Текст книги "Эфиопские хроники XVI-XVII веков"
Автор книги: Автор неизвестен
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 35 страниц)
По окончании зимы поднялся он и пошел в верхнюю Шоа, чтобы жить и устроить там свое местопребывание. И когда пришел, изменили ему цевы, называемые Хафро Айгеба, с людьми страны и отказались подчиняться ему. И разгневался он и пошел на них. И когда встретились они в битве, победил и разогнал их в одно мгновение, и рассеялись они от лица его, как будто их и не было. И после того как победил их, вернулся он и пошел в страну, называемую Сармат. И покорились ему тамошние люди, и подчинились величию его, послушавшись совета одного священника, который был в царском стане, ибо был он сыном их страны и был также наместником Сармата и Тагулета в это время. А совет его был таков: “Не противьтесь царскому сыну и не причиняйте ему вреда. Кто знает, может, он станет царем!”. И послушавшиеся совета этого священника снискали пользу великую. А у тех, кто не послушался, были разрушены и разграблены селения их, и расточилось имение их, и погибли они злою смертью. Народ же погибший подобен был народу Иудейскому, коему вещал Иеремия и наставлял, но они не вняли ему, и был искоренен корень крепкий рукою Навуходоносора, царя Вавилонского, и Навузардана, начальника телохранителей его (ср. IV Книга царств. 25, 8; Иер. 38 и 39).
И еще погубил он страну Бадабаджа и согнал людей ее с амбы, называемой Сомса. И убили в тот день людей многих. И галласы стали тогда служить ему и подчиняться, как рабы подчиняются господам своим. И еще было чудо дивное в этой битве. Говорят, был один расслабленный на этой амбе, который находился много лет в расслабленности. И когда увидел этот расслабленный битву великую и человекоубийство и услышал шум кликов войска ратного, убоялся он и содрогнулся и восстал и стал как юноша сильный и побежал, прыгая, словно лань. Эта помощь божья посетила его вместе со страхом и даровала ему жизнь совершенную. Говорит пишущий сию книгу: “Кажется мне, что это обретение расслабленным исцеления мгновенного в час бедствия и страха было в назидание сильным и крепким, когда погибель свою увидели не помышлявшие о смерти и когда восстал расслабленный, близкий к смерти”.
Свершив это все, сделал он местом своего пребывания страну, называемую Энжар.
Глава 10И когда был он там, выступил против него абетохун Бээла Крестос, взяв войско ратное у царя Иакова, всадников и пеших, стрельцов и лучников многочисленных, и застал его врасплох, когда он и не ожидал. И когда увидел он пришедших на него, понял, что пришли они с ним сражаться. И был он тверд и держался без страха и трепета. А они напали на него справа и слева, и была меж ними сеча крепкая. И погиб один человек из витязей абетохуна Бээла Крестоса, по имени Вальдо. Из его же присных были убиты многие. И в тот день погиб Фэкро, дружинник отца его, и один бегемдерский цев, по имени За-Габриэль, со своими бэлятен-гета[329]329
Бэлятен-гета, или в амхарской форме – бэлятеноч-гета (букв. “начальник пажей”) – титул начальника царской челяди. Таких начальников было два: начальник над старшими пажами и начальник над младшими пажами. В начале XVII в. этот титул стал важным придворным титулом, часто просто почетным и не имеющим прямого отношения к дворцовому хозяйству.
[Закрыть], самый преданный из тех, что стояли перед ним. И когда увидел юноша мудрый, изрядный советом, как велика битва, перестал сражаться и бежал, и преследовали его многие всадники. Он же оборачивался, как лев, и отгонял преследовавших его. А дружинников своих, утомившихся от бега, он не оставлял, но сажал их на круп коня и вез туда, где бы их не нашли. И особо из всех преследовавших его приблизился к нему один человек, по имени Мэсракави, дружинник абетохуна Бээла Крестоса. И обернулся юноша гордый Сисинний и наказал его копьем от руки своей; метнув копье, не попал в него острием, но по шее ему ударил древком великим ударом, и вонзилось копье в землю. И от этого удара Мэсракави долгое время болел. И после этого броска копья не приближался он к нему, как прежде, но следовал в отдалении. И, так сражаясь, провел он время до заката солнца.
