Текст книги "Генштаб без тайн. Книга вторая"

Автор книги: Виктор Баранец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 31 страниц)

Пролетала ли с бешеной скоростью где-то в заоблачной выси невидимая ракета «противника», пытались ли проскочить мимо нашего наблюдательного пункта на разных скоростях и высотах самолет или беспилотная мишень – молниеносно вырывалась из ствола пусковой установки атакующая ракета, затем далеко или близко раздавался мощный взрыв, и на землю падали обломки и осколки уничтоженного «объекта».

Министр обороны несколько раз так «издевательски» закручивал новые вводные для подразделения С-300, что, казалось, даже в фантастическом бою не может возникнуть столь сложной ситуации. И снова, будто зрячая, с бешеным ревом взвивалась в небо ракета, цепко находила цель и подрывала ее вместе с собой.

Казалось, что наша ЗРС доведена до совершенства. Но я был поражен, когда на разборе испытательных пусков системы с новой ракетой, показавшей блистательный результат, Главный конструктор вдруг заявил, что у его С-300 есть еще «огромные резервы совершенствования». После этих слов министр обороны мгновенно попросил покинуть полигонную палатку всех, кто не имел отношения к работе над зенитной ракетной системой.

Москва уже в 91-м знала, что в одном из секретных американских КБ затевают «родить» более совершенного наследника «Пэтриота» с кодовым названием «ПАК-3». Самолюбивые американцы поставили перед собой задачу-максимум – сделать такую ЗРС, которая была бы самой сильной в мире. А значит – лучше русской. Американцы прощают себе многие слабости. Но они не любят быть вторыми. Особенно – после русских…

Был и еще один повод, который сильно терзал самолюбие наших конкурентов: они не хотели смириться с тем, что Россия, военно-промышленный комплекс которой «стоит на коленях», вынуждает великую и процветающую Америку «смотреть себе в затылок».

В начале 92-го года российский Генштаб уже имел сведения, что ЦРУ и разведывательное управление министерства обороны (РУМО) США разработали секретную операцию для решения «проблемы С-300».

Есть в военно-технической сфере один старый неписаный закон: если тайну устройства оружия противника нельзя разгадать, его воруют или покупают. Сами американцы признавались, что на разгадку С-300 им придется потратить не менее 10 лет. А это – гигантские расходы, почти 1 млрд долларов. Нужно было найти гораздо более экономное решение задачи. И оно было найдено…

Американцы намеревались идти к цели двумя путями: первый – заиметь ЗРС целиком в самой России, второй – добыть ее полностью или по частям в армиях некоторых республик бывшего СССР, где было несколько систем С-300 или их компонентов. Операция разрабатывалась и осуществлялась под личным кураторством бывшего министра обороны США Фрэнка Карлуччи и госсекретаря США Джеймса Бейкера. При этом РУМО выступало в роли непосредственного покупателя системы.

Для решения подобных задач американские спецслужбы часто используют реально существующие или подставные коммерческие фирмы и компании. И операция «С-300» не стала исключением. А чтобы стимулировать рвение коммерсантов в борьбе за добывание С-300, Пентагон даже установил среди них что-то наподобие конкурса: больше денег на покупку мог получить тот, кто добьется наиболее значительного результата.

Возможность заработать солидный куш привлекла к операции матерых специалистов. К ней, по данным наших спецслужб, проявил горячий интерес и участник аферы «Иран-контрас» торговец оружием из Канады Эммануэль Уайнберсгер. А в роли одного из посредников выступала компания «Би-Ди-Эм» (собственник – «Карлайд груп»).

ПОКУПАТЕЛИ

Приобрести С-300 непосредственно в России американцам долгое время не удавалось. А им принципиально важно было заиметь С-300 именно у нас, целиком и именно ту, что состоит на вооружении Российской армии (ЗРС имеет несколько модификаций, которые отличаются не только аббревиатурой названий – С-300В, С-300ПМУ, С-300ПМУ-1, но и разными типами тягачей – гусеничным или колесным, – а также некоторыми другими принципиально важными элементами).

Американские «покупатели» стали совершать визиты в Москву и вести нерекламируемые переговоры с чиновниками из правительства, Минобороны, военно-промышленного комплекса о возможности покупки С-300. В ЦКБ «Алмаз» (генеральный конструктор А.Лиманский), разработавшем системы типа С-300ПМУ, им, как говорится, с порога было отказано. На то было несколько причин: система еще шла в наши войска, хватало других серийных иностранных заказов, да и к тому же позиция Главкома Войск ПВО генерала Виктора Прудникова была категоричной: «Не нужно с американцами этим заниматься».

