сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 33 страниц)
Эта мысль приободрила меня и заставила ускорить шаг. Выход из Школы был уже совсем близко.
***
На улице было тихо. Плотные облака постепенно расползались, нехотя покидая небо, на котором виднелась бледная луна. Я поёжилась, выйдя за дверь и почувствовав колючее прикосновение воздуха к щекам. Вечер обещал быть морозным.
Что ж, я всё равно вернусь в Совятник, а там никакие холода уже будут не страшны.
Я поплотнее завернулась в пальто, сунула руки в глубокие карманы и побежала по дороге, ведущей в Гнездовицы. Разумеется, я была настолько сообразительной, что даже не догадалась взять перчатки. Ну и к Миртизе их, не возвращаться же теперь!
Интересно, подумалось мне, почему я так торопилась на встречу с Инем? Только ли в медальоне Милоша и в желании обсудить Штайна дело?
Конечно, только в этом, сердито осадила я сама себя и прибавила скорости.
Когда впереди показались первые домики Гнездовиц, с уютно светящимися окошками и печными трубами, из которых тянулись тонкие дымные струйки, я согрелась от бега настолько, что даже запыхалась и забыла про перчатки напрочь. Миновав несколько извилистых улочек, я выскочила к «Лисьему Хвосту», на крыльце которого сидел Инь и что-то напевал, подкидывая в воздух камушек. Увидев меня, он присвистнул и встал.
– A…a… ahoj, – тяжело дыша, выпалила я, уперевшись руками в колени.
– Ну ты даёшь, Пернатая, – уважительно сказал Ингвар, окинув меня быстрым взглядом, – неужели так не терпится на кладбище, а?
– Можно и так сказать, – коротко ответила я, – но прежде скажи: медальон бургомистра ещё у тебя?
Я решила не тянуть и побыстрее выяснить этот вопрос. Ингвар нахмурился, припоминая.
– Медальон, медальон… а, тот самый, который я у твоего ученика отобрал? Как же, у меня, лежит себе спокойно. Что, подыскала покупателя? Уважаю. Только чур, выручку пополам!
Он радостно заулыбался, но тут же сник, увидев моё угрюмое лицо.
– Вернуть его надо, – нехотя сообщила я, невольно поморщившись при воспоминании об «ученике», – так обстоятельства сложились. Я Милошу обещала.
Вор недоверчиво уставился на меня.
– Ну дела, Пернатая, – его голос прозвучал уже не так дружелюбно, – ты что же, думаешь, что я склад держу? Захотел – оставил, захотел – забрал?
– Нет, но… – я почувствовала себя очень некомфортно, развивая эту тему. Никогда раньше не доводилось упрашивать разбойника по-доброму расстаться с награбленным, – ты пойми, эта вещь очень дорога его матери. Он очень просил.
– Значит, как тебе угрожать, так он впереди всех, а как понадобилось цацку вернуть, так он умолять приполз? – хмуро подытожил Инь, в упор глядя на меня. Я развела руками: да, как-то так. И только потом сообразила:
– Так ты ещё и за меня так решил ему отплатить? Это приятно, Инь!
Щеки опять зарделись, но на сей раз от смущения. Парень вздрогнул и резко отвёл взгляд.
– Просто так совпало, – пробормотал он. Я решила не отступать:
– Так что с медальоном, вернёшь?
Ингвар помолчал, прищурившись и размышляя о чём-то.
– Верну, – ответил он, – но с одним условием.
– Каким?
Вор повернулся ко мне и сказал:
– Бесплатно ничего не бывает, Пернатая. Договоримся так: я тебе медальон, ты мне – услугу.
Я опешила. Нельзя сказать, что я не ждала чего-то подобного, но…
– Какую?
Глаза Иня будто бы подёрнулись инеем, и он опять отвёл их.
– Просто услугу, – глухо сказал он, – пока не знаю, какую именно.
– По карманам с тобой лазить не буду и не проси! –решительно заявила я, – всё в пределах разумного!
Ингвар издал короткий и какой-то совсем невесёлый смешок. Я недоуменно нахмурилась. Неужели он так не хочет возвращать медальон? Но тут, к моему облегчению, вор запрокинул голову и расхохотался:
– Да не буду я тебя заставлять делать ничего такого, успокойся! Я друзей ни во что не втравливаю, привычки такой нет. Так что, по рукам?
– По рукам! – обрадовалась я, – а мы что, друзья?
Ингвар лукаво посмотрел на меня:
– А ты что, меня врагом считаешь?
– Конечно, нет, – рассмеялась я. Инь просиял:
– Ну и всё, значит. Медальон с Делей передам, она рот на замке держать будет. Так что, может, заскочим ненадолго в «Хвост», а? Я голодный, как Анфилий, твоя записка меня буквально из-за стола выдернула.
