Текст книги "Эфиопские хроники XVI-XVII веков"
Автор книги: Автор неизвестен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 35 страниц)
И после того как перезимовал царь царей Сэлтан Сагад в земле Кога, где была столица во времена царя Иакова, во дни конца зимы (когда одержал он победу и получил царство и возвеличилась слава его, как слава отцов его, прежних царей), поднялся он, и пошел, и поднялся в вайна-дегу, и провел там субботу. Было это в месяце хедаре, и справил он праздник святого Михаила[430]430
19 ноября 1607 г.
[Закрыть]. И после этого поднялся и спустился в Дамбию, и прибыл в землю Цада. И когда он был там, привели к нему двух братьев заблудших, детей Тэгазани Хараго Матако и Кефла Марьяма, которые сотворили по своей воле и желанию дело суетное и низкое. Один назывался сыном царя Малак Сагада, а второй намеревался стать визирем, когда воцарится его брат. И они, согласно своим намерениям, разрушили многие селения у предгорий Самена. И вот по суду бога пречестного и всевышнего попали они в руки законного царя. И царь, увидев их, спросил и сказал: “Зачем вы так поступали, обманывали и держали в мыслях недозволенное?”. И они сказали ему: “Виноваты мы и грешны, и творили мы недозволенное”. И тогда приказал царь отправить их к судьям справа и слева[431]431
“Судьи справа и слева”, числом 12 человек, составляли верховный суд. Франсишку Алвариш, духовник португальского посольства, пребывавшего в Эфиопии с 1520 по 1527 г., дал описание этого суда. В специальном шатре близ шатра царя было установлено 13 седалищ: 12 предназначенных для судей и центральное для царя. Царь, однако, не показывался в этом шатре, а в случае разбора особо важных дел находился в другом шатре неподалеку, и особые вестники передавали ему весь ход дела. Судьи также не восседали на своих седалищах, которые служили, по словам Алвариша, “только для важности”, а располагались на ковре подле них. Разбирательства дел были обычно весьма продолжительными (хотя в официальных историях царей они передаются очень кратко), и не только истцу и ответчику, но и каждому свидетелю позволялось говорить столько, сколько он пожелает. Несмотря на то, что весь ход суда практически направлялся царем, решения этого суда ни в коей мере не были для царя обязательными. Он мог по собственному произволу ужесточить или смягчить приговор или вовсе помиловать подсудимого [22, с. 333-335].
[Закрыть]. И судьи приговорили их к смерти, как надлежало, и царь приказал казнить их мечом, и казнили их.
А затем царь пошел в Халафа, когда услышал, что медлят они с уплатой податей. И, прибыв туда, наказал их малым наказанием: сжег дома и разорил посевы, но сполна не покарал их, ибо они должны были платить ему подати. Но установил он и назначил им закон, и простил оставшихся, а захваченных, мужчин и женщин, увел он и послал в Алама. А потом перешел в Бад по дороге на Сагаба и устроил там стан свой. И, поднявшись из Сагаба, разграбил он долины земли Данкара, и Санкэра, и Цэвава, и Гаджэга до Кисарья, и все долины Сагаба, и долины [области] амбы Гама с дегами ее, [и сделал это] по двум причинам. Первая – потому что приютил колла-шум[432]432
Колла-шум – титул наместника низменных жарких местностеи (колла). Из-за неблагоприятного тропического климата, который с трудом переносил” эфиопы, такая должность не была особенно желанной и считалась весьма незначительной.
[Закрыть] Евсевий одного человека с амбы Израиля, по имени Закхей, из рода царя Амда Сиона, по совету людей соблазненных и соблазняющих. Вторая – из-за Мельхиседека, презренного раба царя Малак Сагада, который спустился туда и жил с этим израильтянином в доме колла-шума Евсевия, ибо были они сообщниками в деяниях соблазна. (Но история Мельхиседека будет упомянута нами позднее в своем месте, если сподобит нас бог пречестный и всевышний.) И в том причина разорения этих областей; и не осталось от них ничего, ни людей, ни скота.
И после этого послал Мельхиседек к царю, говоря: “Помилуй меня, ибо я приведу того израильтянина, который со мной”. И царь, услышав, помиловал его, ибо был он милостив к покоряющимся ему. А к противящимся ему был он подобно медведице с медвежатами и львенку алчному, сокрушающему голову, руки и ноги. И когда привели к нему того израильтянина, помиловал он его и сжалился над ним, но приказал отрезать ему оба уха, чтобы наложить на него знак самозванства. И когда он был в земле Бад, пришел Али сын Аджеба[433]433
Али сын Аджеба, или Али ибн Аджеб, сын шейха Аджеба, был вассалом мусульманского правителя Сеннара Абд-эль-Кадера II, правившего с 1622 по 1626 г.
