Текст книги ""Фантастика 2025-183". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Ринат Тактарин

Соавторы: Полина Ром,Тиана Раевская,Ксюша Канарская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 226 страниц)

Глава 20

Дверь содрогнулась от мощного удара.

Кира вздрогнула, как и мужчина, находившийся слишком близко. Он уже расстегнул ремень и почти стянул штаны.

– Мы еще вернемся к прерванному занятию. Только разделаемся с твоим женихом, – процедил он, проводя носом по ее щеке. – Готовься.

Кира собрала побольше слюны и плюнула ему в лицо. За что и поплатилась – щеку обожгло, голова дернулась в сторону, едва не порвав мышцы шеи. Перед глазами поплыло, и она провалилась во тьму.

Когда пришла в себя чуть не заорала от ужаса. Помещение залито кровью. На полу рядом с ней валяется тело огромного серого волка, скорее всего мертвого. Трое других неподалеку в боевых позах. Белый громадный злой – Ингольфф. Напротив два поменьше.

Все трое рыкнули и кинулись друг на друга.

Кира съежилась и закрыла глаза. Страшно.

Потом все же приоткрыла один. Надо же видеть, кто побеждает.

Инг сильный – очевидно. Для него ничего не стоит отбрасывать то одного, то другого. Кровь, шерсть – все смешалось.

Наконец, он вцепился зубами в шею почти такого же белого волка. Тот заскулил, прикрывая лицо лапой. Вожак отпустил и рыкнул. Судя по всему, первый сдался на милость победителя. По крайней мере, вид у него покорившийся.

Инг зыркнул на второго. Подумав несколько мгновений, тот тоже сдался, склонив голову к ногам вожака.

Кира моргнула от неожиданности. За эту секундочку «жених» успел обернуться. Стоял теперь посреди помещения в одних белых кожаных штанах с голым мускулистым торсом.

– За мной! – рявкнул на волков, и те поплелись к двери. Не дойдя до нее, Инг обернулся и пронзил Киру острым взглядом. – Сиди здесь! Ни шагу из этой комнаты! Поняла?

Кивнула, закусив губу. Он ушел. Оставив ее с мертвым волком одну.

А точно ли с мертвым? Подошла ближе, не смотря на страх. Содрогнулась. Выжить с такими рваными ранами на шее просто невозможно. Но нисколько не жаль это чудовище.

А вот себя… До нее постепенно начало доходить, что произошло. Кира сжала зубы, стараясь, чтобы они перестали стучать. Но ее оглушило волной противоречивых эмоций: страх и облегчение, благодарность Ингу и злость на него, и, наконец, глупое разочарование, что Вейн не спас и обида. Если бы он не устроил дурацкую сцену…

Забравшись в кресло с ногами, Кира мелко тряслась в ожидании Инга. Нет, рано еще расслабляться. Его вид перед тем, как ушел, ясно говорил, что с ней ещё не все решил.

Надо бы придумать какое-то оправдание своему появлению здесь, но в голову, как назло, ничего не приходило.

Он появился через полчаса в сопровождении нескольких слуг, которые тут же начали уборку. Сам чистый, волосы чуть влажные. Ванну принимал? Единственное, что выдает эмоции – сжатые кулаки и прищур глаз.

Подошел к ней и не глядя бросил белый плотный жакет. Кира натянула его, прикрывая оголенное тело. Инг тем временем отодвинул, панель в ледяной стене, такую же, как в комнатах Киры и Вейна. Бар. В нем оказалось множество различных бутылок, как известных Кире, так и совершенно незнакомых.

– Выпьешь?

Замотала головой. Еще не хватало сейчас напиться. Итак непонятно, что ждать. Как врать и выкручиваться?

Ингольфф плеснул себе янтарной жидкости в бокал и залпом осушил.

– Ну, я слушаю, – выдал он, наконец. Почему-то отвернулся спиной. Напряжен. Очень. Видно по мышцам.

Что хочет услышать? Неважно, оправдываться глупо. Он далеко не дурак.

Решила молчать.

