Текст книги "Битва драконов. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 32 страниц)

Глава 14

Петербург, сентябрь 2015 года

На встречу Юля собиралась с большой опаской и недоумением. Да, скорее недоумение превалировало над опасностью влипнуть в новую неприятную историю. Но игнорировать дружелюбное приглашение княжны Меньшиковой, вернее, госпожи Назаровой, тоже казалось неприемлемым…

Конверт с солидной магической печатью в виде руны «замок» и с оттиском кланового герба Назаровых перед обедом вручил Юле посыльный. Лиза Воронцова попробовала дать ему чаевые, на что гонец сказал «оплачено», сел на велосипед и укатил дальше по своим делам.

Лиза была девушкой скромной и ненавязчивой. Как только Юля примостилась в уголке гостиной на диване, она решила уйти, чтобы не мешать своим присутствием.

– Лиза, останься, – мягко попросила Васильева и жестом показала, чтобы Воронцова присела где-нибудь рядышком, пока она будет читать письмо. – Хочу услышать твое мнение.

– О чем? – сев в кресло напротив, поинтересовалась Лиза. – Мне кажется, письмо сугубо личное.

– Да это Никита Назаров, – поморщилась черноволосая красотка, постукивая конвертом по ладони, колеблясь от желания узнать его содержимое или вовсе разорвать на кусочки. Но вот только магическая печать смущала. Такая серьезная защита говорила о серьезности же намерений писавшего, хотя имени на беленой плотной бумаге не было. Девушка знала о свойствах подобных печатей. Они как сигнальная метка в сетевой почте. Прочитал – позеленело. Не прочитал – так и будет чернеть перед глазами иконкой закрытого конверта. А непрочитанное письмо подобного свойства – явное оскорбление человеку, защитившему честь Юли и давшему свободу ее семье. – Хочет, наверное, встретиться со мной.

– Так открой и прочитай, – пожала плечами Воронцова. – Не понимаю, почему ты игнорируешь Никиту.

Лиза не стала распинаться перед гостьей, каким доверием пользуется молодой волхв в ее семье, и какие бы слова нашли отец, мать и даже старший брат Андрей, чтобы у Юли Васильевой и мыслей дурацких не оставалось насчет Назарова.

Юля вздохнула и резким движением надорвала край конверта. Она подозревала, что магическая печать каким-то образом настроена на ее ауру, иначе бы письмо просто осыпалось пеплом, попытайся прочитать письмо кто другой. Назаров такой выдумщик…. Печать «признала» девушку (что подтверждало ее версию об использовании «личной» ауры).

Она извлекла сложенный вдвое листок. Каллиграфический почерк слегка смутил Юлю. Ей показалось, к письму приложила руку женщина. Хмыкнув от своей догадки, она внимательно прочитала послание, уложившееся в десяток строк.

– Тамара предлагает встретиться на нейтральной территории, – чуть удивленно пояснила девушка Воронцовой, ожидавшей ответа. – Сегодня вечером в клубе «Диадема».

– Сильно и неожиданно, – усмехнулась Лиза. – Там же вся молодая высокородная поросль собирается. Есть подозрение, что не зря Тамара решила появиться там ради разговора с тобой.

– И как я туда попаду? – озадачилась Юля. – Такое место не для провинциальной дворянки.

– Ты до конца прочитала? – Лиза тоже удивилась, почему жена Никиты решила назначить встречу в самом респектабельном, и, признаться, совершенно недоступном месте для обычного светского общества.

Чтобы попасть на территорию клуба, предстояло миновать ворота, оснащенные всевозможными техническими и магическими датчиками. Мало того, что существовал запрет на пронос любого оружия или боевых амулетов, незнакомое лицо имело все шансы застрять на первом этапе проверки. В «Диадему» можно пройти только по личному подтверждению того, кто этого гостя и пригласил.

Частное охранное агентство «Воевода» добилось высочайшего права составить списки важных посетителей клуба и внести их данные в особый реестр. Система распознавания мгновенно срабатывала, если кому-то хотелось проникнуть внутрь под чужой личиной. «Воеводу» возглавлял Меньшиков Алексей Федорович, старший дядя нынешнего императора, прошедший все ступени боевого офицера, и хорошо представлявший, какую ответственность его люди, и он сам несут за безопасность развлекающейся молодежи.

