаружить, как кто-то пытается применить к тебе легилименцию, – объяснил Поттер.

– Легилименцию? – вновь спросила Джинни.

– Легилименция – это способ читать чужие мысли, Джинни. Я знаю, по крайней мере, двоих, кто способен это делать. И один использует заклинание слишком часто.

– Кто? – Уизли испугала эта мысль.

– Снегг и Дамблдор, – прямо ответил Гарри.

– Не может быть! Я могу еще поверить, что Снегг, но Дамблдор? – шокированно произнесла Джинни.

– Эти двое пытались прочесть мои мысли, – сказал Поттер.

– Пытались?

– Я блокировал их атаки на свой разум. Я работаю над окклюменцией, чтобы спрятать от них свои мысли.

– Как далеко продвинулся? – спросил Малфой.

– Работаю над одиннадцатой, но сейчас я слишком занят и не знаю, когда смогу найти время. Салазар продолжает докучать мне этим, – последние слова Гарри тихо пробормотал.

– Джинни, мне жаль, но я не смогу посвятить тебя в свой секрет, пока у тебя не будет защиты окклюменции. Драко, Блейз, Тонкс и я поможем тебе с этим, но ты вряд ли все узнаешь, пока это не закончится.

Джинни хотела было возразить, но перспектива обучиться окклюменции заставила ее просто кивнуть головой, соглашаясь.

– Хорошо, думаю, я займусь домашним заданием за другим столом, чтобы вы могли спокойно поговорить, – сказала Джинни с ноткой разочарования в голосе.

– Ладно, пока, Джинни, – произнес Поттер.

– Увидимся, – проговорил Блейз.

– Я приду к тебе, когда мы закончим, – кивнула ей Нимфадора.

– Я тоже, – добавил Малфой, и Джинни, взяв свои вещи, отошла к другому столу.

– Так. Что происходит, Гарри? – спросила Дора.

– Когда я с Драко этим летом был в Гринготтсе, они позвали меня поговорить с их главным.

– Опять? – удивилась Тонкс.

– Что значит опять? Ты встречался с главой Гринготтса больше одного раза? – подхватил удивленный Блейз.

– Ну да, два раза.

– И что ему было нужно? – поинтересовалась Нимфадора.

– Ты же помнишь, о чем они хотели узнать в первый раз? – хмыкнул Поттер.

Дора потерла глаза пальцами, сосредотачиваясь, но, в конце концов, покачала головой.

– Нет, я забыла, – призналась она.

– На счет мошенничества совершенного с моим счетом. Кто-то пытался перехватить мои банковские отчеты и сохранить всю финансовую информацию обо мне.

– О, точно. Гоблин сказал, что это было мошенничество девятой степени, да? – сказала Тонкс.

– Именно, когда мы вернулись туда в следующий раз, гоблины сообщили, что они закончили расследование и поняли, кто в этом замешан.

– И кто это был? – глаза Блейза расширились от ужаса.

– Дамблдор, – небрежно ответил Гарри.

– Да ладно?! – воскликнули Нимфадора и Забини одновременно.

– Да, именно он мой магический опекун. Он использовал это право вместе с тем, что он входит в коллегию Визенгамота, чтобы мои ежемесячные проценты из банка переводились в Министерство, где он забирал их прежде, чем они добирались до меня.

– Я не верю в это. Я помню, что ты говорил в прошлом году о нем, но я все-таки надеялась, что он нормальный. Моя мама постоянно его нахваливает, – покачала головой Дора.

– Ну, надеюсь, теперь, меньше людей будет его хвалить, когда я лишу его опекунства перед всем Визенгамотом.

– Мерлин, Гарри, это будет сенсацией. Без обид. Я знаю, тебе не нравится твоя известность, но в магическом мире ты Мальчик-Который-Выжил. Если ты решил пойти по головам против Дамблдора, это будет... будет... думаю, это коснется всех. Не удивлюсь, если все газеты в мире поместят эту историю на первую страницу, – сказал Блейз.

– Меня не волнует это. Все, что я хочу, это лишить его опекунства.