Получив отказ на «Алмазе», американцы на переговорах с руководством другого ЦКБ – «Антей» (разработавшего С-300В) сменили тактику. Они стали давить на самую больную мозоль русских: мол, ваш ВПК задыхается от безденежья, растут долги государства перед бюджетниками и потому большой грех отказываться от получения почти 300 млн долларов. У некоторых сотрудников «Антея» при названии этой цифры загорались глаза. Получить такой куш, когда людям вовремя не выдают зарплату, было крайне соблазнительно…

В то время «Антей» (генеральный конструктор Вениамин Ефремов) находился в тяжелом экономическом положении. К тому же был уже на выходе проект модернизации системы – С-300ВМ, что и побудило антеевцев пойти на переговоры.

Таким образом, покупатели из США сумели найти тех «генералов российского ВПК», которые стали затем активными лоббистами продажи С-300В. Они в письмах президенту и на совещаниях в правительстве стали говорить, что неразумно «солить» оружие в условиях значительного потепления международного климата и жестокого финансового кризиса в стране и в оборонке. Они утверждали, что из-за своего «глупого упорства» мы теряем возможность получить огромные деньги на модернизацию С-300 и развитие новых военных технологий и вооружений. Так российские власти двигались к выбору между «большой американской валютой» и оборонной безопасностью государства…

Мне много раз в последние годы приходилось сталкиваться со странным феноменом. Некоторые директора военных заводов и конструкторы костьми ложились, когда возникала опасность, что их любимые детища могут попасть в руки иноземцев даже за баснословные деньги. А потом вдруг все резко менялось: вчерашний яростный поборник военной мощи России, бдительный страж наших лучших вооружений и технологий бегал по правительственным или кремлевским кабинетам и до хрипоты доказывал, что если мы не будем продавать за рубеж тот или иной тип оружия или военной техники, то сами же останемся без штанов.

Что-то подобное произошло и с С-300В.

РУССКИЙ СЛЕД

Долгое время продажу ЗРС в США «тормозили» в российском правительстве, в Минобороны, в парламенте. Вплоть до лета 1994 года шли яростные схватки и дискуссии. И среди некоторых политиков, военных, конструкторов все громче раздавался голос тех, кто с пеной у рта доказывал, что в продаже американцам С-300В «нет ничего страшного». Мол, были бы деньги, а мы оружие еще более совершенное придумаем и создадим. А без валюты – загнемся. Эти люди, движимые таким (и только таким ли?) стимулом, стали активно проталкивать в высоких государственных кабинетах необходимые для продажи С-300 разрешения и визы.

Генконструктор «Антея» Ефремов все больше склонялся к тому, что руководство Минобороны должно дать согласие на продажу С-300В. Его аргументы были такими:

– Вот, скажем, та же система С-300, которая до сих пор за рубежом не превзойдена. Сегодня заводы, способные производить эту продукцию, стоят. Если ее экспортировать, можно пустить заводы и отчислить деньги на новые разработки. Не продадим – погибнет и эта технология, с которой связаны сотни заводов. Воспроизвести ее будет невозможно. Очевидно, что надо больше доверять генеральным конструкторам – творцам сложнейшей техники. Кому лучше знать, что можно продавать, а что – нельзя. Я полтора года убеждал, что С-300 надо продать. Трижды проходил Кокошина (бывший первый заместитель министра обороны РФ, курировавший военно-технические вопросы, затем секретарь Совета безопасности России. – В.Б.). Разрешил только президент…

Запомним эту фразу.

У других руководителей КБ и военных предприятий была противоположная точка зрения: даже в условиях разваливающихся экономики и ВПК России нельзя распродавать самое сильное наше оружие и тем более – своими руками повышать боевой потенциал НАТО.

Таким образом, в тугой клубок противоречий сплетались политические, экономические и военные аспекты проблемы продажи С-300В в США Но был и еще один, не менее важный. Нравственный. Высшая власть, приведшая страну к экономическому кризису, вынуждена была «выскребать» последние резервы пополнения казны валютой. В сущности – это и вопрос политического выживания самой власти. И тут нередко соображения морали отступали на второй план даже тогда, когда речь шла о военной безопасности государства.

