Текст книги "Путь Стратега. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Саша Токсик

Соавторы: Яростный Мики
сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 68 страниц)

Глава 10

Тихо журчала вода в реке. Едва слышно скрипели крепления катамаранов. Солнце приятно припекало, а ветер приносил столь желанную прохладу.

Хотелось лечь, расстелить под собой плащ и закинуть руки за голову, забыв обо всем и обо всех.

Представить, что ты на каком‑нибудь пляже и вообще…

Громкий всплеск воды и последовавший за ним крик вернули меня в реальность.

– Человек за бортом!

Я даже не привстал. Это был третий «человек за бортом» с утра, и все три – по моему приказу. Вместо этого я смотрел за тем, как бойцы спасали своего товарища. Мужчине ловко бросили канат, за который тот схватился, и его оперативно вытащили обратно на плавсредство.

– Отличная работа, – похвалил я ребят, на что те ответили довольными ухмылками.

Перед нашим отправлением Лука и рыбаки из Усть‑Задена достаточно подробно описали реку в северо‑восточном рукаве. Здесь в нее впадало несколько притоков, в том числе и со стороны болота, что кратно расширяло русло и делало из небольшой, в общем‑то, реки настоящую водную артерию.

И если падение в воду у нашей деревни не представляло какой‑либо угрозы – ты всегда мог доплыть до берега, то вот в северо‑восточном рукаве это сделать будет уже не так уж просто. Тебя просто унесет течением. Особенно это создавало немалый риск для новичков, которые и плавать‑то научились всего пару недель назад.

Поэтому перед отправлением нашего каравана, да и во время самого плавания, я приказал отрабатывать экстренные меры при падении кого‑либо в воду.

Вот вроде бы сущая мелочь, но то, что люди больше не хватались за волосы и не паниковали, когда кто‑то сваливался с катамарана – уже значительный прогресс.

Помимо прочего северо‑восточный рукав оказался полон рыбы. Она прямо‑таки плескалась на поверхности воды, провожая наши катамараны.

Только закинь рыболовную сеть, и она тут же окажется полна. Ну, или брось верёвку с крючком, и на него тут же насадится крупный улов.

Как только наладим выработку меди, нужно будет обязательно начать делать свои рыболовные крючки. Вроде как мелочь, но во время плавания самое то! Если мне не изменяла память, то такой метод рыбалки назывался ловлей на дорожку.

– Слушай, Ростислав, – привлекая внимание парня, вдруг заинтересовался я, – а в воде могут быть речные мутанты?

– А как же! – хмыкнул он. – Только вряд ли они станут обитать в столь мелкой речушке. Вот на Волге, поговаривают, такие твари обитают, что топят целые ладьи! И это только речные! А что творится на большой воде…

– Это ты имеешь в виду на море? – уточнил я.

– Оно самое, – кивнул мне Ростислав. – Помню, нам в деревню как‑то заехал торгаш откуда‑то из южных Княжеств. Так, когда его просили рассказать о землях, которые он видел или посещал, он без умолку болтал о Светлейшей. О том, что он всегда мечтал туда попасть и что однажды ему даже выпал шанс в ней оказаться с куда более богатыми купцами…

– Так и что? – заинтересовался я рассказом.

– А то, что рассказывал он, будто бы купцы отправили полноценную эскадру по Черному морю. Они хотели доплыть прямиком до Светлейшей, заполнить их товаром все трюмы, после чего вернуться и разбогатеть, втюхав весь груз нашим аристократам. Так вот… сам торгаш на их караван не успел.

Ростислав взял паузу, вспоминая детали истории.

– Пил он от упущенной возможности как бы не целый месяц. А потом в порт пришла новость о том, что торговая эскадра так и не появилась в Светлейшей.

– Совсем не пришла?

– Совсем, – вздохнул молодой охотник. – Пять немаленьких кораблей оказались потоплены каким‑то морским мутантом. От них и следа не осталось.

– А может, их просто сбило с курса или кто‑то ограбил?