Я заколебалась. Парня было жалко, но время неумолимо летело, тая, как снежная пыль на сапогах. Мы и так заболтались.
– На обратном пути поешь, – вздохнула я, – нам надо поторопиться.
Инь глубоко вздохнув и смиренно склонил голову:
– Веди.
***
Дорогу до кладбища с гробницей Гризака я помнила хорошо – даже, пожалуй, слишком. Она не раз виделась мне во снах – тех самых, где всё случившееся семь лет назад оканчивалось хорошо. Взрыв-порошок не срабатывал. Вход в гробницу был завален каменными плитами. На её месте зиял бездонный провал. Я видела сотни вариантов одной и той же истории, но неизменным был лишь финал.
Мы с Маришкой благополучно возвращались в Совятник, и спокойная жизнь продолжалась.
Я шумно втянула воздух, украдкой утирая увлажнившиеся от слёз глаза, и остервенело сказала:
– Почти пришли.
Гнездовицы остались за спиной, и перед нами стелилась дорога, пересекающая снежное поле на пологом склоне горы. Её основательно припорошило снегом, на котором виднелось только несколько цепочек следов: две человеческих и три ещё чьи-то, то ли заячьих, то ли мелких йорму.
– Впереди развилка, – сказал Инь, вглядываясь в начавший сгущаться сумрак. Я прищурилась:
– Ага, точно. Там будут две тропинки. Левая ведёт к Чёрному Урочищу, а нам нужна правая. Вот Анфилий, кажется, скоро станет совсем темно, а я даже паршивого «светлячка» сотворить не смогу! Неужели придётся возвращаться?!
Вдобавок к перчаткам, я благополучно забыла и о фонарике. Досадливо цыкнув, я ожесточенно отбросила со лба прядь и рванулась назад. Ингвар удержал меня за плечи.
– Не так быстро, Пернатая, – усмехнулся он, – даром я с собой, что ли, эту штуку таскаю?
Он сунул руку за пазуху и вытащил небольшую складную кристальную лампу{?}[светильник, работающий на заряженных магией кристаллах. Заряда обычно хватает на пять-шесть дней, потом требуется подзарядка у мастера. Чтобы активизировать лампу, нужно нажать на специальный рычажок в её основании].
– Не Анду знает, что, – спокойно сказал он, – но, думаю, подойдёт. Эй, ты чего?
Я подпрыгнула от восторга и стиснула его в объятиях. Ингвар аж шарахнулся от такого бурного проявления чувств, а я, вовремя опомнившись, так же быстро отскочила от него и смущённо пробормотала:
– Ну ты… это… извини…
Инь помедлил с ответом. Он очень странно посмотрел на меня, зачем-то схватился за горло и сказал:
– Да ничего, бывает. Я уж думал, задушить хочешь. Ладно, пошли, если хочешь побыстрее вернуться.
До развилки мы дошли в молчании, как будто после моего неожиданного выплеска эмоций между нами что-то надломилось. Инь больше не поддерживал беседу и только смотрел себе под ноги, словно напряжённо размышляя о чём-то. Я же терзалась этим молчанием и пыталась придумать, с чего начать разговор о Стефане. Не хотелось сразу вываливать на Иня всё, что надумала, но и адекватной начальной фразы на ум не приходило. Вместо неё в голову лезли какие-то глупости. Вот Анфилий, надо было сразу в письме дать намёк на то, о чём хочу поговорить.
Ингвар невольно пришёл мне на помощь. Он откашлялся и сказал:
– У тебя такое лицо, будто тебя ещё что-то гложет.
– Мысли читаешь? – с благодарностью отозвалась я. Инь неопределённо дёрнул плечом и усмехнулся. Я глубоко вздохнула и начала рассказ, начав с происшествия в кабинете астрономии. Поначалу получалось не очень, нужные слова находились не сразу, но заинтересованное лицо друга и его приободряющие кивки помогли. Когда я описала то, что устроил голем, Инь, до этого внимательно слушавший, хмыкнул:
– Будь я Пернатым, никогда бы к вам учиться не пошёл. Лучше уж недоучкой стать, чем гуляшом после стычки с таким вот монстром. Кто там у вас ещё по коридорам бегает? Горные тролли?
– Да ну тебя, – слегка обиделась я за Совятник, – такого никогда не было! И Стефан думает, что в том, что голем ожил, может быть моя вина!
Ингвар резко затормозил и изумлённо уставился на меня:
– Как?! Ты же… – он запнулся и неопределённо покрутил рукой в воздухе.