– Так значит. Отвечать не будешь? – резко повернулся и в одно мгновение оказался рядом, глядя в глаза. Кира попыталась отвернуться, но ее грубо схватили за подбородок, поворачивая лицом к магическому светильнику. Прикрыла глаза. Что он там увидел? Дернула рукой к шее и чуть не выругалась самым грязным гномьим ругательством. Амулета не было. То ли кто-то из волков сорвал, то ли сама посеяла. Значит, иллюзия спала, оставив зеленые глаза дель Драгонов. Ну что ж, остается только принять ситуацию, как она есть, и говорить с ним на равных. Он местный Властелин, но и она не простолюдинка. Истинный Дракон. – И давно?

– И давно? – спросил он обманчиво спокойным тоном. Но нет, Киру теперь не обманешь. За прошедшие дни научилась приблизительно различать грани его настроения. Сейчас он зол. Ярость скрыта внутри, но она там – бурлит и кипит.

Можно было выплюнуть правду ему в лицо. Сдержалась. Главное – не подставить Стабьерна и Мэг. И этого двуличного гада – Вейна.

Наверняка Ингольфф может определить ложь, практически уверена в этом. Лучше и дальше молчать. Тем более начала чувствовать, что стоит произнести хоть слово, они польются рекой. А в благородстве стоящего перед ней мужчины она сильно сомневалась. Вейн бы мог выслушать и принять претензии, наверное… а этот… этот нет. Стабьерн говорил, что его выводит из себя неподчинение.

Между тем, поняв ее позицию, Ингольфф кивнул и отошёл. Ага, обдумывает. Интересно, к каким выводам придет? А выводы напрашиваются неутешительные. Для нее даже опасные. Но что делать-то? Отрицать? Притворяться? Дурочку изображать? Молчать?

– Я пришел к очень неприятному для тебя заключению, Кирстения, – его слова прозвучали как-то зловеще. – Теперь хочу знать, кто тебе помогал?

Темные глаза полыхнули странным ледяным огнем.

Кира сглотнула. Не понравился ей этот взгляд – не предвещал ничего хорошего. Необходимо скрыть от него существование оппозиции в лице его же Советника.

– Ты же умный, вот и отвечай сам на свои вопросы, – вырвалось непроизвольно. Эх, лучше б молчала. Он приблизился слишком быстро. А его пальцы на шее слишком сильные – не составит большого труда сжать их, лишая необходимого воздуха.

– Я отвечу, я уже ответил. Всего лишь хотел предложить сделку. Я оставлю тебе жизнь, взамен ты сдашь мне предателя.

– А кого возведешь на трон? – ой… знала же, что лучше молчать! Ей всегда говорили, что язычок ее погубит. Надо же проболтаться. Теперь он точно знает, что предатель существует.

Его брови взметнулись вверх в немом удивлении.

– Ты много знаешь. И да, ты права. Мне придется оставить тебе жизнь. Но захочешь ли ты такой жизни?

– А у меня есть выбор? Ты все равно используешь свой ужасный амулет повторно. Не надо меня дурой считать.

Инг зарычал. Никак волчья сущность выглянула наружу. Схватил ее за плечи и сильно тряхнул. Глаза кровью налились

– Говори! Кто он? Не сейчас, так потом узнаю и убью!

Вот вроде ее должно испугать, а получилось наоборот. Мозг вдруг заработал. Неизвестно поверит ли, но идея пришла удачная.

– Не утруждайся. Ты уже это сделал. Мне помогал Андольфф. Он рассказал о тебе всё. И он же помог с глазами. Хотел сам стать вожаком, а меня отпустить, если помогу отвлечь тебя и задержать в Империи. – Ложь далась легко. Даже как-то слишком. Словно всю жизнь этим занималась. – Так что извини. Я просто боролась за свою свободу, и ты не можешь меня осуждать.

Инг до боли сжал ее плечи, но тут же отпустил, толкнув в кресло.

