Текст книги "История героя: Приквел (СИ)"

Автор книги: Yevhen Chepurnyy

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 40 страниц)

Глава 22, описывающая неожиданную встречу, и смертельную битву

Преследование сбежавшего врага началось по горячим следам, и продлилось до позднего вечера следующего дня. Фу Цзяньхань сумел отыскать лоскут крашеной кожи, срезанный его мечом с маски Кукловода Мёртвых, и Хэй-гэ, лучшая ищейка Дома Звероловов, немедленно встал на след. Большую часть этих двух дней друзья провели в пути, делая лишь краткие остановки для отдыха и приёма пищи, да встав на ночевку на лесной поляне, в тени раскидистых баньянов и голубиных деревьев.

Мрачное настроение господствовало в небольшом, но дружном отряде молодых воителей. Да, они одержали победу над своим врагом, и заставили его бежать без оглядки, но всем до единого спутникам Гу Юэсюаня эта победа казалась ущербной и неполной. Цзи Вэнь утратила большую часть своей обычной живости, скорбя о смертях верных питомцев. Цзин Цзи изливал в мир волны глухого раздражения – как он мимоходом признался Ван Фаню, его несказанно злило то, что Кукловод Мёртвых вновь ушёл от его верных меча и сабли. Юэсюань держался с обычным для него вежливым спокойствием, но заметно было, что общую неудачу он переживает, как свою. Фу Цзяньхань чаще прежнего прикладывался к вину, и на каждой остановке усердно тренировался в исполнении приёма “полет небесного духа” – похоже, юный воитель принял близко к сердцу недостаточный успех своего первого удара в прошедшем бою. Сяо Фу и вовсе выглядел бледной тенью прежнего себя – близость ненавистного врага, и его успешный побег, вновь разбудили голодных демонов мести в душе молодого мужчины.

Сяо-Фань же провел все их недолгое путешествие в напряженных раздумьях. Во время боя с марионетками Кукловода Мёртвых, боя простого и не потребовавшего от юного воителя тяжких мыслительных усилий, Ван Фань подметил множество странных и непонятных вещей, в облике и действиях как их врага, так и его несчастных жертв. Все это время третий ученик Уся-цзы упорно пытался сложить замеченные им детали в общую картину, и раз за разом терпел неудачу, отчего пребывал в дурном расположении духа.

Искавшая с ним общения Ши Янь не добилась многого – хоть юноша и пытался уделить внимание любимой девушке, одолевающие его тяжкие думы делали Сяо-Фаня плохим собеседником. Схожая неудача постигла Вэй Цзылин, пытавшуюся расшевелить Цзин Цзи.

Погоня за Кукловодом Мёртвых завершилась на небольшом сельском кладбище, отмеченном многими следами запустения. Деревянные и каменные надгробия давно никто не подновлял – разрушающее влияние дождя и ветра было заметно на истертых, грязных, а кое-где и покосившихся плитах и досках. Скудные пожертвования духам мертвых, все ещё лежащие у некоторых могил, неумолимое время превратило в мусор: жаровни для благовоний полнились грязью и стоялой водой, остатки свечей выглядели белыми восковыми кляксами, а то из еды и бумажных денег, что не было разбросано и растащено усилиями животных и стихий, больше пристало бы помойке, а не месту последнего отдохновения уважаемых предков. Одни только бумажные фонари, тут и там висящие на деревянных столбах, и усердно рассеивающие вечерний мрак, оживляли картину окружающей разрухи.

Лишь одно из здешних захоронений выделялось среди заброшенных и грязных могил – массивный, приземистый склеп, чей вход был надёжно закрыт тяжёлой каменной плитой. Пёс Хэй-гэ остановился совсем рядом с этими прочными вратами в обитель мёртвых, и закрутился, словно в погоне за собственным хвостом.

– Самое подходящее место для мерзкого труполюба, – презрительно бросил Цзин Цзи. – Юэсюань, Сяо-Фань, сможете поднять эту дверь?

– Погодите! – воскликнул третий ученик Уся-цзы.

Поспешно выйдя вперёд, Ван Фань встал рядом с каменной плитой, и повернулся к товарищам. Погребальная надпись на ней привлекла внимание юноши, а его разум, последние два дня находившийся в непрестанном поиске ответов, вмиг разгадал её нетрудную загадку.

