Текст книги "Классическая драма Востока"

Автор книги: Мотокиё Дзэами

Цай.Он с сыном спас меня от смерти, и я взяла их к себе в дом и стала кормить, одевать. Младший Чжан часто уговаривал меня выйти замуж за отца, но я так и не согласилась.

Доу Тянь-чжан.В таком случае твою невестку нельзя считать убийцей свекра.

Дух Доу Э.Я возвела на себя поклеп и созналась в отравлении свекра лишь потому, что судья хотел бить свекровь, а я боялась, что она, старая, не выдержит пыток.

(Поет.)

На мотив «Вино из цветов сливы»

 
Не стоило мне сознаваться в чужой вине —
так утверждаете вы,
Мое терпение, мое почтение,
приличные для вдовы,
Стали ненароком бед моих истоком
и худой обо мне молвы.
А поверила суду и попала в беду —
увы!
Не прошло и дня – на площади меня
лишили головы.
И я захотела, чтобы кровь моего тела —
не лилась просто так, но поднялась на флаг,
что плескался среди синевы,
Желанье второе – я хотела,
чтобы снежный слой лег надо мной
вместо зеленой травы,
И желанье третье – чтоб от засухи на трехлетье
стали посевы мертвы.
Судья, смотри, – были все три
желанья мои таковы!
 

На мотив «Возвращенная Цзяннань» [108]108
  Цзяннань– область к югу от реки Янцзы.
  …только на юг//смотрят ямыней врата… – Юг считался в геомантии «благоприятной» стороной света, поэтому дворцы правителей и присутственные места (ямыни) обычно ориентировались на юг.
  Желтые источники– подземные воды; метафорическое обозначение загробного мира.
  Сын Неба– император.


[Закрыть]

 
Всюду вокруг только на юг
смотрят ямыней врата,
Судилищ земных, – и творятся в них
подлость и неправота.
Скорблю я жестоко у Желтых источников,
куда заточила меня клевета.
Уже три года, как нет исхода,
и горечь до дна испита, —
Моя скорбь бесконечна, как Янцзы и Хуай,
и плачу я, сирота.
 

Доу Тянь-чжан.Дуань-юнь, дочка, твоя обида мне известна, возвращайся спокойно. Я определю наказания этим преступникам и судье, что замучил тебя, а затем закажу молебен, чтобы твоя душа отправилась на Небо.

Дух Доу Э

(кланяется и поет)

На мотив «Утки-неразлучницы»

 
Да будет славен твой гордый меч
и твоя золотая пластина.
Чиновников здравствующих, самоуправствующих,
Истреби за коварство – в них бед государства
главнейшая причина.
Пусть каждый час с Сыном Неба у вас
будет одна кручина:
Пусть лиходей не тронет людей,
что не имут ни званья, ни чина.
 

Забыла попросить тебя еще об одном, отец. Свекровь уже стара, ухаживать за ней некому; возьми ее в свой дом, ради меня корми ее при жизни и похорони после смерти, я же в загробном мире спокойно сомкну глаза.

Доу Тянь-чжан.Как почтительна ты к старшим, дитя мое!

Дух Доу Э

(поет)

 
Еще, наконец, любезный отец,
прошу, поступи, как мужчина.
Свекровь к себе возьми пока, пусть ей будет
легка
ее недальная кончина.
На целый свет у бедняжки нет
ни невестки, ни сына.
Кто ее пригреет, в старости взлелеет?
Печальна ее судьбина.
Свиток вновь разверни, на него взгляни
и все сведи воедино,
 

(Говорит.)И исправь, отец, то, что говорится о Доу Э.

(Поет.)

 
Напиши, что она была казнена
безжалостно и безвинно.
 

Доу Тянь-чжан.Подзовите сюда старуху Цай! Тетушка, вы узнаете меня?

Цай.Стара я стала, плохо вижу. Нет, не признаю!

Доу Тянь-чжан.Я Доу Тянь-чжан. Дух же, которого мы только что слышали, – моя дочь Дуань-юнь, несправедливо казненная. Эй, люди! Слушайте мой приговор. Чжана Осленка, отравившего родного отца и покушавшегося на честь вдовы, подвергнуть мучительной казни: отвести на рынок, прибить к «деревянному ослу» [109]109
  «Деревянный осел»– колода, утыканная гвоздями.


[Закрыть], а потом разрубить на сто двадцать кусков.

Правителю округа Тао У, ныне повышенному в должности, и секретарю управы за злоупотребление властью дать по сто палок и навсегда закрыть для них доступ к государственной службе. Лекаря Сай-лу за неуплату долга, попытку убийства и незаконную торговлю ядом сослать на вечное поселение в пограничные местности с нездоровым климатом. Тетушка Цай будет жить у меня. Доу Э признать невиновной.

(Говорит нараспев.)

 
Пусть не скажут, что ради дочери я —
преуменьшил ее вину —
Я Чучжоу хочу от засухи спасти,
я жалею нашу страну.
Некогда Юй-гун оправдал
женщину из Дунхая
И тотчас была орошена
земля, три года сухая.
Разве можно богов и природу винить
в отсутствии дождей,
Забыв, что Небо внемлет порой
моленьям добрых людей.
Я свиток судебный сейчас разверну,
чтобы правильной запись была —
Чтобы всем было ясно: царский закон
не причиняет зла!
 

