Текст книги "Повелители Подземелий (СИ)"

Автор книги: Юрий Здоровеющий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 63 страниц)

Виола выпрямилась и задумчиво уставилась на тлеющие угольки костра.

– Выходит, я в реальной жизни тоже мертва? Но как?

Мастер глубоко вздохнул. С сожалением кивнул головой и притянул к себе Вив.

– Прости. Я понимаю, Виола, насколько тяжело о таком узнавать. И еще тяжелее это принять. Но мне кажется именно так… Я не успел уточнить. И Милка, я думаю, тоже мертва.

Где-то очень глубоко в недрах сознания Виола давно приготовилась к подобному открытию. И сама неоднократно задумывалась. Шесть лет без выхода из игры. Неужели же мама ни разу не звонила и не приезжала к ней, к единственной дочери? А если приезжала, то обязательно бы отключила нейросферу… Шесть лет.

– Понятно, – смирившись, ответила Вив. – Но ты все-таки уточни. Тебе же Юпитер сказал, как и от чего ты умер.

– Я не успел. Хотел спросить о тебе и о Милане, не смог, проснулся. И еще. Я не могу сам с ним общаться, а он приходит только тогда, когда посчитает необходимым. Но я спрошу.

Подтвердив пожелание эльфийки, мастер неожиданно развернулся к ней и взялся за плечи девушки.

– Вив!.. О, да! – его глаза вдруг разгорелись. – Я вот подумал. Если ты не обладаешь физическим телом в реальности, если ты сродни НПС и существуешь сознанием в виртуальном мире, то ведь… Ух ты!.. Ты же… вы с Миланкой, вы обе тут – полноценные женщины! У вас могут быть дети! Ведь НПС производят на свет потомство. И ты уж меня извини, понимаю, но… я-то, ты знаешь, много раз имел с ними связь. Девушки НПС ведут себя в точности так же, как и живые женщины. Только, ну, чуточку, понимаешь, отличие в восприятии сама знаешь, чего.

Виола не отстранилась. Она засветилась истинно женским теплом. Вдруг улыбнулась и погладила себя ладонью по животу.

– Дети?.. Здесь?.. У меня?.. Ну, если я тут живу, я бы хотела, пока не состарилась, – она рассмеялась. – Представь, если ты прав. Ладно – я! Но Милана? Как ты ее видишь беременной?.. Хахаха!

– А ничего смешного! – совершенно серьезно сказал Юн. – Ты что, ни разу не видела беременных НПС звероподобных? Глянешь на такую, ну, ребенок-ребенком, десять лет, не больше? А спросишь – двадцать! Попробуй-ка разобрать… К тому же я почти уверен теперь – мы никогда не состаримся.

Уверенность мастера по понятной причине очень заинтриговала Виолу. В игре или где, какая разница? Есть моменты, неизменные для любой женщины.

– Почему? – с интересом спросила эльфийка.

– Вив, мне было тридцать два, когда я впервые вошел на сервер. Сейчас минуло больше семи лет. Я остался таким же, каким и был. И шесть лет запоя в реальном мире превратили бы меня в дряхлого старика. Я старик? – Виола слушала и не перебивала, поэтому мастер развил свою мысль. – Мне кажется, НПС стареют и умирают, не административные, а свободные, потому что они наперед спрогнозированы Юпитером. Их внешность должна измениться и меняется с возрастом лишь потому, что она известна заранее. Но людей он спрогнозировать не может. Пойми, он перенес нашу внешность сюда такой, какой она была предоставлена ему нами. Там, в реальной жизни, мы меняемся независимо от него под воздействием множества факторов. По этой причине он никогда, даже с вероятностью хотя бы в пятьдесят процентов, не сможет спрогнозировать нашу внешность, какими бы мы стали в реалии через год… Вив, язык цифр, на котором говорит и общается Юпитер, может быть, суховат. Это да. Но он прекрасен тем, что лаконичен и всегда предельно конкретен. Это самый точный из языков, известных в обществе на данный момент, а сам Юпитер – это самый совершенный цифровой организм на планете. Для него вероятность ошибки уже в один процент приводит к тому, что Юпитер никогда не скажет тебе: да, образ соответствует действительности. Он скажет: вероятность совпадения девяносто девять процентов. И для него неприемлема погрешность уже в пять процентов, не говоря о пятидесяти. Пятьдесят для него – провал. А провалов Юпитер не допускает. Вот поэтому он нашу внешность и не меняет… Миланке сейчас почти семнадцать. В реальном мире она уже год могла быть замужем. Но она и в тридцать будет такой же, как и сейчас. Ребенок-ребенком. Так что же ей, не жить? Хотя ты права, Виолка, мне сложно представить Ушастую с животом… хахаха!

