сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 38 страниц)
Стиснув зубы, чтобы побороть противное ощущение головокружения, я осторожно поднимаюсь на ноги, цепляясь за спинку сиденья и окликнув пса. Вещь нехотя поднимает голову, глядя на меня своими чёрными глазами-бусинами — похоже, просторный трейлер пришёлся ему по вкусу гораздо больше, чем заднее сиденье джипа, заваленное моими вещами и прочим хламом. Но оставаться здесь и упиваться фальшивыми иллюзиями я категорически не намерена. Если кучка кретинов жаждет погибнуть, я не стану им мешать.
Прохожу мимо карты, нарочно поддев её носком ботинка и заслужив очередной неодобрительный взгляд доморощенного героя — а потом решительно направляюсь к выходу из этого недоразумения на колёсах. Лохматая дворняга вяло плетётся следом. Но как только моя ладонь сжимается вокруг металлического поручня перед распахнутой дверью трейлера, со стороны водительского места доносится характерный треск радиопомех. Невольно замираю на месте — а спустя мгновение в салоне раздаётся незнакомый мужской голос.
Торп вихрем проносится мимо и быстро прибавляет звук на радиоприёмнике.
— Всем выжившим. Повторяю, всем выжившим. Координаты: 47,5649°N, 52,7093°W. Чистая зона. Повторяю, чистая зона. Мы ждём вас. У нас безопасно.
— Но… Разве сегодня понедельник? — шепотом спрашивает беременная блондинка, изумлённо приоткрыв рот.
Ей никто не отвечает.
Все члены скудоумного альянса замирают на месте, словно окаменев от шока.
Ладно, их можно понять.
Я и сама немало удивлена. Даже если не брать во внимание, что солнце поднялось с восточного горизонта совсем недавно, и до полудня ещё далеко, я обладаю на редкость хорошей памятью — и потому мгновенно понимаю, что запись изменилась. Последней фразы в прошлой трансляции не было.
Неужели их иллюзорная сказочка о городе выживших вовсе не бред отчаявшихся людей?
Немыслимо. Невозможно.
Или всё-таки… возможно?
— Нет, блонди, сегодня четверг, — кудрявый миротворец едва слышно сообщает самую очевидную информацию. А потом вдруг переводит на меня торжествующий взгляд. — Вот видишь, Аддамс? Город существует. И они ждут нас, понимаешь?
Его ореховые глаза лихорадочно сверкают, как у буйно помешанного — а спустя пару секунд все кретины почти одновременно отмирают от первоначального оцепенения. Энид громко всхлипывает, обнимая обеими руками свой огромный живот. Бьянка прижимает ладонь к губам и неверяще качает головой из стороны в сторону, словно бестолковая игрушка собачки на приборной панели автомобиля. Тайлер неожиданно разражается заливистым смехом, который незамедлительно подхватывают остальные. Относительно невозмутимым остаётся только их самопровозглашенный лидер — Торп выключает приёмник и оборачивается, задумчиво потирая переносицу.
— Нам нужно составить план, — уверенно заявляет он спустя пару минут размышлений и обращает полный смятения взгляд в мою сторону. — Так ты останешься или как?
Наверное, впервые в жизни я не знаю, что ответить. С одной стороны, затея рвануть на восток Канады кажется абсолютно провальной — на пути слишком много городов, в каждом из которых бродят тысячи голодных тварей. Или даже миллионы, ведь большая часть человечества давно вымерла. Но ведь однажды мне уже удалось обогнуть большую часть поселений окольными путями и добраться до висячего моста Макинак... Это лишь треть маршрута, но лучше что-то, чем ничего.
С другой стороны, даже призрачный шанс на обретение нормальной жизни отзывается в моём сердце странным, давно забытым чувством. Кажется, слабоумные фермеры называют этот иррациональный внутренний трепет надеждой.
Я ведь всё равно умру — рано или поздно.
Но разве не лучше умереть на пути к цели, чем в бесполезной бесконечной борьбе с полчищами восставших мертвецов?
Ведь попытаться и проиграть гораздо лучше, чем отказаться от попытки.
— Останусь, — киваю я и тут же добавляю своим привычным ядовитым тоном. — Но только потому, что без меня вам не добраться даже до границы штата.
— Аддамс, ты жуткая заноза в заднице, знаешь об этом? — хренов герой усмехается. Но, похоже, неожиданно полученная трансляция отбила у него охоту вступать со мной в очередную конфронтацию — в интонациях Ксавье нет и намёка на колкость.
