Текст книги "История моей жизни (ЛП)"

Автор книги: Люси Скоур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 32 страниц)

Глава 7. Небольшое дружеское жульничество

Хейзел

Даже с травмой головы я бы точно смогла пройти четыреста метров до центра Стори-Лейка. Это было из разряда «моргни и пропустишь» – два квартала по большей части пустых витрин и парковок. Небольшой выжженный солнцем парк разделял площадь посередине. Похоже, тут отсутствовала обязательная для маленьких городков беседка.

Но я была слишком занята мужчиной за рулём.

Это должно что-то значить. Не успела я пересечь границу города, как уже встретила мужчину, который ответственен за моё пребывание здесь. Конечно, возможно, тот факт, что я чуть не размазала белоголового орлана своей машиной, тоже что-то значил. Но я выбирала фокусироваться на более привлекательной, ворчливой и мускулистой стороне вопроса.

– Так сколько у тебя братьев? – спросила я.

– Что? – рявкнул Кэм.

Я показала на логотип «Братья Бишопы» на его футболке.

– У тебя фамилия Бишоп. Я предположила.

– Два, – сказал он так, будто надеялся, что я откажусь от попыток завести светскую беседу.

«Ха. Тут тебе не повезло, дружок». Хоть нравится ему это, хоть нет, Кэмпбелл Бишоп стал моей временной музой, и я собиралась выжать из него максимум.

– Ты старший? Ты похож на старшего. Ты прожил здесь всю свою жизнь? – спросила я.

Он буркнул, будто это считалось приемлемым ответом.

Я заметила на приборной панели потрёпанную книжку в мягкой обложке.

– Ты читаешь? – с надеждой спросила я. Герои, которые любили книги, по моему скромному мнению, были ещё сексуальнее.

– Ты спрашиваешь меня, умею ли я читать?

Я показала на полицейский детектив с загнутыми уголками страниц.

– Я спрашиваю, получаешь ли ты удовольствие от чтения.

– Прямо сейчас я ни от чего удовольствия не получаю, – сказал он.

Я устроилась обратно на своём сиденье, чтобы перегруппироваться. Мои навыки светских бесед заржавели, но мне необходимо было выпытать из этого мужчины как можно больше информации, чтобы смазать шестерёнки вдохновения.

Кэм управлялся с грузовиком так, будто он был рождён для того, чтобы водить очень крупную технику с большим количеством лошадиных сил. Как будто машина была каким-то продолжением его тела. И что это за тело. Он носил серую футболку с логотипом «Братья Бишопы», которая облегала вполне себе славную территорию. Его джинсы были поношенными в манере, которая так и говорила «я делаю мужскую работу, и мне потребовались годы, чтобы мои мускулистые бёдра разносили этот деним».

Радио, пока он его не выключил, было настроено на какую-то живенькую станцию кантри-музыки.

Вопреки непростому началу и пульсации в моём лбу, у меня складывалось чувство, что всё определённо налаживается. В своей голове я уже отправляла Книжного Кэма на помощь нашей застрявшей героине. Конечно, Книжная Героиня… хмм, давайте для простоты назовём её Хейзел. Да, Книжная Хейзел не стала бы сбивать национальную птицу прямо в воздухе. Это не подходит для милой первой встречи. Это скорее катастрофа. Но рана головы сгодится. Кому не понравится пострадавшая героиня и ворчливый герой, играющий в доктора?

Может, растяжение лодыжки будет сексуальнее? Меньше крови, и Книжный Кэм мог носить её на руках с помощью своих гигантских мышц.

– Вернись на землю, – рявкнул Реальный Кэм, помахав рукой перед моим лицом.

Я вынырнула из своего фантазийного мира.

– А? Что?

– Не обращай на неё внимания. Она вечно частично отключается, – сказала Зои с заднего сиденья. – Он спросил, какие дела, помимо нападения на орлана, привели нас в Стори-Лейк.

Книжный Кэм определённо приятнее Реального Кэма.