И когда прибыл к реке Касам царский сын Сисинний, не было там брода, чтобы перевести коня, ибо был там обрывистый берег. Спешился он с коня и убил его, чтобы не достался он мужам вражеским и не превозносились они им. И тогда переправился он с обрыва, взяв узду коня своего. Барабан же и стяг были не отняты у него, и дружина его переправилась с ним через реку вплавь, а кто не умел плавать, переправился с его помощью. А преследовавшие его вернулись удивленные и пораженные крепостью силы его и доблестью подвигов.
А от реки Касам пошел он туда, где стояли галласы. И, прибыв к галласам, оставил всех людей своих у них. И на пятый день после сражения возвратился он один, взяв с собой многих галласов. И пришел он туда, где был абетохун Бээла Крестос, и сразился с ним в великой битве, и не было победы никому. Но укрепился абетохун Бээла Крестос на амбе и не выходил, царевич же, юноша твердый сердцем и бодрый разумом, убил, кого настиг, и вернулся к галласам и встретился со всеми людьми, которых он не взял в поход из-за усталости их. И пребывал он там в Хангетамо. И в этой земле постигло его великое бедствие голода, так что ело войско его сандалии с ног своих, ибо недоставало зерна для пищи, поскольку была эта земля пуста и разграблена. И тогда поднялся он из этой страны и направился в путь в Гэнд Барат. И по дороге пришел в землю Салала и нашел там двух мужей, из которых один был данником галласов, а другой из народа махет, которые пришли встретить его, неся дары желанные. Было это по благоволению бога пречестного и всевышнего, из-за того, что угнетен он был правителями царства, которые изгнали его из вотчины отца.
И по прибытии в Гэнд Барат приказал он бить в барабан. И когда раздался бой барабана в этой области, прибыли многие галласы верхом узнать, что случилось. И когда пришли к нему, узнали и хотели предать, однако же, побоялись и оставили его. И тогда сказали они слово мира и приветствовали его приветом, каковой подобает чадам царским, и отвели его в страну, называемую Вате, которая была местом их пребывания в то время. И еще до своего прихода туда в пути послали гонцов, чтобы приготовили ему жилище и разбили шатер, который дал им раньше этот царский сын, и пригнали стадо коров, достаточное для него вместе с его присными. И как он прибыл, ввели его в тот шатер разбитый и пригнали для него стадо коров и дали ему. И провел он там недолгое время, и галласы эти были ему податными, которые платят подать царям и князьям, и подчинились они ему с покорством многим.
Зрите очами помышления, слушающие эту повесть, что сотворил бог для этого царского сына, утесненного напрасно и беззаконно изгнанного от родичей своих и из вотчины отца своего. Враги стали союзниками его, и погубители сделались родичами, ибо так творит бог для утесненных всегда, во всякое время. И никто не может лукавить перед ним, ибо праведен бог и справедлив.
И тогда встал он и пошел в землю махет, и приняли его тамошние люди приемом прекрасным и были ему как рабы и давали ему все, что он пожелает. А раньше не подчинялись никому люди махет, ни царям, ни князьям, ибо злы они, злее галласов. А это покорство их было по благоволению бога пречестного и всевышнего. И затем пошел он к гафатцам, которые зовутся абедрай. А эти абедрай приняли его хорошо. И пробыл он там немногие дни.
Глава 11И поднялся он оттуда и пошел к Годжаму со своим войском и с галласами по совету одного гафатца из племени беребабо, по имени Фэсэн, о чьих благодеяних мы упоминали прежде в главе пятой. А поход был для того, чтобы воевать землю Даген. И дорогой пришли они к реке Абай, и наступила ночь, и сбились они с пути, и многие потонули в воде, унес их поток, Одни говорят, что унес Абай в этот день 34 души, а другие говорят, что более того. И Мамо, брата отца его, унес в тот день Абай. А остальное войско царского сына Сисинния и галласы, которые пришли с ним, переправившись, расположились на обрыве Абая, пока не кончилась ночь и не наступил день. А утром галласы и амхарцы отказались воевать Даген, говоря: “Они не идут на нас, зачем нам воевать их? И так нас постигло несчастье и смерть людей наших. Зачем идти нам воевать Даген, когда знаем мы, что этот день не наш!”. И, сказав так, остались у Абая. И царский сын остался с ними. Но из мужей, твердых сердцем и могучих разумом, 9 галласов и 20 амхарцев пошли и напали на землю Даген. И эти 9 галласов убили 40 юношей, старцев и младенцев Дагена. Но не только галласы, а и амхарцы убили нескольких из этих 40. Еще сожгли они дом, и разграбили хлеб, и угнали немного коров. И когда они возвращались, напали на них цевы и бэальге[330]330
Бэальге (букв. “на моем престоле”) – титул мелкого феодального властителя. К XX в. это слово перестало быть титулом и в несколько иной форме (баляге) стало означать пренебрежительное наименование сельского жителя (“деревенщина”).
