Текст книги "Путь Стратега. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Саша Токсик

Соавторы: Яростный Мики
сообщить о нарушении

Текущая страница: 67 (всего у книги 68 страниц)

Глава 21

– Что это значит, потеряли? – уточнил я.

– Мы не можем отыскать ни единого следа, – уныло ответили охотники.

Тут уже не выдержал Ростислав.

– Вы что, головой ударились, когда из телеги вылезали? Как вы могли потерять след полусотни лошадей?

Охотники ещё ниже опустили плечи.

– Старшой, там и в самом деле исчезает след… Вот он есть, а вот его нет! Они словно в воздухе растворились!

Ростислав почесал затылок, явно не зная, что можно сказать на такие слова. Чтобы целый отряд кочевников взял и исчез без следа? В это было сложно поверить. Однако я посмотрел на возмущённого Кроху, сидевшего у меня на плече.

Клюворезы ведь тоже упустили врага из виду. А если прибавить к этому слова охотников, то могло ли так статься, что гоблины действительно исчезли?

С ними же был шаман. Кто сказал, что его способности ограничивались тем, что мы уже видели? Быть может, у него остался ещё какой козырь при себе?

Тот, кто одним ударом в барабан превращает твёрдую землю в трясину, вполне мог припрятать в рукаве и другие фокусы. Знать бы ещё, какие.

Судя по всему, Ростислав уже был готов взорваться матерной тирадой в адрес своих подопечных. Хлопнув его по плечу, я не дал ему этого сделать.

– Господин? – недоумённо уставился на меня Ростислав.

– Полагаю, нам не помешает самим сходить и проверить место, где обрывается след, – предложил я. – Возможно, тебе хватит опыта, чтобы возобновить преследование.

– Как прикажете, господин Стратег, – послушно кивнул парень, грозно покосившись на охотников. – И если я там в самом деле отыщу следы, то вы у меня будете месяц землю носом рыть, пока не научитесь выслеживать как должно.

Мужики закивали, уверенные в своей правоте, и наш отряд двинулся вслед за охотниками.

Гордей тем временем взял две телеги, уложил на них раненых и отправился дальше по лесной дороге. Ему предстоял путь к Басманову. С остальными телегами остался небольшой отряд охраны, ведь нам и самим нужно было на чём‑то возвращаться. Мы же двинулись вглубь леса.

Уже углубляясь в чащу, я обернулся. Гордей сидел на козлах первой телеги и смотрел не на дорогу, а в сторону леса, куда ушли кочевники. По его лицу было видно, что каждый поворот колеса даётся ему с трудом. Но, к его чести будет сказано, он выполнил моё распоряжение, хоть и не был подчинённым.

Посмотрим, чего там выкинули зеленокожие.

* * *

Первые пару километров мы двигались чётко по следу. Вслед за полусотней лошадей оставалась вполне различимая тропа. Трава была вытоптана, ветви ближайших деревьев оказались сломаны, а от кустарников оставалось одно лишь название.

Хоть лошадки у гоблинов и были небольшими, даже так они должны были весить не меньше сотни килограммов. Со всем снаряжением кочевников в виде костяных погремушек и колчанов, да с самими гоблинами в придачу, общий вес мог достигать ста пятидесяти, а то и двухсот килограммов.

Поэтому след от копыт был совершенно отчётливым. Мне даже не нужно было уметь читать следы, чтобы видеть, куда двинулись кочевники.

Мы бодро двигались вслед за врагом, пока не пришёл черёд углубиться в лесную чащу. Здесь небольшие габариты гоблинов и их скакунов сыграли им на руку – любая другая кавалерия была бы вынуждена спешиться и двигаться осторожно. Но только не гоблины. Им, видать, было комфортно передвигаться в такой тесноте.

Преодолев сосновую рощу, мы вышли к небольшому ручью. Он был шириной всего в два‑три метра. Глубина же и вовсе доходила разве что до щиколотки.

След кочевников чётко вёл к этому ручью. Было видно, что они проскочили его, даже не заметив. Но вот что случилось сразу за этим ручьём…

– Ничего не понимаю, – выдал Ростислав, глядя на то, как чёткий след и в самом деле прерывался.