— Наслаждайся, — бесстрастно отзываюсь я, но уголки губ непроизвольно дёргаются в слабом подобии улыбки, а в голове совершенно случайно всплывает фраза из давно прочитанного романа Ремарка. — Значит, будем жрать надежду, если нет ничего другого.
— Будем жрать все остатки надежды, которые только сможем наскрести, — заканчивает Торп и кивком головы указывает в сторону разложенной на полу карты. — Пойдём. Нам нужен лучший план из всех возможных.
План мы составили довольно быстро.
Но вот его осуществление обещало стать самой трудной задачей, которая когда-либо передо мной стояла. Моим первым и самым рациональным предложением было бросить непомерно огромный трейлер ржаветь на обочине, а после пересесть на несколько более проходимых и маневренных автомобилей. Но проклятые фермеры, привыкшие к комфорту, наотрез отказались избавляться от гроба на колёсах — даже несмотря на разумный аргумент, что в случае непредвиденного нападения тварей их колымага и впрямь может стать настоящей братской могилой. В итоге, спустя полчаса напряжённой конфронтации между мной и хреновым героем было принято решение пойти на компромисс. Оставить трейлер в качестве мобильного спального места и отыскать ещё пару-тройку качественных машин, чтобы иметь возможность быстро рассредоточиться, если над нами вдруг нависнет опасность.
Но вот проблема — автомобилей на ходу практически не осталось. Больше пяти дней мы двигались по шоссе вдоль побережья на северо-запад Мичигана, останавливаясь лишь на несколько минут, чтобы проверить ту или иную найденную машину. Спали по очереди, сменяли друг друга за рулём трейлера и джипа, проехали через заказник Хесс и залив Хаммонд, но не сумели отыскать ни одного мало-мальски подходящего транспортного средства. Большинство автомобилей оказались разбиты до состояния бесполезного металлолома — ничего удивительного, в начале эпидемии количество аварий побило все рекорды.
— Не заводится, — Бьянка с досадой ударяет по рулю роскошного Кадиллака, который практически не имеет внешних повреждений за исключением глубокой вмятины на левом переднем крыле.
— Попробуй ещё раз, — кудрявый миротворец в очередной раз склоняется над открытым капотом, принимаясь сосредоточенно копаться в недрах белой громадины. Но уже пятая по счёту попытка неизбежно терпит крах. Стартер крутится и тарахтит с противным треском, но двигатель никак не запускается. Тайлер выпрямляется и, утерев со лба пот, сокрушенно качает головой. — Похоже, топливный насос накрылся… Черт.
— Сможешь починить? — хренов герой останавливается за спиной доморощенного автомеханика, заглядывая через его плечо с таким сосредоточенным видом, будто что-то понимает. Я машинально возвожу глаза к ясному безоблачному небу, удобнее перехватывая тяжёлый автомат.
— Не смогу, — Тайлер грустно вздыхает. — Тут запчасти нужны… И инструменты.
— Ребят… — в диалог вступает благоверный беременной блондинки. — У нас еды почти не осталось. Надо бы в супермаркет наведаться.
— Проверьте другие машины, — Торп снова принимается раздавать указания в своей обычной деловитой манере, раздражающей меня до зубного скрежета. — Вон тот Бьюик выглядит неплохо… И осмотрите багажники, может, там завалялись какие-нибудь инструменты.
Наша сегодняшняя стоянка базируется прямо на шоссе в трёх десятках километров от городка Грейс — некогда оживлённая магистраль забита огромным количеством брошенных автомобилей, изрядно мешающих движению.
За пять с половиной часов нам удалось преодолеть едва ли больше сотни километров — приходилось постоянно останавливаться и цеплять разбитые машины к моему внедорожнику, чтобы отбуксировать их к обочине и расчистить путь.
— А мы с Таем пока поищем заправку или супермаркет, — продолжает командовать хренов герой и переводит взгляд в мою сторону. — Аддамс, одолжишь джип?
— Мечтайте наглее, — презрительно фыркаю и демонстративно убираю ключи в карман кожанки. — Я сама поищу еду.
— Как хочешь, — Ксавье принимает условия игры с неожиданной покорностью, и я уже успеваю выдохнуть с облегчением, но его следующая реплика мгновенно уничтожает это чувство. — Тогда съездим с тобой вдвоём.
Oh merda, только этого не хватало.
Я не имею ни малейшего желания проводить в компании чертового любителя Ремарка ни единой лишней минуты. Все наши попытки диалога неизбежно заканчиваются перепалками — а я совершенно не в настроении разводить очередной непримиримый спор.