Главная сцена пьесы: «С зеркалом и мерилом в руках инспектор творит справедливый суд». Полное название пьесы: «Тронувшая небо и землю обида Доу Э».

Ma Чжи-юань [110]110
  Ma Чжи-юань – драматург и поэт, год рождения неизвестен, умер между 1321–1324 годами. Первую половину жизни провел в Даду, где был видным участником «Книжного общества юаньчжэнь». Затем занимал скромный чиновничий пост в провинции Цзянчжэ (нынешние Цзянсу и Чжэцзян), после чего ушел со службы и вел уединенный образ жизни. Из тринадцати драм, автором которых современники считали его, сохранилось семь (одна из них принадлежит Ма Чжи-юань лишь частично). Как поэт прославился пейзажной и любовной лирикой; многие из его ста двадцати дошедших до нас стихотворении в жанре цюй воспевают уход от мира и радости отшельнической жизни.
  Перевод пьесы сделан по изданию: "Юань цюй сюань", т. 1. Пекин, 1958.


[Закрыть]. Осень в Ханьском дворце

Входит «чунмо» в роли шаньюя [111]111
  Шаньюй– предводитель сюнну, кочевого народа, жившего в степях Центральной Азии, к северу и западу от китайских земель, и впоследствии вошедшего в состав гуннов.
  Вэнь-ван– отец основателя династии Чжоу У-вана (XII в. до н. э.). Вэй Цзян – советник Дао-гуна (573–559 гг. до н. э.), правителя удела Цзинь.
  …война между империями Цинь и Хань… – Имеется в виду восстание Лю Бана и Сян Юя, в результате которого династия Цинь пала и была установлена власть династии Хань (202 г. до н. э.).


[Закрыть], сопровождаемый своими соплеменниками. Говорит нараспев:

 
По войлочным юртам ветер несет
запах осенних лугов.
На ущербе луна. Тростниковая флейта
слышна в предрассветную рань.
Сто тысяч лучников у меня,
я стою во главе полков.
Бью челом на границе:
примите меня в данники дома Хань.
 

Я – шаньюй Хуханье. Мое племя издавна живет в пустыне Гоби, безраздельно владеет всем северным краем. Охотой мы добываем себе пропитание, война для нас – привычное дело. Правитель Вэнь-ван, спасаясь от наших набегов, увел свой народ на восток. Сановник Вэй Цзян, устрашившись нас, уговорил своего правителя заключить с нами мир. Сменялись века, и наше племя называли то сюньюями, то сяньюнями, а предводителей величали чаньюями и каганами. Когда шла война между империями Цинь и Хань, земли Центральной равнины были разорены, а наше государство расцвело и окрепло – войско его насчитывало много сотен тысяч воинов. Мой предок, шаньюй Маодунь, семь дней не выпускал ханьского государя Гао-ди [112]112
  Гао-ди или Гао-цзу(206–193 гг. до и. э.) – Лю Бан, основатель династии Хань.
  Лоу Цзин– советник Лю Бана, настаивавший на союзе с сюнну. Когда Лю Бан был окружен в горах Бодэн, Лоу Цзин спас его советом породниться с предводителем сюнну, отдав за него свою дочь. Хуэй-ди(194–188 гг. до н. э.) – преемник Гао-цзу (Лю Бана) на ханьском престоле.
  Государыня Люй-хоу– вдова Гао-цзу и мать Хуэй-ди. После смерти последнего захватила трон и правила в 187–180 гг. до н. э. Сюань-ди(73–49 гг. до н. э.) – император династии Хань.


[Закрыть]из окружения в горах Бодэн. По совету сановника Лоу Цзина между нашими странами был установлен мир, и китайская принцесса стала женой нашего шаньюя. Начиная со времен государя Хуэй-ди и государыни Люй-хоу китайские правители следовали установленному обычаю и выдавали своих дочерей замуж за наших предводителей. При государе Сюань-ди мои братья враждовали между собой из-за власти, и военная мощь нашей державы ослабла. Ныне племя провозгласило шаньюем меня, Хуханье. А я ведь по матери племянник Ханьского дома. Сейчас я привел на юг к Великой стене сотни тысяч воинов, чтобы назвать себя данником Хань. Вчера был отправлен к государю посол – он должен поднести дары и просить мне в жены принцессу. Не знаю, согласится ли ханьский государь на подобный союз. Сегодня небо чистое и ясное, все мои предводители отрядов ускакали в степь на охоту. Что может доставить больше удовольствия!

 
Вот уж верно говорится:
Мирных, сельских занятий
нет у племен кочевых:
Только лук да верные стрелы —
в жизни опора для них.
 

Входит «цзин» в роли Мао Янь-шоу. Говорит нараспев:

 
Я – человек с когтями ястреба,
с сердцем орла.
Сильным – лгу, слабых – крушу,
устраивая дела.
Всегда исправно служили мне
коварство и лесть.
Чрезмерных благ, что добыты мной, —
не перечесть.
 

Я – Мао Янь-шоу, сановник среднего ранга в Ханьском дворце. Я хитер и коварен, умею угождать лестью, а до нее так падок наш постаревший государь. Поэтому он верит моим словам и всегда следует моим советам. Во дворце, во всей столице нет человека, который не уважал бы меня или не испытывал страха передо мной. Я твердо усвоил следующее правило: не давать государю часто встречаться с учеными людьми, пусть побольше развлекается с красавицами. Только так можно сохранить его расположение и чувствовать себя неуязвимым. Я не успел еще вам обо всем рассказать, а его величество уже следует сюда.