[Закрыть], и сразились они между собой в битве крепкой. И осилили их тамошние люди, и обратили их в бегство, и преследовали, пока не достигли реки Абай, где был господин их со многим воинством, которое осталось там.
И этот царевич-юноша, взяв копье в правую руку и щит в левую, поднялся и пошел навстречу присным своим, и оставил их за собой в тылу, и встал, чтобы сразиться с цевами и бэальге Дагена. И сражался он с ними один битвой великой, а все войско оставило его и бежало, и перешло реку Абай. И люди той страны вынудили его отступить; отбиваясь от них, бросился он в ущелье Абая и поплыл. И когда плыл, одни бросали в него камни, а другие пускали стрелы. И каждый раз как посылал стрелок стрелу, скрывался он в пучине; а как попадала стрела в другое место, выныривал из глубины и плыл, оглядываясь на град камней и стрел, посылаемых руками преследователей его. И в такой многой скорби и великом воздыхании переплыл он реку Абай с помощью божьей, укрывавшей его, подобно щиту благодатному, и ограждавшей его, подобно крепости мощной. Благодарение помощи его и могуществу имени его.
А переправившись через реку Абай, нашел он все войско свое нагим по причине охватившего их сильного страха и трепета. Не было ни у кого ни копья, ни щита, ни палки, ни сандалий, ни одежды – все побросали они, убегая. И вышли они нагими, подобно принявшим крещение, и ни у кого не осталось ни щита, ни копья, кроме царского сына Сисинния и двух других людей. И, оказавшись по этой причине в затруднении, они сделали так: срезали деревца и взяли их как копья, и стали они походить на сильных, и отправились в путь, и вошли в землю Йезембаль. От людей Йезембаля вышли знатные люди и старейшины Гафата, и повстречались они по дороге. Глава премудрых и сила сильных, царский сын Сисинний, приказал схватить их, и разделить все их войско, и связать их. И после того как связали их, взошли они на амбу и вошли в крепость плененных, и разграбили все в этом городе Гафата. Тогда в той земле Йезембаль не имевший одежды обрел одежду, не имевший щита и копья обрел щит и копье, все войско царского сына поело и насытилось, и укрепилось, и обрело воинское снаряжение и вооружение ратное.
А затем пошел он на абедрай, которых оставил прежде, когда ходил воевать Даген. И когда был там, послал ему наместник Шата барабан с флейтой, и была в стане его радость великая. И, поднявшись от абедрай, пошел войной на гамбо и азар и захватил там добычу коров без числа, и подрезал корни городов гамбо и азара, которые были в Агуаль. И из этой добычи скота и людей обогатились дома дружинников царского сына. И вернувшись из гамбо и азара, расположился в Гуагуата. И из Гуагуата отправился он воевать харба ваш и [затем] возвратился на место свое в Гуагуата. И, снова уйдя из Гуагуата, он воевал харб акаль. И тогда спустился он к реке Гудар и, отойдя от Гудара, оставил свой обоз и воевал и Фатагам, и Субли, и Якумбаль, и Магдаму, и Ябади. И, завоевав их, вернулся он к Гудару и встретился с домочадцами своими, коих оставил он охранять обоз, и вышел к Вамбарма. И там он оставил обоз свой и спустился воевать Бизамо. И прежде чем пришел туда, по дороге нашел он у гафатцев, называемых асубли, много коров, захватил их и оставил про запас.
С месяца сане по месяц маскарам[331]331
С июня по сентябрь.
[Закрыть] опустошил он и разорил всю страну Бизамо со многими галласами из племени боран. И, вернувшись из Бизамо, пошел он к Корабу[332]332
Имеется в виду одно из излюбленных “мест зимнего пребывания” царя Сарца Денгеля, которое в его “Истории” называется Кореаб.
[Закрыть]. И, проведя лето в Корабе, в месяце генботе[333]333
В мае.