– Меня пропустят, – кивнула девушка, прочитав постскриптум, и неожиданно разозлившись, воскликнула: – Никогда не любила, чтобы мною манипулировали!

Подруга удивленно вскинула брови, и Юля, чтобы смягчить сгоряча брошенную фразу, добавила, снизив накал в голосе:

– Мне кажется, Никита отчаялся встретиться со мной и послал жену на переговоры. Только зачем? Я же дала ясно понять, что не имею никакого желания на дальнейшие отношения!

Воронцова пожала плечами. Помимо природной скромности она отличалась тактичностью и сообразительностью. Юля продолжала разыгрывать заведомо проигрышную партию, потеряв все козыри. Назаров предлагал ей защиту в завуалированном виде, и не обязательно его благожелательность должна закончиться походом к алтарю Лады. А, нет! Назаров своих женщин Перуну показывает, у него собственные тараканы в голове. А что до гостьи – Лиза считала, что каждой обиде есть свое время. Проявила свой характер – пора и о будущем думать. Хм, но почему сама Тамара ищет встречи? Надо сказать, интриги она сегодня поддаст. Назаровы затевают какой-то трюк, предназначенный для определенных людей.

– А ты сходи, – посоветовала Лиза и встала. Больше она ничего говорить не станет. Юлия не маленькая девочка, голова на плечах есть. – Если надумаешь, я поговорю с Василием, он сопроводит тебя до клуба, побудет где-нибудь рядышком. Хотя… Нет, не надо моих братьев привлекать.

Она закусила нижнюю губу, сосредоточенно думая.

– Попрошу Мустафу и Айдара побыть твоими личниками, – лицо Лизы озарилось лукавой улыбкой. – Поверь, с такой охраной тебе ничего не грозит.

Названные Воронцовой охранники, по их собственным словам, происходили из какой-то младшей ветви крымских ханов рода Гераев. Из-за многочисленных претендентов, толпящихся возле престола, они пошли по военной стезе. После вхождения Крымского ханства в состав русской империи, несколькими семьями перешли на службу предку Воронцовых, и с тех пор молодые нукеры Джанибековых и Шахбазовых верно и честно исполняли вассальную клятву. Кто-то охранял многочисленные виноградники Воронцовых и их большое поместье, а иные, как Мустафа и Айдар, жили в Петербурге и ревностно несли службу подле хозяев и их детей.

– От оскорблений они меня не уберегут, – мрачно заметила Юля и нелогично продолжила: – И вообще, времени мало осталось. На голове черт знает что, и одежду подобрать нужно.

– Нина – наша горничная – тебе прическу сделает не хуже, чем в модельных журналах, никуда ходить не надо, – обрадовалась Лиза и потянула подругу за собой. – Тебе надо обязательно выбраться из норы, показать свою силу духа. Плевать на Шереметевых и Бельских. Пусть Велимир локти кусает, что такую красотку упустил…

К «Диадеме» – молодежному респектабельному клубу на Галерном острове – каждый вечер подъезжало до сотни роскошных автомобилей, преимущественно спортивных марок или двухместных кабриолетов, из которых вальяжно выходили отпрыски знатных родов, еще не обремененные семейными узами, но уже пытающиеся завязать нужные знакомства, куда входили и поиски потенциальных невест. Но вся эта мишура являлась лукавством. Круг невест определялся совсем в другом месте, а чужаков сюда вообще не допускали. Изредка в «Диадему» заглядывали те, кто уже оказался обременен семейными узами и деловыми партнерствами. Ничего зазорного в этом не было. Даже наоборот, появлялась возможность упрочить дружеские отношения.