– Прочтите написанное на плите, друзья, – попросил он. – Ничего не напоминает, Цзи, Юэсюань, Цзылин? – в отличие от прочих могил, склеп не был отмечен именем упокоившегося в нем – лишь безликим словом “гробница”.

– Гробница Безымянного! – вскричала Вэй Цзылин, вновь доказывая остроту своего ума. На лице девушки впервые за два дня появилась довольная улыбка. – О ней говорилось в письме, что перехватил Цзян Тяньсюн! Это место чем-то важно для злодеев, стоящих за Периодом Невмешательства! – товарищи несколько оживились, обмениваясь заинтересованными взглядами.

– И… что? – озадаченно моргнул Цзин Цзи. – Нам больше не нужно убивать того отвратительного старикашку в маске? Хватит терять время, давайте поскорее вскроем этот склеп, и прикончим спрятавшегося в нем мерзавца!

– Клянусь, малыш Цзи, порой извилины твоего мозга кажутся прямее, чем клинок твоего меча, – ехидно пропела дочь Вэй Бао. Широко и ядовито улыбаясь надувшемуся Цзи, девушка продолжила наставительным тоном:

– Кукловод Мёртвых заодно с неведомыми смутьянами, а значит, в его логове могут найтись знания об их планах! Если это так, мы наконец-то прекратим плутать в потемках, и сможем напасть на след врага!

– Верно, – тотчас добавил Ван Фань. – Но подумайте ещё кое о чем. Гробница Безымянного не может не быть важна для стоящих за Периодом Невмешательства. Будь по-другому, в письме Цзян Тяньсюна был бы упомянут сам Кукловод Мёртвых, либо же некие его злодеяния. Наш враг не отступит отсюда, но будет всеми силами оборонять этот склеп. Мы загнали его в угол, – он остановился, глядя на полную мрачной радости улыбку Сяо Фу, удовлетворенный оскал Цзин Цзи, и слегка оживившегося Фу Цзяньханя. Цзылин же, напротив, помрачнела.

– Если этот склеп так важен, то и защищен он будет со всем тщанием, – встревоженно промолвила она. – Само строение невелико – в нем едва достанет места для гроба. Значит, в нем имеется вход под землю. В подобных местах легко ставить ловушки, и не менее легко – попадаться в них. Нам нужно быть осторожными, – девушка отрешенным движением погладила поясную суму, в которой держала запас противоядий и пилюль.

– Именно так, Цзылин, – вздохнул Сяо-Фань. – Но это не все возможные препятствия. Взгляните вокруг, – он обвел рукой заброшенные могилы. – Не думаю, что Кукловод Мёртвых оставил в покое здешних мертвецов. Нас может ожидать настоящее войско из оживших трупов. Если же моё предположение верно… – он сердито нахмурился, почесывая переносицу.

– Какое предположение, братец? – первой не выдержала Цзи Вэнь. – Что ещё нам мог приготовить этот негодяй?

– Он назвал твоего деда Серебряной Марионеткой, – медленно ответил ей юноша. – Кто скажет, что она у него одна, или у него нет также каких-нибудь Золотых, Нефритовых, либо Алмазных Марионеток? Если же они есть… где ещё их держать, как не в столь важном месте?

– Если ты прав, Сяо-Фань, это значит лишь одно – предстоящий бой будет менее скучен, – бесшабашно ответил Фу Цзяньхань. Прочие молодые воители не разделяли его бравады – все они наблюдали скоротечный поединок Ван Фаня с немертвым телом Цзи Чаха, и видели тяжесть ранения наследницы Дома Звероловов.

– Нам нужно быть вдвойне осторожными в поисках нашего врага, – наконец, сказал Гу Юэсюань, решительно и твердо. – Впереди нас ожидает тяжелый бой. Все ли готовы? – его соратники ответили кивками и словами согласия.

– Постой, брат, – вновь заговорил Ван Фань, и обратился к дочери семьи Цзи:

– А Вэнь, – его голос, обычно бывший преувеличенно спокойным и холодным в общении с наследницей Дома Звероловов, сейчас звучал мягко и заботливо. – Я не успел хорошо узнать тебя, но веришь ли ты мне в том, что я не хочу твоей смерти? – девушка ошарашенно кивнула, глядя на него в крайнем изумлении.