[Закрыть] пошел он к абедрай. И когда был у абедрай, разрушил и взял одну амбу, называемую Анкарэб. А эта амба была крепкой, обнесенной камнем. И не было сильного от прежних времен, который вошел бы в эту крепость. Но царский сын послал вперед 30 мужей, сказав: “Войдите в стан этой крепости хитростью, как бы для купли и продажи, как бы для дружбы с ними, и будьте там. И на рассвете я приду к вам, построив полки. А вы ко времени моего прихода убейте стражей ворот и откройте крепость”. И они повиновались его слову, пошли и хитростью вошли на эту амбу в стан их. Гафатцы же, которые жили там, заподозрили, что эти гости прибыли не для честной торговли, и поставили охрану своей крепости. И эти лазутчики, которым было приказано убить стражей и открыть крепость, пребывали в великом страхе и большом трепете, ибо поняли они, что их подозревают. И на рассвете вышли они поспешно, чтобы сбежать, и еще, не дойдя до него, по дороге встретили они своего господина, идущего к этой амбе с большим войском, как сказал он им накануне, и поведали ему, что их хитрость распознали. А царский сын сказал: “Что мне теперь делать после того, как они узнали о моем приходе? Скажу я им: „Пришел я воевать вас, но решил вас не трогать. Вы же смотрите: угождайте мне и несите подати!“”. Завершив этот совет, пришел царский сын Сисинний к этой амбе, называемой Анкарэб, и нашел ее отворенной, с незапертой оградой, а стражи ворот все разошлись по домам, чтобы поесть. Вошел он и захватил там все, от людей до скота, и ничего не оставил на этой амбе, ни одежд, ни бэзэта[334]334
Значение этого слова неизвестно.
[Закрыть], ни хлеба; и все, что хотели, нашли и обрели дружинники его. И возрадовался он, получив добычу большую, повернул и возвратился в свой стан. А из войска, следовавшего за ним, [многие] послушались слов этих лазутчиков, говоривших:
“Они услышали и прознали о нашем замысле и о том, что утром придут воины”, и потому многие повернули вспять и не пошли с царским сыном захватывать добычу Анкарэба.
Глава 12А потом воевал он гафатцев, называемых ашман, и захватил у них много скота. И по дороге от них, когда прибыл он к реке Валака, пришли на него, объединившись, племена Гафата, которые зовутся харбаваш и харбакаль, ванге и ашман, и не было им счета, подобно листьям древесным и подобно траве степной. И, придя, напали они на него справа и слева, спереди и сзади. И стали биться с ним битвой великой и засыпать его стрелами, смазанными ядом, как дождем и градом в зимние дни. И укреплял он дружинников своих, чтобы сражались они стойко и не бросали ничего из своей добычи. И в такой великой битве перешел он реку Валака. А гафатцы, живущие по ту сторону реки, называются харбакаль. И воззвал цахафалам Сэно к начальнику их Жан Ба-Гэдэм и сказал ему: “Зачем ты воюешь с государем, царским сыном?”. А этого Жан Ба-Гэдэма раньше обратил в христианство сам царский сын Сисинний. И Жан Ба-Гэдэм, услышав слово цахафалама Сэно, перестал сражаться и бросился в ноги царскому сыну и целовал ему руки. И все харб акаль весте с ним приняли его с миром и проводили его со всей добычей его. И пошел он и вернулся домой. А эти ашман, ванге и харба ваш, когда не в силах были сражаться с ним и когда не смогли отбить у него добычу, возвратились и рассеялись по домам своим. Еще в те дни воевал царский сын Сисинний абедрай и гамбо и захватил добычу, которая была у них.
Глава 13И после того как воевал он абедрай и гамбо, вышел он к Шоа 12 хамле[335]335
16 июля 1599 г.
[Закрыть], оставив обоз свой в земле Хангет. И, придя, схватил он всех наместников Шоа, ибо прежде привели они на него абетохуна Бээла Крестоса. Мстя за это, схватил он их и захватил все их имущество. И пожелал он зазимовать там, освободил захваченных и вернул им добычу из хитрости. И зимовал там, собирая с них подати и заставляя приносить ему в дар пищу и питье. А когда кончилась зима, задумал он идти в другую страну, отнял все, что вернул им раньше, и забрал их коров и коней. И спустился он в Дабра Либанос, и пребывал в Ацка некоторое время. И потом вернулся он в землю махет, где болел лихорадкой сильной со всем своим войском. И не было тогда никого, не страдавшего болезнью лихорадки, кроме нескольких людей, и многие умерли. А он поправился и стал здоров по благоволению бога пречестного и всевышнего.
И по выздоровлении в месяце хедаре[336]336
В ноябре 11599 г.
