Текст книги "Правительница Д'Хары (СИ)"

Автор книги: El Marrou

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 55 страниц)

========== Часть I. Пролог I ==========

Включена ПБ

Издали Народный Дворец казался гигантским сооружением, выросшим прямо на песках Равнины Азрита. Его можно было увидеть за целые мили, а запахи, исходящие от рынка у дворца, можно было почувствовать еще дальше. Приближаясь к древнему памятнику архитектуры, путники невольно начинали думать, сколько же рук потребовалось, чтобы построить эту громадину. Люди содрогались, пытаясь хотя бы примерно подсчитать, сколько в нём было уровней: подземных, скрытых глубоко под землёй, и наземных, уходивших далеко в бескрайнее небо. Они начинали понимать всю мощь творения волшебников, особенно вспоминая, кто был его владельцем.

Так случалось со всеми путешественниками, что забредали в сердце суровой Д’Хары, но не с Кэлен. После утончённо-строгого великолепия Дворца Исповедниц её мало что могло удивить. Народный Дворец не мог завоевать сердце девушки ещё и из-за того, что причина, по которой она была вынуждена прибыть сюда, вызывала у неё лишь отвращение.

Уже около двух недель она путешествовала с эскортом, «заботливо» посланным лордом Ралом. Отряд был небольшим: всего восемь человек. Три морд-сит и пятеро элитных бойцов из армии Д’Хары. Похоже, этот самый лорд предпочитал делать ставки на небольшие и манёвренные группы, вместо того, чтобы посылать за своей невестой небольшую армию. Конечно, его решение можно было бы посчитать опрометчивым. Что восемь человек могут сделать зверям из Имперского Ордена? Но это были восемь д’харианцев. В разнице Мать-Исповедница имела «удовольствие» убедиться при взятии Эйдиндрила Даркеном Ралом.

К большому удивлению Кэлен, самыми приятными из этой компании оказались морд-сит – Кара, Рикка и Бердина – почему-то называвшие себя личными телохранителями Магистра Рала. Поначалу женщины вели себя очень осторожно с Исповедницей, прекрасно помня последствия прикосновения этих существ для морд-сит, но после показали себя с совершенно неожиданной стороны: они начали подбадривать Кэлен.

Каждый раз, когда Мать-Исповедница и ее сопровождающие останавливались и разбивали лагерь, морд-сит старались шутками морально подготовить девушку к предстоящей встрече с будущим супругом. Шутки у морд-сит, конечно, были донельзя специфическими, и порой Кэлен не успевала прятать совсем красное лицо за длинными волосами, но всё же девушка была им благодарна. В длинные тёмные ночи эти три бесцеремонные негодяйки заставляли её забыть о тоске по погибшим сёстрам и той болезненной реальности, в которой она должна была выйти за сына их убийцы. Это не говоря о том, что Ричард Рал, похоже, пошёл ещё дальше и собственноручно убил отца, заняв его трон.

Конечно, все три морд-сит клялись, что нынешний лорд Рал совсем не такой, каким был его отец-тиран, но что ещё можно было ждать от личных телохранителей Магистра? Как будто Кэлен не знала, что слово этого волшебника в Д’Харе приравнивалось к слову Создателя. Да скажи Ричард Рал своим защитницам лечь с ним в постель, всем троим сразу, они бы и слова поперёк не посмели сказать. Как бы ни дрожал голос Кары, когда она вспоминала бывшего хозяина и сравнивала его с новым властителем, убеждая Мать-Исповедницу, что Ричард Рал спас их всех от кровожадного чудовища, Кэлен предпочитала смотреть на результат: благодаря отцеубийству он оказался на троне огромной страны, а теперь сделал то, что было не под силу ни одному его предку – получил Срединные Земли. Да ещё и каким способом! Взял в жёны саму Мать-Исповедницу, сильнейшую из женщин, которые ни разу за все тысячелетия существования своего ордена не покорились мужчине.

Надо ли говорить, что знакомства с новоиспечённым правителем Д’Хары Кэлен Амнелл вовсе не ждала и иллюзий, что оно будет приятным, не питала? Разумеется, как Исповедница, девушка не впадала в ужас от мысли, что выйдет замуж за нелюбимого мужчину. Её скорее тревожила мысль, что она выйдет замуж в принципе. Станет чьей-то женой, эдаким придатком к мужчине.