Он нежно обнял подругу, и Виолетта прильнула к нему своим гибким соблазнительным телом, положив голову на мужское плечо…

С первыми лучами рассветного солнышка путники были уже на ногах. Живенько привели себя в порядок, позавтракали, свернули лагерь и двинулись в путь. По расчетам Хигаши Акиро (что ободрило многих товарищей) к следующей ночи караван должен достичь Журчащего Ручья.

Сегодня повозки двигались быстрее, потому что Юн приказал тем, кто слабо сидит в седле, пересесть на козла к возницам. Этим решением мастер весьма порадовал Хлою и обеих валькирий. Очень уж тяжело с непривычки отбивать задницы при верховой езде.

К обеду обоз выехал из очередного лесного массива. Старшие задержались на развилке дорог и совещались между собой.

– Тут, – пояснил Хигаши, – начинаются земли Ямада. Если бы поехали напрямик, мы были бы в Журчащем Ручье часа через три.

Мастер пустил лошадь в галоп и подскакал к деревянному мостику через речку. Остановился, потому что заметил, как на сторожевой вышке, что находилась метрах в пятистах, ближе к фруктовому саду, подали кому-то сигнал. Рядом остановилась Виола. А через три-четыре минуты навстречу к ним мчались всадники.

– Дозорный патруль? – скорее утверждая, чем спрашивая, сказала Виола.

– Угу, – подтвердил Юн. – Все, как и рассказывал оружейник. Послушаем, что они нам предложат. Не спеши.

– Поняла, – покорно ответила Вив.

Четверо вооруженных гвардейцев сопровождали пятого ездока. Закованный в добротный, но старомодный доспех, владелец земель гордо восседал на вороном иноходце. Приблизился к незнакомцам и заговорил:

– Кому принадлежит караван?

Виола молчала. Ответил сам Юн.

– Вежливость не в почете в этих краях? – сказал мастер с нажимом. Сразу ставил на место самонадеянного дворянина. – Представляться и приветствовать путников у вас не принято?

Барон Ямада подъехал чуть ближе.

– Вы вторгаетесь в мои земли, не имея на то разрешения, и говорите о вежливости? У меня под седлом тридцать дружинников. Может, пригласить их сюда, чтобы они напомнили вам об учтивости. Отвечайте на вопрос и не медлите. Много дел и без вас, торгаши.

– Это можно легко устранить. Облегчить ваши заботы, – без испуга, на что явно полагался барон, ответил Юн. – Как и вашу собственность на эти самые земли.

Сначала Ямада вспыхнул негодованием. Затем призадумался. Уж очень уверенно говорил с ним этот безродный мужлан. Но доспехи и оружие у него – позавидуешь.

– У меня нет желания с кем-то ссориться, – лояльнее произнес барон. – Но не смейте мне угрожать, если не хотите плачевных последствий. Закон на моей стороне. А коли вы говорите об этикете, то гости первыми должны представляться хозяину. И никак не наоборот.

– Справедливо, – согласился Юн. – Если бы вы соизволили для приличия поприветствовать тех самых гостей, так бы и случилось. Уверен, вы давно поняли, что мы не относимся к категории нищих бродяг, приветствие которых ущемило бы ваше достоинство.

Барон подумал. Не нравились ему эти караванщики. Что-то в них было такое, что вызывало тревогу.

– Я хозяин здешних угодий, – наконец представился барон. – Мое имя Ямада, оправдываться перед заезжими словоблудами у меня нет времени и желания. О деле: за проезд по своей земле, по всем законам Аркадии, я имею право взимать пошлину. Назначаю пошлину сам. За каждую повозку по три десятка золотых. За каждого всадника еще по пять монет. С вас сто двадцать монет золотом.