Теперь расхаживал туда-сюда, сжимая и разжимая кулаки. Только бы поверил. А ведь ей не известно, в курсе ли был Анд о всех этих вещах – об амулете, о планах вожака на Истинного Дракона. Если нет, то ей точно конец.

– Допустим. Анд был очень близок мне. Тем страшнее его предательство. Он говорил об участии других членов стаи? – Кира покачала головой. – Тогда остается вопрос… – он сделал долгую паузу глядя пристально в глаза. – Корвейн ден Шадор в курсе?

Глава 21

Кира застыла. Она совсем не подумала о принце, когда врала. И что отвечать? Если начать отрицать, может не поверить. Правду рассказать – невозможно. Молчание тоже можно принять, как признание.

– Он занят другим вопросом, – недавняя обида на Вейна ворвалась в ее интонации грубым сарказмом. – У него тут, видишь ли, личный интерес к одной небезызвестной особе.

Да что с ее голосом? Откуда столько яда? Зато Инг, кажется, поверил. Усмехнулся и подошел снова слишком близко.

– Ревнуешь? – прощипел в лицо.

– С чего ты взял?

– Сама-то слышишь себя? Что это, если не ревность?

Кира отвела глаза. Он прав. Абсолютно. Можно было лишь слегка съязвить, а она позволила боли и обиде вырваться наружу. Тряхнула головой.

– Это злость! – рявкнула она, убирая мужскую руку от своего подбородка – Вместо того, чтобы спасать нас, он занялся устройством личной жизни.

– Тогда ты тоже займись! Давай попробуем сначала.

– Ни за что! – крик вырвался быстрее, чем она успела подумать. Все эти разговоры о принце Шадора ударили по ее самообладанию. Вот и сорвалось.

Темные глаза сузились. Ее снова едва не унесло в их бездну. Не успело. Да и амулета, похоже, нет с собой.

– Значит тебе больше по вкусу Он? – Кира уловила угрозу, но, к сожалению, язык словно решил пожить своей жизнью.

– Уж точно не ты! Ненавижу принуждение!

Эх, где же ее эмпатия? Сейчас бы пригодилась. Лицо Инга стало настолько непроницаемым, что невозможно вообразить, что там творится в глубине.

– Идем.

Ее схватили за локоть и потащили куда-то из комнаты, еще дальше углубляясь в недра дворца.

Кира заметила, что стены здесь все больше и больше напоминают лед. И они переливаются разными цветами. Почти как воздух в зале Драконов в День Магии.

– Что это?

– Подземелье. – Странный ответ. И вдруг мелькнула догадка – он не видит сияние. Инг не Дракон! И не маг стихий. И что это должно означать? Что за тайны хранит подземелье? – Заходи.

Ее буквально втолкнули в дверь. Оказалась в кабинете. Обычный такой кабинет. Полки с книгами, стол из крепкого дерева, стены отделаны темно-зеленым материалом. Так же имеются два кресла и столик. У отца почти такой же, только интерьер гораздо более богатый и изысканный.

Кивнул на одно из кресел, приглашая сесть. Совершенно не хотелось этого делать, но ее опять припечатали мрачным взглядом. Села так, чтоб можно было резко подскочить, если понадобится.

Ингольф прошелся по кабинету и тоже сел за стол. Выдвинул ящик, доставая внушительного размера шкатулку. Открыл крышку и извлек предмет величиной в пол ладони, но очень тонкий, в центре белый, словно молоко, камень. Все проделывал молча со зловещей улыбкой на губах.

Кира почувствовала, как по спине пробежал мороз. Да, тот самый амулет, который делает из нее безвольную куклу.

Подскочила на ноги и бросилась к двери. Заперта. Повернулась к мужчине. Его оскал напоминал волчий.

– Ты! Ты не посмеешь!

– Тогда добровольно станешь моей! – прорычал он.

– Никогда! – дикий ужас заставлял говорить правду, не пытаясь выкрутиться. – Ты чудовище! Не смей применять ко мне свою ужасную магию!

Он вышел из-за стола, продолжая мрачно улыбаться. Чувствует, сволочь, свою власть. Упивается.

