сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 38 страниц)
Именно такой временной промежуток озвучила Бьянка после тщательного осмотра блондинки, поминутно сверяясь с тоненьким справочником по акушерскому делу, пока мы помогали отчаянно паникующей Энид забраться в трейлер. Именно столько времени у нас было, чтобы добраться до Кингстона и отыскать там больницу или какое-то другое тихое место, хоть немного подходящее для появления на свет наследника четы Петрополусов.
К моменту, когда наш кортеж во главе с Камаро въезжает на заброшенные улицы города, проходит уже больше полутора часов отведённого времени — обратный отсчёт беспощадно играет против нас, а ничего и близко похожего на больницу на горизонте по-прежнему не видно. Удерживая руль внедорожника одной рукой, я немного опускаю боковое стекло и просовываю в образовавшуюся щель дуло автомата.
В прежние времена население Кингстона превышало сто двадцать тысяч человек, а значит, примерно столько тварей может появиться из ниоткуда в любой момент.
Слишком много. Слишком опасно.
Нельзя ослаблять бдительность.
Сегодня привычный строй автомобилей претерпел некоторые вынужденные изменения — хренов герой на Шевроле мчится в авангарде, за ним неотрывно следует огромный саркофаг на колёсах, а Фольксваген под управлением Галпина и мой джип замыкают колонну с двух сторон, чтобы успеть вовремя заметить приближение живых мертвецов. Даже с расстояния в несколько метров я отчётливо слышу панические вопли беременной блондинки — судя по всему, неотвратимая перспектива материнства уже не вызывает у неё бурных восторгов, как это было совсем недавно.
Впрочем, надо отдать должное их с Аяксом неумению предохраняться.
Если бы не её внезапные схватки, неизвестно, чем закончилась бы недавняя драматичная размолвка. Скорее всего, альянс скудоумных кретинов неизбежно раскололся бы на две, а то и на три части — кудрявый миротворец был непреклонен в своём намерении убраться куда подальше и категорически не желал слушать жалких оправданий доморощенного героя.
Не то чтобы меня это слишком волновало, но… их содействие в таком длительном опасном путешествии было весьма удобным.
В последнее время они даже почти перестали меня раздражать — правда, ровно до того момента, пока идиот Петрополус во всеуслышание не озвучил свои пошлые предположения касательно моей интимной жизни. Зря я всё-таки сдержалась и не выпустила ему всю обойму промеж глаз.
Но когда насмерть перепуганная Синклер начала верещать на всю округу, что она передумала рожать, вектор моих приоритетов вынужденно сместился.
Стоп-сигналы на трейлере вдруг вспыхивают красным, и непомерно огромный автомобиль начинает замедлять ход. Перемещаю ногу на педаль тормоза и машинально бросаю взгляд на уродливый Фольксваген — возможно, Тайлер в курсе причин внезапной остановки — но кудрявый миротворец упрямо не смотрит в мою сторону. Oh merda, что за непроходимый кретинизм. Можно подумать, я ему что-то обещала. Или кому-то из них.
Когда джип полностью останавливается, Вещь с готовностью подскакивает на заднем сиденье и начинает крутить головой по сторонам. Повторяю его движение, внимательно осматривая окрестности — широкая улица с побледневшей линией разметки двухполосной дороги, ряды одинаковых четырёхэтажных домов из красного кирпича с выбитыми витринами маленьких кофеен и фешенебельных бутиков, запущенные островки давно не стриженных кустарников.
Когда-то этот район явно считался престижным, но вирус оказался беспощаден не только к людям. Проклятая зараза выкосила города, навсегда уничтожив в них сам дух цивилизации.
И отныне по мёртвым улицам бродят их мёртвые жители, с каждым днём пополняя свою кровожадную армию высших хищников.
А через несколько десятков лет человечество вымрет окончательно — и тогда эти высшие хищники станут единственными на планете.
— Остановимся здесь, — погрузившись в безрадостные размышления о неотвратимом будущем, я не сразу замечаю, что хренов герой уже выбрался из Камаро и раздаёт свои бесценные указания. — Тут какая-никакая, но всё-таки медицинская клиника…
— Это стоматология, твою мать! — возмущается Аякс, стоящий на нижней ступеньке трейлера. На лице скудоумного кретина явственно угадывается злость вперемешку с отчаянием. — Предлагаешь моей жене рожать в стоматологической клинике?! А пуповину бормашиной просверлим, да?!