В отличие от мастера Юна, говорившего в привычном спокойном ключе, не напрягая голоса, барон Ямада гремел так, что даже Милана, сидя на козлах второй повозки, услышала его бас.

– Сколько? – чуть не вскрикнула девушка. – Он вообще рехнулся, что ли? Такую пошлину взимают с торгового корабля в порту. Но там и объемы какие! Вот это да!!! Прав был Хигаши. Легче бросить товар и пойти пешком.

Ни Милана, ни остальные участники путешествия не слышали, что ответил Юн, лишь заметили нечто необъяснимое. По команде мастера Виола с бароном отъехали в сторону, а через минуту повозки тронулись через мост вообще без всякой пошлины. Чудеса!

Как только головная повозка под управлением кузнеца поравнялась с бароном, стоявшим в безмолвии с бледным растерянным видом, Виола задержала конвой.

– Итак, Ямада-сан, – вежливо обратилась эльфийка. – Взгляните, пожалуйста. Этот человек – мастер Акиро. Впредь он будет ездить по вашей земле без большого сопровождения. Вы уж запомните его лицо. Это легко. Он у нас человек примечательный. И помните наш уговор… Всего доброго, господин барон.

Стоило каравану пересечь реку и отдалиться от места скоротечных переговоров, Миланка, распираемая любопытством, подозвала Виолу, запрыгнула сзади на круп ее скакуна и, оставшись наедине, заговорческим тоном спросила:

– Что ты ему сказала такого, Вив? Ну, расскажи. Я же лопну от нетерпения. Ну пожалички! Мяу!

Виола рассмеялась. Ребенок и все. Вспомнила ночную беседу с наставником. Ну да, Миланка беременная! Хахаха!

– Сказала, если в будущем он попытается взять какую-то пошлину с личного кузнеца Герцога, то останется без титула и земель. А чтобы жадный дворяшка не возбухал, показала ему себя, капитана личной Гвардии Его Светлости.

Услышав ответ подруги, Милана расхохоталась так, что все спутники на нее оглядывались.

– Тогда понятно, – прошептала она, – почему у барона была такая постная физиономия.

Девчонка вновь перепрыгнула на козла повозки, а караван успешно продвигался к конечной цели своего путешествия…

По мере того как повозки удалялись от мостика, приходили в себя и гвардейцы.

– Почему вы их отпустили, господин барон? – спросил всадник, по виду и амуниции – офицер.

– Потому что это караван Герцога, Лютер. Попробуй не пропустить.

Офицер приблизился. Лицо его, загорелое от постоянного нахождения в седле, заметно вытянулось.

– Но ведь Герцога никто не видел уже больше шести лет. Говорили, что он пропал.

Барон развернул иноходца. Сплюнул в сердцах и ответил:

– Скажи это капитану его личной Гвардии. Длинноухая стерва показала мне перстень и гербовый знак на руке.

– Дела! – только и протянул шокированный офицер. Но не удовлетворился ответом. – А вдруг это подделка? Просто обман? Давайте догоним и нападем. У нас почти сорок солдат. Неужели не справимся?

Барон Ямада успел начать движение восвояси, восклицание капитана заставило его остановиться.

– Ты, видно, перегрелся на солнце, Лютер. Ты их снаряжение видел? Возьми только эльфийку. На поясе остроухой Легендарное оружие, а на ней Легендарный доспех, Божественный класс. И светится вся ее амуниция так, что без «Определения» ясно: та, кто может себе такое позволить, не ниже седьмого уровня. Снаряжение, которое стоит столько, что мне пришлось бы продать четверть угодий и крестьянских дворов вместе с семьями, чтобы такое приобрести. И кто же с ней справится? Ты? А их одиннадцать человек. Правда, двое юнцов, я не успел их достаточно рассмотреть.

– Трое. Трое юнцов, господин, – поправил тот, кого звали Лютер.

Барон сокрушительно покачал головой.

– Ты в точности перегрелся, мой мальчик. Или ослеп. Ты имеешь в виду звероподобную?

– Да, – подтвердил офицер. – Она же сопливая.