[Закрыть] с Абд-эль-Кадером, царем Сеннара, по причине волнения, которое поднялось в его стране, со многими всадниками и пешими. И остались они при царе Сэлтан Сагаде, и стал царь Сеннара его дружинником и покорился ему, как раб. И царь облагодетельствовал его всем необходимым, украсил его одеждами шелковыми и золотым обручьем, и не было у него недостатка ни в чем, чего бы он ни пожелал; а еще дал ему землю Чальга.
И после того как сделал он все это, справил там праздник рождества господа нашего и спасителя Иисуса Христа, ему же слава. И когда услышал царь Сэлтан Сагад, что медлят с выплатой подати люди Вандэге и Лага, разгневался он и повелел разграбить их; и захватили у них много скота, и разорили посевы, и сожгли дома. И весь скот, захваченный у [людей] Лага, дал он царю Сеннара и его присному Али, сыну Аджеба. А потом поднялся он из этого места и пошел в Сарка, и прибыл в место, где было озеро малое, называемое Гадама. И справил там праздник крещения господа нашего и спасителя Иисуса Христа, ему же слава. И, поднявшись оттуда, пошел он по дороге на Целало, и пересек реку Абья, и прибыл в страну Буда, и отпраздновал там субботу. А затем поднялся из того места, где праздновал субботу, и спустился в Жара по дороге в Вандаса, и прибыл в одно селение на берегу реки Сухуа, и отпраздновал там субботу и начало поста. И после начала поста поднялся он из этого места и пошел в одно селение, по имени Шаше, где местность была широкой и просторной, и там устроил свой стан.
И когда он был в том месте, пришла к нему весть о том, что идут галласы со стороны Барента. И, услышав это, он тотчас же поднялся и поспешно тронулся в путь, ибо спешил на битву, как спешит голодный к пище, а жаждущий к питью. А перед походом он послал раса Емана Крестоса и раса Сээла Крестоса, братьев своих, по одной дороге, сам же пошел с присными своими по другой дороге. А вперед выслал он с наступлением вечера абетохуна Вальда Крестоса, который был в то время бэлятеноч-гета[434]434
Бэлятеноч-гета – амхарская форма титула бэлятен-гета (см. коммент. 35 к гл. 10).
[Закрыть], с немногим войском ратным. А поутру царь последовал по стопам его и встретил галласов, которые все были [из племени] варанша, а с ними других галласов из племени бартума; [это было] в день первой субботы 12 якатита[435]435
17 февраля 1608 г.
[Закрыть] в земле Ламчен. И сразились галласы и царское войско великой битвой, и была победа царю. И было убито тогда много галласов. А из бежавших одни упали в пропасть и в воду, которая была на дне пропасти, так, что стала вода, как кровь, от множества убитых галласов. А братья его не нашли галласов, ибо у них были люди ленивые, и не ушли далеко и не достигли Абая. И после этой победы захотел царь пойти в Валака, чтобы сразиться с галласами, которые там были, но стали роптать Акетзэр; и, пройдя немного, он возвратился из-за роптавших людей стана.
И по возвращении он устроил стан на берегу реки Сухуа, И когда он там находился, услышал о приходе галласов со стороны амбы Васан. И поднялся царь поспешно, по обычаю своему, и пошел, и прибыл в землю, называемую Жан-Бадель[436]436
Жан-Бадель (букв. “Грозный для Адаля”) – название царского полка XV в. В начале XVII в. такого полка уже не существовало, но земля, на которой были некогда расселены воины этого полка, по-прежнему носила это название.
[Закрыть]. И там в земле Жан-Бадель на берегу реки Бэр нашел он галласов либан[437]437
Либан – одно из двух подразделений племени джида из племенного объединения боран.
[Закрыть], великого племени, большего, нежели все племена галлаские. И эти либан были многочисленны, как саранча, и искушены в битве, и сильнее всех сильных галласов. Они захватили и собрали вместе весь скот Гафата, и скот Чаме, и скот агау, и скот Дамота вплоть до Сакала и Габарма и разорили страну, убив многих людей и взяв в плен детей и женщин, Когда они возвращались с добычей в свою страну, встретил их царь в земле Жан-Бадель в четверг 24 якатита[438]438
1 марта 1608 г.
[Закрыть]. И галласы, увидев, что на них идет царь Сэлтан Сагад со многим войском, сказали: “Что такое? Неужели дубравы и все деревья, горы и все холмы движутся, как люди?”[439]439
Интересную стилистическую аналогию этому выражению можно найти в “Сказании о походе царя Амда Сиона”, произведении эфиопской историографии первой трети XIV в.: “Еще послушайте, что я расскажу вам, возлюбленные, и да не покажется вам речь моя праздной. Мне казалось, что с ними бежали деревья, горы и холмы, подобно тому, как представляется, что луна и звезды бегут вместе с облаками, когда те бегут по небесному пространству, и нам это казалось при виде неверных, ибо они покрывали всю землю и были многочисленны” [14, с. 35].
