Текст книги "История героя: Приквел (СИ)"

Автор книги: Yevhen Chepurnyy

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 40 страниц)

– Ты хочешь гнаться за ним сам? – удивилась Лань Тин. – Этот человек – искусный отравитель. А Мань попыталась остановить его, и еле унесла ноги.

– Отравитель? – залихватски фыркнул юноша. – Вот и хорошо – попробую силы перед схваткой с моим врагом. Если же ты не доверяешь мне, – он поглядел на собеседницу с подчёркнуто обиженным видом, – я могу позвать с собой Юэсюаня – среди моих товарищей, он самый сильный и надёжный.

– Вовсе нет, Сяо-Фань, я доверяю тебе, – примирительно ответила юная правительница. – Я всего лишь не хотела подвергать тебя излишней опасности. Но если ты уверен в своих силах, я положусь на тебя. Вора, унесшего реликвию, легко узнать – его кожа синяя, словно у демона. Такое бывает, когда практик ядовитых техник развития поддаётся одержимости силой, и заходит слишком далеко, или же использует неправильное сочетание алхимических препаратов. Не сочти это слабостью – тело злодея источает смертельный яд, от которого уже погибли несколько моих соплеменников.

– Я не оставлю его без наказания, – успокаивающе ответил юноша. – Что насчет украденной реликвии?

– Тысячелетняя Ядовитая Жаба – камень, служащий источником самого могущественного яда, что известен моему племени, – медленно ответила девушка. – Опусти его в море на восточном берегу, и у западного начнёт всплывать мёртвая рыба. Формой своей камень немного напоминает жабу – оттуда и название.

– Тогда надо спешить, – озабоченно произнес юноша. – Кто знает, что этот безумный любитель яда хочет сотворить со столь опасным оружием? Как мне его найти?

– Двигайся на север, – отозвалась чуть приободрившаяся Лань Тин. – Он идёт по большой дороге, не скрываясь.

– Гордыня выйдет ему боком, – криво ухмыльнулся Сяо-Фань. – Я скоро, – он поднялся из-за стола, весело бросив:

– Ты и соскучиться не успеешь, сестрица, – и, не медля, двинулся к выходу.

***

Ван Фань нагнал вора не более чем за четверть часа. Неизвестный практик ядовитых искусств спокойным шагом двигался по тракту, вьющемуся между трубками бамбуковых стволов. Дорога была пустынна – лишь одинокая человеческая фигура была видна на многие ли вокруг. Сяо-Фань прекратил выполнение техники Шагов по Облачной Лестнице, и спланировал на дорогу чуть позади незнакомца. Тот и впрямь выглядел, словно злой дух, обладая полностью синей кожей, сходной оттенком с кожурой баклажана. Он явственно гордился своим уродством, выставляя его напоказ: лёгкий жилет и короткие штаны с сандалиями не скрывали его жутковатой расцветки. Сяо-Фань, поддавшись неожиданному порыву, издал лихой посвист, и неизвестный, прекратив свой неспешный шаг, обернулся. Его глаза, жёлтые, словно у кошки, с тенью интереса оглядели юношу, остановившегося на безопасном расстоянии. Ван Фань не спешил сближаться – воздух вокруг синекожего незнакомца был наполнен едва заметными пляшущими пылинками, словно он стоял под лучом света в полумраке. Мастер ядов был защищен своим верным оружием, и любой, рискнувший войти в окружающую его еле заметную тучу, ощутил бы на себе все его искусство.

– Отдавай Тысячелетнюю Ядовитую Жабу, и иди своей дорогой, – предложил юноша. – Еще не поздно решить дело миром.

– Что-что? – прищурился синекожий мужчина с показным вниманием. – Я не очень-то хорошо тебя расслышал, младший, может, подойдешь поближе?

– Значит, добром не хочешь, – вздохнул Ван Фань. – Дам тебе последний шанс – положи реликвию на землю, и ступай прочь. Коли не согласишься, не вини меня за безжалостность – духи убиенных тобой мяо нуждаются в жертве.

– Класть столь ценные вещи в дорожную пыль – неуважительно, – насмешливо осклабился незнакомец, на сей раз не показывающий притворной глухоты. – Подойди, и я передам тебе Тысячелетнюю Ядовитую Жабу из рук в руки.

