Текст книги "Путь Стратега. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Саша Токсик

Соавторы: Яростный Мики
сообщить о нарушении

Текущая страница: 46 (всего у книги 68 страниц)

Глава 13

Мы подтянулись к окраине Упахалово, не привлекая к себе внимания.

Впрочем, это было несложно. С началом праздника дозорных практически не осталось. А те, что ещё стояли, были у границы самой деревни. Шастать ночью по лесу никто не стал – да и много ли ты там увидишь, в кромешной темноте?

К тому же кому охота пропустить гулянку? Все же отряд Волкова состоял из бандитов, а не профессиональных солдат, и привить им дисциплину было сложновато. В бою такие, возможно, и слушаются своего командира, но, когда опасность минует, превращаются в неуправляемую толпу. На это я тоже рассчитывал.

Деревенскую площадь было сложно не заметить из‑за разожженных на ней костров.

Бандиты Жмыха вперемешку с людьми в плащах расселись за столами, смеясь и наслаждаясь праздником жизни.

Среди них я увидел и самого Жмыха во главе одного из столов.

Пленные тоже были здесь. Их вывели к одному из срубов и посадили на землю.

Похоже, Волков решил совместить приятное с полезным. Организовал пир, а пленников морил голодом и заставлял смотреть на то, как пируют их захватчики. Явно давил на психику, заставляя переметнуться к нему и признать его властью.

Правда, люди у Меченого подобрались крепкие. И у большинства пленников читались не страх и голод, а презрение.

Заметил я и то, что среди пленных было и двое мужиков, которых мы повязали при прежнем налёте. Видимо, они успели «перевоспитаться» в Упахалово и оказали сопротивление прежним приятелям. Увы, неудачно, потому что оказались в меньшинстве.

Волков явно не собирался тратить провиант на своих пленников. И за это я был ублюдку даже отчасти благодарен.

Так яд точно не распространится на упахаловцев. Так что, освободив их, я получу дополнительные силы.

Самого Меченого я увидел практически сразу. Его посадили отдельно от своих крестьян за пустой стол, перед самой сценой. Сына кузнеца связали и держали на виду, как какой‑то трофей.

А над всем этим, на дощатом помосте, сидел за столом Дементий Волков. Он возвышался над толпой и снисходительно поглядывал вниз. Одет был «бандитский Стратег» так, словно не деревню захватил, а пришел на званый ужин. Сюртук с блестящими пуговицами, похоже, что серебряными, плотные суконные штаны и сапоги, начищенные до блеска.

Всем своим видом он показывал, насколько выше остальных. В сравнении со мной или Меченым, которые ходили в обычных рубахах и даже поначалу в лаптях, это смотрелось забавно. Но сам себе Волков определённо нравился.

Ужин ему носил персональный повар. Это я смекнул достаточно быстро, поскольку бандиты довольствовались рагу из котлов и жареным мясом на вертеле, тогда как Дементий с видом британского лорда резал какой‑то стейк и пил исключительно из своего личного бочонка.

– Не ест из общего котла, – процедил Ростислав.

– И не пьёт то же, что и другие, – раздражённо цокнул я. – Брезгует. Вот же…

Рядом с Волковым за отдельным столом сидело четверо бойцов, даже на вид больше и крепче остальных. Эти совсем не пили и только зыркали вокруг. Личная охрана, то ли ради почёта, то ли Дементий не слишком доверял своим людям.

Впрочем, это не сильно влияло на мой план. Главное, что яд попал в общий котел, а с четверыми охранниками и Волковым мы справимся. Потому нам только и оставалось, что ждать, пока он подействует.

Первый бандит упал где‑то через четверть часа.

Вот сидел человек и хохотал, а потом как‑то резко затих и сполз со скамьи под стол. Соседи над ним посмеялись. Мужчина так и не встал. Тогда над ним посмеялись ещё раз.

Алкоголь явно ударил бандитам в голову.

Кстати, я удивился такому количеству алкоголя в Упахалово. Либо кузнец прикупил запас у каравана, либо соорудил самогонный аппарат. Но сейчас это играло нам только на руку. Захватчики перепились и мало обращали внимание на окружающих.