[Закрыть]. И тогда галласы остановились, разбившись на три и четыре чэфра, луба отдельно, керо отдельно, кондала отдельно[440]440
Похоже, что это разделение на луба, керо и кондала противоречит утверждению Бахрея: “Все неженатые галласы, будь то луба, будь то кондаля, называются керо”. (“История галласов”, гл. 20). Причина же подобного деления кроется, по-видимому, в следующих словах Бахрея: “А юношей необрезанных называют кондаля, а когда они делают прическу, как у воинов, называют каляла. А те, кто убил человека, слона, льва, носорога или буйвола, бреют голову, кроме маленького пучка волос на макушке. А не убившие не бреют. И женатые не бреют, если не убили” (“История галласов”, гл. 20). Можно предположить, что галласы построили отдельными отрядами кондаля, каляля и луба.
[Закрыть]. И прибыл царь со всем войском своим конным с великой поспешностью, а пехотинцев оставил, чтобы следовали позади него. И сразились царь и либан, и была победа царю скорая, быстрее, нежели в мгновение ока, и убили галласов без счета. И не было тогда всадника из рати царя Сэлтан Сагада, который не убил бы галласа и не взял бы головы. И набросали они голов галласких, как камней, по всему лику земли, где стоял царь. Эта победа была по велению бога пречестного и всевышнего, да возвеличится имя его.
А на утро следующего дня, в пятницу 25-го числа того месяца, услышал царь, что пришли галласы, захватив много скота, детей и женщин Гафата и агау. И пошел туда царь со всем войском своим. И когда увидели галласы, что пришел царь для сражения, не устояли и мгновения, но побежали и повернули к обрыву реки Бэр. А царь расположился на вершине его; и спустившись по другой дороге со всеми стрельцами и лучниками, поднялся туда, где были галласы, и началось их избиение от третьего часа до сумерек, так что потекла река Бэр кровью. А когда наступил вечер, двинулся он к стану своему, разбитому на высоком берегу, чтобы воспрепятствовать галласам уйти.
И повисли тогда галласы посреди обрыва, как мартышки и обезьяны: не сойти им и не выйти; но те, кто в тот день уцелел в бою, ночью постепенно спустились с обрыва и ушли в свою страну. И на третий день после этого услышал царь, что появились галласы в долинах Куанделя, называемых Зарагам; и пошел царь туда со всем своим войском. И, прибыв, нашел в той стране галласов из племени дигалу[441]441
Племя дигалу не упоминается Бахреем. ф. Перейра предполагает, что это племя принадлежало к племенному объединению барайтума [61 а, с. 384].
[Закрыть], ибо были они с большой добычей скота и людей. И были эти галласы весьма многочисленны, и конные, и пешие; и сразился царь с галласами великой битвой. И была победа царю и поражение галласам, и убито было галласов не много, но и не мало; и оставили они всю добычу скота без числа. И царь, убив, сколько убил, забрал всю добычу и расположился в земле, удобной для разбивки стана. И была эта победа в понедельник 22 якатита[442]442
Очевидно, это описка вместо 28 якатита, т.е. 5 марта 1608 г.
[Закрыть]. Слава богу, подателю побед уповающим на него и полагающимся на его помощь.
И после этого устроил царь Сэлтан Сагад стан свой в земле Ванча и справил там преполовение поста. И затем поднялся он, и пошел в землю агау, называемую Буре, и устроил стан свой там. И после праздника пасхи[443]443
Пасха была 7 апреля 1608 г.
[Закрыть] пожелал царь сразиться с людьми Буре, и прослышали об этом Акетзэр. И прежде чем повел их военачальник, поставленный от царя, они сами отправились в набег, отвязав коней и мулов от коновязей. И погибли многие люди от рук агау. А царское войско, которое отправилось в Зобент, вернулось в здравии, захватив добычу рабов и скота. И спустя немногое время пожелал он пойти и сразиться с галласами, которые были в Валака. И царское войско, услышав об этом, стало роптать, говоря: “За одно лето мы победили галласов четыре раза, зачем же ныне затевать поход на галласов?”. И услышал царь, что они недовольны, и оставил это намерение. И, поднявшись из Буре и отойдя на один дневной переход, расположился он в одной из земель Буре и отпраздновал там субботу. А в то время было много воров из агау, отнимавших у пастухов мулов и ослов. И когда услышал об этом царь, то в сердце своем пожелал отомстить им. И после празднования субботы поднялся царь в понедельник, чтобы идти в Гуагуаса. А абетохуну Вальда Крестосу приказал устроить засаду. И абетохун Вальда Крестос, выйдя из того стана, откуда ушел царь, остановился в низине со многими всадниками и пешими, а одному человеку велел залезть на вершину высокого дерева, чтобы тот смотрел и сказал ему, когда войдут в стан агау. И спустя малое время увидели многие агау, что царь поднялся и ушел своей дорогой; вышли они из чащи леса и вошли в царский стан, чтобы захватить вещи, брошенные людьми стана. И увидел их тот человек, что сидел на верхушке дерева, и сказал абетохуну Вальда Крестосу. И поднялся абетохун Вальда Крестос со всеми людьми, которые оставались с ним, и убили они многих агау, и отсекли им головы, и принесли к царю в тот день. И собрались все племена агау. Буре, и Гуагуаса, и Ханкаша, чтобы ударить по тылу и воевать с джеданом царя[444]444
Джедан – военачальник, командующий арьергардом.
