Текст книги "Путь Стратега. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Саша Токсик

Соавторы: Яростный Мики
сообщить о нарушении

Текущая страница: 65 (всего у книги 68 страниц)

– Со мной всё в порядке, спасибо за беспокойство, – хмыкнул я. – Но на мой вопрос ты так и не ответил. Сделаешь?

– Куда ж я денусь? – проворчал старый плотник. – К вечеру, думаю, управлюсь.

Йорик не соврал, уже к вечеру я получил желаемое. Тем более что техзадание на спицы не шло ни в какое сравнение с проектом большого дома.

Первая пара спиц была сделана из сосны и вся в заусенцах, но я, не особо обращая на это внимания, вернулся в свой терем, забрал моток нитей у Марфы и попробовал сделать… что‑то.

Всё же вспомнить уроки труда в школе было нереально трудно. Вот вроде воспоминание, как оно работает в общем виде, есть. Руки тоже не дрожат, их не ведёт из стороны в сторону.

А всё равно первые петли стали тем ещё испытанием. Я и заметить не успел, как у меня разболелась голова. Кто‑то говорил, что вязание должно успокаивать? Врут! У меня это не вызвало ничего, кроме зубного скрежета.

Нить не шла, как мне надо. Петли не получались, вместо этого выходил какой‑то страшный морской узел. А в какой‑то момент из‑за заусенцев нить и вовсе осталась на моих спицах.

И на этот раз навсегда. Я понял, что первая моя заготовка была безвозвратно испорчена. Глубоко вздохнув, несмотря на позднее время, я отправился снова к Йорику – просить новый набор спиц.

Не стану говорить, как ругался старый плотник, когда я потребовал у него новые спицы, но получше.

Впрочем, на следующий день я получил необходимое. Вторая пара получилась тоньше и чище. И она же сломалась на второй петле. Третью пару разъярённый Йорик выточил из дуба и отполировал так, что древесина аж блестела.

Уже с их помощью я довёл растущее в моих руках полотно до третьего ряда, прежде чем услышал знакомый хруст.

– Не дерево виновато, господин Стратег, – севшим голосом заявил старый плотник, когда я вновь принёс ему обломки. – Я вам такой дуб дал, что из него хоть мост клади. Не знаю, что вы с ними делаете, но ни одно дерево к таким нагрузкам не готово.

Спорить с ним я не стал. Да и зачем? Либо это я как‑то не так орудовал спицами, либо из дерева они в самом деле не подходили. Я помнил, что на Земле их уже повсеместно делали из металла, но, когда я подошёл к Леониду с просьбой соорудить то же самое, он лишь развёл руками. Из металла столь тонкий инструмент делать не имело никакого смысла. Железные вышли бы слишком грубыми, а медные – тяжёлыми.

Так прошло ещё два вечера. На столе в тереме росла горка обломков, а носка, который я и задумал связать, не было и в помине.

На третий вечер с докладом пришёл Ростислав. Он отчитался про животных, число которых потихоньку шло на убыль. Сказывались наступившие холода?

После доклада парень покосился на горку щепок и на две новые спицы у меня в руках и некоторое время молчал.

– Господин, – произнёс он наконец. – А что это у вас?

– Спицы, – бросил я, не поднимая взгляда. – Как видишь, уже целую кучу поломал. Глаза бы мои их не видели, а иначе никак.

Ростислав помолчал, почесал щеку, а затем предложил:

– А вы не думали их из кости сделать?

– Из какой ещё кости, Ростислав? – поднял я взгляд на молодого охотника.

– Да из любой, – пожал плечами парень. – Дерево, если тонкое, ломается, а вот кость уже нет. У меня после разделки добычи костей лежит без счёта, девать некуда. Вы мне покажите, какой длины и какой толщины вам нужно сделать, а я уж выточу.

Я показал ему длину на пальцах и остриё. Ростислав покивал, сказал, что запомнил, всё сделает в лучшем виде, и оставил меня наедине с ненавистным занятием. А уже наутро он принёс мне две костяные спицы, гладкие, тяжёлые, с заострёнными концами, и с такой гордостью на лице, что отказаться было бы преступлением. Нить по ним шла, совершенно не цепляясь, и ломаться они не собирались, хоть ты об колено их гни!

