Текст книги "Повелители Подземелий (СИ)"

Автор книги: Юрий Здоровеющий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 63 страниц)

– И все же я, пожалуй, рискну! – настаивал Юн. – Да и вы же тут. И она в колодки закована.

Подумав, сержант согласился, и мастер, поблагодарив за услугу, приблизился в пленнице.

Конечно, Кику сразу узнала его. О чем она думала и думала ли вообще, бог его знает, но поздоровалась вежливо.

– Хотела бы пожелать вам доброго утра, господин Юн, – с горькой ухмылкой сказала девушка. – Да только, как видите, недоброе оно у меня.

– Следовало ожидать, – ответил мастер без тени насмешки. – Впрочем, как знать? Может быть, к лучшему обернулось.

Она его не поняла. Взглянула на небо. Стояла так, словно и не стеснялась своего плачевного вида. Гордо стояла. Даже мужественно.

– Может быть, вы и правы. Чем бегать и прятаться, лучше сразу. Вот только аватар жалко. Больше года на него потратила. Обидно.

– И как же ты так умудрилась, из огня да в полымя? И куда делся твой чертов «Патент»? Под артефактом тебя не должны были взять.

В ответ наемница громко расхохоталась.

– А он меня без «Патента» оставил, Главный наш. «Патент»-то гильдейский. У меня на собственный никаких денег не хватит. Даже гильдия его берет временно. А он кикнул меня из гильдии, засранец такой. Вот и все. Иначе бы… правы вы… я б не попалась. Наверное, подозревал, что я не вернусь, вот и выкинул из гильды… Хм. Вполне в его духе.

В процессе краткого рассказа девушки мастер сосредоточенно думал. Кажется, в умной и рассудительной голове его возник некий план.

– И что ты будешь делать потом, если аватара казнят? Сколько тебе лет в реальном мире? Если не затруднит, расскажи о себе.

Натянуто-насмешливый взгляд пленницы изменился. Кику уставилась на собеседника, как говорят в народе, бараном на новые ворота.

– А зачем это вам? Хотите в гости зайти?

Мастер прищурился. Так всегда с ним случалось, когда принимал решение на ходу.

– Если только наоборот, – раздался ответ. – Так что? Расскажешь?

– Двадцать три, – ответила Кику. – Недавно закончила университет в Токио. Там и живу. Живу одна. Работаю в компании посменно. Через день по утрам. К двенадцати всегда свободна. Достаточно? Но зачем это вам?

Юн подошел ближе, так, чтобы его глаза смотрели почти в упор в глаза девушки.

– Хочу проверить одну гипотезу. Если я прав, то сохраню тебе аватар. Если нет, мне будет очередная наука.

Вновь раскосые глаза девушки округлились. Она наскоро соображала, что происходит. С какой такой радости, за какие заслуги ее вчерашний враг собирается ей помогать?

– Думаете, это возможно? – уже заинтересованно спросила Кику Самура. – Аватара спасти? И за что? Почему? Вы же знаете, кто я. Чем занималась. Так поступать неразумно, с вашей-то стороны. Где гарантия, что я не солгала? Я бы хуже сказала, так поступить может только наивный глупец! Но вы – не глупец. Тогда почему?

Теперь наполненный смыслом пристальный взгляд мастера пронзил Кику насквозь.

– А ты, когда сцепилась в смертельной схватке с братом вашего главаря, думала о сохранении аватара? О том, что тебе некуда будет идти? О том, сможешь ли вообще убежать, а если и сможешь, то придется постоянно прятаться не только от аркадианских властей, но и от бывших соратников? Вряд ли ты успела об этом подумать. Что-то другое толкнуло тебя на безумие. Я уверен, это именно так. И кто-нибудь из твоих согильдийцев тебя поддержал? Подставил локоть помощи? Хотя бы посочувствовал? Думаю, нет. А как ты себя поведешь, если появится локоть? И не один? Ну, при условии, что не постесняешься испачкать белые бандитские ручки грязным честным трудом. И не под покровом ночи. Себе ответь, не мне.

Черные зрачки глаз наемницы, пожалуй, в любом случае уже бывшей, сужались и расширялись с каждым ударом девичьего сердца.