– Так или иначе, ты будешь моей парой, Кирстения.

– Нет!

– Почему? – рявкнул он как-то слишком громко и эмоционально.

– Я… я… Я тебя не люблю! Зачем я тебе?

Его глаза, казалось, потемнели еще больше.

– А кого ты любишь? Его? Корвейна? – Кира предпочла промолчать, вдруг осознавая, что, не смотря ни на что, он прав. Она любит Вейна. Видимо он что-то прочел по ее лицу, потому что внезапно громко и зловеще рассмеялся. – Маленькая глупая принцесска! Наивный ребенок. Да зачем ты ему нужна? Тебя даже в жены не взять. Думаешь, твой папочка-император позволит? А его отец? Хотя этот может, сам не без греха – связался с человечкой. Потом сам же ее и убил.

Киру передернуло от того, как он произнес это «человечка». Так, словно оборотни, и только они – великая раса. Даже эльфы более спокойно относятся к простым людям.

Он в очередной раз вернулся к столу и снова что-то достал. На этот раз прибор похожий на современные магивизоры.

– Влюблена, значит, в своего Шадора? Боюсь тебя разочаровать, принцесса, но он не сможет ответить взаимностью. Хочешь посмотреть, чем он сейчас занят?

Кира покачала головой. Что-то не очень хотелось. В животе неприятно сжалось от страшного предчувствия.

– А я посмотрю. Любопытно, чем занята сестренка. Как выполняет мое задание.

Он вставил кристалл в панель управления. Над нею высветилось трехмерное изображение. Кира зажмурилась. Нет, она не хочет ничего видеть.

Инг подошел сзади. Одной рукой обнял за талию, прижав к себе. Второй больно ухватился за косу, накрутив ее на ладонь.

– Как любопытно! Мы как раз вовремя. Смотри!

Не известно, что подействовало – его больная хватка за волосы, или любопытство, или какое-то извращенное желание увидеть его.

Очень четкое изображение. Вейн лежит на кровати обнаженный. Сверху на нем Кайтриона. Ее белое платье сползло с плеч и с груди. Красивые сильные руки принца держат ее за талию и тянут ближе к себе. Белые волосы ньеры рассыпались по плечам красивыми волнами.

Вейн хватает ее за шею и тянет ближе к себе. Впивается в ее губы безумно страстным поцелуем.

Целовал ли он ее, Киру, так же жарко и жадно? Сердце болезненно дернулось и забилось в безумном ритме, отражаясь барабанной дробью в ушах.

Нет… как же так? Она ведь до последнего верила, что его внимание Кат лишь игра, способ выжить. А он, судя по перекошенному от вожделения лицу, все-таки поддался ее очарованию. Кайтриона и правда, хороша. Особенно сейчас, когда ее касаются чуткие пальцы Шадора. Уж Кира знает, что они могут сделать с женщиной, какое подарить наслаждение.

Ах, Вейн…

Сжала зубы, чтоб не разрыдаться. Потом, все потом.

– Думаю, хватит! – заявил Инг, отключая трансляцию. – Не могу на это смотреть. Сестра как-никак. Убедилась?

Девушка вздернула подбородок. Она не покажет, насколько глубока ее боль.

– И что? Это ничего не меняет.

– Значит, продолжаешь упрямиться! – от ярости его ноздри раздувались, губа дрожала, чуть приоткрывая клыки. Творец! Да он едва удерживает волка!

Кира застыла в ужасе. Но лучше пусть убьет, чем она добровольно отдастся ему.

– Никогда! – выплюнула в нависшее над ней лицо… лицо ли?

– Ты очень чувственно реагировала на мои ласки! Если ты была не под действием моей магии все дни, значит, отвечала сама! Млела от моих поцелуев. Я чувствовал! Когда я кусал твою хрупкую шейку, ты стонала от блаженства!

