Текст книги "Право на власть. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Лилия Бернис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 35 страниц)

– Мне тоже еще предстоит к этому привыкнуть, – ответил Зиргрин.

Ему предстояло привыкнуть к тому, что прошлая жизнь всплывает перед его глазами каждый раз, когда он смотрит на свои руки или проводит человеческим языком по ровным зубам без малейшего намека на острые клыки. Впрочем, стоило ему пожелать, как клыки пробились через маскировку, заняв свое обычное положение у него во рту. Вздохнув, парень восстановил человеческие зубы.

– Пойдем.

Архан провел Ренана по спящим улочкам ночного города, ловко огибая места, где спали нищие. Чтобы как можно меньше разумных оказались свидетелями их ухода, Зиргрин выбрал подходящее место, где легко взобрался на городскую стену, после чего поднял на нее Ренана. Конечно, стена была защищена от подобных посягательств, но что встроенная в нее артефактная защита могла поделать с отрицающим магию телом королевской тени? Пожалуй, вскоре Совету придется озаботиться пересмотром защиты стен.

– Наконец-то вы здесь, – прозвучал пожилой голос. Впрочем, Зиргрин уже знал о том, что его ждали, потому совершенно не напрягся.

– Прости, что беспокою.

– Что вы, князь, – улыбнулся вышедший под лучи почти полной луны сильд. – Для меня это честь. Ведь благодаря вам мы сейчас возвращаем себе достоинство разумной расы.

– Быть может, вам нужно еще крови?

Чтобы не заниматься спасением сильдов лично, Зиргрин позволил полуэлементалям самостоятельно позаботиться о порабощенных сородичах. Все их ошейники были сделаны на основе самого первого, который был изготовлен первым сыном Ирши и родоначальником Белого клана. Именно поэтому достаточно крови представителя Белого клана, чтобы открыть замки таких ошейников и освободить несчастного сильда.

– Нет нужды, князь, – улыбнулся старик. – У нас еще достаточно вашей крови. Если князь не возражает, Лирилил просит принять ее…

Зиргрин нахмурился. После того, как сильда насильно попыталась его переродить, у парня остался на душе неприятный осадок. Меньше всего ему хотелось ее видеть.

– Не стоит. Я пока еще не готов ее простить.

– Как жаль, – вздохнул старик. – Но мы не пойдем против вашей воли. Если не возражаете, мы отправимся? Путь предстоит неблизкий.

– Конечно.

Сильд отступил, после чего обратился гигантской полупрозрачной птицей. Птица склонилась, позволяя замаскированному архану и кермскому принцу забраться себе на спину. Ренан все еще боялся высоты, потому поспешно выпил полученное от Зиргрина зелье. За последние годы арханский князь очень многое получил от придворного алхимика. Он был настолько увлечен этой наукой, что даже его учитель признавал его прогресс, который был невероятно быстрым. За три года Зиргрин почти догнал по уровню своего наставника, чем тот неимоверно гордился. Ведь мало иметь талантливого ученика. Чтобы тот достиг высот, учитель тоже должен быть талантлив. Все вместе сделало из Зиргрина не только мастера ядов, коим он был ранее, но и мастера алхимии в целом. Разумеется, он был далек от уровня ученых, всю свою жизнь посвятивших этой науке, но уже сейчас мог считать себя на голову выше любого алхимика Керма. Именно поэтому зелье, которое он приготовил для Ренана на этот раз, оказалось очень мягким, без побочных эффектов. Оно не позволяло выбрасываться в кровь определенным человеческим гормонам, препятствуя возникновению панической атаки. Благодаря этому их перелет оказался не таким мучительным, как ожидал принц. В некотором роде, ему даже понравилось. Перелетев Лес, сильд приземлился уже на территории Керма рядом с границей Ашмара. Здесь два брата распрощались со стариком, который благосклонно кивнул, вновь взмывая в небо.

– Теперь будем ждать торговый караван.