– Эх ты! – огорченно сказал барон. – На кошке тоже Легендарный доспех. И пусть я не увидел оружия, но уверяю тебя, кошка – боец. Не знаю я, какого она уровня, но неопытные юнцы не носят Легендарных доспехов и не сопровождают личных кузнецов Герцога. Нужно быть умнее и внимательнее, Лютер. Иначе закончишь на плахе…

Тем временем сбывались предсказания Хигаши Акиро. Проехав в седле еще пару часов, с вершины небольшого холма, куда дорога вывела караван, мастер увидел силуэты строений и высокую башню.

– Это и есть Журчащий Ручей? – спросил Юн оружейника.

– Да, мастер. Это он, – отозвался Хигаши. – Если бы мы двигались в обход, то достигли бы его только к позднему вечеру.

В отличие от своего несговорчивого воинственного соседа, барон Мацуда приветливо и радушно встретил редких гостей. Слуги сразу же распрягли лошадей и задали им корм. Повозки поставили под навес, а самих путешественников проводили в обеденный зал в той самой башне, которую увидел мастер издалека. Башня служила личным домом барона и заодно главным оборонительным сооружением поселения.

Под стать хозяину была и хозяйка. Средних лет женщина. Человек. Добрая и отзывчивая. Принялась сразу же хлопотать с угощениями. А потом путники увидели их приемную дочь.

Веселая девчушка лет шести-семи по имени Иоши, названная в честь приемной матери, носившей такое же имя. Девочка радовалась приезду гостей больше родителей. Оно и понятно. Постоянные нападения гоблинов не позволяли детворе покидать поселение, чтобы хотя бы прогуляться в ближайшей рощице, пособирать на лугу полевые цветы или половить разноцветных бабочек, так что девчонку интересовало абсолютно все. Именно по этой причине остаток дня юное создание не давала скучать гостям, засыпая их нескончаемым градом всевозможных вопросов, на которые с самым большим вдохновением отвечали Кайн и мастер Акиро.

– Утром ваши повозки заполнят рудой, – уже за ужином сообщил Мацуда гостям. – О цене договоритесь с моим управляющим. Он НПС, но очень прилежный. Хигаши знает его.

Пока они ужинали, разговаривали, время текло своим чередом. Позднее вечером, часиков в десять, мастер с бароном не спеша прогуливались по селению.

– Вижу, сплошного ограждения вокруг нет, фортификационные сооружения устроены только по углам периметра жилого поселка. Неужели четырех регланов достаточно? – спросил Юн. – Если верить Акиро, вы постоянно страдаете от нападений гоблинских шаек.

– Да, – подтвердил барон. – К сожалению, это так. Вы спрашиваете, достаточно ли? Достаточно лишь для того, чтобы люди успели спрятаться за валом и частоколом регланов.

– Тогда почему не усилите оборону?

Барон Мацуда с грустью и какой-то неловкостью, что ли, взглянул в глаза собеседнику.

– Давно бы уже возвели полную стену вокруг и башни поставили. Не на что. Вот как бывает. Сейчас деньги от вас получу, первым делом рассчитаюсь с работниками. Наверное, Акиро вам говорил. У меня есть вольнонаемные из игроков. Больше месяца без оплаты. Сами живем, потому что кормимся сами. Благо земля у меня плодородная, урожаи богатые. Зверья полно по округе и рыбы. Все ничего, если бы не гоблины…

Барон тяжело вздохнул. Взял мастера за локоть и повел дальше. Вспомнив о вчерашнем удивительном рассказе Сасы и Казуо, мастер спросил:

– Гоблины всегда атаковали гражданские поселения. Я думаю, такое поведение им заложено основной программой, не даром же гоблины респятся? В конце концов, без них уже было бы не интересно, даже скучно некоторым, к наличию гоблинов привыкают. Как ни крути, «зеленая саранча» дает кач молодежи и какой никакой, но лут и монеты. Их шайки, как стаи волков в лесах и предгорьях… если бы не одно «но». Скажите, господин Мацуда, Вы в последнее время ничего странного в их поведении не замечали?

Интересными показались Мацуда рассуждения гостя. Барон выслушал точку зрения Юна внимательно, может быть, не со всем соглашался, но спорить не стал.

