Текст книги "Повелители Подземелий (СИ)"

Автор книги: Юрий Здоровеющий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 63 страниц)

Юн вежливо поклонился в ответ. Снял сюрко и привычно взялся за деревянную жердь. Голос ученицы остановил его.

– Простите, мастер, – сказала она. – Если не возражаете, могли бы сегодня и вы вооружиться мечом?

Признаться, безобидная просьба девушки показалась мастеру весьма странной. Можно было даже сказать – дерзкой.

– Чем же тебе не по нраву шест? – спросил Юн.

Илона ответила сразу же, без колебаний.

– Нет-нет. Все в порядке. Простите. Просто у меня вышел спор с Громом. Он уверяет, что не имеет смысла посещать ваши уроки, потому что вы пользуетесь преимуществом длины древкового оружия. Признает, что владеете вы им виртуозно, но убежден: если бы вы сражались мечом, то вам не хватало бы времени для отражения моих атак. Говорит, только из-за разницы в длине вы успеваете уворачиваться. У вас же нет преимущества расы в скорости. Вы, как и я – человек. Арвен, наш глава, он эльф, и то всегда пропускает завершающие удары моего лучшего комбо. Вот Гром и сделал такие выводы.

Внимательно, с живым интересом мастер Юн выслушал девушку. Что сказать? Доля истины в словах Грома имеется. Понятно и школьнику, для нанесения одинакового удара с большего расстояния и времени необходимо больше. Однако было бы безответственно причислять все заслуги только оружию. Эту истину мастер и собирался сейчас доказать.

– Вот как? – улыбнулся Юн. – Почему бы и нет.

Он выбрал себе кусок палки, по длине схожий с японским танто.

– Начнем. Времени у нас не так много. Мне вечером предстоит еще одно занятие.

После традиционного поклона мечи скрестились.

Первая атака Илоны встретила оружие мастера, а следом и второй ее выпад ушел в пустоту. Девушка разминалась. Юн видел это и не торопил. И вот пошло в ход комбо. Выпад, за ним второй, третий, четвертый. Ловкие, сильные и очень опасные. Мастер отражал, уклонялся. Терпеливо ждал своего часа. И дождался. Нужный момент настал. Стоило Илоне перейти к выполнению завершающего удара серии, мастер Юн отступил всего на полшага, подсел и сделал движение, словно бы собирался, как в прошлый раз проскочить девушке за спину.

Умудренная горьким опытом, Илона заметила хитрый трюк. Без завершения атаки сменила опорную ногу и приготовилась к развороту соперника, а разворот не последовал. Вместо этого мастер блокировал руку Илоны с мечом, наступил на опорную ногу девушки и свободной рукой подхватил ее вторую ногу за голень. Благо за спиной ученицы оказались пустые бочки, составленные в два ряда, только это и помешало Илоне упасть… Или не только.

Скованная по рукам и ногам, прижатая спиной к бочкам, Илона оказалась во власти учителя. Их глаза встретились, как говорят, в личном пространстве.

– И что это даст? – с одышкой спросила девушка, не отводя взгляд.

Мастер отпустил ее. Тронул пальцем свой лоб.

– Если бы я завершил начатое, твое красивое личико превратилось бы в кровавое месиво. Кровь, заливающая глаза, лишит тебя зрения. Все.

Илона отошла от бочечной пирамиды к центру площадки. Подумала и мысленно согласилась. Но вслух сказала иное.

– И вы бы смогли ударить девушку?

На лице мастера появилась покаянная улыбка.

– Не ударил же! – усмехнулся Юн. – А в бою нет девушек. Есть враг. Коварный и опасный. Враг, понимаешь? И он не упустит случая уничтожить тебя, плевать ему на твой пол и происхождение.

Занятие продолжилось. Опять удары, опять уклонения. Выпад за выпадом. Илона действовала широко, разумно, изобретательно, со знанием дела. Молодец она, очень достойный соперник.

В очередной раз девушка «провалилась». Неуловимый наставник снова оказался у нее за спиной. Илона уже приготовилась получить шлепок по мягкому месту. И получила, но не ладонью. Мастер чуть коснулся тела девушки деревянным оружием.