Несмотря на натянутые отношения, торговля между Ашмаром и Кермом все еще велась. То и дело границу пересекали караваны с различной продукцией. Присоединиться к одному из таких караванов и надеялись братья. Таким образом они могли бы появиться в населенных пунктах, не вызывая лишних подозрений. Ведь все считали бы, что они часть торгового сопровождения. Зиргрин теперь выглядел, как человек, а Ренан, сильно изменившись в комплекции благодаря тренировкам, отпустил усы и аккуратную бородку. Если прибавить к этому идеально зализанные назад волосы, то даже Зиргрин не сразу бы узнал в этом элегантном знатном дворянине того растрепанного принца-Библиотекаря с вечно красными от чтения при свечах глазами. А если он читал при магическом свете – то в белках ранее можно было заметить еще и кровь от лопнувших капилляров. Все знали, что читать в магическом свете неимоверно вредно, но даже это не останавливало жаждущего знаний принца. Но сейчас он был словно совсем другим человеком. К тому же, магом уровня младшего мастера, хоть и обладал еще довольно скудным контролем формаций. Но уже одно только это было замечательной маскировкой. Ликир не знал, что Ренан стал магом. Об этом говорилось только дяде принца – герцогу Кимиру. А бывший глава Тайной Канцелярии секреты хранить умел.

– Если бы мы пошли тем же путем, что раньше, то расстояние было бы значительно меньшим, – недовольно проворчал Ренан, осознавая, что сильд отнес их за тысячу километров от границы с Великим Лесом.

– Так будет безопаснее, – пожал плечами архан.

Настала тишина. Ренан несколько раз пытался заговорить с братом, но тот лишь кивал или пожимал плечами, изредка отделываясь короткими неохотными фразами.

– Ты просто невыносим! Стоило покинуть Маир, как опять стал молчаливым и мрачным! – не выдержал принц.

Зиргрин, который ушел в себя, все еще пытаясь привыкнуть к своему возвращению в человеческий облик, посмотрел на разозленного брата. Сколько бы ни прошло лет, а некоторые вещи были неизменны. Например, нетерпеливость и болтливость Ренана.

– На самом деле… Все эти годы мне приходилось каждый раз общаться, переступая через себя. У меня просто не было выбора. Сейчас… Я просто наслаждаюсь возможностью помолчать.

Сказав это, архан снова затих. На этот раз принц не стал его больше дергать. Сгустившиеся сумерки стали медленно расходиться. Небо на горизонте посветлело, что говорило о скором открытии пограничных постов. Ренан успел перекусить скудным завтраком и даже помыть за собой посуду, когда где-то вдали послышался шум и топот копыт.

– Наконец-то! – проворчал Ренан, напуская на себя степенность истинного аристократа.

Зиргрин встал с поваленного дерева, на котором просидел все это время, после чего поправил съехавшие ножны и всмотрелся в показавшийся на горизонте караван.

– Не забывай о своей роли, – напомнил Зиргрин. – Ты странствующий дворянин, разорившийся после смерти короля. Теперь вместе с охранником просто ездишь по стране, тратя оставшиеся золотые монеты. Впрочем, у тебя их уже не так и много, так что подумываешь где-нибудь осесть, возможно, наняться к какому-нибудь графу или, на худой конец, барону личным магом.

– Да уж, всю жизнь мечтал.

– Это же легенда, – посмотрел на Ренана Зиргрин, после чего осознал, что тот просто шутит.

– Все будет хорошо, не будь слишком серьезным, – улыбнулся принц.

Глава 6

Это оказались не совсем торговцы. Караван двигался неспешно, поскрипывая десятками колес тяжелых вместительный крытых повозок, разукрашенных в яркие кричащие цвета. Впереди ехала совсем невзрачная на фоне остальных повозка, которой правил однорукий крепкий мужчина с многодневной небритостью на лице. Он ловко орудовал поводьями при помощи всего одной-единственной левой руки. Рядом с ним на козлах сидела пухленькая женщина лет тридцати пяти.

– Лон, нам бы остановиться, зверье покормить, – произнесла она. – Если прозеваем – аденские тигры опять попытаются друг друга погрызть. Знаешь же, что эти твари, когда голодные, совсем неуправляемые.

– Еще минут десять – будет место хорошее, – произнес он. – Вот только там нас уже поджидают.

– Опять бандиты? – заволновалась женщина.

– Нет, – качнул головой Лон, внимательно рассматривая вышедшую им на встречу пару путников. – Сейчас узнаем, что им надо. Но к светловолосому не лезь, опасный он. Я сам говорить буду.

