Текст книги "Битва драконов. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 32 страниц)

– Ну-ну, девочка, все уже позади, – погладил ее по голове Никита. – Сейчас разберемся и будем думать, как жить дальше.

Если он сказал такое, значит, этим ублюдкам, вздумавшим похитить или убить Анору, не поздоровится.

– Яна, позаботься об Аноре, – попросил чародейку Никита. – А потом прощупайте здесь все сверху донизу. Я хочу знать, что здесь произошло.

– Сделаем, Никита, – Яна приобняла девушку и повела в сторону внедорожников.

Капитан Острожин, заметно напрягшись, ждал, когда молодой импозантный мужчина в плаще из дорогой ткани и сверкающими на солнце кольцами подойдет к нему. Произнесенное во время телефонного разговора имя Великого князя Константина сулило большие проблемы и хлопоты. Пусть полицейское ведомство находилось не под его властью, но присутствие высокородного лица всегда несет нервозность и неразбериху в расследовании.

– Господин капитан, – Никита внимательно окинул машину с зияющими провалами вместо стекол, потом перевел взгляд на микроавтобус, составляя картину произошедшего. – Я – Назаров. Мы разговаривали с вами несколько минут назад. А это мой адвокат, Капитонов Геннадий Митрофанович, – представленный мужчина в очках кивнул. – Вы в курсе, что допрашиваемая вами девушка еще несовершеннолетняя?

«По ней не скажешь, – подумал Острожин с тоской. – Лет на восемнадцать выглядит. Фигуристая, расцветшая девица…».

– Я не успел осведомиться о возрасте девушки, – сухо сказал капитан. – В силу произошедшего я обязан был опросить госпожу Назарову как можно быстрее, чтобы по горячим следам начать поиски сбежавших преступников. Приношу извинения за подобное нарушение законодательства, но готов отстаивать свои права.

– Не стоит, господин капитан, – мягко прервал его Никита. – Я понимаю – служба. Однако попрошу предоставить протокол допроса моему адвокату для ознакомления. Если в нем нет сведений, противоречащих ситуации, и не искажены слова моей родственницы, то мы оба подпишем его без колебаний.

– Охотно верю, – Острожин протянул бланк допроса адвокату, и Капитонов отошел к пострадавшей девушке.

– Что здесь вообще произошло? – тихо спросил Никита, с непонятным любопытством разглядывая урон, нанесенный Анорой ряду близлежащих домов. Особенно его привлек помятый микроавтобус и лежащие на дороге ветки, переломанные неведомой силой.

– По первоначальной версии вашу родственницу кто-то пытался похитить, – неохотно ответил Острожин. Следовал дозировать информацию, чтобы потом не получить по шее от начальника отдела. Полковник Сахаров тот еще зверь. Узнает, что его подчиненный доверительно сообщал постороннему сведения служебного свойства, упечет на месяц в ночное патрулирование. – Мы не знаем, кто это был, какие цели преследовал. Должен вас предупредить, господин Назаров, что во время следственных мероприятий вынужден буду вызвать вас для дачи показаний.

– Я же сказал, никаких препятствий с моей стороны, – ответил Никита. – Но мне нужна хотя бы какая-нибудь зацепка.

– К сожалению, ничего сказать не могу, кроме того, что водитель и охранник девушки пострадали, – твердо произнес Острожин и забрал бланк у адвоката, вернувшегося обратно. – Все верно?

– Анна подтвердила правильность ответов, – кивнул Капитонов. – Господин Назаров, нужна ваша подпись как старшего представителя рода и моя.

– Не вопрос, – Никита положил бланк на чемоданчик, услужливо подставленный адвокатом, размашисто расписался в нужном месте.

– Вашей подписи достаточно, – кивнул Острожин и оглянулся на своих помощников, собиравших сведения у понятых.

– Каково состояние сопровождающих?

– Увы, один погиб от магической атаки.

– Кто? – помрачнел Никита.

– Водитель.

– Игорь, значит, – желваки заиграли на скулах волхва.

Они все трое подняли головы, услышав скрип тормозных колодок. Старенький темно-голубой «рено-соболь» нахально проехал по тротуару и остановился сразу за «убитым» микроавтобусом.