Исповедницы не выходят замуж. Они порабощают мужчин, отбирают их волю, память и душу, используя только для того, чтобы зачать ребёнка, ещё одну Исповедницу, которой будет не суждено познать любовь и семейное счастье.

И вот теперь Мать-Исповедница, лидер всех Исповедниц, едет к Ралу, чтобы поклониться ему в ноги, признать себя его женщиной и, надев ошейник, лечь с ним в постель, отдавая тем самым отродью чудовища все Срединные Земли. А ведь его семья веками пыталась истребить её орден, завидуя безоговорочной власти этих женщин.

Слеза скатилась по щеке Матери-Исповедницы. Она должна найти в себе силы уступить будущему супругу. Только с ним, только с Д’Харой у Срединных Земель и Вестландии был шанс выжить. Иначе Имперский Орден сожрёт их один за другим, как сделал дед Магистра Рала, Паниз Рал, образовав современную Д’Хару.

– Мать-Исповедница! – радостно крикнула Кара. – Мы приближаемся к Народному Дворцу!

Девушка озорно улыбнулась, кивком указывая на возвышавшуюся впереди громаду. Она возвращалась домой после долгого путешествия, и это был первый раз, когда Кара действительно скучала по дому. Кэлен коротко и с достоинством кивнула, бесстрастно глядя на расступавшихся перед ними людей. Они шептались и таращились на чужестранку в белом платье, сопровождаемую тремя морд-сит в кроваво-красных одеждах и пятёркой огромных грозных д’харианцев на вороных боевых конях. Краем уха девушка услышала с отвращением полушёпотом выплюнутое: «Ведьма!». Однако никто не посмел в открытую оскорбить невесту Магистра Рала и даже не осмелился показать на чужестранку пальцем. Скорее всего, за такой жест несчастного оставили бы без руки.

Кэлен, выпрямив спину и привычно «надев» маску Исповедницы, безразлично оставила толпу зевак позади.

***

Ричард нехотя оторвался от очередного учебника по древнед’харианскому языку, на который мужчина совершенно неожиданно напоролся в библиотеках Дворца. Многие книги отца были написаны именно на этом языке, и Ричард посчитал не лишним его выучить. Со вздохом захлопнув учебник, Ричард жестом показал Улику и Игану, двум бравым телохранителям, выделенным капитаном Мейффертом для защиты Магистра Рала, следовать за ним, к массивным дверям, ведущим из огромного помещения. Поправив сбившийся на бок золотой плащ, он направился встречать неожиданно рано прибывшую невесту.

Мужчина невольно улыбнулся, вспомнив, как нашёл облачение боевого чародея.

Год назад, навещая своего деда по материнской линии, Зеддикуса З’ул Зорандера, Ричард заметил, как дед открывал Анклав Первого Волшебника с помощью металлической пластины на стене. Ему ещё тогда было любопытно, что из реликвий древности может помочь в будущей борьбе с отцом, которой, Ричард знал, было не избежать. Да и книг дед хранил довольно много.

В каком же изумлении был старый волшебник, когда обнаружил, что Ричард, едва понимающий основы магии, сумел самостоятельно преодолеть все его мощнейшие щиты и пробраться в Анклав. Дед всё приговаривал, что его внук родился великим чародеем, раз сумел добраться аж до вещей, оставленных самим Первым волшебником Барахом. Тогда Зедд и понял, какой дар достался его внуку. Именно в тот день Ричард получил одеяние боевого чародея, волшебника, владеющего обеими сторонами магии.

К сожалению, в тот визит в Эйдиндрил Ричарду не удалось пересечься с пресловутой Матерью-Исповедницей, женщиной поразительной силы и, по слухам, ещё и красоты. Что же, сегодня он наверстает упущенное.