Выглядело это как минимум странно. С нашей стороны берег у ручья оказался напрочь вытоптан, а вот с другой… ни одной примятой травинки. Более того, там начиналось чистое поле, оттого следы должны были выделяться ещё больше.

Но их не было, ни единого.

Складывалось впечатление, что кочевники никогда и не переходили этот самый ручей.

– Гоблины не могли пойти вверх или вниз по ручью? – предположил Сергей, осмотревшись по сторонам.

– Это исключено, – покачал головой Ростислав, всматриваясь в следы от копыт. – След слишком глубокий. Посмотри на комья земли.

Охотник указал на вырванные из земли «брызги», которые обычно оставались после скачущей лошади.

– Кочевники не снизили скорость, когда вышли к ручью, – выдал Ростислав. – Они неслись во весь опор. Захоти они резко развернуться, это стало бы видно по следам. Началась бы неразбериха. Следы бы спутались. Но ничего этого нет. Гоблины точно преодолели ручей! Вот только…

Он недоумённо уставился на другой берег. Перешёл через ручей, прошёлся вдоль него туда и обратно. В какой‑то момент Ростислав чуть ли не на четвереньках прополз, пытаясь найти хоть что‑то.

– Вот только здесь ничего нет!

Его поиски были обречены на неудачу. Пока Ростислав рыскал в поисках зацепок, я вновь отослал стаю Клюворезов проверить местность. Может, сверху они найдут то, что мы могли упустить из виду?

Активировав Взор Стратега, я тоже огляделся по сторонам. Передо мной выскакивали надписи вроде «примятая трава», «ручей», снова «примятая трава», но всё это с нашей стороны.

Увы, на противоположной стороне ручья ничего подозрительного так и не нашлось.

Хоть ты табличку на тот берег вешай: «Гоблинов здесь не было». Трава как трава, земля как земля.

– Хочешь сказать, что лошади взяли и улетели? – скрестил руки на груди Сергей.

– Лошади не умеют летать, – возразил Ростислав.

– Значит, гоблины обратились духами или ещё какой нечистью? – фыркнул Сергей.

– Если ты знаешь, как объяснить всё это, то милости просим! Я даже готов послушать! – раздражённо зарычал Ростислав. В ответ Сергей лишь развёл руками.

– Я лишь учитываю все варианты…

Пока мужчины собачились, вернулись Клюворезы во главе с Крохой. Гордый птиц зацепился когтями за мой кожаный доспех и несколько раз взмахнул крыльями.

«Дрянь».

– Ничего не нашли? – расшифровал я его слова.

Недовольный птиц кивнул.

Выходит, здесь в самом деле была замешана магия. О чём я и сказал своим людям.

– Как нам теперь быть, господин? – повернулся в мою сторону Ростислав. – Будь это какой мутант или простой зверь, я бы смог сесть ему на хвост, но тут…

«Мои полномочия всё», – чуть ли не произнёс молодой охотник.

Я же задумался.

Привычными методами преследовать врага у нас в самом деле не выйдет. Но раз во всём этом была замешана магия, то, быть может, магия же нас и выручит?

Прикрыв веки, я сосредоточился на одной из своих способностей, на Жучке. Один такой я успел наложить на вражеского шамана до того, как гоблины ускакали прочь.

И сейчас… он чётко указал мне направление и расстояние до моей цели. Она как раз продолжала уходить куда‑то на северо‑восток. Выходит, даже шаманская магия была не способна перебороть способности Стратега!

Признаться, в тот момент я испытал почти мальчишеский восторг. Жучок на шамана я повесил скорее повинуясь интуиции. Никаких других преимуществ мне в этой ситуации Взор Стратега не давал. Кто ж знал, что именно эта предосторожность окажется единственной ниточкой, ведущей к врагу?

– Ещё не всё потеряно, Ростислав, – обратился я к парню. – Кажется, Кроха таки взял след!

«Полетай над нами для вида», – попросил я Клювореза, и тот, недовольно курлыкнув, поднялся над кронами деревьев.

Раскрывать наличие у себя Жучка я пока не планировал, поэтому решил сослаться на чутьё пернатого мутанта.

Сергей и бойцы отряда обороны взревели, обрадовавшись этой новости. Только Ростислав подозрительно сощурил глаза, но говорить что‑либо против не стал. Он явно понимал больше, чем хотел показать. И я был ему благодарен, что он безропотно последовал за мной, когда я ступил на противоположную сторону.

