Текст книги "Битва драконов. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 32 страниц)

Глава 2

Вологда, июль 2015 года

Жаркий воздух тяжелой завесой опустился на песчаный пляж и неожиданно обрел очертания фигур животных с большими горбами, бредущих по янтарно-желтым барханам. Впрочем, меняющиеся картинки миражей не оказались неожиданными для молодых парней в униформе песчаного цвета, расположившихся вдоль берега и на высоком взгорке. Они слегка оживились, да и то сразу же потеряли к ним интерес.

А вот для детей, сидевших рядом с древним стариком, появление невиданных для их возраста верблюдов стало приятным дополнением к долгому занятию. Сам старик в потертой рубахе, потерявшей изначальный синий цвет, и в просторных штанах из тонкого трикотажа выглядел довольным. Фокус удался, что ни говори.

За его руками, выписывающими разнообразные фигуры, можно было наблюдать бесконечно. Пальцы порхали в воздухе, плавно выстраивая невидимые линии подобном портновским лекалам: кривые, переходящие в изящные эллипсы или полуокружности, насыщали воздух энергией, но настолько слабой, что магия почти не ощущалась амулетами. Иллюзорные построения меняли форму и структуру, демонстрировали растущие из песка розы, прыгающих золотых рыбок, распускающих красивейшие хвосты павлинов.

Полина и Мишка были в восторге, совершенно забыв об усталости и жаре. Развлечение, устроенное дедом Фролом, всего лишь отвлекало их от серьезных занятий. Старик по своей природной вредности захотел проводить первые уроки вне родового поместья. Вот взбрело ему в голову обучать «молодежь» подальше от любопытных глаз жителей имения, как и от взора отца и матерей, что никаких иных доводов не стал слушать. Он уже придумал пару аргументов для продвижения своей методики занятий на природе, если родители воспротивятся.

Но свое удивление Фрол едва сдержал; ни один мускул на морщинистом лице не дрогнул, когда Никита выделил для сопровождения детей и его самого десяток бойцов, а вдобавок к этому приказал подогнать к берегу новенький речной катер, которым командовал Глеб Донской. «Валдай» только недавно встал на боевое дежурство для охраны поселка и родового поместья, и теперь ежедневно старательно взбивал воду мощным мотором, оглашая окрестные леса солидным рыком. Сейчас же он лениво болтался неподалеку от пляжа, а на борту постоянно находились две пары бойцов, периодически меняющих друг друга.

– Свою первую иллюзию я сотворил в пять лет, – с удовольствием глядя на заинтересованные мордашки детей, сказал Фрол, отряхивая руки, с которых на землю сыпались серебристые пылинки и собирались в один большой удивительный цветок с расходящимися лучами. – Вот такую магоформу, которую вы сейчас видите. Мой отец хотел, чтобы я стал боевым волхвом, и ослушаться его было никак нельзя. А сам мечтал попробовать свои силы в построении необычных защитных и наступательных магических плетений, совмещая их с иллюзиями. Так сказать, приятно с полезным. И с тех пор неустанно совершенствовал умения, что и вам настоятельно рекомендую. Вот так вот…

Он легонько поддернул пальцем нос Мишки вверх и усмехнулся по-доброму. Старый Фрол, казалось, обрел покой рядом с этими малышами, так доверчиво и внимательно слушавшими его рассказы. Чародея особо-то и не волновало, понимают ли его юные ученики, и никогда не опускал свой уровень преподавания, как будто перед ним находились не четырехлетки, а вполне зрелые и самостоятельно мыслящие молодые люди.

Как ни странно, Миша и Полина понимали, особенно юная Ведунья. Сверкая огромными зелеными глазами, она внимательно вглядывалась в каждую морщинку наставника, в каждое движение губ, пытаясь вникнуть в сказанное по своим, неведомым для других, признакам.

– А что может иллюзия? – скрестив ноги как восточный вельможа, спросил Мишка и поправил панаму на голове.

