Текст книги "Приключения в Империи (СИ)"

Автор книги: Ольга Корлан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 35 страниц)

Глава 59.5

Она положила ладонь на свой всё ещё плоский живот. Там, внутри, зарождалась новая жизнь. Жизнь, которая была частью её и Эльвана. Жизнь, которую она должна была защитить любой ценой. Но для этого ей нужно было принять решение, которое разрывало её душу на части.

«Я не могу объявить правду», – думала она, глядя на сады, которые казались ей такими далёкими и нереальными. – «Эльван больше не в розыске. Но если станет известно, что отец моего ребёнка – он, это разрушит всё».

Она знала, что правда может стоить им слишком многого. Эльван, который только что вернулся в ряды Империи, снова окажется под ударом. Он будет вынужден оправдываться, доказывать свою лояльность, тратить силы на то, чтобы защитить себя и её. Враг не даст им времени на это. Враг уже готовится к удару. Если они ослабнут сейчас, если позволят скандалу разрушить то, что они построили, салергины победят.

Ами закрыла глаза, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Она не хотела плакать, но боль была слишком сильной. Она хотела кричать, хотела бороться, хотела сказать всему миру правду. Но она знала, что это было бы ошибкой. Она должна была быть сильной. Ради своего ребёнка. Ради Эльвана. Ради Империи.

«Я должна сделать это», – сказала она себе, открывая глаза и глядя в окно. – «Я должна защитить их».

Она встала и подошла к столу, где лежали документы, которые когда-то давно ей прислал Император. Они были официальными, сухими, и в них говорилось о её браке с Кристофером, который был всего лишь политической формальностью, необходимой для укрепления союзов. Кристофер давно жил своей жизнью с Элизабет, и их брак был лишь фикцией, необходимой для того, чтобы сохранить хрупкий баланс в Империи. Ами знала, что если станет известно, что наследник Корлан – не от него, разразится скандал, который может разрушить союзы и ослабить Империю в самый неподходящий момент.

«Я назову его отцом», – решила она, чувствуя, как слова прожигают её изнутри. – «Я скажу, что ребёнок от Кристофера. Это единственный способ защитить Эльвана и наше будущее».

Она почувствовала, как внутри неё поднимается холодная решимость. Она знала, что делает. Она знала, что это будет стоить ей дорого. Но она также знала, что это единственный путь.

Ами подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Она была бледной, уставшей, но в её глазах горел огонь, который не могли погасить никакие слёзы.

«Ты справишься», – сказала она себе. – «Ты должна справиться».

*****

Ами вышла из кабинета деда после сложного разговора. Она не знала, как долго они говорили, но когда она поднялась, чтобы уйти, она почувствовала, что её шаги стали твёрже, а сердце – спокойнее. Она знала, что дед понял её. Он принял её выбор и поддержал его, хотя и видел, как ей тяжело.

Она прошла по длинному коридору, где старые каменные стены хранили тепло многих поколений. Здесь пахло книгами и сушёными травами – тот же запах, что и в детстве, когда она бегала по этим коридорам, уехав от тётушки Элиз. Тогда она была маленькой девочкой, которая боялась темноты и верила, что дед защитит её от всего. Теперь она была взрослой женщиной, которая готовилась стать матерью и должна была защищать других.

Она вернулась в свою комнату. За окном начинался вечер – солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в тёплые оттенки оранжевого и розового. Сады Лилля купались в этом свете, и всё вокруг казалось мирным и спокойным. Но Ами знала, что это спокойствие обманчиво. Война приближалась, и каждый день приближал их к тому моменту, когда всё изменится навсегда.

Она села у окна, поджав ноги, и уставилась на закат. Она не знала, что чувствует: боль, страх, решимость или всё вместе. Внутри неё боролись эмоции, и она не могла понять, какая из них была сильнее.

Дверь тихо открылась, и Ами почувствовала, как в комнату вошёл кто-то. Она обернулась и увидела деда, стоящего на пороге. Он выглядел старше, чем обычно, и в его глазах была та же боль, которую она чувствовала внутри.

– Можно войти? – спросил он тихо.

– Конечно, дедушка.

Он подошёл к ней, и его шаги были медленными, как будто он нёс на плечах груз, который не давал ему двигаться быстрее. Он сел напротив неё, и его глаза встретились с её глазами. Он смотрел на неё долго, как будто пытаясь прочитать её мысли, и Ами не отводила взгляда.