– Похоже, яд разъел тебе не только кожу, но и мозг, – тяжело вздохнул Сяо-Фань. – Прощай, самонадеянный глупец.

Синекожий неизвестный не показал ни капли тревоги на слова юноши. Не взволновало его и то, что Ван Фань неспешно опустил ладонь на рукоять меча – лишь затанцевали быстрее едва заметные черные точки в окружающем его воздухе. Отравитель был уверен в себе, и своей силе, выказывая лишь пренебрежение своему противнику – он не пытался ни сближаться, ни атаковать, все так же стоя на месте в расслабленной позе. Сяо-Фань криво ухмыльнулся его спеси, и рванул меч из ножен. Жалеть убийцу и вора он не собирался.

Клинок юного воителя описал плавную дугу, и вдруг взревел бурной яростью лесного пожара. Воздух между двумя противниками вспыхнул, заполонив огнем и едким дымом все пространство от края до края торгового тракта, и лизнув бамбуковые стволы, заставляя их трещать и корчиться от невыносимого жара. Пламенная стена рванулась навстречу синекожему, и нахлынула на него штормовой волной адского жара. Ван Фань не разменивался на мелочи, сходу применив одну из самых зрелищных техник стиля Четырех Форм Великих Государей – “полет алого феникса”.

– Кха, кха, – раздался хриплый кашель мастера ядов откуда-то из глубин пламенного ада. – Неплохой трюк, мальчишка, но им меня не победить, – огненная атака понемногу погасла, и скалящееся торжествующей улыбкой синекожее лицо показалось из клубов дыма. – А сейчас, я покажу тебе всю силу…

Он не договорил – трудно вести беседы, когда твоя голова слетает с плеч, начисто срубленная ударом меча столь стремительным, что свет едва успевал за его призрачным движением. “Полет алого феникса” был всего лишь отвлекающим маневром, и способом избавиться от ядовитой тучи. Единственный и последний удар этого боя Сяо-Фань нанес, применив “полет небесного духа”.

Юный воитель брезгливо осмотрел клинок меча, испачканный в темной крови мертвого отравителя, и принялся чистить оружие. Ему предстояло со всей возможной осторожностью найти на пропитанном ядом трупе Тысячелетнюю Ядовитую Жабу, и не менее бережно отнести ее обратно. Он задумчиво оглядел бамбуковые стволы и побеги окружающей рощи.

***

– Ты не врал, – изумленно воззрилась Лань Тин на вошедшего в ее дом Ван Фаня. – И часа не прошло. Или ты не смог остановить негодяя?

– Смог, – коротко ответил юноша, опуская на пол бамбуковую колоду. – Реликвия здесь, труп врага остался там. Мне пришлось съесть с десяток противоядий, возясь с ним. Даже без головы, мерзавец отравлял все вокруг.

– Хорошо, что ты не пострадал, – облегченно вздохнула Хуан Цзюань, сидящая за столом рядом с подругой. Девушки были заняты обсуждением дел племени – перед ними лежал большой лист пергамента, с изображенной на нем подробной картой окрестностей. Она окинула юношу обеспокоенным взглядом, и продолжила со своей обычной иронией:

– Мне бы не хотелось объяснять твоим друзьям и невесте пропажу и смерть их соратника и любимого. Тем более, ты не предупредил их, куда направляешься.

– Я же справился, – пожал плечами третий ученик Уся-цзы. – Да и времени это много не заняло. Зачем мне беспокоить друзей из-за каждого пустяка?

– Достаточно похвальбы, о великий воин, – насмешливо прищурилась Хуан Цзюань. – Мы уже поняли – ты поверг врага одним-единственным ударом, и задержался лишь потому, что любовался солнечными бликами на речной воде.

– Двумя ударами, – со скучным видом поправил ее Ван Фань. – И задержала меня возня с вашей реликвией. Она разъела три бамбуковые колоды, покуда я добирался обратно, – его собеседница с недоверчивым видом покачала головой. Тем временем, Лань Тин заглянула внутрь бамбукового вместилища, и довольно кивнула.

– Реликвия цела и невредима. Спасибо, Сяо-Фань, ты оказал нам великую услугу. Но вот незадача, я не знаю, чем тебя наградить, – она задумчиво наморщила лоб, садясь обратно за стол. – Может, знаниями?