– Ты перенесла долгую болезнь, рану, и отравление, – продолжил он все так же предупредительно. – Едва оправившись от боя на горе Лэшань, ты вела нас по следу врага, почти без остановок. Мне, как целителю, заметно, насколько ты истощена. Ты не носишь доспехов, а твое оружие, – он кивнул на прицепленный к поясу девушки кнут, – плохо подходит для защиты, – он на мгновение замолчал, едва слышно вздохнув, и продолжил, твердо и настойчиво:

– Никто не вправе отобрать у тебя месть за деда, и я могу лишь просить: останься здесь. Не входи с нами в Гробницу Безымянного. Она будет опасной и для тех из нас, что сейчас в полной силе, а для тебя, раненной, восстанавливающейся после яда, станет смертельной. Прошу, оставь Кукловода Мертвых нам. Я ручаюсь тебе, мы не позволим ему уйти от возмездия. Мы также доставим тебе тело уважаемого Цзи Чаха. Каким будет твой ответ?

– Ты ведь был тем самым доктором, что лечил меня, верно, Сяо-Фань? – медленно спросила Цзи Вэнь. – И с твоего почина слуги мыли и переодевали меня?

– Это так, – серьезно кивнул тот. – Чистота была важна для твоего лечения.

– Не позволил ли ты себе лишнего при моем осмотре? – девушка вперила в Ван Фаня внимательный взгляд карих глаз. Тот невольно засмеялся этим неожиданным словам.

– Учини я нечто подобное, и моя Ласточка бы меня не простила, – все еще улыбаясь, ответил он.

– Ты хороший человек, Сяо-Фань, – лицо Цзи Вэнь смягчилось, и ее алые губы изогнулись в легкой улыбке. – Я рада знакомству с тобой. Надеюсь, в будущем наши семьи останутся дружны, – она задумчиво прищурилась, отсутствующим взглядом пробежав по камню Гробницы Безымянного. – Ты прав, в предстоящем бою я буду вам обузой. Мы с Хэй-гэ останемся охранять вход.

– Вот и хорошо, – успокоенно ответил юноша, и повернулся к своему старшему соученику с залихватской улыбкой. – Ну что, Юэсюань, время поднимать тяжести?

***

Приподняв тяжелую дверь склепа, друзья подперли ее крупным камнем, что нашелся неподалеку, и проникли внутрь. Долго искать вход в подземные владения Кукловода Мертвых не пришлось – в постаменте отодвинутого в сторону саркофага виднелся темный проем, с ведущей вниз лестницей. Смастерив факелы из найденных поблизости веток и тряпок, товарищи сошли вниз по каменным ступеням тайного хода, и медленно двинулись по его узким, извилистым коридорам. Помня о предупреждении Вэй Цзылин, идущие впереди Гу Юэсюань и Ван Фань во все глаза высматривали возможные ловушки, подсвечивая факелами все мало-мальски подозрительные места. Но первая найденная ими западня больше не представляла собой опасности. Вернее, она не представляла больше опасности ни для кого, кроме попавшегося в нее несчастного.

– Там человек, – тихо бросил Юэсюань, первым заметивший неподвижную фигуру, преграждающую им путь.

Сяо-Фань поспешно поднял факел повыше, и его колеблющийся свет выхватил из темноты круглое бледное лицо, фиолетовый халат, и некогда ухоженную черную бородку. Незнакомец пусть и выглядел стоящим прямо, но не трогался с места, и поза его была немногим более естественна, чем у огородного пугала. Сторожась и осматривая землю перед каждым шагом, Ван Фань приблизился, и разглядел толстые колья, торчащие из пола и стен, и оканчивающиеся в кровавых ранах на теле неизвестного. Человек в фиолетовом халате висел на остриях сработавшей ловушки. Ни на что особо не надеясь, третий ученик Уся-цзы коснулся запястья незнакомца, и с удивлением почувствовал слабое биение пульса.

– Он еще жив, – коротко бросил Сяо-Фань. – Нужно его освободить. Помоги, Юэсюань.

Вдвоем, старший и младший ученики Уся-цзы смогли раздвинуть сжавшиеся челюсти ловушки, и снять с ее деревянных зубов неудачливую жертву. Ван Фань принялся немедленно перевязывать закровоточившие раны мужчины.

– Давайте вынесем его на свет, – медленно и отстраненно проговорил он, старательно бинтуя неизвестного прямо поверх халата. – Мне нужно видеть, насколько он плох, прежде чем начинать лечение.