[Закрыть] опустошил он землю гамбо. И когда он был в земле гамбо, пришел к нему абетохун Авраамий, сын абетохуна Козьмы, с дружинниками отца своего. Причина же его прихода в том, что была вражда великая между ним и расом Афанасием. И этот царский сын Сисинний, добролюбивый и весьма благостный, принял его с ясным лицом и радостным сердцем и посадил его рядом, ибо были они близкими и братьями по крови. И после того как пришел абетохун Авраамий, опустошил он Дэн и всех гафатцев, находящихся по ту сторону Абая, так что оставили они свою страну и ушли в Годжам. И страна эта и поныне пуста и покинута.
И затем возвратился он и расположился в Вамбарма и провел там праздник пасхи[337]337
Пасха была 3 апреля 1600 г.
[Закрыть], и после праздника пасхи пошел он в Годжам с многим войском и многими галласами. И, придя к Васан-амбе, захватил так много коров, что не окинуть оком; и кони и мулы были среди этой добычи. А людей Годжама было убито в этом набеге около тысячи. И когда шел он, взяв все это, напали на него цевы, называемые Сэнан. А войско царского сына Сисинния не шло с ним строем, но каждый человек по отдельности гнал свою добычу. И когда появились эти цевы, испугались галласы и амхарцы и бежали, оставив его одного; и не было никого, кто бы остался с ним. И абетохун Авраамий тоже испугался великим страхом, и растаяло сердце его, как воск, и присох язык его к гортани (ср. Пс. 21, 15—16), и потерял он надежду жизни. И укреплял его искушенный в битвах военачальник, царский сын Сисинний. И всякий раз как приближались к нему сражающиеся, отгонял он их и отбрасывал. И как отступят, он поворачивался и помогал ему потихоньку отходить, как малому ребенку. Так, помогая ему, свел он его по склону. И когда устал конь абетохуна Авраамия, взял он мула у одного из юношей, усадил на него и отвел в безопасное место. А этого уставшего коня он не оставил, но взял и гнал перед собой, и прибыл к реке Абай. А цевы, которые преследовали его, принудив бросить всю добычу, забрали много коней и мулов, добытых галласами и амхарцами, и ушли, и вернулись по домам. Сын же царский Сисинний не стыдился при поражении и не превозносился при победе, ибо знал он, что один день – его, а другой – другого. Перешел он реку Абай и пошел в землю Гуагуата и там зимовал.
По окончании зимы в первый день маскарама[338]338
8 сентября 1600 г.
[Закрыть], в день праздника святого Иоанна Крестителя, поднялся он и пошел на Хадья, чтобы сразиться с Сиди. И по дороге прибыл он к реке Гудар и увидел, что разлилась она, и пересек ее вплавь со своими присными, и прибыл в землю Эндагабтан. И когда он был там, перешел к нему и прибыл один аджамец[339]339
Имеется в виду член клана аджам – правящего клана области Хадья.
[Закрыть], по имени Касо, с 20 всадниками и несколькими пешими. И после этого он направился в землю Вараб, и там приняли его несколько людей из гураге. А в Хазо все 44 племени пришли строем ратным, и, прибыв, они поклонились ему и приветствовали его приветствием, которое подобает чадам царским. И тогда посоветовали эти люди гураге царскому сыну Сисиннию и предложили ему воевать с Сиди, и сказал он им: “Хорошо”. И затем, завершив совет с ними, объединил он войско [той] страны и свое войско и поспешил в поход на Сиди. И пошел к нему со всем своим обозом и имуществом своим, и со всеми коровами своими, не оставив ни одной из тех, что обрел он прежде.
Войско же Сиди тогда насчитывало около тысячи всадников или больше, бог весть. А пеших было без числа. И при всем этом множестве войска не хотел Сиди сражаться с сыном царским, но отступил от него до реки Вари. А тогда всадников сына царского без гураге было не больше 30, и сошлись они у реки Вари, и была меж ними сеча крепкая. И осилило их войско Сиди, и была в тот день победа Сиди и поражение царскому сыну Сисиннию. Но прежде всех побежали люди гураге. И его дружинники последовали за ними, и бежали, и не остались с ним. После того как все рассеялись, стал и он отступать мало-помалу. И когда преследовали его мусульмане, оборачивался он, как зверь-единорог, как львица со львятами, отгонял их и отбрасывал от себя и от присных своих. Не было такого, кто приблизился бы и покусился бы на него, когда он оборачивался, сражаясь и шествуя, подобно льву и зверю-единорогу. Удалились присные и взирали на него издалека. И когда он неспешно погонял своего коня, у того передние ноги попали в ров, и быстрее чем в мгновение ока он схватил узду, натянул поводья, так что упал конь и перекувырнулся, и сам он упал вместе с ним. И тогда вскочил он быстро, но конь его остался лежать. И ударил он его плетью, которая была в руке его. И вскочил конь, и сел он на него, и переехал тот ров по другой дороге. И встретился с немногими присными своими, которые избежали смерти. А погибли в этот день битвы многие из них, и бог весть число их. А все имущество и скот царского сына Сисинния остался в руках Сиди, и ничего не уцелело.