– Может, и так, – протянул Ростислав, – но торгаш говорил, что тогда бы остались следы. Да и уйти бы кто, поди, сумел из эскадры. А так… как в воду канули!

– Да уж, – я только и мог, что покачать головой.

Я надеялся, что хотя бы на воде в этом мире будет поспокойнее, чем на суше. Но выходило так, что нам ещё повезло, что мы сталкиваемся с мутантами на суше, а не с теми тварями, что могут обитать на дне морском.

Даже любопытно, существует ли в этом мире подобие Ктулху или мегалодона?

И можно ли их приручить так же, как и наших Клюворезов?

Ага, сначала ты подкармливаешь осьминога в домашнем аквариуме, а через пару лет бесстрашно бороздишь моря и избавляешься от любого врага с криком: «Выпускайте Кракена!»

Смех да и только.

Меж тем мы продолжали двигаться вниз по течению. В поле зрения появился Усть‑Заден, точнее, то, что было им раньше.

Покинутая деревня выглядела как поселение‑призрак, чем, собственно, она и являлась. Дома, стойки для вяленой рыбы, деревянный причал и терем Стратега с недостроенной крышей – всё это осталось нетронутым.

Где‑то полторы недели назад я отослал группу охотников, чтобы они сходили к поселению и посмотрели, остался ли в нём Мартин или все же уехал прочь. Удивительно, но Стратега в Усть‑Задене не оказалось.

Неужели у него нашлось достаточно смелости, чтобы собрать какой‑то скарб и пешком отправиться к воеводе? Или мимо проезжал караван или отряд обеспечения, что любезно подобрал осиротевшего Стратега?

В любом случае, запас еды в амбаре, инструменты на складе, связки вяленой рыбы, посуда, да много чего ещё – всё это досталось нашей деревне. Особенно меня обрадовала ещё одна буржуйка, которую мы изъяли из бани Щербатова. В хозяйстве точно пригодится!

В несколько ходок мы опустошили Усть‑Заден, оставив здесь лишь то, что не было смысла тащить к себе домой.

Кто‑то из лесорубов даже предложил сжечь срубы и не оставить от поселения и камня на камне, но я отказался от столь резких мер.

Потому как, несмотря ни на что, Усть‑Заден всё ещё оставался домом для части моих людей.

Вот и сейчас, смотря на то, как усть‑заденцы бросали долгие взгляды в сторону исчезающей деревни, я понимал, что поступил правильно, не став ровнять это место с землёй.

Быть может, когда‑то в будущем сюда ещё вернётся жизнь. Когда‑то, но точно не сейчас.

Хлопнув в ладоши, я привлек к себе внимание.

– Так, народ, беремся за шесты! Впереди начинается самое интересное! Мы входим в болота, а потому все будьте предельно осторожны! Упадёте – и вас уже могут и не вытянуть! Всем всё ясно?

– Да, господин!

– Вот и славно! Тогда вперёд!

Перед нами появились болота.

* * *

Как и рассказывал Лука, свернув в один из притоков реки, мы совсем скоро оказались посреди болота. И первым же испытанием, ожидавшим нас, оказались водоросли, сквозь которые ещё предстояло проплыть.

Вода как‑то резко приобрела ржавый оттенок и потемнела.

Деревья на берегу теперь склонялись к воде, едва не касаясь своими ветвями её поверхности, а камыш и высокая трава отчасти перекрывали нам обзор и вынуждали двигаться на ощупь.

Не самое приятное чувство, скажу я вам. Но что меня беспокоило особенно сильно, так это повисшая тишина. На большой реке будто бы бурлила жизнь – шумело течение, гуляли порывы ветра, слышно было птиц и диких животных где‑то в лесных чащобах.

Но здесь? Ничего. Только скрип катамарана и шорох травы, сминаемой бортами долбленок. Даже воздух казался более вязким, застойным и промозглым.

– Бр‑р‑р‑р, ну и местечко, – тряхнул головой Ростислав, осматриваясь по сторонам.

– Тоже так подумал? – хмыкнул я.

– Болота мало за что можно любить, – заявил молодой охотник, скрестив руки на груди.