Однажды меня обожгло конфиденциальное известие, поступившее в Генштаб: в соответствии с распоряжением правительства Российской Федерации № 1841-рс от 25 ноября 1994 года госкомпании «Росвооружение» совместно с Госкомоборонпромом было поручено провести переговоры с целью поставки через американскую фирму «Г.Р.А. Трейдинг Компани Инк» одной зенитной ракетной системы С-300В. В связи с этим требовалась экспертная оценка наших специалистов.

Становилось ясно, что сделка переходит в практическую плоскость…

Вскоре мне попал в руки чрезвычайно любопытный материал. В переведенной на русский язык статье американской газеты «Дифенс ньюз» (№ 16, апрель 1995 г.) под заголовком «США собираются приобрести русскую С-300» сообщалось: «…Планы российского правительства продать современную ракетную систему класса «поверхность – воздух»»Соединенным Штатам могут предоставить последним редкую возможность разобрать по косточкам одну из самых совершенных русских систем оружия…»

В статье была и ссылка на заявление представителя «Росвооружения», который сказал, что компания подпишет контракт на продажу министерству обороны США С-300В в конце апреля того же года, но сумму контракта назвать отказался.

Представитель Пентагона в связи с публикацией в «Дифенс ньюз» заявил, что США обычно покупают экземпляры иностранного оружия и техники для оценки возможностей и пределов их применения, а также с целью использования полученной информации для того, «чтобы быть полностью подготовленными на поле боя».

И другие американские эксперты не скрывали, что полученная при детальном изучении С-300В информация может быть очень полезной для совершенствования ЗРК «Патриот» и системы противоракетной обороны США в целом.

Хорошо оплаченная американцами двухлетняя атака российских «лоббистов» на Кремль, на правительство и Минобороны в конце концов завершилась успехом. Добро на продажу С-ЗООВ было получено (помните, – «Разрешил только президент»).

И уже вскоре по Генштабу стали разгуливать пикантные слухи о некоторых деталях сделки. Сначала о том, что мы якобы снова нарушили священное правило торговли оружием – продали ЗРС в единичном экземпляре. Затем пошла еще более сенсационная молва: дескать, американцы боялись какого-то подвоха от русских (подмены некоторых важных узлов на менее современные) и потому упросили наших продать «натуру».

Самым сенсационным был слух о том, что ЗРС была снята прямо с боевой позиции в части ПВО в Подмосковье, после чего ее доставили на базу отправки и там принялись в срочном порядке подкрашивать.

В это нельзя было поверить. Чем острее конкуренция среди наших оборонщиков, тем чаще они используют лопоухих журналистов и высокопоставленных дилетантов в борьбе с «противником». Чтобы не попасться на мякине, я обратился в госкомпанию «Росвооружение» с просьбой подтвердить или опровергнуть факт продажи ЗРС с боевой позиции. Там категорически отрицали «дезу» («за которую надо набить морду!») и доказывали, что С-ЗООВ была взята с завода.

Таким образом, сам факт продажи не отрицался, но до полной истины еще предстояло докопаться. В этом помог любопытный документ с грифом «Совершенно секретно». Комиссия по экспортному контролю РФ (ее председателем был Андрей Кокошин, а секретарем – Виктор Миронов) на трех страницах составила и завизировала акт, в котором настоятельно требовала, чтобы были приведены в порядок технические документы, убраны некоторые пояснительные таблицы и т. д.

Когда боевая техника экспортируется с завода, таких банальных рекомендаций обычно не бывает. Там отлично знают, что категорически запрещается продавать технику вместе с нерассекреченными инструкциями. Прячется все, что позволяет покупателям узнать о комплексе гораздо больше, чем положено.

Инициаторы продажи С-300В в США «выламывали» в Кремле, в правительстве, в Минобороны согласие на это с помощью эффектного аргумента:

– Конгресс США выделил на покупку нашей системы аж 290 млн долларов.