– О, черт, – пробурчал Острожин. – Сам Хованский пожаловал. Сейчас начнется. Знаете, что, господин Назаров? Забирайте девушку и везите ее домой. Я вызову вас по повестке для беседы, буде такая понадобится.

– Кто такой Хованский, и почему я должен его бояться? – поинтересовался Никита, даже не скрывая любопытства в голосе.

Фамилия была говорящей. Цесаревна Софья, жена наследника Владислава, происходила из рода Хованских, но являлась ли она родственницей названного человека?

– Старший волхв отдела «М», – капитан, не отрываясь, смотрел на приближающегося пожилого поджарого мужчину в белой рубашке и наглаженных брюках. Забавно, что он использовал давно не модные уже подтяжки, выглядевшие на нем весьма органично. Слегка посеребренные виски, короткая стрижка, крупные и рубленые черты лица придавали старшему волхву из полицейского ведомства тот незабываемый колорит мужественного человека, чей тип так нравится женщинам.

– Почему на объекте посторонние люди? – голос у Хованского оказался каким-то звенящим, с легкой бархатистостью. Он кивнул на бродящих по дороге Яну и Романа. – Кто позволил посторонним волхвам заниматься снятием аур? Здравствуйте, господа.

– Доброго дня, – Никита радушно улыбнулся. – Позвольте представиться. Назаров Никита Анатольевич. А это мой адвокат – господин Капитонов.

– Хованский Анислав Радиславич, – с невероятным апломбом произнес волхв, и подал руку только Никите, проигнорировав адвоката. Впрочем, тот нисколько не обиделся, и даже отошел в сторону, готовый в любой момент оказать квалифицированную помощь своему важному клиенту. – Старший следователь магического отдела. Волхв девятого ранга по гражданской табели. А я вас знаю, Никита Анатольевич. Вернее, наслышан. Ваша родственница в порядке?

– Да, слава Перуну, – нарочно выделил фразу Никита. – Надеюсь, вы не будете прогонять моих помощников? Мы не будем настолько настойчивы, как ваши сотрудники. Мне нужны лишь часть деталей, из которых я нарисую свою картину.

– Есть какие-то подозрения? – оживился Хованский.

– Есть, но я не уверен полностью, – ушел от утверждения Никита.

– Хорошо, у них есть десять минут, – кивнул волхв-следователь. – Господин капитан, показания пострадавших и свидетелей сняты?

– Так точно, – вытянулся Острожин.

– Оставьте нас, пожалуйста, – попросил следователь с интересным именем Анислав, и дождавшись, когда капитан займется наведением порядка на опустевшей улице, доверительно спросил: – Ваша… э… родственница, часом, не боевая чародейка? Мне доложили, что здесь едва ли не война произошла. Девушка применила несколько плетений весьма внушительного разрушения.

– Она до пятнадцати лет жила в Бухаре, где обычная магия не защитит семью, – откровенно рассказывать, какой потенциал есть у Ани, Никита не стал. Если Хованскому сильно понадобится, он все равно узнает. А так просто, на пустом месте, языком чесать подобно старушкам на лавочке, волхв не собирался. – Девочка освоила несколько серьезных магоформ для личной безопасности. Насколько я успел выяснить, ее дед самолично обучал внучку подобным приемам. Не мудрено, что Анна от испуга пустила в ход боевые плетения.

– Впечатляет, – кивнул следователь-волхв. – Освоить в таком возрасте даже малую толику опасных плетений уже говорит о мощном потенциале. Не пробовали отдать девушку в Академию Иерархов?

– Именно там она и учится, поступила в этом году.

– Хм, тогда нужно серьезнее отнестись к подобным выплескам энергии и научить ее контролировать потоки, – Хованский говорил те самые банальности, которые слышали десятки и сотни одаренных детей от своих первых наставников. – Да и вы, судя по многочисленным слухам, имеете определенную квалификацию, и сами можете участвовать в обучении родственницы.

