Текст книги "Приключения в Империи (СИ)"

Автор книги: Ольга Корлан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 35 страниц)

Глава 51.3

Подпространство выпустило его у границ Сллодда, и Эльван впервые за много часов позволил себе выдохнуть с облегчением – не полным, но хотя бы на четверть.

Планета принцессы Леокадии висела перед ним, как драгоценность в бархатной шкатулке. Бело-голубая, в разводах облаков, которые спускались к поверхности длинными лентами, она казалась живой и ухоженной – не то что мёртвые камни созвездия Лиры. Спутники сновали на орбите, отслеживая каждый корабль, каждый метеорит, каждую пылинку. Это был не просто космопорт. Это была крепость, замаскированная под райский сад.

Эльван запросил посадку. Диспетчер ответил не сразу – долгая, тягучая пауза, в течение которой он чувствовал, как сканеры прощупывают его корабль, изучают, оценивают угрозу.

– Салергинский корабль, – наконец произнёс голос – холодный, официальный, без ноток дружелюбия. – Назовите цель визита.

– Медицинская помощь, – ответил Эльван, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё кипело. – На буксире – имперский разведывательный катер. Капитан тяжело ранена.

– Имя капитана?

– Аммелина ль эльн Корлан.

Снова пауза. На этот раз короче.

– Следуйте указанному курсу. При посадке вас встретят.

Эльван не спросил, кто именно «встретят». Он знал.

Посадочная площадка, которую ему назначили, находилась в стороне от основного космопорта – закованная в бетон полоса, окружённая высокими стенами. Вокруг не было ни других кораблей, ни грузовых контейнеров, ни даже дежурных техников. Только камеры наблюдения, которые смотрели на него со всех сторон.

Эльван посадил корабль, заглушил двигатели. На буксире «Цветок Лотоса» замер следом, его повреждённый корпус зиял пробоинами, как открытые раны.

Он не успел открыть шлюз – дверь распахнулась сама, и внутрь ворвались вооружённые люди в чёрной броне. Их лица скрывали шлемы с зеркальными забралами, но оружие не оставляло сомнений: они были готовы стрелять.

– Выходите медленно, – приказал один из них. – Руки за голову. Без резких движений.

Эльван подчинился.

Он вышел из корабля, подняв руки над головой. На посадочную площадку опустилась тишина – не та, которая бывает в открытом космосе, а та, которая возникает перед бурей. Ветер трепал его волосы, гнал по бетону пыль. Небо над Сллоддом было чистым, голубым, почти издевательски безмятежным.

– Обыскать, – приказал тот же голос.

Чьи-то грубые руки провели по его телу, проверяя карманы, крепления, швы. Нашли бластер – забрали. Нашли нож – забрали. Нашли хронос на поясе – замерли.

– Что это?

– Артефакт, – ответил Эльван. – Он принадлежит леди Корлан. Без него её душу не перенести.

Охранники переглянулись. Тот, кто отдавал приказы, жестом велел продолжать.

Обыск закончился. Эльвану завели руки за спину и застегнули наручники – холодные, плотно сжимающие запястья.

– Кто вы? – спросил офицер. – Зачем вам корабль салергинов? Откуда вы знаете леди Корлан?

– Меня зовут Эльван Сармли, – ответил он, не пытаясь скрывать усталость. – Я капитан эскадрильи Имперского флота. Корабль – трофей, захваченный на базе салергинов в созвездии Лиры. Леди Корлан – моя… – он запнулся, подбирая слово, – боевой товарищ. Мы выполняли совместное задание.

– Задание? – офицер усмехнулся. – Судя по состоянию корабля, задание провалилось.

– Она умирает, – Эльван повысил голос. Внутри закипала злость, которую он с трудом сдерживал. – На «Цветке Лотоса» её тело. Осколок в боку, кровопотеря, пульса нет. У неё хронос – артефакт, который удерживает душу. Мне нужен репликатор. Нужно новое тело. Быстро. Каждая минута на счету.