Преследование гоблинов продолжалось!

* * *

Во второй половине дня Жучок остановился. По всей видимости, враг таки добрался до своей стоянки. Благо гоблины, похоже, не торопились, уверенные в своём мороке. Это же означало, что мы более не могли медлить.

Если мы задержимся, то кочевники соберут всю свою добычу и отправятся на новое место. И выйти на них будет уже в разы сложнее. Без собственных скакунов так уж точно.

Я упорно вёл отряд вперёд, но чем дальше мы шли, тем всё больше сомнений мелькало на лицах моих подчинённых.

– Господин Стратег, а вы уверены, что Кроха преследует нужную нам цель? – задал вопрос Сергей, осматриваясь по сторонам. – Я не хочу ничего такого сказать, но…

«Мы идём явно куда‑то не туда!» – так и хотел воскликнуть мужчина, но прямо ослушаться моей команды он не смел.

Его сомнения можно было понять.

Чем ближе мы были к Жучку, тем всё менее проходимой становилась местность вокруг нас: густые кустарники, глухие чащи, холмы и овраги.

– Думаешь, мы заблудились? – поинтересовался я у мужчины.

– Гоблины ведь выходцы из Зелёной Орды. Они кочевой народ. Так станут ли они прятаться в лесах и меж холмов? Кочевники в таких местах не живут. Им простор нужен, чистое поле, чтобы разогнаться. Что им в лесу делать? На коне тут не покатаешься.

– На коне нет, – согласился я. – А вот на пони очень даже. Ты их лошадок видел. Им между деревьями самое место, а в чистом поле их любой разъезд воеводы за час найдёт.

– Может, и так, но не нравится мне всё это, – признался Сергей, впрочем, продолжив шагать следом.

Лес сменялся холмом, а холм снова лесом. За всё это время нам не встретилось ни кострища, ни клочка шерсти, ни единого следа маленьких копыт. Сплошь нетронутая человеком или гоблином природа.

Где‑то над головой перекликались птицы, под ногами хрустела прошлогодняя листва, а в низинах уже собирался вечерний туман. Тишь да гладь.

И это определённо нервировало моих спутников.

В какой‑то момент сомнения Сергея перекинулись на остальных. Первым высказался Ростислав.

– Господин, дозвольте ребят разослать, – предложил он на очередном привале. – Пошлём их цепью в разные стороны. Пусть пройдутся и прочешут местность. Если лагерь где‑то рядом, кто‑нибудь да наткнётся.

– Наткнётся и получит стрелу в живот, не успев даже крикнуть, – покачал я головой. – Нет, мы продолжим двигаться одной группой.

– Тогда, может, стоит всё же послать весточку Басманову? – снова взял слово Сергей. – С его людьми у нас хоть какие‑то шансы прочесать эти холмы. А так мы тут точно иголку в стоге сена ищем. Нам нужно больше людей.

Идея была не так уж и плоха. Но она могла сработать, не будь мы ограничены по времени. Пока мы отошлём весть к Басманову, пока он пришлёт подкрепление, пройдёт несколько дней. А за это время кочевники, опять же, могут сняться со своей стоянки и ускакать прочь.

Я не мог быть уверенным в том, что сейчас они не пакуют свои вещи и не готовятся к побегу. Любой час промедления мог стать роковым. Поэтому я всё же отказался от предложения Сергея.

– Идём дальше, – приказал я. – Гоблины ждать не станут.

Сергей молча кивнул, но я видел, что он остался при своём мнении. Не понимали моих действий и мужики из отряда обороны. Впрочем, они не спешили высказывать сомнения в моих решениях. Вот где сыграл заработанный мной за прошедшие месяцы авторитет в их глазах.

Они могли задаваться вопросом, что же вело меня вперёд. Они могли гадать, откуда у меня уверенность, что враг совсем близко. Но прямо критиковать мои приказы и уж тем более возражать им? Не смел никто.

Хотя и мой собственный кредит доверия был не бесконечным. Ещё пара часов блужданий по буеракам, и даже самые преданные бойцы начнут переглядываться. А там и до шепотков недалеко. Поэтому я про себя очень надеялся, что Жучок меня не подведёт.