– Дедушка с тобой бы не согласился, – возразила ему Василиса, не разделявшая нашего напряжения. – На болотах растет много чего полезного. Тот же Чудняк здесь не такая уж и редкость. Самое сложное – это добраться до него.

– Твой дед умеет избегать внимания мутантов, обожающих волшебные травки и водоросли, мы же – другой вопрос, – возмутился Ростислав.

– Уверен, всё будет хорошо, ведь с нами лучший охотник этих мест, – решил я поддержать парня.

– Это кто? – удивился Ростислав.

– Ты, конечно!

Ответить на это Ростиславу было нечем.

Парень открыл рот да так и остался стоять, осознав, в какую логическую ловушку угодил. Так что он промолчал, гордо подбоченясь. Василиса, прикрыв рот ладошкой, прыснула со смеху.

Но уже через секунду она замолчала, как и весь наш караван. И причиной тому стало существо, оказавшееся чуть ли не вплотную к нам.

Это была огромная фиолетовая жаба, величиной, наверное, с бультерьера или любую другую собаку средних размеров. Жаба спокойно сидела себе на покрытом мхом булыжнике и молча провожала нас внимательным взглядом.

Но, что удивительнее всего, у лап этой жабы сейчас лежала вполне себе живая цапля. Она была вполне взрослой птицей, но почему‑то не улетала прочь.

Я сразу активировал Взор Стратега.

Имя: Жаба‑туманник

Не было никаких сомнений, что мы столкнулись с полноценным мутантом.

– Шесты из воды не вынимать. Идём мимо, – тихо приказал я.

Видя, что мы не спешим слазить со своих катамаранов и встревать в чужие дела, жаба опустила взгляд на цаплю. Та как раз попыталась взмахнуть крыльями, и у нее это почти что получилось. Но стоило жабе коснуться птицы своей перепончатой лапой, как та окончательно застыла.

Имя: Цапля (парализована)

«Значит, жаба ядовитая», – сообразил я, припомнив, что чем ярче цвет животного, тем более ядовитым оно окажется. А насыщенный фиолетовый цвет вполне себе подходил под такое описание.

Если же судить по Статусу цапли, то я бы поставил на то, что яд у жабы обладал свойствами нейропаралитика. Иными словами, коснёшься – и всё, не сможешь управлять своим телом.

Дальнейшую судьбу легко было представить.

Вот и жаба решила показать, что будет с тем созданием, осмелившимся встать у нее на пути. Она выстрелила своим языком, точно пращой, прикончив обездвиженную птицу, после чего целиком ту запихнула себе в пасть.

Под ужасающий хруст костей мы продолжили свое плавание, так и не сводя глаз с монструозной жабы.

– Что ты там говорила? – окликнул Василису Ростислав. – Что‑то про то, что не всё так плохо, так ведь?

Блондинка лишь нервно рассмеялась.

* * *

– Господин Стратег, – меня отвлек голос Луки, бывшего нашим навигатором. – Это самое дальнее место, куда мы доплывали. Дальше придется двигаться уже на свой страх и риск.

– Хорошо. Молодец, что уже довел наш караван сюда, – хлопнул я мужчину по плечу, и тот польщенно улыбнулся.

Достаточно скоро мы добрались до самого сердца болота, а наша скорость продвижения стала и того ниже. Топи, кочки, мох, мошкара и спертый воздух стали нашими новыми спутниками. Трава стала выше, и плыть приходилось чуть ли не на ощупь.

Хоть и неспешно, но мы двигались вперёд, пока не возникла новая беда.

Наш катамаран врезался днищем в илистое дно, и я понял, что мы застряли.

– В чем дело? – хмуро спросил я.

– Кажется, здесь слишком мелко, чтобы мы могли проплыть, – предположил Лука, изучая своим шестом глубину впереди.

Я огляделся по сторонам. Слева и справа росли жухлые деревья, которые обойти будет не так чтобы просто. Мы будто бы оказались перед горлышком бутылки. Вот только кто ж знал, что оно окажется закупоренным.