Офицер снял шлем.

Лицо у него было суровым, обветренным, с глубокими морщинами у глаз. Он смотрел на Эльвана долго, изучающе, как смотрят на человека, которого уже готовы расстрелять, но перед этим хотят понять – за что.

– Вы знаете, что на Сллодде нет репликаторов? – спросил он.

– Знаю, что врут, – отрезал Эльван. – Принцесса Леокадия славится передовыми медицинскими технологиями. И если Империя не разглашает наличие репликаторов на её планете – это её право. Но я не разглашаю. Мне просто нужно спасти человека.

Офицер отвернулся, отошёл в сторону, что-то тихо сказал в коммутатор. Эльван не слышал слов, но видел, как изменилось его лицо – напряжение уступило место озабоченности.

– Снимите наручники, – приказал офицер, вернувшись. – Леди Корлан ждут в медицинском центре. Следуйте за мной.

Медицинский центр Сллодда оказался огромным зданием из стекла и металла, утопающим в зелени. Деревья росли прямо внутри – их ветви поднимались к потолку, переплетались с балконами, создавали тенистые аллеи среди палат и операционных. В воздухе пахло цветами и антисептиком – странное, почти нереальное сочетание.

Эльвана провели в операционное крыло, туда, где не было растений, где стены стали белыми, а свет – резким, стерильным, голубоватым.

В центре зала стояла капсула репликатора.

Она была больше тех, что он видел в лаборатории салергинов – прозрачная, с золотистыми обводами, внутри пульсировала бледно-голубая питательная среда. Рядом с капсулой возвышалась консоль управления, за которой суетились люди в белых халатах.

У окна, скрестив руки на груди, стояла женщина.

Эльван узнал её сразу – не по голографическим портретам, не по рассказам Ами. По осанке. По тому, как она держала голову. По взгляду, который одновременно прожигал насквозь и оставался отстранённым, как у хирурга перед сложной операцией.

Принцесса Леокадия.

На ней не было короны, не было роскошного платья – только простой белый халат поверх тёмного костюма. Волосы, тёмные и гладкие, убраны в высокую причёску, ни одной пряди на лице. Она выглядела так, будто только что вышла из операционной – или собиралась в неё войти.

– Капитан Сармли, – голос её был низким, ровным, без акцентов и без тепла. – Мне доложили о вашем прибытии. И о состоянии леди Корлан.

*– Ваше Высочество, – Эльван склонил голову, хотя внутри всё кипело от нетерпения. – Она на моём корабле. На буксире. Времени нет. У неё хронос, душа ещё там, но…

– Я знаю, что такое хронос, – перебила Леокадия. – И знаю, как он работает. – Она повернулась к одному из медиков. – Подготовьте капсулу. Занесите тело.

*– Ваше Высочество, – Эльван сделал шаг вперёд. – Я должен быть рядом с ней. Когда начнётся перенос, я…

– Вы будете рядом, – согласилась она. – Без вас процесс не завершить. Ами говорила мне, что вы Воин. Что ваша Сила способна на то, что не под силу магам Коллегии. – Она посмотрела на него в упор. – Я надеюсь, она не ошиблась.

Тело Ами занесли через несколько минут.

Четверо медиков в скафандрах несли носилки – лёгкие, алюминиевые, с застывшей, белой, мёртвой фигурой. Осколок всё ещё торчал из-под рёбер – никто не решился вытащить его, боясь повредить сосуды. Кровь на комбинезоне засохла, стала чёрной, почти незаметной на тёмной ткани. Лицо Ами было спокойным – не тем спокойствием, которое бывает во сне, а другим, пугающим, когда понимаешь, что человек никогда больше не откроет глаза.

Эльван смотрел на неё, и внутри него всё обрывалось. Он хотел подойти, коснуться её руки, поправить волосы, которые упали на лицо. Но не мог двинуться с места.