Йорик, увидев их у меня в руках на планёрке, аж глаза выпучил и чуть не произнёс «А что, так можно было⁈»

Первая проблема была решена. Спицы у меня теперь были. Оставалось вспомнить, что с ними, собственно, делать.

А вот с этим было уже не всё так радужно.

Голова хоть и не сразу, но вспомнила всё, от набора петель и лицевых с изнаночными до пятки, мыска и убавок. Голова даже помнила кривой шарф, который я связал в третьем классе и который потом подарил деду.

А он под суровым взглядом бабушки проходил в нем всю зиму.

Беда была в том, что пальцы не помнили ничего. Петли спускались со спицы одна за другой, ряд выходил кривым, полотно сворачивалось трубой и упорно не желало становиться носком. Или хотя бы его подобием.

Я распускал, начинал заново и снова распускал. Люба подправляла банку со светляками в тереме, сматывала обратно моток нитей и уходила, не говоря ни слова, за что ей большое спасибо.

Со стороны картина наверняка складывалась невероятная – сидит Стратег и борется с двумя костяшками в руках.

На второй вечер с костяными спицами Люба всё же не выдержала. Постояла за моим плечом, посмотрела на очередную соскользнувшую петлю, из‑за которой я мысленно выругался, и попросила:

– Господин Стратег, а можно мне попробовать, пока вы ужинаете?

Я отдал ей спицы. Почему бы и нет? Руки у меня к тому времени уже вовсю ныли, а ужин остывал.

Люба села на край лавки, взяла спицы на мой манер и провязала первый ряд, кривой не хуже моего. Следующий вышел ровнее. Третий она провязала, не глядя на руки, и подняла на меня глаза с таким выражением, будто сама себе не верила.

Я был удивлён не меньше служанки.

И это она‑то говорила, что ничего толком не умеет?

Активировав Взор Стратега, я посмотрел на статус девушки.

Имя: Любовь Юркова

Отношение: уважение (чувствует себя нужной благодаря вам)

Талант: Сплетница

Потенциал: шпионка, отравительница

Ничего не изменилось. Но тогда как? Ещё один Потенциал, скрытый от моих глаз? Или же причиной тому было наличие в Статусе строки шпионки?

Ну а что? Предположим, что в этот набор входит работа с холодным оружием. Люба достаточно ловко орудовала маленьким кинжалом в наших стычках с бандитами. Что мешает этому же умению распространиться и на спицы? Ими же тоже можно убить при желании… При особо сильном желании, но это уже мелочи.

Через час у Любы получилось ровное полотно в ладонь шириной, без единой спущенной петли.

– Раз у тебя так хорошо пошло, – улыбнулся я служанке, – то садись рядом. Будешь мне помогать.

– Конечно, господин! – счастливо улыбнулась Люба, сама не ожидавшая, что у нее хоть что‑то получится.

Дальше мы сели работать вдвоём. Я помнил, что в итоге должно получиться, и инструктировал Любу, а она работала руками, послушно следуя моим указаниям.

Я говорил, сколько петель набрать и где начать убавлять под пятку. Я вспоминал закрытие мыска, и Люба закрывала. Когда я ошибался в счёте, девушка молча ждала, пока я пересчитаю.

К концу вечера на столе лежал носок.

Носок получился шерстяной, колючий, чуть кривоватый в пятке, но, по мне, очень даже неплохо для первого‑то раза!

Я надел его на руку, растянул и довольно кивнул. Может, что‑то и было в вязании…

Уже на следующий вечер Люба практически без моих подсказок связала второй носок, и у нас получилась первая пара.

В тот же момент перед глазами всплыло сообщение от Системы.

Авторитет: +50

Текущий уровень: 310/800

Тем же днём я положил носки перед Марфой.

Она взяла их не сразу. Сначала просто смотрела, потом взяла один, помяла, растянула, вывернула наизнанку. Каких манипуляций она только с ним не проделала.

Потом взяла второй и попыталась его порвать. Сделать это было не так чтобы просто.

– Это из моей‑то пряжи? – спросила она.