– Все же я предпочел пойти по более легкому пути, – усмехнулся Никита, краем глаза уловив жест Яны, что она уже закончила осматривать место происшествия. Жаль только, никто не даст разрешения посмотреть на трупы нападавших. Их уже загрузили в одну из карет. – Что ж, всего доброго, Анислав Радиславич. Не будете ли любезны держать меня в курсе расследования? Хотя бы намеками…

– Только в том случае, если от вас поступит аналогичная помощь, – прищурился Хованский, пряча хитрый блеск глаз под густыми бровями. – Не угодно ли обменяться личными телефонами?

Визитки перешли из рук в руки, и Никита, попрощавшись с полицейскими, направился к своей машине. Нагай пересел во второй внедорожник, предоставив место Аноре рядом с хозяином.

– Домой! – коротко бросил он водителю, и всю дорогу напряженно думал о чем-то, и никто не смел нарушить тишину в салоне.

Анора, словно невзначай, приникла к Слону, ощущая исходящее от него силу, волнение и беспокойство. Его тяжелая рука нашла тонкое запястье девушки и погладила бархатистую кожу, словно успокаивая. И в самом деле, лихорадочная дрожь, затаившаяся где-то под сердцем, куда-то исчезла, уступив место умиротворенности.

* * *

– Яна, Роман, пожалуй, начнем с вас, – Никита посмотрел на своих волхвов, уютно расположившихся на диване, ободряюще кивнул. – Что заметили? Какие выводы?

– Остаточные следы магии, примененной Аней, довольно сильные, – переглянувшись с Возницыным, Яна взяла на себя доклад. – Девочка использовала несколько связанных между собой плетений, направленных на мгновенное поражение цели. Хорошо, сил оказалось недостаточно, иначе бы вместо двух трупов мы имели бы развалины жилых домов.

– Она испугалась, – напомнил Никита. – Я бы тоже на ее месте первым делом сплел мощную магоформу. Аня действовала на инстинктах, вбитых в ее голову Фархадом. И это хороший знак, несмотря на побочные проблемы. Так что пока не будем касаться вопроса, какие именно заклинания использовались при защите. Вопрос в другом: что за цилиндр кинули в машину?

– Похоже, использовали артефакт «паутину», или нечто, аналогичный ему, – добавил Роман, перебирая пальцами витой шнурок, на котором висела сосулька защитного амулета. – Мгновенно сковывает движение и усыпляет любой организм на маленькой площади. Эффект достиг своей цели. Салон машины как раз подошел под эту категорию. У Игоря оказалось слабое сердце, не выдержало изменений физического поля. Его аурный контур просто снесло ударной волной. Остальным повезло.

– Вырисовывается картина похищения, – мрачно заметил Ильяс, сидевший на низкой банкетке возле журнального столика; он внимательно слушал говоривших и что-то быстро черкал в блокноте. – Аня сама говорила, что ее пытались вытащить из машины. Кто это был?

– Я не знаю, – откликнулась Анора, примостившись рядом с Никитой. – Лица не видела. А вот остальные – китайцы.

– Ты уверена, что они китайцы? Тебе не показалось? – волхв не удивился такому выводу. – Заметила ли ты какие-нибудь татуировки или опознавательные знаки на одеждах?

– Сначала я колебалась, то ли маньчжуры, то ли китайцы, – задумалась Анона, – но потом еще раз прокрутила в памяти то, что произошло…. Это китайцы, точно. Татуировок не заметила. Одежда обычная, уличная. Куртки кожаные, штаны из джинсовой ткани.

– Получается, за акцией стоит «Лотос»? – нахмурился Ильяс.

– Большая вероятность, – кивнул Никита, потерев подбородок. – Очень большая. Эх, сейчас бы найти беглецов, да потрясти их как следует. Кое-какие детали хочется прояснить. Подозреваю, это был намек на события, произошедшие в Верхотурье. Предупреждение от Большого брата клана «Лотоса». Аня оказалась самым незащищенным звеном, вот и ударили по нему. Не предполагали, что нарвутся на боевую чародейку.

– Молодец, не сплоховала, – Яна подмигнула девушке, и Анора покраснела от удовольствия, хотя впору было ругаться себя за грязную работу. Выбитые стекла, разрушенный фасад трех жилых домов, поврежденные деревья вылились в приличную сумму, которую должен был заплатить Никита. И ей было очень стыдно. Подвела дедушку Фархада, подвела своего господина, грязно сработала магоформы. Подспудно ожидая наказания, уже готова была принять любое из них.