Леокадия подошла к носилкам, коснулась шеи Ами – проверяла пульс, которого не было. Потом посмотрела на хронос, который Эльван держал в руке.

– Положите артефакт ей на грудь, – приказала она. – И отойдите.

Эльван повиновался. Пальцы дрожали, когда он опускал холодную пульсирующую полусферу на неподвижное тело. Хронос словно прирос к ткани комбинезона – замер, затих, слился.

– Запускайте, – сказала Леокадия медикам.

Капсула открылась. Тело Ами поместили внутрь, в бледно-голубую питательную среду. Она колыхнулась, принимая его, обтекла, обняла, как вода. Крышка закрылась с мягким шипением.

На консоли загорелись огни.

– Репликация началась, – объявил один из медиков. – Тело будет готово через… – он посмотрел на таймер, – двадцать два часа.

– Слишком долго, – сказал Эльван.

– Это стандартный срок для репликации взрослого организма, – Леокадия посмотрела на него с лёгким удивлением. – Вы ожидали мгновенного результата?

– Я ожидал, что она не умрёт окончательно, пока мы ждём.

Принцесса не ответила. Она подошла к капсуле, в которой старое тело Ами уже начало покрываться тонкой плёнкой льда – репликатор забирал из него энергию, перераспределял, использовал для создания нового.

– Душа не уйдёт, – сказала она. – Хронос удержит её. Но когда начнётся перенос, нам понадобитесь вы. Только вы.

– Я готов.

– Надеюсь, – она повернулась к выходу. – Я буду в своём кабинете. Сообщите, когда закончите.

Двадцать два часа Эльван не спал.

Он сидел на полу операционной, прислонившись спиной к холодной стене, и смотрел на капсулу. Смотрел, как внутри неё формируется новое тело – сначала крошечный сгусток клеток, пульсирующий в такт искусственному сердцу, потом очертания, потом точная копия Ами, без ран, без шрамов, без осколка в боку.

Питательная среда была бледно-голубой, прозрачной, и Эльван видел каждую стадию роста – как жуткое и прекрасное зрелище, от которого невозможно оторваться. Он не знал, сколько часов прошло – время растянулось, потеряло смысл. Но он не сомкнул глаз.

Он думал о том, что скажет ей, когда она проснётся. О том, что она увидит первым делом – его лицо? Леокадию? Белые стены операционной? Он думал о том, как будет выглядеть её новое тело – таким же, как старое? Или другим? Или она почувствует, что что-то изменилось?

«Неважно», – сказал он себе. – «Главное, чтобы она жила».

Когда капсула мигнула зелёным, оповещая о завершении процесса, Эльван вскочил.

Новое тело Ами лежало внутри, связанное трубками катетеров и проводами датчиков. Оно дышало – грудь поднималась и опускалась в ровном ритме, лёгкие сами делали свою работу, хотя сознание ещё не вернулось.

Леокадия вошла в операционную без стука.

– Пора, – сказала она. – Вы готовы?

– Да.

– Тогда начинайте.

Эльван подошёл к капсуле. Старое тело Ами – то, которое пролежало рядом всё это время, – уже начало бледнеть. Хронос на его груди пульсировал ярко, как маяк в ночи.

Эльван коснулся хроноса рукой. Холодный, тяжёлый, живой.

Он закрыл глаза.

Сила поднялась внутри него медленно, как прилив – сначала слабая, едва ощутимая, потом всё мощнее, всё увереннее. Он направил её в хронос, в старую душу Ами, которая ждала там, затаившись, как зверёк в норе.

«Вернись», – мысленно позвал он. – «Вернись, Ами. Я здесь. Я жду».

Сначала ничего не происходило.

Потом хронос засветился – ярко, ослепительно, заливая операционную золотистым светом. Эльван чувствовал, как душа Ами скользит сквозь него, сквозь его пальцы, сквозь его сознание – хрупкая, уставшая, но живая.

«Держись», – прошептал он. – «Ещё немного».