Поэтому появление старшей дочери Великого князя Константина было встречено со сдержанностью, но доброжелательно. Как-никак, многие знали Тамару в ту пору, когда за ней начала выстраиваться очередь из потенциальных женихов. К Даше, которую молодое петербургское общество видело довольно редко, присматривались, прощупывали легкими, но завуалированными вопросами, на которые она отвечала с той легкостью, которую обрела, будучи еще Сабуровой. Опыт салонных и клубных общений, полученный ею в родном мире, основывался на антагонизме великих родов больше, чем на дружеских взаимоотношениях. Проще говоря, несмотря на свою миловидность, хрупкость и кажущуюся скромность, опасно было совать Даше палец в рот.

– Тамара Константиновна! – перед девушками выросла фигура статного мужчины, хорошо одетого и пахнущего дорогим одеколоном. – Такая неожиданность! А я поверить глазам не мог, когда разглядел вас у входа! Вы великолепны!

Его голос был настолько густым и насыщенным, что перебивал сочные ритмы музыки, звучавшей в помещении.

– Михаил Орлов, – усмехнулась Тамара, протягивая руку, которой тут же коснулись губы мужчины. – Вы до сих пор ищете свою вторую половину в этом инкубаторе неоперившихся птенцов?

– Не говорите так, Тамара Константиновна! – Орлов посмотрел на молчаливых Нагайца и Лязгуна, что сопровождали своих хозяек, и насмешливо добавил: – Иногда сюда заглядывают очень неплохие экземпляры. Но я же военный офицер, как-никак, и должен внимательно подбирать себе пару. Увы, пока не могу похвастаться своим счастьем.

– Знакомьтесь, Михаил, – Тамара спокойно выслушала легкомысленный треп Орлова и показала на молчаливую Дашу. – Младшая жена Никиты, Дарья Александровна. По вам вижу, что вы узнали ее…

– Несомненно, – Орлов мягко обхватил своими пальцами протянутую руку Даши, снова наклонился и едва прикоснулся к ней. – Я поражен, как легкомысленно поступил Никита, отпустив таких очаровательных и блистательных жен без присмотра…

Даша промолчала, и с нескрываемым любопытством взглянула прямо в глаза Орлова. Мужчина дрогнул первым, и скрывая смущение, натянул на себя улыбку.

– За нами есть кому смотреть, – Тамара оглянулась на личников. – Ребята, подождите нас возле барной стойки.

– Обычно сюда с телохранителями не ходят, – заметил Орлов, провожая взглядом парней. – «Диадема» давно следует принципу «никаких разборок и скандалов внутри помещения».

– Помню, помню, – кивнула Тамара, – но мой… наш дорогой муж очень обеспокоен последними событиями, поэтому лично попросил дядюшку Алексея Федоровича пропустить личников в клуб.

Она лукавила. Никита вообще был против безрассудного выхода в свет после попытки захвата Аноры, но Тамара убедила его, насколько важна встреча с Васильевой, и при нем тут же связалась с Великим князем Алексеем, долго щебетала, расспрашивая о многочисленных тетушках, дядюшках, племянниках и прочих отпрысках рода. И только потом озвучила свою просьбу, на что получила вполне благосклонное разрешение. О необычной дуэли Назарова и Шереметева он был наслышан, как и о «несчастной» Юле Васильевой.

– Кстати, как поживает Никита? – полюбопытствовал Михаил. – Почему он так избегает нашего общества? Многие хотели бы поближе с ним познакомиться. Интересный и загадочный человек всегда возбуждает интерес. Я-то его прекрасно знаю по учебе в Военной Академии, но и сам не прочь встретиться.

Да-да, забыв о неприятной связи с Ларисой Зубовой и их совместной интриге, – хотела напомнить Тамара, но вместо этого ответила:

– Супруг очень занят, – и прошествовала к свободному столику, окруженному мягкими диванчиками. Стоять на проходе и чесать языком ей показалось ниже своего достоинства. Даша была того же мнения.

Михаил, немного подумав, последовал за ними, и получив благосклонный кивок, сел на свободный диван. Тут же нарисовался вышколенный официант в безупречной униформе. Девушки заказали коктейли, а Орлов отмахнулся.

– Так он определился со своим предназначением? – поинтересовался Михаил, когда официант отошел. – Стезя военного волхва его не прельщает? А я слышал, он отличился в Сербской Краине. Спас князя Белёвского…

– Всего лишь по личной просьбе императора, – небрежно откликнулась Тамара. – У Назаровых очень много действующих активов, пришлось делать нелегкий выбор в пользу коммерции.