– Никита Анатольевич, – Фадеев, тоже участвовавший в экстренном совещании в доме на Обводном, до сих пор не пришел в себя от происшествия, случившегося пару часов назад. Гибель Игоря и не состоявшееся – к счастью – похищение вверенной ему для охраны девушки серьезно било по его репутации. Начальник охраны подозревал, что «разбор полетов» еще предстоит, и честно, не находил для себя слов оправдания. Это существенный прокол. – Как же теперь быть с Аней и Ольгой Викторовной? У меня не хватит людей сопровождать каждую к месту учебы и работы.

– Сколько у тебя людей, обученных для сопровождения? – холодно посмотрел на него Никита.

– Осталось трое, – выдержал его взгляд Фадеев. – И еще четверо на постоянном дежурстве в особняке. Ладно, что молодые, несемейные. Живут здесь же.

– На днях пришлю к тебе пять человек для усиления охраны, – подумав, обрадовал Семена Назаров. – Схему сопровождения изменишь. Девушек садишь в одну машину, которую я полностью закрою рунической защитой, и по очереди развозишь по местам. Охрану вооружить. Я не думаю, что «Лотос» захочет еще раз провести подобную атаку. Триада добилась своего: предупредила меня. Недовольны, что я лишил их права мыть золото на моей земле и обтяпывать еще какие-то делишки. Но это не война, поэтому призываю всех успокоиться.

В гостиной, где Никита обсуждал ситуацию с сегодняшним нападением на Анору, вошла Ольга. Она плотно закрыла двери, отсекая звуки из гостиной, проскользнула к Никите и шутливо потрепала его по затылку, взъерошив волосы, и весело объявила:

– Ужин готов, гости дорогие. Прошу к столу на кухню….

Вечернее солнце спряталось за высокими крышами домов, и окружающий мир мгновенно утратил все краски сентября. Промозглый ветер, в котором чувствовалось приближение ненастья, раскачивал кроны деревьев, гонял по земле опавшие листья, швырял их на бетонные парапеты и скидывал в свинцовую воду. Расшалившись, он со всего размаха бился в окна, а потом, озорно посвистывая, налетал на топчущихся возле массивного внедорожника людей в теплых свитерах.

Поеживаясь от нахального ветра, Ильяс с неотрывным интересом смотрел на Никиту. Он еще никогда воочию не видел, как работает с магией его хозяин, особенно с рунной. Сначала волхв легкими движениями указательного пальца расчерчивал на блестящей поверхности дверей, капота и крыши нужные руны; на мгновение проявляясь в сгущающихся сумерках багрово-красными, лимонно-зелеными или фиолетовыми линиями, они тут же исчезали, намертво вплетаясь в структуру металла. Воздух охлаждался до такой степени, что изо рта Ильяса стали вырываться морозные пары.

Закончив с внешними рунами, Никита распахнул двери салона и начал колдовать внутри. На стеклах то и дело появлялись разноцветные разводы, медленно тающие в сумерках.

– Гляжу я на тебя, Никита Анатольевич, и завидно становится, – негромко произнес Бекешев. – Почему меня мать-природа обошла стороной? Я бы не отказался от капельки искры.

– Ильяс, – посмотрел на бравого усача Никита снизу вверх, – поверь моему опыту: капелька – это издевательство. Ты не сможешь поднять уровень своей одаренности даже на средний уровень. Зачем тебе кастрированный Дар? Сам будешь мучиться и близких своих изводить, какой ты, якобы, никчемный. На самом деле Сила – она есть или ее нет. Все. Третьего не дано.

– А как у тебя было? – жадно спросил Ильяс. – Когда ты впервые почувствовал себя одаренным?

– Да не знаю, – пожал плечами Никита и хмыкнул, рисуя на лобовом стекле руны «железо» и «крепь». – Мои приемные родители рассказывали, как я впервые показал свои неординарные способности. Я, кажется, очень обиделся, что мне чего-то там не дали, и даже запретили. Закатил концерт с дрыганьем ног и воплями. Мать взяла меня за ухо и вытащила на крыльцо. Она и без отца справлялась с такими огольцами, как я. Посоветовала успокоиться, а я шарахнул со злости энергией по поленнице. Потом, правда, две недели собирал ее обратно.

