Текст книги "Нежданная гостья хуже всех (часть 2) (СИ)"
Автор книги: Людмила Устинова
Соавторы: Елена (2) Бычкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 40 страниц)
Я не стал с ней спорить. Раз Бести что-то забрала себе в голову, ее уже не собьешь. Проще сделать, как она хочет. Да и надо признать – пока ее советы оказывались хорошими. Скоро у меня будет единственный и неповторимый репертуар, на любой вкус!
Вообще-то, я порой задумывался – с кем же меня свела судьба? Не так давно от одного из приятелей-менестрелей я слышал байку о необыкновенном существе. Выглядит оно как юная человеческая девушка, но поступает очень странно. Делает только то, что ему в голову взбредет. Речи ее странные и непонятны. Но если кому-либо удается ее понять и подружиться, того это существо одаривает по-своему. Якобы гном, повстречавший ее в Кастенгарде, потом создал чудесные вещи и прославился среди других Мастеров. Хозяин постоялого двора разбогател, у него до сей поры нет недостатка в посетителях. Даже среди эльфов из младших домов ходят слухи о чем-то подобном.
Раньше я в эту басню не верил. А теперь...Какими бы странными ни были ее идеи, но в Дунвале они принесли мне небывалый доход. Боюсь поверить, но неужели и мне улыбнулась удача?! Эх, в таком случае, глупо надеяться, что Бести останется со мной надолго. Так не бывает! Хотя, она обещала не расставаться до Кастенгарда.
В селе не было даже корчмы. Местный староста сообщил, что завтра начинается праздник окончания покоса, и мы (точнее – менестрель в моем лице) будем там желанными гостями. По такому случаю он даже согласился дать нам ночлег в собственном доме и собрать для нас продукты в дорогу. Я покосился на Бести, но ее тоже устроил такой вариант.
На другой день на пригорке за околицей собралась приличная толпа. В честь праздника каждый принарядился. Мужчины разоделись в новые рубахи, опоясались яркими расшитыми поясами. Женщины щеголяли в цветастых платьях, девушки украсили себя лентами и венками из цветов. Бести не стала надевать сшитое в Дунвале платье, но и она постаралась приодеться, насколько позволяли возможности – перевила свои волосы лентами, поверх поношенного платья накинула подаренную мной фату. Мужики важно прохаживались, сбиваясь в кучки для бесед. Женщины сноровисто накрывали грубые подобия столов: длинные струганные доски, сложенные по несколько штук в ширину на сбитые из чурбаков "козлы". Сидеть за ними полагалось на столь же длинных лавках, накрытых домоткаными половиками. Поодаль от столов, в одиночестве, стояла крепкая табуретка. Я не сдержал усмешки – явно для меня приготовили, чтобы всем видно было.
Когда все приготовления были закончены, столы густо уставились всевозможной едой. Из напитков (судя по запаху) преобладала брага и ягодные наливки.
На самое видное и почетное место селяне водрузили чучело, связанное из скошенной травы.
Перед тем, как приступить к трапезе, староста поблагодарил добрую Богиню и берегинь. На чучело девушки возложили перевитый яркими лентами венок, женщины постарше поднесли ковш кваса, вылив на землю перед чучелом.
Первую чарку выпили за будущий урожай, чтобы рожь и пшеница уродились гуще скошенной травы. Я на хмельное старался не налегать, заодно предупредив Бести. Эти безобидные на первый взгляд сладкие наливки оказывали свое коварное действие не сразу. И непривычный человек вдруг обнаруживал, что при вроде бы ясной голове просто не может встать из-за стола. Постепенно разговоры за столом становились громче, все чаще звучал смех. Похоже, пора и мне внести свой вклад в праздник. Я прошел к своей "сцене", оставив Бести в кружке местных девиц, достал кантару, тронул струны. Разговоры, смех, и прочий шум толпы перестал для меня существовать. Сейчас есть только я, и рождающаяся песня.
"Люблю я праздники, люблю весёлые,
Когда костры вокруг горят.
Когда глаза твои, глаза влюблённые,
О самом главном говорят.
Когда глаза твои, глаза влюблённые,
О самом главном говорят..."