Похоже, авторитет самопровозглашенного лидера ощутимо пошатнулся — остальные не спешат беспрекословно выполнять его указания словно стадо послушных овец.
— А у тебя много других вариантов есть? — Торп не повышает голос, но в обычно спокойных интонациях звенит металл, а руки сжимаются в кулаки. — Или хочешь, чтобы твой ребёнок появился на свет там же, где вы его зачали?
— Тебе виднее. Это же ты у нас по трейлерам главный специалист! — сердито огрызается Петрополус, но затем бросает взгляд за спину, где его несчастная благоверная заходится прямо-таки ультразвуковым воплем, и после секундного размышления понуро кивает в знак согласия. — Ладно… Что поделать. Давайте разгружаться.
— Прекратите, вы ведёте себя как полные придурки! — громко восклицает Бьянка откуда-то из салона трейлера, и прямо сейчас я как никогда с ней солидарна.
Поэтому первой выхожу из джипа, нарочито громко хлопнув дверью, чтобы обозначить свои непоколебимые намерения остаться здесь.
Не из солидарности к поверженному авторитету хренова героя, но из соображений здравого смысла. Нам всё равно не уехать далеко с балластом в виде роженицы — и раз уж волею случая на пути встретилась стоматологическая клиника, будем довольствоваться тем, что есть.
Энид продолжает верещать так истошно, словно её режут скальпелем без анестезии. Довольно трудно разобрать отдельные слова в бессвязном потоке истеричных рыданий — кажется, она проклинает на чём свет стоит своё решение стать матерью. Вполне резонно. Жаль только, спохватилась поздновато.
— Оставайтесь здесь и не отходите далеко от машин, — Торп продолжает командовать таким сосредоточенным тоном, будто остальным не наплевать. — А я осмотрю клинику.
Удобнее перехватив винтовку, он решительно направляется к белой пластиковой двери с выцветшим от времени рекламным плакатом, на котором до тошноты миловидная блондинка демонстрирует миру отфотошопленную белоснежную улыбку. Не удосужившись даже снять оружие с предохранителя, не говоря уж о необходимости прицелиться, Ксавье резко дёргает на себя широкую ручку, в очередной раз демонстрируя недюжинный героизм и ещё больший кретинизм — если бы по ту сторону двери находился хоть один живой мертвец, альянс фермеров окончательно бы остался без лидера. Раздражённо возведя глаза к помрачневшему свинцовому небу, я вскидываю автомат и направляюсь вслед за ним.
Торп бросает на меня короткий взгляд через плечо, но благоразумно сохраняет молчание и не вступает в спор. Мы медленно движемся вдоль безликих больничных стен, местами увешанных стендами с рекомендациями, как правильно соблюдать гигиену полости рта и как часто нужно посещать кабинет стоматолога.
Пол вымощен кафельной плиткой, давно утратившей некогда стерильную белизну, а в воздухе витает горьковатый запах медикаментов.
По крайней мере, отвратительного трупного душка здесь не чувствуется — а значит, твари благополучно обошли это место стороной.
Обнадёживает. Даже очень.
Мы поочерёдно распахиваем несколько дверей с именным табличками врачей, но следов чужого присутствия нигде не обнаруживается.
С улицы раздаётся оглушительный раскат грома — настолько сильный, что видавшие виды стёкла начинают жалобно дребезжать, а следом доносится шум капель по металлической черепице. С каждой секундой звук нарастает, не оставляя сомнений, что с минуты на минуту с неба хлынет настоящий Ниагарский водопад.
— Позовём остальных, — бесстрастно бросаю я, кивнув в сторону распахнутой двери в начале коридора. Это первая фраза, которую я сказала Торпу после инцидента на крыше трейлера. Даже слегка забавно. Могло быть забавно, не будь у нас тонны других проблем.
— Подожди… — он странно дёргает кистью, словно хочет протянуть ко мне руку, но успевает остановить себя в последний момент. — Я хотел извиниться. За Аякса. Он не должен был о тебе такое говорить. Вернее, о нас.
— Не утруждайся, — я почти физически ощущаю повисшую между нами неловкость, но природное самообладание позволяет сохранить непроницаемое выражение лица. — В одном кретин точно был прав. Ты не несёшь ответственности ни за кого из них. А значит, и извиняться за их слова не должен.