– Она может все! – категорически заявил Фрол. – Например, создавая некоторые скрипты, я могу стать невидимым для человеческого взгляда. Я с легкостью изменяю качества объекта, которые определяют его вид, вкус, звук, запахи, которые он источает, осязание…

– И каким образом? – шмыгнул мальчишка и потер нос, как будто туда попала легкая и невидимая глазу пушинка. Хотел еще чихнуть, но сдержался.

– Да просто, – пожал плечами старик. – Накладываю на объект новый образ, какой мне нужен. Могу «убрать» мост под ногами плохого человека для возбуждения страха. Или вместо дома создать иллюзию пустоты, или пещеру с мрачным входом, или развалины, если есть желание заморочить кому-то голову. Все, что твоя фантазия позволит. Правда, – тут Фрол усмехнулся. – насколько хватит твоих сил, парень.

– У меня ее много будет, – похвастался мальчишка. – Папа сказал, что ее пока нельзя использовать.

– Ну да, – наставник едва сдержал ухмылку. Про сотворение «ножей ассасина» в поместье Назаровых уже ходили легенды, которые, к счастью, не покидали его пределов. Если про неуправляемый талант юнца узнают конкуренты, к наследнику рода придется ставить нешуточную охрану. Мало того, что Академия Иерархов возьмет в осаду «Гнездо», так еще и противники нового клана начнут интриговать. А где интриги, там и до больших неприятностей дойти может. – Папка твой просто так бросаться словами не будет. Но вопрос в другом… Хочешь ли ты овладеть техникой иллюзий?

– Хочу, конечно! – обрадовался Мишка.

Полина пристально взглянула на брата, поджала губы, но возражать не стала. Фрол смешно пошевелил бровями, ожидая ее ответа.

– А я не буду, – правильно поняла его девочка. – Не хочу обманывать.

Брови старика взлетели еще выше.

– В этом ли дело? – хитро прищурившись, спросил он.

– Я еще не понимаю, зачем мне техника иллюзий, – пожала плечиками Полина.

– Хорошо, не буду настаивать, – отступил Фрол. – Но занятия мы продолжим? Или у тебя интересы другие? Например, твои Гончие. Не хочешь познакомить нас?

– Они против, – отрезала девочка. – Я с ними разговаривала и поняла, что Гончие о тебе знают, но не хотят видеть в Стае.

– В Стае? То есть ты и твои псы – Стая?

– И я, и папа, и мамы, – подтвердила Полина. – Миша тоже.

– А младший брат? – осторожно спросил Фрол, отчаянно борясь с желанием выклянчить у мелюзги право встретиться с тварями Инферно. Все необычное в мире его привлекало до умопомрачения. Может, от того и скучно ему стало, что тайны и загадки растворились в повседневности и скучности бытия. В душе старый чародей всегда ощущал себя мальчишкой. Именно серость последних лет заставила его так жестоко обмануть людей, живших с ним в одном подъезде, и исчезнуть из Албазина. Забыв, что такое сочувствие, Фрол многое потерял в жизни, причем, прекрасно осознавая это.

– Он еще маленький, – пояснила Полина. – Папа запрещает показывать его Гончим. Когда Ярику исполнится два года, тогда попробуем. Я думаю, мои друзья не будут против. Ведь братик особенный.

– Чем же он особенный? – развеселился наставник, вовсе не думая проникнуть в смысл странных слов девочки.

К его удивлению, Полина вдруг замкнулась и не стала отвечать на вопрос. Она загребала золотистый песок, сжимала его в кулаках и медленно пропускала через пальцы, внимательно следя за растущими кучками.

– Хорошо, – вздохнул Фрол. – Хотите, покажу настоящую иллюзию?

Ребятишки обрадованно завопили и вскочили на ноги. Старик, кряхтя, позволил себе подняться не так споро. Истинные годы – это не волшебство, а печальная реальность. От нее не скрыться, увы. Ладно, что Ведунья обещала ему приличный отрезок жизни. Даже удивительно…

Он настороженно вскинул голову. Из-за песчаной косы, образовавшейся в результате обмеления реки (лето выдалось жарким и почти без дождей), показался катер с серебристо-синими бортами. Это был речной круизер «Антарес», который можно было приобрести без проблем любому человеку со средним достатком. Дешевый, быстрый, как раз для прогулок с небольшой компанией. Катер шел против течения со стороны богемных дач. Вероятно, детишки местного артистического бомонда решили покуролесить и отдохнуть.