– Из твоей, Марфа, из твоей, – улыбнулся я. – И заметь, всего за пару вечеров. А главное – без станка, без полотна, из одной только нитки. Ловкость рук и никакого мошенничества.

Марфа положила носки на стол осторожно, обеими руками. На ее лице была целая смесь эмоций – от удивления до желания узнать, как это работает и как это можно повторить.

– Господин Стратег, – произнесла Марфа, прямо посмотрев на меня. – Прошу, простите дуру. Научите меня, как это сделать… Я никогда такого не видела.

– Научить‑то научим, – кивнул я. – Только учить тебя буду не я, а Люба. Она вяжет уже лучше меня, и ей это не в тягость. Днём она будет у тебя, вечером в тереме, а дальше ты сама будешь учить баб, которые приходят к тебе прясть.

Марфа кивнула и снова взяла носок. Я вышел, оставив ее с ним наедине.

Кажется, я открыл нашей ткачихе целый новый мир.

* * *

Первая пара носков ушла Йорику.

Так сказать, благодарность за всю работу, что он делал по моим «хотелкам». Да, плотник ворчал и даже порой ругался, как старый чёрт, но всегда выполнял мои поручения.

И за это я был ему благодарен.

Стоило мне вручить носки старику, как он повертел их в руках, пощупал пятку, что‑то недовольно пробурчал себе под нос и шустро спрятал подарок за пазуху. А наутро пришёл на древесный двор в носках вместо обычных портянок и первым делом показал их всей бригаде.

Бригада чуть слюной не подавилась при виде шерстяных носков. Работать в одних лаптях уже было прохладно, а спасения никто ещё не придумал. А тут шерстяные носки! Тёплые и мягкие! Мы это хотеть! Нам это надо!

Довольно скоро выяснилось, что одних Любы и Марфы недостаточно. Нужно набирать деревенских баб уже сейчас. Устраивать экспресс‑курсы по вязанию.

Более десятка женщин вызвались в первые же сутки.

Спицы стали первым узким местом. Но тут спасли ситуацию охотники, которые, по примеру своего начальника, вызвались оснастить «прекрасных дам» столь нужным инструментом.

Вторым узким местом стала сама пряжа. Выходило, что ее производство резко отставало от набранного нами темпа вязания.

Пришлось сажать за самопрялки ещё людей из тех, кто вечерами не был занят ничем полезным.

Что мы вязали первым делом? Конечно, носки, самое быстрое, самое нужное и самое простое для тех, кто взял спицы несколько суток назад. Следом шли первые варежки, скорее для отработки технологий, чем действительно из необходимости.

Но этого мне было мало. Я хотел чего‑то совершенно нового. Того, чего в этом мире ещё не встречал никто и никогда.

Я желал связать настоящий свитер!

И вот первый в истории Дальней свитер вязали уже втроём, Люба и две самые ловкие вязальщицы, и вязали они его четыре вечера напролёт.

Я пришёл посмотреть на готовую вещь вместе с Марфой. Свитер выглядел неказисто, с рукавами разной длины и воротом, в который пролезли бы две головы.

Но стоило мне его надеть, как на лице расплылась широкая улыбка. Потому что свитер приносил то самое желанное тепло. Это было то же чувство, что и в детстве.

И пока Марфа ругала вязальщиц, мол, как они допустили такое безобразие в своем изделии, я лишь улыбнулся им.

– Отличная работа, – произнёс я, и Марфа открыла было рот. – А ворот перевяжете, и будет совсем отличная. Марфа покажет как.

Быть может, у нас не будет в эти холода тулупов и кафтанов. Но у нас будут тёплые носки, шапки и настоящие свитера. А это уже многого стоило!

* * *

Йорик тем временем после завершения большого дома вовсю занялся телегами.

Союзный караван, который мы собирали ещё до первых холодов, из‑за стройки большого дома так и не покинул стен Дальней.

Теперь старик навёрстывал упущенное и ругался на бригаду громче обычного. Меченый ждал каравана, а Соколов ждал нового инструмента.

Ничто не предвещало беды, как говорится. Пока со сторожевой вышки вдруг не прозвучал сигнальный рог.