Она вошла в новое тело не сразу.

Сначала – вздох. Слишком глубокий, почти судорожный. Потом – дрожь ресниц. Потом – пальцы шевельнулись на простыне, сжались, разжались.

Эльван открыл глаза.

Ами дышала. Сама. Без помощи аппаратов, без трубок, без датчиков, которые врачи уже отключали один за другим.

Она открыла глаза.

Зрачки сначала были мутными, расфокусированными – она смотрела и не видела. Потом взгляд прояснился, обрёл осмысленность.

Первое, что она увидела, – потолок. Белый, стерильный, с голубоватыми лампами.

Второе – лицо Эльвана, склонившегося над ней. Бледное, усталое, с красными глазами и трясущимися губами.

Третье – незнакомую женщину в белом халате, которая стояла рядом и смотрела на неё спокойным, изучающим взглядом.

– Ты как? – голос Эльвана прерывался, но он старался говорить ровно. – Ты… ты жива?

Ами не могла говорить. Горло пересохло, язык не слушался. Она просто смотрела на него – и кивала. Один раз. Коротко.

Эльван закрыл глаза. Его плечи дрогнули, но он не позволил себе заплакать.

– Добро пожаловать обратно, леди Корлан, – произнесла Леокадия. – Я принцесса Леокадия, хозяйка этой планеты. Вы находитесь в моём медицинском центре. Ваша душа была успешно перенесена в новое тело.

Ами повернула голову. Посмотрела на неё – долго, внимательно.

– Спасибо, – прошептала она. Голос был слабым, едва слышным, но живым.

– Не благодарите, – Леокадия чуть заметно улыбнулась. – Вы – моя родственница. Империя не бросает своих.

Она повернулась к выходу, бросив через плечо:

– Оставлю вас вдвоём. Капитану Сармли есть что вам рассказать.

Дверь закрылась за ней. В операционной стало тихо – только мерное гудение аппаратов и дыхание двух людей, которые смотрели друг на друга и не знали, с чего начать.

Эльван опустился на колени рядом с капсулой, взял её руку в свою. Пальцы были тёплыми – живыми.

– Я думал, что не успею, – сказал он. – Я думал, что потерял тебя.

– Не потерял, – ответила Ами, сжимая его ладонь. – Я здесь. Ты спас меня.

Он хотел сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. И в тот момент слова были не нужны.

Глава 51.4

Голографатор замигал, когда Ами только начала привыкать к новому телу.

Она лежала на мягкой койке в отдельной палате медицинского центра – стерильно-белой, с высоким потолком и огромным окном, за которым виднелись сады Сллодда. Розовые и белые цветы качались на ветру, и этот мирный пейзаж казался издевательством над тем, что произошло с ней несколько дней назад.

Новое тело чувствовалось чужим. Не болело – это было главное. Не помнило осколка, не помнило крови, не помнило того ледяного холода, когда сознание ускользало в темноту. Но оно было другим. Каждый шрам, который Ами носила годами, каждое напоминание о боях и падениях – всё исчезло. Кожа на руках была гладкой, как у младенца. Ни одной царапины. Ни одного следа.

Она смотрела на свои ладони и не узнавала их.

Эльван сидел рядом – на стуле, который притащил из коридора, потому что в палате была только койка и тумбочка. Он не спал уже вторые сутки, но держался прямо. Только глаза выдавали усталость – красные, воспалённые, с тёмными кругами.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказала Ами в который раз.

– Потом, – ответил он в который раз.

Голографатор замигал настойчивее.

Эльван посмотрел на него, потом на Ами. В его взгляде было что-то, что она не сразу смогла прочитать. Вопрос? Предупреждение? Или просьба не вмешиваться?

– Кто это может быть? – спросила Ами.

– Сейчас узнаем.

Он встал, подошёл к аппарату, взялся за панель. Помедлил секунду, потом нажал кнопку приёма.