Входит «чжэнмо» [113]113
  «Чжонмо»– актер, исполняющий главную мужскую роль и ведущий вокальную партию.
  Юань-ди– ханьский император, правивший в 48–33 гг. до п. э. Сян Юй– один из главных вождей восстания против династии Цинь, соперник Гао-цзу (Лю Бана) в борьбе за власть над Китаем.


[Закрыть]в роли ханьского государя Юань-ди, его сопровождают телохранители и придворные красавицы. Говорит нараспев:

 
Я наследую власть десяти поколений,
я сын династии Хань.
На четыреста округов Поднебесной
простер могучую длань.
На границах союзы я заключил,
настали мирные дни,
И я отныне спокойно могу
возлежать в прохладной тени.
 

Я – ханьский государь Юань-ди. Мой предок, – государь Гао-цзу, поднялся из простолюдинов. Из родной округи Фынъи, что в уезде Пэйсянь, он повел за собой войска, уничтожил империю Цинь, убил Сян Юя и основал нынешнюю династию. С тех пор сменилось десять поколений. После моего вступления на престол среди четырех морей [114]114
  Посреди четырех морей– во всей стране.


[Закрыть]установились мир и благополучие. Отнюдь не мои достоинства тому причиной, успеха я достиг благодаря своим мудрым сановникам и искусным полководцам. После смерти моего предшественника все придворные наложницы покинули покои. Сейчас во дворце, где некогда жили прекрасные девушки, унылая тишина. Неужели так и будет?

Мао Янь-шоу.Ваше величество, простой земледелец едва получит урожай в десяток ху пшеницы и уже норовит завести новую жену, а вы ведь Сын Неба и владеете всеми землями среди четырех морей. Так почему бы вам не приказать чиновнику объехать Поднебесную и выбрать лучших девушек, невзирая на то, кто их отец: удельный правитель или крестьянин, важный сановник или солдат. Лишь бы девушки были не моложе пятнадцати лет и не старше двадцати да отличались красотой. Их нужно всех привезти в столицу, чтобы не пустовали предназначенные для красавиц дворцы. Разве что-нибудь мешает так поступить?

Император.Твои слова справедливы. Я поручаю тебе выполнить мою волю. Возьми с собой мой указ и отправляйся в дорогу. С каждой отобранной красавицы напиши портрет и передай мне, чтобы я знал, кого из них осчастливить раньше. Когда, успешно выполнив долг, ты возвратишься обратно, будешь вознагражден по заслугам.

(Поет.)

На мотив «Любуюсь цветами» в тональности «сяньлюй»

 
Покой посреди четырех морей,
не рвутся воины в бой.
Злаки растут, и занят народ
не битвой, а молотьбой.
Из девушек выбрать желаю я
ту, что всех прекрасней собой.
Скачи, гонец, изнуряя коня,
найди на дороге любой
Девушку, что для дворца моего
назначена судьбой.
 

Уходят.

Мао Янь-шоу входит, говорит нараспев:

 
Любыми средствами добываю
золотые слитки.
Законы страны преступаю
все подряд.
При жизни – хочу, чтобы все у меня
было в избытке.
Когда умру – пускай обо мне
говорят, что хотят.
 

Я – Мао Янь-шоу. По высочайшему указу правителя Великой Хань разъезжаю по Поднебесной и выбираю самых прелестных девушек. Уже отыскал девяносто девять красавиц. В каждой семье я требовал подарок, и мне без промедления его вручали. Золота мне удалось заполучить не так уж мало. Вчера я прибыл в уезд Цзы-гуй области Чэнду и встретил необыкновенную девушку. Она дочь деревенского старосты Вана, ее имя Цян, второе имя – Чжао-цзюнь. Природа наделила ее удивительной красотой, которая всех поражает. Она очаровательна, действительно самая прекрасная в Поднебесной. Хотя девушка и из крестьянской семьи, где больших денег не водится, я сказал, что хочу получить сто лянов золота – и ей будет уготована участь первой красавицы при дворе. Но Чжао-цзюнь отвечала, что, во-первых, ее семья бедна, а во-вторых, она и так добьется успеха только благодаря своей красоте. Красавица, решительно отвергла мое предложение. Ну что ж, тогда пусть остается здесь, в деревенской глуши. (Задумывается, говорит.)Нет, поступим лучше с нею по-иному. Нахмурил брови – и в голове уже готов план: просто я на портрете нарисую один глаз кривым. Когда она приедет в столицу, ее непременно отправят в самые отдаленные дворцовые покои, пусть-ка она прострадает всю жизнь. Недаром говорится:

 
Ненависть – высокое чувство,
достойного мужа удел.
Настоящий мужчина без яду
не свершает великих дел.
 

(Уходит.)

«Дань» в роли Ван Чжао-цзюнъ входит в сопровождении двух служанок, говорит нараспев:

 
Мне оказана честь: во дворец Шантъян [115]115
  Шанъян– дворец в Лояне, построенный при Танах (VII в). Здесь анахронизм.


[Закрыть]
была я привезена.
Государя увидеть не довелось
мне за целые десять лет.
Кто в эту ночь навестит меня?
Кругом царит тишина.
Чтоб излить печаль свою, никого
со мной, кроме лютни, нет.
 