Пока возбужденная в пылу жаркой схватки ученица придирчиво пересматривала свои действия, мастер сам объяснил ей ошибку. Илона кивнула. Повторила прием. Поняла.

– Вот так, – говорил Юн, присев на скамейку у поленницы дров. – А Грому своему передай следующее: кинжалы Вив были одной длины с его секирами, и кто проиграл? Она ведь дала вам понять, я имею в виду Виолетту, в день знакомства сама призналась, чьей ученицей была, разве нет? Веришь, тоже нахваталась по заднице. И сейчас периодически получает.

Илона присела рядом. Оперлась взмокшей спиной о поленницу дров. Вытерла пот, крупными каплями выступавший на ее молодом светлом лице.

– Я передам, – она усмехнулась. – Но ему не понравится. Над ним до сих пор шутят в гильдии. Открыто, конечно, мало кто отважится. Зато за спиной хихикают даже новенькие.

– Новички? – искренне удивился Юн. – У вас? Странно.

– Да нет, – спокойно ответила мечница. – Мальчонка молодой. Пятнадцать лет всего. И девушка. Тоже молоденькая. Тринадцать. Они родственники Главы в реальном мире.

– Тогда ясно! – вновь усмехнулся Юн.

– А у вас, как я слышала, тоже пополнение? – Илона хитро взглянула в глаза мастера.

– Уже донесли? – не сдержался, рассмеялся Юн. – Вот же народ.

– А чему вы так удивляетесь? – продолжала Илона. – Шума-то сколько было! Вы же нас видели, мы в трактире сидели. Многие повыскакивали поглазеть, а потом только и голосили, как глава семейства Ларуско заплатил целое состояние за жизнь никчемной преступницы.

Изучающий взгляд мастера вновь встретился с глазами его ученицы.

– Она не никчемная! – выразительно произнес Юн. – Кику Самура далеко не никчемная. Эта девушка наделена редкими качествами. Посмотришь, она их еще проявит.

Произвели слова мастера впечатление на Илону или нет, трудно сказать. Во всяком случае щекотливая тема в дальнейшем не поднималась.

– Интересный вы человек, мастер Юн. Странный и необычный, – как-то задумчиво высказалась Илона. – Скажите, сколько вам лет в жизни? Если, конечно, не посчитаете мое любопытство слишком бестактным. Чем вы вообще занимаетесь?

Прозвучавший вопрос, вопреки ожиданиям, не привел мастера в замешательство. Много раз он слышал тот же самый вопрос раньше, так что дежурный ответ был всегда наготове.

– Лет? Тридцать два было, когда я в последний раз видел себя в зеркале. А занимаюсь… раньше служил в пожарной охране, а теперь занят тем же, чем занимаешься ты. Играю в игру! – он посмеялся. – Даже скажу: я тут живу. Как стал инвалидом и раньше-то практически не выходил. А теперь вообще прописался.

Как прозвучало, так Илона слова и восприняла. Так и ответила.

– И я тут скоро, наверное, пропишусь. Выходить не хочется, – она поразмыслила, стоит ли посвящать Юна в личное. Но продолжила. – Мне двадцать четыре. Образование получила. Работу. Пожить для себя не успела, меня выдали замуж. И с тех пор я сижу дома. Если бы не игра, с ума бы сошла.

– Ты замужем? – искренне удивился Юн. – И как же твой муж смотрит на то, что ты целыми днями играешь?

– Можно подумать, ему есть до меня дело, – грустно, как-то отрешенно усмехнулась Илона. Потом вдруг улыбнулась. – Я из богатой семьи, мастер Юн, и брак мой был по расчету. Родители все устроили. Мужу моему сейчас шестьдесят три года, и он ничем, кроме бизнеса, не интересуется, а меня никуда не выпускают, честь семьи берегут, понимаете? Вот и вся история.

Закончив, Илона поднялась. Судя по всему, занятие возобновлять она уже не собиралась. Казалась естественной, но грусть в глазах не спрячешь от внимательного наблюдателя.

– На Грома не обижайтесь, мастер, – напоследок участливо попросила Илона. – Он парень хороший. Мой давний друг. Мы с ним выросли рядом. Ему было около трех лет, когда познакомились. Он, может, обидчивый слишком уж для мужика, но справедливый и честный. И не бросит. Я знаю.