Все в бродячем цирке Лона знали, что их хозяин в прошлом был солдатом, прошедшим немало сражений, в одном из которых он и потерял свою руку. Его чутью доверяли безоговорочно. Вот и сейчас он, судя по всему, ощутил, что светловолосый парень был очень опасен. Хуже того, у Лона, при взгляде на этого человека, было какое-то странное ощущение.

В то же время Зиргрин безразличным взглядом наблюдал за приближением передовой цирковой повозки. Конечно, с торговцами спокойнее, но среди циркачей гораздо легче затеряться. Руководствуясь этой простой мыслью, парень принял решение проситься к ним.

– Благослови боги твой день! – окликнул их остановивший лошадей однорукий мужчина. Следом за его повозкой стали останавливаться все остальные.

– И тебя пусть боги не оставят, – радостно улыбнулся решивший вести переговоры Ренан.

Хоть Зиргрин и был князем, но от его «общительности» придворные часто рыдали кровавыми слезами. Позволять ему вести переговоры было бы глупой идеей. Сам архан, выслушав доводы брата, был только рад сбросить эту ношу. В конце концов, у него роль телохранителя. А телохранители не обязаны чесать языком.

– Мое имя Айнар, а это – мой телохранитель, Зир. Мы бы хотели за плату присоединиться к каравану.

Ренан сообщил сумму в размере полутысячи золотых до столицы. По местным меркам цена была назначена чуть выше обычной для такого большого расстояния, но не была неприлично высокой, что вызвало бы подозрения.

Лон осмотрел аккуратные одежды «путешественников», на которых почти не было никакой дорожной пыли. Эта парочка все сильнее ему не нравилась, однако их поездка в Ашмар обернулась настоящей катастрофой. Практически все крупные города отказались впускать кермский бродячий цирк, а в мелких городках да деревушках плату приходилось брать разве что продуктами. Откуда у крестьянина золото и серебро? Уже начиная отчаиваться, лихорадочно выискивая способы заработать хотя бы на корм зверью, они столкнулись с такой вот удачей. И, как бы ни вопило об опасности внутреннее чутье, у Лона просто не было другого выбора.

– Пустых повозок у нас нет.

– Это не проблема, мы купим для себя повозку в ближайшем поселении. Нам, главное, не в одиночку путешествовать. Зир, конечно, телохранитель очень сильный, но слишком уж много ворья развелось.

Лон нахмурился, глядя на светловолосого охранника, которого, как выяснилось, звали Зир.

– Арумец? – поинтересовался он у парня. В последнее время в обеих королевствах к выходцам из Арума относились не очень хорошо. Лон все еще сомневался, не желая наживать лишних проблем.

– Это надо мою мать спросить, кто ее в Рузмине брюхатил. Я отца не знал, быть может, и арумец, – безразлично пожал плечами Зиргрин. Сейчас у него был человеческий язык, так что рыкающе-шипящий акцент полностью исчез из его речи и разговаривал он на чистом кермском с легкими рузминскими нотками, которых добавил намеренно.

– А-а, – понимающе кивнул Лон. – Смесок. Ясно. Сейчас мы встанем на привал вон за тем раздвоенным деревом. Подходите туда, там и познакомимся.

Циркачи медленно двинулись дальше, проезжая мимо парочки путешественников. Из обгонявших их повозок то и дело выглядывали любопытные женские и детские лица, рассматривающие своих новых попутчиков.

– Пойдем, господин, – спокойно произнес Зиргрин, провожая взглядом удаляющиеся повозки.

Поскольку у него была роль охранника, он был обязан соответствующим образом обращаться к Ренану, от чего тот недовольно морщился. Принцу вообще не нравилось, что Зиргрин в очередной раз выбрал для себя такую роль. Но все его возражения расшибались о стену железной логики брата, который не видел иных вариантов.

К тому моменту, когда они подошли к остановившимся полукругом на специальной площадке циркачам, там уже кипела работа. Все бегали, что-то делали, кричали друг на друга. Занят был каждый член цирковой труппы. Отдельный переполох происходил у одной из повозок, от которой доносилось разъяренное рычание. Судя по тому, как ходуном ходила повозка, внутри дралось нечто очень крупное. Циркачи стащили с повозки покрывавший ее яркий брезент, открыв взглядам Зира и Ренана огромную клетку, в которой разворачивалось настоящее побоище. Два полосатых тигра драли друг друга с остервенением кровных врагов.

