Текст книги ""Мистер Рипли" + Отдельные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Патриция Хайсмит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 90 (всего у книги 223 страниц)

15

На следующее утро после чашки кофе Том вышел на террасу, а затем в сад. Ночью прошел дождь, и георгины выглядели прекрасно; раз уж он просто так вышел в сад, неплохо бы срезать несколько георгинов для гостиной. Мадам Аннет редко сама срезала цветы, зная, что Том любит выбирать их по своему вкусу.

Дэвид Притчард сейчас уже вернулся, напомнил себе Том, приехал, по-видимому, вчера вечером и, возможно, сегодня займется рыбной ловлей. Или нет?

Том разобрал кое-какие счета, провел час в саду, пересаживая цветы, затем позавтракал. Мадам Аннет, вернувшаяся из булочной, не принесла никаких новостей о Притчардах. Он взглянул на две машины в гараже. Еще одна стояла снаружи – автомобиль с кузовом-"универсал". Все три на ходу. Том протер стекла у всех машин. Затем он сел в красный «мерседес», на котором ездил редко, – считалось, что это машина Элоизы, – и поехал в западном направлении.

Дороги на плоской равнине были ему знакомы, но по ним он не ездил ни в Море, ни, к примеру, в Фонтенбло по магазинам. Том не помнил точно, по какой дороге он ехал в ту ночь с Бернардом, чтобы избавиться от тела Мёрчисона. Том искал тогда канал, какой-нибудь достаточно отдаленный ручей, в который можно было бы без особых хлопот сбросить труп. Том положил несколько больших камней в полотняную простыню, в которую было завернуто тело Мёрчисона, и утопил его. Оно утонуло, насколько Тому известно. Он увидел в бардачке сложенную дорожную карту, возможно, этого округа. Главные реки в этом районе – Луэн, Йонна и Сена, имевшие многочисленные безымянные притоки и каналы, и Том знал, что в один из этих водоемов он сбросил тело Мёрчисона через ограждение моста, который он узнал бы, если бы увидел снова.

Возможно, безнадежные поиски. Если бы кто-нибудь попробовал найти Дерватта в Мексике, в какой-нибудь деревушке, на это ушла бы вся жизнь, подумал Том, потому что Дерватт никогда не бывал в Мексике. Он всю жизнь прожил в Лондоне и уехал в Грецию, чтобы покончить с собой.

Том взглянул на индикатор бензина: больше половины бака. Он развернулся на следующей развилке и направился на северо-восток. Встречные машины попадались лишь через три с лишним минуты. Зеленые поля с высокой, густо разросшейся кукурузой раскинулись по обе стороны дорога. Кукурузу выращивали на корм крупному рогатому скоту. Черные вороны летали над полями и каркали.

Как помнилось Тому, они с Бернардом той ночью проехали семь или восемь километров от Вильперса на запад. Может, стоит вернуться домой, сделать круг на карте, в центре которого был бы район к западу от Вильперса, и там продолжить поиски? Том выбрал дорогу, которая, как он полагал, шла мимо дома Притчарда и дальше к дому Грэ.

Нужно позвонить Бертленам, Жаклин и Винсенту, вдруг вспомнил Том.

Знает ли Притчард «мерседес» Элоизы? Скорее всего, нет. Приблизившись к двухэтажному белому дому, он замедлил ход и постарался увидеть как можно больше, притом, что ему приходилось еще следить за дорогой. Том заметил белый пикап на дорожке перед крыльцом. Доставка спортивных товаров? Позади кабины громоздилось что-то серое. Тому показалось, что он слышит мужской голос, может два мужских голоса, и затем он проехал мимо дома Притчарда.

Что, если в этом пикапе маленькая лодка? Серый брезент, покрывающий груз, напомнил Тому темно-серый брезент или холст, в который он завернул Томаса Мёрчисона Ну ладно! Что, если Дэвид Притчард приобрел пикап, лодку и, может быть, даже нанял помощника? Гребная шлюпка? Один человек не может спустить лодку с мотором в канал (где высота воды варьируется в зависимости от работы шлюза), к тому же нужно еще и самому спуститься на тросе. Берега каналов отвесные. Сколько же Притчард платит своему помощнику и кого он нанял?