И вот мы выдвинулись дальше. Жучок утверждал, что мы уже подошли почти вплотную к противнику, а потому я приказал двигаться максимально тихо и незаметно.

К последнему холму я в сопровождении Сергея и Ростислава уже едва ли не полз, ожидая вот‑вот наткнуться на вражеский лагерь.

Сапоги скользили по влажной траве, а за шиворот то и дело сыпалась хвоя. Доспех из шкуры Ледошкура исправно держал прохладу, и впервые за весь поход я об этом пожалел. Сейчас бы мне куда больше пригодился наш первый свитер, пусть и с воротом на две головы.

Наконец лес расступился, и перед нами открылось место, лучше которого для лагеря было не придумать. С одной стороны поляну прикрывал лес, с другой – пригорок, поросший кустами. Как раз с его стороны мы и вышли, поэтому мы могли видеть всю поляну как на ладони.

Посередине поляны протекал ручеёк. Росла трава по пояс. Идеальное место, чтобы дать отдых лошадям.

Но было одно но… на поляне не было ни души.

Ни палатки, ни даже одного‑единственного костра, вокруг которого бы собрались зеленокожие, пусто.

Я прикрыл глаза и подтвердил свои опасения.

Жучок стоял прямо здесь. Не где‑то там за холмом, не в лесу, не в полукилометре от нас, а ровно посреди этой поляны, в сотне шагов от меня.

Свистнув, я приказал Крохе изобразить простую птицу и пролететь широкой дугой над поляной. Мутант послушно исполнил мою команду, после чего вернулся к нам.

– Ну что, почуял что‑нибудь? – обратился я к птицу.

На что тот лишь привычно потребовал оплаты.

«Вкусняшка!»

По всем признакам выходило, что на поляне никого не было! Но как это возможно? Не могли же гоблины становиться невидимыми? Иначе как с такой силой вообще воевать? И зачем они проявили себя, когда налетели на караван? Будь кочевники так сильны, отступили бы они с поля боя?

Ничего не понимаю.

– Ростислав, – окликнул я парня рядом с собой. – Отец ведь тебе про шаманов рассказывал? А про их фокусы он ничего не говорил? Может шаман показать то, чего нет?

Следопыт почесал затылок, вспоминая.

– Кажется, он как‑то рассказывал, что шаманы морок наводить умеют. Из полусотни всадников сотню делают, а то и полтора, чтобы народ со страху разбежался ещё до боя. Только это не каждый умеет делать.

– А ещё что‑то говорил?

Ростислав нахмурился, пытаясь вытащить хоть что‑то из своей головы.

– Не помню. Давно это было. Всё как в тумане…

Вдруг я зацепился за мысль, не дававшую мне покоя.

Всё как в тумане… Считай, всё равно что морок? А не это ли мы ощутили, когда шаман ударил в свой барабан? Мы же там все разом оглохли. Так мог ли гоблинский шаман наложить нечто похожее и на наше зрение?

Морок…

И тут элементы мозаики не просто начали складываться, они встали на место все разом, со щелчком.

– Ты сказал, что шаман может из полусотни сделать сотню, – повторил я слова Ростислава. – А может ли он из полусотни сделать ноль? То есть не множить число всадников, а укрыть их? Наложить на них… м‑м‑м, отвод глаз?

Вокруг вдруг стало особенно тихо. Сергей открыл рот и закрыл его. Ростислав же грязно выругался, хлопнув себя по лбу.

– Ну, конечно! Отвод глаз! Вот как они смогли спрятать всё связанное с ними. Они укрыли мороком себя, лошадей и даже их следы. Вот почему мы не можем их увидеть даже сейчас! Это всё этот сучий потрох, шаман!

– И что же нам теперь делать, господин? – Сергей спросил это без всякого сомнения в голосе, по‑солдатски. Раз враг найден, остальное было делом техники.

– Отходим в лес, пока нас не увидели с поляны. Там всё объясню.

Дорогие читатели, если вам нравится то, что мы пишем – не забывайте о комментариях и лайках. Это сильно мотивирует авторов строчить больше и лучше)

Глава 22

В лесу, за первыми же деревьями, я собрал всех в круг. Просто так сорваться на кочевников было нельзя. Двинемся на них единым строем, как это было в прошлый раз, и все разом увязнем в трясине по пояс. Нет, в этот раз нужно было действовать иначе.