– Он полностью изучил “Малый канон ядов”, сестрица, – покачала головой Хуан Цзюань. – Большой же утерян, а без него нам нечему больше учить Сяо-Фаня.

– Это было бы не так, не раскрой одна моя младшая сестра все тайны племени этому ханьцу, – сердито воззрилась на нее юная правительница. Ее подруга лишь весело фыркнула.

– Может, позволить тебе обучаться с нашими воинами? – с сомнением продолжила Лань Тин, но тут же возразила сама себе:

– Нет, твое боевое искусство превосходит их умения на голову. Они не сумели и приблизиться к вору, что унес Тысячелетнюю Ядовитую Жабу.

– Я приму любую награду, – подал голос Ван Фань. – Даже обычной благодарности будет достаточно. Мы друзья, и я помог вам из дружбы, а не ради корысти.

– Нет-нет, славному деянию – славная награда, – с отсутствующим видом ответила юная правительница, накручивая волосы на палец. – Может, ты что подскажешь, Цзюань?

– Даже и не знаю, – ответила та. – Разве что эта пещера, – ее палец лег на карту, указывая на что-то, видимое лишь двум девушкам.

– Достаточно ли будет этого? – неуверенно ответила Лань Тин. – Да, Сяо-Фань – практик боевых искусств, и ему будет интересно, но полезно ли?

– Пещеры достаточно, – с уверенностью, которой не ощущал, заявил упомянутый. – Я уже в предвкушении. Что бы в ней ни было, я жажду на него взглянуть, и не приму другой награды, – стремление Лань Тин осыпать его дарами начало тяготить юношу – он и вправду не ждал награды за содеянное, и не хотел обирать племя, уже одарившее его более чем богато. Прогулка же в некую пещеру ценным даром, по его мнению, быть не могла.

– Ну ладно, – пожала плечами Лань Тин. – Раз ты так заинтересовался ею, пойдем сейчас. Здесь недалеко.

***

– “Я, Дуань Сычжоу, третий государь царства Да Ли, доживаю свой век в этой пещере, и не хочу, чтобы мое боевое искусство умерло со мной. У меня не осталось наследников, а друзья предали меня, польстившись на власть и мирские блага. Пусть же Божественный Меч Шести Меридианов унаследует достойный,” – прочитал Ван Фань.

Он и девушки стояли внутри небольшой пещеры, упрятанной в заросшем лианами подножии скалы неподалеку от селения племени Лань. Заметно было, что сие скальное отверстие некогда служило жилищем кому-то: у стены, на каменной плите, было обустроено скромное ложе, а в центре лежал круг закопченных камней – явный очаг. На противоположной от лежанки стене были высечены прочтенные юношей символы, и многие другие.

– Вам все же удалось щедро наградить меня, сестрицы, – задумчиво произнес Сяо-Фань. – Даже более, чем щедро. Как бы я не остался вам должен.

– Тебе известен описанный здесь стиль? – полюбопытствовала Хуан Цзюань.

– Нет, – рассеянно ответил юноша, скользя взглядом по вырезанным в камне значкам. – Но описание очень подробное, и заметно, что он сложен и могуществен. К тому же, семья Дуань, правящая Да Ли, известна пальцевыми техниками Одного Ян, которыми они пользуются с незапамятных времен. А это значит, что Божественный Меч Шести Меридианов – не только утерянные знания, но и тайные. Кто-нибудь еще знает об этой пещере?

– Нет, – покачала головой Лань Тин. – Когда она была найдена, воины пытались практиковать описанный на скале стиль, но ни у кого из них не получилось его освоить, а некоторые и вовсе получили травмы. Постепенно, все о ней забыли.

– Хорошо, – задумчиво промолвил юноша, не отрываясь от написанного на стене. – Я сохраню для вас эту тайну. Храните ее и вы – если она станет известна, сюда явятся как люди семьи Дуань, так и могущественные воители, жаждущие получить это знание. Ни от тех, ни от других народу мяо добра ждать не стоит.

– Мы так и сделаем, – уверила его Лань Тин. – Как много времени тебе понадобится для изучения стиля, Сяо-Фань?