Ами смотрела на него, чувствуя, как слёзы снова подступают к глазам. Она не хотела плакать, но присутствие деда разбудило в ней что-то, что она так долго сдерживала.

– Это было так трудно, – сказала она, и её голос дрогнул. – Я хочу сказать правду, но знаю, что не могу. Я не могу позволить себе рискнуть. Если я скажу, кто отец, это разрушит всё. Его, меня, наш союз. Я не могу этого допустить.

– Ты права, – сказал он. – Ты принимаешь правильное решение. И это не легко, но ты должна помнить, что это не навсегда. Когда всё закончится, когда мы победим, ты сможешь сказать правду. Ты сможешь дать своему ребёнку знать, кто его отец. Но сейчас ты должна быть сильной. Ради него. Ради себя. Ради Империи.

Ами смотрела на него, и в его глазах она видела ту же боль, которую чувствовала внутри. Он понимал её, как никто другой. Он знал, каково это – принимать трудные решения ради других.

– Я справлюсь, – сказала она, и её голос стал твёрже.

Саркскрин кивнул, и в его глазах мелькнула тень улыбки.

– Я знаю, что справишься, – сказал он. – Ты сильная, Аммелина. Сильнее, чем думаешь.

Он встал и подошёл к ней. Его руки легли ей на плечи, и она почувствовала его тепло.

– Я всегда буду рядом, – сказал он. – Когда бы я ни понадобился тебе, я буду здесь.

– Спасибо, дедушка, – сказала она. – Спасибо за всё.

Он ушёл, и Ами осталась одна. Она сидела у окна, глядя на звёзды, которые начинали зажигаться на тёмном небе. Они были такими же яркими, как в детстве, когда она смотрела на них из окна своей комнаты в доме тётушки Элиз. Тогда они казались ей далёкими и недосягаемыми. Теперь они были ближе, чем когда-либо. Она знала, что где-то там, среди этих звёзд, находится Эльван. Он сражается за них, за их будущее, за их ребёнка.

«Я должна быть сильной», – думала она, глядя на звёзды. – «Я должна быть сильной для него. Для нас. Для нашего будущего».

Она положила руку на живот, чувствуя, как внутри неё растёт новая жизнь. Она знала, что это будет трудно. Но она также знала, что справится. Что бы ни случилось, она будет бороться за своё будущее, за будущее своего ребёнка и за будущее того, кого она любила.

Она закрыла глаза, чувствуя, как звёзды продолжают сиять за окном, как ветер шевелит листья деревьев, как мир вокруг неё продолжает жить своей жизнью. И она знала, что тоже будет жить. Что бы ни случилось, она будет жить.

Глава 60.1

Время на Лилле текло иначе, чем в остальной Империи. Здесь, среди старых лесов и каменных стен дома Великого Друида, дни казались длиннее, а ночи – глубже. Ами привыкла к этому ритму за месяцы, проведённые здесь после возвращения с планеты салергинов. Она просыпалась с первыми лучами солнца, которые проникали сквозь тонкие занавески её комнаты, и чувствовала, как внутри неё просыпается ещё одна жизнь. Маленькая, хрупкая, но уже такая реальная, что Ами могла бы поклясться, что слышит её дыхание.

Комната Ами в доме Великого Друида была простой, но уютной. Каменные стены, выбеленные известью, хранили тепло летних дней, а высокое окно выходило в сад, где старые дубы и яблони росли так близко друг к другу, что их ветви переплетались, создавая зелёный шатёр. За окном всегда пели птицы, и Ами знала каждую из них по голосу. Она сидела на подоконнике, поджав ноги, и смотрела на сад, чувствуя, как внутри неё шевелится малыш.

«Ты тоже слышишь их?» – думала она, кладя руку на живот. – «Они поют для тебя. Они знают, что ты скоро появишься».

Она разговаривала с ним часами. Рассказывала о звёздах, которые видела в космосе, о планетах, где бывала, о кораблях, на которых летала. Она рассказывала ему о его отце – о том, какой он сильный, храбрый, как он сражается за них, как он обещал вернуться. Она не знала, слышит ли он её, но чувствовала, что он понимает – по тому, как затихал внутри, когда она говорила, или начинал двигаться, когда она замолкала.

– Ты будешь любить звёзды, – шептала она. – Как я. Как твой отец. Мы покажем тебе их все.

В доме было тихо. Саркскрин проводил дни в своём кабинете, готовясь к войне, которая приближалась с каждым днём. Алишер улетал и возвращался, привозя новости с фронта, но Ами редко спрашивала его о том, что происходило за пределами Лилля. Она боялась услышать то, что могло разрушить её надежду.

