Текст книги "Как я съел ваши фаерболы. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Архимаг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 42 страниц)

Глава 11
Я хирург от Бездны, не переживай

Ярослав

Взрывная волна от разорванных труб охлаждения знатно встряхнула этот подземный склеп. Свет тут же вырубился, оставив нас в багровом полумраке аварийных стробоскопов. Сверху с протяжным треском рухнула мраморная колонна – точно туда, где я стоял секунду назад.

Умирать рано, у меня пока другие планы.

Запустив «Крио‑скольжение», я сорвался с места. Подошвы едва касались мокрого паркета. Я заложил крутой вираж, огибая летящие обломки бетона, и за долю секунды оказался возле Дианы.

Паразитический корень, опутавший Мелкую, почувствовал меня и попытался выставить шипы. Возиться с ним руками времени не было, поэтому я просто распахнул над плечом Призрачную Пасть.

Челюсти с сочным хрустом сомкнулись на лиловом стебле. Я буквально в один присест всосал эту деревянную дрянь. Чёрный Желудок сыто заурчал, перерабатывая горькую химию в чистую энергию.

Диана бессильно повалилась вперед, но я успел подхватить её за талию одной рукой, а второй быстро залез в Желудок и выудил Кровавый Плод Игорька. Светящаяся багровая штука отправилась прямиком ей в рот.

– Жри давай, – буркнул я. Сестра, даже будучи без сознания, начала жевать добычу. – А то сопит тут в две дырки, спящая красавица.

Диана судорожно сглотнула сладкую мякоть, и в то же мгновение её Желудок вспыхнул. Синий огонь пожаром залил её зрачки, а платье‑симбиот мгновенно расправило багровые лепестки.

Мелкая закашлялась, утирая рот ладошкой, и уставилась на меня так, будто хотела испепелить на месте:

– Кхе‑кхе! Ярик, ты совсем обалдел⁈ Ты этот плод в одном кармане со своей вчерашней шаурмой держал? Он же воняет чесноком!

– Скажи спасибо, что я его тебе сам не разжевал, ресторанный критик, – флегматично ответил я, ставя её на ноги. – Вставай давай, у нас тут садовые работы не закончены.

– Ну и хам ты, братик! – проворчала Диана, но её глаза уже полыхнули яростным огнем, а потемневшее платье выпустило черные шипы. – Но… ух ты, как прет‑то! Игорек, спасибо! Мамочка готова раздавать люлей направо и налево!

Не сбавляя скорости, я заложил еще один вираж и рванул к Иллириэль. Двух гвардейцев, которые её держали, я просто снес плечом – полетели проверять лицом прочность ближайшей стены. Моя горничная стояла бледная, а её запястья стягивали тяжелые вольфрамовые оковы КМН.

– Хозяин Ярослав… – тихо прошептала она. – Код… код у Декстера…

– К черту коды, Лири, – ухмыльнулся я.

Я схватил её за руки, поднес цепь к лицу и смачно вгрызся зубами прямо в сверхпрочный сплав. Раздался дикий скрежет, от которого у гвардейцев заныли зубы. Вольфрам жалобно звякнул и лопнул под давлением моих челюстей. Я брезгливо сплюнул тяжелые осколки прямо под ноги ближайшему штурмовику, заставив его испуганно отступить.

– Жестковат нынче металл, – заметил я, утирая рот. – Зубной налет снимает отлично, но послевкусие так себе.

Она удивленно пошевелила запястьями, её пальцы мгновенно покрылись легким инеем. Магия льда вернулась в каналы.

– Ваши методы, Хозяин, крайне… негигиеничны, – ледяным тоном подметила она. – Но за скорую службу – пять звезд на профильном сайте.

– Из твоей зарплаты вычту за вызов срочного слесаря, – отрезал я.

– Вы не платите мне зарплату, Хозяин. Я работаю за еду и спальное место.

– Не болтай по мелочам, ксенос! К бою!

Иллириэль дважды просить не пришлось. Она тут же растаяла в воздухе через «Теневой шаг», и возникла прямо за спинами гвардейцев, удерживавших Шрама. Короткий взмах, и ледяные клинки вонзились прямо в генераторы гравитационных сетей. Металл затрещал от мороза, и оковы лопнули.

Наш зеленый авторитет резко расправил плечи, срывая с себя остатки бесполезных нитей. Его зеленый кулак тут же влетел в челюсть ближайшему штурмовику.