– Говорила же! Говорила, что надо раньше покормить, что делать теперь? – причитала полноватая женщина, кружась вокруг.

– Ай, не зуди, Анжела! – отмахнулся от нее единственной рукой Лон, хмуро наблюдая, как опасливо посматривают на клетку циркачи. Будь у него обе руки – разнять зверей проблем бы не составило, но с одной он ничего не мог бы поделать, разве что, попытаться их убить, но это уж точно не входило в планы.

Аденские тигры отличались тем, что, испытывая голод, превращались в настоящих фурий, нападая на все, что видят. В таком состоянии на них не действовали сонные газы и паралитики. Кроме того, они не чувствовали боли, пока повреждения не станут фатальными, из-за чего к ним применялась совершенно особенная дрессура. И именно из-за этого теперь циркачи не знали, как разнять двух сцепившихся тварей, легко способных случайным ударом убить человека.

– Пойду помогу, – вздохнул Зиргрин. – Быть может, отношение получше будет.

Принц только кивнул. Он ни на мгновение не усомнился в способности Зиргрина разрешить ситуацию. И оказался прав.

Зиргрин, подобно ужу, проскользнул через собравшуюся толпу, попутно прихватив из приготовленного возле повозки корыта кусок мяса, после чего вскочил на повозку и вошел в клетку.

– Куда, придурок?! – раздались в спину запоздалые крики. Все случилось так быстро, что циркачи не успели среагировать на появление незваного гостя.

Тем временем, парень подошел к сцепившемуся клубку клыков и когтей, после чего, словно нашкодившего кота, оттащил за шкирку ближайшего тигра, кидая его сопернику кусок мяса, который прихватил из приготовленной для этих самых зверей пайки. Тот, поймав еду, резко успокоился, а вот второй, заметив пищу в зубах соперника, разъярился еще сильнее, но в этот раз его ярость оказалась направлена в первую очередь на вмешавшегося человека. Вот только встретившись взглядом со своей целью, тигр неожиданно замер в приготовленной к прыжку позиции.

– Сядь, – холодно приказал Зиргрин. Он понятия не имел, как обучали этого зверя, но тот, даже если не знал такой команды, все равно плюхнулся на свой зад, боясь лишний раз пошевелиться. – Сейчас тебя тоже накормят.

Парень ощущал некоторую симпатию к этим тиграм. У них было с ним нечто общее. Если архан какое-то время поголодает, то тоже теряет рассудок и начинает бросаться на всех подряд. Это был один из минусов его тела, с которым приходилось мириться. У этих тигров была схожая проблема.

Выбравшись из клетки, Зиргрин под немыми взглядами циркачей прошел к корыту с мясом, выбрал один из кусков и бросил через решетку все еще не смевшему сдвинуться с места тигру.

Лон, наблюдавший за этим, сделал себе зарубку быть с этим парнем еще более осторожным, чем он решил ранее. На своем веку старый ветеран повидал не так много людей, способных за шкирку отшвырнуть разъярённого тигра, а потом одним лишь взглядом осадить впавшего в ярость хищника. Такие приступы у аденских тигров случались уже не раз, так что Лон очень хорошо осознавал, как сложно их расцепить и успокоить. Как правило, приходилось ждать, пока звери ослабнут от кровопотери, и только тогда их отцеплять друг от друга, кормить и долго после этого лечить.

– Вот это да, – почесал затылок отошедший от увиденного крупный мужчина с впечатляюще широкими плечами и мощной грудью. Его руки напоминали два толстых бревна. О месте в труппе этого человека долго размышлять не приходилось – он явно был силачом.

– Вы можете отдохнуть в синей повозке, – проговорил Лон, подойдя к Ренану, за спиной которого уже привычно встал Зиргрин, цепким взглядом наблюдая за окружающей обстановкой. – Надеюсь, вы понимаете, что нам не нужны неприятности?

– Вам нет нужды беспокоиться, мы не станем вас обременять, – понял причину беспокойства однорукого Ренан.

– Очень на это надеюсь.

Парни не стали заставлять себя ждать и вскоре скрылись в выделенном для них транспорте.