– Я представляла его на твоем месте! – выкрикнула она. Больше не могла контролировать себя. Пусть убивает! Пусть делает, что хочет. Она не в силах бороться с дикой болью в груди. И с лавиной эмоций, что обрушились на нее сегодня. А еще страшно от того, что делает его амулет. Пусть лучше убьет, чем воспользуется им, и погубит ее близких.

Последние слова сорвали контроль и с Ингольффа. Дико зарычал, хватая ее шею и сдавливая стальные пальцы.

Физическая боль пересилила душевную. Принцесса на секунду пришла в себя, хватаясь за его запястья и пытаясь ослабить хватку. Но он слишком силен. Стукнула по рукам, понимая, что ничего не сможет сделать. Он даже не реагирует. Лишь сдавливает сильнее. В глазах потемнело. Сил сопротивляться не было. Конец. Мама, папа, простите. Вейн! Опять не спас…

Глава 22

Вейн вышел из комнаты своей принцессы в дикой ярости.

Что с ней случилось после возвращения из города? Как позволила себе поддаться очарованию Ингольффа?

Да, он интересный мужчина, не без доли определенного шарма и легким флером тайны. Но Кира! Она ведь знает, что кроится за красивой внешностью.

Сначала все шло хорошо. Он видел ее адекватность. Даже за томными взглядами. И думал, что неделя пройдет более менее спокойно. Пока не встретил их, возвращаясь с прогулки, в коридоре. Инг затащил девушку в нишу и целовал, ласкал, прижав к стене. Как не убил его в тот момент? Горячая волна неистовой ярости накрыла с головой. Уже рванул, чтобы откинуть мерзкое чудовище от своей девочки, когда разглядел ее лицо.

Глаза закрыты, и выражение блаженства… ей нравится! Наслаждается безумными поцелуями, откинув головку назад и подставляя хрупкую шейку волку.

Вейн помнил до мельчайшей подробности то чувство, что пронзило его. Боль. Настолько невыносимая, что пошатнулся, ухватившись рукой за стену.

Подойти? Отбросить урода от нее? Но где гарантия, что не получит от нее же отпор?

До ушей донесся ее блаженный стон. Не выдержав, просто развернулся и, не видя ничего перед собой, побрел в свою комнату. Добравшись, упал на кровать вниз лицом. Пролежал несколько часов.

Лучше бы он вообще никогда не знал любви, чем так мучиться.

Еще несколько раз натыкался на них. То в коридорах, то на улице. Сбегал, словно трус. Но ничего не мог с собой поделать.

Для него стало неожиданным откровением, что любовь может принести не только радость. Нет, теоретически он знал. Даже глядя на родителей, понимал, что не все просто с этим чувством. Но испытал боль и муки ревности впервые. Хотелось придушить Инга. Поймать где-то и попросту набить волчью морду. Потом настроение менялось – злость перемещалась на Киру. Как она могла так быстро забыть? Теперь хотелось сжать ее шейку и свернуть милую головку. Хорошо хоть подобные моменты весьма кратковременны. Все-таки настолько агрессивные мысли совершенно не в его духе. Девочка должна жить, и жить счастливо. Не с ним – так с другим. Но не с этим уродом!

А потом умудрился поймать ее в танце и попытался напомнить.

Ему показалось, что Кира та же, какой была до возвращения во дворец. Но вечером опять застукал их. И опять ее лицо, искаженное страстью. Точно такой же, как и с ним, в доме Стабьерна. Кусает губы, а Инг жадно целует плечи, шею. Большие ладони блондина скользят по тонкой белой ткани ее платья, сминая его, задирая вверх. Вейн, как завороженный следил за этими движениями. Пришел в себя и понял, что кулаки сжаты и безумно колотят стену. Хорошо хоть неизвестный материал, похожий на лед, поглощает все звуки. Не хватало, чтоб его поймали за подглядыванием. Каким-то внутренним чутьем уловил постороннее движение. Кат. Подошла к парочке с другой стороны.