– Шеф! – заорал Шрам, скаля клыки. – Ласточку мою они помяли, страховку зажали, но обмен проведем по бартеру: их челюсть на наши кулаки! Братва, круши терпил!

Из‑за стены послышался дикий ор. Орда орков в оранжевых жилетах с ревом бросилась врукопашную на растерянную гвардию Медведевых. В багровом полумраке началась отличная, шумная драка.

Я отправил в полет очередного гвардейца, красиво впечатав его в стену. Но расслабляться было рано. Из красного тумана, тяжело грохоча броней, на меня пер Декстер. Стимуляторы выжгли ему остатки мозгов, превратив наемника в безумный локомотив. Он вскинул тяжелый магический щит и с ревом бросился на меня:

– Убью, щенок!

Но тут наперерез ему выскочили зеленые парни.

– Шеф, лови кабанчика! – заорал Шрам.

Он и двое самых раскачанных орков из его братвы с разбегу врезались Декстеру прямо в бок. Раздался глухой удар, словно столкнулись два поезда. Орки не стали размениваться на пощечины: взмахнув тяжелыми стальными цепями, они за секунду опутали ноги великана.

Декстер покачнулся, пытаясь развернуться и сбить Шрама своим щитом, но тут из тени бесшумно выскользнула Иллириэль. Моя горничная изящно проскользнула прямо под его щитом.

– Эта безвкусная броня не держит даже легкий морозец, – холодно заметила она.

Её пальцы, окутанные белым светом, точечно ударили по сочленениям доспехов. Смазка и сервоприводы мгновенно схватились толстой коркой льда. Металл жалобно затрещал, сервомоторы завыли от перегрузки, и великан превратился в неподвижную чугунную глыбу.

Декстер попытался вырвать зажатые льдом руки, но пол под его ногами взорвался. Из пробитого бетона выстрелили свежие корни Игоря, покрытые ядовитыми шипами.

– Куда ручонки тянешь, дядя? Полежи на травке, подумай о своем поведении! – весело крикнула Диана, взмахнув руками.

Корни намертво пригвоздили тяжелые руки наемника к плитам пола, не давая ему и шевельнуться.

– Ну что, Декстер, – я с ухмылкой шагнул к нему. – Шлем у тебя знатный, конечно. Но вентиляция подкачала. Пора проветрить.

И я с размаху впечатал кулак прямо в стальное забрало. Мощный удар с сухим треском пробил металл. Декстер лишь глухо икнул, пару раз дернулся и затих.

Но это был далеко не конец. За моей спиной послышался грохот шагов. Тяжелая марионетка Медведева, которую отбросило взрывом, медленно поднималась на ноги.

– Активация аварийного протокола… – раздался из динамиков стального чудища искаженный механический бас Графа. – Угроза уровня S. Режим «Ярость Медведя». Ликвидация нарушителей.

Окуляры шлема вспыхнули зловещим красным светом. Из стальных суставов со свистом повалил пар.

Мишка решил включить режим продвинутого кухонного комбайна. Тяжелая грудь медведя с лязгом разошлась в стороны, обнажая жерло плазменной пушки. А вместо лап со скрежетом выдвинулись огромные циркулярные пилы из зачарованной стали.

Автоматон сделал резкий, бешеный разворот на месте. Срезая пилами уцелевшие мраморные колонны, словно сухие макароны, он навел пушку прямо на меня.

Бум! В мою сторону вылетел ревущий шар концентрированной плазмы.

Уклоняться? Еще чего. Волк не бегает от горячего ужина.

Используя «Кулинарную Синтетику», я смешал поглощенную магию с электричеством, укрепляя стенки желудка и пищевода. Расправив плечи, я широко распахнул Призрачную Пасть и всосал весь плазменный залп целиком.

Ударная волна растрепала мои волосы, а в Желудке весело заклокотало. Пора переваривать добычу!

– Опачки, – осклабился я, не сходя с места. – Граф, спасибо за горячее! Как раз проголодался.

В этот момент сквозь грохот выстрелов до меня долетел возмущенный голосок:

– Яр, ты чудовище! Твой плазменный десерт жутко горячий, и меня тут снова укачивает! Если ты подпалишь мой пеньюар, я вырежу тебе печень без анестезии!

Понятно, хоть голова аристократки отделена от тела, ощущения никуда не делись!

– Потерпи, Паучиха, сейчас будет десерт, – мысленно ухмыльнулся я, оглядываясь в поиске её головы. Раз она капризничает, значит, в порядке.