Мастер дослушал пожелания ученицы. Отметил некую аналогию: по ее словам, отношения между Илоной и Громом здорово смахивали на отношения Виолы и Юна. Бывает же!

Тем временем Илона старательно привела в порядок одежду и направилась к выходу. Юн не провожал девушку. Причина ясна – не желал возникновения пошлых сплетен. Не нужно портить безупречную репутацию именитой мечницы.

У самой двери Илона остановилась и оглянулась на мастера.

– Вы многому меня научили, господин Юн, – сказала она. – Пусть это были всего два занятия, но порой годы уходят на то, чему я научилась у вас.

Она улыбнулась. Улыбнулась как-то слишком уж грустно, с непонятным мастеру сожалением. Потом снова заговорила.

– Я больше не смогу посещать уроки. Ваша семья отныне не входит в перечень допустимых контактов «Серебряного Грифона». Так объявил нам Глава. Мне очень жаль, мастер Юн. Простите.

Последнее сообщение Илоны прозвучало почти как формальное объявление войны. Этого только сейчас и не хватало! Были у Юна предположения насчет громкого заявления о себе на минувшем ежемесячном фестивале и, может быть, следовало ожидать закономерных последствий. В конце концов, это же не секрет и не новость, такое всегда случается с новичками. Большинству обывателей не нравятся скороспелые выскочки. Кому-то из зависти, кому от обиды за собственные неудачи. По-разному, но не до такой же степени!

Однако мастер с лихвой оценил доброжелательность девушки. Даже, можно сказать, ее смелость. Не каждый отважится на подобный поступок. Узнай кто-нибудь из «грифонов» о предупреждении Илоны, для нее это могло закончиться весьма плачевно.

– Благодарю, – сдержанно ответил Юн. – Мне тоже жаль. Не думал я, что тщеславие у вашего главы переполнит чашу разума.

Илона сдержано улыбнулась.

– А у вас, мастер Юн? – вдруг спросила девушка. – У вас ничего бы не переполнилось, если бы речь шла о вашей жене?

Очевидно, с внешностью мастера случилось что-то мистическое, невероятное, потому что Илона, увидев его перемену, поспешила объяснить свою реплику.

– Арвен и Лоран, господин Юн. Они женаты не только в игре, в жизни тоже супруги. Вы прилюдно унизили Лору. Она и так бесится, если у кого-нибудь что-нибудь получается лучше нее, а тут такое!

Поняв истоки возникшей неприязни «грифонов», мастер Ларуско вдруг рассмеялся. Потрогал рукой пострадавшую на ристалище щеку.

– Унизил? Я? Вот в чем причина? А я-то уж думал... – он деликатно опустил то, о чем подумал. Мгновение поразмышлял и продолжил. – Я никого не хотел унижать. Вышел вне очереди, это да, но ведь извинялся я за вторжение тоже публично и искренне. Еще и пощечину схлопотал.

Илона его веселия не разделяла.

– Не той девушке, мастер Юн, вы угощение предлагали, – сказала она как-то двусмысленно и, открыв дверь, еле слышно добавила. – Может быть, нашлась такая, кто бы не отказался.

Ну и дела! И как же теперь поступить? Как объяснить друзьям, что своей выходкой на ристалище, которую можно было бы в некотором роде вообще назвать шалостью… ну очень в некотором… он спровоцировал неприязнь одной из топовых гильдий Аркадии? А ведь объяснять придется. Не сможет мастер смолчать, утаить от собратьев предостережение Илоны.

Может быть, до открытых столкновений и не дойдет. А если дойдет? Что потом? Смотреть в глаза людям, пошедшим за ним, верившим ему, и делать вид, что случившееся для него такая же новость, как и для них? Никогда Юн не сможет так поступить. Никогда.

В итоге мастер решил рассказать товарищам все как есть без утайки. А раз так, то в преддверии возможной войны способности Кику были бы очень кстати; и тоже «кстати», их еще нужно проверить. Этим он и займется чуть позже.

На некоторое время Юн задержался во внутреннем дворике. Дал возможность Илоне покинуть таверну. Правильнее сказать, поспособствовал завсегдатаям, любопытным до всего и всегда, забыть о ее посещении. Затем пошел в зал. Благо девчонки вернулись, выполнив поручение.