По дороге с запада, разбрызгивая грязь, к деревне неслась знакомая карета, запряжённая четвёркой. Именно неслась, а не ехала, и уже одно это было непохоже на Кристину, которая обычно появлялась в Дальней со всем возможным достоинством.

Я вышел на крыльцо, предчувствуя неладное.

Карета остановилась у терема. Гордей на козлах не стал кланяться по пояс, а сразу спрыгнул и распахнул дверцу. Кристина вышла, и я увидел ее лицо.

Улыбки на нём не было, шпильки тоже не последовало, и даже аромат роз остался где‑то в карете. Блондинка была бледной, а губы у нее были сжаты в ниточку.

– Владимир, – произнесла она вместо приветствия. – Мой обоз, отправленный к Басманову, пропал.

Глава 19

Мы с Кристиной вернулись в терем и сели за стол. Блондинку заметно потряхивало, поэтому первым делом я велел Любе налить нам горячего травяного взвара.

Служанка скрылась в недрах терема, чтобы уже через пару минут вернуться к нам и поставить на стол две деревянные кружки, заполненные до краёв.

Кристина, поблагодарив Любу, осторожно взяла свою кружку обеими руками, отпила и только после этого подняла на меня глаза.

– А теперь рассказывай, – потребовал я. – Что конкретно у тебя случилось?

– А что рассказывать? – Кристина устало пожала плечами. – Пока ты, Владимир, готовил союзный караван, я собрала одежду, которую заказал у меня Басманов для своих загонщиков, и решила ее отправить. Снарядила две телеги с сопровождением. Они должны были доехать до Егора, отдать заказ, взять оплату шерстью и шкурами и сразу же вернуться.

Я подождал, не добавит ли она ещё что‑нибудь, но Кристина ушла в свои мысли, опустив взгляд в кружку.

– Почему ты вообще собрала свой караван? – спросил я. – Мы же договорились, что обозы Альянса будут ходить вместе.

Кристина смутилась, а на ее щеках выступил предательский румянец.

– Пока бы ваш союзный караван скатался к Меченому, пока добрался бы до Соколова, пока доехал бы до меня и поехал дальше, я бы успела сделать ещё несколько таких заказов, что Басманову, что Соколову. Я думала, в этом нет ничего такого.

– В этот раз, похоже, твоё желание заработать сыграло против тебя, – подытожил я. – Разве не ты сама предупреждала меня о нападениях на караваны?

– Но это происходило где‑то там, у соседей, севернее нас! – возразила блондинка. – До недавнего времени подобного не случалось вот так близко.

Я покачал головой. Торопливость никогда не доводила до добра.

– Хорошо, тогда расскажи мне всё, что знаешь, – попросил я.

– Когда я поняла, что караван почему‑то задерживается, то отправила Гордея с его людьми на разведку. Им лишь надо было проехать по дороге до Басманова и узнать, что случилось. Долго искать им не пришлось. Они наткнулись на то, что от каравана осталось. – Кристина сжала кружку сильнее. – Телеги оказались сожжены. От всего каравана остались одни угольки. Волы же были убиты, а от моих людей не осталось и следа.

Я нахмурился, отставив свою кружку в сторону.

– То есть как это ни следа? – не понял я.

– То и значит. Пропали они. Украли их или же… что ещё хуже. Я не знаю, Владимир. В этом‑то вся и проблема. – Кристина прямо посмотрела на меня. – Гордей говорит, что они заметили следы копыт. А теперь подумай, у кого во всём Рубеже есть лошади?

Мы молчали, хотя оба и понимали, что подразумевала Кристина под этим вопросом.

– Ты намекаешь на Рагнара? – уточнил я. Это ведь Рагнар в награду за первый этап Испытания получил пять лошадей. Только он из всех Стратегов мог собрать летучий отряд, который смог бы неуловимо грабить караваны своих конкурентов.

Но что он делал здесь, далеко на юге? Разве деревня Рагнара расположена не на севере Рубежа? Что могло вообще заставить его отправиться так далеко? В этом не было никакого смысла. Подобные налёты можно было бы объяснить, будь мы главными претендентами на победу во втором этапе Испытания. Но это не так. Фаворитом гонки Стратегов на данный момент являлся Василий Беляев со своим Кругом.