Охрана тоже оживилась, а сидевшие на «Валдае» бойцы мгновенно распределились согласно боевому расписанию. Один оказался возле штурвала, а второй возле турели, направив ствол пулемета на прогулочный катер. Кто бы там ни оказался – детвора, студенты, бабушки или дедушки – господин Назаров пояснил четко и недвусмысленно: проявлять бдительность и не расслабляться. Под личиной красивой загорающей красотки может оказаться матерая наемница, а с пролетающей по реке моторки вполне возможно выстрелить из гранатомета.

Басовитое тарахтение двигателя «Антареса» не могло заглушить вопли веселящейся компании. Крики разносились по акватории Вологды. Увидев сторожевой катер с бортами, покрытыми шаровой краской, молодые люди на проходящем плавсредстве радостно заорали, размахивая руками.

– Точка-Два – Москиту, – сидевший неподалеку от Фрола с ребятишками старший группы сопровождения боец с забавным позывным из второго выпуска по подготовке охраны поднес к губам рацию. – В вашу сторону идет прогулочный катер. На борту семь человек, враждебных намерений не проявляют. Оружия не видно. Вероятно, любители пикников.

– Москит – Точке-Два, – зашипела рация. – Принято. Как объект?

– В порядке, – Москит кинул взгляд на старика, мирно беседующего с детьми. – СК.

– СК[3]3
  СК – конец связи


[Закрыть].

Точка-Два имела вполне мирное название: «Родники». Глеб Донской организовал по всему периметру поселка добротные сторожевые посты, контролировавшие подступы к жилому району. На проселочных дорогах, прорезавших многочисленными колеями лесной массив, поставили сигнальные маячки и видеокамеры. Жители ближайших деревень, напуганные появлением страшных тварей, почти перестали ездить по этим дорогам, поэтому Глеб особое внимание уделил береговой линии, с облегчением перекинув на важный объект все ресурсы охраны. Первый пост находился в трех километрах от «Родников», но людей там не было. Обходились магической системой оповещения. Мощный артефакт сканировал любое движение по реке и передавал сигнал на камеру с широкоугольной оптикой, а уже оттуда изображение шло на мониторы поселковой охраны.

Второй пост к тому времени был готов к встрече, и не важно, бревно там плыло, или лодка с рыбаками. Глеб требовал точного исполнения жестких инструкций, разработанных им лично, после утвержденных капитаном Шубиным и Никитой.

Между тем «Антарес» скрылся за песчаной косой, и только тогда охранники расслабились. Фрол перевел дух. Он готов был закрыть детей качественным оборонительным щитом, потому что относился ко всякого рода непонятностям с настороженным вниманием. Еще пятьдесят лет назад, в пыльном и чужом Кундузе, волхв понял: малейшая расслабленность грозит гибелью. Ладно, если тебя самого подстрелят из-за глиняного духана или с вершины заросшего колючим кустарником холма. Но под твоей защитой находятся десятки парней, которых ждут матери, жены, невесты. Как потом оправдывать свою секундную невнимательность?

Так и здесь. Шмальнули бы с катера магическим плетением или из обычного армейского портативного гранатомета по берегу – и деру. Никто бы и не успел среагировать.

– Дедушка, ты будешь нам фокус показывать? – дернул его за руку Мишка, проводив взглядом катер. Ему уже было скучно.

Фрол усмехнулся. Надо показать кое-что не только детям, но и охране, сбросившей напряжение. Кругом тишина, лепота, птички поют, кузнечики стрекочут. И в это время из жаркого летнего марева показались две человеческие фигуры. Они были в черных одеждах, больше похожих на балахоны, чем на обычную современную униформу. Головы обмотаны плотной тканью, такой же черной, как и одежда.

Ступая по берегу реки босыми ногами, неизвестные неторопливо приближались к стоянке. Теперь, когда их можно было разглядеть, глаз легко цеплял детали: широкие тряпичные пояса, за которые заткнуты широкие ножны кинжала, на плечевой перевязи висят еще одни ножны, слегка изогнутые и с выглядывающей из них костяной ручкой меча.