[Закрыть]. Победило их царское войско, и потерпели поражение агау, и многие из них были убиты, а головы были отсечены и брошены под ноги царя, как камни.
А царь поднялся из Гуагуаса и пошел в Зигам, оставив внизу Гуман, страну Шанас. И, отойдя оттуда на один дневной переход, устроил свой стан. И встал оттуда, и пошел воевать одно селение, построенное на берегу реки Дура. А тамошние люди были не черные, как люди шанкалла, и не красные, как люди[445]445
Эфиопы не считают себя ни негроидами, ни черными. Свой цвет лица, как и цвет лица европейцев, они считают красным. Когда европейцы называли себя белыми, эфиопы возражали: “Какие же вы белые? Вот соль – она белая; разве ваша кожа подобна цвету соли? Вы красные!”.
[Закрыть], а были цветом как виноград, еще не созревший для сбора, а имя их было жэгат. Дедж-азмача Юлия и нагаша Годжама Кефло оставил он охранять обоз. И не было тогда ни вражды, ни раздоров, ибо сердца всех людей были открыты. И, прибыв, царь напал на это селение, захватил добычу и убил, сколько нашел. И большинство жэгат содрогнулись и испугались от такой вести, и исчезли с лика земли. А на следующий день царь разделил свое войско на две части, и половину дал абетохуну Вальда Крестосу, чтобы шел он по другой дороге. А половину войска взял царь и спустился вдоль по Дура. И там, где шел царь, захватили много рабов и рабынь, а там, где шел абетохун Вальда Крестос, ничего не нашли. И, закончив этот поход, царь возвратился и встретился с Юлием, и нагашем Годжама Кефло, и со всем обозом, который он оставил в то время, когда шел воевать жэгат, и вернулся царь по дороге через Чара. Убоялись люди Чара и Куакуара страхом великим и вострепетали трепетом женским. И от них перешел он в Сарка и отпраздновал там субботу. А выйдя оттуда в путь, перешел реку Абай по дороге на Дарха и Вудо. И прибыл он в свою столицу Кога, чтобы зимовать там. И все золотые вещи и богатые одежды, скот и рабов, которых обрел он за лето, расточил и раздал людям нуждающимся, и не оставил себе ничего.
И в эти дни зимы пришли к царю два известия, одно из Годжама, и другое из Тигрэ. Известие, которое пришло из Годжама, гласило: бежал За-Селласе из заключения. Историю За-Селласе расскажем мы от начала. Отец его был из земли Вараб, а мать – из Гонан. И родился он в земле Дарха, ибо были они скитальцами и чужаками, а не местными жителями. И взрастало чадо, занимаясь подлостями и подстрекательствами к мятежам, обучаясь этому делу у своих учителей подлых[446]446
Как “подлые” здесь переведен этноним вадала, употребленный в тексте во множественном числе (см. коммент. 160 к гл. 8 “Истории царя Сарца Денгеля”). Однако к началу XVII в. значение этого слова, которое первоначально означало одну из групп агау, а затем стало словом нарицательным для обозначения глупых и грубых людей, снова изменилось: теперь оно означает людей низкого происхождения и социального положения, “подлых” в старорусском значении этого слова. Особенно заметно это в главе 40, в которой они противопоставляются “начальникам войска”. Поэтому там это слово переведено как “простолюдины”.
[Закрыть]. И когда вырос, стал он дружинником цахафалама Дамота Або Ашгер. И потом долгое время служил у Гута Амдо пехотинцем, а после Гута Амдо стал он дружинником царя Малак Сагада. И после того как упокоился царь Малак Сагад, стал он дружинником царя Иакова и был назначен бэлятен-гета. И в дни своего начальствования пожелал он уйти из стана вместе с царем Иаковом, чтобы разбить стан отдельный. И вернулся, чтобы разграбить стан царицы Малак Могаса. А царица, когда узнала, что замыслил против нее недоброе За-Селласе, призвала тогдашних князей и вельмож царства, начальником которых и главою был абетохун Ионаэль, и рассказала, что задумал он ограбить ее. И они, посоветовавшись, связали его и сослали в землю Сирэ и отдали его Сабхат Лаабу, сыну азмача Исаака. И когда услышали об этом вейзаро Валата Гиоргис и рас Афанасий, опечалились весьма, и послал рас Афанасий жену свою, вейзаро Валата Гиоргис, чтобы она помирила его с матерью своей и попросила помиловать За-Селласе. И пришла вейзаро Валата Гиоргис из Годжама в Кога, столицу царя Иакова, построенную в земле Эмфраз, и, прибыв, просила она за него, чтобы не ссылали его в Тигрэ. И ему велели явиться из Сирэ и сослали в Халафа; и там он зимовал. И, выведя его из Халафа, отослали его в Сарка, а из Сарка возвратился он и вошел в стан царя Иакова.