Если Дэвид Притчард вернулся, Том не может настраивать Джанис, своего ненадежного союзника, против ее мужа, так как Дэвид может либо снять телефонную трубку, либо, возможно, подслушать и вырвать трубку из рук Джанис.

В доме Грэ в данный момент не заметно никаких признаков жизни. Том свернул налево, на пустую дорогу, затем через несколько метров на дорогу, ведущую к Бель-Омбр.

Вуази, подумал вдруг Том. Название вдруг всплыло в его мозгу, словно неожиданно вспыхнул луч света. Это был городок неподалеку от протоки или канала, где он выбросил тело Мёрчисона. Вуази. На западе, подумал Том. Как бы там ни было, он мог найти его на карте.

Что Том и сделал, как только добрался до дома, где у него имелась подробная карта района Фонтенбло. Немного к западу, недалеко от Сены. Вуази на реке Луэн. Том чувствовал облегчение. Труп Мёрчисона поплыл на север к Сене, подумал он, если он вообще мог плыть, что было сомнительно. Он постарался взять в расчет сильные дожди, перемену течения. Могли быть там изменения течения? Нет, не во внутренних реках, подумал он. И к счастью, это была река, потому что каналы время от времени осушали для ремонта.

Он позвонил по номеру Бертленов. Ответила Жаклин. Да, сказал Том, они с Элоизой провели несколько дней в Танжере, и Элоиза все еще там.

– А как поживают ваши сын и невестка? – спросил Том. Их сын, Жан-Пьер, закончил учебу в школе изящных искусств; пару лет назад он чуть не бросил учиться из-за девушки, на которой теперь женился и против которой был настроен отец Жан-Пьера, Винсент Бертлен. «Эта девушка тебе не пара!» – кричал Винсент.

– У Жан-Пьера все хорошо, в декабре у них будет ребенок! – Голос Жаклин был полон радости.

– А, мои поздравления! – сказал Том. – Теперь вам нужно сделать так, чтобы малышу было тепло в доме!

Жаклин, засмеявшись, согласилась. У них с Винсентом в течение нескольких лет не было горячей воды, призналась она, но они собираются даже ставить второй туалет вместо комнаты для гостей и еще одну раковину.

– Отлично! – сказал Том, улыбаясь. Он вспомнил, что Бертлены по какой-то причине решили обходиться без удобств в своем загородном доме: кипятили воду для мытья в котле на кухне, и туалет у них был на улице.

Они обменялись обещаниями в скором времени увидеться, обещаниями, которые не всегда выполнялись. Ведь не все имеют достаточно свободного времени, подумал Том, но ему все же стало лучше после этого разговора Хорошие отношения с соседями очень важны.

Том удобно устроился на диване с «Геральд Трибюн». Мадам Аннет у себя, подумал Том, – ему показалось, что он слышит, как работает ее телевизор. Он знал, что она смотрит некоторые сериалы, потому что в былые времена имела привычку о них упоминать, пока не поняла, что семейство Рипли не смотрит «мыльных опер».

Полпятого, когда солнце еще высоко висело над горизонтом, Том взял коричневый «рено» и выехал в направлении Вуази. Какая разница, подумал он, между сегодняшним ландшафтом, освещенным солнцем, и кромешной темнотой за окном в ту безлунную ночь, когда они с Бернардом ехали куда глаза глядят. До сих пор, говорил он себе, эта водная могила Мёрчисона была удачным тайником и, возможно, все еще таковым остается.

Том подъехал к указателю «ВУАЗИ» прежде, чем увидел сам город, скрытый за деревьями. Справа виднелся мост, горизонтальный, с уклоном к противоположному концу, примерно тридцати метров в длину или чуть больше. Через ограждение этого моста высотой до пояса они с Бернардом и сбросили тело Мёрчисона.

Том двинулся к нему на малой скорости. У моста он повернул направо и пересек его, не зная, да и не заботясь о том, куда ведет дорога за мостом. Как ему помнилось, они с Бернардом припарковали машину и затем потащили брезентовый сверток к парапету. Или они рискнули проехать немного по мосту?

На следующей развилке Том остановился и сверился с картой. Он увидел перекресток и двинулся вперед, зная, что какой-нибудь указатель должен показать направление на Немур или Сен, и таким образом он сориентируется. Том размышлял о реке, которую только что видел: грязноватая зелено-голубая вода между заросшими травой берегами высотой около двух метров (сегодня, по крайней мере). К краю этого берега невозможно подойти, чтобы не поскользнуться и не упасть, потеряв равновесие.