Окутанный сизым дымом и искрами, я рванул вперед. На сумасшедшей скорости я влетел прямо под вращающиеся пилы стального колосса.

– По коленям лупануть – это святое. Дед Корней плохому не научит! – заорал я в полёте.

Я наотмашь полоснул Когтями по стальным ногам марионетки. Пространственный срез прошел сквозь титановую броню без малейшего сопротивления, словно сквозь теплое масло. Исполинский робот с жутким скрежетом рухнул на колени, теряя равновесие.

Медведь попытался развернуться боком, бешено вращая пилами, но тут раздался дерзкий голосок Дианы:

– Яр, аккуратнее! Не ломай его целиком! Мне нужны эти латунные шестеренки для новых сережек! – крикнула она.

Из пробитого пола вырвались толстые корни. Они намертво обвили манипуляторы медведя, наглухо блокируя и сминая пилы.

Я взлетел на грудь поверженного исполина. Одним мощным движением Призрачных Когтей я сорвал тяжелый шлем. Под ним скрывалось жужжащее переплетение латунных передач и, конечно же, самое главное – Мана‑Реактор марионетки.

Я хищно оскалился, глядя в красные окуляры.

– Переговоры окончены, Граф. Счет за обслуживание пришлю по почте.

Я открыл пасть и зубами вырвал Мана‑Реактор Медведя, с сухим треском проглотив его целиком.

В горле приятно потеплело, а Желудок сыто заурчал. Марионетка Графа испустила последний фонтан искр, дернулась в судороге и навсегда затихла, превращаясь в груду безжизненного металлолома.

Я стоял на груди поверженного исполина посреди разрушенного зала, сыто выдыхая сизый дым.

– Ну что, Стая… – я оглядел своих побитых, но довольных орков, сестру и горничную. – Ужин мы честно отработали. Пора переходить к последнему блюду.

ГАСТРОНОМИЧЕСКАЯ СВОДКА

Источник: Мана‑Реактор автоматона Медведева.

Энергетическая плотность: Экстремальная. Чистый концентрат сырой силы.

Вкус: Попытка облизать работающий аккумулятор, обильно политый машинным маслом. Резкий привкус меди, паленой проводки и канифоли. Сильно вяжет десны.

Усиление: Отсутствует. Конструкторы Клана сделали ставку на объем питания, а не на функционал. Никаких побочных мутаций или полезных навыков.

Вердикт: «Жидкая батарейка». Идеально для быстрой дозаправки Желудка в разгар драки, но ценителям высокой кухни ловить здесь нечего.

Плиты под ногами ходили ходуном. Пахло палёной проводкой и медью. Красные вспышки слепили глаза, а свист сирен ввинчивался в перепонки.

Динамик на стене хрипел и плевался искрами:

– Угроза обвала! Ядро идет вразнос! Бездна хлынула снизу! Всем постам – уходить!

Я согнулся пополам. Черное нутро сжалось, а потом взорвалось жаром. Жирная энергия марионетки рвала ребра, скребся когтями.

Уххх… Рот затопило слюной. Сырая мощь звала, жгла подошвы, дрожала в костях.

Я пнул остатки куклы Графа. Железо еще дымилось. Сплюнул слизь на камни.

Я поднапрягся и мокрым хлюпом выплюнул тело Валерии.

– Эй! Я тут! Не очень удобно лежать на полу, когда чей‑то ствол упирается тебе в щеку! – донесся капризный голос.

А, вот и ее голова. Без долгих разговоров схватил за волосы, поднес к телу. Прижал стык к шее. Плоть зашипела, жилы сцепились, кости со стуком встали на места.

Валерия широко распахнула веки, закашлялась от гари. Смахнула сажу со щеки.

– Тесновато у тебя в брюхе, – процедила она, с хрустом разминая шею. – В следующий раз требую вип‑комнату!

Я развернулся к Шраму, ткнул пальцем вверх.

– Шрам! Собирай ватагу, прихватите тушу Декстера и дуйте наверх. Живо!

Шрам оскалился, сплюнул и повернулся к своим:

– Хватайте эту тушу нежно, как невесту! – гаркнул он. – Кто уронит, сам пойдет на фарш! Шевелись!

– Девчонки, вы с ними, приказал я, разворачиваясь к пролому в стене. Судя по запаху канала, именно там кратчайший путь до Ядра Разлома.

Орки заржали, подхватывая тело. Эльфийка последовала за ними. Я рванул к тяжелым створкам, подземный ярус ждал внизу.

Но мне преградили путь.