Первое, что мастер отметил в обновленном образе Кику, сидевшей напротив него справа от мелкой, как похорошела валькирия, сменив рваные обноски на новое платье, приталенное, внизу расклешенное, с длинными рукавами и полуоткрытой спиной. Прекрасный элитный доспех Воина Тени покоился у нее на коленях. Одна странность – Юн почему-то не видел оружия. Кроме того самого ножа, что был у девушки накануне – ничего.

– Мы купили в достатке одежды, – заметив, как придирчиво Юн разглядывал новенькую, сообщила Милана. – Все равно бы понадобилось, лучше сразу. Ну и белье там. Мелочи разные.

– Одежду? – задумчиво переспросил Юн. – Это да. Хорошо.

Он погрузился с глубокие размышления. Никто из соратников не прерывал. Сидели и мирно беседовали между собой в ожидании Хигаши и Кайна. Усидчивые работники все еще возились в кузнице.

И вот мужская половина семьи Ларуско присоединилась к собратьям. Как только они разместились, девушки НПС засуетились с ужином, а мастер заговорил:

– Народ. У меня для вас две новости. Плохая и очень плохая.

Веселье и гомон вмиг прекратились. Сосредоточенные взгляды друзей устремились к наставнику.

– Первая: мы на пороге войны с «грифонами». Вторая: мы к ней совсем не готовы.

Удивление, растерянность и легкое недоверие (не шутит ли мастер) читались на лицах товарищей. Наконец, по удрученной внешности лидера соратники до конца осознали, насколько ему не до шуток. Виола спросила:

– Откуда же прилетела та горе-сорока, что на хвосте принесла тебе чудную весть?

Теперь, когда сногсшибательная информация воспринята всеми должным образом, мастер подробно пересказал им беседу с Илоной.

– И это вся причина?! – возмутилась Вив. – Всего-то! Они что, сбрендили что ли? Коллективное помрачение разума или формальный повод?

– Повод или нет, нам без разницы, – рассудительно пояснял Юн. – Мы пока не готовы ни с кем воевать, а уж с «Серебряным Грифоном», в чьем составе три полные пати и полторы дюжины подготовленных игроков на замену, тем более. Нас всего семеро. «Грифонов» порядка шестидесяти, заметьте, элитно экипированных высокоуровневых бойцов, к тому же сработавшихся в составах постоянных команд.

Воцарилось молчание. Каждый задумался о своем. Жаль было. Очень жаль. Если не брать в расчет Виолу и Милку, ибо у тех в любом случае не было выбора, все остальные ребята, почувствовав на себе разницу с прежним существованием, едва успели обзавестись надеждой. Надеждой на лучшее, на успешное развитие и нормальную жизнь в игре. Надеждой на то, к чему и стремились.

Мастер видел на лицах людей, поверивших ему, пошедших за ним, что и как они сейчас переживали. Видел горечь и сожаление, но не видел ни одного признака отчаяния или страха.

– И что? – спросила Виола, нарушив затянувшееся молчание. – Мы просто поднимем вверх лапки? Не дождутся! Если всерьез схлестнемся, то перед тем как погибну, я десяток «грифов» за собой заберу…

– Есть идея! – внезапно прервал ее Юн. – Виола, ты просто прелесть!

Восклицание мастера прозвучало так громко, что на него развернулись многие посетители. В грустных глазах собеседников вспыхнули живые огоньки. Юн пригнулся пониже к столешнице.

– Нужно именно это и дать им понять! Нужно сделать так, чтобы сами «грифоны» почувствовали: легкой победы им не видать! Даже если мы проиграем в итоге, мы вынесем больше половины их лучших бойцов. А я думаю, их потери будут еще больше… Или вообще… хоть и жаль.

Взгляд Юна ушел в «никуда». Он смотрел поверх голов вновь притихших товарищей, а на кончиках пальцев наставника едва уловимо проскочил электрический язычок. По счастливой случайности заметила его только Милана. И личико юной девчонки застыло от ужасной догадки.