– Не боюсь я ничего, мастер Юн, – вдумчиво говорила Кику. – Локоть, сказали вы? И не один? Хм. Нет, у нас этого не было. Кто что взял, то и его. Каждый за себя. Я привыкла. И, конечно, против Главного никто не попрет. Он, хоть и свинья, но боец очень сильный. В ПВП с ним мало кто совладает.

– Да черт с ним, с твоим бывшим главным! – перебил ее Юн. – Всегда найдется кто-то сильнее. Придет время, и ему крылышки обрежут. Меня не он, а ты интересуешь. Спрашиваешь почему? Я отвечу. Другому бы не сказал, а тебе отвечу. Сила в тебе есть, Кику Самура, человеческая. Мощная сила. Я ее чувствую. Верю я тебе. Другая ты. Так что, если даже не сможем спасти аватар, новым персом сама к нам приди. Где найти – знаешь. С прокачкой поможем и в обиду тебя не дадим. Можешь быть уверена. Это я сказал. А я слов своих на ветер никогда не бросаю. Сама убедишься.

Вот уж чего никак не мог ожидать Юн, так увидеть слезы в глазах той, кто еще недавно, стоя на краю неминуемой гибели, дерзко бросала вызов всему миру. Теперь она плакала. И мастер не стал ее утешать. Он вообще с ней больше не разговаривал. Вернулся к сержанту городской стражи.

– Я понял так... – заговорил мастер Юн, – … арестованную явно ждет смертная казнь?

– Верно, – с готовностью подтвердил страж. – Она же убийца. Красная. Все на лицо.

– Нет, неверно, – внезапно передразнил Юн. – Скажите, сержант, вы хорошо знаете Законы Аркадии?

Снисходительная улыбка тронула губы блюстителя Правосудия.

– Извините, мастер Юн, – спросил он. – Не хотите же вы сказать, что знаете их лучше меня?

Теперь улыбался Юн. Ответил НПС стражу в его же стиле.

– Не берусь судить, кто из нас лучший законник, но я знаком с тем, кто многие из этих самых Законов писал. В частности, тот, о котором мы с вами сейчас говорим. Он гласит, как мне помнится: «Если подозреваемый в злодеянии действительно является таковым, то смертная казнь распространяется на него лишь в том случае, если есть пострадавшие или свидетели преступлений, совершенных подозреваемым против граждан Аркадии». Не так ли, сержант?

– Именно так, – подтвердил страж. – И что же это меняет?

– А вот что! – продолжал Юн. – Есть ли у вас доказательства, что Кику Самура совершила убийство или грабеж на территории города и жертвы – аркадианцы?

Этот вопрос был одним из главных козырей мастера, так как из вчерашнего разговора с бывшей наемницей он понял: ее основным занятием в пределах столицы было лишь воровство и сбор информации, а грабежи и убийства она совершала на Тракте, в основном против граждан других провинций. Оставалось надеяться, что это действительно так.

– Да, есть! – уверенно подтвердил сержант.

Что-то рухнуло внутри мастера Юна. Черт! Вот это провал.

– И какие же? – спросил он, уже не надеясь на положительный исход для себя.

– Хотя бы самые свежие. Сегодняшние. Проникновение на чужую собственность. Сопротивление Правосудию. Нанесение телесных повреждений стражникам.

Услышав ответ сержанта, мастер облегченно выдохнул. Фу! Пронесло. Теперь все будет в порядке.

– Опять ошибка, сержант! – уверенно произнес Юн. – Ваши люди остались в живых. Убийство снимается. Сопротивление Властям наказывается тюремным сроком или заменяется денежным штрафом, но никак не смертной казнью. Проникновение на чужую собственность влечет за собой тоже штраф или тюрьму. Если был причинен материальный ущерб, то его возмещением. Преступления, совершенные подозреваемым против граждан других провинций, также не влекут за собой смертной казни, если не были направлены против официальных или дипломатических миссий.

Застывший стеклянный взгляд стража был хорошо знаком мастеру. НПС проводил анализ полученной информации. Сверялся с базами данных.

Что же, пусть думает. Юн в точности знал, каким будет ответ. Ведь именно эту трактовку Закона в свое время корректировал Герцог Аркадианский, то есть он сам. А поскольку Герцог исчез, изменить Закон было некому.