– Здесь не проплыть! Посмотрите, можно ли обойти препятствие! – крикнул я людям в других катамаранах. Бойцы приняли мою команду и попробовали обойти наш проблемный участок. Но спустя пятнадцать минут стало ясно, что это гиблая затея.

Казалось, что мы просто не в состоянии продолжить плыть вверх по реке.

Не этого я ожидал, конечно.

– Что будем делать? – задал вопрос Ростислав.

– Если не сможем вытащить из ила катамаран, то проще всего будет его бросить и вернуться обратно в Дальнюю, – хмуро выдал Леха. – Уж лучше трое суток пройти по лесам, чем один день по болотам. По опыту знаю.

– Да с этим‑то никто и не спорит! – воскликнул Ростислав.

– Мы вообще в состоянии вытащить катамаран? – обратился я к Луке, стоявшему в сторонке. Мужчина почесал бороду, а затем осторожно кивнул.

– Это должно быть возможно. Лодка застряла днищем в иле, но будь она полегче, то и проблем бы не было. Быть может, сможем даже перетащить его через этот участок.

– Значит, вопрос в нашей осадке?

– Да, можно сказать и так…

Плыть назад не хотелось совершенно. Мы были уже не так уж и далеко от деревни Меченого и практически преодолели болота. Оставалось лишь переплыть этот не пойми откуда взявшийся затор, и мы окажемся на месте.

Поэтому, недолго думая, я отдал новый приказ.

– Сходим на берег. Посмотрим, что можно сделать.

– Да, господин!

Свободные катамараны пристали к ближайшему берегу. Один из них вернулся к нашему катамарану и забрал нас к себе, чтобы мы также смогли сойти на сушу.

Ступив на берег, я едва ли не по пояс ушел в мутную воду. Мох чавкал под ногами при каждом последующем шаге, а каждый метр для начала следовало проверить шестом, чтобы не провалиться в какую‑либо топь.

Было принято решение искать участок суши, куда можно было бы сгрузить лишний груз с застрявшего катамарана. Для чего бойцы стали расходиться в разные стороны, изучая берег.

Одним из них был Леха, шедший вплотную к руслу реки.

– Господин Стра… – мужчина резко вскрикнул, после чего сразу ушел под воду. В то же мгновение из‑под воды выстрелили алые водоросли, переплетаясь друг с другом, точно живые змеи.

Паника охватила бойцов. Кто‑то попробовал ударить движущиеся водоросли копьём, но это не нанесло никакого вреда.

Алые растения жили своей жизнью и потянулись уже к людям вокруг, желая и их утащить под воду.

Новички бросились врассыпную. Ветераны отступили на шаг и подняли копья, хотя толку от копий тут не было никакого.

Лицо Лехи вновь появилось над поверхностью, но тут же скрылось в мутной воде. Вокруг его плеч и шеи, точно удавка, затягивались побеги.

– Что это, черт возьми, такое⁈ – Ростислав хотел было рвануть к утопающему, но я перехватил его руку, не давая сигануть в самый центр живых водорослей.

– Это зыбучая трава! – выкрикнула Василиса. – Она утаскивает под воду всё, что оказывается вокруг неё!

Действовать требовалось быстро. Воздуха у Лехи надолго не хватит. Бросаться к нему напрямую – несусветная дурость. Но и оставлять просто так – не вариант.

– Кидайте веревку! – скомандовал я. Уже через секунду в то место, где пропал Леха, был брошен канат. Вот только за него так никто и не взялся. Все уже было подумали, что мы не успели, как в следующий миг рука появилась над поверхностью воды и ухватилась за канат. Стоило нам потянуть на себя, как Леха вновь появился перед нами, оплетённый зыбучей травой, как какая‑то мумия.

– Тяните дальше!

Бойцы с силой потащили канат на себя, но волшебная трава и не думала отпускать свою жертву. Было видно, что наших сил попросту не хватало, чтобы спасти мужчину.

Требовалось как‑то ослабить зыбучую траву или отвлечь ее от перетягивания каната…

Тут я зацепился за слова Василисы. Зыбучая трава тащит всё, что окажется в ее зоне? Так, может, это и есть ответ?