– Пахнет змеями. Наверное, их ради нас перенесли отсюда, – проговорил Зиргрин, рассматривая абсолютно пустую повозку.

Ренан уже достал из пространственного артефакта свой спальный мешок, от которого у Зиргрина немедленно засвербело в носу.

– Кажется, твой поступок только увеличил их опасения.

– Пожалуй, не стоило в это лезть. Ты будешь спать? День только начался.

– Я всю ночь не спал! Перелет этот, потом у дороги в лесу сидели сколько!

– Ладно, я понял.

Зиргрин вышел из повозки, закрыв за собой тент. Находиться рядом со спальным мешком Ренана, зачарованным от змей, было настоящим мучением.

Архан посмотрел в сторону стреноженных лошадей, которых выпрягли из повозок и привязали к тут же сделанной циркачами коновязи, после чего достал из ножен меч и точило, взявшись наводить остроту на и без того остром оружии.

– Дядька, тебя Зир зовут? – отвлек ушедшего в себя Зиргрина мальчишеский голос. Парень посмотрел на стоявшего перед ним мальчишку в латаных штанах и порванной на локте рубахе.

– Да.

– А я Теор, сын хозяина цирка.

– Лона?

– Ага, – радостно кивнул мальчишка, плюхнувшись прямо на землю напротив все еще правившего меч Зиргрина. – Как ты смог голыми руками тигра успокоить? Я так научусь?

Архан поднял взгляд на любопытного сорванца.

– Тебе десять?

– Ага! Исполнилось месяц назад, – ответил тот, не понимая, как оно связано с тигром.

– В столицу едете?

– Точно! Батя говорит, дело у него важное там!

– Тогда научишься. Даже, если не захочешь.

Мальчишка уже открыл рот, чтобы спросить, что значат эти слова, как неожиданно вздрогнул от грозного крика отца.

– Теор! Ты забыл, чем должен заниматься?

– Бать, я не хочу быть мечником! Я ножи хочу метать, как ты! – недовольно захныкал тот, поднимаясь с земли и обреченно направляясь к державшему тренировочный деревянный меч отцу.

– Закрой рот и делай, что говорят! Мужчина должен все уметь!

Следующие четыре часа Зиргрин наблюдал, как Лон гоняет сына в хвост и гриву, показывая весьма специфические приемы. Ближе к обеду к нему подошла симпатичная девушка лет двадцати на вид с длинными каштановыми волосами, собранными сзади в хвост. В руках она держала две тарелки с ароматной дымящейся мясной кашей, накрытой хлебом.

– Привет, я Катина. Это ваша еда, дорогие гости, – стрельнула в Зиргрина глазками девушка.

– Спасибо, – принял еду архан, после чего отнес тарелки в повозку.

– Пожалуйста, верните посуду, когда закончите, – крикнула Катина снаружи, чем разбудила кермского принца. Тот, протирая глаза, посмотрел на брата, поставившего рядом с его постелью тарелки.

– Можешь съесть обе порции, – иронично произнес Зиргрин.

– И съем, – недовольно буркнул все еще сонный Ренан, выбираясь из своего спального мешка. – Долго я спал?

– Не очень.

– Когда они поедут дальше, не сказали?

– Завтра на рассвете. У них была тяжелая дорога, так что цирк остановился здесь на отдых. По их подсчетам, в Клинсе мы будем через три дня. Там они намерены дать представление, так что задержатся на два дня.

– Что? Три дня до Клинса ехать? Да я на хромой черепахе туда быстрее доскакать смогу! – возмутился Ренан.

– Куда ты торопишься? У нас нет срочных дел.

– Верно, но… если до Клинса мы будем ехать три дня, да еще два в нем, когда же мы попадем в окраины столицы?!

Им не нужно было в саму столицу, их целью была «клетка», в которой Зиргрин должен был разобраться со своей проблемой. Ренан был твердо намерен сопровождать своего названного брата, опасаясь, что судьба разведет их дороги.

– Это же цирк, – произнес архан, морщась от звука пары десятков звонко лаявших где-то рядом мелких дрессированных собачек. – Думаю, наш путь займет месяца два.

– Проклятье! – чертыхнулся Ренан. – Надо было проситься к торговцам!