Второй человек свалился на землю прямо с ковшом в руке.

Третьего повело в сторону, и он с грохотом упал в костёр вместе с котлом, и вот тогда стало не смешно уже никому. Ведь упавший даже не кричал, так и горел молча.

Его быстро вытащили из огня, но праздник как‑то резко прекратился.

Люди вставали и падали на скамьи обратно. Они хватались за столы. Кто‑то на четвереньках полз к домам, но так и не дополз, замирая по дороге.

Гогот быстро сменился криками.

Я насчитал не меньше двадцати человек, кого успел взять яд. Волков тоже заметил неладное. Он вскочил со своего места, озираясь. Взгляд его упал на пленных, и я понял, что ход его мыслей принял опасное направление.

Стало ясно, что ждать было больше нельзя.

И потому я отдал приказ:

– БЕЙ ГАДОВ!

* * *

Весь наш отряд рванул к деревенской площади под ошарашенные взгляды бандитов. Те, кого яд пока не затронул, спешно стали подтягиваться к сцене с Волковым.

Мы же разделились на две группы. Первая во главе со мной направилась непосредственно к Волкову и Меченому. Захватим первого и освободим второго – и победа будет гарантирована.

Ростислав же с Лехой, Василисой и новичками направился к пленным упахаловцам. Чем быстрее мы освободим их, тем больше человек окажется на нашей стороне, и опрокинуть захватчиков уже не составит труда.

Да и не дадим врагу прикрываться пленными, что уже хорошо!

Это понял и Волков, приказав своим людям броситься к упахаловцам.

– Убейте их! Сейчас! – прорычал он. Бандиты было рванули в сторону пленных, но наш отряд обороны вовремя перехватил их, ударив щитами о щиты. Две группы столкнулись друг с другом. Копья против мечей.

Над площадью поднялся страшный грохот. Нас было больше, но и противник оказался не из простых.

Те самые бойцы в плащах оказались одеты в лёгкие кожаные доспехи. Они умело обращались с клинками и ловко уходили от наших выпадов копьями.

Правда, в той или иной степени яд подействовал на каждого из них. То и дело движения кого‑то из бойцов становились неуверенными. Ноги подгибались в ненужный момент, руки слабели, а корпус не успевал повернуться, чтобы уклониться от удара. Наш отряд решительно брал верх.

Среди противников я успел заметить и Жмыха. Он тоже увидел меня, и на его губах расплылся хищный оскал.

– Великая магия услышала меня! Сегодня я отомщу за свой позор! – воскликнул мужчина, широко взмахнув своим клинком. Вот только добраться до меня он не успел – его удар встретил Леха, подставив свой щит.

Лезвие меча глубоко вонзилось в древесину и так в ней и застряло. Жмых успел лишь нахмуриться, как ему в грудь вонзилось мое собственное копьё. И в этот раз я позаботился о том, чтобы он больше не встал. Болтать мне было с ним решительно не о чем. А перевоспитанию он не поддавался.

Перед глазами вспыхнуло уведомление о повышении Авторитета, но я тут же отмахнулся от него.

Сейчас было не до того.

Краем глаза я увидел, как среди пленных был освобожден наш Леонид. Забрав топор у одного из бандитов, он также сорвался в атаку. Для противника это оказалось серьёзным ударом. Леонид и так отличался богатырским сложением, а тут ещё во время работы в кузнице накачал себе серьёзную мускулатуру. Ему не нужно было применять никакой тактики или приемов. Достаточно просто хорошенько врезать в щит. От каждого его удара враги валились, словно кегли в боулинге.

Хоть враг и держался, но людей на нашей стороне становилось всё больше с каждой секундой. Упахаловцы освобождались и сразу же вооружались, готовые биться за своё будущее и отомстить захватчикам.

Численный перевес становился всё отчётливее. Исход битвы был уже очевиден. Это понимал и Волков, стоявший всё это время на сцене в окружении охраны.

Поначалу я решил, что он выбирает момент для контратаки и высматривает нужное направление, чтобы переломить наш натиск. Но вскоре я понял, что ошибся в нем.