Ричард скривился, проходя мимо площадки для посвящений. Уже был полдень, и люди начали собираться для ежедневного ритуала, чтобы помолиться своему отцу и защитнику – Магистру Ралу. Едва придя к власти, Ричард отменил этот смущающий его, как обычного человека, обычай. Но солдаты и морд-сит с завидным постоянством продолжали приходить дважды в день, чтобы помолиться своему Магистру, словно он был божеством, а не правителем. Тогда Ричард лишь сокрушённо вздохнул, приняв своё поражение в битве против благодарных подданных.

Капитан Мейфферт уже ждал у главных ворот, когда Магистр Рал только подходил туда. И хотя – он знал это наверняка – старый друг будет нагло прикрываться долгом службы и необходимостью защиты невесты самого Магистра Рала, Бенджамин Мейфферт пришёл раньше всех именно затем, чтобы потом в неформальной обстановке подкалывать друга детства скорой женитьбой. Сам-то он всё ещё в холостяках ходил и обзаводиться женой в ближайшем будущем не собирался.

Проигнорировав неуместную ухмылку капитана, Ричард приготовился встретить саму Мать-Исповедницу.

Она и вправду была прекрасна. Густые волосы цвета воронова крыла волнами спадали на плечи и мягко ложились на спину, свисая до самой талии. Бесстрастное бледное лицо девушки ничуть не умаляло её женственности, напротив, придавало ей особое, королевское изящество. И её глаза. Поразительные зелёные глаза, искрящиеся острым умом и внутренней силой.

Капитан, глянув на невесту-чужестранку, которую сумел отхватить себе друг, завистливо присвистнул. Ричард поблагодарил Добрых духов, что Мать-Исповедница ещё далеко и оценить весь масштаб катастрофы в области воспитания ближайшего друга будущего супруга не может.

– Я пожалуюсь госпоже Каре, – не удержался и шепнул Ричард.

– У-у, так она для вас госпожа, Магистр Рал? А красотка-невеста ревновать не будет?

Ричард мрачно и совсем не по-дружески усмехнулся, подумав про себя, что смеётся тот, кто смеётся последним. Вот прибудет длиннокосая морд-сит домой, тогда он с другом и поговорит.

Мать-Исповедница проигнорировала поданную Ричардом руку и спешилась с коня сама. Крякнув, Ричард склонил голову в знак приветствия своей будущей жены.

– В Срединных Землях короли и королевы приветствуют Мать-Исповедницу на коленях, – и бровью не поведя заявила девушка.

Ричард расхохотался, легко и с удовольствием. Мужчина смеялся достаточно долго, чтобы смутить чужестранку. К её чести, ни один мускул не дрогнул на точёном девичьем лице. Счастливы Срединные Земли, если у их Исповедниц такая потрясающая выучка.

– Вы не в Срединных Землях, – с улыбкой и в тон невесте ответил Ричард. – И раз уж вы у меня в гостях впервые, я прощу вам незнание некоторых правил. Но впредь запомните, Кэлен Амнелл, я обращаюсь к вам вежливо и с уважением, когда вы относитесь ко мне также. В Д’Харе на коленях не стоят.

– Вы уверены? – выгнула бровь девушка и кивнула в сторону площадки для посвящений.

Ричард мысленно выругался. Благо бойкая и бесцеремонная Бердина поспешила на помощь своему Магистру, похоже, совершенно не умеющему общаться с девушками:

– Магистр Рал, я надеюсь, вы последовали моему совету и подготовили спальню сразу? Я же сказала, что она вам понадобится, – под гогот остальных сестёр заявила нахалка.

========== Пролог II ==========

Рал вёл Кэлен вдоль светлых коридоров Народного Дворца, когда она заметила, что половины солдат, которая стояла рядом с ним у главных ворот и сопровождала их первые несколько минут, сейчас уже не было. Неужели они просто так решили оставить своего Магистра? Она-то думала, что д’харианцы готовы стоять даже в спальне Ричарда Рала, лишь бы защитить своего правителя.

– Они пришли к главным воротам только затем, чтобы увидеть вас, – заметил Ричард, не без удовольствия наблюдая за реакцией своей будущей супруги. – Сейчас все вернулись либо на свои посты, либо на площадки для посвящений.

Кэлен вспыхнула, совершенно не ожидая от будущего мужа такой проницательности. Она очень надеялась, что ему просто повезло и в таланты Магистра Рала не входило чтение мыслей.