(прим. – Н. Кадышева и гр. "Золотое кольцо", песня "Давай дружок на посошок")
Селяне дружно хлопали в ладоши, притопывали, кто-то даже присвистывал в такт. Я бросил взгляд на Бести: "сестренка" показывала мне сжатый кулак с оттопыренным вверх большим пальцем. Я уже узнал, что для нее этот жест означает одобрение.
Отдав должное снеди, селяне продолжили праздничный порядок. Мужики выкатили просмоленное деревянное колесо, закатив его на сухие поленья. Староста поджег поленья. Как только огонь разгорелся, девушки образовали вокруг него хоровод. Дружно звякнув, распахнулись створчатые браслеты, отпуская на свободу широкие рукава праздничных платьев. Взлетели в воздух руки, словно крылья, привлекая внимание крылатых помощниц – берегинь. О чем же еще просить богов и их помощников в такую пору, как не о ясной сухой погоде?
Селяне гуляли до позднего вечера. Меня еще несколько раз просили спеть, Бести тоже спела несколько песен, чтобы сменить меня и дать немного отдыха. Потом я играл плясовые вместе с местными "музыкантами" – пастухами. Девушки норовили показать себя мне, проходя мимо в пляске. Подзывали присоединиться к ним, но я отказался. Бести тоже предпочла "пассивное веселье", обмениваясь с девушками улыбками и шутками, но танцевать так и не стала. На местных парней, прохаживающихся перед ней петухами, она не обращала никакого внимания.
На закате девушки завели последний, завершающий праздник, хоровод. И здесь не обошлось без маленького казуса. Вовлеченная в круг танцующих помимо своего желания, Бести скоро подстроилась под плавные движения других девушек, двигаясь вместе с ними в едином ритме. Такая стройная, грациозная... Хоть и в поношенном платье, но она красивее всех местных девушек! Кто-то надел ей на голову венок из цветов, как у остальных девиц, а мне кажется, что и королевская корона не украсила бы ее больше... В завершении хоровода девушки должны были или отдать венок своему возлюбленному, что было равнозначно объявлению помолвки, либо пустить венок плыть по реке, что означало, что девушка еще не сделала свой выбор. Я был уверен, что Бести тоже пустит свой венок в реку... Но, понаблюдав за действиями остальных девушек, она неожиданно подошла ко мне, и надела свой венок мне на голову!
– Бести, что же ты делаешь! – прошептал я под дружный хохот селян, – Все же думают, что я твой брат!
Я поспешно вернул венок на его законное место, то есть на головку девушки.
– А что такого?
– Потом объясню! А сейчас пусти венок по воде, пока все думают, что это просто шутка!
Когда все разошлись по домам, и мы остались с Бести вдвоем, я объяснил, в чем была ошибка. Девушка даже рот ладошкой прикрыла, сдерживая громкий возглас:
– Ой! Блум, прости, пожалуйста! Я не знала, что все так серьезно. Я думала, что венки просто дарят понравившемуся парню, и мне стало за тебя обидно, что никто из местных красоток тебе венка не подарил, хотя глазки строили наперебой...Вот я свой на тебя и надела...
– О, добрая Богиня! Конечно же, никто из этих селянок не собирается выходить замуж за менестреля, поэтому... – я осекся. Что толку объяснять, как во мне вспыхнула надежда? Откуда Бести знать об этой земледельческой традиции?
– Плюнь на них! – Бести взяла меня под руку, прижалась плечиком... – Ты – талант! Ты станешь таким знаменитым и богатым, что любая женщина будет у твоих ног! Вот только дай до Кастенгарда добраться – и сам увидишь.
Мне не нужна любая женщина! Только ты, Бести! А что нужно тебе? Неужели только слава и богатство?
Дайна.
ГРРРР! Ненавижу! Даже не так – НЕ-НА-ВИ-ЖУ!! Эту поющую заразу надо было прибить с самого начала! А теперь поздно – госпожа вписала его в свои планы и намерена использовать. А значит, не позволит мне убить его... Зачем, зачем я это допустила?!