Меня зовут Ван Цян, второе имя – Чжао-цзюнь, родом я из уезда Цзыгуй области Чэнду. Мой отец – староста Ван – всю жизнь занимается крестьянским трудом. Перед моим рождением матушка увидела во сне, будто свет луны проник в ее утробу и упал на землю. И родилась у нее я. Когда мне исполнилось восемнадцать лет, я удостоилась чести стать одной из красавиц, выбранных для императора. Но кто ожидал, что чиновник Мао Янь-шоу потребует в уплату золото. Я отказалась дать ему денег, и тогда он испортил мой портрет. Так и не довелось мне увидеть своего властелина: ныне живу во дворце, далеком от его покоев. Дома я обучалась музыке и умею играть на лютне. В эту ночь мне так одиноко и тоскливо, попробую песней развеять печаль. (Играет на лютне.)

Государь входит. Его сопровождают телохранители с фонарями в руках:

Я – ханьский государь Юань-ди – еще многих из привезенных во дворец красавиц не удостоил своего внимания, и они в тоске ждут меня. Сегодня нашлась минута для отдыха от тысячи важных дел. Хочу обойти дворец, поглядеть, которой из них предопределено судьбой повстречаться со мной.

(Поет.)

На мотив «Алые губы» в тональности «сяньлюй»

 
Проезжают колеса повозки
по весенней цвели.
Прелестная дева при свете луны
наигрывает на свирели.
Государя увидеть ей не пришлось,
оттого так печальны трели.
От скорби давней у девы прекрасной
волосы поседели.
 

На мотив «Замутивший воду дракон»

 
Знаю, дева глядит на дворец Чжаоян [116]116
  Чжаоян– одна из частей дворцового комплекса ханьской столицы, где император встречался со своими наложницами.
  Ткачиха. – В популярной китайской легенде рассказывается о Ткачихе, дочери Небесного владыки, и смертном юноше Пастухе. Они полюбили друг друга, но были разлучены и поселены на разных берегах Небесной Реки (Млечный Путь). Им разрешено встречаться всего один раз в году, когда сороки из своих хвостов составляют для них мост.


[Закрыть], —
он так безмерно далек!
Жемчужную занавесь
ей опустить невдомек
Не государь ли? Нет, шелохнулся в безветренной
тьме
бамбуковый росток.
Сквозь тонкую занавесь луч луны
проникает наискосок.
Заслышите музыку – мнится вам:
государь ступил на порог.
Вы подобны Ткачихе – далекой звезде,
что милости ждет от сорок.
 

Ван Чжао-цзюнъ играет на лютне. Государь продолжает петь:

 
Кто там играет на лютне,
чьи это руки
Столько чувства влагают
в печальные звуки?
 

Телохранитель.Я поспешу сказать ей, чтоб она вышла встречать вас, ваше величество.

Государь.Не надо.

(Продолжает петь.)

 
Вовсе не нужно о воле монаршей
сообщать впопыхах,
Возвещать избраннице мой приход
в торопливых словах.
Боюсь, что внезапная милость монарха
вызовет только страх
И повредит прекрасный росток,
что в глуши едва не зачах.
Боюсь, что воронов вы вспугнете,
спящих на деревах,
Спугнете дремлющих меж ветвей
нежных и робких птах.
 

(Говорит телохранителю.)Пойди к этой девушке, играющей на лютне, и передай, пусть она выйдет встретить меня. Только не испугай ее.

Телохранитель.Вы и есть та девушка, которая только что играла на лютне? Его величество здесь, поспешите встретить его!

Ван Чжао-цзюнъ спешит навстречу государю.

Государь

(поет)

На мотив «Полевой сверчок»

 
Не пугайтесь меня – за вами
нет ни малейшей вины.
Просто хочу побеседовать с вами —
среди тишины.
Я не ведал, что ждут меня в этих покоях
от весны до весны.
Впервые сюда пришел и вижу:
вы удивлены,
Но я пришел вас согреть – ваши нежные ноги
от росы совсем холодны…
Платок ваш влажен от слез – отныне
будьте вознаграждены…
Небо сотворило ее,
прекрасней всех в Поднебесной,
Чтобы я осчастливил ее любовью,
воистину, для этого!
Пусть в серебряной башне – приюте бессмертных —
будут свечи возожжены,
И благовестные воска наплывы нам даруют удачу,
пусть радостью дни наши будут полны.
 

Эй, телохранитель! Последи, чтоб свеча в фонаре горела поярче. Дай мне получше рассмотреть девушку.

(Поет.)

На мотив «Радость Поднебесной»

 
Пусть ярче сияет праздничный свет
сквозь алый шелк фонаря!
Погибнешь от счастья, взглянув на нее,
но погибнешь не зря!
 

Ван Чжао-цзюнь.Если бы я, недостойная, знала, что вы, ваше величество, придете сюда, я бы вовремя вышла вам навстречу. Но я опоздала и за мою вину достойна смерти.

Государь

(продолжает петь)

 
Она назвалась недостойной,
встречая меня.
Величает меня «ваше величество»,
при этом скромность храня.
Столь благородная девушка среди грубых людей
не прожила бы и дня.
Как совершенна ее красота! Эта девушка поистине прекрасна.
 

(Поет.)