– Подожди, ты говорил что-то о том, чтобы убить двух птиц одним камнем. Что это значит? – спросила Тонкс.

– Думаю, Люциус хочет получить шанс обсудить с Визенгамотом, пока Дамблдор будет в их глазах выглядеть некомпетентным, новый законопроект Макмиллана о выплате галлеонов маглорожденным, – ответил Поттер.

– Значит, ты действительно решил пойти против лорда Макмиллана. Уверен, ты получишь нового врага, Гарри, – сказал Блейз.

– Возможно, кстати, кто-нибудь может объяснить мне, что значит «лорд»?

– В общем, Гарри, Визенгамот состоит из трех основных групп. В первой десять древнейших родов Британии: Блэки, Боунсы, Диггори, Гриффиндоры, Пуффендуи, Долгопупсы, Макмилланы, Поттеры, Когтевраны и Слизерины. В следующей группе старейшие чистокровные семьи, имеющие титулы: лорд, леди или барон. Светлость присуждается за службу либо в Англии, либо в волшебном мире в целом, – произнес Драко.

– И какая разница между лордом и бароном?

– Титул «барон» дается тем, кто хочет иметь голос в Визенгамоте, но не сделал ничего, чтобы достигнуть Светлости. Хорошим примером является семейство Паркинсон. У этой семьи много денег, но никто не сделал что-либо, чтобы заслужить титул лорда. Для того чтобы получить место в Визенгамоте, им пришлось пожертвовать огромное количество золота Министерству в обмен на титул барона, – пояснил Блейз.

– Фактически, они купили свое пребывание в Визенгамоте? – поморщилась Нимфадора.

– Довольно многие поступили также, – равнодушно ответил Забини.

– И как много лордов и баронов там? – спросил Гарри.

– Хороший вопрос. Наверное, около семидесяти или восьмидесяти Лордов и Баронов, – сказал Блейз.

– Так много? – удивилась Дора.

– Большая часть Визенгамота, – кивнул Малфой.

– Кто тогда остальные члены? – поинтересовался Поттер.

– Ну, всегда есть семьдесят пять открытых мест в Визенгамоте, и каждый, независимо от родословной, может быть выдвинут как кандидат, но обычно это место за влиятельным министерским работником, кем-то очень богатым или кем-то, кто в близком родстве с лордами и баронами. Чтобы тебя приняли в Визенгамот, нужно быть выдвинутым другим членом Визенгамота и утвержденным половиной состава. Эта одна из причин, почему политика Визенгамота так жестока. Традиционные чистокровные и реформисты постоянно борются друг с другом за открытые места в законодательном регулировании. Прямо сейчас реформистов, которые покрывают Дамблдора, около пяти, и они склоняют присоединиться к себе шесть или семь членов. Традиционалистов нет никого, кто был бы с ними официально, поэтому мистер Малфой, вероятно, является одним из сильнейших молчаливых лидеров на пару с бароном Ноттом, – рассказал Блейз.

– В этом есть смысл. А что если кто-то лорд двух родов? – с любопытством спросил Гарри.

– Тогда у него есть два голоса, – усмехнулся Драко.

– Но такое редкость. В течение трех поколений не было хоть кого-либо, кто имел два голоса, – Блейз окинул подозрительным взглядом Поттера.

– Хорошо, если это все, я пойду, позанимаюсь с Джинни, – сказала Тонкс.

– Я тоже присоединюсь к вам, – поддержал ее Малфой, и они вместе поднялись.

– Я, возможно, допишу свое эссе по трансфигурации, – Блейз все еще подозрительно поглядывал на Гарри.

– Тогда я вернусь в гостиную, чтобы потренироваться в окклюменции, прежде чем встречусь с МакГонагалл, – попрощался со всеми Поттер и покинул библиотеку.

Кабинет трансфигурации, Хогвартс.

Гарри зашел в кабинет МакГонагалл и занял свое место. Через несколько минут в комнату зашла профессор.

– Мистер Поттер, вы вовремя, – сказала она.

