Текст книги "Эфиопские хроники XVI-XVII веков"
Автор книги: Автор неизвестен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 35 страниц)
И, пребывая там, царь вернулся к прежней мысли и решению и укрепил сердце свое в намерении спуститься в Тигрэ с тем, чтобы сокрушить самозванца и восстановить порядок в стране. И вышел он по дороге в вайна-дега, и пошел в Вагара, и спустился по дороге в Ламламо, и прибыл в землю Вальдебба. И там он встретился с монахами, молчальниками и отшельниками, пребывавшими в трудах[464]464
Вальдеббские монахи, чья конгрегация появилась еще в XIII в., славились своим аскетическим образом жизни. “Житие св. Абия Эгзиэ” говорит о Вальдеббе как об “обители святых, которые отвергли и возненавидели сей мир тленный, ища спасения души своей. И были ему как братья львы и тигры, и слоны, и все звери повиновались ему” [9, с. 33]. Впоследствии, с подчинением Вальдеббы Дабра-Либаносской конгрегации, вальдеббское монашество начинает утрачивать свой сугубо отшельнический характер и принимает общежительный устав [16, с. 186—193]. Тем не менее, память об аскетизме вальдеббских монахов сохранялась очень долго, постоянным эпитетом которых было “сокровенные”, т. е. отшельники, живущие одиноко и скрывающиеся от глаз людских.
[Закрыть]. И они приветствовали его приветствием духа святого и благословили его благословением подобающим. И оттуда перешел он реку Такказе и прибыл в землю Сирэ, и провел там субботу. И оттуда отправился в Эда Марьям и пришел к церкви Аксумской. И там венчался на царствие, как венчались прежние цари, царствовавшие до него. И была радость великая в тот день, когда исполнил он обряд помазания на царствие; а священники добавили к этому пение и псалмы подобающие. И митрополит авва Симеон[465]465
После того как 10 марта 1607 г. был убит митрополит Петр, в Эфиопию прибыл новый митрополит – Симеон. Он стал скандально известен в стране тем, что открыто держал при себе семь наложниц. Это не помешало ему, однако, всячески, отстаивать “александрийскую веру” от покушений католических миссионеров, обративших в католичество Сисинния, и подбивать эфиопских феодалов на мятеж против царя-отступника. В результате Симеон, подобно своему предшественнику, погиб в битве с царскими войсками 11 мая 1617 г. и был причислен эфиопской церковью к лику святых как мученик за веру.
[Закрыть] был тогда с ним; оный и свершил помазание, и венчание, и молитвы, подобающие царям.
И войско его, и все Акетзэр, и все князья и вельможи царства приветствовали его и восклицали, вздымая оружие и выстроившись боевым строем по порядку и обычаю установленному. Пехотинцы и стрельцы также являли царю лики радостные и взоры веселые. Женщины и девушки страны пели и плясали по обычаю своему, ибо таков их обычай: петь песни веселые и натягивать белую прядь в день венчания царя на царствие, а царь разрезает прядь и, разрезав, шествует дальше. И, достигнув врат храма церкви божией, спешивается с коня и входит к месту пострижения и помазания. И так сделал царь Сэлтан Сагад, исполнив обряд венчания на царство в Аксуме. И этот обряд венчания на царствие совершен был в воскресенье 23 магабита в день преполовения поста[466]466
29 марта 1609 г.
[Закрыть].
И после этого разнеслась весть из Вагара, что восстал один раб мятежный, самый презренный и ничтожный из всех рабов, обитавших в доме царя Малак Сагада, по имени Мельхиседек, и собрал всех рабов, себе подобных, и всех детей и внуков Курбан и убил внезапно рак-масара[467]467
Рак-масар – должность, введенная в середине XV в. царем Зара Якобом для своих специальных чиновников, уполномоченных следить за деятельностью царских наместников. Впоследствии, когда реформы Зара Якоба не привились в стране, слово “рак-масар” стало просто почетным титулом и означало сановника, занимавшего видное положение при дворе.
[Закрыть] Марира, дружинника царя Сэлтан Сагада. А цахафалам Сэно пребывал тогда в земле Дамбии, ибо не стал оттуда спускаться в Тигрэ по причине болезни. И, услышав о мятеже Мельхиседека, он пошел из Мача в Чальга к Али, сыну Аджеба, и к Абд-эль-Кадару, который прежде был царем фунджей[468]468
Т.е. Сеннара (см. коммент. 139 к гл. 33).