Бесшумно развернулся и в который раз сбежал, слыша позади ее слова:

– Инг! Ну вы даете! Идите в комнату. Это уже беспредел какой-то…

Вейн скрылся в своей комнате. Дождался глубокой ночи, чтобы всё-таки поговорить и уточнить, что происходит. Занес руку, чтобы постучаться, но дверь внезапно открылась. А потом все пошло не так. Сорвался на обвинения. Вместо разговора, просто вывалил на нее всю горечь, скопившуюся в груди. А Кира вывалила на него горькую правду. Значит, все же влюбилась? В этого чудовищного монстра!

В груди оглушительно бухало, когда шел к себе. Виски сдавило. Перед глазами красная пелена.

– Вейн! – Кат. Что ей надо в такое время здесь? И что на ней надето? Разве можно приличной девице появляться в таком на людях? Голубой кружевной халат. Стоп. Голубой? Не белый?

– Я нашла в маминых вещах, – объяснила девушка, поймав его взгляд.

А сама такая смущенная и щечки розовые. Красивая. А главное – в глазах любовь.

Он поддался временной слабости. Захотелось ощутить, что тебя кто-то любит точно так же, как ты.

Кира же позволяет Ингу. Так почему бы и не осчастливить Кат? Вон как глаза засияли.

Вейн давно заметил ее интерес. Сначала не обращал внимания. Для него эта девушка была практически таким же врагом, как Инг. Но пообщавшись, понял, что что-то не так. Ее словно заставили играть под чужую дудку.

Кайтриона ему симпатична. У них даже есть нечто общее. Она напоминает Эрдиану. Возраст по человеческим меркам солидный, а внутри ребенок. Глупый, несмышленый, ничего не понимающий в жизни.

А может ну ее эту любовь, причиняющую столько боли? Завести отношения с принцессой, которая в тебе видит мужчину.

Кат сделала шаг в его сторону.

– Гулял?

– Да.

Ее руки легли ему на грудь, а его сами обвились вокруг тонкого стана. Какая хрупкая. Хрустальная… нет, ледяная статуэтка. Волосы потрясающие. Белоснежные и шелковистые. Запустил в них пальцы. Кат прильнула всем телом, вызвав всплеск желания.

Подхватил ее под попку, прижимая к себе. В голове помутилось. Двинулся в свою комнату, не выпуская из рук. Не отпуская ее губ из плена.

Упали на кровать, не переставая целоваться. Кат дрожит от нахлынувших чувств.

Вейн поднялся и стянул с себя рубашку. И снова оказался на кровати. Ее раздевать будет медленно. Сначала халатик.

Перетащил на себя, усадив сверху. Белоснежные волосы водопадом упали на него, даря свою мягкость. Голубые глаза заволокло желанием.

Голубые… Кто бы знал, как хочется видеть другие – зеленые. Как там, в городе. Они совсем по-другому реагируют на ласки. И тело другое. И грудь другая. У Кат маленькая и аккуратненькая. И все другое. Вкус, запах. Все не то! Закрыл глаза. Понял, что не получается представить свой огонёк. Желание резко схлынуло. Оставляя лишь сожаление, что поддался сиюминутному порыву. Девушку взбаламутил.

– Кат. Остановись. Кат. – Отстранил ее от себя и сел. – Прости, милая, я не могу.

– Что? В-вейн? Как? – ее глаза моментально увлажняются, и на душе становится вдвойне паршиво. Идиот!

– Кат, прости, я дурак. Ты хорошая девушка и ты найдешь ещё своего принца. Но я… я не тот, кто тебе нужен, поверь.

– Вейн, это неправда! Я… я, кажется, люблю тебя… и я уверена, что мне нужен именно ты! – она чуть повысила голос. Глаза заблестели уже не от слез, а от искренних чувств. Схватила его за плечи.

Пробежал взглядом по ее красивому лицу. Бесполезно. Никаких эмоций. Не то. Совершенно не то.

– Прости, Кат, но мне нужна не ты. – Поморщился от того, как жестоко прозвучало.

Она вздрогнула и застыла.

– Вот оно что, – голос безжизненный. – Ты говоришь о Кирстении? Тебе нужна она? Но она не может быть с тобой. Она невеста брата. И, насколько я поняла, любит его.