Охрана заволновалась. Послышались щелчки взводимых затворов, и по команде Москита двое бойцов мгновенно подхватили Полину и Мишку на руки, бросились наверх, где стояли внедорожники. Остальные тут же прикрыли их спинами, ощетинившись оружием. Даже на катере отреагировали правильно. Мощный ствол пулемета описал дугу и нацелился на необычных незнакомцев.

Только Фрол с удовольствием наблюдал за происходящим. Его квалификация позволяла создавать подобные иллюзии. Техника, которую он сейчас продемонстрировал, называлась «фальшивый двойник». Если охранники приглядятся к лицам этих миражей, то увидят в них самих себя. Многослойная проекция, настолько энергозатратная, доступна лишь Иерархам. Но… Как однажды Фрол сказал Никите, его невзлюбили в Коллегии за подобные фокусы. Они, видите ли, выбиваются из концепции магического искусства. Глупцы, повоевали бы с такими иллюзиями против дьявольских пуштунских магов…

Никто не заметил, как Фрол создал поверх тела Москита и еще одного бойца иллюзорный покров их двойников и сумел перенести энергетические субстанции на несколько метров от пляжа, вон за те кустики ракитника. Да еще сумел накинуть на иллюзии настоящие образы «охотников за головами» – были такие спецы у кочевников, наводили ужас на любую армию, пытавшуюся взять контроль над сердцевиной мира, коей считался Афганистан.

– Руки в гору! – заорал Москит, стоя на одном колене, и направив автомат в сторону черных фигур. – Замерли, а то стреляю!

Фрол одобрительно кивнул. Не из-за действий старшего группы. Он убедился, что дети уже находятся во внедорожнике, и водитель готовится сорваться с места, чтобы увезти их подальше от потенциальной опасности. Парни не растерялись, сработали так, как их и учили. Чтобы разрядить напряжение, волхв щелкнул пальцем – иллюзии рассеялись черным дымком в воздухе. Получилось эффектно.

– …твою кудрявую бабушку! – матюгнулся Москит, когда странные незнакомцы испарились прямо на глаза. Щелкнул предохранитель. – Дед, ты бы предупреждал, а!

– Ты еще до моей бабушки дорасти, сопля крылатая! – довольно ухмыльнулся старик, разглядывая сосредоточенные лица охранников, которые постепенно оттаивали. – Воин должен постоянно улучшать свои профессиональные навыки! Опасность может появиться даже из-за этого кустика, который вы, кстати, проверяли. И ваша готовность к этому – лучший показатель мастерства!

Фрол закряхтел и направился к тропинке, ведущей наверх. Неожиданно остановился и посмотрел на бойцов, тянувшихся за ним.

– Почему никто из вас не воспользовался «глазом», который для вас изготовил Никита Анатольевич? – строго спросил он. – Зря, что ли, я настаивал на артефакте иллюзий? Вот уж кому о моей бабушке напоминать не стоит! Недоумки. Лишь бы пострелять!

– Все, проехали, старик, – смутился Москит. – Извини, не сдержался.

– Придется внести в занятия курс по иллюзиям, – Фрол легко преодолел последние метры, пока его не видели ребятишки, но сразу же закряхтел, подходя к машине.

Москит дал отмашку катеру, чтобы тот шел к «Родникам», потом приказал группе садиться по машинам и возвращаться в имение. Ему было стыдно перед парнями, что по-детски лопухнулся. Вредный старик создал такую иллюзию, которая наталкивала на мысль проверить ее с помощью амулета. Вот же он, висит на шее. Оставалось только активировать его и бросить под ноги незнакомцам в черных балахонах. И Москита даже не смутило одеяние. В России никто так не одевается, даже потайники предпочитают специальную удобную униформу, пусть и отличающуюся в мелочах, но узнаваемую. Думать надо, дружище, думать! Иначе группу возглавит кто-то другой.

– Так это была иллюзия? – спросил Мишка, когда Фрол, старательно пряча улыбку, сел рядом с детьми. – Самая настоящая?