Изображение на экране было чётким – слишком чётким для обычного вызова. Генерал Рейнар смотрел на Эльвана в упор, и его серые холодные глаза не выражали ничего – ни удивления, ни беспокойства, ни даже обычного любопытства.

Эльван внутренне собрался. Рейнар не из тех, кто звонит просто так. Если он вышел на связь, значит, случилось что-то серьёзное.

– Капитан Сармли, – голос генерала был сухим, как песок в пустыне. – Долго же вы не выходили на связь.

– Были обстоятельства, генерал, – ответил Эльван, стараясь говорить ровно. Его спина выпрямилась сама собой – армейская привычка, от которой невозможно избавиться.

– Я вижу. – Рейнар перевёл взгляд куда-то в сторону, будто изучал что-то на своих экранах. – Состояние вашего корабля оставляет желать лучшего. И где вы находитесь, по-вашему, мы не знаем.

– Я готов доложить, генерал.

– Не нужно. – Рейнар поднял руку – жест, который не терпел возражений. – У меня другое задание для вас.

Эльван краем глаза взглянул на Ами. Она сидела на койке, прижав колени к груди, и смотрела на экран. Её лицо было спокойным, но он знал – она слушает. Она всё слышит.

– В секторе, где недавно произошло нападение на разведывательный катер, – продолжал генерал, и Эльван понял – он говорит о «Цветке Лотоса», об Ами, хотя имени не называет, – зафиксировано необычное движение кораблей салергинов.

– Какое именно, генерал?

– Мы не знаем. – Рейнар ответил без тени смущения, как будто не знать для него было нормой. – Их маршрут неясен. Направление неизвестно. После того, как они нанесли удар, они исчезли с радаров. Не ушли в подпространство – просто растворились.

– Это невозможно.

– Возможно. – Генерал посмотрел на него тяжело, как смотрят на подчинённого, который задаёт лишние вопросы. – У салергинов есть технологии, о которых мы не знаем. Или знаем, но не понимаем. Ваша задача – отправиться в этот сектор и выяснить, куда они ушли. Провести разведку. Найти их базу или место временной дислокации. Понять их следующий маршрут.

– Есть ли данные, откуда они могли взяться?

– Ориентировочные координаты я сброшу. Всё остальное – в вашем распоряжении. Действуйте по обстановке.

Эльван молчал несколько секунд. В голове вихрем проносились мысли – о повреждённом корабле, об истребителях, которые гнались за ним, о принцессе Леокадии, которая позволила им остаться здесь, но вряд ли разрешит задержаться дольше, чем необходимо. О Ами, которая только что вернулась с того света.

Но он не мог отказаться. Отказ означал подозрения. Подозрения – проверки. Проверки – вопросы, на которые у него не было хороших ответов.

– Принято, – сказал он. Голос был твёрдым, чужим, как будто говорил не он. – Выполняю.

– Жду от вас отчёта через трое суток. – Рейнар кивнул и прервал связь.

Экран погас.

В палате стало тихо – только мерное гудение аппаратов и дыхание двух людей, которые смотрели друг на друга и не знали, с чего начать.

Ами первая нарушила тишину.

– Ты не рассказал ему обо мне, – сказала она. Не спросила – констатировала факт.

– Нет.

– О том, что я была мертва. О том, что ты меня спас.

– Нет.

– Почему?

Эльван подошёл к койке, сел на край. Она чувствовала тепло его тела – даже на расстоянии, даже через одеяло. Новое тело было чувствительным, острым, как будто все рецепторы работали на пределе.

– Если они узнают, что ты была мертва, – сказал он тихо, – начнутся проверки. Допросы. Разбирательства. Хронос – секретная разработка, и не для всех она предназначена. Леокадия помогла нам, но если Империя узнает, что принцесса использует репликатор для воскрешения… – Он покачал головой. – Это похоронит её. И нас заодно.