Что ж, Кат, молодец! Смогла достойно ответить болью на боль.

Вейн упал на подушку. Выгнать девушку как-то не в состоянии. А сама она не уходит. Сидит тихонько, сопит. Ладно, посопит и уйдет.

Закрыл глаза и почти рефлекторно представил своих. Цветок, звезда, отец – все в порядке. Огонёк…

Едва не подскочил. С огоньком творилось что-то странное. Он то вспыхивал, то затухал. Нежные огненные лепестки дрожали и колыхались во все стороны.

Дрожь прошла по телу. Что с ней? Подпрыгнул. Натянул рубашку и сапоги. Кинулся к выходу. Преодолел расстояние до ее комнаты за секунды.

Дверь не заперта. Внутри никого. Прикрыл глаза, воспроизводя перед глазами ее сияние. Огонёк продолжает дрожать. Нить, что их связывает! Вейн двинулся по ней. То открывая глаза, то снова прикрывая.

– Вейн! Что ты делаешь?

Кат. Она-то и поможет.

– Киры нет в комнате, помоги ее найти.

Усмехается.

– Уверен, что хочешь? – смотрит прямо в глаза. Он понял, о чем она. Но гадать некогда. Если даже Кира с Ингом, что-то все равно не так.

– Уверен. Где покои твоего брата?

– Он нас убьет, если мы ворвемся не вовремя.

Схватил за плечи и как следует, тряханул.

– Кат, показывай, не играй со мной. Я и без тебя найду, только дольше времени уйдет.

Она обреченно вздохнула. Взяла за руку и потащила наверх. Прикрыл глаза. Не туда! Кира не там! Сообщил об этом спутнице.

– Да где ей еще быть в это время? Идем, сам же спешишь, не тяни время.

Ладно, может он не прав.

Но в покоях вожака действительно никого. Ни его самого, ни Киры.

Вейн в очередной раз представил свой маленький огонёк. Ох, что ж такое? Предчувствие беды затопило душу. С ней творится что-то страшное.

– Кат! Кире угрожает опасность. Говори, где они могут быть. Внизу. Это где-то внизу. Прошу тебя, Кат. – Голос сорвался. – Если не поможешь, я тебе не прощу.

Она растеряна. Боится брата, но есть в ней все же что-то хорошее, и оно побеждает. Хватает за руку и тянет за собой.

– Там в подземелье у Инга кабинет, тайный, – объяснила по пути. Вейн периодически сверялся с внутренней картой. Все правильно! Нить ведет именно туда! Но эта нить внезапно становиться все тоньше. Это еще что значит?

– Кат! Быстрее!

Они несутся со всех ног по коридорам, лестницам. Огонёк уже еле виден, а нить почти прозрачная. И вдруг она лопается. Вейн задохнулся от пронзившей его боли. Остановился, оперевшись рукой о стену.

Что это? Закрыл глаза, разыскивая ее. Нету! Огонька больше нет!

– Кат! Где он? Далеко?

Пока бегут, понимает, что случилось страшное. В душе паника и дикий холод. Без нее… сердце барабанит в груди.

– За тем поворотом. Я не пойду! Я боюсь его…

Вейну плевать. Не до ее страхов. Бежит дальше и, наконец, свет сквозь открытую дверь. Врывается внутрь.

Инг сидит на коленях, опустив голову, а рядом бездыханное тело Киры, его маленькой милой девочки. Его огонька.

– Что? Что ты с ней сделал? – взревел диким хриплым голосом. Кинулся к ним и оттолкнул урода от своей девочки.

Она не дышит. Совсем. На шее расползлись темные синяки. Он ее задушил?

– Нет! – вопль сотряс стены. – Кира! Нет! – в душе дыра, темная опустота. – Кирочка, милая, огонёк мой маленький… очнись…

Отчаяние. Глухое, бесконечное отчаяние.

Почему? Он ее не спас… Он был с другой, когда его огонёк убивали…

Сжал ее в руках и разрыдался, понимая свою вину.