Итог: до России дошло только 120 млн. На заводы и в КБ, участвующие в производстве С-300В, попало лишь около 40 млн долларов. Куда испарились остальные десятки миллионов долларов, можно только догадываться. Отлично знающие теневые стороны оружейного бизнеса спецы не исключали, что «премиальные» полюбовно поделили между собой продавцы и покупатели…

Дело приняло настолько серьезный оборот, что им занялась ФСБ. Возникал вопрос: если все было по закону, то из праздного ли любопытства сыщики с Лубянки проявили к этой истории «горячий» интерес? Хотя случается, что их благородный порыв остывает, по мере того как обнаруживаются следы, ведущие в сторону Кремля или Краснопресненской набережной.

ПРАВИЛА ИГРЫ

Выкупив у нас С-300В, американцы уже вскоре занервничали и стали уговаривать русских изменить порядок реализации контракта. Они настаивали на том, чтобы радиолокатор секторного обзора был доставлен в США в первую очередь. Наши же оружейные торговцы возражали против этого, поскольку подготовка радиолокатора на экспорт требовала немало времени (есть определенные технические хитрости, о которых нельзя знать иностранцам, тем более – главным конкурентам).

Найти общий язык русским и американцам не удавалось. Чтобы снять эту проблему, весной 1995 года в Вашингтон был командирован советник гендиректора «Росвооружения» Александр Лузан. В американском аэропорту представитель фирмы-покупателя, желая, видимо, ошарашить русского своей осведомленностью, встретил гостя словами:

– Приветствую вас, генерал-майор!

Александр Григорьевич (воинское звание которого не афишировалось) не растерялся и заметил как бы между прочим, что он – истинный специалист ПВО в отличие от президента компании «Г.Р.А. Трейдинг Компани Инк» господина Нормана Блейлока, бывшего кадрового сотрудника разведуправления МО США.

Когда Лузан встретился с Блейлоком, американец стал сетовать на то, что его фирме до зарезу вне графика надо получить радиолокатор секторного обзора. Было ясно, что фирма Блейлока очень хотела как можно быстрее начать «ковыряться» в одном из важнейших компонентов нашей ЗРС.

Переговоры были трудными, но ничего в порядке реализации контракта по С-300В не изменили. А когда американцы получили систему и стали в ней разбираться, из России поступила развединформация, что этот вид ЗРС имеет значительные отличия от другой системы – С-300ПМУ. К тому же американцы уже пронюхали, что в результате глубокой модернизации С-300В русские выходили на создание новой системы.

Но самое главное, что они поняли: С-300В и С-300ПМУ – это два принципиально разных комплекса.

Проглотив пилюлю, Пентагон начал повторную «атаку» на заветную цель, но уже гораздо лучше подготовленную. Их спецы и агенты не пропускали ни единой выставки, где можно было получить малейшую информацию о наших ЗРС любых модификаций…

О том, чтобы аналогичным образом выкупить другой тип ЗРС, уже не могло быть и речи: в России еще шло расследование истории с продажей С-300В. В ходе его, говорят, наши спецслужбы потребовали объяснений и от генерал-полковника Анатолия Ситнова – начальника вооружений Вооруженных сил РФ, который состоял в приятельских отношениях с генеральным конструктором «Антея» С-300В Вениамином Ефремовым.

Первых успехов во время повторной операции американцы добились на Украине. Там у производственного объединения «Искра» (Запорожье) за большие деньги была выкуплена радиолокационная система, предназначенная для дальнего обнаружения самолетов и ракет. Таким образом американские эксперты стремились получить еще одну возможность разгадать некоторые секреты устройства радиолокатора, обеспечивающего «захват» целей на дальнем расстоянии.

Вскоре в Генштабе стало известно, что таким же образом американцы на Украине выкупили и ракеты к комплексу С-300ПМУ-1. Они не скрывали, что хотят основательно изучить устройство головок наведения ракет и разгадать структуру их топлива.

За компонентами этой системы они на территории бывшего Союза охотились всюду, где было можно. В 1994 году им удалось купить в Белоруссии пусковую установку С-300ПМ и некоторые другие элементы системы. Между штабами ПВО России и Белоруссии вспыхнул острый конфликт. И хотя белорусы пытались запудривать своим российским коллегам мозги, наши приперли их к стенке, назвав даже номера «изделий», которые ушли в Америку. Наших хоть немного успокаивало то, что за рубежом не оказались самые важные узлы – радиолокатор подсвета наведения с командным пунктом комплекса (в них были «зашиты» боевые алгоритмы).