Ни единого протеста не последовало этой нежданной задержке – все спутники Гу Юэсюаня обладали той мерой великодушия, что не позволила бы оставить пострадавшего в беде. Сяо-Фань и Юэсюань, как более физически сильные, взялись нести раненого, а Вэй Цзылин с Цзин Цзи заняли их места в голове построения. Вскоре, сразу несколько рук осторожно вытолкнули бессознательного мужчину из склепа, и вся компания выбралась наружу, с любопытством оглядывая спасенного. К ним присоединилась скучавшая у входа Цзи Вэнь, которую Ши Янь и Цзылин дружно принялись просвещать о причине неожиданного возвращения. Также Ши Янь, подошедшая ближе к трудящемуся над исцелением незнакомца Ван Фаню, смогла пролить свет на личность их находки.

– Это же молодой господин Юэ, – удивленно поведала она. – Наследник Дома Сокровищ. Мы с ним не раз встречались на реках и озерах – он тоже… – девушка смущенно запнулась, – скрытен и ловок в достижении своих целей.

– Дом Сокровищ? – заинтересовалась Цзылин. – Что могло понадобиться его наследнику в этом укромном и неприглядном месте? – задумчиво нахмурившись, она обратилась к стоящему рядом старшему ученику Уся-цзы. – Как ты думаешь, Юэсюань, возможно ли, что Дом Сокровищ также расследует причины Периода Невмешательства?

– Это… хм, – смутился тот. – Младшие Дома Сокровищ ведут свои дела тайно… – молодой воитель явно не знал, что ответить.

– Вряд ли, – отрешенно произнес Сяо-Фань, не отрываясь от своей целительской работы. – Подчиненные Юэ Цзайюаня пекутся лишь о кошельке своего главы, а его мало что интересует, кроме ценностей. Скорее, Юэ-младший решил ограбить Кукловода Мертвых.

– Да что с него взять? – фыркнул Цзин Цзи. – Заплесневелые погребальные одежды?

– Может быть, наш враг – не единственная значимая личность в этой гробнице, – медленно протянула Вэй Цзылин. – Похороненный здесь неизвестный воитель мог оставить наследие, и защитить его ловушками.

– Наследие? – с тенью интереса приподнял бровь Фу Цзяньхань. – Ты ведь не о золоте и серебре говоришь, верно, Цзылин?

– Истинно так, – кивнула та. – Лишь купцы-простаки кладут в свои гробницы деньги и украшения. В могиле воителя и ценности будут те, что дороже прочих для вольного люда. Оружие, реликвии, и знания.

– Оружие? – вскинулся Цзин Цзи, блестя глазами. – Значит, в той подземной дыре может найтись древний клинок?

– Твое оружие и без того великолепно, Джи, – бесстрастно промолвил Ван Фань. – Не хуже любого древнего меча. Зачем тебе больше?

– Как ты не понимаешь, Сяо-Фань, – раздраженно скривился рыжий юноша. Его взгляд быстро обежал их соратников, и задержался на потрепанном оружии Фу Цзяньханя.

– Вот! – воскликнул Цзи, тыча в юного мастера меча пальцем. – Цзяньханю могла бы пригодиться обновка. Его мечом впору дрова колоть, а не фехтовать, не в обиду будь сказано, Цзяньхань.

– Ерунда, А Цзи, – беззаботно улыбнулся тот. – Этот меч – всего лишь инструмент. Найдется что получше – я его сменю.

Их отвлеченный разговор прервал наследник Дома Сокровищ – он резко сел, с хрипом втянув воздух в легкие. Ван Фань хладнокровно придержал его за плечо, и бережно извлек последнюю акупунктурную иглу, торчавшую за ухом Юэ-младшего.

– Не вставай пока, – спокойно обратился он к своему подопечному. – Ты же не хочешь, чтобы твои раны открылись, и ты истек кровью, а, Юэ?

– Да… То есть, нет, – сипло ответил тот, бессмысленно моргая и шумно дыша.

Пухлощекий и обильный телом, наследник Дома Сокровищ не выглядел умелым вором, каким его представила Ши Янь. Его аккуратно подстриженные волосы и бородка, вкупе с дорогим шелком халата, были бы более к месту на приеме у вельможи, нежели в его теперешнем окружении. Юэ-младший выглядел старше своих лет – борода и тучность придавали ему, заметно юному, вид почтенного отца семейства. Это впечатление было несколько исправлено выражением лица юноши: оклемавшись, он оглядел своих спасителей с шутливым весельем в глазах.