Тут глаза мастера встретились с глазами Виолы. И этот пугающий взгляд не понравился Вив. Это был взгляд человека, презревшего смерть ради идеи. Ради того, во что он безоговорочно верил. Взгляд камикадзе. Юн будто бы говорил ей: «Вив! Я не дам угробить и этих ребят. Плевать на мораль и на принципы. На нейтральные зоны. НЕ ДАМ! Особенно тебя и Миланку».

Виола прекрасно его поняла. Старый и преданный друг, Вив помнила некоторые моменты из их совместного прошлого, когда у Юна в точности так же блестели глаза. И что за сим следовало, это Вив тоже запомнила…

От нахлынувших жутких воспоминаний девушку передернуло, и озноб пробежал по спине. Нужно искать менее радикальное решение. Оно есть. Конечно же есть. Нужно только найти.

А за столом, пожав крепкими плечами, мастер Акиро сомнительно хмыкнул.

– И что? Что это даст? – спросил кузнец. – Допустим, мы похороним двадцать или даже тридцать «грифонов». Нам это не поможет. И, если честно, я очень уж сомневаюсь, что нам удастся нанести им такие потери.

Похоже, точку зрения кузнеца разделяли многие из ребят. Возможно, побаивались или излишне скромничали в силу малого стажа в игре, чтобы высказывать ее вслух.

И тут, как всегда, в самый ответственный момент обсуждений раздался голос Виолы.

– Вам нет. Вам и не нужно, чтобы бойня с «грифонами» кому-то что-то дала, – смело заявила эльфийка. – С вашими малыми уровнями сражаться с пятыми, шестыми и седьмыми «грифонов» пока не вариант. Однако, если Хигаши хорошо постарается, мы уравняем и вас. За счет чего? Да за счет шмота. У мастера есть неприкосновенный запас. Полно золотых и платиновых рун. Матерые клейма и талисманы. Жалко использовать их для усиления низких ступеней доспехов. Вы будете быстро расти, так что и снаряжение придется менять с ростом уровней. Но в крайнем случае это сделать придется. Однако, народ! Как бы не складывались обстоятельства, нужно верить в себя и в своих друзей. Я понимаю, мы недолго вместе, и многие из вас пока слабо знают друг друга. Все равно, карапузы, это основа! Я скажу вам, а вы запомните – даже в таком виде, как мы существуем сейчас, кое с кем, поверьте, «грифонам» считаться придется. Еще как придется. Впрочем, как мне кажется, этого ведь и не нужно. Так, мастер?

Стоило Виолетте закончить… нет, еще не закончить… на лицах Кайна, Юна и кузнеца засветились снисходительные улыбки.

– Карапузы? – с гримасой сомнения повторил Кайн…

Коль скоро речь зашла о специализированном сленге геймеров, стоит, наверное, в качестве информации для тех, кто читает нашу историю, не будучи знакомым с тонкостями онлайн РПГ, пояснить некоторые термины и понятия.

«Заточкой» игроки называют усиление снаряжения. Доспехов, оружия и бижутерии, то есть – «шмота». Оно достигается за счет вкрапления в них при помощи специальных «плюшек» (это общее название ценных и полезных игровых предметов), различных рун, камней или клейм, повышающих характеристики снаряжения.

В большинстве игр «заточить» предмет далеко не так просто. И не до бесконечности. Причем, чем выше «заточка», то есть, чем больше раз уже усиливался предмет, тем мизернее шанс на дальнейший успех. И наоборот, выше шанс на то, что предмет будет сломан. Безвозвратно потерян.

Представьте себе, что игрок очень долго копил ресурсы и деньги, к примеру, на меч Божественного класса. Сам по себе этот предмет уже уникальный с очень высокими стартовыми характеристиками, и, соответственно, стоит целое состояние.

Удачно «заточив» его всего на одну ступень (плюс один), вы получаете, скажем, не сто единиц урона, а сто пять. А если вы «заточили» его на плюс два – уже сто пятнадцать. И так дальше в прогрессии. Так что меч третьег класса, «заточенный» на плюс семь-восемь, наносит урон, не уступающий стартовым характеристикам оружия пятого.

Одна тонкость – абсолютное большинство игроков (ввиду дороговизны «заточки») предпочитает не делать этого на малых уровнях персонажа. «Малыши» довольно быстро проходят начальные ступени развития и меняют свое снаряжение. Зачем же безрассудно разбрасываться ценнейшими ресурсами?