– Много, – отрешенно промолвил тот, усаживаясь на каменное ложе. – Несколько дней, не меньше. Я был бы рад вашей компании, сестрицы, и мне понадобится спутник, чтобы помочь мне, если что-то пойдет не так. Но вас я задерживать не могу – племя нуждается в вас больше меня. Можете привести сюда Ши Янь? Ей я доверяю, как себе, и поручусь за нее, чем угодно.

– Хорошо, я приведу сюда твою невесту чуть позже, – ответила Хуан Цзюань. Юноша лишь коротко кивнул, продолжая вглядываться в надписи на стене. Девушки, переглянувшись, двинулись к выходу.

***

Сяо-Фань зашипел от боли, и вскинулся так, что едва не расшиб затылок о каменную стену. Сидевшая рядом Ши Янь поспешно ухватила его за плечи, пытаясь сдержать дальнейшие судороги.

– Что мне делать? – требовательно спросила она.

– Подай… иглы, – сквозь зубы выдавил Ван Фань. Приняв акупунктурный набор, он лихорадочными движениями установил с десяток игл себе в торс, и, длинно выдохнув, облегченно обмяк.

– Что произошло, Сяо-Фань? – обеспокоенно спросила девушка. – Опять не получилось?

– Не получилось, – раздраженно покачал головой тот, извлекая иглы. – И не получится. Чего-то не хватает, чего-то важного. Будь мое развитие внутренней энергии на порядок выше, я бы сумел восполнить эту нехватку грубой силой, но сейчас, я словно пытаюсь научиться танцу, не зная, как ходить.

– Тогда, может, оставишь это дьявольское искусство? – предложила Ши Янь. Ее руки, скользнув по торсу юноши, обвили его шею. – Ты силен и без него, и станешь еще сильнее, нужно только продолжать работать над собой.

– Ты совершенно права, Ласточка, – ответил Ван Фань, чуть повеселев. – Я все же перепишу все с этой стены перед уходом, и посоветуюсь с учителем о Божественном Мече Шести Меридианов. Но сейчас, меня занимает очень важный вопрос, – он повернулся к девушке, и воззрился на нее с серьезнейшим видом. – Не кажется ли тебе последнее пристанище Дуань Сычжоу неприятным местом, милая?

– Ничуть, – озадаченно ответила девушка. – Оно по-своему уютно. К чему ты ведешь?

– Впервые за долгое время, мы по-настоящему наедине, – с готовностью ответил юноша. Его руки легли на спину девушки, нежно ее поглаживая. – Никто не побеспокоит нас здесь, как долго бы мы не отсутствовали. Теперь понимаешь?

– Кажется, да, – не менее серьезно ответила Ши Янь, высвобождаясь из его объятий, и вставая. Под удивленным взглядом Сяо-Фаня, она подошла ближе, и с удобством устроилась у него на коленях.

– Ну, чего же ты ждешь? – с улыбкой спросила она, сжимая юношу в объятиях. – Поцелуй меня скорее, – тот с удовольствием выполнил ее просьбу.

***

Прощание Гу Юэсюаня и его соратников с гостеприимным племенем мяо было теплым и дружеским. Хуан Цзюань и вовсе подошла к Ван Фаню, и коротко обняла его, невзирая на мечущую молнии из глаз Ши Янь.

– Жаль, что ты уезжаешь, Сяо-Фань – с тобой весело и интересно. Признаюсь, ты изменил мое мнение о ханьцах в лучшую сторону, – с сожалением вымолвила она, и обратилась к все пытающейся испепелить ее взглядом девушке. – Береги своего мужчину, сестрица Ши Янь. Он у тебя очень хороший, – та чуть расслабилась, и стесненно кивнула в ответ.

– Не огорчайся, Цзюань, – улыбнулся юноша. – Как-нибудь в будущем, я загляну в гости. После победы над нашими врагами, мы с Ласточкой отправимся в путешествие – зайдем и к вам.

– Отлично, – ответила на улыбку девушка. – Вы всегда будете желанными гостями в моем доме. Быть может, мы с тобой даже обменяемся кулинарным опытом, сестрица Ши Янь – Сяо-Фаню явно понравились блюда наших поваров.

– Главное, не смешивай поварское искусство с ядоварением, – хихикнула та, окончательно успокоившись.