– Вы правы, мастер Юн, – наконец сообщил сержант стражи. – Казнь, как наказание провинившейся, в данном случае неуместна. Арестованную ждет длительный тюремный срок или каторжные работы.

– Которые тоже могут быть заменены штрафом в пользу городской казны, не так ли? – продолжил Юн.

– Да, – согласился сержант. – Но, мастер Юн, у меня складывается впечатление, что именно вы собираетесь внести штраф? Зачем это вам?

С откровенной улыбкой на довольном лице Юн ответил:

– Я же не спрашиваю вас, сержант, по какой причине вы стремились обезглавить арестованную, нарушив Закон?

Упс! Обвинить блюстителя Правосудия в нарушении того самого Правосудия – смелое заявление. Смелое, но оправданное и уже публично доказанное. Что же оставалось сержанту?

– Так какова сумма штрафа? – поинтересовался Юн.

Сейчас сержант думал недолго.

– Тридцать тысяч за злодеяния. Плюс двадцать за нанесение вреда страже. Итого: пятьдесят тысяч золотом.

Ох…! Вот так сумма! Разумеется, мастер Юн предполагал, что штраф будет большим, но такой громадной цифры он предвидеть не мог. Однако же, если начать торговаться сейчас – означает войти в конфликт с Системой. Юн хорошо знает, чем это заканчивается.

– Понятно, – кивнул мастер. – Я подтверждаю готовность к оплате. Но, сержант, вы тоже должны понять: такую огромную сумму не носят на поясе, прогуливаясь по городу. Через два часа деньги будут у вас. А пока в качестве залога вам послужит снаряжение и доспех этой особы. Стоимость ее сета намного превышает сумму, означенную вами, не так ли?

Снова стражник задумался. Полный, к тому же элитный сет Воина Тени стоил никак не меньше ста двадцати тысяч. С аукциона его заберут, как говорят, с руками. Прибавить к залогу гарантию главы семьи Ларуско!

– Предложение принято, мастер Юн, – подытожил сержант.

В ответ Юн лишь кивнул.

– Тогда снимите с нее колодки, пожалуйста. Я заберу девушку прямо сейчас и несу за нее полную ответственность, разумеется.

В процессе всего разговора Кику молчала. С тревогой и пока неясным ей чувством следила за происходящим. Сначала не верила в призрачную возможность, потом надежда у нее появилась, а сейчас, когда страж, еще недавно жестоко избивавший ее, подошел, чтобы снять кандалы, девушка снова заплакала.

Как же так? Представления о романтике с большой дороги, риск и неутолимая жажда искателя приключений, проще сказать: все то, чем Кику упивалась когда-то, только что с треском рухнуло. Те, кого любители жесткого экшена называли бурундуками, оказались вовсе не такими скупыми занудами, как их представляли в привычной для нее среде.

Ох, как же ей было обидно! Страсти кипели внутри, искали любое местечко и повод для выхода. И нашли! Только тяжелые цепные колодки упали на землю, глаза Кику устремились в толпу. Наконец они выделили того, кого так старательно высматривали.

– А ну, гадёныш, иди-ка сюда! – с угрозой в голосе сорвалась Кику, глядя на перепуганного НПС пекаря. – Куда прячешься, трус беспробудный? Героем решил прослыть, свинья жирная? Дай сюда свою скалочку, сейчас я тебе ее… догадываешься, куда суну…

Не успела она договорить. От того, что случилось, Кику потеряла дар речи и, остолбенев, выпучила глаза. Хлесткий шлепок по заднице заставил ее поперхнуться.

– Ничего не забыла? – раздался голос мастера. – Или уже позабыла? Быстро, однако… Ты никого больше не тронешь. Никогда! Тронешь, но только в одном случае: если тебе самой грозит смертельная опасность, или в защите нуждается твоя семья. И вообще, пока не привыкнешь жить не в стае волков, а нормальной жизнью достойных людей, ты шагу не сделаешь. Поняла?

Внутри бывшей наемницы боролись многие чувства. Стыд и девичья гордость глушились благодарностью за спасение. Спасение, пришедшее со стороны вчерашних врагов.