– Бейте шестами по воде вокруг! – скомандовал я. Бойцы подчинились, ударив деревянными шестами по тем местам, откуда совсем недавно выскочила зыбучая трава.

Но никакой реакции так и не последовало. Неужели ошиблись? Неужели трава выбирала только одну цель для себя?

– Ростислав, – обратился я к парню, – подойди к краю, но как только появится трава – отскакивай назад.

– Понял! – кивнул охотник и сделал то, что я от него и просил.

Он осторожно подошел к оплетенному Лехе, и вот тогда‑то зыбучая трава среагировала, появившись из‑под мутной воды. В последний миг парень избежал плена, ловко отскочив назад.

Я сделал очередную пометку в своей голове. Выходит, волшебная гадость реагировала лишь на живых существ? Но как она определяла, кого надо брать, а кого нет? Что её провоцировало? Вибрации? Тогда бы она атаковала шесты… Тепло? Под водой‑то? А может быть…

Я покосился на ближайшую ко мне корзину с овощами. После чего добрался до нее, схватил первую попавшуюся морковку и метнул ее в область зыбучей травы.

Удивительно, но в этот раз водоросли среагировали мгновенно, едва ослабив хватку на мужчине и переведя свое внимание на волшебный овощ.

Мои подозрения оказались верными! Трава реагировала на магию! Или на те крупицы великой магии, что, со слов Елисея, были в каждом живом существе.

А волшебная морковка мигом затмевала эти крупицы, сосредотачивая на себе всё внимание волшебной травы.

– Тяните канат! Сейчас! – рявкнул я, бросив ещё несколько овощей в воду.

Зыбучая трава выбрасывала всё новые и новые водоросли над водой, в какой‑то момент ослабив хватку на Лехе. Уже этого хватило бойцам, чтобы вытянуть мужчину к себе и окончательно вырвать его из плена.

Бледный Леха оказался тут же подхвачен бойцами и утащен в сторону.

– Василиса! – позвал я, но девушка уже была рядом с ним. Она подтянула его на ближайшую кочку, перевернула на бок, надавила на спину. Леха закашлялся, выплюнул воду и сипло выругался.

– Жить будет, – отчиталась блондинка, не поднимая головы.

Я же, убедившись, что он в порядке, стал смотреть за тем, как бурлила вода над зыбучей травой.

– И как нам теперь двигаться дальше? – подошёл ко мне промокший до нитки Ростислав. – Эта дрянь перегородила нам дорогу.

– Думаешь? – неожиданно улыбнулся я.

– Вы что‑то придумали? – удивился охотник.

Я посмотрел на вздрогнувшего Ростислава.

– Возможно…

– И почему мне кажется, что мне не понравится ответ?

Что мне пришло в голову? А все просто!

Морковка на шесте – и трава забывает обо всём остальном.

Несколько мужчин вставали по разные стороны от зыбучей травы, после чего протягивали шесты с приманкой. Водоросли тут же реагировали и вытягивались на максимум своей длины вверх и чуть вперёд.

Что делало из них идеальную мишень уже для моих бойцов. Хоть копьями рубить водоросли оказалось тем ещё занятием, но того же нельзя было сказать об охотничьих ножах. Пока перед зыбучей травой была столь лакомая цель, как морковка на шесте, она практически не реагировала на людей вплотную перед собой. Мужчины же хватали пучки водорослей и подсекали их ножом.

Ростиславу ответ и правда не понравился. Шест с морковкой я вручил ему первому – как самому ловкому. Первые пять минут он держал его на вытянутых руках и не сводил глаз с воды, но потом приноровился, перестал вздрагивать и уже с азартом ловил тот момент, когда алые плети били в шаге от его ног.

И вот так раз за разом мы постепенно сокращали опасность зыбучей травы, и в конце концов ей попросту стало нечем тащить нас к себе под воду.

– Вы ведь понимаете, господин Стратег, что этого надолго не хватит? – уточнила у меня Василиса. – Зыбучая трава снова отрастает, и нам придется вновь её прорезать.