[Закрыть], и собрал людей, преданных царю, и, вернувшись из Чальга с этими фунджами, расположился в земле Кога. И когда он там находился, пришел туда внезапно Мельхиседек без его ведома. И сразились Сэно и Мельхиседек битвой великой; и было убито много воинов Мельхиседека. Сэно же бился тогда великой битвой из любви к своему господину, так что восхваляли его все люди Фунджа и Амхары. В него попало много копий, и лишь помощь божия и броня железная спасли его от смерти. А конь его Хамбалай, на котором ехал венчаться на царствие царь Сэлтан Сагад, погиб от копья. И с трудом спасся Сэно, и победа досталась Мельхиседеку, а цахафаламу Сэно – поражение.
И когда царь Сэлтан Сагад услышал (об этом], решил на совете с присными своими послать раса Емана Крестоса, назначенного тогда дедж-азмачем, и отослал его тогда с честью.
И рас Емана Крестос отправился в Вагара, положившись на творца своего всевышнего. А наместником Вагара был тогда абетохун Евнабий, сын абетохуна Ионаэля. И, встретившись, рас Емана Крестос, и цахафалам Сэно, и абетохун Евнабий, и лигаба За-Денгелъ пребывали вместе в земле, называемой Дэбрасо. А Мельхиседек, прослышав о приходе раса Емана Крестоса вместе с ними, возгордился и превознесся сердцем, и собрал войско ратное из многих рабов царя Малак Сагада и всех детей Курбан[469]469
Рядовые воины царских полков назывались “детьми цевов”, подобно тому как на Московской Руси такие воины назывались “детьми боярскими”. Именно это значение и имеет выражение “дети Курбан”. К тому же, естественно, что новое поколение некогда привилегированного полка Курбан, утратив при Сисиннии то положение, которое занимали их отцы при царе Сарца Денгеле, не могли радоваться этому обстоятельству и не питали добрых чувств к Сисиннию.
[Закрыть], и сделался его стан больше стана раса Емана Крестоса. И многие соблазненные присоединились к нему, захваченные [злобой] дня. И из-за многочисленности его стана великий страх охватил все земли Дамбии, и Вагара, и Эмфраза. И к тому же Арзо, обманщик из людей Израиля[470]470
Т. е. из членов “соломоновой династии”. Арзо был сыном абетохуна Вальда Хаварьята, сына царя Мины.
[Закрыть], пришел со стороны Бегамедра и объявил себя царем, а За-Крестоса, сына хацира[471]471
Хацир – титул неизвестного содержания.
[Закрыть] Абиба, поставил вторым после себя. И было много людей, метавшихся из стороны в сторону.
И Мельхиседек вознес главу свою и возгордился при виде множества людей, собравшихся у него, ибо не знал, что сказано: “Один обратит в бегство тысячу, а двое прогонят тьмы” (Втор. 32, 30). И еще держал он в сердце своем помысел, говоря: “Если придет рас Емана Крестос, утомятся кони его и не смогут пешие противостоять мне, ибо изнурительны труды дороги”, ибо дорога в Тигрэ трудна и камениста. И с этим помыслом пошел он в Вагара, где находился рас Емана Крестос. А место пребывания раса Емана Крестоса было тогда возле селения, называемого Дэбрасо. А день тот был воскресенье, 14-е число месяца миязия[472]472
19 апреля 1609 г.
[Закрыть], 3 часа дня.
И встретились они в этом месте. И было войско Емана Крестоса малочисленно, а войско Мельхиседека больше. И при встрече завязался меж ними жестокий бой. Но войско раса Емана Крестоса заставило отступить войско Мельхиседека. И Мельхиседек собрался с духом и укрепился, и встал там, где находились барабан и стяг раса Емана Крестоса. И когда увидел это издалека рас Емана Крестос, поднялся он отважно и в мгновение ока примчался туда, где был Мельхиседек. И когда увидел его Мельхиседек и присные его, то испугались и затрепетали, и отступили перед ликом его, и рассеялись они, как дым, и расточились, как листья древесные и как полевая трава во время зноя. И пресеклась тогда память о Курбан, и погибли они без числа. И была победа расу Емана Крестосу и поражение Мельхиседеку. А уцелевшие после битвы были схвачены, и стала для них земля подобно сети, и погибли они судом бога пречестного и всевышнего.
И после того как совершил все это рас Емана Крестос, возблагодарил он бога, дающего силу и победу уповающим на него. И затем вошел он в стан царя в Кога. И там было оглашено обращение к рассеявшимся мятежникам, примкнувшим к измене Мельхиседека, каковое гласило: “Прощаю вам грехи ваши, не бойтесь”. И, услышав это, все люди ему возрадовались.