Валерия шагнула наперерез. Отбросила кудри с лица, распутывая длинные пряди пальцами. Взгляд колол как игла.

– Один не пойдешь, Ярослав, – ее ладонь легла мне на грудь. – Мое сердце сейчас в твоем брюхе. Сгоришь там, и я тоже закончусь. И ты понятия не имеешь, как обойти ловушки отца. Так что я с тобой, и это не обсуждается!

Из‑за ее плеча вынырнула Диана. Уши прижала к макушке, хвост хлестал по воздуху. Зубами грызла пирожное. Крем размазался по ее подбородку, пахло ванилью. Она ткнула пальцем мне в грудь, быстро проглотила кусок и закашлялась.

– Ага! Попался! – зашипела она. – Думал, самый умный, братец? Решил спуститься и сожрать всё вкусное в одно лицо? Не выйдет! Я тоже хочу свою долю! От Разлома так несет сладкой силой Бездны, даже отсюда чую. Я иду!

Я перевел взгляд с одной на другую и хмыкнул. И чего я ожидал, что эти две занозы послушно поднимут лапки вверх?

Пол снова слегка просел, заставив нас присесть. Секунды таяли.

Я хмыкнул.

– Ладно. Держитесь рядом, – бросил я, ударив по кнопке замка. Дверь со скрежетом поползла в сторону. – Но если кто отстанет, скормлю Тузику. Кстати, где он?

– Тузя‑я‑я‑я‑я‑я! – позвала Диана.

Но ответа не последовало. Наш пёс, кажется, затерялся в коридорах подземной базы.

– То есть ты потеряла шестисоткилограммовую псину? – Я прибавил шагу, перепрыгивая трещину в полу. – Кучу клыков и тьмы размером с быка? Гениально, Ди.

– Он не потерялся! – Диана побежала следом, сердито сопя. – Тузик просто изучает альтернативные маршруты! И вообще, ты тут Альфа! Почему у тебя сторожевой пес гуляет без поводка⁈

– Так ты его выгуливала!

Валерия скользила рядом, не сбивая дыхания. Её губы тронула холодная усмешка.

– Учитывая, что твоя сестра скормила ему мой бесценный трюфель, зверь сейчас переваривает миллионы, – ровно заметила она. – Его мозг временно отключился. Впрочем, судя по вашему спору, это у вас семейное. Гены – упрямая штука.

– Слышь, паучиха! – огрызнулась Диана, сверкнув глазами. – Твое мнение никто не спрашивал! Чисти морковку молча!

– Какая морковка, когда тут такой синергизм? – Валерия аккуратно обогнула лопнувшую трубу. – Вы даже кричите одновременно. Ах, я бы душу отдала, чтобы взглянуть на результат вашего инбридинга…

– Заткнись! – хором рявкнули мы.

Лифты сдохли. Кабели в шахтах перекрутило в узлы, железо погнуло. Из темноты тянуло ржавчиной и гарью. Мы неслись вниз по винтовой лестнице, хватаясь за липкие поручни.

Бездна вовсю сочилась сквозь бетон. Фиолетовые вспышки трещали на стенах, кололи пальцы. Из труб хлестал хладагент, пахло горькой химией. Плиты над головой гудели, гравитация накатывала волнами, швыряя наш вес то вверх, то вниз.

Чёртова магия глючит! Я б сожрал, да после движка Марионетки в Желудке совсем не осталось места.

Валерия вела нас вперед. Шла босиком по холодной жиже. Грязь хлюпала под ее пятками, но она даже не смотрела вниз. Держала безупречную осанку, двигалась плавно.

– Стоп! – она резко выбросила ладонь вбок, преграждая мне путь. – Там протечка химикатов. Сворачиваем в криогенный рукав.

Да, она права, я как раз ощутил резкий запах впереди.

Она скользнула дальше. Ее сухой голос раздался у самого моего уха:

– Пригни голову, Ярослав. Там кабель под десять тысяч вольт. Хотя ты всосешь его вместо лапши и не поморщишься.

– Только если подсолишь, – хмыкнул я, задумчиво разглядывая искрящийся толстый шланг.

– Подумаешь, лапша, – фыркнула Диана. Ее хвост сердито хлестнул меня по ноге. – Братик, шевелись. Внизу так сладко пахнет, аж слюна течет!

Из нового коридора тянуло ледяным сквозняком. Путь преграждала метровая плита из титана. На замке тускло горели руны: «Слепой Засов».