Мало того, что мы который день плетемся пешком, это бесполезное существо еще уговорило госпожу УДЛИНИТЬ путь! Якобы, для пропитания и заработка денег. Да для пропитания ты бы лучше кроля убил или хоть грибов набрал бы вместо этих цветущих пучков, которые преподносишь моей госпоже! Есть она, что ли, их будет?! Или спать на них?! И руки свои от нее убери!! Куда ты их тянешь при каждом удобном случае?! ПОРРРВУ!!!
А этот приторный поток его "любви"!! Возможно, муха, влипшая в бочку меда, и считала, что может его съесть, но я ЭТО поглощать не могу!! Меня уже воротит и от нашего спутника, и от его песенок! Выступления в селах и (изредка) на постоялых дворах не давали мне никакого удовлетворения. Во-первых, желающих его слушать было раз, два – и обчелся, во-вторых, у селянок и прочих представительниц женского пола этот тип вызывал сладкое восхищение и обожание, а мне это уже поперек горла встало! Только во время редких ночевок под открытым небом я могла выходить из тени госпожи и охотиться. Даже замученное дикое животное, с его грубым примитивным страхом и жаждой жизни казалось мне восхитительным лакомством после любовной "патоки".
– Госпожа, если мы не поспешим к нашей цели, то мои силы совсем исчезнут. Кроме того, этот певун вызывает у меня стойкую неприязнь, а терпение демона не бесконечно... Неужели ты не видишь – он нам мешает! – сказала я Бести во время одной из таких ночевок.
Бести покосилась на спящего менестреля.
– Дайна, я понимаю, Блум становится... утомительным. Но он все еще мне нужен. А насчет силы... Тебе не хватает моей энергии? Раньше ты, вроде бы, обходилась...
– Раньше я не была Высшим демоном. И вокруг была нормальная обстановка, с приемлемым разнообразием эмоционального фона. А теперь... вот ты смогла бы питаться только сладостями?
Бести задумчиво смотрела на меня.
– Нет. Но придется нам обеим потерпеть. Сейчас менестрель должен завоевать популярность, и для этого подойдут массы людей, не отягощенных тонким вкусом и моральными предрассудками. Дайна, понимаешь, песни бывают разные. Я специально научила Блума этой попсе. По правде говоря, я и сама ее не люблю. Но пока мы идем по деревням, здесь это будет к месту. Народ здесь простой, не агрессивный, зачем будоражить в нем воинственный дух? Эти крестьяне нам еще пригодятся для воспроизводства человеческих потерь. Ведь в грядущей войне они неизбежны. Вот увидишь – в Кастенгарде все будет совсем по-другому. Там люди на своей шкуре уже узнали, что такое социальное неравенство, преступность наверняка процветает. И песни для этого случая у меня заготовлены совсем другие. Тебе понравятся! А хочешь послушать песню специально для тебя? Бедняга Блум: так устал, что даже моя болтовня ему не мешает...
Еще бы ему не спать – я наложила на него заклинание, чтобы спокойно поговорить с госпожой. И почему я раньше до этого не додумалась?! Спал бы тихонечко каждый привал...какая благодать!
Что ж, можно послушать...Если еще Бести магию привлечет, как иногда у нее случается...
"В глубине слезами скрытых глаз
Синева терзает и ломает
На куски мою мечту!"
Бести начала тихо, изливая слова с потаенной болью. Постепенно ее голос набирал силу, и по мере этого повышения усиливался и поток эмоций. Сначала тонкая струйка тоски и боли, потом к ней примешалась злость. А потом...
"Черные крылья расправлю за спиной
Трепеща в горячей крови
Я взмываю ввысь
И в ярком свете моих огней
Выстрелом в сердце направленным в меня
Поцелуй неистовых губ
Попадает в цель
И отравляет мои сны!"
Бести раскинула руки – я невольно повторила ее жест, расправив крылья за спиной; госпожа подняла голову, словно собираясь взлететь к звездам – я тоже... Слова ее песни... Это же...про меня! А эмоции! Страдание, ярость и... вожделение?!
"Я из осколков луны хочу собрать
Все мои разбитые сны
Но на поиски
Обречена навеки..."