– Несказанно рад нашей встрече, о неведомые благодетели! – начал он, велеречиво и с долей хитрецы в голосе. – Ваше милосердие поистине вырвало меня из лап Быкоглавого и Конеглавого[1]! Я… – глаза юноши вдруг расширились в удивлении, остановившись на Ши Янь. Он запнулся на полуслове, и продолжил, без прежней высокопарности. – Сестрица Янь? Зачем ты здесь? Уж не пришла ли ты в эту гробницу за добычей? – он указал на каменное строение за спинами товарищей.

– Мы никогда не были друзьями, Толстяк Юэ, – холодно ответила девушка. – Не стали мы ими и сейчас, так что будь повежливее. Тем более, я и мои соратники спасли твою жизнь.

– В таком случае, я объявляю твой долг ко мне уплаченным! – с деланной торжественностью объявил Юэ. – Ты ведь помнишь тот вечер, когда я помог тебе укрыться от стражи?

– Как же я могу забыть его? – устало оглядела собеседника Ши Янь. – Ты напоминаешь мне о нем всякий раз, когда пытаешься выторговать у меня за бесценок очередную услугу, или долю в добыче. Я давно вернула тот должок сторицей, и если услышу о нем ещё раз, будь уверен, я взыщу все твои долги передо мной. Например, – она принялась напоказ загибать пальцы. – Тот раз, когда ты нагло забрался на мою землю, и обчистил склад ростовщика Цзиня. А также, тот случай в лавке древностей города Сюйду, когда я вскрыла для тебя все замки, и стояла на часах. Ты прихватил оттуда все ценное, и сбежал, оставив мне рассыпающийся от старости хлам и некачественные подделки. А ещё…

– Сестрица Янь, – поспешно прервал её пухлый юноша, – как мастер чтения лиц, я говорю тебе со всей уверенностью: твои узкая переносица, овальное лицо, и высокие скулы обещают тебе множество ссор и несчастий в будущем. Отвергая мои дружеские чувства, и ведя себя корыстно и мелочно, ты ничуть не улучшаешь положения дел! – Ши Янь, слушая его речь, безмолвно хватала ртом воздух, глядя на наследника Дома Сокровищ с оторопелым возмущением.

– Юэ, – Сяо-Фань, все ещё сидящий за спиной пухлого юноши, положил руку на его плечо.

– Да-да, доктор, я буду осторожен с моими ранами, – с лёгким раздражением ответил тот.

– Я не вижу осторожности ни в твоих действиях, ни, тем более, в словах, – спокойно вымолвил Ван Фань, не убирая руки. – Было бы разумным с твоей стороны проявить к моей подруге чуть больше уважения – мы, как-никак, спасли твою жизнь, и излечили раны, что могли стать смертельными.

– Э-э-э… хе-хе, – обернувшись, Юэ разглядел, наконец, суровый лик и могучую стать Сяо-Фаня, и заметно стушевался. Третий ученик Уся-цзы был сама доброжелательность, но ему давно уже не требовалось принимать угрожающие позы и говорить громкие слова, чтобы произвести впечатление.

– Могу ли я узнать ваше имя, благодетель? – бледно улыбнулся наследник Дома Сокровищ.

– Ван Фань, – безмятежно ответил тот. – Друзья называют меня Сяо-Фань, но друг ли ты мне, Юэ? От друзей не ждёшь неблагодарности и лукавства, – его собеседник, уже слегка успокоившийся, кивнул с покаянным видом.

– Ты прав, Сяо-Фань, – ответил он серьёзно. – Надеюсь, вы поймёте мою осторожность, собратья – случайные встречи на реках и озерах могут быть опасны, а нечистых на руку людей в Поднебесной – многое множество.

– Если тебя беспокоит наша честность, знакомство с моими старшими развеет твои волнения, – произнёс Ван Фань с бесстрастным видом, указав взглядом на стоящих неподалёку соучеников.

– Гу Юэсюань, первый ученик четвертого поколения школы Сяояо, – поклонился молодой воитель, представляясь первым. – Рад познакомиться с вами, молодой господин Юэ. Это – мой младший, Цзин Цзи, – он указал на со скукой кивнувшего рыжего юношу.