И тут же мысленно одёргиваю себя.
Это прозвучало гораздо мягче, чем задумывалось изначально. Кошмар.
Вот только у меня категорически нет времени предаваться рефлексии на тему того, почему в присутствии хренова героя все мои планы рушатся как жалкий карточный домик.
— Уэнсдэй, я… — Торп пытается сказать что-то ещё, но остаток фразы тонет в новом раскате грома. Тем лучше. Душещипательные диалоги после неудавшегося секса никогда не были моим коньком. Ровно как и любые другие.
Остальные фермеры уже выбрались из машин и бестолково топчутся на улице прямо под проливным дождём. Аякс с Бьянкой бережно поддерживают под руки блондинку — кукольное личико Энид залито слезами и искажено мучительной гримасой. Тайлер по-прежнему держится в стороне от других, поминутно бросая красноречивые взгляды в сторону хренова героя — но, к огромному облегчению, ему хватает ума держать язык за зубами и не устроить второй акт жалкой трагикомедии.
Тварей пока нигде не видно, но истошные вопли Синклер вряд ли остались для них незамеченными. Нужно быть начеку.
Придерживая дверь клиники, Торп пропускает вперёд процессию с хныкающей роженицей.
Я прохожу следом, держа автомат наготове и жестом подозвав к себе собаку.
— Не забывай считать промежутки между схватками… — настоятельно вещает Барклай, заглядывая в заплаканное раскрасневшееся лицо Синклер. Та морщится от боли, но всё же утвердительно кивает. Петрополус выглядит ещё более испуганным, чем его благоверная. От недавней дерзости не осталось и следа, с ввалившихся щёк схлынули все краски.
— Скорее ведите её сюда, — командует хренов герой и в несколько широких шагов опережает нас, чтобы распахнуть указанную дверь. По ту сторону обнаруживается стандартный стоматологический кабинет с пыльным креслом, несколькими потухшими мониторами и прикрепленной к потолку лампой. Вдоль стен тянутся шкафчики нелепого бирюзового цвета, а рядом с ними стоит белая медицинская кушетка.
— Господи, я не хочу… Я не смогу… — Энид предпринимает попытку вырваться и отступить назад, но Бьянка сильнее сжимает её плечи, мягко предотвращая побег. Блондинка потерянно мотает головой из стороны в сторону и трясётся как осиновый лист на ветру. — Нет, нет… Ничего не получится… Пожалуйста, не надо… Я не могу… Я боюсь.
— Детка, успокойся, ну же... Постарайся дышать глубже, — Аякс обхватывает лицо жены обеими ладонями, заглядывает в широко распахнутые голубые глаза и тщетно пытается храбриться, но в его голосе слышится плохо скрываемая дрожь. — Всё будет хорошо, слышишь меня?
— Ты должна успокоиться. Нельзя поддаваться панике, — вторит ему Барклай, настойчиво увлекая насмерть перепуганную девчонку в сторону кушетки. Практически силой усаживает её на мягкую белую поверхность и надавливает на плечи, принуждая лечь на спину. — Ребята, мне нужна помощь. Нужно нагреть воды… А ещё принести чистые тряпки и скальпель.
— Я мигом, — едва показавшийся на пороге Тайлер торопливо покидает кабинет. Не особо понимая, что делать, я выхожу в коридор вслед за ним. Синклер тем временем заходится очередным истошным воплем, едва не срываясь на фальцет.
Разумеется, крики блондинки привлекли голодных тварей — когда мы с миротворцем выходим на улицу, из-за трейлера выползает первый живой мертвец. Выползает в самом прямом смысле этого слова. Обе нижние конечности уродливой твари отсечены по колено, но это совершенно не мешает ему кровожадно скалить пасть. Быстро прицелившись, вышибаю его гниющие мозги одним метким выстрелом и бегом бросаюсь к своему внедорожнику. Ни разу не взглянув в мою сторону, Галпин спешит к трейлеру — все припасы, найденные в больнице Макино-сити, хранятся именно там.
Ливень стоит стеной, хмурое небо пронзают ослепительные вспышки молний, и всего за несколько секунд вся моя одежда промокает до нитки. Нечего и думать, чтобы развести костёр и нагреть воду в такую погоду. Поэтому быстро распахиваю багажник и достаю оттуда пятилитровую канистру с отфильтрованной водой, а заодно и недавно постиранный комплект постельного белья — пойдёт на тряпки. Других вариантов всё равно нет.