А затем, когда тогдашним князьям и царице Малак Могаса стала тягостна жизнь с За-Селласе в стане царя Иакова, его назначили на амбу Васан расом Годжама. И в те дни лета, когда узнал царь Иаков, что по причине его любви к нему изгнали За-Селласе из стана под предлогом назначения на амбу Васан, приказал привести его и доставить к нему. И когда пришел За-Селласе, назначил его царь Иаков на должность фитаурари и азмачем Дараба, и Галла, и земли Тара. И спустя некоторое время, когда была распря и сражение между царем Иаковом и расом Афанасием, оставил он царя Иакова посреди битвы и пошел на помощь к расу Афанасию. И победил царь Иаков, и связал их обоих. За-Селласе по тяжести его злодеяний он сослал в Эннарью, а раса Афанасия за многую кротость его поместил в земле Ванжата. А когда воцарился царь За-Денгель после заточения царя Иакова, вывел царь За-Денгель из земли Эннарья За-Селласе и назначил его в Дамбию и назвал дедж-азмачем. И спустя некоторое время изменил За-Селласе царю За-Денгелю, объединившись со всем войском царя Иакова. И когда сразились они в земле Дамбии, называемой Барча, потерпел поражение царь За-Денгель, и убил его За-Селласе, но бог отомстил ему за кровь сего праведного царя.
И затем послал За-Селласе к царю Иакову и вывел его из Камбата, и царь Иаков назначил его вторым после себя и вознес его над всеми людьми царства. И стал он визирем, то есть бехт-вададом[447]447
Бехт-вадад (или битвадад) – титул министра двора и в то же время первого министра государства. Подобно арабскому визирю, бехт-вадад был главным лицом при дворе и доверенным советником царя в важнейших делах. Судя по царским хроникам XV—XVI вв., таких советников было два – “бехт-вадад справа” и “бехт-вадад слева”.
[Закрыть]. И после того как увидел он, что окрепло и стало сильнее царство царя Сэлтан Сагада, нежели царство царя Иакова, оставил он царя Иакова и заключил союз с царем Сэлтан Сагадом, и стал его дружинником. И после смерти царя Иакова от уст железа[448]448
Характерное выражение, часто встречающееся в эфиопской литературе и означающее “от острия меча”.
[Закрыть], когда царь Сэлтан Сагад был в Кога, говорил За-Селласе перед всеми людьми, пившими вино, и сказал: “Говорили мне люди ученые и пророчествовали прозревающие грядущее: Ты убил двух царей и суждено тебе повторить это в третий раз!”. И много других причин он придумал, чтобы выйти из стана и устроить смуту, по обыкновению своему. И когда услышал это царь Сэлтан Сагад, схватил его, и заключил в оковы, и сослал в Годжам в землю Шабаль, и отправил его на амбу, называемую Гузман. И, пробыв там полный год, он ускользнул на свободу и спустился с амбы, и перешел в Валака.
Это было первое известие, которое пришло к царю Сэлтан Сагаду из Годжама. А второе известие, пришедшее из Тигрэ, гласило: восстал некий самозванец, лжепомазанник, и неведомо ни имя его, ни имя его отца, и неизвестно, из какой он земли, а называет себя именем царя Иакова, умершего в битве в земле Голь и погребенного в Назарете[449]449
Еще одно свидетельство использования эфиопами библейских топонимов. Упоминаемый здесь Назарет не имеет никакого отношения к тому городу в Галилее, в котором родился Иисус Христос.
[Закрыть]. И царь Сэлтан Сагад, когда услышал эти оба известия, смолчал и стерпел, пока не принял решения справедливого и подобающего, ибо обычаем его были и тишина, и молчание, и благоразумие. И спустя две недели пришел гонец из Годжама, который сказал, что погиб За-Селласе, идучи из Валака в Годжам, чтобы стать болед[450]450
Болед – амхарское слово, означающее свободного разбойника, порвавшего с обществом и живущего грабежом. Эти изгои феодального общества внушали людям кроме страха также уважение и восхищение как люди, всецело полагающиеся на собственную силу, независимые и никому не подчиняющиеся.
[Закрыть], и убили его люди той страны. А потом прислал его голову Юлий, и принесли ее к воротам царя, и повесили ее на внешней ограде. И, видя голову За-Селласе, люди стана дивились и изумлялись, и говорили друг другу: “Увяз грешник в делах рук своих. Ископал и изрыл яму, и упал в яму, которую сам сделал” (ср. Пс. 7, 16), ибо не миновал его суд божий и отмщение крови невинной царя За-Денгеля. А царь Сэлтан Сагад не желал его смерти, а хотел освободить его из оков после наказания малого, чтобы посадить с собою с честью как одного из своих князей. Но пришла смерть на его голову в смуте, обычной для него.