А теперь представьте игрока, удачно «заточившего» Божественный меч на плюс восемь и при попытке усилить оружие на плюс девять сломавшего его!!!

Гигантские ресурсы, время и многие другие факторы, включая нервы, просто ушли в «никуда». Можно легко догадаться, в каком состоянии в этот момент находится сам игрок!

Но! В каждой игре есть покупные за реальные деньги донаторские «плюшки» (донат – вложение в игру настоящей валюты). Их можно купить и вне «шопа» (на языке геймеров – магазина, где торговля проводится за реал) при условии, если кто-то из донаторов продаст тебе такую вещь за игровую валюту или обменяет на что-нибудь, в зависимости от курса. В любом случае стоят они очень и очень недешево, однако до определенного уровня гарантируют успех «заточки».

Есть «плюшки» и подешевле, игроки называют их «неломайками». Они не увеличивают шанса успеха «заточки», но гарантируют сохранность предмета в случае неудачной попытки. Об этом как раз и сообщила Виола товарищам.

Кстати, ее собственный сет (полный комплект: шлем, нагрудник, наручи и наплечники, перчатки, юбка, чулки, сапоги) Феи Лесов, кинжалы, два перстня на повышение резистов (сопротивлений), браслеты, амулет и талисман заточены на плюс двенадцать! Потому и сияют так, что могут запросто ослепить. Баснословная дороговизна! Особенно, если учесть тот факт, что в «Повелителях Подземелий» предмет мог быть максимально заточен до плюс восемнадцати. Вот только никто никогда не слышал, чтобы кому-то за всю историю игры так сказочно повезло…

Виола заметила одобряющую улыбку на лице мастера.

– Я не права? – спросила эльфийка.

– Права абсолютно! Есть множество способов решения этой проблемы, причем, братцы, только в нашу пользу, – Юн опять покосился на Вив, усмехнулся чему-то и продолжил, предварительно переспросив. – Карапузы, да? Ладно, пускай карапузы. Слушайте, я не хочу говорить о крайностях, мы попробуем обойтись простыми, привычными методами. И вот вам первый. Следите внимательно. Команды «грифов» сейчас поочередно штурмуют тридцатый этаж. Мне и Виоле этот этаж хорошо знаком. Там мы с ними и встретимся.

План мастера показался соратникам чистым безумием.

– Но тридцатый доступен не всем из нас! – опешив, воскликнул Кайн и ужаснулся своей же догадке. – Вдвоем? Вы собираетесь напасть на полную пати «грифонов» вдвоем? Еще и в «Подземке»? Простите за прямоту, мастер. Мало того, что вас однозначно убьют, вас посчитают за подлецов и возненавидят не только в Аркадии.

Сегодня Кайн сидел рядом с Кику. Парень автоматически взглянул на соседку в надежде увидеть поддержку своим опасениям, но увидел иное. И ответила ему не валькирия, а Милана. Девчонка выглядела встревоженной, однако, кажется, в корне не разделяла мнение щитоносца.

– Не торопись приклеивать ярлыки, Кайн. Кого ты назвал «подлецом»? С дуба рухнул? Может быть, и я такая? Чего же сидишь с нами за общим столом?

– Не психуй, Мелкая, – своевременно вмешался Юн. – Кайн никого не оскорблял. Он говорил о том, как отреагирует игровая общественность на нападение в Подземелье.

– Именно, – без тени обиды подтвердил гном. – И кто тут вешает ярлыки? Бог с ним, с моральным аспектом, давай трезво оценим силовые возможности, они явно не в пользу Виолы и мастера. Взять пати Илоны. Там одни профи, сыгранные и заточенные на ура. Госпожу Виолетту мы видели, да, в бою она не подарок. Мастер тоже – лучше к нему под горячую руку не попадаться. И что? Будь «грифонов» поменьше, возможно, наши бы справились, но «грифоны» всегда ходят полными пати. Ты хочешь, чтобы мастера просто убили?

Казалось бы, аргументы весомые, так думал Кайн. Внезапно в разговор вмешалась Виола. К стандартной бледности ее лица добавилась загадочная улыбка, непонятная притихшим соратникам.