Однако американцы продолжали упорно добиваться заветной цели на «белорусском фронте». Им стало известно, что на казахском полигоне Сары-Шаган еще с начала 92-го года осталось на испытательных площадках несколько кабин системы С-ЗООПМ. Это имущество после распада Союза в Москве и Алма-Ате считалось спорным. До разрешения претензий его по обоюдному согласию сторон заварили электросваркой и опечатали российскими и казахскими печатями. Американцы решили добыть это оборудование. Они через американо-канадскую компанию «А.Т.О.С.» уговорили белорусскую госкомпанию «Белтехэкспорт» за большие деньги купить у казахов кабины.

Москву о готовящейся сделке ни Минск, ни Алма-Ата в известность не поставили. Когда казахи привезли с полигона кабины в свою столицу, их ждало жестокое разочарование: оборудование оказалось сильно раскуроченным. Кто-то электросваркой прорезал в полу кабин люки и проник в них. По тому, как грубо выдирались блоки, специалистам сразу стало понятно, что работали «золотодобытчики» (в высокочастотной аппаратуре используются платина, золото, серебро).

И тем не менее белорусы не отказались от покупки кабин. Заплатив казахам символическую цену, они переправили сильно покуроченную аппаратуру на полигон научно-производственного объединения «Агат», где и принялись приводить ее в рабочее состояние. А для этого необходимо было восстановить рабочие блоки и ячейки. Приобрести их можно было только на предприятиях-изготовителях в России, куда и направились тайные белорусские «эмиссары».

Обо всем этом Главкому ПВО генералу Виктору Прудникову стало известно от наших «источников» в Белоруссии. Узнав о том, что белорусы затеяли восстановление С-300 с помощью российских заводов (американцы пообещали им за это 130 млн долларов), Прудников попросил военную контрразведку и военпредов на заводах, участвующих в изготовлении аппаратуры «трехсотки», взять проблему под контроль.

Уже вскоре сигналы последовали с Костромского и Сергиево-Посадского электромеханических заводов, Государственного завода радиотехнического оборудования в Санкт-Петербурге, головного научно-технического предприятия «Гранит». Еще один сигнал поступил с Украины: там во Львове по российскому заказу был изготовлен комплекс 13Ю6 («мозг» центральной вычислительной системы), который белорусы намеревались тайком перекупить для восстановления раскуроченных казахами кабин).

Когда же 13Ю6 был доставлен в Россию, то выяснилось, что и здесь минские оружейные коммерсанты устроили за ним охоту, – пришлось даже выставить возле него круглосуточную вооруженную охрану (заимев комплекс и вскрыв его, американцы могли бы получить информацию о многих секретных характеристиках нашей системы).

Поняв, что львовский 13Ю6 им не получить, белорусские спецы и уговорили наших за солидную плату в валюте быстро изготовить комплекс. Что и было сделано. Затем оборудование было погружено на машины, которые направились к российско-белорусской границе. Там караван уже ждали сотрудники таможни и ФСБ. Оборудование было возвращено в Сергиев Посад и взято под охрану. Сделка сорвалась…

Но поскольку изготовители деньги за свою продукцию уже получили, возвращать их белорусам было жалко. Через некоторое время выяснилось, что комплекс 13Ю6 почти полностью оказался в Белоруссии.

Расследование показало, что изготовители учли горький урок, преподнесенный им контрразведчиками и таможенниками: они погрузили оборудование на машины и окольными дорогами сумели объехать таможенные посты. А вскоре в Белоруссию из Москвы прибыли и специалисты по пуску-наладке комплекса, которые и довели ЗРК до «кондиции».

Вскоре от своих людей в США Генштаб получил известие, что кабины через Канаду уже доставлены на американскую военную базу Хантсвилл…

Когда об этом стало известно Главкому ПВО России Виктору Прудникову, он разослал гневные шифровки президенту Белоруссии, Совету безопасности и Минобороны республики, назвав сделку с американцами по С-300ПМУ подрывом боеготовности вооруженных сил СНГ.

После этого Александр Лукашенко приказал своим силовикам, госкомпаниям и коммерческим фирмам заморозить какие-либо контракты по зенитно-ракетной системе.

Но у российских специалистов до сих пор нет никакой уверенности, что оставшиеся в Белоруссии и Казахстане ЗРС находятся под контролем властей и что не продолжается их распродажа по частям.