– Гу Юэсюань, Кулак Справедливости? Рад знакомству, – вернул церемонный поклон Юэ. Сяо-Фань вновь придержал его за плечо, останавливая слишком резкое движение. Когда пухлый юноша удивлённо обернулся, третий ученик Уся-цзы с усталым видом указал на все ещё не снятые с тела Юэ бинты, чем вызвал у наследника Дома Сокровищ смущенную гримасу.

– Вы спасли мне жизнь, собратья, и я обязан отблагодарить вас, – обратился тот ко всем присутствующим. – Так уж получилось, что я могу вернуть этот долг здесь и сейчас, – воодушевление вернулось в голос Юэ, вместе с лёгкой хитринкой. Он простер руку в сторону Гробницы Безымянного величавым жестом. – Знаете ли вы, кто здесь похоронен?

– Некий несчастный, чей труп ты неудачно попытался ограбить? – насмешливо фыркнул Цзин Цзи. – Верно, ты был бы более успешным вором без всего этого жира.

– Твои слова колют меня больнее любых иголок, – невозмутимо ответил пухлый юноша. – Но не беспокойся, сердитый ёжик, я развею твоё непонимание.

– Ёжик? – взвился Цзи. – Да ты сам наглая свинья! Так-то ты говоришь со своим благодетелем?

– Твои тяжёлые надбровные дуги, длинный нос, и острый подбородок говорят о скверном характере и неуживчивости, – наставительным тоном произнёс Юэ. – Совсем как у ежика. Раз уж ты – мой благодетель, я окажу тебе услугу, и не возьму платы за совет, как избежать грядущей беды. Смири гордыню, будь добрее к людям, и не поддавайся зависти, о недовольный ёжик, и тогда, быть может, твоя жизнь не окончится несчастьем, – Цзин Цзи лишь возмущенно моргал на это вежливое издевательство, потеряв дар речи.

– Хватит злить Цзи, Толстяк Юэ, – вмешалась Ши Янь. – Ты хотел рассказать нам, кто похоронен здесь.

– Верно, Ши Янь, – кивнул тот, вновь приобретя торжественный и самодовольный вид. – Здесь лежит не кто иной, как сам Непобедимый с Востока!

– Непобедимый с Востока? – прищурился Сяо-Фань. – Помнится, с ним связана некая неприличная история – вроде бы, он изуродовал себя, практикуя могущественное боевое искусство?

– Именно, – сияя довольной улыбкой, ответил Юэ. – Он захоронен здесь, под нашими ногами, и в его могиле нашло покой немалое количество его знаний!

– Много ли проку в подобных знаниях? – с сомнением спросил Ван Фань. – Я очень привязан к некоторым частям моего тела, – он невольно передернулся, и с намеком посмотрел на Ши Янь. Та прыснула, прикрывая рот ладошкой.

– Непобедимый с Востока изучил великое множество боевых искусств! – возмущенно возразил пухлый юноша. – Прежде чем придти к тому методу развития, что принёс ему славу, он долго странствовал по рекам и озерам, изучая стили и техники в попытках найти лучшее среди прочего. Сегодня, я… мы получим эти знания. В благодарность за спасение моей жизни, я согласен передать вам половину найденного, собратья!

– Благородно ли – тревожить чужие останки? – задумчиво промолвил Гу Юэсюань.

– Разрытие могил, для возвращения потомкам древних сокровищ, было одобрено ещё канцлером Цао Цао при династии Хань, с позволения Сына Неба, – немедленно возразил Юэ. – Мы не оскверняем могилу, а передаем ценности тем, кому они нужнее.

– Если так, зачем нам ты? – с немалой долей безразличия поинтересовался Фу Цзяньхань. – Мы и без тебя можем войти в эту гробницу, и взять из неё все, а не половину.

– Затем, что без меня вы ничего не найдёте! – возмутился наследник Дома Сокровищ. – Пусть ваша спутница Ши Янь и известна под прозвищем Грабительница Могил, не найдется никого, кто равен мне в этом деле! – Ши Янь, к удивлению Сяо-Фаня, согласно кивнула на это утверждение.