И почему – если рассуждать здраво – Дэвид Притчард поедет именно в Вуази, на расстояние двадцати или тридцати километров, если есть реки и каналы ближе к Вильперсу.

Том отправился домой и, переодевшись в рубашку и синие джинсы, вздремнул у себя в комнате. Он чувствовал себя в большей безопасности, более спокойно. После легкой дремы в течение примерно часа Том избавился от напряжения, которое испытывал в Танжере, от тревоги из-за разговора с Цинтией в Лондоне и опасений из-за возможного приобретения Притчардом лодки. Он направился в комнату, которую называл «задней правой угловой» и которая служила ему мастерской.

Прекрасный старый дубовый настил все еще выглядел хорошо, хотя не так сверкал, как другие полы в доме. Том постелил на полу несколько кусков старого холста, которые, на его взгляд, смотрелись декоративно и в то же время предохраняли пол от капель краски, а также служили в качестве ветоши для вытирания кистей.

«Голубь». Где бы ему повесить этот набросок на желтоватой бумаге? В гостиной, конечно, чтобы любоваться на него вместе с друзьями.

Том несколько секунд смотрел на свою собственную картину, которая стояла прислоненной к стене. На ней мадам Аннет с чашкой и блюдцем в руке несет ему утренний кофе. Том делал эскизы для этой картины так, чтобы не надоедать мадам Аннет. Она в лиловом платье и белом переднике. И еще одна картина в углу мастерской: Элоиза выглядывает в открытое окно, правой рукой опираясь на оконную раму, левая – на бедре. Тоже были предварительные наброски, вспомнил Том. Элоиза не любит позировать больше десяти минут за раз.

Что, если написать ландшафт, который виден из окна? Три года прошло с тех пор, как он его рисовал, подумал Том. Темный густой лес за оградой его усадьбы, где было первоначально захоронено тело Мёрчисона, – не слишком приятное воспоминание. Том постарался снова сосредоточиться на композиции. Да, он начнет завтра утром, первый эскиз – горячие красные пионы на переднем плане справа и слева, розовые и красные розы за ними. Можно было сделать что-то сентиментальное и милое из этого идиллического вида, но такое его не устраивает. Может, попробовать работать только мастихином?

Том спустился вниз, прихватил из встроенного шкафа белый полотняный пиджак, главным образом потому, что мог положить в его внутренний карман бумажник, и направился в кухню, где уже хлопотала мадам Аннет.

– Уже за работой? Сейчас только пять, мадам.

– Грибы, мсье. Хочу приготовить их заранее. – Мадам Аннет, стоявшая у раковины, обернулась к нему с улыбкой.

– Я собираюсь выйти на полчаса. Может, купить что-нибудь?

– Да, мсье, – Le Parisien Libere, s'il vous plait?[332]

– С удовольствием, мадам! – Том вышел.

Он первым делом купил газету в bar-tabac, чтобы не забыть. Для закончивших работу посетителей было еще рано, но обычный шум уже начался. Крик: «Un petit rouge, Georges!»[333], и Мари включалась в свой обычный ритм. Она помахала Тому из помещения за баром. Том быстро огляделся вокруг, выясняя, нет ли здесь Дэвида Притчарда, но не обнаружил его. Притчарда легко заметить: он выше остальных и по-прежнему, очевидно, в круглых очках.

Том снова взял красный «мерседес» и выехал в направлении Фонтенбло, затем без всякой причины сделал левый поворот. Он ехал теперь примерно на юго-запад. Что сейчас делает Элоиза? Возвращается с Ноэль в гостиницу «Мирамар» с пластиковыми пакетами, наполненными сегодняшними покупками? О чем они говорят? О душе и послеобеденном сне? Не позвонить ли Элоизе сегодня после трех?

Возле указателя на Вильперс Том повернул к дому, отметив, что до города осталось восемь километров. Он замедлил ход, остановился, чтобы пропустить деревенскую девочку с длинным прутом, перегонявшую гусей через дорогу; прекрасно, подумал Том, три белые гусыни направляются куда надо, но идут спокойно, словно по собственной воле.