– Еще какая! – подтвердил волхв. – Теперь понял, что существуют различные направления в магическом искусстве? Можно создавать убойные плетения, можно быть слабым магом, но сильным практиком-иллюзионистом.

– Я понял, – кивнул мальчишка. – Но мне нравится создавать боевые скрипты.

– Одно другому не мешает, – мудро рассудила Полина. – Мне понравилось, хоть сначала я испугалась.

– Папа тоже умеет их делать, только ни разу не показывал, – признался Мишка. – Говорит, каждому магу полезно знать парочку хитрых штучек.

– А ты будешь знать…, – Фрол задумался и стал загибать пальцы, как будто считал количество этих «штучек», чем развеселил ребят. – Десять устроит?

– Вполне, – согласился Мишка. – Десять в самый раз. Буду фокусы показывать, когда в школу пойду.

Никита встречал своих детей, стоя на крыльце дома. Как раз он собирался навестить Ромку Елагина и Володю Строганова, до сих пор находящихся под присмотром Целителей в гостиничном комплексе «Изумруда». Две недели назад их извлекли из капсул и перевели на стационарное лечение, вернее, дообследование. И вот теперь настало время их навестить.

Вместе с ним собралась и Марина Балакирева, давно рвущаяся к своему жениху. Она стояла в сторонке и нервно теребила ремешок сумочки. Ей было страшно думать о встрече с Владимиром. А вдруг ничего не получилось, и он будет разочарован и зол, что, несомненно, отразится на его настроении? Правда, Никита Анатольевич утверждал об успешном окончании лечения, но кто знает, какие побочные эффекты могут проявиться?

Между тем Никита старался не обращать внимание на волнение девушки, и негромко переговаривался с Шубиным. Зачем лезть в душу человеку, в сотый раз его успокаивая? Увидит своего парня, и сразу забудет о своих тревогах.

Внедорожник, в котором находились двойняшки, подкатил к крыльцу, и ребятня с визгом выскочила наружу, сразу же облепив отца. Получив свою долю поцелуев и нежности, они ускакали в дом. Их с нетерпением поджидала строгая тетя Люба – госпожа Милютина, гувернантка дома Назаровых.

Следом выбрался, покряхтывая, Фрол.

– Пойду, прилягу на часок, – доложил он, поднимаясь по лестнице. – А потом займусь твоими оболтусами, Анатольевич. Учить и учить их еще.

– Прокололись? – сочувствуя своим охранникам, поинтересовался Никита.

– Беспутные они. Реагируют на опасность правильно, но не догадываются применить подручные средства, оттого и конфуз выходит.

Фрол одернул рубаху, и похлопав Шубина по плечу, исчез в доме.

– Москит, где сопровождение? – крикнул Антон.

– Возле ворот ждут, – старший группы, топтавший асфальт возле машины, был чем-то смущен. Легко догадаться, кто его вогнал в такое состояние. Старика побаивались. Умел он показать уровень подготовки охраны, отчего краснели многие, даже Слон и Лязгун. Посыл был ясным: «ничего вы еще не смыслите в жизни, сопляки».

– Тогда поехали, – Никита кивнул Марине, и они оба сели на заднее сиденье «Вихря». Москит бросил в рацию несколько слов и тоже запрыгнул внутрь. Внедорожник взревел, объехал вокруг фонтана и помчался к КПП.

Чтобы хоть как-то растормошить по дороге молчащую девушку, Никита поинтересовался:

– Что планируете делать после выписки Владимира? Останетесь в Вологде на недельку погостить или сразу в Тобольск?

– А с ним точно все в порядке? – робко спросила Марина. Она почему-то чувствовала себя рядом с Никитой маленькой девочкой, хотя и была старше на пару лет. От хозяина «Гнезда» несло какой-то запредельной уверенностью, которую по ошибке могли принять за самоуверенность; а еще он подавлял своей мощью. Девушка верила, что при определенных усилиях можно увидеть всполохи ауры, насыщенной невероятной жизненной и магической энергией. Володя мягче. Он больше подвержен эмоциям, отчего перепады настроения случались довольно часто. Может быть, вернув ногу, он перестанет замыкаться в себе?