Казалось, в этот миг сбываются все мои желания! Поглощенная песней и эмоциями госпожи, я краем сознания ощутила нарастание магической энергии. Такого не может быть, но Нити, словно подчиняясь словам Бести, устремлялись к ее ауре, накрывая ее. И, впитываясь в ее энергетическое кружево, превращались в нечто иное! Я еще раз убедилась, что Бести по своей природе ближе всего к нам, демонам, чем к любым другим созданиям демиургов. Только мы поглощаем энергию Источника в чистом виде, а это существо преобразовывает ее. Н-да, тут будет над чем поразмыслить мудрейшим Князьям нашего мира...
Уже скоро я вернусь домой. Вместе с Бести. Делясь со мной навыками влияния на людей, госпожа сама помогла мне найти способ подчинить ее сознание. Возможность управлять другими захватила ее, и все барьеры и запреты, сдерживавшие меня, рухнули. Наша ментальная связь стала полной, и сейчас я полностью разделяла все эмоции Бести, наслаждаясь ими.
Магические потоки струились в ночи. Я торопливо насыщалась: у Бести ведь никогда не знаешь наверняка, чем все закончиться – как собралась энергия, так и рассеется, я такое уже наблюдала на Базире... Уже отзвучали последние слова, Бести опустила голову, успокаиваясь. Услышанная песня потихоньку отпускала меня, и я осознала, что пропустила момент, когда неподалеку от нас раскрылся подпространственный выход. Сейчас же я улавливала только затухающие колебания.
– Дайна? Что с тобой? – увидев, что я оглядываюсь во все стороны, Бести тоже насторожилась.
– У нас, кажется, гости. Носитель магического дара, сильнее мага, напавшего на нас в последнем городке.
– Какая нелегкая его сюда занесла?! – простонала Бести, – Он точно идет сюда?
– Я пока не понимаю, что это.... – я ощущала приближение магии, но не чувствовал живого существа. Вывод напрашивался только один – энергетическая сущность. Такая встреча представляет реальную опасность.
Сущность замерла на границе освещаемого костром пространства. Затем пришел магический удар вместе с посылом "Убирайся!". Я наспех поставила щит, но тут совершенно неожиданно для меня ожила цепь контракта. Словно почувствовав, что их хотят разорвать, нити, связавшие меня с госпожой, задрожали и впитали в себя энергию, просочившуюся в прорехи в моей защите. А Бести по своему обыкновению ничего не замечала!
Зато для сущности это не осталось незамеченным. Она замешкалась, продумывая дальнейшие действия. Я тоже не нападала. Если это один из богов этого мира, то в лучшем (для меня) случае наши силы будут равны. Но сейчас, когда нельзя потерять хозяйку контракта, у меня нет желания проверять это на практике. Когда-то давно Князь Сумеречной долины, которому я служила, предостерегал меня никогда не связываться с богами миров и равными им по силе энергетическими сущностями. И он же поделился сведениями об имеющейся у богов "слабости": они не могут сами убить разумное создание демиургов. Если появляется необходимость избавиться от нежелательного субъекта, боги исхитряются обходить этот запрет, находя "посредников".
Пока я размышляла, сущность снизошла до материализации.
Увидев рядом с нами полупрозрачный силуэт, словно сотканный из светящегося тумана, Бести ахнула:
– Это что еще за призрак оперы? Дайна, это ты его сделала? Но зачем?
Я не успела ответить – силуэт двинулся к нам, с каждым шагом приобретая все более отчетливую материальную форму. К нам подошло уже вполне живое существо. Человеком оно точно не являлось. Ростом почти с меня, мышцы перекатываются огромными буграми, отчего фигура кажется в ширину больше, чем в высоту. Маленькая голова с низким лбом, нижняя челюсть выдается вперед, глубоко посаженные глаза, приплюснутый нос... Одежда сшита из грубых шкур, на голове не то шапка, не то шлем – в темноте не разобрать, на ногах такие же грубые сапоги. Да я рядом с ним – образец изящества!
– Я – Бог Войны! – пророкотало это существо, – В Эрафии не место демону! Я вижу, ты связана контрактом с этим созданием. Что ты хочешь получить?
Последний вопрос адресовался Бести. Но она молчала, шокированная явлением божества. Зато от нее поднялась мощнейшая волна отчуждения и неприятия, отгородившая нас от бога стеной. Куда там моему щиту!