Я шагнул вперед. Взмахнул рукой, выпуская Призрачные Когти. Воздух со свистом треснул, но когти бессильно соскользнули с титана.

Серьезно? Они поставили защиту против пространственной магии? На металле не осталось даже царапины.

Умники чертовы.

– Мимо, – констатировала Валерия. Ее пальцы пробежали по стыкам. – Тут стоит улучшенная защита «Аэгис». Папенька распорядился накануне поставить. Пространственную магию она гасит. Но… рабочие явно торопились. Балка не закреплена. Зазор три миллиметра.

– Игорек, фас! – взвизгнула Диана.

Из под пола хлынули багровые плети. Лозы Игорька со свистом вкрутились в щель, запахло сочной зеленью.

Диана зажмурилась от удовольствия. Ее белые уши прижались к макушке, хвост заходил ходуном, а лианы раздулись, наливаясь соком.

Металл заскрипел. Раздался треск – петлю выгнуло наружу.

– Давай, братик! – пропыхтела сестрица, удерживая напор. – Руби!

Я призвал Призрачные Когти. Пальцы окутало черное марево, пахнуло гнилью.

Один замах. Тяжелый удар сверху вниз.

Когти с визгом вгрызлись в петли, высекая искры. Металл лопнул. Многотонная створка качнулась и с грохотом рухнула на пол.

Серая пыль забила ноздри и рот. Мы дружно закашлялись.

Диана замахала руками, разгоняя плотную тучу. Ее белые уши сердито задергались.

– Кха! Братец, ты умеешь ломать вещи без этого мужланского шума? – зашипела она, отряхивая подол. – Мое платье! Кошмар! И вообще, если бы не мой Игорек, ты бы об этот титан все когти обломал.

Валерия брезгливо смахнула крошки бетона с плеча.

– Обычная грубость, – вежливо отозвалась она. – Искать здесь изящество бесполезно. Ум Ярослава заточен под простые задачи.

Диана сердито топнула босой ногой по плите. Из‑под ее рукавов снова высунулись зеленые шипы.

Наезжать на меня имела право только она. А если это делал кто‑то другой, Ди воспринимала это как атаку на её собственность.

– Эй! Сама ты… зануда ходячая! Братик дело сделал. А ты только пальцем тыкала!

Валерия холодно улыбнулась, глядя на нее сверху вниз.

– Я нашла уязвимость стыка. Ваша комнатная травка послужила лишь клином. Весьма грязным клином.

Плети Игорька гневно зашевелились, почуяв злость хозяйки.

– Травка⁈ Да мой Игорек тебя сейчас…

Я сплюнул серую крошку под ноги.

– Пасти закрыли обе, – оборвал я их. – Вкусное внизу остывает. Или мне сожрать всё самому, пока вы тут лаетесь?

Сестрица тут же притихла, но зыркнула на Валерию волком. Валерия же продолжала любезно улыбаться.

Махая рукой перед лицом, я перешагнул через рухнувший титан. Дорога вниз была открыта.

Мы спускались по аварийной шахте Сектора Девять, судя по табличке на стене. Вода капала с потолка, с шипением разбиваясь о горячие трубы. Багровая лампа ритмично вспыхивала, выхватывая наши силуэты из темноты.

Валерия шагала впереди. Её босые ноги ступали по бетону без единого звука. Мы с Дианой держались следом. Рядом гудели трубы, где‑то вдалеке захлебывалась сирена.

…Я резко остановился. Моя рука метнулась вперед, пальцы сжались тисками на запястье Валерии.

Она застыла. Диана сзади налетела на мою спину, зашипела и ткнулась носом мне в плечо.

Кожа девицы под моими пальцами мгновенно побелела. Глубоко в моем Черном Желудке отозвался стук её сердца. Ровный и спокойный, словно она спала.

Я наклонился к её лицу, ловя этот пульс. Мои глаза сузились, верхняя губа дернулась, обнажая клык.

– Ты слишком спокойна, Паучиха, – процедил я. – Твое сердце у меня в брюхе бьется ровно. Ни одного скачка. Ты ведешь меня на свидание к папочке, но в твоей крови нет страха. В чем прикол?

Валерия даже не дернулась. Её лицо осталось неподвижной маской. Она перевела взгляд с зажатой руки на мои глаза.

– Мой отец перестал быть отцом пятнадцать лет назад, Ярослав, – произнесла она ровно. – Знаешь, почему он для общения и приказов использует марионетку? Не только из‑за паранойи. Сейчас он – биологическая угроза S‑класса. Нестабильный мутант с огромной силой. Такая вот страшная тайна моей семьи, которую я преподнесла тебе на блюдечке.