И в эти дни зимы окреп самозванец, и убедил он всех людей Тигрэ, у которых нет сердца[451]451
В отличие от славянских и германских народов, у которых сердце считалось вместилищем чувств, а голова – разума, у семитоязычных народов, и эфиопов в том числе, вместилищем разума считалось именно сердце. Поэтому выражение “бессердечный человек” у них имеет значение не бесчувственного, а глупого человека. Ср. библейское: “И стал Ефрем как [глупый] голубь без сердца” (Ос. 7, 11).
[Закрыть], а только уши, говоря: “Я – царь Иаков”. И образовался огромный стан со всеми безумцами, подобными ему. А тогда рас Сээла Крестос был маконеном Тигрэ и бахр-нагашем до моря Эритрейского. И оставили раса Сээла Крестоса все люди Тигрэ и примкнули к самозванцу. И не осталось с ним никого, кроме немногих людей, таких, как Асбаром, и Габра Марьям, и Акба Микаэль, и других, им подобных. А исключая их, все копейщики и щитоносцы страны Тигрэ ушли к самозванцу. Было тогда у раса Сээла Крестоса войска ратного лишь 500 воинов, носителей щитов валата[452]452
Щит валата невелик по размеру (диаметром около 90 см), круглый, с коническим центром, выдающимся вперед. Он выделывается из толстой бычьей шкуры и благодаря своей форме способен защитить не только от стрел, но и от брошенных дротиков – этого наиболее распространенного эфиопского оружия. Небольшой размер этого щита и его легкость позволяют пользоваться им не только пехотинцам, но и всадникам, которые обычно держат его на локте левой руки.
[Закрыть] и гаша[453]453
Щит гаша, круглый и плоский, по размерам больше щита валата (диаметром до 1,5 м). Он делается из бычьей шкуры, натянутой на твердую (обычно деревянную) основу. С наружной стороны щит гаша может быть бронирован металлическими пластинами, которые также играют и роль украшений. Такой тяжелый щит использовали, как правило, только пехотинцы, которых он защищал и от тяжелых копий, и от ударов сабель. Удара большого тяжелого меча такой щит не выдерживал, но подобные мечи были сравнительно редки в Эфиопии.
[Закрыть], и всадников, наверно, с два десятка. И дал самозванец трехдневное сражение расу Сээла Крестосу, сначала в Дабарве, а потом у озера Май Каль, и готовился к битве с ним в третий раз в земле Ад Эке. И каждый раз как завязывал бой этот самозванец, имея при себе тысячи и тьмы, побеждал рас Сээла Крестос со своими пятью сотнями щитоносцев и двадцатью всадниками и убил у него без числа, сокрушая их, как листья древесные и как полевую траву, но не мог вразумить их смертью других. А наутро каждый раз, умножаясь в числе, они стекались к этому самозванцу. И когда увеличилась угроза, послал он письмо к брату своему, царю Сэлтан Сагаду, говоря:
“Вот покинул меня весь мир и последовал за самозванцем. И хотя убиты у них тысячи и тьмы, не заботятся они о смерти, подобно мученикам, которые имеют надежду на небеса. Внемли же ради царства твоего и приходи быстрее, чтобы утишить волны мятежа и успокоить безумцев видом лика твоего и молвою о твоем прибытии. И если не придешь ты, господин мой царь, никакая мудрость и никакая сила не исправят дела”.
И потому поднялся царь в месяце тахсасе[454]454
В декабре 1608 г.
[Закрыть] из земли Кога, чтобы идти в Тигрэ для уничтожения самозванца и восстановления порядка в стране. И, поднявшись из Кога, он расположился у самого подножия горы, называемой Фарка. А после Фарка расположился он у реки Гумара в земле Зангадж. И, отойдя оттуда на один переход, расположился в Цада и провел там субботу. И, услышав слухи о приходе галласов, вышел оттуда по дороге из Вугло Сурамне к Айба.
И когда он находился в Айба, послал к нему дедж-азмач Хафа Крестос[455]455
Хафа Крестос – сводный брат Сисинния, сын азажа Сарца Крестоса и вейзаро Хамальмаль Верк.
[Закрыть] письмо, говоря: “Вот пришли три рода галласов: ана, уру и абати, которые все вместе называются именем одного племени, то бишь марава. И прибыли эти галласы, чтобы разорить Бегамедр”. И когда царь услышал это, поднялся из Айба, чтобы идти сражаться с галласами в Бегамедр, и расположился в вайна-дега. И там пересчитал коней у своих воинов, и было их около 140. И не было у него никого, кроме стражей врат[456]456
Здесь “стражами врат” называется специальный отряд царских телохранителей, находившихся всегда при особе царя в походе и сражении и охранявших его шатер на стоянках.
[Закрыть] и раса Емана Крестоса, пришедшего из Амхары. И из вайна-дега спустился он по дороге на Дарица, и перешел реку Рэб, и направился затем по дороге в Занег, и расположился в земле по названию Кетама. А оттуда прибыл в землю Цамья 18-го дня месяца тахсаса[457]457
24 декабря 1608 г.