– Вообще-то от вас я ничего не хочу, – заговорила Бести, – Хватит с меня божественной помощи, до конца жизни!
Бог даже растерялся от такой отповеди:
– Ты что, не понимаешь, что демон попросту выкачает из тебя всю жизненную силу? Отмени контракт, и я изгоню его с Эрафии!
Бести вопросительно взглянула на меня, явно не понимая проблемы Бога Войны.
– Он не может этого сделать, пока мы связаны, – пояснила я, – Магия контракта поглощает все попытки разорвать его.
– Создательница Тинитар закрыла свой мир от проникновения таких, как ты! – вызверился на меня бог, – Только благодаря непослушанию ее воле некоторых сущностей тебе удалось проникнуть в Эрафию! Но мы, исконные боги Эрафии, должны беречь вверенный нам мир, пока демируг отсутствует! Лучше уйди сейчас, не испытывай на себе гнев демиурга!
В ответ на эту угрозу Бести нехорошо усмехнулась:
– Так-так...подумать только – у богов все, как у людей. В отсутствие начальника накосячили, и теперь спешат все исправить, пока он не вернулся... Позвольте, я изложу ситуацию, как Я ее вижу? Демон мой, и только я распоряжаюсь им. А у вас, уважаемый Бог войны, нет никакой власти надо мной. Я не воин, и даже не мужчина. Я вам не молюсь, не поклоняюсь, и не прошу никаких милостей. Значит, и вы не можете ничего от меня требовать
– Я вышвырну с Эрафии вас обеих! – Бог попытался продавить воздвигнутую Бести "стену" – безрезультатно! Бести даже не заметила этой попытки.
– Неужели богу нечем больше заняться, кроме охоты на одного-единственного демона? Дайна никому не мешает, ни во что не вмешивается... Пока не вмешивается, – госпожа сверлила бога своим "особенным" взглядом, от которого людям становилось не по себе. И даже бога проняло!
– Творец Тинитар не терпит никаких изменений в миропорядке Эрафии... – проворчал бог. – А присутствие демона – это гарантированное беспокойство!
– Я уже это заметила, – усмехнулась Бести, – Ваша Эрафия – застывший мир. Никакого развития. Не скучно так жить? И войны настоящей очень давно не было... если не считать небольшие междоусобицы. Спешу вас огорчить (или обрадовать?), но в ближайшем будущем люди начнут воевать с дроу. У всех богов будет очень много дел... Воины будут молить о победе, оставшиеся дома жены и дети – о спасении их мужей и отцов...
Демоны дорогие, он заинтересовался! Клянусь чем угодно!! Как, как ей это удается?
– Создательница Тинитар будет в гневе...
– Можете смело все валить на меня! – снова усмехнулась Бести, – Только обеспечьте победу людям. Ведь вы это можете?
Бог в ответ тоже усмехнулся, обнажив кривые клыки:
– Да будет так! Орки встанут на сторону людей. На нашей стороне сила!
– Люди с радостью и благоговением примут любую божественную помощь! – Бести поклонилась. "Стена" неприятия рассеялась так же быстро, как и появилась. Не рано ли госпожа убрала защиту? Но бог только кивнул, и развоплотился, осыпавшись облаком быстро затухающих искр.
– Хм...эффектно, – пожала плечами госпожа, – Значит, Тинитар сейчас нет... Нам надо поторопиться в Кастенгард. Мы должны запустить процесс, пока остальные божества не прочухали, что происходит.
– Нас задерживает менестрель, – неужели у меня все-таки получиться?! – Госпожа, он же нарочно делает все, лишь бы подольше быть возле тебя! Давай просто оставим его здесь! Я доставлю тебя в Кастенгард!
– Черт...Я не хотела, чтобы все зашло так далеко... Нет, Дайна, как говорится – на бога надейся, а сам не плошай. Получим мы божественную помощь, или нет – все равно придется поработать самим. Так что действовать будем так, как задумывали сначала. А для того, чтобы наша будущая звезда поспешила к собственной славе, придется мне взять на себя функцию морковки перед ослиной мордой. Я намекну Блуму, что смогу ответить ему взаимностью только после того, как решу свои проблемы в столице. Вот увидишь, как быстро мы туда попадем.