Я хмыкнул и усилил хватку. В её суставах что‑то тихо хрустнуло. Диана за моей спиной настороженно навострила уши.

– Красиво стелешь, – я приблизил лицо почти вплотную. – Но недостаточно. Ты не побежала бы спасать базу босиком в одном платье. Выкладывай остальное, пока я не решил проверить прочность твоих ребер.

Валерия глубоко вдохнула. Её плечи расправились, она склонила голову набок. На губах промелькнула тонкая, острая улыбка.

– Раз уж тебе так нужны детали… – прошептала она. – Знаешь, почему твои родители взорвали свои Ядра внутри Разлома? Так мой отец заблокировал им выход. Он хотел забрать силу Разлома себе и уничтожить Волковых. Наверняка. Пока Андрей и Лилия Волковы сражались с тварями Бездны, папенька и его гвардейцы стояли снаружи Разлома. Если бы кто‑то вышел наружу, он был бы немедленно убит.

Я приподнял бровь, а Ди злобно зашипела.

Во дела‑то пошли, а? Тайны седой древности и родовой мести.

– Но папенька недооценил мощь Андрея, – продолжала Валерия. – Ядро Альфы рвануло так мощно, что поток энергии из Разлома задел и Медведева, и его гвардейцев… Выжил лишь мой отец. благодаря упрямству и злости. Но… С тех пор он там и заперт, отдавая приказы лишь через марионеток. А что он из себя представляет сейчас… сами увидите.

Диана среагировала мгновенно. Её зрачки расширились, белые уши прижались к макушке. Из‑под рукавов с сухим треском вырвались черные плети лоз, с силой хлестнув по бетону. Сестра задышала тяжело, со свистом.

Кажется, она приняла правду слишком близко к сердцу. Ди уже давно считала воспоминания местной слабой Дианы своими собственными.

Признаться, меня это тоже зацепило. Тьма затопила мои глаза, полностью стирая белки. Из горла сам собой вырвался низкий, вибрирующий рык.

Мои пальцы медленно разжались, отпуская руку Валерии. Воздух вокруг мгновенно остыл, изо рта повалил легкий пар.

Валерия плавно отступила на шаг. Она растирала побелевшее запястье здоровой рукой, не отводя взгляда от моих черных глаз. На её лице проступила ухмылка.

– Дверь в Сектор Десять прямо за этим поворотом, – бросила она. – Папенька и вход в Разлом там. Идемте.

Она развернулась и пошла дальше. Мы с Дианой двинулись следом.

Мы вышли на ржавый технический мостик. Под нами раскинулась пещера, своды которой терялись во тьме. По каменным стенам стекали капли, перемешанные со светящейся химической жижей.

Вокруг ни души. Гвардия и персонал, видимо, свалили сразу после взрыва.

Всю пещеру обвивала паутина из кабелей толщиной в руку и полупрозрачных шлангов. Под давлением бурлил зеленый питательный раствор, текущий через трубки прямо в центр зала.

Там, вросшая в гигантский фиолетовый кристалл Бездны, высилась неподвижная гора багрово‑черной плоти. Из этой туши выступало огромное лицо. Его черты расплылись, словно подплавленный воск. Из шеи и груди монстра торчали титановые трубки. За его спиной пульсировала рваная трещина пространства, сочась фиолетовым светом. Из глубин плоти доносился тяжелый, булькающий хрип.

Диана демонстративно зажала нос пальцами и скривилась:

– Ну и амбре. И это ваше родовое гнездо? Больше похоже на погреб с перезревшей капустой, которую забыли выбросить три года назад.

Она повернулась к Валерии и смерила её брезгливым взглядом.

– Это и есть твой пафосный папочка? Семейное сходство, конечно, потрясающее. Особенно уши.

Валерия даже не взглянула на мою сестру. Она плавно подошла к самому краю мостика, вцепившись босыми пальцами в ржавый металл, и указала на пульсирующую трещину за монстром.

– Эта трещина и есть Северный Ветер. Я открыла вам все карты нашего Клана, Яр. Если Комитет пронюхает, во что превратился мой отец, нас признают угрозой S‑класса. Сюда просто отправят Истребителей и выжгут наш Род до углей. Моя жизнь сейчас полностью в ваших руках.