УТЕЧКА

Я не раз обращался к нашим специалистам-оборонщикам и экспертам, занимающимся продажей оружия за рубеж, с просьбой дать свою оценку запутанной истории, связанной с экспортом С-300 в США. Мне предоставили возможность познакомиться с содержанием экспертной записки военных советников правительства РФ, направленной В. Черномырдину в апреле 1995 года. В ней говорилось:

«Получают одобрение сделки по продаже единичных современных образцов оружия и военной техники зарубежным странам, причем явно для целей изучения. В результате таких поставок происходит не только утечка охраняемых тайн и передовых уникальных технологий, но и использование импортерами результатов исследований полученных образцов в своих военных целях, что в конечном итоге наносит серьезный ущерб национальной безопасности и обороноспособности страны».

Принципиально важен и еще один момент: такая практика позволяет нашим конкурентам быстрее сокращать отставание.

Одно дело продать С-300 куда-нибудь в Африкандию, другое – в Америку. Когда историей с продажей С-300 в США заинтересовались спецслужбы, разгорелся скандал. Кремль, правительство, Минобороны хранили партизанское молчание.

Парламент настаивал на том, чтобы ему доложили результаты расследования о законности продажи С-300 в Америку и выводы наших контролирующих органов, прежде всего – комиссии по контролю за экспортом вооружений. Ее председатель Андрей Кокошин в интервью «Интерфаксу» еще задолго до российско-американской сделки по С-300 сказал, что комиссия по контролю за экспортом вооружений «является важной составной частью экспортного контроля РФ и в каждом конкретном случае стремится обеспечить оптимальное сочетание между интересами государства и частными интересами отдельных предприятий». Хотя интерес, в общем-то, тут один – максимальная выгода.

Попытки Госдумы установить истину ничем не закончились – начиналась очередная предвыборная гонка. Но зато стала разгораться скрытая война вокруг производителей ЗРК, в которую включились президентские, правительственные, парламентские структуры и отдельные военные чиновники. К тому времени президент и кабинет министров уже дали официальное разрешение на серийную продажу одной из модификаций С-300 за границу.

Контракт с Китаем принес в государственную казну гигантский доход – 600 млн долларов. Такой успех омрачало лишь то, что началась возня вокруг правил дележки доходов между производителями, КБ, финансистами. В нее втянули даже некоторых первых лиц в правительстве, в частности Олега Сосковца. В Государственной думе и в правительстве всплыли документы, свидетельствующие об этом.

Получив возможность ознакомиться с порцией таких документов, я поначалу не поверил в их подлинность. И был вынужден обращаться к знакомым депутатам Госдумы, к чиновникам правительства и администрации президента. Надо было убедиться, действительными ли являются подписи, штампы, фирменные бланки, номера документов. Но, вместо того чтобы подтвердить или опровергнуть подлинность материалов, там интересовались способами их получения и в экстренном порядке информировали спецслужбы.

Судя по документам, 20 февраля 1995 года заместитель председателя Комитета Госдумы по обороне А. Пискунов направил на имя первого заместителя правительства РФ О.Сосковца письмо за № 3.13-798, в котором поставил большое количество вопросов, касающихся порядка экспортных поставок и финансирования производства С-300.

Содержание письма явно указывало на то, что Пискунов был крайне озабочен юридическими правомочиями некоторых фирм-посредников, участвовавших в поставках ЗРС за границу. В своем письме Сосковцу Пискунов сделал целый ряд сенсационных утверждений. Некоторые из них сводились к тому, что отдельные посредники, участву-щие в сделках якобы «для повышения эффективности расходования бюджетных средств», в действительности способствуют «увеличению финансовых издержек производства». Иными словами – незаслуженно получали крупный навар. Ставилась под сомнение и система распределения основной доли прибыли…

Были и многие другие серьезные претензии. Например, в стоимость производимой техники включалась стоимость межбанковских кредитов, превышающая 200 % годовых. Такой подход значительно снижал экономическую эффективность контракта с Китаем.

Весьма негативно к фирмам-трутням был настроен и начальник Государственно-правового управления Президента РФ Р. Орехов. В своем письме на имя Пискунова (от 7 апреля 1995 года – № А19-1-707) он указывал на грубые нарушения требований Положения «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с зарубежными странами», утвержденного указом Президента РФ от 12 мая 1992 года № 507.

Но все это ничем не закончилось.