Стоп! Благодарность. Она не успела поблагодарить мастера. Что ни говори, а невежливо… Опять, стоп! Честь семьи? Какой семьи? Он не просто ей помог, он берет ее под опеку?

– Предлагаете мне стать членом вашей семьи? – недоверчиво спросила Кику Самура.

– Нет, не предлагаю! – сурово ответил Юн. – С такими как ты предложения не проходят. Я тебя силой засунул туда. Ты разве против? Я, как ты говоришь, по наивности подумал, что нет. Мне показалось, тебе надоело строить из себя брутальную бабу. Подумалось, что хочешь быть приличной девушкой, воспитанной и благочестивой, чтобы не приходилось каждый раз затыкать рот всем, кому не нравится твое поведение. И не заткнешь всем-то. Быстрее сама снова заткнешься. И спасать будет некому.

Услышав сказанное, Кику Самура удивленно уставилась на мастера круглыми глазами с открытым ртом. Вдруг улыбнулась чему-то, какой-то своей, глубокой и сокровенной мысли. Так ее и не озвучила. Потом сказала:

– Брутальной, вы говорите… Хм. А ведь в реальной жизни я совсем не такая. Даже не спорю ни с кем. Всегда уступаю. Я голос не могу ни на кого повысить, не то чтобы в драку полезть.

– Такое случается, – иначе заговорил Юн. – Люди частенько в игре восполняют жизненную нехватку. Я тоже не исключение… Пошли уже. Нужно тебя и Кайна зарегистрировать. Много чего еще нужно успеть.

Он взглянул в глаза притихшей собеседнице и увидел то, что желал, а увидев, мог клятвенно поручиться – эта девушка никогда его не предаст. Она сделана из другого теста, теста не прокисающего.

Первый пример подтверждения слов наставника Юна Кику получила, так сказать, не отходя от кассы. Кайн, молча наблюдавший всю сцену со стороны, шагнул к освобожденной растроганной арестантке и протянул девушке флягу с водой. Достал малое зелье «Лечения», откупорил склянку и сам влил содержимое в рот обретенной соратницы, стараясь не тревожить ее разбитые опухшие губы. Большого эффекта не дало, но кровотечение остановилось, и открытая рана на правом бедре затянулась, оставив лишь следы крови.

Юн терпеливо дождался окончания нехитрой целительной процедуры, и они зашагали в сторону Административной Гильдии. Правда, мастеру тоже пришлось послужить некоторым доказательством неравнодушного отношения между «родственниками». Пришлось снять с себя безрукавный сюрко, чтобы прикрыть им неприличный, прямо скажем, наряд «Голого Короля» Кику Самуры, больше походивший сейчас на выставочный экспонат какого-нибудь огородного пугала.

В прохладном холле Гильдии Администраторов троицу ожидала приятная встреча. Как только мастер Юн и двое его спутников предстали перед госпожой Такаокой, Судьба принесла туда Виолетту и Мелкую. Девушки вошли в помещение в приподнятом настроении, оживленно беседовали между собой и сразу направились в сторону свободного окошка приемщика.

Из глубины зала Юн наблюдал, как подруги сдали скрижали выполненных квестов, повысив рейтинг семьи, и с веселыми лицами направились к выходу. Только теперь девчата заметили мастера, почему-то гордо щеголявшего в общественном месте в одной рубахе. Заметили и сопровождающих.

В первом, невысоком как все гномы, Вив и Милана сразу узнали Кайна, то есть того, с кем должен был утром встретиться Юн. Ожидаемый результат встречи – членство бойца в составе семьи. С ним все понятно.

Во втором спутнике Юна, точнее сказать – спутнице, ввиду ее весьма красочного макияжа, отраженного на когда-то симпатичном лице, руках и ногах сочными сливовыми синяками, царапинами и запекшейся кровью, с трудом узнавалась вчерашняя Лара Крофт.

Милка и Вив терпеливо дождались, пока мастер закончит дела, потом проследовали к выходу, так и не решившись к нему подойти. На улице, возле ровного полукруга мраморных скамеек, компания все-таки объединилась.

– Как это понимать? – удивленно спросила Виола. С Кайном вежливо поздоровалась.