Она прибавила голосу насмешки, словно проверяла реакцию Орлова на свои слова. Великосветская молодежь, подобно своим замшелым предкам, старательно ограждала себя от неудобных разговоров, боясь прослыть скопидомами, жадными до звонкой монеты. Нетрудно догадаться, какими эпитетами награждают Никиту в узких кругах. Правда, в глаза никто и слова не смеет бросить, боясь вызова на дуэль. Недавний пример с Шереметевым показал истинный уровень молодого волхва. Сожрет и не подавится.

Орлов только улыбнулся и пожал плечами. Дескать, я в этом ничего не понимаю.

– Вы бы, Михаил, рассказали о себе. Как ваша карьера при Генштабе?

– Неплохо. Служу в Центральном военном округе, езжу с проверками в части, разрабатываю планы мобилизации. Есть чем заняться.

Возле столика снова возник официант. С изящной непринужденностью поставил перед девушками высокие бокалы с коктейлем, украшенные дольками фруктов, и еще не разогнувшись, посмотрел на Тамару и сказал:

– Некая дама спрашивает вас. Она только что зашла в клуб. Я, к сожалению, ее не знаю…

– Если не затруднит, приведите ее сюда, – перебила официанта Тамара.

Михаил с удивлением узнал в стройной девушке с роскошными черными волосами, небрежно разбросанными по плечам и спине, Юлю Васильеву, потом перевел взгляд на Назаровых, словно хотел спросить, какую интригу затеяли эти красотки. Однако перевесило благоразумие. Анализировать ситуацию можно в другом месте, попивая горячительные напитки и обсуждая ее с верными друзьями.

– К сожалению, должен покинуть ваше яркое общество, дамы, – Орлов встал, окинул взглядом застывшую Юлю, сухо кивнул ей, а потом повторил кивок, но более живой, в сторону Тамары и Даши, едва не щелкнув каблуками. – До свидания!

Васильева проводила взглядом удаляющегося Орлова и напряженная улыбка тронула ее губы:

– Разве Орловы настолько ревностны к проблемам Шереметевых?

– Не обращай внимания на солдафона, Юля, – махнула рукой Тамара. – Присаживайся к нам. Поговорим.

И распростерла левую ладонь над своим бокалом с напитком. Ее взгляд был направлен на бирюзовый камешек в виде продолговатой капельки в серебряном изящном кольце. Потом рука Тамары переместилась к бокалу Даши. В ее взгляде промелькнуло удовлетворение, и закончив манипуляции, расслабленно откинулась на спинку дивана.

– Спасибо, княжна, – девушка поняла смысл проверки, села на свободное место и с любопытством посмотрела на доброжелательно улыбающуюся Дашу. На какое-то мгновение ей показалось – она давно знает младшую жену Никиты. Картина была настолько явственной и яркой, что Юлей захотелось помотать головой, сгоняя наваждение.

– Я с некоторых пор потеряла этот статус, – усмехнулась Тамара, дав возможность Васильевой присмотреться к Даше. Никита просил очень внимательно следить за реакцией девушек. Его интересовало, как они поведут себя. Кажется, муж оказался прав. Некий магнетизм между Юлией и Дашей чувствовался. – Если только Назарову когда-нибудь не присвоят княжеский титул, что вряд ли. Даже повеление императора о баронстве застряло где-то в канцелярских лабиринтах.

Ресницы Юли дрогнули.

– Надеюсь, Никита Анатольевич заслужил большего, – сказала она вежливо.

– Вполне, и даже без моих связей, – Тамара обхватила губами трубочку. – Закажи себе что-нибудь выпить. Я не знаю твоих предпочтений.

– Пока нет никакого желания, – твердо ответила Юля, гася вспышку раздражения. Огонь, вспыхнувший в крови, растекся успокоившимися волнами.

– Познакомьтесь, – Тамара словно не заметила быстрой перемены в аурном контуре девушки. – Это Даша, вторая жена Никиты, моя лучшая подруга и помощница в домашних делах.