– Нет, я не читаю ваши мысли. Просто догадался, – продолжал бессовестно веселиться Ричард. Он хотел немного растормошить непокорную красавицу, но, судя по недобро сверкнувшим глазам девушки, выбрал неверную стратегию.

Кэлен в голову пришла мрачная мысль, что хотя бы одно было хорошо в сложившейся ситуации: её жених не был идиотом.

– Я не думала, что мое прибытие вызовет такой ажиотаж, – безразличным тоном сказала она.

Ричард едва заметно ухмыльнулся.

– Исповедницы – большая редкость в Д’Харе.

«Мимо», – мысленно прошипела Кэлен. Ей и так была не очень приятна женитьба с человеком, которого она не любила, даже несмотря на то, что её всю жизнь учили выполнять многочисленные обязанности Исповедниц. Но выходить замуж за человека, отец которого самолично распорядился, чтобы её сестёр истребили – поворот судьбы не просто неприятный, а чудовищный. Кэлен было интересно, с какой всё-таки целью Ричард Рал напомнил ей такой эпизод из истории правления своего отца. Неужели угрожает?

Что же, если это и была провокация, Мать-Исповедница не собиралась на неё реагировать. В конце концов, она здесь, чтобы обезопасить будущее Срединных Земель.

– Да, думаю, мне на их месте тоже было бы интересно это увидеть, – ответила она. Если бы Кэлен выпало уродиться ведьмой, в Народном Дворце сейчас пошёл бы снег. Прямо с потолка. Обязательно крупными хлопьями.

Ричард уловил недовольные нотки в тоне невесты. Поджав губы от досады, что выбрал такую неудачную тему, мужчина поспешил закрыть разговор. Судя по тому, что Кара и Бердина писали ему в путевом дневнике, Кэлен была довольно хладнокровной женщиной с головой на плечах. Ему также было известно, что пресловутое равенство какой-либо династии, страны или народа в глазах Матери-Исповедницы на род Ралов не распространялось.

Мужчине вдруг стало интересно, как три морд-сит, пропитанные преданностью своему Магистру до мозга костей, умудрились подружиться с очевидно враждебно настроенной Кэлен. Ричард подумал, что обязательно подшутит по этому поводу над Карой. Сама-то бесстыдная телохранительница не упускала возможности прокомпостировать мозг своему повелителю очередной волной подколок.

Как раз в это время они проходили мимо одной из самых больших площадок для посвящений, и Ричард счёл неплохой идеей остановиться рядом с ней, под крышей, поддерживаемой коллонадой. Это было особенно актуально, учитывая то, что собирался дождь, а площадка была под открытым небом.

У Кэлен сердце болело за коленопреклонённых людей, стоявших по всей площади, впав в религиозный транс. Они как зачарованные монотонно и слегка нараспев произносили в унисон одни и те же слова посвящения. Снова и снова. Исповедница решила, что это и должна быть та самая присяга дому Ралов, о которой ходило столько молвы в Срединных Землях. Много какие короли завидовали чёрной завистью правителям Д’Хары, обладающим таким покорным, словно рабы, народом.

С неба упала пара капель начинавшегося дождя. Но люди всё стояли. А если разбушуется гроза или метель? Неужели Магистр Рал заставляет их терпеть и кланяться ему даже тогда?

Ричард глянул на потолок коридора, убедившись, что на Мать-Исповедницу дождь не попадает.

– Постоянные посвящения вовсе не обязательны, однако мы всё равно каждый день собираемся здесь. Это благодарность, – мягко сказала Кара, догадавшись о том, как должны выглядеть традиции её страны в глазах чужестранки.

– Посвящение необходимо, чтобы защититься от сноходца, —Ричард враз помрачнел. – Но повторять его действительно не нужно. Достаточно верить в силу уз.

Кэлен скрестила руки на груди и недоверчиво выгнув бровь, покосившись на Магистра Рала. Её совершенно не трогали его слова об отсутствии необходимости каждый день обдирать колени по нескольку часов. Даркен Рал славился своим умением втираться в доверие к собеседнику. Почему бы и сыну не обладать таким умением? Факт оставался фактом: Ричард Рал позволяет людям часами стоять под дождём и молиться на себя.