Орландиль Блум.
Был приятный солнечный полдень, когда мы вышли на берег озера. Прозрачная чистая вода на фоне цветущего разнотравья так и манила к себе! Бести, увидев это великолепие, всплеснула руками от восторга:
– Боже, как красиво! Блум, давай сделаем привал здесь!
– Не возражаю, – улыбнулся я.
Девушка подошла к воде, разулась и попробовала ножкой воду.
– Тепленькая...– мечтательно протянула она.
В моем воображении тут же возникла картина: Бести входит в воду, мокрая рубаха облегает ее стройное тело...
В реальности Бести подняла подол до колен, прошлась по кромке воды и пару раз игриво брызнула водой в мою сторону.
– Если хочешь, искупайся, – предложила она мне, – Так и быть, подглядывать не стану!
Подглядывать? Мне такая мысль даже в голову не приходила. М-м-м..Я попытался себе это представить. Вот я плыву, мощными гребками рассекая воду. Бести видит в прозрачной воде мои сильные руки, ноги. Потом я выхожу на берег, вода стекает по моему телу, мокрым штанам... Я буду перед ее взглядом словно обнаженный!
Стоп! Я сам себе наврежу с таким буйным воображением. Придется вправду залезть в воду, может, она холодная.
Бр-р-р, никакая она не тепленькая! Сколько же здесь бьет ключей?!
Бести, как и обещала, не смотрела в мою сторону. Даже отвернулась. Зато я смог открыто ей полюбоваться. Девушка сидела на берегу, без стыда вытянув заголенные выше колен ноги, и опираясь на руки. Голову она откинула, закрыв глаза и подставив лицо лучам солнца. Если бы я мог сам себе лгать, то подумал бы, что Бести подманивает меня, показывает, что ожидает моей ласки...
– Это, безусловно, не южный курорт, – пробормотала между тем Бести, – Но ничем не хуже. На фиг мне бассейн с хлоркой, когда есть такое озеро?! Ну ладно, может быть, бара с пивом не хватает только...
Я уже привык, что Бести часто разговаривает сама с собой. И уже не вслушиваюсь в ее слова: все равно большей частью смысл понять я не могу. Одно точно: то, что она бормочет – не заклинания. Ни разу я не увидел никакого проявления магии. Хотя, иногда мне казалось, что с людьми во время моих выступлений происходит что-то необычное. Но такое возможно и без магии – просто я выучил много песен у Бести, и ничего подобного людям на окраинах Мидденленда слышать не доводилось.
Услышав мои шаги, Бести повернулась в мою сторону, лениво приоткрыла глаза:
– Как водичка?
– Сейчас сама узнаешь!
Я подхватил девушку на руки и шагнул к озеру. Бести взвизгнула от неожиданности, и тут же засмеялась:
– Ай! Нет! Отпусти! Ты мокрый!
– Нет уж! Отправила меня плавать, а сама хотела сухой остаться? Не выйдет!
Я уже зашел в воду по колено. Догадавшись, что я сейчас брошу ее в воду, Бести начала вырываться, все еще смеясь:
– Ладно-ладно, я уже все поняла, осознала и раскаиваюсь! Отпусти!
– Ой ли? – вода уже дошла до пояса, Бести снова взвизгнула, обдав нас обоих брызгами.
– Ну и как водичка? Тепленькая? – я не торопился расстаться со своей жертвой, продолжая двигаться в глубину.
– Нет! Холодная! – Бести вздрогнула, погрузившись в воду, и замерла, обвив мою шею руками.
– Да что ты? Ты же сама говорила, что тепленькая! Наверное, дальше она теплее, – коварно предположил я.
Вода уже доходила мне до шеи. Еще шаг – и нас обоих накроет с головой. Я остановился. На какой-то миг осознание момента парализовало меня. Ее тело, невесомое в воде, прижато к моему...стук ее сердца рядом с моим... и губы...так близко...
– Отпусти! – тихо произнесла Бести, глядя на меня потемневшими глазами. От ее веселья не осталось и следа.