Но все же, несмотря на эти неудобства, Зиргрин с Ренаном согласиться не мог. Была еще одна причина, по которой он принял решение присоединиться именно к циркачам, но сообщать о ней принцу парень не стал. В любом случае, в их ситуации нельзя было отказываться ни от одной хорошей возможности, даже если это сопряжено с задержкой по времени.

На следующее утро с рассветом в крытую повозку вломился мужчина, разодетый, словно барышня и с макияжем на лице. Манерно хлопая сонному Ренану накрашенными ресницами, он затащил в повозку свои вещи и сообщил, что их гостям нет никакой нужды покупать отдельную повозку, так как они отдадут им эту, но он, Лилей, будет ехать вместе с ними.

Зиргрин откровенно потешался над происходящим, забравшись на козлы и взяв на себя обязанность кучера. Он все равно предпочитал переночевать на ветке дерева, чем в одной повозке с беспощадно вонявшим спальником принца, так что ему это соседство не грозило, а вот у Ренана даже от одного взгляда на своего нового соседа по спине мурашки бегали.

– Айнар, золотце, где мне лучше устроиться? Где спишь ты, я уже увидел, а что насчет твоего охранника? Не хочу никого стеснять…

– Зир предпочитает свежий воздух, так что спит снаружи повозки.

– Ой, да не может быть! – манерно скривился одетый, как барышня, парень. – Там же столько кусачей мошкары!

Ренан только плечами повел, в то время, как Лилей решил получить свои ответы непосредственно у первоисточника.

– Зир, златовласочка моя, расскажи Лилею, почему ты спишь на улице? Это же так неудобно! – перебралось к нему на козлы это странное существо, подоткнув цветастые юбки.

Зиргрин стоически промолчал, прикрыв ненадолго глаза. Кажется, их путешествие будет гораздо труднее, чем думалось.

Весь день прошел относительно спокойно. Болтливый до ужаса Лилей, не сумев выдавить из Зиргрина ни одного слова ответа, сообразил, что тот был для него не лучшим собеседником, после чего вернулся в повозку и снова пристал к пытавшемуся медитировать Ренану.

– Ведь это не удобно – так сидеть, а? – ткнул наманикюренным пальчиком на скрещенные ноги кермского принца Лилей. – У меня есть отличный пуфик, хочешь, могу дать. На нем мягко.

– Лилей, я медитирую! Не мешай мне, – не выдержал окончательно взбешенный Ренан.

– Что ты делаешь? Ой! Какой плохой мальчик! О таком признаваться вот так – неприлично, проказник!

– Какого дьявола? Ты о чем сейчас подумал, неуч? Я концентрирую магическую силу!

На мгновение Лилей ошарашено замолк, широко распахнутыми глазами смотря на своего собеседника, после чего разразился буквально ультразвуковыми восклицаниями восторга.

– Ты маг! Не может быть! Это же так почетно, ух-х-х. Покажи что-то из магии? Покажешь? У нас в труппе настоящих магов нет, но есть отличный фокусник, я тебя вечером с ним познакомлю, когда на ночевку встанем…

К вечеру, когда цирк, наконец, остановился, и члены труппы привычно засуетились, задавая корм зверям, выгуливая собачек, проводя ежедневную тренировку, Зиргрин тоже решил принять посильное участие в процессе. Он ловко распряг лошадей, задал им корм и воду, после чего привязал рядом с остальными к коновязи на ночь.

Сумерки наступали очень быстро, но для парня темноты не существовало, так что он сам не заметил, как стал помогать остальным. Слово за слово, ему удалось познакомиться с большей частью циркочей. Даже несмотря на его природную молчаливость, они умудрялись разговорить его. Это были очень дружелюбные люди, с готовностью принявшие в свое общество присоединившихся к ним чужаков. И особенно Зиргрину «повезло» стать объектом внимания сынишки Лона, Теора, и красавицы-танцовщицы Катины.