– Сноходец? Вы говорите о Джегане, правителе Древнего Мира? – Кэлен слышала, что Император обладает какой-то редкой способностью проникать в разум людей, «влезая» в крошечный промежуток между их мыслями, и захватывать контроль над их разумом и телом. Верилось в это девушке, прожившей всю жизнь среди волшебников, довольно слабо.

– Да, о нём. Сноходцы появились еще во времена Великой Войны волшебников, и мой предок был вынужден создать Узы, чтобы укрыть свой народ от этих тварей. Сноходцев истребили, когда они вышли из-под контроля. Но один появился снова, – прорычал Ричард.

– А узы по-прежнему связывают нас и защищают, – с некой гордостью добавила Кара.

– Как удобно, – заметила Кэлен, скрестив руки на груди. – Снова появляется неведомое чудовище, а защитить всех от него способны только вы, Магистр Рал. Да ещё время такое выбрало, как раз к моменту, когда ваша семья положила глаз на Срединные Земли.

Магистр Рал наградил её таким красноречивым взглядом, что Кэлен невольно напомнила себе, что в доме этого мужчины она – гость. По крайней мере, пока не выйдет за него замуж.

– Вы можете сколько угодно ставить мои слова под сомнение, Мать-Исповедница. Но платить за ваши ошибки будете не вы одна.

Кэлен резко вдохнула, крепко сжав челюсти. Она не привыкла, чтобы её отчитывали, словно маленькую девочку. Да далеко не каждый волшебник мог себе такое позволить!

– Я надеюсь, что скоро мы избавимся от необходимости связывать себя. Каким бы то ни было способом, – твёрдо заявила Исповедница, чётко давая понять, что менять точку зрения не собирается. Она отвернулась от Ричарда Рала и вышла на площадь, прямо под дождь, проходя мимо коленопреклонённых людей.

Ричард не стал провожать невесту до её покоев, которые ей выделили до тех пор, пока они не поженятся.

Было видно, что в Д’Харе Мать-Исповедницу стараются принять достойно: дорогая мебель, наверняка сделанная лучшими мастерами в стране, обтянутая изящной, без единого изъяна набивной тканью приятного тёмно-синего цвета. Здесь даже был книжный шкаф, уставленный различной литературой.

Взгляд Исповедницы упал на тёмно-красное платье, аккуратно разложенное на кресле. Кара, которой Магистр Рал поручил охрану Кэлен, терпеливо ждала, когда же невеста её повелителя возьмёт его в руки.

– Это платье наши швеи сшили тебе на свадьбу, – Кара протянула ей изделие, – посмотри.

Кэлен наградила морд-сит едким взглядом прищуренных глаз. Так вот чем занималась эта девушка в дороге, так пристально её разглядывая! И как только сумела передать мерки во Дворец?

Кэлен подошла к креслу и аккуратно взяла платье в руки. Ткань была мягкой на ощупь, блестящей. Шёлк. Очень качественный и очень дорогой. Девушка подошла к зеркалу и приложила его к себе так, чтобы можно было увидеть, хотя бы примерно, как оно смотрится на ней.

Кара села на небольшое кресло, и с видом заинтересованного зрителя сказала ей, озорно улыбаясь:

– Примерь, чего же ты ждешь?

Через пару минут Мать-Исповедница вышла из спальни в свадебном наряде.

Это было странное ощущение. Всю жизнь каждая Исповедница носила только одно платье: то, в котором принимала исповеди людей. Это были их короны, их доспехи. Это были единственные свадебные платья, которые они могли позволить себе носить. В них Исповедницы выбирали себе мужчину.

Юбка в пол, длинные широкие рукава по длине шли до самой талии, треугольный вырез не был сильно низким, но и аккуратные формы Кэлен совершенно не скрывал. Края рукавов были вышиты золотой нитью. Кэлен подняла руку и рассмотрела узор на рукаве, осторожно пройдясь по нему пальцами. Она поняла, что его составляли надписи на древнед’харианском. Кэлен знала лишь пару слов из этого мертвого языка, но по ключевым словам она смогла определить суть надписи. Здесь говорилось что-то о долге человека, как правителя. Хороши же шутки у Магистра Рала.