– Некоторые яды очень даже хороши на вкус, – хитро поглядела на нее Хуан Цзюань. – Но не волнуйся, отравиться в гостях у народа мяо можно разве что случайно. Буду ждать нашей новой встречи, друзья.

– Увидимся, Цзюань, – доброжелательно кивнул ей Ван Фань.

Простившись с новыми друзьями и знакомыми, молодые воители отправились в обратный путь. Дорога домой, как и всегда, обещала быть короче и легче.

Примечания

[1] Один бу примерно равен 1.6 м.

[2] Один доу равен 10 л.

[3] Хань (汉, han) – самоназвание этнических китайцев.

Глава 26, в которой герой сталкивается с плодами бессмысленной жестокости, и не может сдержать чувства

Уся-цзы уже долго не отрывался от сделанной Сяо-Фанем копии описания стиля Божественного Меча Шести Меридианов. Старый мудрец прочел содержимое небольшой стопки бумажных листов несколько раз, внимательно и вдумчиво, но все не откладывал тонкую книгу в сторону. Он то и дело возвращался в начало книги, куда Ван Фань скрупулезно скопировал завещание Дуань Сычжоу, и вглядывался в аккуратно выписанные иероглифы, словно пытаясь отыскать спрятанный в знаках тайный смысл. Наконец, старец отложил книгу, и обратился к терпеливо ждущему третьему ученику.

– Я не изучал пальцевые техники Одного Ян, – заговорил он, но тут же замялся, со смущенным видом оглаживая бороду. – Не изучал, – возобновил свою речь он, – но наблюдал их в действии, в исполнении князя Дуань Юя, в те времена, когда еще странствовал по рекам и озерам. Опираясь на эти воспоминания, я создал пальцевые техники Сяояо, у которых много общего со стилем семейства Дуань. Оно, это семейство, довольно известно на юге Поднебесной, и никогда не делало большой тайны из своих боевых искусств, хоть и не обучало им посторонних. У клана Дуань нет своей собственной техники развития. Можно предположить, что она все-таки есть, и хранится в тайне, подобно найденному тобой стилю Божественного Меча Шести Меридианов, однако же доподлинно известно, что Дуань Юй практиковал ядовитые техники развития, а его дядя Дуань Чжэнмин, принявший монашеское имя Бэньчэнь – шаолиньские, основанные на буддистских сутрах. Оба они также владели стилем Одного Ян, и некоей иной пальцевой техникой легендарной мощи, бывшей, скорее всего, Божественным Мечом Шести Меридианов. Это единственная общность в практикуемых ими стилях, – Уся-цзы перевел дух, отрешенно разглядывая лежащую перед ним книгу.

– Я согласен с твоим предположением об отсутствии некоей важной части в описании практики Божественного Меча Шести Меридианов, – снова заговорил он, – и считаю, что эта часть – пальцевые техники Одного Ян. Техники развития могут включать в себя боевые приемы, подобно изученному Цзи Искусству Ревущего Тигра, а боевые стили способны менять меридианы практика. Скорее всего, эта книга, – он кивнул на лежащую перед ним стопку листов, – бесполезна без семейного искусства правителей Да Ли.

– Могли бы вы изучить Божественный Меч Шести Меридианов, учитель? – спросил Сяо-Фань. Лицо юного воителя выражало крайнюю степень сосредоточенности.

– Пожалуй, смог бы, – отрешенно вымолвил старец. – Но я не стану делать этого. Жажда познания не так сильна во мне, как в тебе, Сяо-Фань. Не гонюсь я и за увеличением своей силы – я всего лишь немощный старик, отошедший от дел, – здесь Ван Фань с великой укоризной во взоре посмотрел на своего учителя, лишь вчера вышедшего на учебную дуэль против него, и обоих его старших, и без труда победившего всех троих. Тот не обратил на пронзительные взоры ученика ни малейшего внимания.