На мотив «Пьяному небо…»

 
Подобные брови в моем дворце
встречаю я в первый раз.
Прекрасен тончайший шелк волос
и щек пурпурный атлас.
У висков изумруды, словно цветы,
блестят и радуют глаз.
От улыбки ее падёт —
крепость в одно мгновение.
Если б на башне Гоу-цзянь [117]117
  На башне Гоу-цзянь… – Намек на известную китайскую легенду о красавице Си Ши, погубившей государство У. Правитель У, князь Фу-ча, нанес в 496 г. до н. э. поражение государству Юэ. Правитель Юэ, князь Гоу-цзянь, якобы в знак примирения послал в подарок Фу-ча красавицу Си Ши. Фу-ча так ею увлекся, что забросил все дела. Воспользовавшись этим, Гоу-цзянь напал на У; в 473 г. государство У стало владением Юэ, прекратив навсегда свое существование.


[Закрыть]
не Си Ши увидел, а вас,
Даже от мысли о ней
отрекся б он наотказ,
И много быстрей для державы его
настал бы гибели час.
 

Кто же вы, с чьей красотой никто не может сравниться?

Ван Чжао-цзюнь.Моя фамилия Ван, имя Цян, второе имя – Чжао-цзюнь. Родом я из уезда Цзыгуй области Чэнду. И мой дед, и мой отец – староста Ван – занимались земледелием. Мы, деревенские жители, не знакомы с правилами поведения при императорском дворе.

Государь.

(поет)

На мотив «Золотая чаша»

 
Я вижу, что вы подвели свои брови
столь искусно и столь красиво.
Ваши волосы на висках – как вороново
крыло
смоляного отлива.
Стан ваш изящен и гибок,
как молодая ива,
Алый румянец на ваших ланитах
играет счастливо, —
Во дворце Чжаоян не найдется достойных
покоев для этого дива. —
Вы крестьянского рода – но оттого
не стоит краснеть стыдливо.
Разделите брачное ложе со мной,
милость моя справедлива,
Словно небо, дарящее дождь конопле,
чтоб зеленела нива.
Если б в голосе лютни сегодня я
не услыхал призыва,
Ради вас я многие тысячи ли
прошел бы терпеливо,
Отыскал бы вас среди рек и гор,
и вас берег бы ревниво.
 

Почему же до сих пор вы, такая прекрасная, не смогли удостоиться моей любви?

Ван Чжао-цзюнь.Когда ваш чиновник Мао Янь-шоу впервые увидел меня, то потребовал уплаты золотом. Наша семья бедна, и денег он не получил. Тогда он испортил мой портрет, поэтому я и была отправлена в самый отдаленный дворец.

Государь (говорит телохранителю). Дай-ка мне посмотреть этот портрет.

Телохранитель подает портрет.

(Поет.)

На мотив «Пьяный, возвращаюсь домой»

 
Посланец мой лживый ни слова о ней не сказал,
и портретом обманным
Красавицу скрыл он,
прекрасную ликом и станом.
Глаза ее, чистые, словно осенние воды,
стали как яшма с изъяном,
Но пусть даже глаза
была бы она лишена,
Пусть даже была бы слепа – хоть ужасно
помыслить
о горе столь несказанном,
Все восемьсот
красавиц дворца,
Красотой превзойти не смогли бы
ту, чей портрет осквернили изъяном.
 

(Говорит телохранителю.)Передай начальнику дворцовой стража мой приказ: схватить Мао Янь-шоу и отрубить ему голову.

Ван Чжо-цзюнь.Ваше величество, мои родители остались в Чэнду и обязаны, как и другие крестьяне, платить подати. Прошу вас, ваше величество, явите милость и избавьте их от налогов. Я уповаю на ваше великодушие.

Государь.О, это нетрудно сделать.

(Поет.)

На мотив «Золотая чаша»

 
Трудом в огороде капустном бывали
натружены ваши персты.
На тыквенных грядках трудились вы
до темноты.
Сажали рис, коноплю поливали
и ткали холсты.
С любовью беру я вас ныне к себе,
ибо равной не знал красоты.
Я нынче указом родителей ваших
возвышу из бедноты,
Налоги сниму и повинности с них,
пусть исполнятся их мечты.
Во дворец Чжаоян вы войдете,
достигнете высоты,
Прославится ваш отец
мудростью и добродетелью,
Станет дом его – словно управа,
никогда кладовые не будут пусты.
О Небо! Сжалься над теми,
чьи зятья – бедны и просты,
Но горе тому, кто в тесте моем не узрит
светоча доброты!
 

Подойдите ко мне поближе и выслушайте мою волю: я жалую вам имя Мин-фей – любимой наложницы.

Ван Чжао-цзюнь. Могу ли я, ничтожная, быть достойной любви и милостей вашего величества! (Благодарит государя за оказанную честь.)

Государь

(поет)

Заключительная ария

 
О чувствах, что мною владеют,
не в силах сказать я словами.
Молю вас, молчите! Все завтра скажу я,
когда встречусь с вами
 

Ван Чжао-цзюнь.Завтра приходите пораньше, ваше величество, я буду вас ожидать с нетерпением.

Государь

(продолжает петь)

 
Завтрашний день придет,
наступит счастливый час,
И на ложе мое во дворце Чжаоян
вы возляжете в первый раз.
 

Ван Чжао-цзюнь.Хотя я, ничтожная и презренная, и удостоилась вашего милостивого внимания, смею ли я надеяться разделить с вами, ваше величество, брачное ложе?