– Тут глубоко. Не боишься? – я все еще надеялся обратить все в шутку. И продлить это мгновение...
Вместо ответа девушка сильно извернулась, подняв волну. От неожиданности я выпустил Бести, и она тут же скрылась под водой. Проклятье! Я же не знаю, умеет ли она плавать! Но не успел я додумать эту мысль, как резкий рывок сдернул с меня штаны. Да что ж ты творишь-то! Машинально нагнулся, и, конечно же, нахлебался озерной воды. Когда я вынырнул, отфыркиваясь, стреноженный, словно лошадь, Бести уже преодолела половину расстояния до берега.
– Вздумаешь еще раз меня так макать – утоплю! – пообещала девушка, уже стоя на берегу. Вроде бы в шутку сказала..., а вроде и всерьез.
Пришлось нам здесь задержаться. Переодевшись в сухую одежду, и разложив мокрые вещи на солнышке для просушки, я занялся костром, а Бести – обедом. Пока одежда высохла, дело уже шло к вечеру, идти куда-то на ночь глядя не было никакого желания. Но очередная задержка и предстоящая ночевка под открытым небом Бести совершенно не обеспокоила.
Воплощая мои мечты, небо раскинуло над нами звездный шатер, а мы сидели у костра, любуясь закатом. И Бести доверчиво прижалась ко мне, и не отстранилась, когда мои пальцы почти машинально стали перебирать ее волосы... Сейчас девушка казалась не бойкой и решительной, а такой мягкой и...умиротворенной. Я должен ей сказать!
– Бести, а как ты ко мне относишься? – спросил я.
– Хорошо я к тебе отношусь, – покосилась на меня девушка, – Ты это к чему ведешь?
– Мы довольно долго путешествуем вместе, и успели узнать друг друга... Ни с кем еще мне не было так приятно делить пищу и одно одеяло.
– Э, вообще-то я спала на своем...
– Бести, я не хочу расставаться с тобой, никогда. Выходи за меня замуж!
– Что?! – девушка отшатнулась, глядя на меня огромными глазами, – Блум, все-таки тебя очень сильно приложили по голове. Успокойся, тебе нельзя волноваться...
– Я совершенно здоров! Бести, я люблю тебя, и ты сама это знаешь! С той самой первой минуты, когда я впервые увидел тебя в "Золотой розе", я полюбил тебя. Мне никто больше не нужен в целом свете, только ты!
Лицо девушки исказилось, словно от мучительной боли.
– Блум, ты совсем меня не знаешь...я не могу выйти за тебя. Я...испорченная, капризная, жестокая тварь, я ничего не принесу тебе, кроме горя...
– Нет! Ты не такая! Зачем ты наговариваешь на себя? Бести, я все сделаю ради тебя! Если захочешь, мы поселимся в Кастенгарде. Или в любом другом городе. Я...
Бести зажала мне рот своей ладошкой, почти зашептала умоляюще:
– Пожалуйста, не надо, не говори ничего! Это невозможно...ты не знаешь...
– Чего я не знаю? – я целовал ее пальчики, перемежая вопросы с поцелуями, – Что стоит между нами? Или.. кто? Ты так стремишься в Кастенгард... к кому? Скажи мне!
– Хорошо, я все тебе расскажу, – вдруг произнесла Бести, да таким решительным тоном, что мне стало не по себе.
Высвободившись из моих объятий, Бести уселась в своей обычной позе – обхватив согнутые колени руками.
– Ты угадал верно – я родилась в достаточно зажиточной семье, и мне никогда не приходилось зарабатывать себе на жизнь, – начала свой рассказ Бести, – Но потом мой отец заболел. Мама истратила почти все сбережения на лекарей и магов, но ничего не помогло... Он умер, а мама осталась вдовой с тремя дочерьми на выданье и почти без средств. Поэтому, когда к нам неожиданно явился высокий лорд, и захотел забрать меня, мама согласилась. Лорд был очень ласков и невероятно красив. Он сказал, что увезет меня в Эвилон. Сестры мне завидовали...
Неужели несчастная любовь? Ах, как много историй ходит о трагической любви человеческих девушек к дивным эльфам...Вот и Бести не устояла перед высокородным красавцем...