– А твоё задание? – Ами повысила голос. Внутри начинало закипать что-то горячее, незнакомое. Может быть, это новое тело реагировало сильнее? Или просто усталость и страх наконец находили выход? – Ты полетишь туда один? На разбитом корабле? Туда, где меня чуть не убили?

– Полечу.

– Ты с ума сошёл!

– Возможно. – Он посмотрел на неё, и в его глазах она увидела то, чего раньше не замечала. Усталость? Нет. Решимость. Спокойную, холодную, пугающую. – Но если я не полечу, они пошлют кого-то другого. Кто-то другой погибнет. Или они заподозрят, что я что-то скрываю. И тогда…

– И тогда что? – перебила она. – Они узнают, что ты нарушил приказ? Что ты бросил задание ради меня? Что ты привёз меня сюда, на планету, которой не должно существовать на картах?

– Да.

Просто. Коротко. Без оправданий.

Ами замолчала.

Она смотрела на него – на его спокойное лицо, на его руки, сжатые в кулаки, на его плечо, которое всё ещё болело, хотя он старался этого не показывать. Она хотела сказать, что он не должен этого делать. Что он имеет право на свою жизнь. Что она не хочет, чтобы он рисковал ради неё снова.

Но слова застревали в горле, потому что она знала – на его месте поступила бы так же. И потому что он уже всё решил.

– Я полечу, – повторил он. – Как только Леокадия разрешит взять корабль. Или свой, если починят. Я узнаю, куда они ушли. Вернусь с отчётом. А потом…

– А потом что?

– А потом мы поговорим. – Он посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом. – О том, что было. О том, что будет. О нас.

Она хотела возразить – открыла рот, но Эльван поднял руку. Жест был мягким, почти невесомым, но Ами замолчала.

– Не сейчас, – сказал он. – Сначала – задание.

Он встал, поправил воротник кителя. Направился к двери.

– Эльван, – окликнула она.

Он обернулся.

– Будь осторожен.

Вместо ответа он кивнул. Один раз. Коротко.

И вышел.

Дверь закрылась за ним, и Ами осталась одна в стерильно-белой палате, среди цветов за окном, среди чужого тела, которое не помнило боли, но помнило страх.

Она сжала кулаки. Новые пальцы – гладкие, без мозолей – слушались не сразу.

«Вернись», – мысленно попросила она, хотя не знала, слышит ли он. – «Просто вернись».

За окном качались цветы. Белые и розовые, мирные, равнодушные.

Ами закрыла глаза.

Глава 52.1

Она проснулась от запаха цветов.

Он проникал в комнату через распахнутое окно – сладковатый, чуть терпкий, с примесью утренней росы и нагретой солнцем листвы. Ами лежала неподвижно, глядя в потолок, и впервые за много дней не чувствовала желания закрыть глаза и провалиться обратно в темноту. Сон пришёл без сновидений – не было ни чёрной пустыни, ни ветра, ни фигуры в плаще. Просто тишина. Просто отдых.

Она медленно села на кровати, ощущая, как новое тело отзывается на каждое движение. Мышцы слушались легко, без напряжения, без привычной боли, которая сопровождала её последние годы. Кожа была гладкой – никаких шрамов, следов от бластерных ожогов, ничего. Чистый лист.

«Так вот каково это – начинать сначала», – подумала она, разглядывая собственные руки.

Пальцы – тонкие, белые, без мозолей, без застарелых ссадин. Она сжала их в кулак и разжала. Потом ещё раз. Тело было её – и не её одновременно. Как новая одежда, которая ещё не обносилась, но уже сидит идеально.

В дверь тихо постучали.

– Войдите, – сказала Ами, прикрываясь лёгким покрывалом.

В комнату вошла служанка – невысокая, с аккуратно убранными светлыми волосами и спокойным взглядом. Она внесла поднос с завтраком: чашка травяного чая, несколько лепёшек, баночка с мёдом и тарелка свежих фруктов, от которых пахло солнцем.

– Принцесса Леокадия ждёт вас в малом зале, – сообщила служанка, ставя поднос на столик у окна. – Она просила передать, что разговор не терпит отлагательств.