Только сейчас мне удалось его внимательно рассмотреть. Волнистые черные волосы, нос с горбинкой, тонкие черты лица и небольшой шрам, пересекающий его переносицу по горизонтали.

Я активировал Взор Стратега.

Имя: Дементий Волков

Отношение: страх

Талант: Стратег

Потенциал: –

Активацию моего Взора ощутил и Дементий, повернув голову в мою сторону. Его глаза вспыхнули, на губах проступил оскал.

После чего он сорвался с помоста, явно намереваясь сбежать.

Но к этому моменту я его уже прочитал и был готов.

– Наперерез! – выкрикнул я Ростиславу и Лехе и ещё двоим своим бойцам. Нам достаточно было лишь задержать Дементия… Лишь не дать ему уйти.

Он петлял среди дерущихся людей как заяц. Его охранники ломились сзади, расталкивая всех, и своих, и чужих, не разбирая. Поздно.

Уже совсем скоро мы столкнулись нос к носу.

– Владимир Новиков, полагаю? – спросил меня Дементий, разворачиваясь и становясь в защитную стойку.

– Не придуривайся, ты видишь, кто я, – произнёс я, поднимая копьё. – Сдавайся, Дементий. Мы уже оба знаем исход этого сражения, тебе не победить. Я указал своим людям, чтобы они взяли группу Дементия в клещи.

– Задержите их! – приказал Дементий своим воинам, и те послушно шагнули к нам, выстраивая стену щитов. Сам же Дементий… снова бросился бежать!

Но теперь в другую сторону. Он рванул не к лесу, а ко всё ещё связанному Меченому. Мы бросились наперерез, но люди Дементия выставили перед нами щиты, преграждая путь к своему Стратегу. Мои люди схватились с ними, теряя драгоценные секунды.

Мы были достаточно близко, чтобы я услышал следующие слова Волкова.

– Курица, что не несёт яйца, – не более чем мясо на убой.

Он прошипел это, глядя в лицо Меченого. Затем обернулся ко мне, и на его лице вдруг заиграла улыбка, неуместная в подобной ситуации.

– Что ты теперь сделаешь, Новиков? – выкрикнул Волков и пырнул Константина мечом. Лезвие вошло сыну кузнеца в бок, и его рубаха тут же окрасилась кровью. Волков выдернул меч и, не говоря более ни слова, кинулся прочь с деревенской площади.

* * *

Вслед за своим Стратегом стали отходить и бандиты. Кто‑то ещё старался защищаться, но большинство бросало оружие и плащи и пыталось драпать со всех ног.

Вот только им никто сбежать с поля боя уже не позволил! Упахаловцы в бешенстве накинулись на неприятеля. Били всем, что попадется под руку. Жердями от забора, табуретками. У кого‑то в руках я заметил ухват, которым снимают горшки с огня.

Жители деревни вымещали на захватчиках свой страх и унижение, и мало тем не показалось. Уже на земле на вырывающихся бандитов наваливались толпой, прижимали к поверхности и тут же их оглушали. Сил на то, чтобы выбраться, у тех уже не оставалось. Пожалуй, больше всего повезло тем, кто поначалу наглотался яда. Они хотя бы ничего не почувствовали, судя по тому, что про это снадобье говорила Василиса.

Мои люди охотно участвовали в этом празднике жизни и сбивали противников с ног. Кто‑то сообразил притащить верёвки, и едва живых бандитов принялись вязать.

Мои бойцы сумели оттеснить охрану Волкова, а после её буквально задавили массой. Чего стоят четверо бойцов против целой деревни? Я тут же кинулся к Меченому.

Я видел, как спина Дементия уже исчезала в сумерках на окраине деревни. Ещё немного, и он скроется в ночной тьме, а там уже искать его не будет никакого смысла. Слишком велик будет отрыв, и даже такой следопыт, как Ростислав, вряд ли найдет следы ночью.

Если преследовать Волкова, то только сейчас.

Опустив взгляд, я увидел истекающего кровью Константина. Если я что‑то и понимал в медицине, так это то, что каждая секунда в его случае была на счету.

Все остальные ещё были заняты битвой с людьми Волкова. Только я мог сейчас помочь связанному Стратегу.