– И сколько лет тебе было?

– Года три, пожалуй. С тех пор возле меня постоянно был наставник. Дядька Кирилл много интересного открыл для меня в первозданной простоте. Силу, Ильяс, надо любить и не бояться ее. Дар магии – это не зло или добро в чистом виде. Это проверка твоих жизненных ценностей; она усиливает то, что дала тебе природа, и только.

– А что для тебя магия? – поежился от бодрящего ветра Бекешев. Какой-то неугомонный, так и крутится вокруг них. И внезапная догадка озарила мужчину. Это же последствия магических техник. Природная физика! Магия не берется из ничего. А пустоту в природе надо чем-то заполнять.

– Элементали Воздуха, – Никита улыбнулся, прочитав на лице верного служаки догадку. – Я впечатываю руны в металл, беру Силу из пространства, а их заполняют сущности вроде этих шалунов.

Он вылез из машины, постучал костяшками пальцев по стеклам и удовлетворенно кивнул. Потом мягким движением открыл передний капот машины и осмотрел двигатель.

– Что для меня магия, Ильяс? Ну… Человек рождается с необходимым набором качеств, физиологических потребностей, с нужными для жизни конечностями – и почти никогда не задумывается об элементарных вещах. Так и магия. Она закреплена за мной как наследие предков, и я с самого детства живу с ней. Единственное, что гложет человека, так это вечный вопрос: а для чего я появился в этом мире? Вот и у меня такие же вопросы, и к нему дополнительный: а зачем мне магия с избытком? Большую часть я не могу использовать во благо. Во вред – да. Для меня разрушить небольшой город не составит труда. Демоны, Зверь – отличные помощники и жуткая мощь, которую иногда надо спускать с поводка. Вот я и сую голову в разные авантюры. А для добрых дел я использую дар артефакторики.

– Получается, боевая магия – для тебя зло, а дар артефактора – благо? – почесал затылок Ильяс, разглядывая ложащиеся на металл двигателя руны.

– Если рассуждать с точки зрения обывателя прошлых веков – так и есть, – рассмеялся Никита и мягко закрыл капот. – Отлично. Движок укрепил и придал ему дополнительные возможности. Теперь машину только из гранатомета остановишь. И десяток очередей выдержит. Пошли домой, а то погода расшалилась.

В кармане его куртки отчаянно заголосил сигнал вызова. Вытащив телефон, Никита удивленно вскинул брови.

– Здравствуй, Андрей, – сказал он, приложив аппарат к уху. Ильяс отошел в сторону, чтобы не слушать разговор хозяина. Судя по имени, звонил Коваленко из Верхотурья. – Рад тебя слышать. Нет, не отвлекаешь…. Да говори уже. Ты же управляющий, должен облачать в краткую форму суть проблемы. Угу… Никто не пострадал? Это главное. Передай моим старикам, чтобы не лезли сгоряча в гадюшник. Аккуратно, спокойно. Если появится необходимость – пусть действуют жестко. Но не перебарщивают. Они где сейчас? На прииски умотали? Вот же неугомонные. Я постараюсь к вам в гости приехать, но не скоро. Появились проблемы, аналогичные вашим. Вот так, Андрей Станиславович, и живем.

Никита отключил телефон и озабоченным голосом произнес, глядя куда-то в сторону парка, подсвеченного фонарями:

– Что-то разошелся «Лотос». Мало им одного предупреждения, решили закрепить послание. Кинули гранату в контору нашей приисковой компании. Хорошо, дело в обед было. Никого не убило. Но я намек понял. Зря это они. Придется, Ильяс, остаться пока в Петербурге. Хочу завтра кое-какое дело провернуть.

– Как скажешь, Никита Анатольевич, – кивнул Бекешев. – Может, подмогу вызвать? Боевое крыло Донского подтянем…

– Я не собираюсь боевые действия открывать в столице, – волхв рассмеялся, не отрываясь от телефона. Что-то искал. – Ступай в дом, дружище. Я поговорю с одним человеком.