– Убьют нас? – Вив покосилась на мастера. – Не думаю. Думаю, будет как раз наоборот, если действительно до того дойдет. Но, как мне кажется, никому ни на кого нападать не придется.

– Нет, – поспешил подтвердить Юн. – Никого атаковать мы не будем. С какой целью нам это делать? Войны еще нет. С чего бы вдруг нам самим ее развязывать и, тем более нарушать законы Кодекса Чести. Верно напомнил Кайн, если кто-то не знал: на квестах, в данжах и в Подземелье запрещено атаковать пати даже враждебной семьи. Ты говорил об этом, парень?

Успокоенный пояснениями мастера, гном облегченно вздохнул и кивнул предводителю.

– Тогда что? – удивилась Милана.

– А то! «Грифоны» сейчас только начали изучать этаж. Нам же, как я сказал, он хорошо знаком. Мы с Вив выждем момент, когда пати «грифов» окажется поблизости. Соберем вокруг больше мобов и грохнем им. Сделаем так, чтобы «грифы» увидели. Чтобы рассказали своим, – мастер повернулся к Милане. – Вспомни: в первое наше с тобой посещение Подземелья в каком состоянии поднимались «грифоны» с тридцатого этажа. И они были командой. В полном составе. Ты видела.

– Да, – с готовностью подтвердила малая. – Их хорошо потрепали тогда.

– Вот именно! – кивнул Юн. – А теперь сами подумайте. «Грифоны» даже не предполагают, что на тридцатом уровне могут повстречать молодую семью. Они же уверены, что на данный момент являются пионерами. Первопроходцами. И вдруг у них на глазах эта самая молодая семья положит разом десяток виверн. То есть тех, с кем они сами так мучаются. И пусть тщеславие их лидера снова окажется уязвленным, но разум-то у него есть. Он же сообразит, что схлестнуться с нами и обойтись без потерь не удастся. А у него на хвосте сидят «Алое Пламя» и «Венценосцы». И как поступят они? Останутся ли в нейтралитете, особенно, когда получат значительное численное преимущество?

– А вы вдвоем, мастер, справитесь с десятком таких матерых мобов? Это же не мелочь какая.

Юн обернулся на голос магессы, но ответить ей не успел, так как его опередила Виола.

– Я вам сказала: нужно верить в друзей. У вашего мастера есть опыт массового забоя скота посильнее виверн.

Наступило затишье. Внезапно прозвучал новый голос, поэтому его поначалу никто не узнал. Ровный, как оказалось, очень приятный голос Кику Самуры. Когда девушка окончательно пришла в себя и говорила теперь с друзьями, она стала невероятно обаятельной, открытой в общении. И речь ее зазвучала совершенно иначе.

– Я так поняла, вы собираетесь изобразить своего рода показательный блеф? Я иду с вами. Тридцатый этаж пока предельный для моего уровня, но допуск у меня есть. Беда в том, кем я была! Я же наемница, а наемники в Подземку не ходят.

Уверенный тон вчерашней преступницы, непреклонная решимость, твердо звучавшая в ее голосе, немало удивили собравшихся. Нисколько не удивился лишь Юн. Наоборот, он словно ожидал нечто подобного.

– Ерунда, не заблудишься! Ты не одна пойдешь, если пойдешь. И беда твоя вовсе не в происхождении. Кику, с ножом тебе не подступиться к виверне, не пробить ее толстую кожу. Виверны опасны не только зубами и ядовитым дыханием. Они не слишком поворотливые, но сражаются всеми частями тела, включая хвост. У них есть всего несколько уязвимых мест. Зрение слабое, но оно компенсируется превосходным слухом и обонянием. И участки тела, где лапы соединяются с туловищем. Там кожа тоньше… Однако знай: твой навык убийцы, позволяющий уходить в тень, тут не поможет. Виверны услышат тебя. Или учуют.

Вместо ответа Кику вышла из-за стола. Остановилась в проходе, при том едва не столкнулась с официанткой. Лея испуганно отпрянула в сторону, так как несла на заказ глиняный кувшин дорогого вина.

Кику вежливо извинилась, затем раскинула руки, подпрыгнула… и зависла в воздухе. Провисела секунд пять. Пару раз сменила место, словно парила.