– И мы повторим наш трюк во второй и в третий раз, – ухмыльнулся я, попробовав разорвать водоросли в своих руках. Удивительно, но они оказались достаточно крепкими. Может, потом стоило их высушить и сделать из них полноценную верёвку? Уверен, получится всяко крепче той, что мы делали из крапивы.

Приятный бонус, что тут скажешь.

* * *

Без волшебной дряни, пытавшейся утащить моих людей под воду, мы смогли сосредоточить всё внимание на преодолении заболоченного участка.

Вот только сделать это было едва ли проще, чем одолеть зыбучую траву.

Поначалу мы попробовали ещё раз вытащить наш катамаран с мели, толкая его шестами с берега. Попробовал и Лука снять плавсредство с ила, но всё без толку. Катамаран в нем увяз насмерть.

Нужно было разгрузить катамаран. Однако подойти к нему было довольно проблематично. Поэтому мы разгрузили сначала другой катамаран, уже без спешки таская с него корзины на ближайший более‑менее сухой участок.

Вслед за чем мы подплыли на облегченном катамаране к застрявшему и стали выносить уже груз с него. Потребовалось совершить несколько ходок, но дело было сделано.

Осадка катамарана существенно уменьшилась. Вот только это всё ещё не означало, что мы могли преодолеть чертов ил.

Когда Лука поднялся на катамаран, оказалось, что даже с весом всего одного человека переплыть бутылочное горлышко нереально.

– Похоже, придется всё же бросить катамаран, – печально вздохнул Ростислав.

Я же не желал принимать поражение. Нужно было найти иной способ перебраться через преграду.

И вот тогда я посмотрел на срезанную нами зыбучую траву. Трава… веревка… Ну, конечно!

Идея пришла мне в самый подходящий момент.

– Подъем, народ. Солнце ещё высоко. Мы не бросим всё на полпути!

Что я предлагал? Повторить картину «Бурлаки на Волге». Изначально, чтобы ее воплотить в жизнь, нам не хватало длины каната. То есть дотянуть веревку от катамарана до самого краешка реки получилось бы, но чтобы бойцы смогли за нее планомерно ухватиться и куда‑то потащить? Уже нет…

И нам тут как раз пригодилась только что срезанная нами зыбучая трава. Она была в меру эластичной и крепкой. Переплетя несколько водорослей в более прочный канат, мы объединили его с той веревкой, что уже у нас была. И вот ее общей длины как раз хватило для задуманного!

Мы снова подплыли к катамарану, обмотали его канатами, а затем вернулись на берег, где нас дожидались решительные мужики. Раздав им веревки, я махнул рукой, и шествие началось.

Мужчины шагали как можно ближе к реке практически по пояс в воде и, когда веревка натянулась, катамаран потянулся вслед за ней. Вот только вместо того, чтобы ещё глубже увязнуть в иле, он как бы проскользил по нему, наконец тронувшись с места. Бойцы, увидев это, в ту же минуту воодушевились и прибавили ходу.

Один метр, два, пять… Без лишнего веса катамаран легко шел по илу, более не погружаясь в него.

Мы и заметить не успели, как наиболее заболоченный участок реки остался позади. Катамаран подтянули вплотную к берегу, после чего на него залез Ростислав и шестом попробовал оттолкнуться. И у него это получилось! Катамаран мог и дальше свободно плыть, а это значило, что мы могли продолжить наш сплав!

Следующие несколько часов мы тем же способом перетащили все остальные катамараны через ил: снимали с них корзины, перетягивали на ту сторону канатом с берега, после чего загружали вновь. Да, не быстро, но, как говорят инженеры, «работает – не трогай!»

Воодушевленные успехом, мы продолжили двигаться на север, и я уже представил, как удивится Константин, когда к его берегам пристанет наш караван.

Как вдруг раздался чей‑то крик:

– Смотрите, дым!

Я посмотрел в ту сторону, куда указывал Лука, и ощутил неприятный холодок по спине.

Толстый столб дыма тянулся из‑за верхушек деревьев. А что самое неприятное… в той стороне как раз и должно было быть Упахалово.