Ильяс кивнул и оставил Никиту одного. Он представлял, какая буря эмоций клокочет в душе молодого хозяина, хотя по внешнему виду и не скажешь. Ему бы в покер играть с такой выдержкой.

Не желая оставаться на промозглом ветру, Никита спрятался в теплом нутре внедорожника и терпеливо ждал, когда человек, которого он хотел попросить о помощи, соизволит откликнуться.

– И снова-здорово! – чуть глуховатый голос Разумовского прервал монотонные гудки. – Молодец, что позвонил! А то пришлось бы до полуночи сидеть в компании трескучих сорок во главе Катерины свет Константиновны.

– Что за собрание? – хохотнул Никита.

– Подружек позвала моя ненаглядная, чаепитие устроила, – пояснил Семен. – А тут я, на свою беду, рядом крутился. Пришлось отвечать на многочисленные вопросы любопытных барышень, а заодно отбиваться от нахальных предложений устроить семейную жизнь. У меня же еще братец младший есть. Вот и вцепились мертвой хваткой.

– Бедненький, – пожалел его Никита, и меняя тембр голоса, попросил: – Можешь решить одну проблему?

– Какую? – судя по смолкшим громким голосам на заднем фоне, Разумовский перешел в более тихое место.

– Слышал, что сегодня произошло неподалеку от Садовой? – поинтересовался Никита.

– Ты про несанкционированное применение боевой магии и какую-то сшибку магов на глазах обывателей?

– Именно. На мою родственницу Аню злодеи напали. Вот она и вдарила по ним со всей щедростью молодого организма.

– Них…, – тут же оборвал себя Разумовский. – Я хотел сказать, внимательно слушаю объяснение.

– Некогда. Потом расскажу в красочных деталях. А сейчас надеюсь на твои обширные связи в городе. Мне нужно получить доступ в морг, куда свозят криминальные трупы, или хотя бы, сфотографировать тех двух уродов, покушавшихся на девчонку. Точнее, их татуировки на теле.

– Хм, а ты уверен, что по адресу звонишь? – удивленно спросил Семен. – Я, вообще-то, мидовский работник.

– Семен, ну что ты как неопытный первокурсник? Я же знаю, с какими людьми ты учился, и не все они пошли по аналогичной стезе. Помоги, пожалуйста. В городе прячутся, как минимум, еще двое нападавших. Я хочу их найти и вытрясти всю информацию, пока полиция первой не добралась.

– Кровники? – посерьезнел Катин жених.

– Хуже, Семен, хуже. Триада…

Разумовский присвистнул и на какое-то мгновение замолчал. Никита терпеливо ждал, вслушиваясь в странное шуршание в эфире.

– Кто был на месте преступления, знаешь?

– Капитан Острожин занимался осмотром, а потом приехал некий Хованский, из отдела «М».

– Хованского все знают, – тут же повеселел Разумовский. – Он не «некто», а дядюшка цесаревны. Удивительно, что тебя обошла эта информация стороной. Ладно, Никита, я прервусь ненадолго. Подниму связи, и перезвоню тебе. Надеюсь, не будешь спать?

– Звони смело, отвечу, – усмехнулся волхв.

К его удивлению, Семен не заставил себя долго ждать. Никита успел только попить горячего чаю и немного поговорить с Олей, которая сидела напротив него за большим обеденным столом, и подперев подбородок ладонью, внимательно разглядывала названного брата. В гостевом зале расположились Ильяс с тремя личниками; они увлеченно смотрели какой-то фильм.

– Слушай внимательно, братец, – Разумовского, судя по всему, распирало от сделанной работы. – Завтра в девять утра подъезжай по адресу…. Тебя или твоего человека проводят в нужное место. На все про все – пятнадцать минут. Успеете?

– Мне хватит и десяти, Семен, – оживился Никита. – Спасибо, за мной долг.

– Сочтемся, – хмыкнул Разумовский. – Кажется, я знаю, что с тебя взять. Все, пока. Передавай привет своим красоткам.

Никита отключил телефон и подмигнул навострившей уши Оле.

– А вот это уже кое-что, – сказал он. – Теперь я с их следа не сойду.