– У нас встреча с мэром, – заносчиво сказала я.

Кэм усмехнулся, но ничего не сказал.

– Это какая-то заброшенная площадка для съёмки фильмов, да? – потребовала Зои. – Где все?

Я переключила внимание от бурлящего креатива и осмотрелась по сторонам. Она права. Не считая пары белок, бегавших вверх и вниз по стволам деревьев в парке, других признаков жизни не было.

– Неа, – сказал Кэм.

Рокот двигателя грузовика маскировал тишину. Я нахмурилась.

– Мне сказали, что «кипящий жизнью центр города» – это магнит для туристов.

Наш недобровольный герой хрюкнул.

– Кто, чёрт возьми, скормил тебе такое?

Прежде чем я успела ответить, кое-что более интересное привлекло его внимание, и он ударил по тормозам посреди улицы.

Мужчина вытащил лестницу и длинную белую трубу из-под зелёного навеса перед кирпичным зданием. На окнах золотыми буквами было написано слово «Универмаг». Собака размером с медведя сидела на тротуаре, махала пушистым хвостом из стороны в сторону как метроном восторга, а другая собака поменьше, не такая мохнатая, следовала за мужчиной по пятам.

Кэм высунулся из окна.

– Проблемы?

Мужчина с лестницей покачал головой и показал пластиковой трубой на провисшее место в навесе.

– Неа. Рыбья голова.

Собака поменьше жизнерадостно тявкнула, что привлекло внимание крупного пса, и тот поковылял по бетонным ступеням вниз, чтобы присоединиться к компании на тротуаре.

Зои ткнула меня в плечо, и я повернулась на сиденье. «Рыбья голова?» – спросила она одними губами.

Кэм выбрался из машины, оставив дверцу открытой. Будь мы в Нью-Йорке, то не прошло бы и четырёх секунд, как мусоровоз или курьерский фургон снёс бы эту дверь с петель. Но здесь, в «кипящем жизнью центре города», в пределах видимости не было ни одной другой машины.

– Признаюсь. Мы начали не лучшим образом, – сказала я, наблюдая, как Кэм немедленно подвергся атаке радостного приветствия обеих собак. – Но у меня хорошее предчувствие.

– Я рада, что хоть у кого-то оно хорошее, – сказала Зои.

Кэм перешагнул собак и попытался взять лестницу у мужчины. Это привело к громкой дискуссии с большим количеством показывания пальцами. Более крупный, похожий на медведя пёс попытался забраться на лестницу первым, отчего оба мужчины заорали:

– Мелвин!

– Хейз. Детка. Это апокалипсис. Мы разрушили приветственный знак на въезде в город и потом ввязались в стычку с нашей национальной птицей. Ты запачкала свой любимый свитер кровью из раны, которую нанесла тебе птица/рыба. Я насчитала всего шесть витрин с товарами, а наш водитель орёт на парня из универмага так, будто их вражда длится десятки лет.

– Каждой хорошей истории нужен конфликт, – настаивала я.

Кэм отбил у мужчины и собаки права на подъём по лестнице и с хмурой гримасой приставил эту лестницу к краю навеса. Другой мужчина передал длинную пластмассовую трубу, и наш местный герой с её помощью столкнул рыбью голову с ткани. Она приземлилась на бетон с неопрятным шлепком.

Пёс-медведь накинулся на рыбью голову.

– Проклятье, Мелвин, – сказал другой мужчина, оттаскивая массивного пса назад за ошейник. Пёс поменьше, похоже, уснул на солнышке посреди тротуара.

Кэм слез обратно, сложил лестницу и понёс её поверх спящей собаки и по ступенькам к входной двери. За всё это время он не сказал ни слова своим зрителям.

– Теперь ты хочешь накормить меня пудингом? Может, помоешь меня губкой? – пожаловался мужчина, всё ещё державший пса, когда Кэмпбелл вернулся.