Девушка собрала волосы, приподняв их вверх, к затылку. Смотря в зеркало, Кэлен не узнавала себя. Женщина в отражении не была Матерью-Исповедницей, она была леди Рал – женой Магистра, правителя Д’Хары.

– Почему красное? – внезапно вслух сказала Кэлен. В платье ей не нравился именно цвет. Она обернулась и посмотрела на морд-сит, сидящую в кресле. – Почему именно красное?

Кара встала с кресла и положила руку на плечо Кэлен. Это был такой простой, дружеский жест. Кэлен едва сдержала слёзы. Она вспомнила, как морд-сит отдёргивали свои руки от неё, словно от змеи, в первые дни путешествия. А теперь Кара без опаски утешала её, Исповедницу.

– Потому что красный – цвет крови, – мягко сказала морд-сит. – Он напоминает тебе о крови миллионов людей, которая прольётся, если ты сделаешь неправильный выбор. Не отталкивай его. Магистр Рал хочет как лучше. Между прочим, – девушка повела рукой вокруг. – Любимый цвет Ричарда – синий.

Кэлен слегка улыбнулась, подтрунивая над морд-сит.

– Платье коротковато. И велико.

– Я передала Магистру Ралу всё правильно, – вскинула голову телохранительница волшебника. – Это он не ожидал, что ты такая высокая и стройная.

Мать-Исповедница тихо рассмеялась. Какая же всё-таки Кара была замечательная. Ричарду Ралу очень повезло, что такая девушка на его стороне.

– Красный – это цвет дома Ралов, да? – спросила Кэлен.

– Да, – кивнула морд-сит. – Если наденешь на свадьбу это платье, народ примет тебя. Так ты покажешь, что хочешь стать частью нас, частью Д’Хары.

Исповедница устало вздохнула, опуская руки и снова смотрясь в зеркало, видя там женщину, которую она не узнавала.

– Если бы ты знала, как я не хочу выходить замуж за Магистра Рала, Кара. Я чувствую себя так, будто совершаю величайшее предательство, – Кэлен так не хватало сестёр, которые выслушают и всё поймут. Её учили не показывать своих эмоций ни перед кем, кроме Исповедниц, но кому теперь Кэлен лить слёзы, когда она осталась совершенно одна? Да, девушка согласилась на брак ради спасения Срединных Земель, но какой ценой? Она войдёт в историю как Мать-Исповедница, потерявшая свои земли, предавшая суверенность стран, доверившихся ей. Кэлен Амнелл также запомнят как Мать-Исповедницу, склонившую голову перед мужчиной, волшебником-правителем.

– Я понимаю тебя, – тихо сказала Кара. – Мне тоже приходилось отдавать тело человеку, которого я не любила. Но ты его хотя бы не ненавидишь. Ты можешь притворяться или даже думать, что это так, но ты не ненавидишь Магистра Рала. И он, поверь мне, не получает удовольствия от твоей боли. Я не могу представить, как тяжело тебе пришлось, когда ты потеряла всех своих сестёр. Но если ты захочешь, я и мои сёстры будем рядом.

Кэлен взяла девушку за руку, крепко сжав её ладонь:

– Почему ты так веришь ему?

– Он освободил нас, – со слезами на глазах прошептала Кара.

Кэлен не знала, с каким расчётом Ричард Рал так поступал, правда ли он отличается от деспотичного отца, но Мать-Исповедница твёрдо решила: ничьим придатком она не будет. И Срединные Земли останутся под её, Кэлен, началом.

– Я оставлю этот цвет. Выйду, как подобает правительнице Д’Хары.

========== Глава I ==========

В Большом Зале суетилась целая сотня слуг, не меньше. Несмотря на войну, неумолимо подступавшую к Новому миру, праздничные приготовления к свадьбе Магистра Рала охватили весь Народный Дворец.