Пока мастер наскоро соображал, как им безболезненно объяснить причину нахождения рядом с ним Кику, особенно ту часть, во что обошлось семье «невероятно удачное» приобретение, Милана принимала галантные поздравления от щитоносца. Улыбалась и поздравляла его со вступлением в «наши» ряды. Но вот прозвучал ответ мастера…

– Сколько надо, куда там еще отнести? Пятьдесят тысяч? За нее?

Обычно веселая и подвижная с сияющим светлым личиком, обрамленным густой копной огненно-рыжих волос, с торчащими острыми кончиками кошачьих ушей, Милана медленно превращалась в нечто неопределенное. Метаморфоза и только.

– А мы вот девяносто два золотых заработали, все «ежики» выполнили и двести вязанок папируса сдали, – как-то невпопад сообщила она. – Хотели завтра вместе сходить… Пятьдесят тысяч! Пятьдесят!!!

Еще бы немного, и бедную Милку хватил бы удар. Она побледнела и выглядела накрахмаленной простыней. Острые ушки на глазах у соратников превратились в лопухи спаниеля или ирландского сеттера. Хвост висел сзади до самой земли и казался привязанной плетью.

Да уж! Пятьдесят тысяч золотых! Это две третьих части того, что у них оставалось. Но главное – за кого?

Конечно, мастер старался доходчиво объяснить подругам причину своего, мягко сказать, великодушного поступка. Конечно, его хорошо слышали, поняли и даже согласились. Но!

«Бум! Бум! Бум!» – било по закипевшим мозгам Миланы. – «Пятьдесят тысяч!!! А-а-а!»

– Ладно… Зато человека спасли, так ведь? – словно из Преисподней, прозвучал голос девушки. Она обвела всех потусторонним взглядом, вдруг подошла ближе и взяла обмякшую Кику за руку. – Кушать хочется. А тебе? Пошли домой, сестра… Потом нужно одежды тебе купить, мелочи всякие… Пятьдесят тысяч!

Оторопевшие соратники поочередно приходили в себя.

– С ней все в порядке? Точно? – спросил мастер Юн. – Может, ущипнуть для верности?

– Не знаю, – с открытым ртом сказала Виола. – Лучше дернуть за хвост.

Наконец все пятеро направились в сторону «Веселой Вдовы». Пока они шагали по городским улицам, мастер и остальные еще раз двадцать слышали за спиной булькающий голос Миланы: «Пятьдесят тысяч. Отнести в Ратушу… Ик!»

Уже за столом наставник с какой-то непонятной для многих теплой улыбкой смотрел на членов семьи. Смотрел и мысленно размышлял.

Вот Виола, эльфийская красавица. Всегда нарочито невозмутимая и величественная. Рядом с ней Хлоя. Посвежевшая и спокойная. Прям как в сказке, расцветает девушка на глазах. Милка, пришедшая наконец в себя и снова веселая, непосредственная. Кику. Окончательно подлеченная магессой, теперь снова гордая, но молчаливая. Оружейник Хигаши. Аккуратный и вежливый, подчеркнутый джентльмен. Кайн. Уверенный, уважительный. Исподволь то и дело косится на Рыжую.

К слову сказать, во время семейной трапезы Акиро тоже при каждом удобном случае поглядывал через стол. Только объектом его внимания стала отнюдь не малая. Им был именно гном.

Кайн, без того смущенный и красный выше обычного, конечно же, видел это. Если на то пошло, то оружейник и не скрывал интереса. В итоге Кайн, встревоженный персональным вниманием кузнеца, не выдержал.

– Акиро-сан, – обратился гном, но кузнец сразу же поправил его.

– Хигаши. Зови меня просто Хигаши. Не нужно официальности. Мы же одна семья. Так ведь, Кайн?

Еще больше смущенный гном улыбнулся. Слегка успокоился.

– Хигаши, – поправился он. – Я вас чем-то заинтересовал?

– Тебя, – снова поправил кузнец. Кайн вновь улыбнулся. – Не ты сам. Твои латы. Я же кузнец, понимаешь. Не могу не обращать внимания на доспехи. Ну и оружие, разумеется.

Понятно! Не только самому гному, всем присутствующим стала ясна причина столь пристального взгляда Акиро. А кузнец продолжал говорить:

– Глаз у меня наметанный, профессиональный. Не хвастаюсь, но прямо скажу: я легко могу отличить качественный доспех от неуклюжей, топорной работы.