Делая следующий плавный поворот, Том вынужден был замедлить ход из-за медленно едущего пикапа. Он вдруг заметил очертания серого предмета, громоздящегося позади кабины. Канал, или протока, находился справа от дороги, примерно в шестидесяти-семидесяти метрах. Притчард с компаньоном или один Дэвид Притчард? Том оказался достаточно близко и видел через заднее окно, что водитель разговаривает с кем-то, сидящим рядом с ним. Том представил, что они оба смотрят и говорят о воде, протоке, которая тянулась справа. Том еще больше замедлил ход. Он был уверен, что пикап тот самый, что стоял у крыльца Притчарда.

Том решил было свернуть на какую-нибудь другую дорогу, направо или налево, затем все-таки поехал прямо, за ними. Когда он увеличил скорость, впереди показался едущий ему навстречу автомобиль, большой серый «пежо», который, похоже, ни с кем не собирался считаться. Том замедлил ход, пропустил «пежо», затем нажал на акселератор.

Два человека в пикапе все еще разговаривали. За рулем сидел не Притчард, а не знакомый Тому человек со светло-каштановыми волосами. Когда Том проехал мимо, Притчард, сидевший рядом, что-то говорил и указывал на протоку. Том был совершенно уверен, что они не обратили на него внимания.

Том направился к Вильперсу, до самого последнего момента наблюдая в зеркало заднего вида, не поедет ли пикап через поле, ближе к протоке. Но пикап никуда не свернул.

16

Том чувствовал беспокойство после обеда, ему не хотелось ни включать телевизор, ни звонить Клегам или Аньес Грэ. Он обдумывал, не позвонить ли ему Джеффу Константу или Эду Банбери. Тот или другой вполне могут оказаться дома. Что он скажет? Чтобы приехали как можно скорее? Том подумал, что он мог бы попросить одного из них присоединиться к нему – для физической помощи в случае необходимости, что Том вполне допускал, – но у него и в мыслях не было говорить об этом Эду и Джеффу. Просто нужно устроить небольшие каникулы для кого-нибудь из них, подумал Том, особенно если ничего не произойдет. Если Притчард порыбачит в течение пяти или шести дней безрезультатно, не прекратит ли он свою затею? Или он такой настырный и будет заниматься этим в течение недель, месяцев?

Мысль пугающая и все же вполне допустимая. Кто знает, что может прийти в голову человеку с умственными отклонениями? Ну, допустим, психологи могли бы это предсказать, но предсказание будет основываться на прошлых случаях, сходствах, подобиях – даже врачу не под силу определить, что может выкинуть такой человек, как Притчард.

Элоиза. Она отсутствует уже шесть дней. Хорошо, что она там вместе с Ноэль. Ему так спокойнее. А еще лучше, что Притчарда там нет.

Том взглянул на телефон, предполагая сначала позвонить Эду. Очень удачно, подумал он, что в Лондоне сейчас на час раньше, так что он может потом позвонить Джеффу.

Сейчас девять двадцать. Мадам Аннет закончила возиться на кухне и, возможно, уткнулась в телевизор. Том подумал, что может сделать пару эскизов для новой картины.

Телефон зазвонил, когда он был на лестнице.

Том снял трубку в холле.

– Алло?

– Ал-ло, мистер Рипли, – произнес веселый самоуверенный голос с американским акцентом. – Это снова Дикки. Помните? Я следил за вами – я знаю, где вы были.

Звучит так, словно Притчард говорит сдавленным голосом, повышая тон, чтобы сойти за молодого. Том представил лицо Притчарда с напряженной ухмылкой, пытающегося воспроизвести что-то вроде нью-йоркского акцента. Том молчал.

– Испугался, Том? Голоса из прошлого? От мертвеца?

На заднем фоне послышалось какое-то восклицание. Или Тому это показалось? Протестующий возглас Джанис или смешок?

Говорящий прочистил горло.

– День расплаты скоро наступит, Том. За все надо платить.

А это что значит? Ничего, подумал Том.

– Еще слушаешь? Может, ты онемел от страха, Том?

– Отнюдь. Это записывается на магнитофон, Притчард.

– Охо-хо... это Дикки. Начинаешь воспринимать меня всерьез, а, Том?

Том молчал.