Слуги сновали туда-сюда, переговариваясь между собой и косясь на чужестранку-невесту, идущую подле их правителя. Время от времени они донимали Ричарда вопросами, куда поставить тот или иной предмет, но мужчина немедленно переадресовывал их будущей супруге. Всё-таки в подготовке торжественных мероприятий, да и в благоустройстве дома как такового, разбирались лучше женщины – по крайней мере, таково было его мнение. Мать-Исповедница же, сцепив зубы и сжав руки в кулаки, взяла на себя обязанности подготовки собственной свадьбы. Похоже, Ричард Рал и правда считал, что покончил со Срединными Землями, присоединив их к Д’Харе, раз уже и с ней не считался, как с правителем.

Лорд Рал, осмотрев масштабы приготовлений, с удивлением понял, как много гостей будет на торжестве. Все лорды и леди Срединных Земель и Д’Хары соберутся в Народном Дворце лишь для того, чтобы посмотреть на Ричарда и Кэлен. И, конечно, правители Срединных Земель не преминут воспользоваться возможностью урвать пару-тройку привилегий в новом союзе. Некоторые из них, Ричард был в этом уверен, будут достаточно наглы, чтобы открыто потребовать денег в качестве компенсации за потерю суверенитета и, соответственно, налогов на содержание знатных особ. Д’Хара была, несомненно, богатой страной, одной из наиболее обеспеченных частей Нового Мира. В ней находилось сравнительно немного земель, пригодных для сельского хозяйства, но и их вполне хватало для обеспечения всей страны продовольствием. Но главное богатство Д’Хары заключалось в её ресурсах, в частности в золоте, которое давным-давно обеспечило её суверенитет. Конечно же, страна морд-сит и волшебников-правителей (занятие, в Срединных Землях считавшееся недостойным обладателя дара) была лакомым кусочком для многих. Но именно из-за морд-сит, беспрекословного авторитета дома Ралов, как сильнейшего рода волшебников во все времена, бывшего наравне с эйдиндрилскими Зорандерами, и устрашающей армии, в которую государство вкладывало огромное количество средств, отбивали охоту нападать на Д’Хару вот уже двести лет.

У Ричарда совершенно не было желания устраивать масштабное торжество. Лорды Срединных Земель никогда не отказывались от лишнего бокала вина, а их жены редко воротили нос от возможности уединиться в гостевых комнатах с симпатичными молодыми людьми из прислуги, пока их перебравших мужей тащили в покои в другом крыле дворца.

Ричард отбросил эти отвратительные мысли, хотя и знал, что точно вернётся к ним прямо перед свадьбой. Поведение знати Д’Хары, народа от природы дисциплинированного – особенно, когда дело касалось репутации их Магистра, было не в пример лучше. А вот распущенность многих представителей сильных мира сего от Срединных Земель Ричард невзлюбил с самого знакомства, и с поводом поменять своё мнение ещё не сталкивался.

Мужчина с грустью подумал, что предпочёл бы тихое торжество в кругу родных и близких друзей, женись он на девушке, которую любил. Обычно женихи перед свадьбой не могут отвести глаз от своих прекрасных невест, суетящихся с подготовкой к торжеству и предвкушающих совместную жизнь с любимым человеком, но с Ричардом такого не будет. Он никогда никого по-настоящему не любил, и, хоть он и пытался не усложнять Матери-Исповеднице этот и так непростой выбор, их отношения не задались с самого начала. О каких «хороших отношениях» может идти речь, если она даже смотреть на него не хочет, не то что говорить? Кэлен Амнелл упорно продолжала демонстративно отказывать ему в своём внимании, и даже сейчас она делала вид, что не видела и не слышала будущего супруга, хоть он и стоял в жалкой паре футов от неё.

Ричард и Кэлен одновременно повернулись на звук разбившегося стекла. Молодая светловолосая служанка торопливо собирала осколки, когда-то бывшие бокалом, а Бердина, затянутая в коричневую кожу, грозно нависала над и без того испуганной и не перестающей кланяться в сторону Магистра Рала девушкой. Конечно же, морд-сит всем своим видом показывала, что сейчас неумёхе не поздоровится.