– Здравствуй, Юля, – снова улыбнулась Даша. – Рада тебя видеть.

Васильева настороженно кивнула, изобразив вежливую полуулыбку. «Почему она так пристально смотрит на меня? – лихорадочно думала Юля, машинально приглаживая платье на коленях. Чтобы как-то унять легкую дрожь, она положила руки на стол и сцепила пальцы между собой. – Почему рада? Мы же никогда не встречались!?»

– Я себя немного не в своей тарелке чувствую, – честно призналась девушка. – Не самое лучшее место для приватной беседы. На нас так и пялятся. Я ожидала приглашения в ваш дом, Тамара Константиновна. Было бы логичнее.

– Захотелось мир посмотреть и себя показать, – откликнулась Тамара. – В Вологде, признаюсь, довольно скучно. Вот мы и решили посетить столицу. Да и вам пора вылезать из раковины, Юлия Николаевна.

В ее голосе прошелестел звук вынутого из ножен клинка.

– Я в нее и не пряталась, – отчеканила Юля.

– В любом случае, вы бы могли пойти навстречу человеку, рисковавшим здоровьем и своей репутацией, отстаивая честь семьи Васильевых и вашу лично.

– Я не просила Никиту Анатольевича решать мои проблемы, – Юля вскинулась, наткнувшись на пристальный взгляд старшей жены Назарова. – Более того, просить и за семью. Получается, мои родители теперь в долгу перед ним, сами не желая этого.

– Насчет долга речь не шла, успокойтесь, – в глазах Тамары блеснул лед. – Никита мог бы махнуть рукой на сложившуюся ситуацию, совершенно его не касавшуюся никоим образом, но как настоящий мужчина рискнул защитить публично честь молодой девушки.

Она почему-то ощутила обиду за своего супруга, и на какое-то мгновение потеряла самообладание. Что в этой Васильевой нашел Никита? Почему такой шум вокруг нее? Могла она хотя бы на пару минут уделить для элементарной благодарности? Понимая, что рассуждает неконструктивно, Тамара глубоко вздохнула, и тут на помощь пришла Даша.

– Девочки! Мы, кажется, не на ту дорожку свернули, – похлопала ладонями Даша и лучисто улыбнулась. – Надо не прошлые обиды вспоминать и обсуждать, а как жить дальше.

– Действительно, затрещали сороки, – выдохнула Тамара, пригладив прядку волос, выбившуюся из прически. – Глупо как. Попробуем заново.

– Я не осуждаю вас, Тамара Константиновна, за претензию, но не понимаю ваш интерес, – Юля таким образом давала понять, что не намерена идти на поводу Назаровых. – Вы же не уговаривать меня пришли выйти замуж за Никиту Анатольевича. Я бы наоборот всячески старалась сорвать подобные переговоры.

– Давай без официоза, – поморщилась Тамара. – Мы уже знаем об освобождении твоей семьи от вассальной клятвы Бельскому. Согласна, не всегда подобные вещи вызывают радость у мелкопоместных дворян. Если ты считаешь, что разрыве вассальных отношений присутствует косвенная вина Никиты, он готов исправить ее любыми средствами. Юля… Все произошедшее проистекает из неправильной оценки ситуации. Грубо говоря, мы все замешаны в истории, так или иначе.

– Сейчас не поняла, – заинтересовалась Юля, расслабив мышцы лица. Не сидеть же каменной статуей, показывая упорное нежелание слушать и слышать. – И Никита тоже говорил загадками. Вы что-то знаете?

– Мы не имеем права рассказывать об истинной причине интереса нашего мужа к тебе, – Даша, отодвинув трубочку, сделала глоток коктейля. – Ой, какая сложная конструкция вышла! Ладно… Эта история, в которой замешана и я, тянется давно. Никита упоминал как-то, что тебе нравятся загадки. Так почему бы не найти ответ при встрече с Никитой? Уверена, после такого рассказа все станет ясно.

– Вы меня заинтриговали, – вздохнула Юля и машинально поправила кулон с амулетом на шее. – И все-таки я чувствую подвох.