– Вроде бы нет, – ответил барон. – Как обычно, ведут себя настоящими варварами. Мародеры, точнее сказать. Нападут, сожгут пару домов, схватят, что смогут, и наутек. А почему спрашиваете, мастер Юн?

Так как история, услышанная вчера, глубоко потрясла всех присутствовавших, мастер счел долгом пересказать ее Мацуда. Ведь барон непосредственно контактировал с гоблинами.

– Ну и ну! – искренне удивился барон. – Значит, бедный Ито погиб? Очень жаль его. Мы были знакомы. Достойный был человек.

– А вам, Мацуда-сан, никто не предлагал продать имение?

Поскольку теперь барон знал обо всем, вопрос мастера не показался ему неожиданным.

– Нет. Никто. Мое имение никого не заинтересует. Хоть и шахта хорошая, земли богатые, но гоблины и граница поганят все преимущества. Там, в нескольких милях отсюда, начинается Сквозной Проход. За ним уже Патагония. Беспокойное место. Шайки бродяг и работорговцев рыщут вокруг. Нам приходилось сталкиваться с ними. Шакалы. В открытые столкновения не вступают, а стоит тебе зазеваться – цап, и ты уже в клетке. Хорошо бы заставу поставить на выходе из ущелья. Были бы средства, давно бы лазейку перегородил.

Мастер сосредоточился. Нет, этот человек не кривил душой, не пытался вызвать у собеседника жалость, он говорил искренне, мало того, на протяжении длительного времени, как мог, оборонял интересы Аркадии. В голове Юна мгновенно созрело «соломоново» решение.

– Думаю, господин барон, – глядя Мацуда в глаза, заговорил Юн. – С этого дня вам станет легче. Ямада больше не посмеет строить вам козни. И еще. Вы говорите, у вас обильные урожаи. Я могу хоть сейчас прислать казначея. С ней вы обговорите детали и заключите договор на поставки провизии в таверну «Веселая Вдова». Вас бы это устроило? И последнее, Мацуда-сан, я дам вам беспроцентную ссуду на постройку ограждения вокруг центральной усадьбы и пограничного форта.

Мацуда остановился. Взглянул на мастера так, словно тот уже выполнил обещание. Глаза взрослого человека заискрились слезами.

– И вы это сделаете? – в порыве глубоких эмоций спросил барон. – Я… Устроило бы меня? Ха! Что может быть лучше, мастер Юн?

– Тогда по рукам! – улыбнулся Юн и протянул ладонь.

Вечером, чуть позднее, Милана выполнила распоряжение мастера. И на утро, когда отдохнувшие гости запрягали лошадей в повозки, до отказа груженные обогащенной рудой, к каравану присоединились еще две телеги, доверху заполненные отборными овощами, фруктами, свежими сметаной, маслом и яйцами, несколькими видами сыра, подкопченным мясом, колбасами и зерном из амбаров Журчащего Ручья. Предстояло обратное путешествие.

Тепло простившись с радушными хозяевами, караван двинулся в путь. А Хигаши пообещал Иоши в следующий приезд привезти ей новое платье и куклу в подарок. Растроганная девчушка так обрадовалась, что расцеловала кузнеца на прощание…

Глава 20

Обратная дорога всегда короче и пробегает быстрее. Пусть это всего лишь иллюзия, но выглядит именно так. Неожиданностей за время пути не случилось, поэтому и путешествовать было приятнее и веселее. И время пролетело незаметно. Зато прибытие в Аркадию ознаменовалось тревожными новостями.

Стоило каравану расседлать арендованных лошадей и вернуть их в конюшни, как НПС смотритель сообщил: на второй день после отбытия экспедиции на север в Аркадии появились представители соседней провинции Патагония. По указанию Мэра смотрителю надлежит немедленно известить власти, когда семейство Ларуско вернется в столицу.

Недолго посовещавшись с друзьями, мастер Юн отдал распоряжение на доставку привезенных товаров к «Веселой Вдове» и сразу оплатил услуги носильщиков. Сами бойцы воинской касты прямиком отправились домой.

Велико было их удивление, когда у входа в таверну члены семьи обнаружили гарнизонный патруль. Бесстрастные стражи скрещенными алебардами не пропускали внутрь никого. Таверна закрыта.