[Закрыть] в среду. И когда расположился в этой земле, в девятом часу пришли лазутчики и сказали царю, что галласы находятся близко. И царь приказал потушить костры, чтобы не увидели их галласы и не бежали без битвы. И послушалось его все войско, и потушило костры, и пребывало в гордости и превозношении. И на рассвете встал царь и пошел туда, где были галласы. И в третьем часу прибыл он к амбе Сарцо, сына Хайтони, и Сарцо принес ему 11 голов галласких. И, отойдя недалеко от этой амбы, вернулись лазутчики, посланные царем, чтобы разведать, где находятся галласы, и возвестили они, и сказали: “Галласы поблизости – в земле, называемой Вукро, но собираются выходить в поход”.
И царь, еще до того как увидел галласов, приказал всему войску не стоять с ним, а двигаться вперед и не дать идти галласам. И тогда бросилось в набег все войско царское, как делало всегда против гонга и шанкалла. И, прибыв, они увидели галласов, стоявших строем чэфра и готовящихся к битве. А между галласами и царским войском лежал склон, не длинный и не короткий, а на краю склона находилась равнина, хорошая и удобная для битв и конских ристалищ. Галласы же, перейдя эту равнину, построились строем чэфра в месте, возвышавшемся над этой равниной. А царское войско в большинстве своем не приблизилось для сражения с галласами, но остановилось в отдалении, кто из страха, кто – из коварства. А те, кто обладал твердым сердцем и страшился позора, спустились с расом Емана Крестосом и абетохуном Вальда Крестосом; и царь тоже спустился по склону в низину и приказал поставить дабана[458]458
Дабана – царский парадный шатер, который ставился на видном месте перед битвой. Об этом обычае еще в XVI в. писал Ф. Алвариш, когда повествовал о битве царя Лебна Денгеля с имамом Зейлы Махфузом: “Когда наступил ясный день, они увидели друг друга, и говорят, что как только Махфуз увидел лагерь пресвитера и увидел красные палатки, которые разбивают лишь для больших праздников и приемов, он сказал царю Адаля: „Государь, здесь сам негус эфиопский; нынешний день – день смерти нашей, спасайтесь, коль можете, ибо я умру здесь“” [22, с. 308].
[Закрыть]. Тут забили в барабан медведь-лев и затрубили в трубы каны галилейской в знак начала битвы. А галласы стояли отдельными чэфра: одна – конная с немногими пешими, а другая из пеших, которых было без счета. И стали они сражаться сражением великим: и было так, что царское войско обратило в бегство конную чэфра, а было и так, что они сами отступали перед галласами; и так шло сражение несколько часов. И когда увидели галласы, что многие из тех, кто находился наверху склона, оробев, подались назад и заколебались, как трость, ветром колеблемая (ср. Матф. 11, 7), то поднялись галасы все разом, и не смогло устоять войско царское; и побежали те, кто стоял в отдалении. И была победа тогда галласам и поражение царю. И убиты были многие князья рукой галласов: из них – абетохун Вальда Крестос, и асгуа[459]459
Асгуа (или хасгуа) – старинный титул наместника области Тамбен.
[Закрыть] Лесана Крестос, и Лесана Крестос, сын абетохуна Сакло, Александр, сын Такла Сэлуса из Сирэ, и начальник амбы[460]460
Начальник амбы (баламбарас) – титул коменданта крепости, расположенной на вершине труднодоступной столовой горы (амбы).
[Закрыть] Фэкро, и За-Иясус, наместник Вагара, и Лебаси, наместник Зэфан Бет, и юный Емано, возросший у ног царя, Шэто из старших дружинников, и военачальник Энко, и много других из Курбан. А воинам царским, всадникам и пешим, что погибли в тот день, нет счета. И это поражение было 19 тахсаса в день святого Гавриила[461]461
25 декабря 1608 г.
[Закрыть]. И не было дома в стане царя, где не слышались бы плач и рыдания из-за гибели стольких людей.
Царь же после победы галласов вышел по дороге на Дабат. И на следующий день, пройдя Дабат, он расположился на вершине одного холма, называемого Дэбана; а оттуда перешел в Махадара Марьям и отпраздновал там воскресенье. И туда пришел к нему годжамский нагаш Кефло с цевами, называемыми Хайлат[462]462
Хайлат (букв. “Могучие”) – название годжамского полка, которым командовал Кефло в качестве наместника Годжама.
[Закрыть], и со многими всадниками и пешими. И еще, когда царь был в Махадара Марьям, послал он письмо к Юлию, который находился тогда в земле Гуман. И в письме царь оповещал о победе [галласов] и [своем] поражении и приказывал ему идти на подмогу. И после того как послал он это послание, поднялся царь из Махадара Марьям и прошел один переход, и остановился в земле, называемой Ход Габая, а оттуда двинулся дальше в Карода. А поднявшись из Карода, расположился между Кога и Амба Марьям в земле, называемой Машэлют. И там отпраздновал он праздник рождества господа нашего и спасителя Иисуса Христа, памяти которого подобает поклонение. И после праздника рождества вышел царь по дороге в вайна-дега в Данказ. И стал там ожидать, пока соберутся люди из рассеяния и придет к нему воинство издалека и из близких мест, чтобы снова сразиться с галласами. А галласы тогда спустились из Вукро в Хамус Ванз и, наступая строем чэфра, разорили и погубили все селения Эмфраза и захватили все, до Гораба и до Чахра, и пожгли столицу царя в Кога, и вернулись в Хамус Ванз.