Наш же Альянс всё ещё оставался в тени. О его создании никто ещё не должен был знать. Неужели кто‑то проболтался? Но как тогда слухи успели доползти до Рагнара? Неужели он, услышав о произошедшем, решил сразу же отрубить нам голову дерзкой атакой?

Всё равно не сходилось. В духе Рагнара было бы тогда напасть на кого‑то из Стратегов в Альянсе. Это было бы куда проще и понятнее. Сломать один из столпов Альянса, пока он ещё не успел встать на ноги.

Партизанить же, скрываться от преследования и сжигать караваны… это было нехарактерно для выходца из северных налётчиков. В этом не было вызова, не было риска.

Я бы больше поверил, что нечто подобное провернул Краснов или всё тот же Волков.

– Позови Гордея. Я хочу услышать о произошедшем от него, – сказал я Кристине.

Слугу быстро позвали в терем, и вскоре он отчитывался передо мной.

– По приказу своей госпожи мы отправились разведать местность. Остатки каравана обнаружили в полутора сутках от Вертихвостово.

– Караван ехал к Басманову или от него? – уточнил я.

– Я сразу же отослал человека к господину Басманову, и он подтвердил, что никакого каравана к нему не приезжало. Выходит так, что их взяли не на обратном пути, а на пути из Вертихвостово.

Я задумчиво постучал пальцами по столу.

– Были ли найдены какие‑то ещё следы? – спросил я.

– Были, господин Новиков, – кивнул Гордей. – Полагаю, вы уже знаете, но чуть в стороне от тропы мы обнаружили следы от копыт. Странно лишь то, что больно они маленькие для взрослых лошадей оказались.

– Что ты имеешь в виду, Гордей?

– То и имею в виду, господин. Больно маленькие копыта. Будто бы сами лошади куда меньше ростом, – задумчиво произнёс Гордей. – Конечно, на грязи след отпечатался не слишком хорошо. Да и времени прошло с момента нападения изрядно, но даже так… Уж больно всё это странно.

За столом повисла неуютная тишина.

Я вспомнил лошадей Рагнара. Я видел их, конечно, мельком, в день, когда покидал острог воеводы на пару с Кристиной, но даже так неплохо их запомнил.

Те лошади даже издали выглядели массивными, прямо‑таки под стать новому хозяину. Не какие‑нибудь дестриэ с Земли, но и не сильно тем уступающие.

В любом случае копыта у таких зверюг должны быть соответствующими. А тут вдруг Гордей говорит о каких‑то карликовых копытах… Может, причиной тому нападение очередного мутанта?

Но зачем тогда сжигать телеги? Нет, это бред какой‑то.

Кристина меж тем покачала головой.

– Я не знаю, кто виноват в пропаже моих людей. Это мог быть Рагнар, а мог и не он. Но я сразу почувствовала, что дело неладно. Ты понимаешь, Владимир? Мой караван ограбили здесь, на юге, совсем близко от Вертихвостово. А это значит, что…

Она не договорила, но всё было ясно без слов.

– Это значит, что враг находится у нас под самым носом. На территории нашего Альянса. И он уже решил бить по нам.

– Вот поэтому я к тебе и приехала, – кивнула Кристина. – Мне одной не справиться. Мне нужна твоя помощь, Владимир. Альянсу нужна твоя помощь.

Я же пытался собрать пазл. Что же у нас выходило? Неизвестные устроили налёт на караван, сожгли товар и телеги. Волов убили, а что было с людьми – непонятно. Но, подозреваю, их взяли в плен или тоже убили.

Обычные разбойники должны были как минимум увести с собой телеги. Ведь разве не ради прибыли следовало устраивать подобные налёты?

Хотя кто‑то из Стратегов мог придерживаться принципа «так не доставайся же ты никому». Не обязательно забирать себе товар. Достаточно было его сжечь, тем самым нанеся урон кошельку владельца.

Ведь, как известно, для любой войны нужны три вещи – деньги, деньги и ещё раз деньги.

И вот если учитывать этот момент, то не так уж и важна была личность нападающего. Так или иначе, новосозданному Альянсу бросили вызов.