– Марина, – Никита легонько сжал руку спутницы. – Если профессор Кошкин утверждает, что лечение прошло удачно и реабилитация идет по плану, так оно и есть. Я давно знаю Артема Даниловича. Впустую он словами разбрасываться не будет.

– Хорошо бы, – вздохнула девушка и замолчала до самой Вологды. Мыслями она была рядом с Владимиром, и на живописные красоты лугов не обращала внимания.

Никиту встречала молодая девушка в медицинском халате. Марина не могла понять статус Ольги в семье Назаровых. Вроде бы и названная сестра, но неуловимые искорки в глазах и подвижная мимика лица выдавала ее истинные чувства. Балакирева подозревала, что Ольга тайно влюблена в Назарова, а тот прикинулся бесчувственным чурбаном.

– Привет! – Никита обнял сестру и поцеловал в щеку. – Веди нас к своим пациентам! Хочется поскорее увидеть, что вы наделали!

– Ничего мы не наделали, – играя возмущение, воскликнула девушка и приветливо кивнула Марине. – Твой скептицизм не понятен. Медицина стоит на пороге технологического рывка, а ты похохатываешь.

Говорила она это на ходу, проведя гостей через холл гостиницы к лифту. По нему и поднялись на этаж, где был развернут медицинский центр. По коридору сновали люди в халатах, сдержанно здоровались и спешили дальше по своим делам.

Ольга остановилась и накрашенным ноготком показала на одну из дверей.

– Здесь комната господина Елагина, а вот эта, справа – Строганова.

– А к нему можно? – Марина с мольбой посмотрела на молодую Целительницу.

– Да, пожалуйста, – улыбнулась Ольга. – С утра у них процедуры, так что княжич не спит. Пока Никита Анатольевич утолит свое любопытство с другим пациентом.

– Любишь ты завернуть, Оленька, – покачал головой Никита и жестом показал, что Марина пока может уединиться с женихом.

Роман лежал на кровати в легком спортивном костюме и увлеченно читал какую-то книгу. Увидев Никиту, дернулся в попытке встать, но Ольга сердито шикнула на него:

– Лежите спокойно, господин офицер!

Цокая каблучками туфель, подошла к кровати, села на край и бесцеремонно подняла левую руку, на которой Никита с облегчением увидел целую кисть. Все пальцы были на месте. Три бледно-розовых с красными прожилками пальца гляделись довольно необычно. Даже ногтевые пластины были какими-то тонкими и рыхлыми, но Роман выглядел довольным, когда Ольга с вниманием рассматривала их, наморщив лоб.

– Великолепная регенерация, – вынесла она свой вердикт.

– Ольга Викторовна! – масляная улыбка расплылась по его лицу. – Вы это говорите третий день подряд. Неужели после вашего героического труда пальцы перестанут расти?

– Глупости не болтайте! – оборвала его Ольга, и Никита понял, что она старательно скрывает свои эмоции по отношению к Роману, и в душе снова пронесся холодный ветерок неприятия. Ну, и к чему ревность?! Сестренка заслужила свое счастье, и, если ей нравится Елагин, пусть развивает отношения. – Принимали сегодня компонентный коктейль?

– Мне не нравится его вкус, – стал вредничать Роман, незаметно подмигнув Никите. – Можно какой-нибудь ароматизатор?

– Даже не думайте! – отрезала девушка. – Все компоненты коктейля тщательно подобраны сообразно реакциям вашего организма. Если хотите, чтобы труды десятков людей пошли прахом – дерзайте. Только знайте, что мне лично не нравится такая позиция. И я самолично будут стоять над вашей душой, господин офицер, когда будете принимать лекарство.

– Когда вы рядом – я спокоен как слон, – улыбнулся офицер. – И речь идет не о вашем знаменитом телохранителе.

– Слонов-то как раз можно легко вывести из себя, – буркнула Оля и встала. Кивнула Никите. – Можете поговорить. Не больше десяти минут. А я к Строганову.

Она закрыла за собой дверь, и только тогда Никита занял ее место, крепко пожав руку товарища.