И тогда, вернувшись с этой битвы, вошел он в землю Ебшо. И когда был он там, пришел Сиди воевать людей гураге за то, что объединились они с царским сыном в войне против него. И вошел Сиди в одно поселение из селений гураге. И тамошние люди приняли его и заключили с ним союз из страха. А остальные люди гураге послали к царскому сыну, говоря:
“Пришел враг наш Сиди, чтобы воевать нас. Приди, помоги нам, как прежде мы помогали тебе”. А земля, где пребывал царский сын, убежав от Сиди, называлась Ебшо. И из этой земли он пошел в Эннамор, а из Эннамора пошел в Магар. И когда он был в этой земле, изменили ему люди Эннамора и объединились с Сиди. Тогда пошел абетохун Авраамий с коварным замыслом заключить союз с Эннамором. Агамна Сарцо, и Кэнтэс Сэно, и Гурап Сарцо, и Тазкаро дагенский, и Мафкэд, и Емана Крестос, вазир такуанский[340]340
Наместник Такуана носил традиционный титул “вазира” (от арабского слова “визирь”).
[Закрыть], объединились и, забрав из стана сына царского многие одежды дорогие, вплоть до его собственного бурнуса, и захватив около 20 коней, ушли и вошли в землю Эннамор. И, будучи там, послали к Сиди, говоря: “Мы изменили царскому сыну Сисиннию и переметнулись к тебе, приходи”. И услышал Сиди слово послания этих изменников, встал и пришел к ним, и встретился с ними, и пребывал в Чатаме. И поведали ему эти изменники тайну, которую слышали, будучи с сыном царским, и сказали ему: “Многие аджамцы, которых зовут имя рек и имя рек посылали к нему и договорились через послания изменить тебе и стать его дружинниками”. И, услышав это, связал Сиди многих вельмож аджамских, а остальное войско ввел в страх и трепет, дабы убоялись они его и не ушли от него.
А царский сын Сисинний был тогда в Магаре в печали и скорби из-за поступка этих беззаконников. И когда он был там, пошел на него Сиди по совету этих окаянных, которые возлюбили мусульманина более христианина, царского сына, господина своего, и сразились они в земле Магар битвой великой. И не было победы никому в этот день. Если бы не пришел к Сиди абетохун Авраамий и те, чьи имена мы упомянули ранее, и если бы не рассказали ему тайны, что посылали аджамцы, то, ведает бог, была бы победа сыну царскому и поражение Сиди. И следующий день продолжали они сражаться, и так не переставали биться и сражаться и третий день, и четвертый, вплоть до седьмого дня. Когда увидел он, что нет ему ни победы, ни поражения, сказал он своим вельможам и наставникам: “Посоветуйте, куда пойдем”. И они дали совет и сказали ему: “Лучше идти нам в Камбат, и будем мы там с Хамальмалем”. И выслушал он их совет, и не захотел, и не понравилась ему речь их. Но дал он им совет, который был в сердце его, и сказал: “Лучше идти в Ебшо, чем идти в Камбат”. И решили по совету его. И пошел он в Ебшо, сокрушаясь и печалясь обо всех бедах, постигших его.
И когда он прибыл туда, приняли его два князя страны, один по имени Кумо, а второй – Дама Крестос. А Дама Крестос был тогда кацем Ваджа. И приняли они его, и проводили, и привели в землю Ебшо. И пребывал он там немногие дни. И тогда побоялся он, как бы люди [той] страны не напали на него и не окружили его ночью. Из-за этого и из-за травы для животных и для того, чтобы не свыклись дружинники его с людьми той страны и не поленились бы следовать за ним, вышел он из этой страны и расположился на берегу реки Кареб.