– Нормальная реакция, – согласилась Тамара. – Я бы отнеслась к тебе с презрением, бросься ты на шею Никите после дуэли. И ни за что не пустила бы в семью. Это моя позиция, и она непоколебима.

– Разумно, – кивнула Юля. – Так что именно вы хотите от меня услышать?

– Меня интересует твоя родовая Стихия. Кажется, Огонь?

– Пустое, – отмахнулась Юля. – Отец не стал развивать мои способности. Более того, он хотел как можно скорее отдать меня замуж, чтобы я через детей усиливала мощь рода Шереметевых. Поэтому и появился вариант с Велимиром.

– Но ведь он пестует Воду, – напомнила Тамара.

– Да, и это странно, – вздохнула Васильева. – Самые антагонисты, Вода и Огонь – что приобретут дети? Не получится ли ослабление Дара?

Тамара и Даша переглянулись.

– Если девушка не Воительница, то это самый наилучший вариант, – осторожно ответила Тамара. – Конфликт Стихий смягчается. И тогда потомки могут одинаково спокойно регулировать Силу Огня и Воды. Шереметевы отнюдь не глупы, как может показаться на первый взгляд. Например, Даша по характеру Стихии – Валькирия, та самая Воительница в классификации волхвов, а я – Берегиня. Обе тяготеем к Воде.

– Не самый лучший вариант, да? – обвела взглядом Юля своих собеседниц, которые с лукавинкой переглянулись. – Или я чего-то не понимаю?

– Об этом пока речь не идет, – Тамара решительно пристукнула ладонями по столу. – В общем, я хочу, чтобы род Васильевых, проживающих в Устюге, принял предложение Никиты. Для них это наилучший вариант. С тобой тяжелее. Ты упорно отказываешься говорить с моим мужем.

– Уже меньше, – усмехнулась Юля.

– Не зря, значит, мы сидим здесь. Позволь озвучить нашу позицию. Никто силком тебя под длань Лады тащить не будет. Никита никогда не пойдет на такой шаг, если не уверен в ответных чувствах к избраннице. На данный момент меня и Дашу устраивает наша семейная жизнь. Мы в силах дать Никите любовь, поддержку и кучу ребятишек. Вот что ты должна знать. Желаем ли видеть еще одну хозяйку в доме? Скорее нет, чем да. Но это вопрос спорный из-за любимого мужчины. Можно, конечно, устроить бабью истерику с боем посуды и швырянием тяжелых предметов, запрещая Никите приводить в семью очередную красотку. Это не выход из ситуации. Все гораздо сложнее. Дай шанс Назарову все тебе объяснить. Узнаешь много интересного.

– Почему? – ошеломленно спросила Юля.

– Что – почему? – не поняла Тамара.

– Вы так настойчиво просите встретиться с ним?

– Ваша встреча выбила его из колеи, – ответила Даша. – Будет правильно встретиться и выяснить отношения. Иначе так и будет дергаться, вставать по ночам, тайком пробираться на террасу и неподвижно созерцать звезды на небе. Никите нужна ясность: любовь ли между вами или обычная химия, влекущая в постель. Чем быстрее разберетесь – тем лучше.

Юля почувствовала, что краснеет, в отличие от обеих Назаровых. Она вдруг подумала, а как, интересно, Никита делит постель с этими красавицами? Спят ли они втроем? И с ужасом поняла, что ее щеки горят огнем. Позорище! Нашла тему!

Тамара с едва заметной улыбкой, словно прочитала чужие мысли, сняла со спинки стула сумочку и извлекла из нее точно такой же конверт, полученный Юлей, положила на середину столика, ожидая, какой вариант примет девушка. Если Васильева возьмет письмо, то оно вскоре попадет в Устюг, где окончательное решение примет отец.

Не сказать, что Тамара была в восторге от подобного предложения Никиты, но кое-какие дивиденды из сложившейся ситуации можно было получить. Она уже прорабатывала варианты, и согласие Васильевых кидало ощутимый груз на весы в пользу Назаровых.