– Я оставил все прочие стили, встав на путь меча, – заговорил Сяо-Фань, прекратив сверлить учителя взглядом. – Мечные техники, известные мне, могущественны и разнообразны, и для меня было бы лицемерием жаловаться на их недостаточность. С их помощью, я побеждал мастеров меча, знатоков внешних техник, и умельцев, пользующихся в бою ядами. Но все же, – он запнулся, и продолжил, заметно смущаясь:

– Когда я читаю описание этого стиля, – он кивнул на свой скромный список с наследства Дуань Сычжоу, – во мне просыпается тот ребенок, что наблюдал истинное мастерство в вашем, учитель, исполнении, тогда, на дороге из Дома Музыки и Меча в долину Сяояо. Возможности стиля Божественного Меча Шести Меридианов восхищают и поражают воображение, и я жажду его изучить. Это не будет бесполезной тратой времени и сил – многие опасности ожидают меня и моих старших на реках и озерах, и каждая крупица знаний, могущая помочь в борьбе с ними – бесценна. Прошу вас, учитель, помогите мне освоить этот стиль. Я знаю – с вашей мудростью, вы найдете решение.

– С моей мудростью, – тяжело вздохнув, протянул Уся-цзы. Пожевав губами, он продолжил, ворчливо и недовольно:

– Ты, верно, хотел сказать “с моими связями”, негодный мальчишка. Ладно, так уж и быть, я помогу тебе, – он сердито оглядел радостного Сяо-Фаня, что вскочил на ноги и низко поклонился, и добавил:

– Жди здесь, я сейчас вернусь, – он встал, и легкими шагами двинулся вглубь долины Сяояо, в сторону домика, что принадлежал смотрителю Ху. Через несколько минут, Уся-цзы вернулся, и уселся обратно за стол, где он и ученик обсуждали найденный последним стиль.

– Я отправил весточку Юэ Цзайюаню, – с видимой неохотой промолвил старый мудрец, и нерадостно хмыкнул. – Как видишь, не только ты обладаешь знакомствами в Доме Сокровищ. Завтра, прибудет его ответ, и так необходимая тебе помощь. Кроме того, я сообщил Юэсюаню, что ты задержишься в долине Сяояо. За то время, что понадобится тебе для освоения новых стилей, он вновь посетит крупные секты северо-запада, и обменяется с ними всеми имеющимися новостями о Периоде Невмешательства. Может статься, это прольет немного света на прячущихся в тенях злодеев, что используют милость императора в своих целях. Скажу без утайки – меня очень тревожат как выясненные вами вещи, так и предположения о причастности Восточной Канцелярии. Если вы правы, Поднебесную ожидает великое бедствие. Но не будем об этом, – старец тряхнул плечами, словно пытаясь сбросить с них затронутую неприятную тему. – Сегодня, ты можешь отдыхать, посещать друзей, и общаться с любимой. Не сомневаюсь, она откажется отправляться куда-либо без тебя, – хитрая улыбка на мгновение оживила лицо старого мудреца.

– Ваши слова – золото и жемчуг, учитель, – весело отозвался юноша, вставая. – Конечно же, я последую им.

***

Сосредоточившись, Сяо-Фань выбросил вперёд кулак с вытянутыми указательным и средним пальцами, с которых тут же сорвался едва заметный сгусток энергии, плотный и тяжёлый настолько, что воздух загудел от его стремительного полёта. Импульс ци ударил в самую середку круглой мишени, проделав в ней широкую дыру с рваными краями, и разнеся в щепки деревянный упор. Тренировочный снаряд осыпался обломками, а Ван Фань ощутил неожиданно навалившуюся на него усталость.

– Хорошо, но поработай над контролем – ты слишком вложился в этот удар, – серьёзно заметил Уся-цзы, присутствующий на тренировке ученика. – Тебе нет необходимости спешить в освоении техник Одного Ян – наоборот, важно понять их как можно лучше, если ты хочешь с их помощью изучить Божественный Меч Шести Меридианов.

– Вы правы, учитель, – разбито выдохнул юноша, опускаясь на траву. Он прикрыл глаза, регулируя дыхание, и вскоре усталость разжала свою хватку на его теле.

– Я вижу некоторое сходство стиля Одного Ян с пальцевыми техниками Сяояо, но там, где созданный вами стиль естествен и гибок, метод семьи Дуань – тяжеловесен и громоздок, – промолвил он, немного восстановив силы. – Изучать его после после пальцевых техник нашей школы – что перейти с меча на булаву-метеор.

– Может, ты и прав, а может, и нет, – ухмыльнулся старец. – Князь Дуань Юй, будучи глубоким стариком, мог с помощью этого стиля играть в облавные шашки, двигая каждую из фишек с непревзойденной точностью, и применять акупунктурную медицину, не используя иглы. Не делай поспешных суждений, ученик – они чаще всего оказываются неверными.