Лицо гнома покрыл стыдливый румянец. Он согласился.

– Да, доспех дешевый. И меч не из лучших. Что верно, то верно. Я недавно начал играть. Откуда у меня столько денег, чтобы покупать оружие Хироюки Ояма или мастеров Небесной Кузницы?

– А оружие Хигаши Акиро тебе не подойдет? – неожиданно вмешался мастер Юн. – Кайн, глянь на его меч и кольчугу, или глянь на кинжал и магический посох Хлои. Вспомни арбалет и когти Миланы, с которыми ты не так давно познакомился. Все это его творение… Я ведь правильно тебя понял, Хигаши?

Добрая улыбка тронула губы кузнеца.

– Более чем, – утвердительно кивнул он. Обратился снова к притихшему гному. – Если у мастера нет для тебя поручений, после обеда зайди ко мне в кузню. Девушки НПС проводят тебя. Правда, я только что перевез оборудование. Заодно и поможешь установить. Потом снимем мерки. Думаю, за два-три дня я управлюсь. Будет у тебя, братуха, и меч качественный, и доспехи. А денег никаких не понадобится, мы же отныне пальцы одной руки, так же?

Пышные рыжие брови гнома дернулись. Предложение оружейника ему явно понравилось.

– Хорошо, если так. Я только рад. Пойдем вместе. С удовольствием помогу вам… тебе, Акиро-сан.

Сказав, гном сконфузился. Понял, что, исправив одну ошибку, сразу же совершил вторую. Нелепая, но искренняя улыбка растеклась по его рыжебородому усатому лицу. И товарищи тоже все слышали, потому дружно рассмеялись, как говорят – от души. Не смеялся лишь сам кузнец.

– Вот что, соратники, – заговорил он. – Мастер меня когда-то предупредил, и я ему обещал, так что с сего дня ваше оружие и экипировка будут моей заботой. Кому надо что, не стесняйтесь, говорите открыто. А чтобы вам не приходилось мотаться ко мне, торчать в кузнице долгое время в период частых примерок, каждый по очереди спустится вниз налегке, желательно в нательном белье, чтобы по фигуре. Я сделаю куклы-шаблоны, точные копии каждого. Потому и прошу прийти без лишней одежды, чтобы допусков не было.

Выслушав удачное предложение, Юн закивал в одобрение оного.

– Хигаши дело нам предложил. Без проблем. Думаю, хотя бы ширма у тебя есть? Не в белье же нашим девочкам в подвал через зал топать! А что касается горничных, им доспех незачем, а кинжалы им легкие, летучие лезвия для метания – это и им пригодится.

Мимо проходила прилежная Сали. Услышав слова мастера, замерла на секунду возле Акиро и вдруг показала ему кулак.

– В нательном белье, значит! Извращуга!

За столом разом расхохотались Юн и магесса. Расхохотались, потому что видели утром, как по-особенному завязалось знакомство Хигаши именно с Сали. А догадавшись о причине веселья Хлои и Юна, рассмеялись и остальные.

– И всегда у вас так? – впервые прервала молчание Кику.

Широко раскрытые глаза девушки смотрели прямо перед собой.

– Так – это как? – удивленно спросила Милана.

– Вот так. Запросто. Спокойно и весело… сестра.

Переглянувшись, члены семьи Ларуско опять громко смеялись. Даже вынудили многочисленных посетителей оглядываться на себя.

– И что же тут удивительного? – поинтересовался мастер.

Взгляд Кику переместился к нему.

– Много чего, – ответила девушка. – Например, наш Главный никогда бы не сел за один стол с подчиненными. Никогда бы не стал говорить с нами как с равными. Наоборот. Он всячески старался напомнить о своем восьмом уровне. Выпячивал напоказ превосходство и никогда не обсуждал с нами дел.

– Не повезло вам, – сказала Виола.

– Ну, точно, ей-ей как в стае волков, – согласился с эльфийкой Юн. – Кто сильнее, тому и мясо. Нет, у нас это не так. Каждый имеет право на голос. И, что особенно важно, голос этот всегда бывает услышанным, кому бы он ни принадлежал. Неужели не ясно? Любой человек, как и я, не семи пядей во лбу! К примеру, я никогда не смогу сравниться с Виолой в тактике ведения боя. Она видит поляну лучше меня. Я это признаю. А потому, работая в пати, в бою я сражаюсь как любой из вас. Там, где мне укажет Виола.