Она с надеждой посмотрела на лорда Рала. Странно видеть человека, который выпрашивает возможности кого-то покалечить так же, как ребёнок – медовый пряник. Ричард нахмурился, словно грозный родитель, и отрицательно покачал головой. Бердина, изобразив глубокую печаль на своем выразительном лице, покорно и расстроенно кивнула. Служанка собрала остатки стекла и, не осмелившись даже взглянуть на внушающую ужас фигуру женщины рядом, вжав голову в плечи, шмыгнула в коридор.

– Лорд Рал, Мать-Исповедница! – стремительным шагом к ним приближалась Кара, идя впереди очень усталого на вид солдата.

– Что случилось? – немедленно спросил Ричард. Кэлен поспешила за ним.

Слуги замерли, прислушиваясь к разговору. Торжество, может, и создавало радостную атмосферу уюта и безопасности, но война наступала, это знали все.

– Послание из Эйдиндрила! – приложил кулак к груди мужчина. Он собирался сказать что-то еще Магистру Ралу, но Мать-Исповедница властно вскинула руку, прерывая гонца.

– Дайте мне взглянуть на это послание, – приказала она.

Ричард с интересом наблюдал за женщиной. Д’харианцы во многих отношениях были приверженцами патриархата, и женщина-правитель для них была в новинку. Солдат оторопело глядел на чужестранку, влезшую вперёд Магистра Рала и, понимая, что с невестой повелителя лучше не ссориться, перевёл вопросительно-растерянный взгляд на своего господина. Ричард едва заметно кивнул.

– Боюсь, у меня плохие вести, Мать-Исповедница, – откашлявшись, сказал солдат и передал ей футляр. Вокруг послышался осторожный шёпот, люди уже начинали строить догадки, что же могло случиться в Эйдиндриле. – Ситуация очень серьезная.

Мать-Исповедница достала из футляра письмо, скрепленное её личной печатью. Две скрещенные молнии – символ власти Матери-Исповедницы. Ее кольнуло раздражение: и кто только рискнул пользоваться этой печатью в отсутствие хозяйки? Сжав послание в руке, Мать-Исповедница направилась в свои покои. Большой Зал, полный прислуги – не лучшее место для чтения таких вещей.

***

Когда она повернулась, дойдя до двери в свои покои, вопреки ее надеждам Ричард Рал все еще был здесь.

– Я думаю, вам пора, Магистр, – без особой учтивости сказала Мать-Исповедница.

– Напротив, я считаю, что имею право знать, что произошло в Эйдиндриле. Особенно если учесть, что этот город скоро станет частью Д’Харианской Империи, – мужчина скрестил руки на груди.

– Я придерживаюсь иного мнения, – Кэлен повернулась к двери. Ричард грубо схватил её за руку, разворачивая к себе и вжимая в холодную стену. Она охнула, испугавшись, но мгновенно взяла себя в руки, прошипев: – Вы понимаете, что ваша выходка может стоить вам рассудка, Магистр Рал?

– Валяйте. И тогда морд-сит подерутся за право содрать с вас кожу заживо.

Он. Держал. Её. За руку.

Никто не смел прикасаться к Исповеднице, не истратившей силу, никто. Но Ричард Рал бесстрашно сжимал её запястье своей широкой горячей ладонью и его совершенно не трогало, что перед ним – сильнейшая Исповедница за несколько сотен лет.

Ричард сделал шаг вперёд из чистого любопытства. Посмотреть, как поведёт себя правительница Срединных Земель, привыкшая приказывать мужчинам и ставить их на место, а не подчиняться им.

Кэлен, тихонько вдохнув, вжалась в стену. Он был близко. А бежать было некуда. Сердце пропустило удар.

Всё-таки, ей достался красивый мужчина. Кэлен отметила это ещё в день приезда, но с раздражением отбросила неподобающую Матери-Исповеднице мысль. А теперь, когда она смотрела прямо в насмешливые серые глаза Магистра Рала, не могла перестать краснеть. Он был очень высоким, выше Ричарда были только исполины-д’харианцы, служившие в элитных отрядах армии. Его черты лица были грубоватыми, но чёткими и пропорциональными, густые тёмно-русые волосы спадали на лоб непослушными прядями. Стоило признать, что мужчина был очень хорошо сложён: широкие плечи, узкие бёдра. На обнажённых крепких предплечьях проступали вены.