– Итак, слушайте мой план… Прежде всего мы разделимся на несколько групп, – заявил я, указывая пальцем на Сергея и ещё нескольких самых старших бойцов в отряде обороны. – У каждой группы будет свой командир, и вы будете действовать независимо друг от друга. В каждой группе будет по шесть человек.

– Но для чего это? – спросил кто‑то.

– Для того, чтобы магия шамана не могла задеть нас всех разом, – пояснил я. – Если мы атакуем с разных сторон, то их шаману придётся выбирать, кого атаковать. Сомневаюсь, что он умеет разводить глаза в разные стороны.

Незамысловатая шутка вызвала улыбки у мужчин.

– Главная наша задача – не дать гоблинам добраться до своих лошадей, – продолжил я. – Если у них здесь стоянка, то они должны быть уверены, что на какое‑то время они будут в безопасности. Это ложное чувство позволит нам застать их врасплох.

– А если они ждут нас?

– А если даже и ждут, то магию шамана никто не отменял, – пояснил я. – Шестерых щитоносцев будет достаточно, чтобы прикрыть друг друга щитами от вражеских стрел. Если группы будут держать друг друга в поле зрения, то всё должно быть в порядке.

– Но что нам делать, если их шаман вновь оглушит нас? – нахмурился Ростислав. – Как понять, когда атаковать, а когда отступать?

– Для этого я сейчас вам покажу одну хитрость, – улыбнулся я, вытянув руку перед собой. – Называется эта прелесть «язык жестов»…

Следующую четверть часа мои бойцы, сидя на корточках меж сосен, старательно повторяли за мной. Сжатый кулак – стоять. Ладонь вперёд – атака. Два пальца к глазам – смотреть в оба. Ладонь поперёк горла – отход. Получалось у всех по‑разному. Один из копейщиков так увлёкся, что вместо «стоять» трижды показал Сергею что‑то крайне неприличное, за что тут же получил от сержанта подзатыльник. Тоже, кстати, вполне понятный жест.

Спецназ из нас, конечно, вышел тот ещё. Но на один бой должно было хватить.

* * *

Мы осторожно шагали по лесу. Закатное солнце пробивалось сквозь кроны деревьев.

Всего двигалось четыре группы, с первой по четвёртую, каждая метрах в двадцати одна от другой. Во второй группе, что шла в самом центре, шагал и я.

Мы медленно приближались к поляне. Я видел, как бойцы нервно сжимали мечи и копья. Как поправляли полы плащей и играли желваками.

Волнение распространилось и на меня. А вдруг мы идём прямиком в западню? Вдруг я где‑то ошибся в расчётах?

Червячок сомнения нет‑нет да и давал о себе знать. Я вновь шёл на риск, но иначе и быть не могло.

Я мог отступить, дождаться помощи от воеводы или и вовсе развести руками на полпути, мол, мы пытались, и развернуться на каблуках.

Дать гоблинам уйти и забыть о них как о страшном сне.

Я мог всё это сделать… И я бы избежал немалых проблем. Не рисковал бы собственным здоровьем и даже жизнью.

Я всё это мог… и я этого не сделал. Почему?

Потому что удача любит смелых. Потому что, чтобы сорвать куш, порой необходимо идти ва‑банк. Всё или ничего.

Отступи я сейчас, дождись помощи от воеводы, и что я получу? Похлопывание по плечу, заверение, что «большие дяди со всем разберутся», и только.

Но если я смогу разбить этих кочевников? Если смогу принести воеводе голову шамана или даже пленить его… Как высоко я поднимусь? Как сильно я приближусь к титулу будущего Князя?

Безумие. Сущее безумие. Но именно оно сейчас могло вознести меня на самую вершину.

И я готов был сделать эту ставку. Здесь и сейчас. Ставя на кон в том числе и свою жизнь.

И вот я сделал ещё один шаг, и мир изменился.

Только что передо мной стояли деревья и невысокие кустарники, и вот уже между теми же деревьями дымили костры и возвышались круглые юрты из шкур.

Чуть дальше у коновязи переступали ногами пони, а стойбище прямо‑таки кишело гоблинами.