– Если я говорил тебе сто раз, то я знаю, что Гейдж говорил тебе тысячу. Чёрт, даже Леви, наверное, сказал раз или два, а ты знаешь, как сильно он ненавидит открывать свой рот. Не лезь на бл*дскую лестницу, – сказал Кэм, ткнув мужчину пальцем в грудь.

Пёс-медведь ликующе гавкнул, разбудив второго пса, который дрых как лежачий полицейский. Он вскочил и испустил пронзительный вой.

– Заткнись, Бентли! – рявкнули оба мужчины.

– Мы вот-вот станем свидетелями драки? – спросила Зои, немного оживившись.

– Не психуй, Кэм. Я не детсадовец, чёрт возьми, – сказал мужчина постарше, отталкивая руку Кэмпбелла. – Я прекрасно способен сделать всё то дерьмо, на которое вы, занозы в заднице, считаете меня неспособным.

– Один звонок, и твоя задница окажется дома в кресле, – пригрозил Кэм.

Мужчина постарше прищурился.

– Ты не посмеешь.

– А ты попробуй. Вот увижу тебя на этой лестнице, и сам примотаю тебя изолентой к креслу, – предупредил Кэм.

Второй мужчина провёл ладонью по бороде. Он посмотрел в сторону грузовик.

– Представишь меня своим друзьям?

– Неа.

И с этими словами Кэм потопал обратно к грузовику.

– Увидимся за завтраком, – сказал мужчина на тротуаре, когда Кэм переключил передачу и надавил на педаль газа.

– Ага.

– Твой друг? – спросила я.

– Нет.

– Заклятый враг? – попробовала я ещё раз.

Кэмпбелл сердито смотрел через ветровое стекло.

– Он мой папа.

– Вы двое, похоже, близки, – пошутила Зои с заднего сиденья.

– Симпатичные пёсики, – сказала я. – Они принадлежат твоему папе, с которым у тебя явно какая-то затяжная вражда?

– Не надо было вставать с кровати сегодня утром, – пробормотал Кэм.

– А какая кровать? Кинг сайз? Ты выглядишь так, будто предпочитаешь кинг-сайз. Я определённо куплю матрас кинг-сайз, если для него найдётся место. Ну и пространство в шкафу, о котором только мечтать можно, – болтала я.

Я всё ещё пыталась найти подходящие темы для разговора тридцать секунд спустя, когда наш ворчливый водитель резко остановил свой грузовик у обочины. Мы проехали аж два квартала от универмага.

– Выходите, – приказал он.

Зои не надо было повторять дважды. Она выпрыгнула с заднего сиденья так, точно оно было переполнено птицами, пожирающими рыбьи головы.

Я ещё не была готова расстаться с Мистером Вдохновение. Что, если я не смогу найти его в городе? Что, если наши пути больше никогда не пересекутся?

– Спасибо, что подвез… и за шоу… и за первую помощь, – сказала я, потрогав пластырь на лбу.

Он буркнул, всё ещё глядя прямо перед собой.

– И извини за орлана, и за приветственный знак, и за то что заставили тебя играть в таксиста.

На сей раз он выразительно посмотрел на часы на приборной панели.

– Наверное, я не буду тебя задерживать, – я отстегнула свой ремень безопасности и начала медленно собирать свои вещи.

– Хейзел?

Я прекратила свои занятия и подняла на него взгляд.

– Да?

– Если тебе что-то понадобится до твоего отъезда отсюда… – эти зелёные глаза сжигали меня как изумрудный огонь.

– Да? – с придыханием произнесла я.

– Мне не звони.

– Ха-ха. Ты один из тех смешных, галантных парней, не так ли?

– Я не отношусь ни к тем, ни к другим.

– Тогда каким бы ты себя назвал? – настаивала я.

– Опаздывающим, – выразительно ответил он.

Зои постучала в окно, выдёргивая меня из моего ступора.

– Ээ, Хейз? Ты уверена, что это то самое место? – спросила я.

Я впервые посмотрела на здание, перед которым мы остановились.