— Я предпочту выколоть себе глаза, — в моём голосе явственно звенит металл. — Или тебе.
— Аддамс, если ты теперь часть команды, потрудись исполнять наши правила, — проклятый Торп как всегда демонстрирует чудовищное упрямство, регулярно доводящее меня до белого каления. — Мы не ходим поодиночке, это слишком опасно.
— Пытаться спорить со мной ещё опаснее, — я выразительно изгибаю бровь, прожигая хренова героя ледяным немигающим взглядом.
— Это не обсуждается, Уэнсдэй, — он выделяет моё имя особенно ядовитой интонацией и скрещивает руки на груди.
— Гребаное дерьмо, вы можете хотя бы один день не грызться?! — экспрессивно восклицает Тайлер, но мы оба игнорируем его фразу, продолжая сверлить друг друга недовольными взглядами. Миротворец хлопает ладонью по лбу, недвусмысленно демонстрируя своё отношение к происходящему. — Надоело уже это слушать… Какого хрена вы так сцепились?
Его риторический вопрос повисает в воздухе.
Раздражённо закатив глаза, я разворачиваюсь к своему внедорожнику — быстро сажусь за руль, но заблокировать двери не успеваю. Хренов герой с неожиданной прытью подскакивает к машине и нагло влазит на переднее сиденье.
Едва не шиплю от злости и поистине титаническим усилием воли подавляю желание схватить его за шиворот и выкинуть на улицу.
Я совсем не против рукоприкладства, но начинать драку ниже моего достоинства.
— Значит так, — завожу двигатель и, утопив в пол педаль тормоза, переключаю передачу на движение. — Ближайшие два часа ты проведёшь, размышляя над смыслом выражения «нем как могила». Я достаточно доходчиво объясняю?
— Не льсти себе, Аддамс, — едко парирует проклятый Торп. — Разговаривать с тобой — всё равно что жрать цианид калия. Ты вообще хоть иногда бываешь нормальным человеком?
— Закрой рот, — советую я и перемещаю ногу на газ, одновременно выворачивая руль вправо, чтобы объехать сломанный Кадиллак.
Благо, доморощенному герою хватает ума и инстинкта самосохранения хранить молчание, пока мы движемся на северо-запад по извилистому шоссе. И даже во время вынужденных остановок он не произносит ни слова — молча выходит из машины, чтобы подцепить к фаркопу металлический трос и отбуксировать очередную разбитую развалюху подальше от дороги.
Наконец, спустя бесконечно долгие полтора часа на горизонте появляются очертания заброшенной придорожной закусочной. Выцветшая вывеска всемирно известной сети быстрого питания гласит: «I'm Lovin' It».{?}[Слоган Макдональдса.] Не супермаркет, но хоть что-то. В морозильных камерах вполне могли сохраниться остатки еды.
Уцелевшие пыльные окна обнадёживают — есть шанс, что сюда не успели добраться другие мародёры или голодные полудохлые твари.
Припарковав машину напротив дверей закусочной, я внимательно осматриваюсь по сторонам. Торп достаёт из кармана свою жалкую пушку, в очередной раз демонстрируя самоотверженный кретинизм.
— Вроде чисто, — резюмирует он после непродолжительного визуального осмотра окрестностей.
Не считая нужным отвечать, я оставляю ключи в зажигании — мотор глушить нельзя, не стоит исключать вероятность, что кафе выглядит необитаемым только на первый взгляд — и быстро покидаю салон. Хренов герой плетётся следом, создавая невыносимо много шума. Награждаю его уничижительным взглядом и осторожно дёргаю на себя хлипкую дверь закусочной. Не заперто. Похоже, удача сегодня на нашей стороне. Но радоваться пока рано.
Оказавшись внутри, снимаю автомат с предохранителя и снова озираюсь вокруг, но никаких следов присутствия тварей не обнаруживается. Ровные ряды красных столиков тянутся вдоль стены, а в конце зала возвышается барная стойка со стеклянной витриной, покрытой толстым слоем пыли.
Но нам нужна кухня.
— Гляди в оба, — командую я на уровне едва различимого шепота, осторожно продвигаясь вперёд и будучи готовой в любую секунду спустить курок. Все мышцы инстинктивно напрягаются, но окружающая тишина создаёт мнимую иллюзию безопасности.
Обогнув барную стойку, я останавливаюсь напротив красных двустворчатых дверей с маленькими круглыми окошками. Стекло почти непрозрачное, и рассмотреть что-то не представляется возможным. Сделав глубокий вдох, словно перед прыжком в ледяную воду, я делаю решительный шаг вперёд — и одним ударом ноги резко распахиваю дверь.