Погнаться за врагом или же остаться и помочь товарищу?

Передо мной встал нелегкий выбор.

Мой взгляд вновь упал на удаляющийся силуэт Дементия. После чего я выругался себе под нос и остался с Константином.

Даже бросься я следом, толку было бы немного. Ночной лес Дементий знал лучше меня, бежал налегке, а я в этой темноте скорее выколол бы себе глаз о первую же ветку, чем сел бы ему на хвост. Одна осечка – и его нет, а мои шансы уходят в ноль.

Менять живого Меченого на призрачную возможность догнать Волкова в кустах я не собирался. Со мной у Константина был хоть какой‑то шанс. Без меня – никакого.

Вытащив из‑за пояса нож, я первым делом разрезал верёвку, сковывавшую Меченого. Сын кузнеца смотрел на меня широко распахнутыми глазами и явно пытался что‑то произнести.

– Держись, здоровяк, – обратился я к нему. – Рано тебе ещё выбывать из гонки Стратегов.

Отработанным движением я вытащил персональную аптечку. Точнее, ее примитивный аналог. Именно ее я и просил Елисея соорудить, когда узнал о такой полезной травке, как Чудняк.

Повязку же с Чудняком я сейчас и наложил на окровавленный бок Константина. Надавив на рану, я постарался остановить кровотечение.

Константин зашипел сквозь сжатые зубы. Он стремительно бледнел, силы покидали его, и мне это совершенно не нравилось.

Крупицы магии, сокрытые в Чудняке, сразу же взялись за лечение, но это лечение было не мгновенным. А времени у нас как раз и не было.

Не заметил, как рядом со мной оказалась Василиса.

– Он теряет слишком много крови, – пояснила блондинка, пытаясь, как и я, остановить кровотечение.

Я следовал ее инструкциям, когда она указывала мне надавить на то или иное место. Я мало что знал о медицине. Увы, я далеко не врач. Но даже я знал, что такое смерть от шока. И прямо сейчас мы опасно приблизились к этому моменту.

В идеале нам требовалось остановить потерю столь драгоценной жидкости или, как минимум, замедлить её до той степени, чтобы Чудняк успел войти в полную силу и смог спасти Меченого.

Вот только как это сделать? И тут я посмотрел на Василису.

Ток крови… Замедлить… Остановка.

– А если использовать на нем наш яд? – спросил я.

Это было безумием, но не зря же говорят, что любой яд в малых дозах – лекарство?

А яд Жабы‑туманника в первую очередь не настоящий нейропаралитический яд, а именно что субстанция, наполненная магией. В сути своей она как бы «замораживает» тебя. В том числе и внутренние процессы в твоём организме.

Это была та самая магия, что нам сейчас и требовалась для регенерации Константина.

– Возможно, это выход! – Василиса пришла к тому же выводу, что и я. – Но если мы ошиблись в свойствах яда, он убьет раненого вернее меча.

– У нас нет других вариантов, – я пожал плечами. – Иначе Константин умрёт. Лучше попытаться.

Василиса кивнула и спешно вытащила бутылёк с остатками яда, а затем капнула на рану в боку.

Кровь остановилась почти сразу. А вслед за ней перестала двигаться и грудь Константина. У него полностью прекратилось дыхание.

Секунда. Две. Василиса замерла с бутыльком в руке, губы у сына кузнеца пошли синевой, и я уже потянулся ладонями к его груди, где сердце, не зная толком, что делать. Я в теории знал, как делают искусственное дыхание, но никогда не использовал эти знания на практике.

Но на третьей секунде он таки вдохнул – хрипло, со свистом, но вдохнул.

Яд не убил его, а лишь притормозил все процессы в организме. Ровно настолько, насколько было нужно. Повязка с Чудняком также взялась за дело, возвращая естественный цвет лицу сына кузнеца.

Худшее оказалось позади… Мы смогли спасти ему жизнь.

Я ошеломленно сел на землю, вытирая холодный пот со лба. Нервно рассмеялась и Василиса, обрадованная тем, что наша авантюра сработала как должно.

Вокруг нас всё ещё слышен был грохот щитов и гомон голосов. Но он стремительно сходил на нет.