И пока он пребывал в этих деяниях, был схвачен Мельхиседек у горы, называемой Цэбага, вместе с Тэнсэа Крестосом, искушенным в битвах, которого хвалили все понимающие в воинском искусстве. И привели их к расу Емана Крестосу, ибо не, миновал их суд бога, и поставили перед ликом его; и он допросил их обо всех их деяниях и узнал про все их злодейства. И приказал их казнить. А обманщика Арзо, объявившего себя царем, схватили вместе с За-Крестосом, сыном хацира Абиба, в земле Дархо и привели к нему и поставили перед ликом его; и он допросил их об их деяниях, а дознавшись об их делах, отослал их к царю. И царь казнил их судом праведным и расправой справедливой. И тогда успокоилась страна, и на земле установился порядок; и восславили все люди раса Емана Крестоса и благословляли все за избавление от рук Мельхиседека и от рук всех мятежников. И народ возмущавшийся возрадовался радостью великой, прекратились усобицы и пришла правда и мир многий, и настали тишина и покой по всей земле.
А царь царей Сэлтан Сагад прошел по землям области Тигрэ и подверг их разрушению сильному за то, что присоединились к лжепомазаннику, называвшему себя именем царя Иакова, сына царя Малак Сагада, который погиб в битве и был погребен на глазах многих людей. Так как все люди Тигрэ впали в заблуждение, лишились одеяния разума и отдалились от знания, за то и постигло их разорение, особенно же людей Тадерара, и Бура, и Шиха, и Дарбата, ибо они находились у края моря Эритрейского, предела государства эфиопского, а за ними – море соленое. Люди Сахарта, и Варакта, и Хамасена были сообщниками их в деле измены и поставили царем этого лжепомазанника и оказывали ему помощь. И когда разбил царь Сэлтан Сагад стан свой в земле Бур, исчез этот раб, а те, кто был с ним, рассеялись. И, вернувшись из земли Бур, пошел царь в Дабарву по дороге в Тадерар, желая разрушить их амбу. А они спустились [с амбы] и покорились ему, и он их помиловал. И, поднявшись из земли Тадерар, он перешел реку Мареб и прибыл в Дабарву, которая была прежде столицей бахр-нагаша, и, отойдя немного, расположился там и пребывал недолгое время, питаясь хлебом [области] Цэлема.
И затем продолжил он свой путь и перешел реку Мареб (берега которой возделаны людьми без помощи волов) и расположился там в земле под названием Торат, где живут люди злые, называемые чадами йебаркуа и чадами Иенкаре. И оттуда он прибыл в землю Сирэ. А рас Сээла Крбстос отказался от назначения в Тигрэ и захотел уйти с братом своим, царем. И царь поставил вместо него Амсала Крестоса над всей землей Тигрэ. А затем, когда стали роптать Акетзэр, и когда приблизилась зима, вернулся царь из земли Тигрэ и пошел в Дамбию и прибыл в столицу свою Кога. И встретил его рас Емана Крестос, и возрадовались оба встрече – и взаимной мощи и победам. Приход же царя в землю Кога был в месяце хамле[473]473
В июле 1609 г.
[Закрыть]; и он зимовал там. А в те дни зимы сей исчезнувший было самозванец вышел из страны Бур и направился в землю Бора. И когда проходил он по дороге, ополчились против него и дали ему бой люди Тамбена и Сахарта, и он победил их, и ушел от них. И, прибыв в землю Бора, встретился он с Зара Иоханнесом и Амха Гиоргисом, детьми шума Вальда Гиоргиса, брата азмача Дарагота[474]474
Дарагот (или Дахарагот) в царствование Сарца Денгеля был наместником Тигрэ, кацем Ваджа и нагашем Годжама. Его брат, Вальда Гиоргис, был наместником страны Бур.
[Закрыть], ибо были они тогда дружинниками царя Сэлтан Сагада.