Небольшая кухня с металлическими столами из нержавеющий стали и несколькими морозильными камерами оказывается пуста.
Ни тварей, ни обглоданных сгнивших трупов — редкость в наше время.
Но в нос всё равно ударяет омерзительный тошнотворный запах. Ксавье морщится и прижимает к лицу рукав выцветшей джинсовой куртки. Источник отвратительного амбре обнаруживается практически сразу — все морозилки с запасами фирменных котлет из мраморной говядины отключены от питания.
Oh merda. Трижды. Нет, десятикратно.
И какому кретину пришло в голову вытащить вилки из розеток? Мысленно проклиная неизвестного идиота, я подхожу к одной из морозильных камер и, задержав дыхание, распахиваю крышку. Огромное количество котлет в вакуумных упаковках явно пришли в негодность минимум пару лет назад.
А ведь здешних запасов хватило бы нам надолго… Досадуя на изменчивую удачу, я в сердцах ударяю кулаком по бортику холодильника.
И в ту же секунду до моего слуха доносится отчётливый шорох за спиной. Быстро оборачиваюсь и вскидываю оружие, готовясь спустить курок — но хренов герой в мгновение ока оказывается рядом и дёргает меня в сторону. Не удержав равновесия от неожиданности, я буквально падаю ему на грудь и рефлекторно цепляюсь свободной рукой за его плечо. Из-под ближайшей морозилки выскакивает огромная чёрная крыса — вот и источник внезапного шума.
Смешно до абсурда.
Проводив грызуна глазами, я перевожу взгляд на проклятого Торпа — и запоздало осознаю, что между нами нет ни миллиметра расстояния, а его ладони лежат аккурат на моей талии. Давно забытая близость другого человека на несколько секунд выбивает из колеи, и я невольно замираю на месте. Хренов герой пристально смотрит на меня сверху вниз.
Странная немая сцена затягивается.
Он так близко, что я чувствую чужое сердцебиение даже сквозь несколько слоев одежды — и непривычное ощущение заставляет меня моргнуть. Один раз, а затем и второй.
— Аддамс… — хрипло бормочет Торп, продолжая вглядываться в моё лицо с непонятным трудночитаемым выражением. — Твой автомат…
Ах да. Совсем забыла об этом.
Дуло МР5 упирается куда-то ему в ногу, а мой указательный палец до сих пор лежит на курке.
Иррациональное мимолётное наваждение мгновенно спадает.
— Живо убери от меня руки, — раздражённо шиплю я сквозь зубы и торопливо отстраняюсь.
— Извини, — сконфуженно шепчет он и, отступив на пару шагов назад, опускает взгляд в пол. — Я думал, это зомби.
Ну надо же, хренов герой умеет смущаться.
Какая удивительная неожиданность.
Вот только я и сама отчего-то продолжаю чувствовать необъяснимый жар в том месте, где его сильные ладони сжимали мою талию.
Oh merda. Какой ужасающий кошмар.
— Если бы это были твари, мы были бы уже мертвы. Какого черта ты вытворяешь? Совсем остатки ума растерял? — я сыплю нападками скорее по инерции, не желая, чтобы проклятый Торп заметил моё неуместное смятение.
— Забей, — Ксавье небрежно пожимает плечами, и секундная растерянность на его лице быстро исчезает, уступая место обычному выражению тотального спокойствия. — Будем считать, что ничего не было.
— Ничего и не было, идиот, — закатываю глаза и машинально отхожу подальше. Ненадолго утраченное самообладание мгновенно возвращается, и я тут же забываю о незначительном инциденте.
— У нас по-прежнему проблема с едой, — хренов герой кивает в сторону выключенной морозилки с испорченными продуктами. — Поедем дальше.
— Нет.
Снова вскинув увесистый автомат, я пинаю ближайшую морозильную камеру — и из-под неё выскакивает сразу три здоровенных чёрных крысы с облезлыми длинными хвостами. Грызуны тоненько пищат и бестолково мечутся по кухне в поисках нового укрытия, но у меня другие планы. Прицелившись в голову ближайшей крысы, я спускаю курок.
— Свежее мясо на ужин, — победно заключаю я, быстро расправившись со всеми животными и возвращая предохранитель на прежнее место.
— А ты находчивая, — Торп беззлобно усмехается. — Только давай освежуем их здесь и скажем всем, что это кролики. Иначе Энид откажется такое есть.