Их было много. Явно больше, чем участвовало в налёте. Я быстро насчитал не меньше шести десятков. Одни гоблины спали прямо на земле, подстелив под себя шкуры, другие жевали жареное мясо у костров, третьи копались в сваленных кучах из всего, что, поди, добыли кочевники в своих налётах.

Я быстро прикинул расклад. Юрты стояли неровным кольцом, в центре самая большая, возле неё шаман. Коновязь тянулась вдоль подножия пригорка, у ручья. От нас до неё было шагов сто, от ближайших гоблинов – вдвое меньше. Кто первым доберётся до лошадей, тот и выиграет этот бой.

Один гоблин на вытянутых руках держал вывернутый наизнанку жилет прямиком из Вертихвостово.

Другой нахлобучил на голову кожаную сумку и, судя по довольной роже, искренне считал её шапкой.

Перед глазами мигнуло.

Авторитет: +40

Текущий уровень: 350/800

Система, похоже, оценила уже то, что человек сумел войти туда, куда людям входа не было. Однако сейчас мне было не до Системы.

Я поднял кулак. Группа замерла. То был сигнал застыть на месте.

За спиной, на самой границе, которую я только что переступил, из воздуха один за другим выходили мои бойцы. Каждый из них на секунду замирал с открытым ртом.

Их можно было понять. Ещё шаг назад перед нами была пустая поляна с ручьём, а теперь в нос ударил запах дыма, конского пота и подгоревшего мяса. Морок, похоже, прятал не только картинку, но и всё остальное.

Обнаружили нас не сразу. Гоблин, который сидел ближе всех, продолжал глодать кость и смотрел сквозь нас с полминуты. Потом до него таки дошло, что деревья на опушке не носят щитов с чёрной птицей, расправляющей крылья. Он тут же выронил кость и завизжал во всю мощь своей глотки.

Но я уже не слышал его крика.

Быстрее всех среагировал гоблинский шаман.

Он сидел у самой большой юрты, в середине стойбища, в своей ушанке, и барабан лежал у него на коленях. Как только я пересёк границу невидимого барьера, шаман поднял голову, и наши взгляды встретились через всю поляну.

А затем он ударил в свой барабан.

Бум!

Звук пропал. Не слышно было больше ни треска костров, ни криков ошарашенных гоблинов, которые уже вскакивали на ноги по всему стойбищу. В ушах будто стояла вата.

Я ждал этого, и потому даже в лице не изменился.

Вместо этого я указал ладонью вперёд.

«В атаку», – вмиг поняла моя группа.

Мы двинулись вперёд. Боковым зрением я видел, как сорвались с места и остальные и как над всеми нами пронёсся Кроха.

Птиц широко раскрыл клюв, оглашая поляну боевым кличем. Ну, я так предположил. Потому что, кроме собственного дыхания и биения сердца, я не слышал ничего вокруг.

Бой без звука оказался зрелищем жутковатым. Будто кто‑то выкрутил у мира громкость в ноль и оставил одну картинку. Гоблины разевали рты, падали, катались по земле, а я слышал только, как кровь стучит в висках. Немое кино, разве что тапёра за пианино не хватало.

Вслед за Крохой в воздух поднялась вся стая, и восемь теней пронеслись над стойбищем, задевая верхушки юрт.

Что делают кочевники, когда к ним в гости вдруг приходит враг? Правильно, прежде всего бегут к лошадям!

Гоблины побежали не на нас, а к коновязи, но было уже поздно.

Мы с ходу врезались в стойбище.

Первый гоблин выскочил на меня из юрты с дубинкой наперевес, разинув рот в беззвучном крике, и я отмахнулся от него щитом. Гоблин тут же отлетел вглубь юрты.

Второй попытался уже нырнуть под щит и получил гладиусом в бок. Третьего снёс идущий рядом боец, и мы продолжили давить зеленокожих.

Слева от нас группа Сергея опрокинула котёл, залила костёр и пошла дальше сквозь пар. Справа же третья и четвёртая группы только успели войти в стойбище, как вдруг земля под одной из них просела.

Бум.

Второй удар барабана я не услышал, а почувствовал. Земля под ногами дрогнула, как палуба под набежавшей волной.