Ами кивнула и потянулась к чаю. Горячий, чуть горьковатый, он обжёг горло, но это было приятно – ощущение жизни, которое проходило сквозь неё. Она пила медленно, глядя в окно на сады Сллодда, и думала о том, что день обещает быть долгим.

****

Малый зал оказался уютным помещением, залитым утренним светом. Огромные окна выходили на ту сторону дворца, где сады спускались террасами к синему озеру. Леокадия сидела за низким столиком в кресле, больше похожем на трон, и держала в руках тонкую фарфоровую чашку. На ней было простое, но дорогое платье цвета слоновой кости, и в этом спокойном домашнем облике чувствовалась та же властность, которую Ами запомнила с первой встречи.

– Садись, – принцесса указала на кресло напротив. – Как спалось?

– Лучше, чем я ожидала, – ответила Ами, опускаясь в кресло. – Без снов. Впервые за долгое время.

– Это хорошо. – Леокадия отпила чай. – Сны – это когда душа пытается что-то сказать. Если она молчит – значит, она наконец-то успокоилась.

Она поставила чашку на стол и посмотрела на Ами в упор – внимательно, изучающе, но без той колючей остроты, которую запомнила Ами.

– Я пригласила тебя не только чтобы спросить о самочувствии. Нам нужно поговорить о твоём корабле.

Ами напряглась. Слово «корабль» вырвало её из состояния утренней неги и вернуло в реальность – туда, где она была капитаном, Воином, той, кто отвечает не только за свою жизнь.

– Что с ним?

– Состояние серьёзное, но не критичное. – Леокадия провела пальцем по краю чашки. – Мои мастера осмотрели «Цветок Лотоса». Корпус пробит в трёх местах, одно из которых – возле силовой установки. Двигатели повреждены, но подлежат восстановлению. Навигационная система – полностью выведена из строя. Это самая большая проблема.

Ами молчала, переваривая информацию. Каждое слово оседало в груди тяжестью, напоминая о той минуте, когда снаряд вошёл в рубку и она поняла, что жить ей осталось считанные мгновения.

– Они могут его починить? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Могут, – Леокадия кивнула. – Но не полностью. На Сллодде есть ресурсы и мастера, но восстановление навигации требует специального оборудования, которого у нас нет. Так что речь идёт не о полноценном ремонте – о базовом. Достаточном, чтобы «Цветок» мог долететь до Эллери. Там его уже доведут до ума.

Ами перевела дыхание. Этого было достаточно. Ей нужно было вернуться домой. Передать данные деду. Начать что-то новое – настолько новое, насколько это было возможно для человека, который уже однажды умер.

– Сколько времени это займёт?

– Около двух недель. – Леокадия откинулась на спинку кресла. – Я выделю лучших мастеров. Они будут работать день и ночь, если потребуется. Но есть одно условие.

Ами посмотрела на неё с внезапной настороженностью.

– Какое?

– Ты расскажешь мне всё, что узнала на базе салергинов.

В воздухе повисла тишина. Ами смотрела на принцессу, пытаясь понять, что скрывается за этой просьбой. Любопытство? Желание помочь? Или что-то другое – холодный расчёт, который всегда был у людей, стоящих у власти?

– Зачем тебе это? – спросила она.

– Потому что я хочу знать, с чем мы столкнулись, – ответила Леокадия просто, без тени смущения. – Ты и Эльван – не единственные, кто рискует жизнью ради Империи. Я тоже отвечаю за людей. За свою планету. И если салергины угрожают Эллери – рано или поздно они придут и сюда.

Она помолчала, давая Ами время переварить услышанное.

– Я не враг тебе, леди Корлан. Я помогла тебе воскреснуть, не задавая лишних вопросов. И я не требую ничего, кроме правды.

Ами молчала несколько долгих секунд. Потом кивнула.

– Хорошо. Я расскажу.

****