Битва была выиграна, а упахаловцы вернули свою свободу.

Глава 14

Даром победа нам не досталась. В отряде обороны каждый второй обзавелся легкими ранами, но вот троим новичкам особенно не повезло – одному разрубили плечо, второму рассекли бедро, третьему рукоятью меча выбили один из зубов. Упахаловцы, бросавшиеся на клинки с чем попало, насчитали семерых раненых. Но главное, что никто не погиб. Могло быть куда хуже.

Среди прочих Леонид нашёл меня с рассечённой бровью.

– Рад, что вы вернулись, господин Стратег, – сказал он, глядя куда‑то мне в плечо. – Без вас тут было совсем грустно.

– Да что ты? – улыбнулся я. – Ты ещё расскажешь обо всем, что мы пропустили, но не сейчас.

Леонид кивнул и отошел помогать другим жителям.

По итогу лишь Волков сумел скрыться в лесу, спасая свою трусливую тушу. Вот только и цену он заплатил за свое спасение соответствующую.

И я за нее обязательно спрошу… Пусть не сегодня.

Но этот момент ещё наступит.

* * *

Я и заметить не успел, как прошла ночь. Длинная и бессонная ночь, во время которой мы с упахаловцами разгребали беспорядок, устроенный людьми Волкова.

Бандиты будто прошлись мелкими граблями по Упахалово, вытаскивая всё, что имело хоть какую‑то ценность. Они опрокидывали мебель в домах, изучали содержимое каждого горшка, перевернули вверх дном склад и амбар. Ну и пожрали запасы из последнего, куда ж без этого.

Устроили, значит, себе пир на весь мир!

Лорх первым делом пошёл не домой, а в амбар. Так и ходил там до рассвета с лучиной в одной руке и куском бересты в другой – считал. Пустые мешки, пробитые бочки. С каждой новой чертой на бересте староста мрачнел, будто оказался на чьих‑то похоронах.

– Всё, что не сожрали, растащили, господин Стратег, – сообщил Лорх, когда я заглянул к нему. – А что не растащили, то потоптали.

Серьезный, конечно, ущерб, но хорошо, что наш караван привез волшебные овощи на продажу, а потому голод упахаловцам в ближайшие дни не грозил. Бросать союзников в такой мелочи я не собирался.

Особое внимание мы уделили нашим новым пленникам. Из тридцати пяти бандитов в живых осталось всего двадцать четыре. Многие из людей Волкова сражались до последнего, не желая сдаваться.

И ведь непонятно, были ли они настолько преданны своему Стратегу или же боялись его до таких чёртиков, что готовы были погибнуть на поле боя, только бы не попасть в плен и не оказаться лицом к лицу со своим господином, когда тот вернётся.

А в том, что Дементий вернётся, я нисколько не сомневался.

Он не забыл Меченому исчезновение банды Жмыха, что уж говорить обо мне, не давшему ему захватить всё Упахалово.

Впрочем, это дела будущего. Сейчас же мы связали наших пленников и приставили к ним стражу. Многим из них тоже пришлось оказать помощь, правда, в этом случае обошлись чистыми повязками и кипятком. Ценный Чудняк на этих упырей тратить не стали, но и совсем без лечения не оставили, всё же мы не звери.

Уже к раннему утру деревню кузнецов удалось привести в относительный порядок. К утру же пришел в чувство и Константин Меченый, которого унесли в его терем Стратега и за которым чутко наблюдала Василиса на пару с местным травником. Он же снабжал девушку всем необходимым для лечения, безоговорочно приняв ее временное шефство над собой.

Хотя поначалу попытки самому встать у руля всё же были. Травник упирал на то, что уж он‑то знал поболее несмышленой блондинки и вообще за Стратегом следовало наблюдать ЕГО травнику, а не какой‑то там пришлой.

Но Василисе достаточно было лишь грозно посмотреть на мужчину, как весь его запал куда‑то испарился.

Магия, не иначе!

И вот уже утром я смог увидеться с пришедшим в сознание Константином.

– Спасибо, Владимир, что пришел. Если бы не ты, то… – произнес Константин, стоило мне войти в его спальню. Выглядел он неважно – бледный, осунувшийся, с мешками под глазами. Но на его губах застыла улыбка, а это уже был хороший показатель.