– Рад, что у нас все получилось! – волхв кивнул на левую кисть. – Даже я не ожидал.

– Не верил? – хмыкнул Роман.

– Честно скажу – боялся. Даже не сколько за прототип капсулы, а за тебя. Представлял, какая была бы реакция, не удайся регенерация.

– Да брось, – поморщился бывший однокашник. – Разве я не понимаю? Никаких претензия не высказал бы. Ну, поплакался бы в твою жилетку, да и дальше жить продолжил. Все-таки по сравнению с Володькой я в большем выигрыше.

– Кстати, у него как?

– Он в шоке, Никита. Просто в шоке. Вот поверь моему слову. Глядит на свою новую ногу и щупает ее каждую минуту, словно боится, что исчезнет в любой момент.

Роман вздохнул, убрав книгу на тумбочку.

– Боится лишний раз ступить на нее и пользуется костылями. Ну это так, мелочи. Психологически настроится – и будет носиться, не остановишь. Теперь он твой должник, Никита.

– Долг он отдаст, – поморщился волхв. – Серьезные люди словами не бросаются.

– А ты думай, брат, думай. Строгановы – мощный сибирский клан, тебе не помешают союзники.

– Решил за моих аналитиков поработать? – пошутил Никита и легонько пихнул Елагина кулаком в плечо. – Могу взять на должность младшего сотрудника… Ладно, не скрипи зубами. Ты лучше поведай мне, авантюрист, о своих отношениях с Ольгой. Я не слепой, и хочу лишь разобраться, насколько глубоки между вами чувства. Или поступишь как со Сребренкой?

– А что Сребренка? – сразу помрачнел Роман. – Виноват перед ней, что сам не помог спасти родственников. Ни один вышестоящий офицер не санкционировал бы боевую операцию на территории чужой страны. Как тебе удалось, признаешься?

– Нет, военная тайна, – ухмыльнулся Никита. – Но девушка была очень разочарована в русских офицерах. Пришлось убеждать ее, что тебя силком положили в госпиталь, привязали к кровати ремнями, а рядом поставили часового. Только тогда успокоилась. И да, на тебе тоже долг, дружище.

– Понимаю, – Елагин вздохнул и поднял левую руку, рассматривая ее на свет. Никита пригляделся. Пальцы как пальцы, никаких ярко выраженных дефектов от долгого воздействия магических компонентов. Кошкин с Цулукидзе в самом деле сотворили чудо. Инженерная мысль, помноженная на технологические возможности корпорации, может принести только половину успеха, а настоящий подвиг без сильных Целителей, на интуитивном уровне подобравших правильные пропорции магических жидкостей, был бы невозможен.

– Хорошо, что понимаешь, – кивнул Никита. – Разберись в своих чувствах. Если Сребренке нет места в твоем сердце, тебе стоит самому съездить к ней и объясниться.

– Моя семья не имеет таких сильных позиций в обществе, как ты, – Роман упер взгляд в потолок. – Я пошел в армию, чтобы через военную службу получить не только награды. Мне нужна земля, связи в обществе, деньги. Без них какой я землевладелец? Обедневших дворян и без меня хватает. Вот и представь: уговорил я Сребренку поехать в Россию, в имение Елагиных. Родители будут против нашего союза, уверен на все сто процентов. Разругаемся, испортим отношения друг с другом. Кому от этого хорошо станет? Девушка не заслуживает такой участи.

– А Ольга?

– Ольга Викторовна… Никита, я жду твоих шагов. Видно же, что Оля к тебе неравнодушна, но ты чего-то боишься.

– Намекаешь, мне пора третью жену в дом привести? – рассмеялся волхв.

– Почему нет? Ты сам себе хозяин, никто не станет указывать, какими связями ты должен обрастать, на ком жениться. Мир давно изменился, а Домострой еще до сих пор в наших головах.

– Иногда он полезен, Рома. Иначе пожнем бурю. Нельзя без старших наставников, без правильного направления в жизни.

– Да я не спорю.

– Оля моя сестра, я не могу пока принять решение.