Юля смотрела на белый прямоугольник с гербом без аурной печати, и лихорадочно пыталась выстроить логическую цепочку из сегодняшней встречи. Назаровы – очень молодой клан, и принимать предложение его Главы означало крупный риск. Есть очень сильные игроки, которые кушают таких, как Никита, на завтра и обед. Но, если посмотреть под другим углом, за Назаровыми незримо маячит императорская семья. И здесь нельзя ошибиться с выбором. Васильевы – довольно многочисленный род: дядья, тетки, братья, сестры. Решать его судьбу будет не только отец, а несколько человек – так называемый Совет Рода. Взяв письмо, Юля уже становится посредником в переговорах. А вдруг отец разорвет послание и выставит дочь за дверь? До сих пор не поинтересовался, как у нее дела, никакой весточки не прислал. И будет Юленька свет Николаевна виновата кругом. Это что же получается: кто-то изощренно играет ее жизнью? Как тут не злиться на этого нахала Назарова?

Тайны она, конечно, любила. И нисколько не лукавила, когда сказала об этом Никите. Но участие в интригах или подобных им игрищах Юлю нисколько не прельщало. Только почему-то пальцы хотелось сжать до хруста. Проклиная себя за слабость, девушка потянулась к конверту и стянула его со стола. Тамара отсалютовала ей бокалом, словно подтверждала правильность принятого решения.

– Там все написано, – мягко произнесла она. – Быстрого ответа не требуется. Пусть твой отец обдумает как следует.

Ретроспектива

Аудиенсия Санта-Мартино, 2013 год

Полозов

– Прежде мы заберем из поселка одного человека, – пояснил Фрэнк, самолично крутя оплетенную баранку джипа. Пыльное облако из-под колес машины сразу пропало, лишь только она заехала под зеленый покров влажных джунглей. – Направляемся не в самое приятное местечко, хотя с менкари я уже договорился.

Дорога – а точнее, просека, которая поддерживалась в надлежащем порядке жителями аудиенсии и близлежащих деревень, вильнула вправо, и сразу же показалась банановая плантация с копошащимися между посадками работниками и снующими в разные стороны миниатюрными тракторами.

– Кто такой менкари? – поинтересовался Полозов, сидевший рядом с Морганом.

– Менкари – женщина, – поправил его советник. – Точного перевода не дам, но что-то вроде Присматривающей за алтарем. – Пришлось задобрить старуху, чтобы не мешала провести ритуал.

Он просигналил выбежавшей навстречу летящему джипу мелкой шавке с всклокоченной шерстью, и та пристроилась рядом, остервенело облаивая колеса. Однако ей быстро надоела эта забава и она отстала, засеменив в придорожные кусты.

Полозов поежился. Нелегко было играть роль простака, не знающего, что его ждет в предстоящем действе. Мария, пробывшая с ним до рассветных сумерек, инструктировала Олега, как себя вести во время ритуала, и только потом, чмокнув его в нос, выскользнула из бунгало, оставив на подушке слабые запахи парфюма.

Фрэнк изредка бросал взгляд в его сторону, как будто догадывался о ночном визите дочери к русскому, но говорил совершенно о другом.

– Не бойся, Хельг! – перекрикивал Морган рокот мотора. – Я не буду лить на алтарь твою кровь, ха-ха! Ритуал можно и без нее проводить. Мне достаточно прикоснуться к твоей памяти!

– Надеюсь, это не Вуду, – откликнулся Полозов, лишь бы не молчать. Машину иногда подбрасывало вверх, когда колеса налетали на корни деревьев, стелющихся под покровом лежалой листвы.

– Вызов демона не имеет ничего общего с колдовскими штучками дагомейских и гаитянских шаманов! – рассмеялся Фрэнк. – Это совершенно иная магическая культура, пусть и связанная с инферно. Китайские даосы ментально иные; в соответствии со своими представлениями о Стране Мертвых, они создали своеобразный культ передачи своей души тварям из преисподней. И знаешь, для чего?

– Боюсь, не смогу ответить! Не интересовался подобными вещами.

– С помощью призванного демона ты можешь путешествовать по мирам или во снах чужих людей! – Морган стал сбавлять скорость перед очередным поворотом, у которого Олег заметил одиноко стоящего человека в широкополой шляпе, плотно закутавшегося в черный дорожный плащ. – Овладев подобным искусством, тебе сразу станет скучно жить в посредственном и насквозь прагматичном мире!