– Ой-ёй.

– Это адрес, который вы мне дали, – настаивал Кэм, словно я обвинила его в том, что он похитил нас и бросил в лесу.

Проигнорировав его, я выбралась из грузовика и посмотрела на чудовище передо мной: Дом 44 по Тупиковой улице. Номер на калитке частично скрывался разросшимися лозами. Перед шатким заборчиком и переплетением сорняков, которое здесь заменяло газон, возвышался трёхэтажный ветхий дом вырвиглазного лососёвого цвета.

– Ты что наделала, Хейзел? – спросила Зои, когда мы встали плечом к плечу.

– Я уезжаю, – крикнул Кэм через открытое окно грузовика позади нас.

– В объявлении аукциона всё выглядело не так, – настаивала я.

– Это выглядит как дом с привидениями, в который никто не пускает своих детей просить «сладость или гадость», – заметила она.

Вспомнив про бумаги, я похлопала по сумке и выудила папку.

– Видишь? Посмотри сюда. Стиль тот же самый, окна и двери на том же месте, но фотографии не кошмарны и не ужасают.

Резкий свист пронзил тишину. Я услышала, как Кэм позади нас выругался и заглушил двигатель. Мы повернулись и увидели небольшую группу мальчиков-подростков, которые бежали по тротуару в нашу сторону.

– Нас вот-вот затопчут? – вопрошала Зои. – Это какой-то обряд посвящения через топтание, свойственный для этого маленького городка?

На мальчиках были футболки с надписью «Стори-Лейк Кросс-Кантри».

(«Кросс-кантри» обычно означает бег или гонки по пересечённой местности, люди могут как бежать, так и ехать на велосипедах, – прим)

– Я так не думаю.

Парень впереди группы остановился перед нами и протянул руку.

– Хейзел Харт, я так понимаю?

Он был всего на два-пять сантиметров выше меня, долговязый, с большими ступнями и ногами как у газели. У него была тёмная кожа, коротко стриженные курчавые чёрные волосы и очки.

– А ты? – спросила я, слегка потрясённая, и пожала ему руку.

– Дариус Оглторп, – его полная зубов улыбка была бы очаровательной, если бы не осознание, что меня облапошил подросток.

– Это ты мэр?

– И мэр, и риелтор, – гордо объявил он. – Добро пожаловать в Стори-Лейк.

Зои скрыла смех за кашлем.

– Да ты, должно быть, издеваешься. Ты же ещё школу не закончил, – сказала я.

– Я в выпускном классе. Ну, буду, когда начнутся занятия, – объяснил он. Мой ужас его как будто не смущал.

– Мы по всему городу агитировали за его избрание, – гордо сказал один из вспотевших мальчиков позади него.

– Что, чёрт возьми, ты натворил на этот раз, Дариус? – потребовал Кэм, присоединяясь к нам на тротуаре.

– О мой Бог. Он не шутит, – осознала я.

– Прекрасная и проницательная мисс Харт только что купила Дом Сердца, – бодро объявил Дариус. – И получила себе место в городском совете.

– Погодите-ка минутку, – сказала я.

– Да бл*дь, – рявкнул Кэм.

У меня складывалось впечатление, что моё проживание в Стори-Лейк представляло для него личное оскорбление.

– Мы согласились, что нам в городе нужна свежая кровь, так что я это организовал, – сказал Дариус, показывая на меня. Его четыре друга рьяно закивали.

– Ты не можешь тупо продавать место в городском совете, – сказал Кэмпбелл, стискивая зубы, отчего впадины на его щетинистых щеках стали глубже.

– Или дом с изображениями, сгенерированными нейросетью, – вклинилась Зои, показывая на мои распечатки объявления.

– Изображения выглядели отлично, не так ли? – сказал Дариус, выдавая ямочку на щеке при улыбке. – Моя младшая сестра работала над ними целую неделю между подработками диджеем. Я Дариус Оглторп, между прочим.