И на него следовало дать соразмерный ответ. Повернув голову, я обратился к стоявшей в сторонке Любе.

– Собирай экстренный совет. Сейчас же.

* * *

Всего через полчаса собрался новый совет. К нам с Кристиной я вызвал Ростислава, Сергея, Йорика и Голубцова. У двери встал Гордей. Люба же разлила взвар по второму кругу и отошла к печи, откуда ей было слышно каждое слово.

Как только пришедшие расселись, я кратко обрисовал ситуацию, в которой мы оказались.

– Как вы теперь понимаете, на территории нашего Альянса появились неизвестные налётчики, – подвёл я итог. – И нам прежде всего необходимо решить, что с этим делать.

– А разве надо гадать? – задался вопросом Сергей. – Давайте соберём отряд и покажем ублюдкам, что значит – посягать на чужое!

– Вот только ни о численности этих «ублюдков», ни об их принадлежности нам ещё ничего не известно, – осадил я мужчину.

– Что не менее важно, эти неизвестные вообще клюнут на наш отряд? – поднял руку Ростислав.

– Что ты имеешь в виду? – повернулся к нему Йорик.

– Так раз этот враг нападает на одни лишь караваны, то разве он не спрячется, как только увидит большой вооружённый отряд? – пояснил Ростислав. – Многие хищники атакуют лишь тогда, когда уверены в своей победе. Если же зверь встретит кого‑то, способного дать отпор, или того, кто будет сильнее него, то он может и не показаться вовсе. А может и сбежать, чтобы уж точно не рисковать.

– Полагаешь, неприятель поступит так же? – поинтересовался я.

– Но ведь до сегодняшнего дня не было слышно о том, чтобы кто‑то наткнулся на этих неуловимых налётчиков? С чего бы им вдруг изменять себе?

Мысленно я был согласен с Ростиславом.

– Значит, на этого зверя нужно приготовить ловушку, – предложил Сергей.

– И как вы это видите? Устроите засаду в лесу? А где? Враг может прийти откуда угодно и когда угодно. От деревни к деревне ехать несколько суток. Где на этом промежутке следует поставить ловушку? – хмуро произнёс Голубцов.

Сергей скрестил руки на груди, задумавшись над вопросом.

– Йорик, сколько тебе нужно времени, чтобы закончить с подготовкой каравана? – обратился я к старому плотнику.

Йорик поскрёб лоб и прикинул в уме.

– Думаю, дня за два можно управиться.

– Господин, вы что‑то придумали? – посмотрел на меня Ростислав.

– Можно сказать и так, – улыбнулся я. – Говорите, нам нужно заманить врага? Так давайте следовать принципу «клин клином вышибают»! Какие цели выбирает для себя неприятель?

– Торговые караваны между деревнями, – ответил Голубцов.

– Вот это мы и используем. Но уже против врага, – пояснил я. – Мы возьмём союзный караван, но вместо того, чтобы загрузить его товарами, мы заполним его бойцами из отряда обороны. А как только враг попробует нас «ограбить»…

– Ловушка захлопнется, – оскалился Сергей. – Мне нравится!

– А это не слишком рискованно? – уточнил Ростислав.

– У тебя есть другие варианты, как нам избавиться от врага?

– Нет, но…

– Вот поэтому мы так и поступим, – решил я. – Через два дня, как только телеги будут готовы, я с отрядом обороны отправлюсь к Вертихвостово.

Йорик с Голубцовым переглянулись. Похоже, они не обрадовались моим словам.

– Но разве так можно, господин Стратег, оставлять деревню перед самыми холодами? – не выдержал староста. – У нас тут подготовка к зиме, у нас дел невпроворот, а вы предлагаете поехать непонятно куда и выискивать непонятно кого? Если вдруг у вас что‑то пойдёт не так, мы же холода не переживём!

Я согласно кивнул. В словах Голубцова был смысл. Бросать деревню в столь напряжённое время было явно не лучшим решением. Но альтернатива была и того хуже.