Заимев наши ЗРС целиком или по частям, американцы намеревались слямзить из них все, что было можно. Но была и еще одна очень серьезная неприятность. В 1997–1998 годах американцы «засветили» группу своих патентов, которые охватывали почти все базовые технологии, заложенные в наших С-300 всех модификаций (структуру комплекса, методы наведения и т. д.). Мы не делали этого, чтобы преждевременно не раскрывать их.

Чем это нам грозит?

Россия намеревается, например, демонстрировать свой новый комплекс С-300ПМУ-2 («Фаворит»). Он является модернизацией комплекса-«предшественника» (ПМУ-1). Одно из новшеств – улучшение характеристик системы по борьбе с разными видами баллистических ракет. Но стоит ПМУ-2 появиться на международной выставке, как его именины тут же окажутся испорченными. Дата его рождения – 1999 год, а американцы предъявят патенты, в которых указывается, что некоторые идеи, заложенные в «Фаворите», они запатентовали еще в 1997 году. Появятся серьезные претензии к русским в связи с нарушением авторских прав…

Такой тактикой ведения «патентной войны» американцы пытаются блокировать целое направление в развитии российских ЗРК. А это не только неприятности, но и колоссальные дополнительные расходы.

Некоторые наиболее эффективные решения российских конструкторов и ноу-хау, заложенные в С-300, американцы переносят на свой модернизируемый ЗРК – «Пэтриот» («ПАК-3»). Однако это долгожданное дитя никак не появляется на свет. А мы уже пошли еще дальше, соорудив новую систему «Триумф» и новую ракету, которые с полным правом можно назвать оружием XXI века, способным поражать все существующие и перспективные ракетные и авиационные средства.

Однажды на международной выставке вооружений русские конструкторы и военные предложили американцам принародно устроить соревнование комплексов. Американцы не согласились…

Мы их опережаем. Американцы и сами это признают. Когда они пронюхали о боевых качествах новой ЗРС «Триумф» и новой зенитной ракеты, ЦРУ получило экстренное сообщение своего агента в Москве: «Создание этих ракет можно отнести к числу выдающихся достижений российского ракетостроения. Их появление показывает, что Россия продолжает находиться среди ведущих ракетных держав мира».

АВИАНОСЦЫ

Когда в 1993 году у нас наклевывался контракт с Малайзией на продажу ей партии МиГ-29, то у малайзийских генералов голова кругом шла от тех русских оружейных коммерсантов, которые доказывали, что именно они имеют право от имени государства торговать истребителями. И таких набралось человек семь.

Но уже хорошо ученые малайзийцы никому из них не поверили и потребовали, чтобы прилетел «кто-нибудь серьезный». Пришлось браться за дело самому тогдашнему вице-президенту России Александру Руцкому. Ему только и поверили.

После развала СССР дикий российский бизнес зубами вцепился в оружие, прекрасно понимая, какие доходы сулит его продажа. Сотни сомнительных фирм и фирмочек пиявками присосались к военно-промышленному комплексу, к запасам наших вооружений, техники, войскового и флотского имущества.

В ту пору и разгорелся скандал вокруг сделки, связанной с продажей 12 списанных подводных лодок Тихоокеанского флота в Южную Корею через одну из японских фирм (хотя Россия сама могла сделать это). Другая странность сделки состояла в том, что имевшийся в составе штаба флота отдел по реализации излишков военного имущества был практически отстранен от нее представителем Госкомимущества.

Это вызвало законное негодование бывшего в ту пору командующим флотом адмирала Георгия Гуринова.

В телеинтервью программе «Зал ожидания» Гуринов рассуждал так: списанные подлодки принадлежат флоту. Министерство обороны заплатило когда-то за их постройку деньги, корабли стали собственностью военного ведомства. С какой же стати теперь деньги за этот товар должны идти в карман Госкомимущества? Не лучше ли обратить выручку на постройку жилья для тысяч офицеров флота? Много, очень много странного было в той сделке. Да и не только в ней…

Почти год шли шумные и скандальные разговоры о продаже за границу тяжелых авианесущих крейсеров (ТАКР) ТОФа «Минск» и «Новороссийск». Хотя, казалось бы, что тут сложного: если есть разрешение правительства, комиссии по экспортному военно-техническому контролю, если найден покупатель – командование флота заключает с ним контракт, оговаривает методы разделки кораблей, сроки расчетов и бьет по рукам.