Алишер навещал её почти каждый день. Он приносил ей свежие фрукты, книги, которые, как он думал, могли её заинтересовать, и садился рядом, чтобы поговорить о чём-то, что не касалось войны. Но Ами видела, что он скрывает что-то. В его глазах мелькала тень, которая исчезала, когда он замечал, что она смотрит на него.

– Ты что-то скрываешь, – сказала она однажды, когда он принёс ей чай с мёдом.

– Я? – он улыбнулся, но улыбка вышла натянутой. – С чего ты взяла?

– Я знаю тебя, Алишер. Ты не умеешь лгать.

Он помолчал, глядя на неё, потом опустил глаза.

– Есть новости. Но я не хочу тебя беспокоить. Ты должна думать о себе и о ребёнке.

– Я всегда думаю о нас, – сказала Ами, положив руку на живот. – Но я также думаю о нём. Если что-то случилось с Эльваном, я должна знать.

– С ним всё в порядке, – сказал он быстро. – Он жив. Он продолжает собирать информацию. Но последние несколько недель связь с ним была нестабильной. Мы не знаем, где он точно находится.

Ами почувствовала, как внутри неё сжалось что-то, но она не позволила себе испугаться.

– Он вернётся, – сказала она. – Я знаю.

Алишер кивнул, и они больше не говорили об этом. Но Ами чувствовала, что что-то изменилось. Она старалась не думать о том, что могло случиться с Эльваном, но мысли о нём не покидали её.

Она готовилась к родам, хотя знала, что в Империи этот процесс не был таким, как в других мирах. Здесь не было боли, не было долгих часов ожидания, не было страха перед тем, что может пойти не так. Это была обычная медицинская практика, стандартная процедура, которую Ами знала с детства. Эмбрион извлекали из матки на ранних сроках и помещали в искусственную среду – прозрачную сферу, наполненную питательной средой, где он рос до полного формирования.

Ами знала, что это безопасно. Что это даёт ей возможность восстановиться сразу после процедуры. Что так рождались все в Империи – и она сама, и её родители, и сам Эльван. Она не чувствовала страха перед процедурой. Она чувствовала только волнение перед встречей с сыном.

«Скоро я увижу тебя, – думала она, глядя на сад за окном. – Скоро я смогу взять тебя на руки».

Она не знала, сколько ещё ждать, но знала, что каждая минута приближает её к этому моменту. И она была готова.

****

День родов наступил неожиданно, как и всё в жизни Ами в последнее время.

Она проснулась затемно, когда звёзды ещё не успели погаснуть, и сразу почувствовала, что внутри неё что-то изменилось. Это было не больно – скорее странно, как будто тело само знало, что пришло время, и готовилось к тому, чтобы выпустить новую жизнь. Ами лежала неподвижно, глядя в потолок, и чувствовала, как внутри неё разливается странное спокойствие.

«Сегодня», – подумала она. – «Сегодня я увижу его».

Она медленно села на кровати, ощущая, как пол качается под ней, и сделала глубокий вдох. Снаружи было тихо – только ветер шелестел листьями в саду, и где-то вдалеке пела ночная птица. Ами знала, что это последнее утро, когда она просыпается одна. Следующее будет другим.

Райана, которая спала в соседней комнате, чтобы быть рядом, когда понадобится, вошла через несколько минут. Она была одета, и её глаза, встревоженные и внимательные, сразу же нашли лицо Ами.

– Миледи, – сказала она тихо, – вы чувствуете что-то?

– Да, – ответила Ами, и её голос звучал спокойно. – Сегодня.

Райана кивнула и вышла, чтобы вызвать врачей.

****

Через час Ами уже была в медицинском центре на Лилле. Это было здание из стекла и камня, утопающее в зелени, которое стояло на окраине города, и его высокие окна выходили на леса, которые простирались до самого горизонта. Внутри было тихо и светло, и пахло травами, которые росли в саду – лавандой, мятой, ромашкой.

Ами лежала на мягкой койке в палате, где стены были выкрашены в тёплые бежевые тона, а свет лился с потолка мягкими волнами. Врачи, которые её осматривали, были профессионалами высшего класса – их лица были спокойными и внимательными, как у людей, которые делали это тысячи раз. Они говорили тихо, но чётко, объясняя каждый шаг, хотя Ами знала всё это и без них.