Государь

(продолжает петь)

 
Пусть не будет в сердце у вас
даже тени испуга.
В час, когда я войду в ваш покой
и мы познаем радость в объятьях друг
друга,
Вы поверите в то, что сбылись мечты
и кончились годы недуга.
Я случайно нашел к вам дорогу сегодня,
бесценна судьбы услуга!
Но отныне тропинке в ваш дворец
не страшны ни ветер, ни вьюга.
Завтра ночью у Западного дворца,
когда затихнет округа,
Встречайте меня, своего
государя и супруга.
Я боюсь, что красавицам в прочих дворцах
останется струны на лютнях порвать
в час вынужденного досуга.
 

(Уходит.)

Ван Чжао-цзюнь.Государь возвратился в свои покои. Слуги уже запирают ворота дворца. Пойду и я, усну ненадолго. (Уходит.)

Шаньюй входит, сопровождаемый соплеменниками:

Я – шаньюй Хуханье. Вчера отправил посла ко двору Хань передать мою просьбу: пожаловать мне в жены принцессу. Ханьский государь под предлогом, что принцесса еще слишком юна, ответил отказом, и в сердце моем родилась обида. Можно ли смириться с тем, что в Ханьском дворце, где красавиц не счесть, для меня не нашлось ни одной?! Посла моего отправили ни с чем. Я хотел тут же повести своих воинов на юг в набег, но все-таки жаль нарушать мир и дружбу, столько лет царившие между нами. Посмотрим, как пойдут дела, и решим, что нам следует предпринять.

Мао Янь-шоу (входит). Я – Мао Янь-шоу. Отбирая для государя лучших девушек, я вымогал у них золото. Портрет красавицы Ван Чжао-цзюнь я нарочно испортил, и ее отправили в самый отдаленный дворец. Кто мог подумать, что государь сам увидит девушку и, узнав, почему она до сих пор оставалась в неизвестности, прикажет предать меня смерти. Мне удалось бежать, но где я найду спасение? Правда, я решил прихватить с собой портрет красавицы, чтобы поднести его шаньюю. Подговорю его потребовать в жены Ван Чжао-цзюнь, и пусть попробует Ханьский двор отказать ему! Прошло уже несколько дней, как я в пути. Вот вижу вдалеке множество людей, скакунов. Пожалуй, это стан сюнну. (Подходит.)Сотник, доложи шаньюю, что прибыл сановник Ханьского двора и просит его принять.

Воин идет с докладом.

Шаньюй.Вели ему войти. (Видит Мао Янь-шоу.)Ты кто такой?

Мао Янь-шоу.Я – сановник Ханьского двора Мао Янь-шоу. В Западном дворце нашего государя живет красавица Ван Чжао-цзюнь, равной которой не сыщешь. Когда недавно посол великого шаньюя приезжал просить вам в жены принцессу, эта Чжао-цзюнь хотела отправиться к вам, но правитель Хань не в силах был с ней расстаться и не позволил ей уехать. Я несколько раз обращался к нему с укором, говоря: «Неужели можно из-за любви к женщине утратить дружбу между двумя государствами?» Мои слова привели лишь к тому, что правитель Хань решил меня казнить. Поэтому я захватил с собой портрет этой красавицы, чтобы поднести его вам, великий шаньюй. Можно вновь отправить посла, который, предъявив портрет, потребует девушку, и вы непременно ее получите. Вот портрет. (Приближается к шаньюю и показывает ему портрет.)

Шаньюй.Могут ли на свете быть такие красавицы! Если бы она стала моей женой, я больше ничего не желал бы. Сегодня же отправлю в сопровождении отряда своего посла. В письме к Сыну Неба потребую: пусть отдаст мне в жены Ван Чжао-цзюнь. Если же не согласится – не теряя и дня, ринусь на юг, и трудно будет ему защитить свои земли. Нужно еще послать воинов, которые, как бы охотясь, проникнут за Великую стену и хорошенько разузнают, что там происходит. Так будет неплохо! (Уходит.)

Ван Чжао-цзюнь (входит в сопровождении служанок). Я – Ван Цян. Незаметно прошел месяц с тех пор, как я была удостоена милости и познала счастье. Мой повелитель очень полюбил меня и совсем перестал встречаться со своими сановниками. А сегодня мне сказали, что он отправился во дворец. Я же тем временем перед туалетным столиком причешусь и подрумянюсь. Хочу быть как можно красивей, чтобы достойно встретить государя.

Будда Сакьямуни. Шелк. XIII–XIV вв.

Пантомима: Ван Чжао-цзюнь перед зеркалом.

Государь (входит). Повстречал у Западного дворца Ван Чжао-цзюнь, и будто разум у меня отняло, словно все время пьян. Давно уже не занимался делами двора. Сегодня наконец во дворце выслушал доклады своих сановников и никак не мог дождаться, когда все разойдутся. Думал только о том, как поскорее увидеть свою возлюбленную в Западном дворце.

(Поет.)

На мотив «Цветущая ветка» в тональности «наньлюйк»

 
Дождь и росу равномерно дарит
земле небесная вышина.
На десять тысяч ли вокруг
красотой природа полна.
Чиновники служат усердно мне,
и полнится казна.
Я мог бы уснуть без тревог и волнений,
но все же не знаю сна.
Даже дня не могу прожить без той,
что мне Небом дана,
В день подобный мне кажется – плоть моя
недугом поражена.
То тревожусь о доле простого люда,
о том, как живет страна,
То грущу о прекрасных цветах
и мечтаю о чаше вина.
 