– Так или иначе, все это подождет, – не терпящим возражений тоном высказался Гу Юэсюань. – Наша цель – Кукловод Мёртвых, и пока мы не прекратим его злодейства, отвлекаться на что-либо иное – неразумно, – Сяо Фу мрачно кивнул, подтверждая слова товарища.

– Подождите нашего возвращения, и исцеления ваших ран, молодой господин Юэ, – мягко, но непреклонно завершил свою краткую речь старший ученик Уся-цзы. – Покончив с врагом, мы сможем поговорить о добыче древних знаний.

– Помощь Юэ пригодилась бы нам уже сейчас, – задумчиво скривившись, отметил Ван Фань. – Верный путь в логово Кукловода Мёртвых нам не известен. Не хотелось бы бесцельно блуждать по гробнице Непобедимого с Востока, собирая все её ловушки.

– Возьмите с собой Хэй-гэ, – предложила Цзи Вэнь. – Теперь, когда дверь открыта, он снова может встать на след. С ловушками он также поможет – я научила его беречься капканов. Юэ составит мне компанию здесь, – тот с готовностью закивал, с интересом глядя на девушку.

– Благодарю, госпожа Цзи Вэнь, – ответил ей Юэсюань, принимая поводок пса. – Пойдемте, друзья.

– Идите, я сейчас, – откликнулся Сяо-Фань, и обратился к наследнику Дома Сокровищ:

– Дай-ка руку, Юэ. Мне нужно убедиться, что ты доживешь до моего возвращения, – тот с готовностью протянул вперёд пухлую кисть. Ван Фань, взявшись за неё, чуть наклонился к своему подопечному, и прошептал:

– Что у тебя есть?

Третий ученик Уся-цзы был менее осведомлен в делах вольного люда, странствующего по рекам и озерам, чем его старшие, или же Вэй Цзылин, но слава Дома Сокровищ докатилась и до него. Это необычное сообщество было знаменито своим богатством, состоящим вовсе не из презренного металла – сокровища, что дали имя владению семейства Юэ, помещались на пыльных страницах книг, бамбуковых дощечках свитков, и выделанной коже пергамента. Дом Сокровищ владел бесчисленным множеством книг, хранящих в себе тайны боевых искусств. Сяо-Фань не собирался упускать идущую к нему в руки удачу, и намеревался взять все возможное от знакомства с Юэ-младшим.

– Пять техник развития, два сабельных метода, и один – для шеста, – понял его с полуслова пухлый юноша. – Золото или обмен?

– Обмен, – Ван Фань не менее быстро сообразил, о чем его спрашивает собеседник. – По возвращению я выпишу тебе, – он заговорщически ухмыльнулся, – рецепт. Договоримся тоже потом, – Юэ согласно кивнул. Его хитрая улыбка отразила выражение лица Сяо-Фаня, словно в кривом зеркале.

– Двигайся поменьше, – заговорил громче третий ученик Уся-цзы, и встал на ноги. – Все, что тебе нужно сейчас – не бередить раны.

– Спасибо, Сяо-Фань, я так и сделаю, – серьёзно кивнул его собеседник.

Уже наклоняясь, чтобы проскользнуть под каменную дверью склепа, Ван Фань заметил разговор Юэ и подсевшей к нему Цзи Вэнь. Наследник Дома Сокровищ бойко говорил что-то, бросая на собеседницу восхищенные взгляды, и блестя масляной улыбкой. Та глядела на пухлого юношу с нескрываемой иронией, но прекращать беседу не спешила. Третий ученик Уся-цзы тихо засмеялся, дивясь самомнению и общительности нового знакомого. Протискиваясь в склеп, он понадеялся, что честность Юэ-младшего не уступит прочим достоинствам характера жизнелюбивого толстяка, и их грядущая сделка завершится к обоюдному удовлетворению.

***

Хэй-гэ значительно ускорил продвижение друзей по Гробнице Безымянного. Древние ловушки не стали ему значительной преградой – каждый раз, учуяв ловчую яму либо скрытый механизм, пёс сторожко замирал, и не двигался, пока западня не была обезврежена. Но вот, не доходя до очередного ничем не примечательного поворота, верная ищейка Цзи Вэнь испуганно заскулила, и бросилась прочь, вырвав поводок из рук Гу Юэсюаня. Тот дернулся было следом, но Сяо-Фань придержал его за плечо. Поднеся палец к губам, третий ученик Уся-цзы указал на неверный свет, виднеющийся из-за угла земляной стены. Хэй-гэ все же привёл их в нужное место.