Это был не вопрос, поэтому Гарри не ответил. Он немного устал, тренируясь в окклюменции.

– Вы в порядке, мистер Поттер? Вы кажетесь уставшим.

– Да, мэм. Я в порядке.

– Тогда сделайте хотя бы вид, что не пытаетесь заснуть. Кстати, как прошло занятие с мистером Долгопупсом?

– Хорошо. Большую часть времени мы работали над эссе. Думаю, вы будете приятно удивлены.

– Тогда я прочту его первым, – МакГонагалл протянула Гарри новый теоретический тест.

Поттер кивнул и начал решать. Двадцать пять минут спустя, он положил перо и вернул тест МакГонагалл. Она потратила на проверку несколько минут, затем кивнула и отложила тест в сторону.

– Сегодня, мистер Поттер, мы будем работать над трансфигурацией иглы в книгу. Прежде вы трансфигурировали только большие объекты в маленькие или вещи одинакового размера. Значительно сложнее трансфигурация мелких объектов в более крупные. Вы должны освоить этот шаг колдовства, – объяснила МакГонагалл.

Гарри также кивнул и взял большое количество игл у МакГонагалл. Положил на парту и взмахнул палочкой, глядя как игла расширяется в книгу. К сожалению, книга была всего на несколько дюймов больше длины иглы и вся в черных перьях.

– Сосредоточьтесь, мистер Поттер.

Гарри снова взял волшебную палочку и несколько минут думал о книге. Когда перед глазами возникла четкая картинка, он захотел, чтобы игла превратилась в то же самое, и взмахнул палочкой. На этот раз игла превратилась в учебник по теории трансфигурации.

– Отличная работа, мистер Поттер, а теперь попробуйте превратить иглу в книгу, которую вы не видели прежде.

Гарри кивнул и начал трансфигурировать иглы в книги разного размера. Он играл с обложками, делая их более оригинальными. Затем придал книге название «Десять простых способов побить гриффиндорцев в квиддич», когда МакГонагалл попросила его остановиться. Поттер снова кивнул и протянул ей последнюю книгу, которая быстро превратилась обратно в иглу.

Пятница. Заклинания. Хогвартс.

На последний урок на этой неделе Гарри шел, широко улыбаясь. После занятий Гарри, Драко, Джинни, Тонкс, Сьюзен и Блейз собрались поиграть в квиддич трое на трое. Поттер не был уверен, что когда-нибудь увидит Забини на метле, не то, что в игре.

– Значит, с нетерпением ждешь игры, Блейз? – улыбнулся ему Гарри.

– Заткнись, Поттер, – пробормотал Блейз.

– Ты же знаешь, что можешь не играть, Блейз, – усмехнулся Малфой.

– Ага, и что же он тогда скажет Сьюзен, Драко? Ведь она решила попытаться попасть в команду Пуффендуя, – вздохнул Гарри.

Блейз просто пробормотал оскорбление под нос, заставив Поттера и Малфоя громко рассмеяться. Большая часть курса уставилась на них, и Гарри поймал заинтересованный взгляд маленькой азиатской девочки, Су Ли. Однако она довольно быстро отвела взгляд.

– Значит, это та Ли? – тихо спросил Драко.

– Да, это она, – также тихо ответил Поттер.

– Это меня касается? – поинтересовался Блейз.

– Никоим образом, Блейз. Мы с Драко просто хотим поговорить с Су Ли после занятия, – пожал плечами Гарри.

Блейз собирался было спросить, о чем, но когда Флитвик зашел в кабинет, все разговоры стихли.

– Здравствуйте, – сказал Флитвик, улыбаясь.

– Здравствуйте, профессор, – стройным хором ответили студенты.

– Добро пожаловать на ваш первый урок заклинаний в этом году, – Флитвик широко улыбнулся, – в этом году мы начнем изучать искусство оживления. Кто-нибудь может сказать мне, что это такое?

Драко поднял руку вместе с несколькими когтевранцами.

– Да, мистер Малфой?

– Оживление – это процесс, вызванный чарами, чтобы в некотором роде оживить неодушевленный предмет, – ответил Драко.