Шаман стоял уже на ногах, колотушка ходила в его руке. Трава под третьей группой превратилась в чёрную жижу, и шестеро моих бойцов разом ушли в нее по колено. Они остановились, пытаясь выдернуть ноги, но куда там? Один из них так и вовсе распластался на земле.

Нехорошо!

Однако остановились ли остальные три группы? Нет.

Они выполняли мой приказ.

«Не останавливаться. Не тормозить».

Никто не оглянулся, никто не побежал вытаскивать своих, и сам я, стиснув зубы, продолжил бежать.

Ребята обязательно выберутся из топи. Им нужно будет лишь время. А вот гоблины, стоит им только добраться до лошадей, этого времени нам не дадут.

Да и не та это была трясина, чтобы в ней сгинуть. Ещё на тракте мы убедились, что глубже пояса шаманская топь не затягивает. Мокро, противно, унизительно, но не смертельно. Важнее было остановить гоблинов.

Краем глаза я всё же успел заметить, что третья группа не растерялась. Увязнув по колено, бойцы сомкнули щиты над головами, и первые гоблинские стрелы бессильно застучали по нарисованным Клюворезам. Сойти с места они не могли, зато и подстрелить себя как куропаток не позволили.

Зеленокожие неслись к коновязи, а та стояла у самого подножия пригорка, и это стало их серьёзной ошибкой.

Как только гоблины добежали до лошадей, кусты на склоне неожиданно ожили.

Из них выскочил Ростислав с семью бойцами. И в их руках сейчас красовались алые канаты из зыбучей травы. В поход я взял их на всякий случай, а теперь решил использовать не как простые канаты, а как полноценные лассо.

И вот петли этих лассо взмыли в воздух.

Первая петля ушла мимо. Вторая легла на гоблина, который уже заносил ногу в стремя, и сдёрнула его на землю. Третья захлестнула пони поперёк шеи, и тот сел на задние ноги. Ростиславу и его людям хватало ловкости и глазомера, чтобы управляться с лассо.

Сверху же на коновязь обрушилась стая Клюворезов.

Мутанты не трогали гоблинов. Вместо этого они били по лошадям, вернее, клацали когтями над лошадьми, проносясь над самыми их ушами.

Пони после такого будто взбесились. Хотя что значит будто? Они в самом деле взбесились, вставая на дыбы и сбрасывая самых шустрых гоблинов, уже уместивших свои задницы в сёдлах.

Коновязь треснула. Полсотни лохматых лошадок рванули кто куда, топча тюки, юрты и собственных хозяев. Большая их часть ушла в лес, откуда мы как раз и пришли.

Где‑то на краю поляны мелькнул гоблин, вцепившийся в гриву своей лошадки обеими руками. Пони волокла его за собой через кусты, а он, бедолага, так и не решился разжать пальцы. Последнее, что я увидел, – торчащие из зарослей ноги в остроносых сапогах. Минус один.

* * *

Кривой Зуб считал, что ему повезло. Пока остальные бежали к лошадям, он нырнул в юрту вождя, где лежала самая богатая добыча. Сапоги на мягкой подошве, жилеты, кожаные ремни. Большебрюхи придут и уйдут, а сапоги останутся.

Он успел натянуть один сапог, когда снаружи кто‑то с визгом налетел на жаровню у входа. Угли рассыпались по сухим шкурам, и полог юрты вспыхнул. Кривой Зуб выскочил наружу, прыгая на одной ноге, и угодил прямо под огромную чёрную тень. Последним, что он увидел, был клюв размером с его собственную голову.

Второй сапог так и остался лежать в юрте.

* * *

Гоблины остались пешими.

На миг я позволил себе остановиться и окинуть взглядом всё стойбище. Мне нужно было понять, где мы и где они.

Слева группа Сергея уже прошла половину лагеря и заворачивала к центру, отрезая гоблинов от леса. Справа третья группа всё ещё стояла в топи под щитами, зато четвёртая обошла её и держала край поляны. У коновязи Ростислав со своими людьми перегородил путь к последним лошадкам. Сверху кружили Клюворезы.

Из шести десятков кочевников на ногах оставалось, пожалуй, около сорока. Нас было три десятка с небольшим. Вот только у них больше не было ни лошадей, ни строя, ни понимания, откуда прилетит следующий удар. А у нас был план.