Состав труппы был довольно молодой, потому сын был только у хозяина бродячего цирка, остальные почти все были холосты и связывать себя браком не спешили. Из-за этого факта мальчишке было довольно скучно среди взрослых и в лице Зиргрина он нашел для себя необычную диковинку. Катина же… Девушка постоянно пыталась его чем-то накормить или напоить, непрерывно строя симпатичному светловолосому воину глазки. Зиргрин не был дураком и с первого мгновения понял, чего она добивалась, но старательно игнорировал ее намеки. И дело было не в том, что он против. Хоть парень сейчас и принадлежал к другой расе, но все еще помнил свою человеческую жизнь, и девушки-люди были вполне в его вкусе, вот только…

Под одеждой он скрывал свои татуировки и шрамы. Парень не мог позволить себя разоблачить из-за какой-то похоти. Но как это объяснить Катине? Хуже того, у него начинали заканчиваться отговорки, под которыми он не принимал от нее угощения. В конце концов, он стал все брать и относить Ренану.

– Дядька Зир, – позвал его из-за кустов заговорщический голос Теора.

Зиргрин вздохнул и прошел в сторону голоса, подхватывая кусок толстой высохшей ветки, обломанной каким-то зверем, после чего присел на влажную от вечерней росы траву, прислонившись к стволу дерева, и начал аккуратно что-то вырезать.

– От отца скрываешься? Ох, попадет тебе, парень.

– Да не хочу я быть мечником! Я, как ты, хочу тигров голыми руками швырять! – выбрался из кустарника весь исцарапанный колючками мальчуган.

– А кто тебе сказал, что я не мечник? – поинтересовался Зиргрин, в руках которого кончик стилета неуловимо порхал, искусно вырезая все новые детали.

– Ты – мечник? Я думал, ты, как батя, ножи метаешь, – многозначительно посмотрел на заполненную метательными кинжалами нагрудную перевязь Зиргрина Теор.

– Одно другому не мешает, здесь он прав.

– Но у меня действительно не получается с мечом! Батя все время по горбу лупит!

– А ты не съеживайся, и он не будет тебя лупить.

У мальчика сложилась комичная ситуация. Его отец обладал довольно крутым нравом и за малейший просчет лупил розгой по спине. В итоге, боясь, что вот-вот получит розгой, Теор подсознательно съеживался и, разумеется, терял равновесие и получал свою розгу.

Архан коротко пересказал мальчику результаты своих наблюдений за их тренировками со стороны, после чего дал пару советов. Вооружившись этим знанием, Теор пошел сдаваться искавшему его отцу.

– Ого, это ты так быстро вырезал? Ну ты даешь, дядька Зир! – произнес он, когда, проходя мимо, заметил фигурку в руках своего собеседника.

Зиргрин посмотрел на получившуюся миниатюру в виде взлетающего сильда, улыбнулся, после чего отдал Теору.

– Держи. На память.

– Класс! Спасибо! – немедленно обрадовался тот, поле чего побежал в лагерь, исчезнув за одной из повозок.

Зиргрин с некоторым сожалением посмотрел в спину мальчугана, после чего прикрыл глаза, прямо так и задремав.

Очнулся он рывком, рефлекторно ощутив, что к нему приближаются. Но едва напрягшись, он сразу же успокоился.

– Что ты здесь делаешь?

– Раз уж ты убегаешь от меня все это время, мне приходится тебя догонять, – весело ответила Катина. – Или я тебе не нравлюсь? Быть может, тебе Лилей по вкусу больше?

– Не говори ерунды, – хмыкнул Зиргрин.

Она была действительно очень красивой девушкой с удивительным гибким телом и гладкой белоснежной кожей, от которой приятно пахло карамелью.

– Тогда почему ты меня избегаешь?

– Есть причина. Прости, но ничего не получится. Уходи.

– Ты уверен? – томно прошептала она ему, обдав ухо горячим дыханием. Одновременно ее рука скользнула к воротнику, попытавшись расстегнуть верхние пуговицы и коснуться его груди. Вот только парень не был настроен позволять ей это делать. Он легко перехватил хрупкую девичью руку и холодно посмотрел на девушку.

– Уходи.

Катина, оказавшись отвергнутой, отлепилась от парня и, отвернувшись, молча ушла. Зиргрин осознавал, что обидел ее, но ничего не мог с этим поделать. Тяжело вздохнув, он посмотрел на дерево, под которым сидел, после чего без всяких усилий взмыл на ближайшую крепкую ветку, на которой и устроился спать. Подконтрольные духи присматривали за Ренаном и округой, так что он вполне мог себе позволить расслабиться.