– Это довольно широкое определение, хотя, по сути, верно. Пять баллов Слизерину. У кого еще какие идеи насчет Оживления?

Как только Терри Бут поднял руку, Флитвик указал на него.

– Сэр, оживление – это способность зачарования любого объекта, трехмерного или двухмерного, для выполнения некоторых действий, как живых, – ответил Бут.

– Отлично, Терри, пять баллов Когтеврану. Теперь, мистер Поттер, не могли бы вы мне помочь с небольшой демонстрацией оживления? – усмехнулся Флитвик.

Гарри приподнял бровь, Флитвик раньше никогда не просил помочь ему с демонстрацией, но Поттер поднялся и прошел в начало кабинета.

– Отлично, ты помнишь наш маленький бой в прошлом году?

– С солдатами, сэр?

– Именно. Сейчас мы будем использовать вместо них маленьких пластиковых солдат, – Флитвик призвал игрушечных солдатиков. Гарри сразу узнал их, таких Дадли умолял своего отца купить несколько лет назад. Они были какими-то «Коммандос».

– Они немного больше тех, что вы оживляли тогда, но думаю, вы справитесь, – Флитвик указал палочкой на куклу и произнес: – Аниматус!

Поттер повторил это со своим солдатом. Как только заклинание коснулось плеч игрушки, они опустились, и Гарри усмехнулся.

– Заклинание оживления очень трудоемкая магия, вы должны сохранять контроль, чтобы удерживать то, что вы оживляете, – произнес Флитвик, и его солдат занял боевую позицию и нанес несколько пробных ударов.

Гарри дразнил солдата Флитвика, но и его игрушка сделала несколько ударов.

– Теперь, мистер Поттер, давайте проведем короткий поединок между нашими солдатами, пожалуйста, займите удобное место для наблюдения.

Когда Флитвик обратился к классу, Гарри быстро обдумал стратегию, которая могла бы принести ему победу над профессором. Когда они согласовали бой, Поттер решил бить быстро и затруднительно. Гарри внимательно посмотрел на своего солдата и заметил у него на груди несколько маленьких ножей. Поттер усмехнулся и тут же придумал план, как победить.

– Всем хорошо видно с моего стола? – спросил Флитвик.

Когда все студенты кивнули, Флитвик повернулся к Гарри.

– Может, поклонимся, перед тем как начнем?

– Конечно, – сказал Поттер, и его солдат поклонился.

Как только они оба выпрямились, солдат Флитвика тут же атаковал солдата Гарри. Поттеровский сделал прыжок и ударил солдата профессора ногой в голову. Но Флитвик предугадал его маневр, его солдат пригнулся и покатился в сторону Гарри.

Борьба ужесточилась, когда солдат Флитвика начал атаковать поттеровского серией ударов руками и ногами по лицу и груди. Гарри сначала смутился, и его солдат попал под обстрел. Солдат Флитвика опрокинул его на землю. И как только поттеровский упал навзничь, солдат Флитвика взобрался на него и стал упорно бить его по лицу.

Когда студенты начали подбадривать, солдат Флитвика избивал солдата Гарри уже до полусмерти. Поттер почувствовал, что его желудок выворачивается наизнанку. Это было похоже на то, что Пирс и Дадли делали с ним. Чувство внезапной ярости охватило мальчика, Гарри мысленно приказал солдату достать длинный нож.

Поттер увидел, с какой радостью солдат немедленно подчинился и вытащил ножик из-за пояса. Когда Флитвик отклонился для нового удара, солдат Гарри толкнул его и вонзил нож прямо в шею. Весь класс ахнул, когда увидел торчащий из шеи солдата Флитвика ножик. Профессор также был потрясен, и его солдат полностью остановился.

Поттер использовал заминку в своих интересах, и теперь его солдат опрокинул профессорского. Затем Гарри приказал безжалостно разделаться с солдатом Флитвика. Что его солдат тут же исполнил, и прежде чем Флитвик успел что-то понять, его солдат был уже обезглавлен.

Гарри усмехнулся, а его солдат поднял голову врага как трофей и бросил ее на стол.