– Я же валькирия, – опустившись, сказала она. – Не услышат меня и не учуют. Навыки убийцы имеют скилл «Поглощение Запахов». А оружие? Так у нас же кузнец есть. И, как я поняла – хороший.

Наемница повернула голову и загадочно посмотрела Хигаши в глаза.

– Пятьдесят тысяч, – внезапно и невпопад прозвучал голос Ушастой.

Друзья, увлеченные впечатляющей демонстрацией, разом обернулись к малой, да и Милана успела сообразить, как нелепо в свете общего настроя прозвучали ее слова. Пожала маленькими плечами и по-детски хихикнула, состряпав глупую мину.

Примеру виновницы последовали все. Смеялась даже Кику, смеялась до слез. Когда наконец успокоились, мастер снова взял слово.

– А какое оружие ты предпочтешь? – спросил он наемницу. – Меч, копье, кинжалы, цеп, топоры или что-то другое?

Девушка подошла ближе. Остановилась напротив и ответила:

– Сикку, хаккан или парный хопеш. Вместо хаккана можно отравленный сюрикен.

Неожиданно валькирия опустилась на одно колено и склонила голову, причем не перед кем-то конкретно, а сама по себе. Соратники услышали тихие слова какой-то молитвы.

– Фью-у! – крякнул Кайн.

Гном оказался не одинок в своем изумлении. Однако мастер счел совершенно ненужным сейчас акцентировать внимание на нестандартном и для многих необъяснимом поведении Кику Самура.

– Насчет сикки… не знаю, как всем… мне лично понятно, – раздумывая, произнес он. – Короткое боевое копье, снабженное вогнутым лезвием вместо обычного наконечника. Хаккан тоже знаком. Плоский обруч, заточенный по внешнему кругу. Ими нередко пользуются, к примеру, звероподобные, у кого небольшой рост. Используют хаккан или бумеранг как метательное оружие. А хопеш?

Никто из собравшихся в точности не знал, как выглядит оружие, чье название они только что слышали.

– Это что-то не японское? – спросила эльфийка.

– Скорее азиатское. Я бы предположил, арабское, – высказался Акиро.

– Нет, – отверг Юн. – Мне кажется, все-таки я где-то встречал это название. Что-то древнее. Не помню точно, то ли хеттское, то ли вавилонское или египетское.

Догадка мастера отразилась выразительными признаками уважения на лице Кику Самура. Девушка сверкнула черными глазами и отвесила мастеру почтительный поклон.

– Вы правы, – сказала она. – Это оружие древних египтян. Сейчас оно редко встречается. Полусекира, наполовину меч. Рукоять, в зависимости от руки владельца, от тридцати до пятидесяти сантиметров. Лезвие серповидное, заточенное с двух сторон. Можно рубить, можно колоть. Очень удобно наносить пробивающий удар сверху. И снизу тоже удобно за счет формы серпа, прямо из-под щита.

Она повернулась к Акиро.

– Хигаши, ты же сможешь изготовить такое?

Польщенный кузнец в раздумье кивнул.

– Если ты нарисуешь и объяснишь, разумеется.

– Тогда решено, – хлопнул в ладони мастер Юн. Договорить ему не дала Хлоя.

– Я тоже пойду! – сказала она. – Я тоже четвертого уровня. И… может, кому-то смешно, я тоже никогда не спускалась с охотниками в Подземелье. Но вы же, как мастер сказал, будете рядом. А в бою я помогу. Я вам точно понадоблюсь. Не думайте, не из-за одного навыка исцеления. Я говорила, я – бард. Знаю множество песен на баффы. Знаю песни на ослабление врага. Я пойду.

Раздумывал мастер недолго. Все правильно. Усиление способностей и навыков в бою, пусть и временное (бафф), очень поможет в схватке с сильным врагом. И Хлоя уже не та. Так просто ее не достать. Но главное преимущество большей численности их пати заключалось в том, что «грифоны» увидят уже не двух, а четверых бойцов, с кем им придется считаться. Тридцатый уровень Подземелья! Не шутка.

– Хорошо! – согласился наставник. – Идешь с нами, Хлоя.

– Ну, вот, – как-то обиженно промямлила Милка. – А мы опять как обуза. Бесполезные и ненужные.