– Сестра названная, не родная. Если женишься на ней – девушка будет довольна. А пока она дразнит тебя, показывает, насколько ты недооцениваешь ее отношение к себе.

– Возможно, ты прав, – Никита встал. – Я сейчас не готов к новым отношениям. Все происходит настолько быстро, что не успеваю оценивать будущее своей семьи и клана. Мне кажется, я быстро постарел. Одним махом перешагнул через молодость, вечеринки, общение с ровесниками, прогулки под луной, поездки по ночным улицам с девушками. Вляпался в какую-то излишне серьезную жизнь и стараюсь соответствовать нормам.

– Поэтому и убегаешь из дома, да? Добираешь потерянное?

– Ты не целитель человеческих душ, чтобы вывести меня на откровенность, – невесело пошутил Никита. – Ладно, выздоравливай. Схожу к Строганову, проведаю.

Он открыл дверь, выглянул наружу, коротко бросил кому-то «зайди», а сам посторонился, пропуская верзилу с бумажным пакетом, доверху набитым фруктами. Охранник молча поставил пакет на тумбочку и удалился.

– Угощайся, – подмигнул Никита.

В палату к Строганову он пока не стал заходить, давая возможность Марине побольше времени на общение, а сам решил разыскать Кошкина. Он помнил слова профессора, где его можно найти. Да и без этого проблем не возникло. Кто-то уже доложил о приезде Никиты, и Кошкин уже сам торопливо шагал по коридору в развевающемся халате. На его лице светилась улыбка.

– Никита Анатольевич! – он раскинул руки и слегка сжал ими плечи волхва, но тут же убрал их. – Только сегодня вспоминал о вас. Давненько не заглядывали в нашу обитель!

– Вы не только лечите, но и умеете трансформировать мысли в желаемое, Артем Данилович! – пошутил Никита. – Похвастаетесь своими успехами?

– У меня в кабинете! – Целитель был непреклонен. – Не будем мешать персоналу.

В небольшом помещении, переделанном под нужны профессора и напоминавшем не гостиничный номер, а полноценный рабочий кабинет, Никита расслабленно сел в кресло и наблюдал, как Кошкин достает из шкафа бутылку с коньяком, разливает в пузатые стаканы, и только потом попросил:

– Вы только сразу дайте профессиональный ответ по новой технологии. Стоит ли заниматься?

– Стоит? – едва не завопил Кошкин. – Да это же эволюция магических способностей! Вы же видели господина Елагина? Пальцы его видели? А Строганов? Ах, еще не навещали? Это… Это невероятно! Нет, я всегда был сторонником оперативной регенерации конечностей, и старался проводить определенные операции в течение двух суток. Но такие тяжелые случаи у меня в практике впервые.

Кошкин одним махом опрокинул в себя коньяк, не замечая, насколько выглядит возбужденным.

– Вы знали, Никита Анатольевич, сколько раз Елагину проводили оперативную регенерацию пальцев? Четырежды! Это же издевательство над организмом! Рубить пальцы, отращивать их и снова рубить! Варвары! Мы только неделю выправляли энергоканалы кисти левой руки! Грубейшие ошибки в восстановлении тканей, уничтожение аурных образов пальцев, да и просто покалеченные суставы, нервные окончания! Пришлось провести хирургическую операцию, и только потом использовать биокапсулу!

– Вы великолепно потрудились, Артем Данилович, – Никита с уважением посмотрел на Целителя. – Я впечатлен. И все же хочу услышать ваше мнение об аппаратуре.

– Недоработки есть, – Кошкин плеснул в пустой стакан янтарный напиток. – Но они мелкие, относятся, скорее, к составляющим: компоненты, проблема вывода продуктов жизнедеятельности… Да, пожалуй, все. Они нисколько не повлияли на процесс лечения.

– То есть, доработку проводить все равно нужно?

– Я готовлю полный доклад по эксплуатации прототипа, – подтвердил профессор. – В течение следующей недели предоставлю его вашим инженерам. Они вынесут полноценный вердикт. Но, если хотите, предоставлю копию в ваше распоряжение. Думаю, вам тоже будет полезно ознакомиться.