– Мы готовы, леди Корлан, – сказала главный врач, пожилая женщина с добрыми глазами и седыми волосами, собранными в пучок. – Вы готовы?

– Да, – ответила Ами, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее.

Райана стояла рядом, держа её за руку. Её пальцы были тёплыми и твёрдыми, и Ами чувствовала, как её поддержка даёт ей силы. Она смотрела на потолок, где плыли мягкие тени от светильников, и думала об Эльване.

«Я хочу, чтобы ты был здесь», – думала она. – «Я хочу, чтобы ты увидел это. Чтобы ты был рядом, когда мы встретим нашего сына».

Но его не было. Он был далеко, на планете врага, и она не знала, когда он вернётся. Она знала только одно: сегодня он станет отцом. И он не узнает об этом, пока она не скажет ему.

Процедура началась, и Ами почувствовала, как внутри неё разливается странное тепло. Это было не больно – скорее приятно, как будто тело само знало, что оно делает. Она закрыла глаза и сосредоточилась на своём дыхании, на том, как воздух входит и выходит из её лёгких, на том, как сердце бьётся в такт с этим ритмом.

Когда она открыла глаза, врачи уже заканчивали. Один из них держал прозрачную сферу, наполненную бледно-голубой жидкостью, которая пульсировала мягким светом. Сфера висела в воздухе, как огромный мыльный пузырь, и внутри неё, медленно вращаясь, плавало маленькое существо.

Глава 60.2

Ами смотрела на него, и слёзы навернулись на глаза. Она не пыталась их сдерживать. Она смотрела на этого крошечного человечка, который ещё не родился, но уже был здесь, и чувствовала, как внутри неё разливается любовь, которую она не испытывала никогда раньше.

«Это мой сын», – подумала она. – «Наш сын».

Она протянула руку, и врач поднёс сферу ближе, чтобы она могла коснуться её. Стекло было тёплым, как живое тело, и под пальцами Ами она чувствовала слабый пульс – биение сердца, которое уже билось в такт с её собственным.

– Здравствуй, Литок, – прошептала она. – Я твоя мама.

Она улыбнулась сквозь слёзы, чувствуя, как мир вокруг неё становится ярче и теплее. Она не знала, что принесёт будущее, не знала, увидит ли она Эльвана снова, но знала одно: сегодня она стала матерью. И это была самая великая вещь, которую она когда-либо делала.

****

Медицинский центр на Лилле был тихим местом, где время, казалось, текло иначе. Здесь не было суеты, которая царила в космопортах, не было тревоги, которая сгущалась в воздухе над столицей. Здесь было только спокойствие, только мягкий свет, льющийся с потолка, и запах трав, который проникал даже сквозь стены.

Ами сидела в комнате, где стоял инкубатор. Это было небольшое помещение с белыми стенами, высоким окном, выходящим в сад, и мягкими креслами, которые, казалось, были созданы для того, чтобы проводить в них долгие часы. Инкубатор располагался в центре, на специальной платформе, и его стеклянные стенки мягко светились изнутри.

Сфера с Литоком висела внутри инкубатора, плавно вращаясь в бледно-голубой питательной среде. Ребёнок внутри неё был крошечным – его тельце только начинало принимать человеческие очертания, но Ами уже видела его пальчики, его головку, закрытые глазки. Она смотрела на него и не могла отвести взгляд.

Врачи говорили, что процесс полного формирования займёт несколько недель. Они сказали, что сфера будет поддерживать все необходимые условия, а малыш будет расти и развиваться, как в утробе. Они сказали, что Ами может приходить и смотреть на него каждый день, сидеть рядом с ним столько, сколько захочет.

Ами приходила каждое утро, как только просыпалась. Она садилась в мягкое кресло рядом с инкубатором, клала руку на тёплое стекло сферы и начинала говорить с ним.

– Доброе утро, Литок, – шептала она, и её голос звучал мягко и нежно, как колыбельная. – Я пришла к тебе. Сегодня я расскажу тебе о дедушке.

Она рассказывала ему о Саркскрине – о том, какой он мудрый и сильный, о том, как он учил её видеть мир не глазами, а сердцем, о том, как он спас её, когда она была маленькой и потерянной. Она рассказывала ему о Лилле, о его лесах и садах, о том, как здесь пахнет травами и как птицы поют по утрам.

– Ты будешь любить это место, – говорила она. – Оно тихое и спокойное. Здесь ты сможешь расти и учиться, здесь ты сможешь узнать, кто ты есть.