Это поражение царя было ему наказанием от бога, как сказал Соломон премудрый в книге своей: “Ибо Господь, кого любит, того наказывает” (Евр. 12, 6). Ибо царь этот, Сэлтан Сагад, от воцарения своего и до сего времени, много раз был победителем над врагами. В первый раз в Вагда, когда сразился он с За-Селласе, во второй раз – в Чачахо, воюя с царем Иаковом. И в третий раз в земле Голь, когда преставился сей царь Иаков и уничтожены были все Курбан устами железа. И в четвертый раз над галласами в Барента, и в пятый раз над [галласами] либан, которых победил он и уничтожил в земле Жан-Бадель. И в шестой раз над галласами, которых победил он в пятницу, утопив в реке Бэр, и в седьмой раз – над дигалю, которых победил он в земле Куандель, называемой Зарагам. И все эти победы не проходили без того, чтобы не подвигнуть немного сердца царя к гордости и превозношению. Но бог, наставник наказующий и господь премудрый, дабы научить его смирению и вразумить о слабости естества рода человеческого (ибо не должно быть ни превозношения у победителя, ни позора для побежденного) и дабы внушить ему также, что всякий день силы и день слабости дается от бога, а не от человека, – по всему этому дал бог победу галласам и поражение царю.
И когда был царь в земле Данказ, вернулись те галласы, что одержали победу и разорили край, и направлялись в свою страну по дороге на Эбнат. И спустились они дорогой, ведущей к реке Такэн и к Кэлей, чтобы идти дальше и переправиться через реку Такказе. И сказал царь: “Не позволю я им спуститься по склону, не дав им такого сражения, что-либо они меня разобьют, либо я разобью их силою бога пречестного и всевышнего”. И, услышав это, содрогнулось и устрашилось все войско царя, и сказало оно: “Не говори так, господин наш царь, невозможно нам сражаться с галласами после этого, ибо трепещут сердца наши и сотрясаются кости наши от смерти людей, павших недавно от рук этих галласов. Неужто ты хочешь погибели народа твоего и истребления войска твоего, уцелевшего в первый день битвы?”. Царь же, бодрый духом и твердый сердцем на убиение врагов, отверг речь их и не внял боязливому слову людей стана. И сказал он: “Кто знает, даст ли мне бог победу или нет. Ведь один день – другому, а другой день – мне!”. И, сказав это, двинулся царь в погоню за галласами, опередившими его на один переход.
И, следуя за ними, царь собирал войско ратное и укреплял сердца [воинов] для битвы. Так пришел он в землю Эбнат; и тут прибыл туда же Юлий из земли Гуман, собрав все свое войско и войско Годжама, всадников и пеших без числа. И, прибыв, встретился с господином своим царем и приветствовал его приветствием, подобающим царям. И на второй день по прибытии Юлия в погоне царь настиг галласов у реки Такэн и дал им бой. И была победа царю и поражение галласам; не устояли галласы и малого времени перед ликом царя. И бежали галласы, бросив рею свою добычу скота, и людей, и захваченное ими прежде у царского войска после победы над ним, а именно: броню, и шлемы, и ружья, и барабан; они бросили все, вплоть до утвари домашней и всего своего скота, который пригнали они из дому и захватили у царя. И были убиты многие галласы; пленники же возвратились с пением и торжеством, и была радость великая во всем стане и во всей стране. Как сказано в псалме 125: “Когда возвращал господь плен Сиона, мы были как бы видящие во сне. Тогда уста наши были полны веселия, и язык наш – пения; тогда между городами говорили: „Великое сотворил господь над нами!”. Великое сотворил господь над нами: мы радовались. Возврати, господи, пленников наших” (Пс. 125, 1—4). И с подобной победой, и в подобной радости великой возвратился царь и ушел с места битвы, и расположился на базарной площади Эбната. И. возвратил он захваченный скот и всех животных их владельцам и хозяевам из тамошних жителей. А скот галласов, приведенный ими из своей страны, раздал с благословением людям стана. И это событие – победа царя и поражение галласов – случилось 12 тэра в день праздника Каны Галилейской после крещения и на 21-й день после первой битвы[463]463
17 января 1609 г.
[Закрыть].
И ушли галласы с позором и скорбью, и радость их обратилась в плач и причитания. А царь, после того как обрел победу, возвратился из Эбната и пошел в Эмфраз и, пройдя землю Кога, расположился на возвышенности той земли, и провел там восемь дней.