– Да брось, – отмахнулся я от слов Стратега. – Что бы я был за союзник, если бы оставил тебя в момент нужды.

– И вправду, – хохотнул сын кузнеца, после чего тут же закашлялся. Староста Лорх, приведший меня в терем, было бросился к своему господину, но мужчина остановил его поднятой рукой. – Но уж больно удачно ты оказался у нашей деревни. Неужели что‑то случилось у тебя самого?

– Ты зря себя накручиваешь, – покачал я головой. – Я лишь хотел обкатать своих людей и обновить наш с тобой союз. Мы как раз смогли добраться до тебя по реке, а не по суше. Представляешь, как это облегчит торговлю?

– Представляю, – улыбнулся Константин, посмотрев на расправившего плечи Лорха. Этот скряга, считавший каждый червонец, уж точно своего не упустит! – А что ты имеешь в виду под обновлением союза? Тебя что‑то не устраивает в нем? Если есть что сказать, то говори прямо, не юли.

Я видел, как Константин напрягся, а поэтому поспешил его успокоить.

– Я более чем доволен нашими договорённостями. Торговля приносит пользу как мне, так и тебе. И я не планирую этого менять в ближайшее время. Но что я хочу, так это подтвердить наши слова чем‑то более весомым.

– Клятвой Стратега… – прошептал Константин.

– Ты уже знаешь о ней? – удивился я.

Сын кузнеца мрачно кивнул, после чего пересказал мне свой разговор с Дементием.

– А сам он? – спросил Константин, закончив. – Ушёл?

– Сбежал в лес, – не стал я юлить. – Уже после того, как битва закончилась, я выслал отряд в погоню с Ростиславом, моим следопытом, во главе, но, увы, они так ничего и не смогли найти. Дементий утек в норку, как хитрый лис.

Он помолчал, глядя в потолок.

– Вернётся ведь.

– Вернётся, – согласился я. – Только в этот раз мы будем готовы и прежних фокусов ему уже не повторить.

Интересно было то, что Волков пришел не просто для того, чтобы поквитаться с Меченым, но и чтобы перехватить в свои руки столь ценный ресурс, как единственный Стратег‑кузнец.

Это было действительно умно. И у него бы всё получилось, не приди я в Упахалово со своим караваном.

Впредь надо будет уделить куда более пристальное внимание особенностям Клятвы Стратега. То, что ее можно было использовать для оформления вассальной службы… это интриговало, не буду скрывать очевидного.

Однако сейчас я пришел не за этим.

– Мои условия те же, что и прежде: торгуем, не бьём друг друга в спину, остаёмся добрыми соседями.

– Волков тоже Клятву предлагал, – буркнул Константин.

– Он предлагал тебе цепь, и ты это прекрасно знаешь. Я же говорю о союзе равных. Для этого Клятва Стратега и нужна нам с тобой. В первую очередь она сделает так, чтобы никто третий не смог нас поссорить. Ни деньгами, ни чем‑либо ещё.

Константин думал долго. Но когда он поднял свой взгляд на меня, я понял – он всё решил для себя.

– Давай, – сказал он. – Раз уж этой дрянью всё равно размахивают перед моим носом, так хоть заключу ее с нормальным человеком!

– На что только не пойдешь ради друзей, – улыбнулся я, и Константин заливисто рассмеялся, тут же зайдясь сухим кашлем.

По итогу Клятва была заключена. Понимал ли я, что таким образом накладываю на себя дополнительное ограничение? Несомненно. Если раньше я мог ударить Упахалово в спину и не понести какого‑либо ущерба, то вот теперь это сделать будет не так уж и просто. Но я так или иначе не планировал предавать Меченого.

Это не идёт на пользу бизнесу. Твои торговые партнёры должны доверять тебе с самого начала или не доверять вовсе. А чем сильнее будет ко мне привязан Константин и Упахалово, тем надёжнее будет наш союз.

Мы вновь повторили условия нашего союза.

Система тут же переложила наши слова на текст Клятвы.