– Приготовьтесь, друзья, – шёпотом велел Юэсюань. – Выходим сразу за мной и Сяо-Фанем.

Сзади вдруг раздались писк и мягкий шум. Ван Фань удивлённо обернулся, чтобы наткнуться взглядом на Вэй Цзылин, зажмурившуюся, и судорожно стискивающую руку и плечо Цзин Цзи. Тот, порядком изумленный поведением девушки, и не думал сопротивлялся.

– Ты что творишь? – все же опомнившись, недовольно зашипел Цзи.

– Мне страшно, – тихо призналась Цзылин. – Что, если там не только мертвецы, но и… п-призраки? – последнее слово она произнесла с немалым трепетом и запинаясь. – Я не хочу увидеть их, и напугаться до смерти. Я пока подержусь за тебя, ладно, А Цзи?

– Что за чушь? – растерянно пробормотал юноша. – Ты ведь уже встречалась с этими мертвецами, и даже сражалась с ними. Скажешь, они тоже тебя напугали?

– Напугали, и очень, – нервозно ответила девушка. – Но здесь все намного страшнее. А Цзи, пожалуйста… – её голос приобрёл умоляющие нотки.

– Вот же морока, – раздраженно выдохнул второй ученик Уся-цзы. – Ну ладно.

Он осторожно отцепил руки девушки от одежды, и сжал её ладонь в своей. Та немедленно вцепилась в запястье Цзи другой рукой, на что юноша обреченно закатил глаза. Ван Фань невольно улыбнулся странной близости этих двоих, и выбросил посторонние мысли из головы. Ему, и его друзьям, предстояла жестокая схватка с сильным врагом.

Перед глазами вышедших из-за угла друзей предстала мрачная и жуткая картина, освещенная колеблющимся светом факелов. Огромная пещера лежала перед ними, и у стен ее стояли множество каменных постаментов. На них, широких, исцарапанных, и грязных, лежали трупы, как свежие, так и порядком разложившиеся, но неизменно – с многочисленными следами ножа на теле. Часть кожи была снята в одних и тех же точках на торсе и конечностях мертвецов, и в обнаженной плоти некоторых торчали металлические штыри. В центре подземной залы находился деревянный гроб, парящий, казалось, в воздухе, без какой-либо поддержки.

Пещера не пустовала – молчаливые фигуры неспешно брели от одного постамента к другому, то и дело наклоняясь к одному из лежащих мёртвых тел. Ни капли разума не было видно в движениях тихих тружеников этого странного места – лишь затверженная бездумность. Одеты они были в знакомые друзьям погребальные саваны, со странным украшением в виде исписанной иероглифами тряпки, свисающей на лицо.

– Ходячие трупы режут трупы неподвижные, – пораженно пробормотал Фу Цзяньхань. – Что за извращенный кошмар здесь творится? Словно часть Диюя выплеснулась в мир живых…

– А ты не так уж и глуп, мальчишка, – раздался знакомый товарищам голос, еще более жуткий, нежели ранее. Убийственное намерение наполняло злые и ядовитые слова Кукловода Мертвых, эхом отражаясь от стен пещеры.

– Вы – в моем царстве ныне, детки, – старик в красном доспехе появился словно из ниоткуда, встав прямо под парящим гробом. – В месте, где мертвые встают по моему велению! Эта пещера полна энергии Инь, духовного начала, силы ночи, холода, и смерти! – голос старца зазвенел внутренней силой и торжественностью. – Чистая, незамутненная Инь пропитывает трупы, сообщая им свою силу, наделяя их тела мощью… подвластной мне, и только мне! Смотрите, глупые смертные, – повинуясь небрежному жесту Кукловода, один из мертвецов легким движением спрыгнул с постамента. Безмолвные служители, моментально оказавшиеся рядом, обрядили труп в погребальные одежды – роскошные и золоченые, словно предназначенные для богатого вельможи, – и укрыли его лицо куском исписанной ткани.

– Это – моя Золотая Марионетка, – голос безумного старца источал довольство, близкое к обожанию. – Пока что, у меня их всего три – слишком много чистой Инь требуется для обработки одной. Но даже одна из них может сразить армию! Армию! – провизжал Кукловод Мертвых. – От вас же, маленькие ничтожества, любая из них не оставит и мокрого места!