– Да! - вспыхнула я, - Именно! Не способна колдовать! Спасибо за тактичность. Он, видимо, забы об этом, сказал, что это может быть... как же там было... побочный эффект проклятия! А он… – я задохнулась от негодования. Инь промолчал, но посмотрел на меня так сочувственно, что я выложила ему абсолютно всё, что думаю о Штайне, в красках расписав и свои подозрения, и упомянув то, что узнала про него.
С каждой моей фразой Ингвар становился всё мрачнее. Я же стремительно неслась вперёд в своём рассказе.
– Некромантия, Инь! Вдруг это не просто совпадение? И потом, что это ещё за Академия Вервальт? Ты о ней что-нибудь слышал?
– Нет, – покачал головой парень. Мы уже никуда не шли, встав на самой развилке, но я не особо уделяла этому внимания. Нужно было выговориться, и почему-то именно только с Инем я не чувствовала себя идиоткой, делясь своими мыслями. Как будто ему я могла сказать всё, что угодно, и он бы меня понял и поддержал.
– Уж извини, – тем временем развел руками вор, – как-то не довелось в жизни поинтересоваться этими вашими магическими школами. Ты же знаешь, я только ваш Совятник ограбить хочу.
Я прыснула. Иню всегда удавалось разрядить обстановку.
– И что ты думаешь? – спросил он, – про этого вашего Штайна?
– Да, Агнесса, мне это тоже хотелось бы узнать, – услышала я голос, от звука которого на макушку словно обрушился ледяной поток.
Снежные сумерки разогнало солнечно-жёлтое сияние. В широко раскрытых глазах Ингвара отразилось два огненных круга. С трудом преодолевая стремительно сковавший движения ужас, я повернулась.
Из прорезываемого золотистыми молниями пламенеющего круга, возникшего в воздухе позади нас, на снег шагнул Стефан Штайн, держащий в руках алую сферу. Она потрескивала и пульсировала, как живое сердце.
Мы с Инем невольно сделали шаг назад, а Штайн, выйдя за пределы круга, небрежно отбросил сферу. Описав ровный полукруг, она упала в снег и зашипела, как раскалённый уголь, на который брызнули водой, и стала быстро меркнуть. Это был какой-то артефакт, но мне было совершенно не до его определения.
Штайн щёлкнул пальцами, вызвав целый табун «светлячков». Они закружились вокруг него, бросая отблески на его лицо. Я сглотнула и поняла, что дело плохо. Никогда ещё я не видела у Стефана такого выражения: плохо сдерживаемая ярость, горящая в глазах и искажающая черты.
Ингвар молча потянул меня вбок и встал впереди, отгораживая от Штайна.
– Ты что делаешь, – сдавленно прошептала я, пытаясь высунуться из-за его спины, – ты же не колдун, а он…
Ингвар вытянул руку и мягко, но настойчиво задвинул меня обратно.
– А я не могу тебя просто так оставить, – услышала я его спокойный голос.
========== Глава 20 ==========
Стефан кинул мимолётный взгляд на Иня. Возможно, это была иллюзия от порхающих вокруг «светлячков», но мне показалось, что на его лице на миг отразилось презрение.
– Я хочу поговорить с панной Мёдвиг, – его голос звучал размеренно, но в каждом слове мерещился ледяной кинжал, – советую вам отойти в сторону, пан.
Инь вскинул голову, но отходить не спешил.
– Почём мне знать, что вы не причините Агнешке вреда?
Теперь я была точно уверена: лицо Стефана стало изумлённым, и даже глаза расширились чуть больше, чем обычно.
– Зачем мне это делать? – слегка нараспев спросил он, – я просто хотел задать ей один-единственный вопрос.
Он перевёл взгляд на меня, выглядывающую из-за плеча Иня, и громко сказал:
– Зачем вам понадобилось моё личное дело, Агнесса?
Я охнула. Он знает?! Откуда?
– Госпожа директор сообщила мне, – ответил Штайн на мой невысказанный вопрос, – ну? Что такого вы там обнаружили, раз снова сбежали из Школы? Хватит прятаться за спиной этого субъекта, выйдите и давайте поговорим лицом к лицу!
Плечи Иня дрогнули. Я увидела, как сжались его кулаки и перепугалась ещё больше. Стефану ничего не стоит распылить его за секунду – в этом я была твёрдо уверена. Интересно, как он меня отыскал? И тут же едва не хлопнула себя по лбу и украдкой сунула руку в карман. Нащупала там гладкий камушек. Змеевик, который он мне дал! Ну, конечно же! Скорее всего, он содержит в себе какое-нибудь плетение-маячок.
Я сглотнула тугой комок в горле, собрала остатки растоптанной воли в кулак и вышла из-за спины Ингвара.
– Агнешка!
Он попытался удержать меня, но я поднырнула под его рукой и замерла напротив Штайна. Тихо сказала, надеясь, что услышит только Инь:
– Не бойся за меня. Всё будет хорошо.