И прибыл к ним этот самозванец, закрыв лицо, и плакал, говоря: “Я – царь Иаков, а вы – кровные родичи мои, ведь прошло многое время и долгие дни с тех пор, как разлучились мы из-за бедствий и гонений, постигших нас от царя Сэлтан Сагада”. И они, увидев его, поняли, что он не царь Иаков, и заподозрили его и возвратились по домам. А спустя немногое время, когда отошел этот самозванец на один переход, те же сыновья шума Вальда Гиоргиса захватили входы и выходы в стране и напали на него, и победили, и рассеялось войско самозванца. А самого его, когда он шел ночью, убили люди Бора, сидевшие в засаде, и, отрубив ему голову, отдали ее господам своим, Зара Иоханнесу и Амха Гиоргису, а они послали ее царю Сэлтан Сагаду. И когда увидел царь голову самозванца, возблагодарил бога и вознес ему славу новую за все, что сотворил он ему от времени воцарения до сего дня. И послал он голову этого самозванца в Тигрэ, дабы видели и знали, что зря повиновались ему и что напрасной была смерть за него, постигшая многих от руки раса Сээла Крестоса. Такова была смерть и погибель самозванца, этого диавола во плоти, за смущение и обман людей.
И еще в те дни зимы начали Юлий и Кефло дело измены против царя Сэлтан Сагада и проводили зиму, советуясь, что предпринять. А царь зимовал в земле Кога, которая была прежде станом царя Иакова. И когда зима кончилась, Юлий вышел из Хадаша, а Кефло поднялся из Ванаба, земли, над которой был поставлен, и, встретившись, спустились оба в землю Жара и поклялись там перед образом распятия господа нашего и спасителя Иисуса Христа, ему же слава, что отступятся от царя Сэлтан Сагада и не будут больше ему подчиняться. И когда услышали это все люди Годжама и все цевы, то оставили они этих мятежников, и, перейдя реку Абай, пришли к царю, когда он пребывал в земле Кога. А царь, едва дошла до него весть об их измене, послал раса Сээла Крестоса, своего брата, по дороге в Амхару и Валака, чтобы он занял в этих странах возвышенности. И оные мятежники, увидев, что их оставили все люди Годжама и что рас Сээла Крестос занял возвышенности [этих] стран, содрогнулись и испугались, и объяли их страх и мука, как у женщины в родах (ср. IV Книга царств. 19, 3; Ис. 29,. 3).
И когда стала тесна им земля, и не смогли они ничего поделать, послали к царю, говоря: “Не слушай, господин наш царь, людских речей с наветами на нас. Ничем не провинились мы и ничем не прегрешили против твоего величества и не помышляли служить другому царю, кроме тебя”. И отослал им царь послание ответное, говоря: “Если нет на вас дела измены, скорей приходите ко мне, пока я не поднялся”. И они пришли, и перешли реку Абай по дороге в Дарха, и прибыли туда, где был царь, будучи в страхе великом. И после того как они пробыли там два дня, он призвал их на суд, собрав судей справа и слева, чьи престолы также справа и слева [от царя]. И судили их со слов многих свидетелей и приговорили к смертной казни. Но царь, связав их обоих, смилостивился над ними и не стал их казнить. Кефло он сослал на остров Дак и поместил посреди озера, а Юлия сместил с должности в Годжаме; и забрал у обоих дружинников и сделал их цевами. А еще через неделю помиловал Юлия и освободил его из заточения ради дочери своей, вейзаро Малакотавит, ибо отдал он ее за него за прежнюю службу его и приязнь его, когда еще пребывал в земле пустынной, домогаясь царства. И дал ему землю Дарха, чтобы наказать надменность сердца богача бедностью.
Глава 39И в тот месяц тэкэмт[475]475
Октябрь 1609 г.
[Закрыть] решил царь сменить свой стан и оставить Кога, стан царя Иакова, переменчивого, ненавистника любви и любителя вражды, и пошел в землю, называемую Дэхана, где была церковь, возведенная во имя святого Гавриила. И когда он пришел туда, остался доволен и возжелал разбить там свой стан. А затем поднялся в месяце хедаре[476]476
В ноябре 1,609 г.
[Закрыть], чтобы идти в поход на агау. И путь его пролегал по дороге в Такуаса и Халафа, а далее он пошел в Бад; из Бада же направился в Сарка и справил там праздник рождества у озера Гонджа, называемого Гадама. А после праздника рождества царь спустился в Бэр по дороге в Гумбели и справил там праздник крещения. И пошел затем в землю Буре и справил там праздник начала поста. И когда он был там, приказал разорить землю Залабаса за великие ее козни. И вышли Евнабий и Юлий в чине абагазов[477]477
Абагаз – временное звание военачальника, посылаемого для выполнения отдельной самостоятельной боевой задачи. По выполнении ее и присоединении к остальному войску, этот военачальник переставал называться абагазом. Появление такого временного звания (а не титула) – новая черта в развитии эфиопской армии XVII в.