Клятва Стратега

Стороны: Владимир Новиков и Константин Меченый

Состав Клятвы:

Владимир и Константин клянутся торговать друг с другом на условиях, о которых договорятся между собой.

Владимир и Константин клянутся не поднимать оружие друг против друга и не вредить друг другу тайно или открыто.

Владимир и Константин клянутся поддержать друг друга в случае нападения общего врага.

В случае нарушения:

Нарушитель потеряет 1000 баллов Авторитета

Обе стороны согласны с Клятвой?

Да/Нет

Занятно, что штрафом осталась всё та же тысяча баллов. Неужто Взору Стратега было плевать, между кем заключать договор, между чужими друг другу Стратегами или же между товарищами? Что называется, дружба дружбой, а деньги – врозь?

Правильный подход, ничего против не имею.

Мы с Константином одновременно подтвердили Клятву.

В груди легла знакомая лёгкая тяжесть. Клятва была активна.

Как только мы подали друг другу ладони, перед моими глазами вспыхнули строки текста.

Авторитет: +30

Текущий уровень: 320/400

За всю поездку к Упахалово я заработал немаленькую сумму. И это было приятной новостью. Не менее приятной, чем собранный нами хабар с людей Волкова.

Всего у нас на руках оказалось два десятка качественных деревянных щитов, а также два десятка походных плащей, кожаных доспехов и пар сапог.

Даже представить не могу у кого Дементий приобрел всю эту красоту. Но уверен, он ещё трижды проклянет меня, подсчитывая понесенные убытки.

Хотя кое‑что я всё же отметил. Что плащи, что сапоги – всё одинаковое, будто с одной полки. Такое не собирают по одному с ограбленных караванов. Такое заказывают партией, и заказ этот кто‑то оплатил. Кто – вопрос на потом. Но вопрос хороший.

Куда больше меня привлекли собранные нами два десятка клинков. К каждому из них шли пусть и простые, но хорошие ножны. Вынув один из мечей на свет, я смог внимательнее его рассмотреть.

То был классический гладиус или, говоря проще, короткий меч, которым в своё время вовсю орудовали римские легионеры. Предназначен он был преимущественно для колющих ударов, и для работы в строю он подходил отлично.

По сути, только благодаря этим железкам мы и не смогли в два счета смять ряды бандитов.

Леха, разбиравший рядом трофейную кучу, взял второй клинок, взвесил на ладони, пару раз ткнул воздух перед собой и коротко кивнул. От нашего молчуна это была очень даже развёрнутая рецензия.

И было чему кивать. Двадцать клинков и столько же доспехов – и мой отряд обороны из ополчения с копьями и щитами разом превращался во что‑то куда более серьёзное. Волков, сам того не желая, вооружил мне дружину. Спасибо, Дементий. Получал бы от тебя такие подарки каждый день.

Придя к Меченому, я желал обсудить и вопрос разделения трофеев. Вот только сын кузнеца уже знал, как поступить со всем добытым нами добром.

– Пусть всё, что упало с бандитов, достанется тебе и твоим людям, – тихо произнес Константин.

– Господин Стратег! – возмутился Лорх, но был вновь прерван поднятой ладонью.

– Ты уверен, Константин? – внимательно посмотрел я на Стратега. – Я не против и поделить.

– Сейчас я уверен, как никогда, – хмыкнул он. – Это твои трофеи. И не приди ты нам на помощь, то кто знает, какая бы участь ждала Упахалово. Поэтому ты можешь считать это моей наградой за спасение собственной жизни. А также компенсацией, потому что в ближайшее время мне будет слегка не до работы в кузнице.

– Понимаю, – кивнул я. – Я также надеялся забрать у тебя Леонида. Мы как раз недавно открыли месторождение малахита недалеко от Дальней, и мне пригодится собственный кузнец.

– Я не против, забирай его, – откинулся Константин на подушки. – Парень уже научился азам, так что дальше только работа, работа и ещё раз работа, кха‑кха!

Откашлявшись, Константин спросил:

– Только что делать с этими дрянными бандитами? Как видишь, оставлять людей Жмыха было не лучшим решением.

Тогда я предложил решение.

– А ты отошли их всех в мою деревню! – заявил я.