Зои пожала ему руку.

– Зои «Я надеру твою подростковую задницу, если ты обманул мою подругу» Муди.

– Ну разве плохо немного жульничества между друзьями? – нервно пошутил Дариус.

Кэм выхватил бумаги из моей руки и просмотрел их. Я никогда прежде не слышала, чтобы взрослый мужчина действительно рычал. Я множество раз писала это в тексте, но услышать это в реальной жизни было новым и волнительным опытом.

Зои пихнула меня локтем.

– Вау. Теперь я понимаю. Рычание – это горячо, – сказала она, едва шевеля уголком рта.

– Говорила же, – прошептала я в ответ.

Дариус повернулся к своим друзьям.

– Вы, ребята, идите дальше. Я покажу нашей новой и самой известной жительнице её дом. А потом догоню вас для спринта.

– Увидимся, Д.О., – сказал высокий долговязый парнишка, чья кудрявая стрижка маллет сдерживалась повязкой от пота. Он показал нам какой-то подростковый знак из пальцев.

– Увидимся, дамы. Надеюсь, мы будем видеть вас часто, – сказал паренек пониже. Это сопровождалось подмигиванием и проблеском брекетов.

Они трусцой побежали дальше по тротуару.

Я повернулась к Дариусу и потёрла виски.

– Итак, ээ, как старшеклассник стал риелтором и мэром?

– Он жутко умный, а у нашего города хреновый устав, – сказал Кэм, возвращая мне бумаги и сердито глядя на вышеупомянутого жутко умного подростка.

– Что я могу сказать? В плане IQ меня не обделили. Но в отличие от моих одарённых сверстников я решил развивать свою профессиональную карьеру, а не свою академическую карьеру. Устав города четко утверждает, что любой в здравом уме может участвовать в избирательной гонке, как только достигнет возраста 16 лет, – сказал он, ведя нас к покосившимся воротам. Он хорошенько пнул их и открыл защёлку. – Не хочу хвастаться, но я победил с большим отрывом.

Он взмахнул рукой в витиеватом жесте, показывая мне входить в заросший сад.

– У тебя не было оппонентов, – подметил Кэм.

– Путь наименьшего сопротивления, друг мой, – сказал Дариус, хлопнув его по плечу в одном из тех жестов мужчина-мужчине. Его внимание вернулось ко мне, и он развёл руки в стороны. – Ну, что думаете о вашем новом переднем дворе?

Я осмотрелась. Неровная дорожка из песчаниковых плит. Бесформенные кустарники, колючие заросли, облезающая бирюзовая краска на досках крыльца.

– Это цветы или сорняки? – спросила Зои, отдирая чертополох от своих брюк.

– Зацените. Это цветущие сорняки. Разве не здорово? Предыдущие владельцы ценили ландшафтный дизайн, не требующий особых усилий. Так откуда вы знаете моего приятеля Кэма? – спросил Дариус, когда мы поднялись на ступени крыльца.

У меня сложилось ощущение, что он пытается отвлечь меня от того, какой скрипучей была древесина.

– Она и не знает, – сказал Кэм, удивив меня тем, что положил эти большие ладони на мои бёдра и отвёл меня в сторону от треснувшей и прогнувшейся ступеньки.

От физического контакта я утратила всякий ход мысли.

– Они вместе поиграли в доктора, – сказала Зои.

Дариус поиграл бровями.

– Что ж, учитывая вашу профессию, мисс Харт, надеюсь, вы везде находите вдохновение.

У этого парня были откровенно президентские навыки ведения светских разговоров.

– Ты себе не представляешь, – пискнула я, нормально встав на крыльцо.

Кэм прищурился, я так понимаю, выражая тем самым какое-то прищуренное мужское осуждение.

Я медленно повернулась по кругу. Всё было не идеальным. Клумбы были полны скелетных останков мёртвых растений. Некоторые половицы покорёжились. А паутины на карнизах были такими агрессивными, что выглядели как декор к Хэллоуину.