Оставалось его придерживаться.

И вот тут они наконец запели, осознав, что битвы уже не избежать.

В ту же секунду ко мне вернулся и звук. В висках прострелило. В глазах всё пошло пятнами.

Стук погремушек становился всё громче. Вопли зеленокожих слились в знакомую мерзкую мелодию, и я чуть не распластался на земле в позе морской звезды.

Я пошатнулся, но удержался, и в этот момент над стойбищем разнёсся слаженный крик стаи Клюворезов.

Их визг перекрыл стук погремушек и завывания гоблинов, и мы на полной скорости ворвались в ряды кочевников.

Мелодия тут же сменилась криками боли и предсмертными хрипами.

Слева, шагах в двадцати, Сергей принял гоблинскую дубинку на щит, увёл её вбок вместе с хозяином и коротко ударил кромкой щита в носатую морду. Зеленокожий отлетел, а сержант, даже не взглянув на него, уже шагнул к следующему. Учебные бои на плацу Дальней не прошли даром.

У коновязи Ростислав бросил лассо, выхватил нож и вместе с двумя бойцами добивал тех, кого успели стреножить. Один из гоблинов, запутавшись в алой петле, визжал так, что перекрикивал даже погремушки.

Передо мной мелькали носатые морды и желтоватые клыки. Чёрная кровь оросила мой клинок. От моего доспеха рикошетили стрелы кочевников. И это позволяло мне почти что без остановки прорываться сквозь нестройные ряды коротышек.

Всё, чтобы оказаться как можно ближе к моей цели. Я не видел шамана за столбами дыма и спинами его собратьев, но Жучок продолжал вести меня.

Шаг влево, обойти загоревшуюся юрту, снести щитом очередного гоблина, пнуть второго в живот.

Огонь тем временем уже перекинулся на соседние юрты, и дым стелился по всему стойбищу, и это играло мне на руку: шаман терял меня из виду, а я его – нет.

Шаг. Ещё один. И ещё!

Дым вдруг разошёлся. И я оказался лицом к лицу с гоблинским шаманом. Вокруг него стояло четверо гоблинов в добротных халатах. В их руках я заметил не привычные погремушки, а нечто похожее на полноценные сабли. Железо, да ещё и у кочевников?

Откуда у кочевников, промышляющих набегами на телеги с сапогами и жилетами, подобное оружие? Ещё один вопрос в копилку. И что‑то мне подсказывало, что ответ на него мне не понравится.

Это явно была какая‑то элитная охрана. И они без сомнений бросились на меня, уже замахиваясь своим оружием.

Их натиск встретили бойцы из моей группы, выставив перед собой щиты.

Сабли со звоном ударили по дереву. Дожидаться, чем закончится эта стычка, я не стал.

Позади раздался хруст. Кто‑то из моих ребят поймал саблю на щит, и клинок застрял в дереве. Гоблин дёрнул раз, другой, а потом получил древком копья в живот и сложился пополам, так и не выпустив рукояти.

Шаман же бросился бежать. Он бежал к лошади, стоявшей чуть в стороне от общей коновязи. Его личный скакун! Сволочь хотела сбежать!

Будто я ему позволю!

Рывок вперёд. На моём пути оказался котёл с каким‑то бульоном. Изо всех сил я пнул его, и содержимое расплескалось во все стороны. Шаман тут же отскочил назад, не желая попасть под кипяток. Я воспользовался этой заминкой и оказался у шамана на пути.

Теперь между ним и его скакуном стояла непроходимая преграда – я сам.

Шаман замер. Вблизи он оказался ещё мельче, чем в седле, – едва ли мне по грудь. Зато глаза у него были совсем не такие, как у его собратьев. Злые, внимательные, без тени паники. Так смотрят не загнанные в угол звери, а шулеры, у которых в рукаве припрятана ещё одна карта.

Я активировал Взор Стратега.

Имя: Гоблин‑шаман

Скупо, как и в прошлый раз. Система явно не собиралась делиться со мной подробностями о нелюдях.

Кисточка на его ушанке качнулась. Пальцы стиснули обод барабана.

– Даже не надейся, шаман, – холодно произнёс я и взмахнул мечом. – Сегодня тебе не уйти.