– Я... Я не Притчард, – продолжал сдавленный голос, – но я знаю Притчарда. Он делает для меня кое-какую работу.

Возможно, они скоро встретятся на том свете, подумал Том и решил больше не говорить ни слова в ответ.

Притчард продолжал:

– Хорошую работу. Мы доведем ее до конца. – Пауза. – Все еще слушаешь? Мы...

Том спокойно повесил трубку, прервав разговор. Сердце билось сильнее обычного, но в его жизни бывали моменты, когда оно колотилось и сильнее, чем сейчас, напомнил он себе. Он получает адреналина в два раза больше, взбегая вверх по лестнице.

В мастерской он включил флуоресцентные лампы, взял карандаш и лист дешевой бумаги. За столом, удобным для работы стоя, Том принялся рисовать по памяти вид из окна: вертикальными штрихами наметил деревья, провел почти горизонтальную линию, обозначающую границу его владений, где край сада встречался с заросшей высокой травой и кустарником пустошью. Восстанавливая в памяти эти линии, он пытался создать интересную композицию, стараясь не думать, насколько это было возможно, о Притчарде.

Мягкий карандаш скользил по листу бумаги – у этого ублюдка хватило наглости второй раз позвонить ему под видом Дикки Гринлифа. Это уже третий раз, если считать тот звонок, когда трубку взяла Элоиза. Похоже, они с Джанис и в самом деле работают в одной команде.

Том любил свой домашний очаг, и он принял окончательное решение, что Притчарды никогда не посягнут на его владения.

На другом листе бумаги он набросал грубыми штрихами портрет Притчарда: темные круглые очки, темные брови, открытый рот почти округлился. Брови озабоченно нахмурены – Притчард получает удовольствие от того, что он делает. Том использовал цветные карандаши, красный для губ, немного лилового и зеленого под глазами. Скорее, похоже на карикатуру. Том вырвал страницу, сложил пополам, медленно разорвал на куски и бросил в корзину для мусора. Он не хотел, чтобы кто-то обнаружил этот рисунок в случае, если он устранит мистера Притчарда.

Затем Том направился в свою спальню, где подключил телефон, который обычно стоял в спальне у Элоизы. Он раздумывал, не позвонить ли Джеффу. В Лондоне сейчас только десять.

Затем он спросил себя, не пал ли он духом от дурацких приставаний Притчарда. Неужели испугался? В конце концов, он взял верх в драке с Притчардом, в которой тот мог бы дать ему отпор, но не дал.

Том уже взялся за трубку, когда зазвонил телефон. Снова Притчард, предположил он.

– Алло?

– Алло, Том, это Джефф. Я...

– А, Джефф!

– Да. Я узнал у Эда, что ты ему не звонил, и решил спросить, как у тебя дела.

– Хм, ну... горячо... немножко. Мне кажется, Притчард вернулся в город... сюда. И я думаю, что он купил лодку. Но не уверен. Может, маленькую лодку с навесным мотором. Я могу только предположить. Что-то похожее стояло в пикапе, накрытое брезентом. Я видел, когда проезжал мимо его дома.

– Неужели? Для... чего?

Том полагал, что Джефф мог бы догадаться.

– Думаю, он попробует прочесать... исследовать дно в каналах! – Том засмеялся. – Я имею в виду – драгой или багром. Но не уверен. Ему придется пройти не один километр, пока он что-нибудь найдет, я это гарантирую.

– Теперь я понимаю тебя, – сказал Джефф шепотом. – Он что, совсем рехнулся?

– Он не рехнулся, – ответил Том. – Я так не думаю. Но надо узнать, что он задумал. Я сообщу тебе, позвоню снова.

– Мы к твоим услугам, Том. Звони, если мы тебе понадобимся.

– Это много для меня значит. Спасибо Джефф, и поблагодари Эда. А я тут попробую продырявить каноэ Притчарда и пустить его на дно. Ха-ха!

Они пожелали друг другу всего хорошего и закончили разговор.

Очень удобно иметь подкрепление, подумал Том. Джефф Констант, например, определенно сильнее и проворнее, чем Бернард Тафтс. Тому пришлось объяснять Бернарду каждый маневр и его цель, когда они вытаскивали тело Мёрчисона из могилы, старясь не шуметь и не включать фары автомобиля. Затем повторять ему все то, что Бернард должен сказать следователю из полиции в случае, если придется давать показания.