– Шашки. Облавные, – медленно проговорил Сяо-Фань, поднимаясь на ноги. Он вновь протянул вперед два пальца, медленно и спокойно, и меж их кончиков словно зажглась ослепительно-яркая игла света. Необычный снаряд сорвался с руки юноши, и ударил в скальную стену, оставив на ней постепенно ширящуюся трещину. Сам же Ван Фань, пошатнувшись, рухнул на землю, и замер без движения.

– Талант не должен бежать впереди осторожности, – тяжело вздохнул Уся-цзы, и, кое-как пристроив своего обморочного ученика на траве в сидячем положении, уселся сзади него, и приложил ладони к широкой спине юноши. Воздух вокруг них на мгновение пошел маревом, словно пустынный песок под жарким солнцем, и Сяо-Фань, глубоко вздохнув, выпрямился.

– Простите, учитель, – виновато сказал он. – Впредь, я буду осмотрительнее.

– Надеюсь на это, – с усталой обреченностью ответил старый мудрец. – Ты верно все понял, но вновь поспешил с приложением сил. Попробуй начать с самого простого, и самой малой толики ци, – Ван Фань согласно кивнул, и поднялся на ноги.

***

Сяо-Фань резко подхватился на ноги, и грязно выругался. Он яростно воззрился на описание Божественного Меча Шести Меридианов, удерживаемое им в руке, и сжал было пальцы, чтобы безжалостно смять стопку бумажных листов, но все же удержался от бессмысленной порчи книги. Вместо этого, он разжал пальцы, уронив ее на землю, и, зло сжав губы в линию, отвернулся.

– Снова не вышло? – сочувственно спросил Уся-цзы. Старый мудрец сидел неподалеку, устроившись за своим любимым чайным столиком с чашкой в руке.

– В том-то и дело, что вышло, – ответил Ван Фань, кое-как смирив одолевающую его злость. – Энергия течет именно так, как нужно, и я чувствую, что техника выполняется в точном соответствии с описанием. Но этот, – он сжал зубы, заталкивая рвущиеся наружу ругательства поглубже.

– Результат много слабее слабейших из известных мне приемов, – сдавленно продолжил юноша. – Самая простая техника стиля, Меч Шаошан, перегружает мой меридиан легких за несколько секунд, и неспособна нанести вред даже насекомому. “Божественный меч” оказался сплетен из соломы, – он раздраженно выдохнул, замолкая.

– Сдается мне, твои волнения излишни, – успокаивающе ответил старец. – Если все дело в силе, то наоборот, ты в полушаге от успеха. Проделай-ка все еще раз, под моим наблюдением, – он подошел к ученику, и взял его за запястье левой руки. Тот прикрыл глаза, и вытянул правую руку вперед. Ее ладонь сжалась в кулак, с большим пальцем, лежащим поверх указательного. С большого же пальца и сорвалось едва заметное искажение воздуха, которое, пролетев пару чи, исчезло без следа.

– Ты был совершенно прав – все дело в силе, – довольно улыбнулся Уся-цзы. – Впервые за долгое время твоего ученичества, тебе не хватает грубой мощи, – он окинул хитрым взглядом озадаченно моргающего ученика. Тот непонимающе воззрился на свои мускулистые руки, что могли гнуть стальные прутья безо всяких техник усиления.

– Какой из твоих методов развития наилучшим образом укрепляет меридиан легких? – спросил Уся-цзы.

– Искусство Китового Дыхания, – медленно ответил Ван Фань. В глазах юноши начало зарождаться понимание. – Искусство Солнца и Луны если и уступает ему, но ненамного.

– Ты будешь практиковать их всю следующую неделю, поочередно, – удовлетворенно кивнул старец. – Большой удачей было то, что ты приобрел у Юэ-младшего именно Искусство Китового Дыхания – оно оказалось весьма кстати.

– Но даже неделя непрерывной практики методов развития не даст мне нужного прироста сил, – проговорил Сяо-Фань. Его слова звучали не утверждением, но вопросом: юноша видел, что у его учителя уже есть решение.