Черные зрачки глаз бывшей наемницы до предела расширились. Но Юн еще не закончил.

– Например, в математике, в ведении финансовых дел, в правильности расчетов, в качестве ряда товаров и ценах на них, никто не разбирается лучше Миланы, а в паре с хозяйкой они просто непобедимы.

– НПС? – почти вскрикнула Кику. – Простите. Я сижу и гадаю: за какой надобностью вооружать неписей? Какого лешего официантка грозит кулаком игроку? НПС! Служащие таверны – члены семьи?

Взгляд девушки, взбудораженной до крайности, выделил Лею, которая пробегала мимо стола с чьим-то заказом. Услышав громкое восклицание Кику, официантка игриво подмигнула ей.

– Так вот почему... – сделала вывод Кику, – … они на меня вдвоем так набросились? Я тогда еще удивилась, с чего бы неписям встревать в чужие разборки. А они сами – семья!

Она ненадолго задумалась. Никто не перебивал. Пусть попривыкнет. Объективно слишком большая разница с прежним образом жизни Кику наемницы.

– Я слышала от наших... – она осеклась и поправилась, – … от бывших компаньонов, что где-то на севере живет барон, у которого дочка из НПС. Но это я еще могла объяснить. Мы в игре не можем воспроизводить детей. НПС из свободных могут. А барон тот женат. Жена из игроков. Хотели, чтобы у них был ребенок, вот и удочерили какую-нибудь сироту.

Пока девушка рассуждала вслух, глаза мастера Юна встретили взгляд оружейника.

– Мацуда, – кивнул Хигаши, подтверждая слова Кику. – У них есть дочь. И они оба с госпожой Иоши очень любят девочку. Относятся к ней как к родной. Девчонка сообразительная. Хорошая, добрая. Я с ней всегда разговариваю, когда приезжаю в поместье. Барон вообще хорошо относится к неписям. Они же его работники. Крестьянствуют семьями. Вкалывают на руднике. Он даже оружие им позволяет держать, чтобы от внезапной атаки гоблинов обороняться. Бунтов не боится. НПС его уважают. И четверых игроков приютил. Тех, кто собирается фермерствовать. Пока набираются опыта и умений, деньги копят, у него живут. С НПС на равных работают. А барону в постоянных заботах большое подспорье. Это так.

Важное дополнение к характеристике барона Мацуда еще больше упрочило первоначальное желание мастера Юна с ним познакомиться.

– Хм, нет! – снова заговорила Кику. – Наш Главный не из таких. Для него не то чтобы неписи, игроки-то ничего не значат. Поговаривали втихаря, чтобы до его ушей случайно не долетело, будто бы он ночами частенько исчезает куда-то. Даже кое-кто вроде слышал, как Главный упоминал о делах с топовой гильдией сервера, с «Адскими Гончими». Вроде бы, поэтому он себя так и ведет, что никого не боится. Но это только слухи.

Упоминание об «Адских Гончих», да еще в таком неприглядном, порочащем репутацию топа виде, насторожило не только мастера. Виола откровенно вперилась взглядом в посеревшее лицо друга.

– Кику, – не сводя глаз с Юна, спросила эльфийка. – А тебе случайно не приходилось слышать в своей бывшей среде имени Кардинал?

– Кардинал? – переспросила для верности Кику. – Нет. Никогда не слышала, чтобы его кто-то произносил. Но я знаю, о ком идет речь. Читала на сайте. Наш Главный, конечно, кичится своим превосходством, но он не дурак. Он же понимает, не одна я заглядываю в информацию официального сайта. Если бы он ляпнул что-то про Кардинала, ему бы попросту никто не поверил. Кстати, по поводу его личного знакомства с «Адскими Гончими» тоже не очень-то верят. Но многие все-таки верят. Сама слышала. А что?

Продолжение опасной темы не входило в ближайшие планы мастера, и Юн прервал разговор.