– Дорогу, – спокойно, но властно, приказал Юн стражнику. Тот не шевельнулся, словно не слышал. – Еще раз повторю, и ты пожалеешь.

– И кто это смеет угрожать страже Аркадии? – раздался голос сержанта, появившегося изнутри.

– Тот, кто владеет правами на все, что находится в запертом помещении, – с нажимом продолжил Юн. – И потрудитесь объяснить, сержант, что тут, черт возьми, происходит?

На сей раз сержант воспринял слова мастера подобающим образом. Как только понял, кто стоит перед ним, сразу же повел себя вежливо. Попросил мастера отойти в сторону и сказал:

– Простите, господин Юн, у нас распоряжение Мэра. Мы должны ждать вашего возвращения и доставить вас в Ратушу.

– Зачем? – снова спросил мастер.

Сержант виновато потупился.

– Я только знаю, – сказал он негромко, словно опасался, как бы его не услышали. На самом же деле озвученная информация не была запретной. Случись так, НПС страж никогда бы ее не раскрыл. – …что из Патагонии прибыл какой-то чиновник с обвинениями в адрес вашей семьи.

– Ух, ты! – воскликнул Юн. – Во, как! И что же я там успел натворить, чем я так насолил патагонцам, что они примчались сюда? Я уж молчу, что не пересекал границ Патагонии со времени альфа тестирования.

– Этого мне не сообщили, мастер, – виновато ответил солдат.

– Ясно. Тогда я добровольно пройду с вами, господа стражи. Пусть мои спутники зайдут в дом. Мы очень устали с дороги, сержант. А вы, пока мы переоденемся, угощайтесь хорошим ужином. Слово дворянина, сержант, ваша репутация не пострадает. Как только я приведу себя в порядок, мы тронемся в путь.

Подкуп для НПС – явление неприемлемое. Если с торговцем или «свободными» можно было договориться, то пытаться договориться с административными НПС стражи или гарнизона – только лишняя трата времени. Чтобы зря им не разбрасываться мастер сразу подозвал к себе Вив, а та, выслушав указания, что-то сказала сержанту и приподняла рукав, после чего лицо старшего патруля стало серьезным. Он вытянулся и кивнул.

– Храните молчание, сержант. Это приказ! – напоследок сказала Виола.

Далее говорить ничего не требовалось. Причина простая и древняя как сам мир. НПС администрации подчиняются беспрекословно только тому, кто имеет право ими распоряжаться. Устный приказ капитана личной Гвардии правителя Аркадии по своему статусу превышал полномочия Мэра. Мастер мог даже не беспокоиться, сержант никогда не нарушит этот приказ.

От хозяйки таверны, раздосадованной непредвиденными убытками, мастер узнал еще одну неутешительную новость. За истекшее время ни один посетитель не пересекал порога ее заведения. Однако, сообщение о том, что теперь никому из служащих «Веселой Вдовы» не придется таскаться на рынок, да еще и о том, что крупная партия свежих продуктов вот-вот будет доставлена в кладовые, заметно успокоило Маму Мио. Мастер сдержал обещание, данное ей когда-то.

После того как люди умылись и привели себя в порядок с дальней дороги, мастер отдал еще несколько распоряжений.

Кузнец должен был снять мерки с Гарольда и двоих новичков. Обе Валькирии, а также Милана, Хлоя и Вив, в приличном городском одеянии, но с оружием, отравляются с ним. Остальные могут отдыхать или заниматься своими делами…

– Я говорила, наставник, – шептала магесса по пути в Ратушу. – За мной придут. Я раньше слышала, еще в Патагонии, никому из тех, кто потерял караван, ни разу не удавалось скрыться от наемных убийц. Их находили всегда. Если не убивали, то продавали в рабство. Я не хочу. Я лучше умру.