На мотив «Седьмая песня из Лянчжоу»

 
Я встречаюсь с первым министром
длинный выслушиваю доклад,
Я словно Вэнь-ван, насаждаю добро,
не страшусь никаких преград,
Но лишь уйду от Мин-фэй, тотчас
хочу вернуться назад,
Мне близок ныне Сун Юй [118]118
  Сун Юй(290–223 гг. до н. э.) – известный поэт. Его поэма «Девять рассуждений» вошла в пословицу как одно из самых грустных в древней китайской поэзии произведений.


[Закрыть],
воспевший горечь утрат.
Одежды ее, где вышиты шелком драконы,
небесный струят аромат,
Она пленительно хороша,
вся, с головы до пят.
Любые дела, что вершит она,
достойны похвал и наград.
Она развеет заботы мои,
каждому мигу, что с ней проведен,
я бываю безмерно рад.
Мы праздно бредем под цветущими грушами,
восходим на башню
и слушаем песни цикад.
Играем в «спрячем крючок» [119]119
  «Спрячем крючок»– старинная китайская игра. Играющие делятся на две партии. Один из игроков первой партии зажимает в руке крючок, а игроки другой должны отгадать, у кого он.


[Закрыть], покуда алые,
словно лотос,
свечи не догорят,
Ни изъяна в нежном и жарком теле —
В ней все совершенно!
В пять столетий – одна подобная в мире,
дивный источник услад!
Прекрасно лицо ее – тысяча слов
скажет о нем навряд.
Лишь ее одну я любить хочу —
кубок жизни едва почат!
Она как богиня: бессмертьем дарит
ее пленительный взгляд.
Любовь ее в сердце твое войдет —
ты станешь счастлив стократ,
Словно сгинет тоска, отплывут облака,
ливни отговорят.
 

(Смотрит издали.)Не хочу тревожить ее, полюбуюсь ею украдкой.

(Поет.)

На мотив «Предварительная кода»

 
Узнали красавицы, что Мин-фэй
мне более всех желанна,
И сказали в обиде, что я вожделею
к дочери мужлана.
В сумерках я слежу, как спадают
одежды с тонкого стана,
В эти мгновенья ее красота
поистине несказанна.
Бессильны слова описать ее
волосы и румяна.
Ее красота легко посрамит
цветок водяного каштана.
(Идет и встает за спиной Ван Чжао-цзюнь.)
Подхожу к вам, встаю за вашей спиной
наподобие истукана.
Вы словно Чан-э, лунная дева,
что к людям спустилась нежданно.
 

Ван Чжао-цзюнь увидела государя и почтительно его приветствует. Входят «вай» в роли министра и «чоу» в роли его помощника.

Министр

(говорит нараспев)

 
Долгие годы стою во главе
политики всей страны.
Прочный мир – в моих руках,
нелегок подобный труд.
К сожалению, я живу на одно
жалованье от казны.
И, увы, правителем нашей страны
меня люди не назовут!
 

Я – министр Улу Чун-цзун, а это мой помощник Ши Сянь. Сегодня, едва государь успел покончить с государственными делами и покинул дворец, как прибыл посол от сюнну. Он требует отдать Ван Цян в жены шаньюю. Делать нечего, придется доложить государю. Вот мы и у Западного дворца, осталось только войти. (Видит государя.)Позвольте, мой властелин, известить вас: сегодня шаньюй Хуханье прислал посла сказать, что Мао Янь-шоу преподнес ему портрет красавицы, и он требует Чжао-цзюнь себе в жены. Тогда прекратятся всякие раздоры. В случае отказа все его огромное войско двинется на юг, и невозможно будет защитить наши земли.

Государь. Я тысячу дней содержу армию, чтобы использовать в нужный час. Оказывается, напрасно у меня при дворе столько чиновников и военных – ни один не может отогнать кочевников! Все боятся мечей и бегут от стрел, никто не смеет выказать свою силу. Почему же вы хотите, чтобы женщина добыла мир?

(Поет.)

На мотив «Застава пастуха»

 
Вечно царства и падали и возникали
для бытия,
Длились войны, и не ржавело
никогда острие копья.
Всегда кормила вас казна
и милость моя.
Небесами выше людей
поставлен я.
Высоким постом и заслугами,
трусость свою тая,
Кичились вы во времена
мирного житья,
А свалилась беда – от вас ничего
не слышно, кроме нытья.
Клянча награды, пели вы
слаще соловья,
А теперь изгоняете Мин-фэй,
как злодейку, в чужие края.
Кто поможет несчастному государю,
где же его друзья?
Не осмелитесь вы прыгнуть от государя
через перила дворца [120]120
  Перила дворца. – При династии Хань некий Чжу Юнь подал императору петицию с требованием казнить недостойных сановников. Разгневанный император хотел убить Чжу Юня. Тот пытался перелезть через перила дворца, но перила обломились, и он был схвачен. В конце концов император простил Чжу Юня.
  …к дереву не прикуете себя… – Намек на историю Чэнь Юань-да из царства Цзинь, который смело выступал против несправедливых распоряжений своего государя. Когда государь велел его увести, он приковал себя к стволу дерева, и с ним ничего не могли поделать.
  …башню… чтобы небес достигала… – согласно легенде, пытался построить последний правитель царства Инь. Пример сумасбродной затеи. Чжоу-ван. – Имеется в виду Чжоу Синь – последний государь царства Инь (XII в. до н. э.), разгромленный У-ваном, который основал царство Чжоу.
  И Инь– мудрый советник Чэн Тана (1765–1760 гг. до н. э.), полулегендарного основателя династии Инь-Шан.
  Лю-хоу– титул Чжан Ляпа, верного помощника основателя династии Хань Гао-цзу (Лю-Бапа).