– Ты уверен? – с сомнением выдал Константин. – Двадцать человек – это не пятерка пленных…

– Ну так и я не собираюсь оставлять их без дела, – хмыкнул я. – Сошлю их работать на новом руднике! Если у них и будут какие‑то мысли о побеге, то к вечеру у них на него просто не останется сил!

– А ведь точно! – вновь рассмеялся Константин. – К тебе в плен лучше не попадать, Владимир. А то ведь заставишь ещё стать честным шахтером!

Я ответил улыбкой.

* * *

В Упахалово мы задержались на двое суток.

Причина была проста: раненые. Тащить троих новичков с незажившими ранами через болото на катамаранах было не лучшей идеей. Мало того что Жаба‑туманник могла на берег выскочить, так ещё и зыбучая трава могла и отрасти за прошедшие дни. Конечно, я несколько сомневался в такой скорости восстановления, но кто эти волшебные травы знает?

Василиса меняла нашим новичкам и пострадавшим жителям деревни повязки с Чудняком на пару с местным травником и гоняла тех, кто порывался вставать раньше срока. Разрубленное плечо и рассечённое бедро быстро затягивались, но на это точно уйдет не один день. Третьему парню, с выбитым зубом, повезло больше всех: уже на следующее утро он таскал мешки наравне с остальными, шепелявя и ругаясь.

Остальные мои бойцы вместе с упахаловцами приводили деревню в порядок уже по‑настоящему. Ставили на место мебель, собирали по избам растащенное, разбирали склад с амбаром. Лорх ходил между ними точно коршун и сверял каждую мелочь. Хоть что‑то в этой деревне оставалось неизменным.

Я же на второй день отправился в кузницу.

Леонида я нашёл у горна во второй, новой кузнице, которую Меченый поставил незадолго до нападения. Лан качал меха. Здоровяк меня не заметил – он был занят.

Я не стал его окликать и просто смотрел.

На наковальне лежала кирка. Моя кирка, из того самого списка, что ушёл в Упахалово с последним караваном. Леонид доводил её без спешки: подогрел, ударил, повернул, ударил ещё раз, посмотрел на свет, снова в горн. Ни одного лишнего движения. Ни одного удара мимо.

Я, конечно, не кузнец, но я достаточно насмотрелся, как люди работают, чтобы с одного взгляда отличать того, кто способен погружаться в свою работу с головой, от того, кто способен лишь на имитацию бурной деятельности. Это был не тот Леонид, что когда‑то ломал у Йорика каждую вторую доску. Молот в его руке лежал так, будто он с ним и родился.

Опыта ему, конечно, не хватало. Константин говорил о том же. Но опыт – дело наживное, а Талант либо есть, либо нет.

– Господин Стратег? – Леонид наконец меня заметил и смутился так, будто я застал его за чем‑то неприличным. – Я тут… кирки ваши делаю. Ещё две осталось.

– Дошёл слух, что ты возвращаешься в Дальнюю?

– Господин Меченый сказал, – здоровяк переступил с ноги на ногу. – А это правда?

– Правда. У нас теперь есть малахит, своя руда, а рудник без кузнеца – это не более чем яма с камнями. Доделывай кирки. Они тебе же и пригодятся.

Леонид аж просиял после моих слов и с новым запалом взялся за работу.

Вечера я проводил у Константина. Стоило Лорху оставить нас наедине, как разговор уходил от дел. Константин рассказывал об успехах Лана и новых своих помощников в кузне, о том, какие новости он слышал с северо‑востока.

Я поделился историей о Хищновой. Меченый лишь качал головой, слушая меня и приговаривая «вот это женщина». Когда же я дошел до пересказа нашего налета в костюмах мутантов на деревню Щербатова, сын кузнеца чуть не свалился с кровати от хохота. У него даже повязка съехала с раны из‑за того, как сильно он надорвал живот.

Было приятно просто так посидеть и поговорить о последних новостях, не ожидая никакого удара в спину или ещё какой гадости.

Меченый был прямой, как шпала, но в то же время верным и добрым. И в этом была его прелесть.

Рядом с ним я мог расслабиться и не искать второго и третьего дна за каждой фразой.