Юн ответил не шепотом, он говорил в полный голос:

– Моя родная, а кто тебе вообще сказал, что гости прибыли за тобой? А если и так, просто молчи. Что бы не происходило, просто молчи. Если сам тебя о чем-то спрошу, ответишь. И ничего не бойся. Ты теперь не одна. Кто же будет нам петь, если ты нас покинешь? Другой такой Хлои в Сагаре не существует, я точно знаю. (Сагара – собственное имя сервера или, как говорят игроки – Земли)

Шутливый тон мастера плохо увязывался с обоснованной тревогой и внутренним страхом магессы. Тем не менее к Хлое вернулась уверенность…

В просторной приемной зале Городской Ратуши восседал в резном кресле господин Мэр. НПС, назначенный Системой после того, как Юн, будучи Герцогом, отменил рабство и ввел городское самоуправление.

Справа на мягких диванах сидели четверо официальных гостей. И больше, кроме стражников Мэра, никого из чиновников города не оказалось, даже личного секретаря. Вообще, круг причастных, так сказать, выглядел весьма узким, если не считать того, что обвиняемый тоже прибыл с охраной, только валькирий не видно. Куда-то запропастились.

После длительных взаимных обменов вежливыми приветствиями, так утомляющих наигранными помпезностями, господин Мэр Аркадии перешел непосредственно к делу.

– Мастер Юн, эти господа утверждают, что на прошлом фестивале под вашим именем выступала некая Хлоя. Мы проверили информацию. В списках вашей уважаемой семьи действительно числится девушка с таким именем. Но, может быть, это лишь совпадение? Что вы скажете?

Пока шли всякие церемониальные акты, Юн перед Мэром стоял, теперь он придвинул кресло в самый центр помещения и спокойно уселся в него как у себя дома.

От такой неслыханной вольности у представителей сопредельной провинции выпучились глаза. Они, видно, решили, что в соседней Аркадии после падения монархии творится полный бардак. Откуда «мудрым» господам было знать, что наличие мэра не отменяет монархию, и никто иной, а именно он, тот самый монарх, сидит в центре зала. Зато это в точности знал Мэр, а будучи НПС помнил все строгие указания Герцога.

– Уважаемый Мэр, – отвечал Юн, не обращая внимания на гостей. – Как я могу вам ответить, если я даже не представляю, о чем идет речь? Мало ли в мире девушек с именем Хлоя. Если бы мне дали чуточку уточняющей информации, я мог бы от нее оттолкнуться. Мне скрывать нечего.

Слова мастера прозвучали разумно. Иди туда, не знаю – куда. Принеси то, не знаю – что? Так получалось? Поэтому Мэр счел прозвучавшее замечание вполне уместным.

– Господа, – обратился он к молчаливым гостям. – Думаю, мастер Юн прав. Введите его в курс вашего дела.

Один из патагонских чинуш хотел встать, но другой, старший, судя по властным манерам и брезгливому выражению на лице, остановил его.

– Некая Хлоя, как вы говорите, была опознана поисковой группой как глава воинской охраны торгового каравана, бесследно пропавшего некоторое время назад где-то на пути домой. Последний раз один из торговцев отправил с голубем весть родственникам, где сообщал, что караван уже прошел половину Торгового Тракта Аркадии. После этого караван пропал. Ваша девушка, мастер Юн, случайно не из Патагонии?

Скучно было Юну выслушивать длинные предисловия, ох уж этот «обтекаемый» язык дипломатов, тем не менее ответил он спокойно и с виду вежливо:

– Не случайно, а именно так. Да, она действительно командовала караваном патагонских торговцев. Подверглась нападению почти втрое превосходящего по численности врага возле Северных Гор, недалеко от чащи Угрюмого Леса. Сражалась во исполнение долга. Едва осталась в живых. Одна, к сожалению. Идти домой побоялась, так как в Патагоне ее ожидала незаслуженная девушкой кара. И что? Да, я принял Хлою к себе и ни капельки не жалею об этом.

Кто уж там ведает, на что рассчитывали чиновники Патагона. Наверное, думали, что Хлою начнут покрывать или всячески выгораживать. Но когда услышали откровенное подтверждение тому, что и так уже в точности знали, обрадовались.

– И что? – переспросил чиновник. Наконец, соизволил представиться мастеру. – Я являюсь Секретарем Судебной Коллегии Патагона. Ваша подопечная, потерявшая караван, по законам Патагона должна быть наказана. Она это знала, когда подписывала контракт. Контракт, понимаете?

Юн выслушал очень внимательно. Потом кивнул и встал.

– А не подскажете, что именно предусматривает наказание?