[Закрыть], чтобы разграбить поля людей, ибо были они предводителями войска. И после того как они тронулись в путь, за ними вышел и царь с Жан Цэла[478]478
Жан Цэла – название полка.
[Закрыть] и вошел в землю Залабаса, где росли деревья высокие и густой лес. И расположился царь под деревом зэгба[479]479
Зэгба – высокое хвойное дерево Podocarpus gracilior
[Закрыть]; и тут были замечены несколько агау, вооруженных луками и куаремба[480]480
Куаремба – оружие неизвестного характера.
[Закрыть], и прогнали их стоящие перед царем и убили одного из агау, а остальные агау бежали и ушли в чащу леса.
И царь расположился в другом месте с прекрасной зеленой рощей, и ему преподнесли пищу и напитки по обычаю. Евнабий и Юлий вернулись в стан как джеданы войск в набеге. И царь пребывал там в течение дня, а когда время приблизилось к девяти часам, на опушке всего леса показались агау. И поднялся царь, повернул и пошел в стан свой, а дедж-азмача Хафа Крестоса и Малька Крестоса[481]481
Этот Малька Крестос (не путать с одноименным ему сводным братом Сисинния) был сыном вейзаро Маскаль Эбая и носил титул абетохуна. Он был женат первым браком на известной эфиопской святой Валата Петрос, дочери азмача Бахр Сагада и сестре За-Манфас Кеддуса и Лесана Крестоса. Этот первый его брак оказался неудачным, так как Валата Петрос решила принять монашество. Вторым браком Малька Крестос был женат на Валата Даджет из Гадама Куараца. Валата же Петрос стала яростной поборницей национальной веры, не побоявшейся выступать против принявшего католичество царя Сисинния. Ее житие дает нам немало сведений и о Малька Крестосе, в нем он называется “главным советником” Сисинния и начальником личного полка царя Сэлтан Марэд. Житие Валата Петрос издано К. Конти Россини [32].
[Закрыть] сделал джеданами: Малька Крестоса – [джеданом] тыла, а Хафа Крестоса – середины. И когда появилось множество агау, ужаснулся Малька Крестос и преисполнился страха, и бежал перед ними. И, убегая, настиг Малька Крестос дедж-азмача Хафа Крестоса; и войско дедж-азмача Хафа Крестоса не стало сражаться в полную меру своих сил; и оба они со всеми своими воинами бросились в безумии, словно одержимые бесами, к царю, пораженные тем, что все возрастало число агау, наступавших на них с луками. О причине же страха своего вещали они устами и говорили:
“Агау устроили засаду”. Агау же ничего не устраивали, никакой засады, и дорога была безопасна, как и раньше. А они говоря невесть что, обогнали царя и оставили его позади. И царь удивлялся их страху и удерживал поводьями своего коня. И когда пробежали трусы, царь надел броню железную и встал быстро, подобно льву и зверю единорогу. И разделил агау на две части и преследовал их до чащи леса. Абетохун Ахава Крестос тоже обратил их в бегство и сражался так, что похвалы ему раздавались из уст всех, кто был в этой битве.
Царь же, после того как обратил в бегство этих агау, остался один, а люди с ним бывшие бежали в стан по дороге, по которой до того шел царь. И мучил их страх великий и теснота дороги, ибо казалось им, что агау устроили засаду на этой дороге у опушки леса. И царь не захотел идти по этой дороге, но, поворотившись, стал он рассеивать агау направо и налево со своими немногими людьми. А агау тем временем все увеличивались в числе, прибавляясь из каждой рощи и из-за каждого пригорка, и нападали на него и бились с ним; а он отбрасывал их и отгонял от себя и от присных своих. И так сражаясь до захода солнца, перешел он реку Фацам и вошел в землю Вамбара. А агау возвратились и не преследовали его более.
И когда услышали люди стана и князья тогдашние от сбежавших трусов, что исчез царь, содрогнулись и испугались, и охватил их трепет, и сотрясся корабль их сердец при вести этой тяжкой, опаляющей сердце и потрясающей внутренности. А тогда не было лада и любви между расом Сээла Крестосоми дедж-азмачем Юлием, ибо шла у них распря из-за наместничества годжамского. Половина сердец людей склонялась на сторону одного, а половина сердец людей – на противоположную. И пока царский стан пребывал в таком волнении и воздыхании великом, пришла весть из Вамбарма, что объявился царь, целый и невредимый. И вышли все навстречу ему с радостью великой и многими кликами и встретились с ним. И вошел царь в стан свой, и возрадовались мужи и жены, и устроили торжество, и благословляли бога благословением уст и сердец. И были покой и тишина, спокойствие и умиротворение во всем стане по причине благополучного возвращения царя. И царь провел в стане недолгое время.