Я подошел к перилам и оперся на них ладонями. Энергия, текущая в шлангах, вибрировала, отдаваясь в моих зубах. Мой желудок сжался от спазма, оценивая калорийность этой горы мяса.

Спящий монстр выглядел как жирный, сочный кусок арбуза, подключенный к розетке Бездны.

– Его нужно убить здесь и сейчас, – жестко отчеканила Валерия, повернувшись ко мне. – Мой отец безумен. Боль давно выжгла его разум, превратив в тикающую бомбу. Если он очнется, то может взорвать Ядро. Разлом схлопнется и сотрет весь город вместе с нами. Убей его, Ярослав. Это единственный способ забрать его силу и спасти наши шкуры.

Я издал короткий смешок, не сводя глаз с пульсирующих шлангов.

– Какая трогательная дочерняя любовь. Папаша еще дышит, а ты уже вовсю примеряешь корону Рода. Смотри, как бы шея под её тяжестью не сломалась. Хотя признаю, этот арбуз выглядит чертовски сытно.

Валерия вздернула подбородок, на её бледном лице не дрогнул ни один мускул.

– Я практична, Ярослав. Мертвый отец – безопасный отец. К тому же, ты ведь пришел сюда за едой? Так иди и кушай. Стол накрыт.

Она сделала шаг в сторону и указала на терминал, вмонтированный в стену мостика. Под прозрачной пластиковой крышкой тускло светился тяжелый тумблер.

– Этот пульт отключает изолирующее поле вокруг кристалла.

Диана хищно улыбнулась, её пушистый хвост нетерпеливо взметнул пыль с перил. Я чувствовал злость и голод, пропитавшие ауру сестренки насквозь.

– Давай, Ярик, – прошептала она. – Сожрем гниду вдвоем! Печеночка чур моя!

Я шагнул к консоли. С сухим щелчком на моих пальцах вспыхнули Призрачные Когти.

Удар крест накрест! Разрезанный терминал вспыхнул искрами и погас.

Я перемахнул через перила и спрыгнул вниз. Тяжело приземлился на бетонную площадку у подножия кристалла, спружинив ногами. Подошел вплотную к аметистовой глыбе и пару раз лениво стукнул носком ботинка по сверкающей грани.

Медведев не шевельнулся. Оплавленаня плоть оставалась неподвижной, только шланги тихо хлюпали, гоняя зеленку.

Я вздохнул. На правой руке с сухим щелчком снова вспыхнули Призрачные Когти. Я замахнулся и… щелкнул согнутым пальцем по кристаллу.

Острая пространственная волна с писком вспорола воздух. По аметисту пробежала дрожь, играя прямо на нервных узлах чудовища.

Монстра дернуло. Гора плоти судорожно сжалась, шланги натянулись. Веки на расплывшемся лице распахнулись, обнажая яростный синий огонь.

Из вживленных динамиков вырвался тяжелый, вибрирующий рев. Уши сразу заложило, а мостик над головой мелко задрожал. Кабели заискрили, выбрасывая струи шипящего пара. Силовые линии кристалла завыли, наливаясь фиолетовым светом.

Сверху с воинственным воплем рухнула Диана. В полете стукнулась о каменный выступ, оттуда с ойканьем отлетела на поверхность кристалла (оставив на нем отпечаток губной помады), и шлепнулась рядом со мной прямо на зад.

Как ни в чём не бывало Ди мгновенно вскочила и выпрямилась, застыв в боевой позе, выставив коготки. Белые ушки стояли торчком, хвост ходил ходуном. Из рукавов с визгом вырвались шипастые ветви, заколотив по полу и выбивая бетонную крошку.

– Ну давай, старый пень! – крикнула Диана, обнажая клыки. – Попробуй, возьми нас на зубок! Игорек тебя на удобрения пустит!

Сверху, вцепившись в ржавые перила, свесилась Валерия. Её голос сорвался на крик:

– Ярослав, бей сейчас! Щиты перегружены, его Ядро без защиты! Не жди, пока он пробудит силу!

Напряжение в пещере зашкаливало. Воздух звенел от маны, готовой сорваться с кончиков пальцев.

Над кристаллом вспыхнула пентаграмма заклинания. Граф, буравя нас диким взглядом, уже готовился дать отпор. Ди хлестала лозами по полу.

– Резня‑я‑я‑я‑я‑я‑я‑я‑я‑я‑я! – визжала сестрица.

Я лениво поднял раскрытую ладонь.

– Ди, брейк. Игорька с Пушком на привязь.