Но было тут что-то, что я не совсем могла уловить. Личность, характер, как леди, миновавшая свой расцвет, но отказывавшаяся уходить без боя… что бы там ни было, мне это нравилось.

У меня в голове промелькнул образ начинающей с нуля героини, стоящей ровно на моём месте, чувствующей ровно то же самое, что и я, и по моим рукам побежали мурашки.

– Почему она улыбается? – пробормотал Кэм.

– Потому что её мозг работает не так, как наш, – с нежностью объяснила Зои.

Я повернулась. Зои и Кэм стояли плечом к плечу, скрестив руки на груди. Он свирепо хмурился. Она выглядела так, будто её вот-вот опять стошнит.

– Проблемы? – с вызовом спросила я.

– Неа, – мудро ответила Зои.

– Да. Есть тут одна, ростом метр семьдесят и с бредовыми идеями, – ответил Кэм.

Теперь уже пришёл мой черёд скрестить руки на груди.

– Тебе разве не надо пойти в другое место и злиться на кого-то другого?

– Я никуда не пойду, пока кто-нибудь не объяснит, что именно здесь происходит.

– Да это не так уж сложно понять. Я купила этот дом. Я теперь живу здесь.

– Давай не будем спешить, – перебила Зои. – Этот дом выглядит так, будто от одного чиха провалится в бездну ада, ждущую под ним.

– Не забывайте. Вы купили не только дом, вы купили ещё и место в городском совете, – сказал Дариус, приподнимая очки на носу.

– Ах да, – я до сих пор не была уверена, что это подразумевает. Я была скорее отшельническим интровертом, так что вступление в комитеты и советы выходило за пределы моего опыта. Но готова поспорить, что моя героиня посчитала бы это необходимым для развития её персонажа.

– Видишь ли, вот эта часть мне явно послышалась, – сказал Кэм.

– И это у меня тут травма головы? – сказала я уголком рта, обращаясь к Дариусу.

– Я понимаю, почему это важный для тебя вопрос, Кэм, – сказал Дариус. – И то, что беспокоит моих избирателей, то беспокоит и меня. Почему бы нам не прогуляться по саду и не поговорить, пока мисс Харт осматривается?

– Ты не можешь просто продать место в городском совете, – сказал Кэм.

Дариус одарил меня ослепительной улыбкой.

– Вам нет нужды оставаться здесь и слушать всю эту бредятину про статьи городского устава. Вы идите вперёд, осмотритесь внутри, а я вас догоню, – он потянулся под свою футболку кросс-кантри и вытянул старый медный ключ на цепочке. – Он существует в единственном экземпляре, так что не потеряйте.

Что-то похожее на призрак предвкушения пробежало по моим венам, когда мои пальцы сомкнулись вокруг металла.

– Пошли, Зо, – окликнула я через плечо.

– А теперь, Кэм, – дипломатично начал Дариус, когда я направилась к арочным двойным дверям, покрашенным не самой лицеприятной выцветшей коричневой краской. – Я знаю, что ты знаком с нашим городским уставом. Но я понимаю, что некоторые более длинные секции могли ускользнуть от твоего внимания. Например, согласно пункту 13.3 (в) в случае смерти члена городского совета житель, избранный покойным членом, может выполнять его обязательства до конца их периода их избрания.

– Да? – с вызовом парировал Кэм. – Ну, устав также гласит, что мужчины, которые не лишились девственности к 25 годам, должны переспать с ближайшей соседкой, которая не приходится им родственницей.

Я сделала мысленную пометку как можно скорее ознакомиться с копией городского устава. Я вставила ключ в замок и повернула. Ручка поддалась, но дверь не отворилась.

– Иногда нужно приложить немножко силы, – окликнул Дариус.

«Немножко силы» превратилось в меткий пинок в нижний правый угол.

Со зловещим скрипом, достойным дома с привидениями, дверь отворилась на петлях.

– Ой божечки, – прошептала я.