– Эм... это было... что-то, мистер Поттер, – шокированно сказал Флитвик.

– Благодарю вас, сэр, – ответил Гарри, пытаясь остановить в памяти собственное избиение кузеном и его друзьями.

– Все займите свои места, – успокоившись, произнес Флитвик.

Поттер вернулся на свое место и вытащил из кармана копию «Продвинутой теории заклинаний». Флитвик продолжил читать лекцию об оживлении, а Гарри вглядывался в текст, но не мог полностью избавиться от картинки, где его солдата избивали, а однокурсники подбадривали солдата Флитвика. Когда занятие подошло к концу, Поттер мысленно пообещал, что никогда больше не позволит себе оказаться в такой ситуации снова. Он хотел доказать всем, что больше не будет никому подчиняться.

Когда прозвучал колокол, Гарри поднялся и уже был на полпути к выходу, когда кто-то коснулся его плеча. Он развернулся и быстро направил на него палочку.

– Гарри, остынь, – Малфой скосил взгляд на волшебную палочку, уткнувшуюся ему в нос.

Поттер смущенно опустил ее.

– Что такое, Драко?

– Разве мы не собирались поговорить с Ли?

– Точно, пойдем, – Гарри и Драко подошли к миниатюрной девушке с Когтеврана, которая собирала свои вещи.

– Эм... ты ведь Су, да? – спросил Малфой, когда они подошли к ней ближе.

Азиатская девочка широко раскрыла глаза и перестала собираться.

– Драко Малфой, – Драко потянул ей руку.

Су Ли, казалось, смотрела на ладонь Малфоя с минуту, прежде чем пожать ее.

– Гарри Поттер, – Гарри тоже протянул ей руку, и она пожала ее гораздо быстрее, чем малфоевскую.

– С-с-су Л-ли. Ч-ч-то в-ы х-х-хотели? – Су Ли заикалась из-за китайского акцента.

Поттер ей улыбнулся, заставив почувствовать себя более неловко.

– Прости, но мы просто хотели поговорить с тобой. У тебя есть сейчас время или лучше после занятий?

– У м-м-меня травология сейчас, – ответила Су.

– Отлично, мы проводим тебя, все равно собирались полетать, а теплицы по пути, – кивнул Драко.

– Хорошая идея. Блейз, ты сможешь захватить наши метлы? – крикнул через комнату Гарри.

– Ага, конечно, – проворчал Забини, выходя из кабинета.

– Значит, Су ты лучшая в заклинаниях, но почему ты не ответила на занятии? – спросил Поттер, когда они втроем покинули кабинет заклинаний.

– Т-т-ты т-т-тоже не с-с-сказал об этом, Гарри, – тихо произнесла Су.

– Потому что я уже знал об этом. Хотя можно было бы заработать сорок баллов у Флитвика, я предпочел просто почитать. И ты, поэтому не поднимаешь руку, потому что тоже уже знаешь все эти вещи?

– К-кое ч-что я з-знаю, но я-я не смогла бы повторить то же, что и ты сегодня.

– Ты можешь также, я уверен. Гарри действительно страшен в трансфигурации и заклинаниях, – сказал Малфой.

Молча они шли по коридорам Хогвартса, вышли на улицу и подошли к теплице номер четыре.

– Думаю, Су Ли, мы еще увидимся, – сказал Поттер.

– Эм, хорошо, – Су вбежала в оранжерею.

– Эта девчонка странная, Гарри, – произнес Драко.

– Ага, с ней не до шуток, – кивнул Поттер, и они направились на квиддичное поле.

Когда Гарри и Драко пришли на поле, то стали свидетелями довольно странной картины. Блейз ходил взад-вперед вдоль трех метел, а Джинни и Тонкс пытались его успокоить.

– Блейз, что случилось? – спросил Поттер.

Звук поттеровского голоса заставил их троих оглянуться.

– Поттер, я не хочу этого делать, – быстро сказал Блейз.

– Да брось, Блейз. Ты же должен помочь Сьюзен, помнишь? – произнес Малфой.