Чиновник выглядел как-то рассеянно. Все же ответил:

– Виновную, скорее всего, ожидает смертная казнь.

– Это все? – с нажимом спросил Юн, а поскольку чиновник не спешил с уточнениями, мастер продолжил. – Неужели я, ни разу не посетив почтенного Патагона, лучше Секретаря Судебной Коллегии знаю законы этой провинции? Вы запамятовали, я так думаю? Или, если не казнь, то девушку ожидает рабство, не так ли?

Что же оставалось чиновнику, кроме признания истины.

– Да, казнь или рабство.

Теперь мастер Юн подозвал к себе Хлою. Магесса стояла в молчании, как он и просил, и внешне, только не внутри, равнодушно следила за происходящим вокруг.

Юн неожиданно обнял девушку, да так крепко, что она покраснела в смущении. Затем обошел ее и прислонился сзади. Нежно, подчеркнуто похотливо, провел рукой по девичьему животу.

– Господин Секретарь, – заговорил мастер. – Я откровенно отвечал на ваши вопросы. Теперь ответьте и вы на мой… Взгляните.

Мастер отпустил Хлою и лишь легонько коснулся ее лица. Погладил по голове и приподнял пальцами прядь волос. Словно бы он был торговцем людьми и рекламировал свой лучший товар.

– Какое красивое, чудное молодое личико. Какое изящное, упругое, соблазнительное тело. Какие возбуждающие сексуальные формы… У кого же рука поднимется на такую-то красоту? Вы ведь не хуже меня знаете, что ее ждет, не так ли? Хлоя станет рабыней. Она очень дорого стоит. Отменный товар. И покупателей на него долго искать не придется. Разве, нет?

Непредвиденная и очень двусмысленная создалась ситуация. Чиновники из Патагона молчаливо взирали один на другого, словно бы телепатически совещались, как ответить этому беспардонному заносчивому наглецу. И почему это он вдруг так резко изменил настроение?

– Возможно, – наконец выдавил секретарь. – Не мне решать.

– Бросьте! – повысив голос, заговорил Юн. – Мы с вами давно не дети. Сколько бы вы предложили мне за то, чтобы забрать девушку?

Услышав прозвучавшие слова мастера, Хлоя испуганно отступилась. У Виолы и Милки отпали челюсти. Зато весьма оживился так называемый истец.

Жаль, что они не в Патагоне! Там, у себя на родине, чиновники сразу нашли бы управу на какого-то торгаша, но тут, в Аркадии, приходится мириться с тем, что уж есть. Раз так, для достижения собственной цели нужно использовать любую возможность поторговаться, хоть и с некоторыми убытками для себя.

– Э-э, что же, возможно, в целях соблюдения законности и взаимного понимания между дружественными государствами, мы могли бы договориться. Вы правы. Для возмещения потерь владельцам товаров и караванщикам, а также в соответствии с собственноручно подписанным данной девой контрактом целесообразнее было бы не применять к ней смертную казнь, а выставить ее на торги. Я, разумеется, не знаток в области работорговли и могу лишь весьма приблизительно предположить, что за такой экземпляр в Патагоне выложили бы тысяч двести золотом… Думаю, десять процентов вас бы устроили?

Соврал, конечно. Сильно занижена стоимость. Мастер Юн никогда не бывал в сопредельной провинции (если не считать единственного раза, речь о котором еще впереди), но от друзей и торговцев слышал множество пересказов об аукционах рабов, отмененных им в Аркадии. И о ценах на живой товар он тоже слышал не раз.

Однако же, други мои, вовсе не цены и не проценты интересовали мастера. Как он и предвидел, жадность сгубила пришельцев. Лишь только увлекшийся чиновник закончил речь и сделал ему прилюдное предложение, мастер резко сменил тон.

– Теперь слушай меня, патагонский ублюдок! Ты не в Патагоне! Ты в Аркадии! Со своим уставом в чужой монастырь не идут. Не слышал такую пословицу? Здесь ты вообще не имеешь права предъявлять кому-то претензии. Ты можешь только просить. И запомни: по нашим законам за работорговлю виновника сажают на кол. И если следовать твоей логике, засранец, именно такая участь тебя ожидает!