В данных обстоятельствах, говорил себе Том, самое главное для него – чтобы тело Мёрчисона, разлагающееся и завернутое в брезент, оставалось под водой, чтобы никто не обнаружил, что труп еще существует.

Только что может под водой произойти с трупом за четыре, пять лет, даже за три года? Брезент сгниет, камни, скорее всего, выпадут через большие прорехи, тело всплывет на поверхность, и остатки трупа могут быть обнаружены. Но ведь труп поднимается вверх только тогда, когда разбухает? Тому пришли на ум такие слова, как вымачивание, разложение, распадение на куски. А что потом? Рыбы съедят? Или течение будет отрывать куски плоти, пока ничего не останется на костях? Период разложения должен уже давно миновать. Как можно узнать, что это именно Мёрчисон?

На следующий день после завтрака Том сообщил мадам Аннет, что собирается в Фонтенбло или, возможно, в Немур за садовыми ножницами. Может, ей нужно что-нибудь купить?

Ей ничего не нужно, ответила она и поблагодарила, правда с таким задумчивым видом, словно о чем-то думала перед его уходом.

Не услышав ничего от мадам Аннет, Том вышел из дома, когда не было еще десяти, и решил поехать сначала в Немур. Поскольку времени в его распоряжении было достаточно, он решил, что снова поедет по незнакомой дороге – посмотрит еще указатели. У бензоколонки Том остановился и наполнил бак. На этот раз он взял коричневый «рено».

Том выбрал дорогу, ведущую на север, предполагая проехать пару километров, затем свернуть налево, к Немуру. По обе стороны дороги, насколько было видно из открытого окна машины, протянулись поля, через желтое жнивье медленно двигался трактор. Все автомобили, мимо которых он проезжал, были либо фермерские – с большим задними шинами, – либо обыкновенные легковые. Вот еще один канал с хорошо видным отсюда черным выгнутым мостом и буколическими купами деревьев с другой стороны. Дорога, по которой Том ехал, шла по мосту. Он вел машину медленно, потому что за ним никто не ехал и он никого не задерживал.

При въезде на черный железный мост Том, взглянув направо, вдруг заметил двух человек на гребной лодке с одним сиденьем, в которой виднелось что-то похожее на очень широкие грабли. Стоявший в лодке человек держал в руке веревку. Том перевел взгляд на дорогу, потом снова на человека, который не обратил на него никакого внимания.

Второй – черноволосый, в светлой цветастой рубашке, – без сомнения, Дэвид Притчард, а стоявший, в бежевых брюках и такой же рубашке, высокий и светловолосый, был Тому не знаком. Они возились с металлической решеткой шириной около метра и с примерно шестью маленькими крюками, которую Том, присмотревшись внимательней, принял за драгу или «кошку».

Ну-ну. Занятые разговором, они не смотрели вверх на его автомобиль – Притчард вполне мог его запомнить. С другой стороны, узнав этот автомобиль, Дэвид Притчард только потешит свое самолюбие. Как же, Том Рипли настолько обеспокоен, что ездит по округе, стараясь узнать, чем занимается Притчард, что он ищет!

Том заметил, что лодка с подвесным мотором. А может, у них две таких штуки с крюками?

То, что им пришлось бы прижаться к стенке канала, если мимо пройдет баржа, и будет вообще некуда деться, если две баржи захотят разминуться в этом месте, не слишком успокоило Тома. Притчард и его компаньон выглядели так, будто занимались важным делом и были полностью им поглощены. Вероятно, Притчард очень хорошо платит своему помощнику. Интересно, он ночует в доме у Притчардов? И кто он, местный или из Парижа? Что Притчард сказал ему, как объяснил цель поисков? Аньес Грэ должна бы знать что-нибудь об этом светловолосом незнакомце.

Каковы шансы у Притчарда найти Мерчисона? Притчард сейчас примерно в двенадцати километрах от своей добычи.

Ворона пролетела внизу с противным и наглым криком: «Кра, кра, кра», звучавшим как издевательский смех. Над кем эта птица смеется, над ним или Притчардом? Конечно, над Притчардом! Том сильнее сжал руль и улыбнулся. Притчард, этот сумасшедший ублюдок, получит то, что он заслужил.