– Ладно, – с нажимом, так чтобы его сразу поняли, сказал он. – Давайте заканчивать болтовню, народ. Я дал слово сержанту патрульной гвардии, доставить выкуп за Кику в течение двух часов. Не хочу прослыть необязательным трепачом по всей Аркадии. И Кайну с Хигаши нужно многое успеть. Да и Милану я одну с такой значительной суммой не отпущу. Не хочу рисковать. Столько всякого люда слышали наш разговор. Так что пойдете командой. Милана, Хлоя, Кику и Виола за старшего.

Затем Юн обратился уже конкретно к Милане.

– Ушастая, когда внесешь деньги, не забудь взять расписку. И заберите амуницию Кику. Проверьте, чтобы все оставалось на месте. А к тебе, Кику, после того как вернетесь, у меня тоже будут два дела. Хочу проверить твои способности и одно личного плана.

Девушка в ответ кивнула и начала подниматься из-за стола, так как обед завершен и указания шефа получены. В тот момент, когда занесла ногу, намереваясь переступить через скамью, неожиданно зацепилась и непременно упала бы, если бы Кайн, сидевший с ней рядом во время обеда, вовремя не подставил девушке сильную мужскую руку. За нее и ухватилась наемница.

Встав в полный рост, Кику благодарно кивнула Кайну. Потом вдруг улыбнулась мастеру и произнесла:

– Локоть, вы говорили? И не один?

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Юн. – Ну вот и подтверждение. Правда, я говорил о другом локте, но так тоже неплохо, я думаю.

Далее события развивались по расписанию. Все члены возмужавшей семьи Ларуско направились выполнять распоряжения мастера. Сам Юн присоединился к мужской половине семьи, не хотелось ему выглядеть ленивым бездельником, и Хигаши, надо полагать, не помешает помощь еще одной пары крепких рук. Так Юн рассуждал. И не ошибся.

С установкой и закреплением кузнечного горна, мехов, громоздкого пресса, нескольких верстаков, наковален, стендов и полок с инвентарем было почти закончено, когда в подвал забежала торопливая Сали.

– Мастер, – сообщила девушка. – Наверху вас ожидают. Госпожа Илона пришла. Говорит, вы с ней договаривались. Осталась снаружи, возле заднего входа. Сказала, что не одета для посещения таверны.

Юн оставил занятие, вытер руки о фартук и подошел к горничной.

– Договаривались. Это да, – кивнул он. – Только в предварительном договоре не было определенности. Неплохо бы сначала справиться, в какое время буду свободен я. Так было бы правильнее, я считаю.

Пускай слова мастера и носили некоторые признаки кажущегося недовольства, но там, где-то в глубинах зачерствевшей души, он был рад приходу очаровательной гостьи…

Сегодня именитая ученица прибыла в одиночестве одетая в широкие самурайские шаровары (хакама) для удобства в движении. Сверху на ней, подпоясанная тряпичным ремнем, плотно сидела распашная куртка от знакомого мастеру кимоно. С первого взгляда стало понятным, почему Илона сказала, что не готова к появлению в злачных местах. И девушка вдвое права. Мало-мальски воспитанному человеку сызмальства знакомы простейшие правила хорошего тона, например, подходящее случаю: в домашним халате или в пижаме ресторанов не посещают.

Помимо элементарного этикета существовали другие причины, в силу которых известные люди вынуждены были придерживаться ряда строгих существующих правил. Любопытные посетители все замечают. Казалось бы, сиди, ешь, пей, веселись, что тебе еще надо? Нечего глазеть по сторонам, вынюхивать и высматривать, развешивать уши и ловить каждое слово, сказанное за соседним столом. Да где уж там! Все-то им интересно, всюду нужно сунуть свой длинный нос. Но главное, сплетникам и болтунам ничего не стоит прицепить хвостик к действительности, каждому в силу своей фантазии или испорченности.

Мастер Юн очень бы не хотел, чтобы по городу поползли нелепые слухи с глупыми домыслами о частых визитах госпожи Илоны в таверну «Веселой Вдовы», поэтому Юн предусмотрительно попросил Сали проводить ученицу прямиком во внутренний двор, минуя помещение зала. Сам вышел через другую дверь.

– Рада видеть вас, наставник, – с учтивым поклоном приветствовала Илона. – Надеюсь, вы в добром здравии.