– Я помню, но как я помогу ей, если все время падаю с метлы? – огрызнулся Блейз.

– Блейз, просто расслабься. Ты же не собираешься гонять по всему полю или пытаться отбить бладжер. Кстати, где Сьюзен? – спросил Гарри.

– Она вернулась в гостиную, чтобы попросить метлу у Ханны для Джинни, – пояснила Нимфадора.

– Джинни, ты прежде летала? Я имею в виду перед уроками полетов? – поинтересовался Драко.

Джинни закатила глаза.

– Да, Драко, – усмехнулась она.

– Замечательно. Тогда если нужны будут какие-нибудь указания, куда лететь спроси Гарри, Тонкс или меня, – ухмыльнулся Малфой.

– Спасибо, Драко, ты мой рыцарь в сверкающих доспехах! – ответила с сарказмом Джинни, когда пришла Сьюзен с двумя метлами.

– Это тебе, Джинни. Я знаю, что это просто «Чистомет-5», но это надежная метла, – произнесла Сьюзен.

– Здорово, спасибо, Сьюзен.

– Так, думаю, нам надо разделиться на команды. Сьюзен и Блейз два вратаря, поэтому, почему бы вам не побыть капитанами... – заметил Поттер.

– Хорошая идея. Я беру Гарри, – быстро сказал Блейз.

– Хотелось бы отметить, что мы пытаемся помочь Сьюзен, следовательно, она и должна выбирать первой, – усмехнулся Поттер Забини.

– Спасибо, Гарри. Значит мне выбирать? Да уж, довольно сложный выбор. Я видела, что может Драко, как охотник, а Гарри лучший ловец из всех учащихся. Без обид, Тонкс... – сказала Сьюзен.

– Все нормально, – махнула рукой Нимфадора.

– Тогда, пожалуй, я выберу Гарри. Я помню, что Драко говорил на пляже, что лучшее всего Гарри в качестве ловца.

Поттер улыбнулся и встал рядом со Сьюзен.

– Тогда я выбираю Драко, – произнес быстро Блейз, а Малфой ухмыльнулся нервничающему Забини и встал рядом с ним.

– Хм... извини, Джинни, но я никогда не видела, как ты играешь. Поэтому Тонкс.

Дора весело улыбнулась и присоединилась к Гарри и Сьюзен.

– Тогда Джинни идет к нам, – кивнул Блейз.

– Следовательно, начинаем, – Драко оседлал метлу и взмыл вверх.

Первые несколько игр даже не заканчивались. После того как Гарри, Сьюзен и Нимфадора выиграли четыре игры подряд: 10:2, 10:4, 10:6 и 10:3, они поменялись командами, чтобы было справедливо. Поттер был теперь с Джинни и Блейзом, а Драко со Сьюзен и Тонкс. Следующие игры были гораздо более напряженными. Джинни удивила Гарри тем, как хорошо она летает. Поттер, Блейз и Джинни выиграли две игры 10:7, 10:5, но Сьюзен, Драко и Нимфадора выиграли последние две игры 11:9 и 10:8. Последние две игры заняли по сорок минут каждая, и к тому времени, как они приземлились, солнце уже садилось за замок.

– Было весело, мы должны как-нибудь повторить, – улыбнулась Сьюзен.

– Безусловно, – согласно кивнул Забини.

– Вот видишь, Блейз, квиддич не так уж и плох, – сказал Гарри, когда они вошли в замок.

– Хорошо, хорошо, хорошо, он довольно не плох.

– Ну вот, мне сюда. Спасибо за помощь, ребята, теперь я знаю, что вполне смогу войти в резервный состав в этом году, – улыбнулась Сьюзен.

– Без проблем, Сьюзен, – сказал Поттер.

Сьюзен помахала им рукой на прощанье и зашагала вниз по темному коридору.

Преподавательская, Хогвартс.

Пока Гарри, Драко, Тонкс, Джинни, Сьюзен и Блейз играли в квиддич, Альбус Дамблдор давал последние наставления на первом собрании преподавателей в этом году.