Полозов не стал спорить с человеком, имевшим подобные взгляды на жизнь, да еще владеющим специфическими знаниями китайских даосов. Профессионалу виднее, так сказать. Он больше интересовался человеком, ждавшего, по-видимому, их машину. Так и случилось. Фрэнк притормозил перед ним, и как только незнакомец оказался на заднем сиденье рядом с Марией, тут же рванул дальше.

Для жаркого дня пассажир надел на себя излишне много одежды. Мария, например, обошлась плотными штанами из темно-синей джинсовой ткани, светло-серой рубашкой с длинным рукавом, а для ходьбы по джунглям ей понадобились короткие кожаные сапожки с толстой и прочной подошвой. Завершала ансамбль полувоенная беретка, предохранявшая голову от пыли и солнечных лучей. На бедрах висел широкий поясной ремень с кобурой, откуда выглядывала рукоять кольта.

Полозову показалось что-то знакомое в движениях попутчика. Когда же Мария с ним сдержанно поздоровалась, он развернулся, чтобы как следует рассмотреть этого человека. Не очень-то приятно иметь за спиной потенциальную угрозу.

– Доброго дня, мистер Ше! – неожиданно ответил пассажир и приподнял двумя пальцами шляпу.

– Не ожидал увидеть вас здесь, Сюй Да, – хмыкнул Полозов. – Думал, вы умотали на материк в поисках очередного идиота вроде меня.

– Вы шутите – и это здорово! – азиатское лицо агента расплылось в улыбке. – Для предстоящего дела нужен огромный позитив!

– Да я переполнен им до краев, – в тон ответил Полозов. – Что вы забыли в джунглях в пятидесяти километрах от аудиенсии?

– Навещал родных. Здесь мой дом.

«Врет как сивый мерин, – подумал Олег. – Явно по какому-то заданию Моргана крутился вокруг плантаций. Даже не представляю, чем он вообще занимается. Эмиссар, говоришь… За целый год я так ничего и не узнал про него. Доставил меня в аудиенсию и сгинул. Значит, появление Сюй Да сигнализирует о неприятностях для меня. Моргану понадобился помощник-мужчина. За мной следить будет?»

Между тем Фрэнк разогнал машину и вскоре проскочил небольшую речушку с рукотворным мостом из толстых бревен и массивных плах, положенных поперек них. Примитивная переправа оказалась на редкость прочной. После нее потянулись кофейные плантации, а дальше джунгли сомкнули над ними свои зеленые кроны, а дорога превратилась в узкую наезженную колею. Значит, здесь ходит транспорт, пусть и не так часто.

Джип нырнул в какой-то подлесок сплошь из ротанга и лиан, а колеса безжалостно давили высокий мясистый папоротник, которого здесь было невообразимое количество. А дальше уже пошли самые настоящие джунгли. Вскоре Фрэнк мягко остановил машину и заглушил мотор. И сразу же в уши ворвались звуки жизни: где-то дурными голосами орали попугаи, визгливо вопили обезьяны, возбужденно перескакивая с одной ветки на другую.

– Приехали, господа, – сказал Морган и выдернул из стопоров, приваренных к двери, дробовик. – Приготовьте оружие на всякий случай. Воду не забудьте взять. Мария, Хельг – идете в середине. Сюй Да – топай направляющим.

Оказывается, китаец тоже оказался вооружен. Он ловко выдернул из-под полы плаща довольно необычный пистолет, в котором Полозов признал десятизарядный «Скаут» конструкции американца Гарри Стэнфорда. Наверное, его обладатель очень любил грохот, шум и пламя, вырывающееся из дула во время выстрела. Признаться, идея пользоваться таким оружием в джунглях, где еще хватало первобытных племен, была неплохой. Один выстрел разгонит воинственных аборигенов или заставит их молиться богу Огня. Но потайник знал, что пистолет по своим конструктивным особенностям оказался не очень удачным, в первую очередь, из-за своей ненадежности и отсутствием автоматического предохранителя ударника. Ну ее, такую игрушку.