— Скорее назад! — вопит хренов герой с порога клиники, пытаясь перекричать шум дождя и мощные раскаты грома.
Рефлекторно оборачиваюсь, вскинув автомат и едва не выронив канистру — и очень вовремя.
Из разбитого окна ближайшего дома на улицу вываливаются сразу несколько тварей. Слепо вращая подёрнутыми пеленой глазами, они хищно скалят гнилые зубы — а спустя секунду резко срываются с места, учуяв свежую плоть. Едва успеваю захлопнуть багажник и отскочить в сторону. Целиться времени нет, поэтому я спускаю курок почти наугад. Оглушительно громкая пулемётная очередь отбрасывает тварь на пару метров назад — воспользовавшись секундной форой, я стремглав бросаюсь назад в клинику. Мертвецы утробно рычат позади, жадно клацают зубами, буквально дышат в спину… Увесистый автомат болтается на плече, но возможности обернуться и выстрелить у меня больше нет — обе руки заняты дурацкой канистрой и постельным бельём.
На выручку приходит хренов герой.
Придерживая дверь открытой, он быстро прицеливается и выпускает несколько пуль.
Хриплое дыхание тварей вроде бы затихает — не могу сказать точно, все посторонние звуки глушит шум ливня. Такого сильного, будто с минуты на минуту в Кингстоне начнётся второй всемирный потоп. Поэтому не сбавляю ритм бега, боковым зрением улавливая силуэт кудрявого миротворца — Тайлер мчится чуть позади, прижимая к груди драгоценный свёрток с медицинскими инструментами.
От места импровизированной парковки до клиники не больше пары десятков метров, но ещё никогда такое незначительное расстояние не казалось мне настолько огромным.
Но мы успеваем. Я первой влетаю в длинный коридор, а Галпин заскакивает следом и по инерции врезается мне в спину, едва не сбив с ног — но успевает предотвратить падение, схватив меня за руку повыше локтя.
— Прости… Ты не ушиблась? — миротворец обеспокоенно взирает на меня сверху вниз, пока Торп торопливо запирает дверь и баррикадирует проход одной из стоящих в коридоре лавочек.
— Всё нормально, — дёргаю плечом, сбросив ладонь Тайлера, и отступаю на шаг назад.
Хренов герой неприязненно косится на разыгравшуюся сцену, но благоразумно сохраняет молчание. Зато Синклер надрывно верещит из кабинета — даже раскатистые звуки грома не способны хоть немного заглушить её ультразвуковые вопли. Кудрявый миротворец с заметной обидой хмурит брови и утирает тыльной стороной ладони вымокшее под дождём лицо.
Oh merda, и нарочно не придумаешь более идиотской ситуации. Как меня вообще угораздило вляпаться в этот сценарий дешёвой мелодрамы? Впрочем, плевать. На выяснение несуществующих отношений с кем-либо из них у меня абсолютно нет времени.
— Где вас черти носят?! — дверь кабинета распахивается, и в образовавшемся проёме возникает голова Бьянки. Она выглядит донельзя напряжённой, между бровей залегла сетка морщин, пухлые губы сжаты в тонкую линию. — Уэнсдэй, идём, будешь мне помогать. От Аякса нет толку… Он только паникует.
Я уже открываю рот, чтобы ответить, что Барклай крепко повредилась умом, если всерьёз считает меня способной выступать в роли акушерки. Все мои познания в медицине ограничиваются полугодовой стажировкой в городском морге, но идеально отточенное умение вскрывать спинномозговой канал вряд ли поможет в процессе родовспоможения.
Вдобавок у меня нет ни малейшего желания лицезреть, как отпрыск Петрополусов будет появляться на свет, беспощадно разрывая внутренности своей несчастной матери.
Но ничего говорить не приходится — Тайлер отвечает первым.
— Давай лучше я, — кудрявый миротворец решительно забирает у меня канистру и постельное бельё. Барклай награждает его долгим красноречивым взглядом, полным сомнения, но Галпин остаётся совершенно невозмутимым. — Что? Я не новичок в этом, был на партнёрских родах с Лорел.
Вряд ли им движет альтруизм.
Очевидно, он просто не хочет оставаться наедине с бывшим другом.
И Бьянка, несомненно, это понимает.