[Закрыть].
Вы к дереву не прикуете себя,
и Небо вам не судья.
 

Министр.Чужеземец упрекает, что вы, ваше величество, ослеплены любовью к Ван Цян, подорвали устои своей власти и нанесли урон государству. Он грозит, что если ему не отдадут красавицу, его войска двинутся на нас. Я вспоминаю князя Чжоу-вана, который, увлекшись красавицей Дань-цзи, погубил государство и сам лишился жизни. Его судьба – всем урок.

Государь

(поет)

На мотив «Поздравляем жениха»

 
Не пытался я башню такую воздвигнуть,
чтобы небес достигала,
Так не нужно мне об И Ине твердить,
что Чэн Тану помог немало,
Или о том, как рука У-вана
Чжоу-вана покарала.
Когда к источникам Желтым
направитесь вы устало,
Вы встретите там Лю-хоу,
чье имя в веках звучало, —
Не охватит ли стыд такого, как вы,
предателя и бахвала?
Всегда простиралось на вашем ложе
роскошное покрывало,
Вы вкушали тончайшие яства, вы пили
из дорогого фиала,
Вы носили одежды, сшитые
из драгоценных тканей.
Сытые кони возили вас,
и стража вас охраняла,
Вы любили танцы девушек юных,
звуки лютни и звон кимвала —
А теперь хотите, чтоб в Зеленом Кургане [121]121
  Зеленый курган– холм, который, по преданию, был насыпан над могилой Ван Чжао-цзюнь (император здесь предвосхищает события). Находился в нынешней Внутренней Монголии.
  Черная река(Хэйцзян) – река, по которой проходила граница между владениями сюниу и империи Хань.
  Хань-Синь– ближайший сподвижник основателя Ханьской империи Лю Бана, нанесший решающее поражение его сопернику Сян Юю (см. выше) возле гор Цзюлишань. Сян Юй покончил с собой.


[Закрыть]
Мин-фэй во веки веков лежала,
Чтобы в глубинах Черной реки
лютня ее замолчала.
 

Министр (говорит). Ваше величество, наши солдаты обучены плохо, и нет храбрых генералов, готовых вступить в бой с врагами. Что нам делать, если случится война? Надеюсь, что вы, ваше величество, отдадите свою возлюбленную шаньюю, чтоб спасти страну.

Государь

(поет)

На мотив «Дерущиеся лягушки»

 
Известны мужеством были герои
в минувшие века.
Один из них сумел погубить
Сян Юя, грозу большака,
И подчинить Лю Бану сумел
горы, леса, облака.
Хань Синь победил у гор Цзюлишань,
как не вспомнить про смельчака, —
За подвиги он удостоен отличий,
слава его велика.
Во всем государстве теперь не найти
толще, чем ваш, кошелька,
И не одна золотая печать
свисает у вас со шнурка.
Красновратные ваши дворцы
смотрят на все свысока,
Каждая девушка ваша танцует
легче мотылька,
Но вы боитесь, что враг придет
и крепко даст вам пинка,
И ваши пятки сверкнут перед ним
вместо клинка.
Вы безмолвны как гусь, что стрелой сражен
посреди тростника,
Молчите, кашлянуть боясь,
и кутаетесь в шелка.
А я в бесконечных раздумьях о той,
что столь нежна и кротка,
Прекрасна, молода и чиста,
словно струя родника.
Спасителя нет для нее среди вас,
бессильна моя тоска.
Вы Чжао-цзюнь ненавидите, словно она
убила родителей ваших!
Вы все во дворце – словно Мао Янь-шоу,
недостойный даже плевка!
Полководцы, чиновники у меня
не служат, а греют бока,
Все четыреста округов для них
не стоят и медяка,
Меж нами и сюнну придется ров
выкопать наверняка.
Мне не трудно в самый короткий срок
собрать большие войска,
Но нет, увы, у меня для них
достойного вожака.
 

Помощник министра.Посол сюнну ждет у ворот дворца вашего решения.

Государь.Вот как! Пусть посол сюнну предстанет предо мной.

Посол сюнну (входит). Шаньюй Хуханье прислал меня послом к императору Великой Хань. Издавна наше северное государство и ваше южное живут в мире и связаны родственными узами. Недавно мы дважды просили выдать замуж принцессу, но получили отказ. А ныне Мао Янь-шоу преподнес нашему шаньюю портрет красавицы. Шаньюй отправил меня требовать ему в жены Чжао-цзюнь, тогда прекратятся распри между нашими государствами. Если же вы, ваше величество, не согласитесь, то сотни тысяч храбрых воинов без промедления вторгнутся на ваши земли, чтобы победить или погибнуть. Полагаюсь на ваше милостивое решение.