– Если мы не разберёмся с этими неизвестными, то Альянс умрёт, так и не встав на ноги, – парировал я. – Не будет караванов – не будет торговли. А без торговли мы не получим шерсть от Басманова. И вот уже, лишившись ее, мы окажемся в крайне незавидном положении. Пережить грядущие холода станет практически нереально. Без торговли, без союзников и без Альянса мы далеко не уйдём. Ни в эту зиму, ни в следующую.

Голубцов открыл рот, ища довод, чтобы возразить, но так его и не нашёл. Вместо него слово взяла Кристина.

– Если вы приедете в Вертихвостово, я смогу снарядить ваших солдат кожаными нагрудниками. И дополнительной защитой, какая найдётся у моих кожевников. – Она посмотрела мне в глаза. – Из‑за меня всё это произошло, поэтому я тоже хочу принять участие. К тому же они напали на мой караван. И кем я буду, если не отвечу им сполна?

– Ещё возражения?

Их более не последовало.

– Значит, решено. Сергей, готовь отряд обороны. Мы скоро выступаем.

* * *

Следующие сорок восемь часов прошли в сборах перед нашим походом.

Первыми взялись за дело вязальщицы. Мастерская Марфы явно задалась целью спешно снабдить каждого бойца если не парой тёплых носков, то хотя бы шарфом. Оказалось, что шарф вязать всяко проще, чем ту же пару носков.

Не знаю, сколько по итогу привлекла девушек к работе наша ткачиха, но со своей задачей она справилась. К моменту отправления на каждом бойце отряда обороны красовался серый шарф.

С собой я планировал взять весь отряд обороны, тридцать шесть человек под руководством Сергея. Оборона Дальней на эти дни ложилась на дозорных и на крестьян из ополчения, вооружённых копьями.

В моем отряде выходило двадцать мечников со щитами, десять копейщиков, а также шесть лучников. Помимо них со мной шёл Ростислав с двумя охотниками – они должны были стать нашими следопытами и в случае чего помогли бы выйти на след неприятеля.

В поход с нами отправилась и Василиса в качестве полевого медика. На этот раз у нее в подчинении было два помощника из зелёного отряда.

С собой они взяли носилки, запас повязок с Чудняком, согревающую мазь и, на всякий случай, слизь Жабы‑туманника. Вдруг нам опять потребуется организовать массовое отравление в стане неприятеля.

Сама же деревня оставалась под началом остальных руководителей. Перед отправлением я велел им быть настороже.

Посты на вышках следовало усилить, смены сократить, ворота на ночь запирать и при любом шуме с дороги трубить в рог, не дожидаясь, пока разберутся, кто там.

Я не мог исключать того, что всё происходящее являлось частью чужого плана, и, как только я оставлю поселение, его попробуют взять штурмом. Поэтому, кроме отряда обороны, я не брал с собой никого.

Впрочем, в моем отряде имелись не только люди, но и мутанты. В поход выступали восемь Клюворезов под началом Крохи. Девятый и последний оставался в деревне на всякий случай.

Если на Дальнюю всё же нападут, Клювореза отправят вслед за своими собратьями, и я верил, что он найдёт нас быстрее любого другого гонца.

И вот утром третьего дня наш караван вышел из ворот. В общей сложности сорок три человека вместе со мной – это была внушительная сила.

Кристина вновь пригласила меня в свою карету, и я не стал отказываться.

Дорога до Вертихвостово заняла двое суток неспешной езды, и за эти двое суток ничего толком не произошло. Наш отряд двигался к деревне блондинки, и на нашем пути не встречалось никакого подозрительного движения. Клюворезы с воздуха также ничего не обнаружили. Хотя бы дорога между нами и Вертихвостово была ещё безопасной.

Или враг хотел, чтобы мы в это верили…

Вертихвостово стояло на открытой равнине, с небольшим перелеском вплотную к крайним избам.

Земляного вала здесь не было, частокола тоже, зато стояли свои сторожевые вышки, пониже наших, но это всяко лучше, чем ничего. По краям деревни шла стройка. Ставили волшебный плетень, живую ограду из лозы.

Почему это волшебную?

Потому что какая ещё лоза будет расти при таком собачьем холоде?

От налёта подобная ограда вряд ли спасёт, но, может, я чего‑то не знаю? Например, не удивлюсь, если этот плетень может ожить в самый неподходящий момент и атаковать нападающих на деревню. Тогда бы это была воистину невероятная ограда!