Сестра осеклась на полуслове. Шипастые ветви замерли в дюйме от плоти монстра.

Я повернулся к огромному лицу Медведева, сунул руки в карманы и наклонил голову набок.

– Дед, тормози. Ты таблетки принял? Давление вон как скачет, сосуды полопаются раньше, чем мы начнем.

Из динамиков Медведева вырвался сиплый хрип, сменившийся тишиной.

Он вообще может говорить? Пока только хрипит. Ну судя по глазам, вроде как понимает.

– Аниме‑битву мы всегда успеем устроить, – продолжил я, разглядывая его треснувшие трубки. – У нас тут база рушится, Разлом идет вразнос. Давай лучше сядем и нормально перетрем по понятиям. Без дешевых понтов, ага?

В пещере повисла тишина. Слышно было только, как капли разбиваются о камень.

Диана медленно опустила руки, лозы её баобаба удивленно обмякли и повисли плетями. Валерия на мостике так и застыла с полуоткрытым ртом.

Сам Граф Медведев застыл с полуоткрытой пастью. Синий огонь в его глазах пару раз моргнул. Пентаграмма замерцала.

Монстр тупо смотрел на меня, не понимая, раздавить меня прямо сейчас или все‑таки выслушать.

Динамики в груди монстра зашипели, выплевывая тяжелый, искаженный бас:

– ВОЛКОВ…

О, всё‑таки дед умеет трындеть не только через свою марионетку.

Я не торопился. Спокойно подошел к обломку бетонной плиты, смахнул ладонью слой серой пыли и лениво уселся, закинув ногу на ногу.

– Сбавь обороты, дед. И давление побереги. С твоим букетом болезней так орать вредно. У тебя сейчас мембраны в динамиках лопнут, а новые тебе сюда никто не привезет. Даже курьеры так глубоко не забираются.

Из недр плоти донеслось тяжелое, клокочущее сопение. Кристаллы вокруг него слабо задрожали. Я ткнул пальцем в сторону сочащихся шлангов.

– Расклад такой. Системы охлаждения приказали долго жить. Манометры зашкаливают, трубы сипят. Через полчаса Разлом сделает «бум», а бункер твой просто сожмет в, мать её, сингулярность. Ты врос в этот аметист так прочно, что тебя даже подъемным краном не выковырять. Бежать тебе не на чем, ног‑то нет. Тебя разнесет на субатомные сопли.

Я откинулся назад, опершись локтями на колени.

– Предлагаю сделку. Ты добровольно отключаешь заслон к Ядру Разлома. Я упакую всю эту нестабильную дрянь в свой Чёрный Желудок. База выживает, а ты получаешь шанс продолжить своё унылое бытие. Это точно лучше, чем разлететься кровавыми брызгами по стенам.

Диана рядом со мной согласно закивала, её хвост удовлетворенно качнулся.

– Да, дедуль, соглашайся, – подала она голос. – Мой братец собаку съел на переработке мусора.

От же мелкая язва.

Багровая плоть на лице Графа судорожно задергалась, плавясь еще сильнее. Динамики взвыли от помех:

– Сделка? С сыном Волкова⁈ Твой отец сдох из‑за меня, щенок! Твоя мать сгинула без похорон на поживу тварям Бездны! И ты пришел ко мне договариваться? Разве ты не жаждешь моей крови? Разве ты не пришел мстить за Андрея и Лилию⁈

Я коротко рассмеялся. Ох, знал бы ты, дед…

Поднялся с обломка плиты, подошел вплотную к кристаллической друзе и похлопал ладонью по фиолетовой грани, словно проверял прочность дешевого комода.

– Мстить? Кому, тебе? Посмотри на себя, дед. Пятнадцать лет гнить в камне и исходить соплями в пробирки? Ты сам себя наказал круче любого ада. Ты просто жирная прикроватная тумбочка Бездны. Мне марать о тебя когти банально в падлу.

С сухим щелчком я выпустил Призрачные Когти. Черная дымка Бездны окутала мои пальцы, с тихим писком разрезая воздух.

– Но если очень хочешь помахаться перед смертью, давай устроим шоу. У Ди вон так и чешутся руки, чтобы нарезать твой кристалл на сувенирные кубики. А Игорек с Пушком уже прикидывают, сколько из тебя выйдет перегноя. Только ты и двух раундов не выстоишь. Сосуды лопнут от первого же чиха. Так что выбирай: жизнь с позором, но с пользой для моего рациона или глупая смерть в режиме камикадзе.