И когда он был там, пришел Йонаэль, который был тогда начальником младших пажей, и рассказал царю, что люди Гумана забрали подать золотом и почти ничего не отдали. И царь разгневался, и сказал людям Гумана: “Почему вы забрали подать мою, установленную издавна? Идите и принесите, и отдайте подать Йонаэлю”. И приказал Йонаэлю, чтобы привел их связанными, и не отпускал до тех пор, пока не принесут подать. Но, говоря с ним с глазу на глаз, назначил он день, когда пришлет войско ратное захватить и разграбить страну Гуман. А затем царь поднялся и пошел по дороге в Гуагуаса. И восстали агау на людей стана, которые рассеялись в поисках необходимого для себя, ибо тот день был днем перехода. И, узнав об этом, царь приказал всем всадникам двинуться на бой с агау. И, отправившись в путь, они встретили многих, и отрезали им головы, и принесли к царю, и бросили перед ликом его. И обрадовался царь смерти этих язычников. И тогда встал он из Гуагуаса и пошел в Азана Амбара.
И когда он там находился, пришел рас Емана Крестос из Амхары со многим войском ратным и встретился с царем. И тогда поднялся царь из Гуагуаса и прибыл к границе Гумана. И там послал он дедж-азмача Хафа Крестоса, и раса Сээла Крестоса, и бэлятеноч-гета Лебаси с большим войском ратным. И, проведя в пути ночь и прибыв на рассвете, они пустились в набег; и были захвачены в плен рабы и рабыни, женщины и дети без счета; юноши и их начальники пали от копий, и не осталось даже старух, чтобы их оплакать. И скот захватили, и не оставили им ни единого животного. А уцелевшие люди Гумана взошли на свою амбу, называемую Верк Амба. И некоторые из людей, участвовавших в набеге, отправились с абагазами на разведку этой амбы, но взять ее оказалось невозможно, и они расположились, отойдя немного от амбы. А на другой день люди Гумана прислали посредников, говоря: “Смилуйтесь над нами, не приходите воевать нас и не берите амбы; царскую подать мы будем давать, как прежде; вас же мы ублаготворим по мере возможности”. И из-за этой просьбы их они простояли два дня. А на третий день, поскольку медлили с уплатой подати люди Гумана, выступило войско царское, разделившись надвое: одна часть войска – с расом Сээла Крестосом, а другая часть – с дедж-азмачем Хафа Крестосом и бэлятеноч-гета Лебаси; и начали бой с людьми Гумана, и взяли ту амбу в короткое время; и было убито много начальников шэнаш и юношей их. А оставшихся взяли в плен как рабов и рабынь; и была добыча людей большая, нежели добыча прежнего набега. И всех собрали и пригнали к царю. И, увидев их, смягчился царь и провозгласил указ, чтобы их отпустили, не задерживая никого, кроме тех, кто раб раба. И по мягкосердечию своему царь сам, сев на коня, проводил их в их страну.
И затем он пошел в страну Буре; а из Буре повернул и отправился в Дамбию по дороге на Гумбели. И, прибыв в землю Цима, назначил Емана Крестоса на должность бехт-вадада, а Юлия – на должность цахафалама Дамота от пределов реки Абья до берега Абая в земле Бад. И, поднявшись из Цима и прибыв в Дагусама, услышал царь, что там – убежище агау; и воевал он Зэбд, и Сакалат, и Ванжата, и было захвачено много скота, и царь раздал его нуждавшимся людям. И, обретя добычу в этих селениях, царь направился по дороге в Дарха и проследовал в Дамбию, и разбил стан свой в Дэхана; и там зимовал. А потом царь поднялся в месяце сане[482]482
В июне 1610 г.
[Закрыть] и выступил на агау. И Юлий пришел из земли своего назначения. И воевал царь с Ачафар, и Анбаса, и Лаг, и взял у них добычу людьми и скотом многую, и роздал ее нуждавшимся. И дорогой на Такуаса пошел царь обратно, чтобы зимовать в стане своем в Дэхана. И тогда назначил он [на должность] бэлятеноч-гета всего стана годжамского нагаша Кефло, выведя его с острова Дак, где тот пребывал в заточении и зимовал.