Людей в деревне по ощущениям было не сильно больше сотни.

Избы вдоль главной улицы стояли чуть ли не по линеечке. Крестьяне при виде нашей кареты кланялись и сразу же освобождали дорогу. Было видно, что люди уважали свою хозяйку.

Единственный недостаток, что я заметил, стоило мне выйти из кареты… так это запах.

Кожевенные мастерские стояли на самой окраине деревни, но аромат от них ощущался даже у деревенской площади.

Запах мокрых шкур, золы и дубовой коры висел над Вертихвостово, как туман над болотом.

– Вот, посмотри! – Кристина уже забыла про сожжённый обоз и вовсю показывала мне свои владения. – Три мастерские, восемь мастеров, не считая подмастерьев. Доспех из Ледошкура, который сейчас на тебе, Владимир, сделан этими умельцами!

Девушка сразу повела меня в свои кожевенные мастерские, не заботясь ни о чем другом. Здание выглядело как самая обычная изба, но вот внутри… внутри всё было совсем иначе.

– Впечатляет, – произнёс я, осматриваясь по сторонам.

Я с интересом смотрел на стоящие внутри мастерской чаны, на растянутые на рамах шкуры и людей, которые на нас косились, но от работы не отрывались.

– А я‑то думал, чем у вас тут пахнет, – вполголоса заметил Ростислав, следуя везде за мной. – Оказывается, богатством.

Кристина это услышала и улыбнулась. Шутка охотника ей понравилась.

В тереме Хищновой меня ждал приветственный ужин. Моих же людей угощали в местной столовой.

Блондинка усадила меня за свой стол и велела подать тонко нарезанные бутерброды с копчёным мясом и зеленью. Глядя на поданное блюдо, она широко мне улыбнулась.

– Уж больно мне понравилось твоё блюдо на ярмарке, – призналась она. – Я осмелилась его повторить.

Я взял один из бутербродов с тарелки, покрутил его перед глазами, после чего сделал первый укус. Что ж, следовало признать, у блондинки был вкус.

Копчёное мясо с мелко нарезанной зеленью сочеталось очень даже хорошо. На какое‑то время мы смогли забыть о требующих нашего внимания заботах и просто болтали между собой, попивая ягодный морс и заедая его бутербродами.

Мне было интересно узнать о том, как Кристина возводила свою деревню, с какими она проблемами столкнулась и как сумела их решить.

А девушка была более чем рада подробнее рассказать обо всех неурядицах, с которыми ей довелось столкнуться. Ведь прежде всего она была молодой аристократкой. А потому к развитию деревни практически с нуля она была готова не сильно больше моего. Хотя в этом вопросе ей изрядно помогали Гордей и другие специалисты, приглашённые ее родственниками из Княжеств.

Впрочем, это не отменяло стараний самой девушки.

Несколько часов мы провели за беседой, когда в терем блондинки вошёл Гордей.

– Госпожа, ваш подарок готов, – заявил он.

– Тогда почему бы нам на него не посмотреть? – поторопила меня Кристина, и мы встали из‑за стола.

Во дворе местные кожевники вовсю помогали моим бойцам одеваться. Каждому из них шёл персональный набор – кожаный нагрудник, закрывающий грудь и живот, наручи, налокотники и наколенники. Кожа была тёмного, почти чёрного цвета и с тиснением по краю. Кожевники затягивали ее так, что бойцы аж крякали от неожиданности.

– Помнишь, ты как‑то в разговоре упоминал, какие могут быть варианты персонального набора для солдата? – произнесла Кристина. – Вот я и решила воплотить их в жизнь. И, знаешь, выглядит очень даже пристойно.

– По мне, так выглядит грозно, – согласился я.

Так и было. Тридцать шесть бойцов в кожаных доспехах, с разукрашенными щитами, на которых чёрный Клюворез расправлял крылья, с гладиусами и копьями стояли посреди двора и представляли собой мощный кулак.

И совсем скоро он должен был ударить по врагу.

* * *

План по выманиванию неприятеля мы запустили уже на следующее утро.