Бести помолчала, то ли собираясь с мыслями, то ли заставляя себя продолжить. От ее дальнейших слов на меня словно ушат ледяной воды вылили и на мороз выставили:
– Лорда звали Магнирель, он был племянником Светлого Князя. И Черным Жнецом. Но мама и сестры этого никогда не узнали. А я узнала слишком поздно, когда уже ничего не могла изменить... Лорд действительно привез меня в Эвилон. У него был прекрасный дом... наверное...потому что я ничего не успела увидеть...наверное, лорд предпочитал заниматься своей страшной магией подальше от глаз Светлого Князя...
Девушка снова замолкла. Подтянув колени к груди, она сжалась в маленький комочек, с каждым словом заново переживая свою историю.
– Пять шагов в длину, три шага в ширину – вот в какой комнате меня поселили. Три стены глухие, без окон, в четвертой – дверь. И там всегда было темно. Даже еду нам приносили в темноте. Может быть, слуги лорда могли видеть или пользовались какой-то магией.... Там были еще люди, в большинстве женщины. Всех держали в похожих камерах, по отдельности. Но мы могли слышать друг друга. Это было...страшно. Кто-то плакал. Кто-то молил богиню о спасении, кто-то слал проклятия. Но я не замечала, чтобы что-то из этого подействовало...и с тех пор я не верю ни в каких богов.
Все слова утешения замерли у меня на языке. О, добрая Богиня, как ты могла это допустить?! Юную девушку, почти ребенка, которая ждала прекрасной любви, бросить в пучину отчаяния и страха...
Бести посмотрела на меня с горькой усмешкой, затем продолжила:
– Это только в твоих балладах прекрасные пленницы счастливо дожидаются своего героя, даже не успев сильно заскучать, не то что хлебнуть горя. В жизни так не бывает... Большую часть времени в промежутках между тем, когда приносили еду, я просто сидела в темноте в каком-то оцепенении. Скоро я знала на ощупь всю мою каморку – каждую трещинку на стенах, каждый камешек в полу... Сначала я пыталась считать прошедшие дни, но скоро сбилась. В темноте время остановилось...
Иногда слуги приходили не с едой. Иногда они кого-нибудь забирали. И...из них никто никогда не возвращался... Страх стал постоянной частью меня. Страх и ожидание. Иногда мне даже хотелось, чтобы меня поскорее забрали в то неизвестное место, чтобы больше не мучиться...
– Бести, что ты говоришь! – я сопереживал вместе с ней, разделял ее горе и боль. Мне хотелось обнять ее, прижать к себе, согреть своим теплом и любовью...но девушка повелительным жестом велела мне замолчать.
– Потом...мне кажется, очень долго...было какое-то время, когда никого не забирали. А потом вдруг появились совсем чужие эльфы, с факелами. Всех, кто еще оставался в подвале, вывели за ворота и сказали, что мы абсолютно свободны, и можем идти, куда хотим. Мои глаза почти ослепли на свету, я ничего не понимала, и не знала куда идти. Поэтому я дождалась сумерек в какой-то глухой подворотне, а потом побежала из города...
Добрая Богиня, чем прогневила тебя эта девушка, что ей досталось ТАКОЕ?! Стоит ли удивляться, что Бести не нравилось, когда я гримировался под эльфа? Клянусь, больше я так делать не буду! Я буду оберегать и защищать эту необыкновенную, милую девушку, и не позволю никому больше ее обидеть!
Я привлек к себе Бести, баюкая на руках, как ребенка. Что ей сказать? Как утешить?
– Это все в прошлом, Бести. Но я не буду настаивать, чтобы ты ответила прямо сейчас. Подумай.
– Блум...Ты – мой друг, и я очень дорожу твоей дружбой. Мне будет очень-очень грустно, если мы с тобой расстанемся... Но сейчас у меня только одна цель – Кастенгард. Я не могу думать ни о чем другом.
Друг?! И она не хочет ничего менять! Как больно...И еще больнее будет совсем потерять ее, если я стану настаивать. Как раненый, который заново учится ходить, так и эта девушка, жившая в ожидании смерти, заново учится жить. И дружить. И любить... Нельзя ее торопить.