Она рассказывала ему о космосе. О звёздах, которые сияют в бескрайней черноте, о планетах, которые вращаются вокруг них, о кораблях, которые летают между ними. Она говорила ему о том, что однажды он увидит всё это своими глазами, что он будет летать среди звёзд, как она и его отец.

– Я обещаю тебе, Литок, – говорила она, и в голосе её звучала твёрдость, – ты увидишь звёзды. Ты узнаешь отца. И ты будешь жить в мире, где не будет войны.

Райана приносила ей еду каждый день – тарелки с супом, свежий хлеб, фрукты. Ами благодарила её, но почти не прикасалась к еде. Она не могла отвести взгляд от сферы, от этого маленького существа, которое росло внутри неё. Она чувствовала, как её сердце наполняется любовью, которую она не знала раньше.

– Ты должна поесть, – говорила Райана, ставя поднос на столик рядом с Ами. – Ты должна беречь свои силы ради него.

– Я знаю, – отвечала Ами, но продолжала смотреть на инкубатор. – Я знаю. Но я не могу уйти. Я хочу быть здесь, когда он откроет глаза.

Она сидела так часами, глядя, как растёт её сын, как он становится всё больше и сильнее с каждым днём. Она чувствовала его присутствие, его дыхание, его жизнь, которая пульсировала внутри сферы. И она знала, что он слышит её. Что он знает, кто она. Что он ждёт её так же, как она ждёт его.

Однажды, когда солнце уже садилось за горизонт и в комнате стало темнеть, Ами почувствовала, как внутри сферы что-то изменилось. Она подошла ближе и увидела, как маленькие пальчики Литока шевельнулись, как его губки слегка приоткрылись. Она не знала, было ли это случайностью, но ей показалось, что он ответил ей.

– Ты слышишь меня, – прошептала она. – Ты знаешь, что я здесь.

Она положила руку на стекло инкубатора и почувствовала, как сфера слегка вибрирует, как будто он тоже коснулся её.

– Я люблю тебя, Литок, – сказала она. – Я буду ждать тебя. И я всегда буду рядом.

Прошло несколько дней с тех пор, как Литок появился на свет – или, точнее, с тех пор, как его жизнь начала своё путешествие в прозрачной сфере, где он рос, набирая силу, день за днём. Ами приходила к нему каждое утро, садилась рядом, говорила с ним, рассказывала о мире, в который он скоро войдёт. Но внутри неё жила одна мысль, которая не давала ей покоя, даже когда она смотрела на его маленькие пальчики, шевелящиеся в питательной среде.

«Он должен знать», – думала она. – «Эльван должен знать, что у него есть сын».

Она не знала, где сейчас Эльван. Последняя связь была прервана недели назад, и с тех пор от него не было вестей. Алишер говорил, что его миссия могла быть заблокирована салергинами, что он мог скрываться или собирать информацию в месте, где невозможно было поддерживать связь. Но Ами знала, что есть один способ связаться с ним – через сон, через астральную проекцию, через ту самую чёрную равнину, которая снилась ей с детства.

Вечером, когда солнце уже село за горизонт и комната погрузилась в полумрак, Ами легла на кровать и закрыла глаза. Она чувствовала, как усталость накатывает на неё, но она не хотела спать – она хотела позвать его. Она сосредоточилась, представила его лицо – чёрные глаза, которые всегда смотрели на неё с теплотой, чёрные волосы, падающие на плечи, его улыбку, ту самую, которую она полюбила много лет назад.

«Приди», – мысленно позвала она. – «Приди, Эльван. Я должна тебе сказать что-то важное».

Она повторяла это снова и снова, как заклинание, пока тьма вокруг неё не начала сгущаться, унося её в знакомый мир.

****

Она стояла на чёрной равнине.

Всё вокруг было таким же, как в детстве – пепел под ногами хрустел при каждом шаге, небо над головой было тёмным, беззвёздным, и только ветер, холодный и сухой, проносился над пустыней, поднимая облака пыли. Ами стояла неподвижно, глядя на горизонт, где серая дымка сливалась с землёй, и ждала.

Она не знала, сколько времени прошло – минуты или часы, – но она не двигалась с места. Она знала, что он придёт. Он всегда приходил, когда она звала.

И когда фигура показалась вдалеке, медленно приближаясь к ней, Ами почувствовала, как внутри неё разливается тепло. Плащ развевался на ветру, капюшон был низко опущен, но она знала, кто это. Она чувствовала это всем своим существом.