– И поэтому, ты будешь практиковать их особым образом, – ухмыльнулся старец. – Трудным, болезненным, и очень неприятным. Ты можешь отказаться в любое время, но знай: лишь этот способ даст тебе нужную силу в короткий срок.

– Меня не пугают трудности, – воодушевленно ответил юноша. – Что это за способ?

– Рядом с ним очень любит бездельничать Цзи, – весело ответил старый мудрец. – Ему повезло, что подобный способ тренировки для него слишком тяжел, иначе он возненавидел бы сам его вид.

– Наш водопад? – приподнял брови Сяо-Фань. – Мне нужно будет практиковать техники развития, стоя в холодной водице? Не понимаю, что в этом трудного.

– Раз уж ты так уверен к себе, приступим, – ехидно ухмыльнулся Уся-цзы. – Пойдем, нечего терять время.

***

Ван Фань изменил свое мнение о тренировках под водопадом немедленно после их начала. Он продрог в первые же мгновения, а срывающаяся с высоты четырех человеческих ростов вода словно наносила всему его телу непрерывные удары тяжелым молотом, обернутым в мягкий хлопок. Но юный воитель не показывал недовольства – ни боль, ни немеющее тело, ни лютый холод не могли отвратить его от поставленной самому себе цели – успешно освоить легендарное боевое искусство. Он все еще чувствовал разницу между своими силами, и возможностями его наиболее могущественных врагов, и собирался всерьез сократить свое отставание с помощью Божественного Меча Шести Меридианов.

Поначалу, техники развития отказывались выполняться – непрерывно валящаяся сверху вода сбивала концентрацию, а тело стремилось сжаться в комок от ледяного хлада, источаемого горной рекой, но Сяо-Фань не отступался, и вскоре внутренняя энергия его тела вновь покорилась юному воителю. Словно расплавленный металл, смешанный с жидким льдом, побежал по его энергоканалам, удесятеряя его силы, и распирая меридианы доселе невиданной мощью. Боль и холод никуда не делись – наоборот, нескончаемый пресс воды давил на юношу все сильнее, а постоянное сосредоточение туманило разум усталостью. Когда крепкие руки ухватили его за одежду, и выволокли из-под воды, юноша смог лишь смежить веки, и погрузиться в глубокий сон без сновидений. Но последней его мыслью, перед тем, как окончательно провалиться в сон, было ощущение искреннего довольства – эти несколько часов в ледяной воде заменили неделю обычных тренировок.

Последующие дни в жизни Сяо-Фаня были, как и предупреждал Уся-цзы, наполнены болью и тяжким трудом. Днем, он или тренировался, стоя под водопадом, или восстанавливался после тренировок. С лиц доктора Шэня и Сянъюнь, приглашенных для помощи юному воителю, не сходили укоризна и неодобрение: доктор и его дочь искренне считали, что Ван Фань мучит себя совершенно зря, и настолько спешить с развитием ему нет никакой необходимости. Юноша не пытался их разубеждать – он и сам не мог объяснить, отчего им вновь овладела неясная тревога и желание как можно скорее усилиться. Он победил Кукловода Мертвых лишь благодаря помощи друзей, и только благодаря ей же не погиб в том бою, но с тех пор что он, что его соратники стали много сильнее. Другой известный им враг, Оуян Сяо, намного превосходил в силе престарелого безумца, управляющего трупами, и в свое время легко одолел Юэсюаня и его спутников, но сейчас, новые товарищи, и новые умения давали их отряду шанс и против него. Тем не менее, Ван Фань не желал надеяться на то, что их общая сила принесет победу ему с друзьями, и продолжал тренироваться, как одержимый. Даже то, что разделив свои тревоги с посетившей его Ши Янь, он не встретил у любимой понимания и одобрения, не отвратило его от жажды силы.

В день возвращения Гу Юэсюаня, Уся-цзы строго наказал Сяо-Фаню прекратить тренировки под водопадом. Тот хотел было запротестовать, но, подумав, оставил эту мысль, принявшись вместо этого за освоение Божественного Меча Шести Меридианов. Когда старший ученик Уся-цзы отыскал младшего, ему предстала странная и даже несколько пугающая картина – Ван Фань водил протянутой вперед рукой по воздуху, медленно и плавно, и в такт его движениям, скала, перед которой он стоял, распадалась на куски, без труда разрезаемая невидимым, но очень острым клинком.