Из-за спины донёсся тяжёлый вздох. Похоже, меня услышал и Стефан, потому что он вздёрнул бровь и сложил руки на груди.
– Я слушаю, Агнесса, – спокойно сказал он.
Я отогнала подальше неуместный образ строгого преподавателя, ожидающего ответа на редкость тугоумной студентки, и дерзко ответила:
– По-моему, это вам лучше рассказать мне всё.
Стефан нахмурился:
– О чём вы?
Я вытянула здоровую руку вперёд и принялась загибать пальцы:
– Шкаф. Ряденик. Голем. Не так давно вы обвинили меня в том, что я могу быть сама виновата во всех этих бедах.
– Я не… – попытался перебить меня Штайн, но я повысила голос, почувствовав какой-то невообразимый прилив смелости. Как совёнок, впервые вылетевший из родительского гнезда на свою первую охоту.
– Но я хочу взглянуть на эти случаи с другой стороны. Вы тоже присутствовали там. Каждый раз. Да, в комнате со шкафом я была одна, но вы появились после его падения слишком быстро. Будто бы ждали где-то неподалёку.
– Агнесса, вы несёте какой-то анфильев бред! – взорвался Стефан. Я ахнула от удивления, впервые услышав от него подобное выражение, но быстро взяла себя в руки и прищурилась:
– Бред? Как по мне, всё вполне логично! Не менее логично, чем ваши обвинения.
– Да с чего вы вообще взяли, что я вас в чём-то обвинял? – взорвался Штайн, – по-моему, у вас слишком буйная фантазия. Или…
Он перевёл глаза за мою спину. Мне даже не пришлось поворачивать голову: я услышала скрип снега, увидела движение тени и поняла, что Ингвар не стал прятаться и вышел вперёд, встав бок о бок со мной.
– Или это вам внушил этот тип? – протянул Стефан, махнув рукой в сторону Иня. Я покосилась на друга: тот шутливо отсалютовал Штайну и незаметно подмигнул мне. На душе сразу потеплело.
– Конечно, добрый пан! – весело сказал Ингвар, – я ночами не сплю, всё думаю, как Агнешку извести.
Я фыркнула, но Стефана было не так легко сбить с толку. Теперь он держал ладони лодочками, одна над другой, а между ними формировалось, вращаясь, какое-то новое плетение, ярко-пурпурного цвета. Улыбка сошла у меня с лица: я почуяла неладное.
– Инь, – сдавленно просипела я, – беги.
– Вот ещё! – возмутился он, – мне теперь самому любопытно посмотреть, что будет.
– Скажите, панна Мёдвиг, – вкрадчиво обратился ко мне Штайн и сделал шаг вперёд. Мы с Инем, не сговариваясь, отшатнулись, – что вы вообще знаете о своём приятеле?
– Достаточно, – отрезала я, – чего не могу сказать о вас. Есть ещё один вопрос…
– То есть, вы готовы поручиться, что он не причастен к тем случаям, что вы перечислили? – продолжил гнуть свою линию Стефан, не обращая внимания на мою реплику. Я поперхнулась от негодования:
– Конечно! Инь тут вообще не при чём!
Ингвар послал мне взгляд, в котором я увидела благодарность, и я ободряюще улыбнулась ему.
– Как ваше полное имя? – вдруг громко спросил Штайн. Мы с Инем озадаченно переглянулись, и я гневно рявкнула:
– Это тут вообще при чём?
– То есть, вы не знаете, – со злорадным – как мне показалось – удовлетворением констатировал Стефан. Мне немедленно захотелось швырнуть в него чем-нибудь тяжёлым, но всё, что я могла на данный момент – стоять и чувствовать, как внутри ворочается, закипая, обжигающая ярость.
Левая рука заныла от нарастающего приступа боли. Я даже не поморщилась. Мне было плевать.
– Панек, по вашим словам. Дагмара Крейнц передала мне. Я навёл справки – никакого Ингвара Панека в Златой Роще и окрестностях нет и никогда не было, – Штайн в упор глянул на моего друга, – зато есть некий Ингвар Гесс. Он объявился в Роще год назад, но никто точно не знает, откуда. И этот непонятный тип вдруг начинает усиленно с вами общаться и явно набивается в друзья.
Он сделал паузу и пояснил:
– Я достаточно быстро раздобыл все эти сведения, на это даже не ушло много времени. Неужели вы ни разу не поинтересовались подноготной этого вашего приятеля? Что сейчас скажете?
– Скажу, что это не ваше анфильево дело! – в лютой ярости заорала я, не сдержавшись, – я могу общаться, с кем захочу! Зачем вы вообще полезли туда, куда вас не звали?
