Текст книги "Право на власть. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Лилия Бернис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 35 страниц)

Глава 29

Весь последующий день Зиргрин с Липучкой были очень заняты. Тим пробежался по адресам, где теперь жили его выросшие сестры. Воссоединение с пропавшим братом было бы очень радостным, если б догадки Зиргрина не подтвердились. Все они оказались затронуты проклятием и чувствовали себя с каждым днем хуже. Чтобы не беспокоить мать, девушки не говорили ей об этом, надеясь, что вскоре все пройдет.

Подтвердив свои опасения, Липучка принялся носиться по всему городу, скупая ингредиенты для зелий архана. Сам Зиргрин установил во дворике дома матери Липучки походный алхимический набор и полностью погрузился в создание зелий. Амета, мать Липучки, хлопотала у уличной печи, готовя разнообразные нехитрые яства из принесенных сыном продуктов.

На самом деле жизнь Аметы была не столь плоха, как можно подумать, видя ее маленький домик с одной-единственной комнатой внутри. Повзрослевшие и вышедшие замуж дочери давно хотели сброситься и купить ей жилье побольше, но женщина категорически отказывалась покидать свою хибарку.

– Я нарвала тебе яблок, Зир! – крикнула с ветки одного из трех росших во дворе деревьев Еша.

Девочка почувствовала себя хорошо довольно скоро после приема лекарства. Увы, как и говорил архан, его зелья могут только унять симптомы, но не избавить от проклятия. Для того, чтобы сестры Липучки полностью оправились, требовалось найти Беспалого. С того момента, как Тим об этом узнал, он был весь на иголках. Вероятно, если бы не приказ Зиргрина, тот бросился бы искать Харка буквально уже завтра.

– А ну слезай! – ругнулась на Ешу мать, увидев, куда та забралась.

– Но я хочу угостить Зира яблоками! Здесь самые красные!

– Он не ест яблоки! Слезай, кому говорят!

Мать Липучки уже попыталась накормить Зиргрина, так что тому пришлось признаться в своих вкусовых пристрастиях, чтобы не обидеть отнесшуюся к нему с материнской заботой женщину.

– Ядовитые железы сафского скорпиона не нашел, – вывалил рядом с поглощенным химической реакцией арханом целый ворох ингредиентов Тим. – Весь город прочесал – нет их нигде.

– Сходи в филиал Гильдии, у них должно быть. Если нет – скажи, что я приказал доставить телепортом.

– Не знал, что в Гильдии есть телепорты!

– Есть, давай быстрее. Мне они нужны уже сейчас.

– Понял, пойду переоденусь.

Постоянно в снаряжении теней ходили только Советники с четырьмя полосками и королевские тени. Остальные надевали его только отправляясь на задание. То же самое касалось Липучки. Чтобы не пугать торговцев, он переоделся в обычную одежду. Вот только для визита в филиал Гильдии необходимо быть в экипировке теней. Этого требовал кодекс, к которому каждый выпускник «клетки» относился с максимальной серьезностью.

Стащив верхнюю одежду, Тим вылил на себя ведро воды из вырытого у дома колодца. Погода стояла жаркая и чрезвычайно душная. Все горожане изнывали, стараясь без нужды не появляться на солнце. Один только Зиргрин не испытывал никаких проблем, с большим удовольствием подставляясь под солнечные лучи.

– Почему третья полоска алая? – недовольно буркнул Липучка, стараясь не замечать печального взгляда матери на его покрытый шрамами торс. В конце концов, обучение теней довольно сурово, и еще никто не выпускался без единого повреждения. Амета это тоже понимала, потому лишь качала головой, каждый раз, когда видела сына.

– Потому что ты не прошел переподготовку. Тебе придется съездить в «клетку». Но это уже после свадьбы. Ты, кстати, сказал матери про Мику?

– Да, сказал.

– Отряд Ренана должен прибыть завтра к полудню. Нужно закончить с производством зелий сегодня.

– Понял, – застегнул куртку Тим, после чего затолкал свою повседневную одежду в сумку, где до этого хранилось снаряжение, убрав ее в пространственный артефакт.

Этот артефакт подарил другу Зиргрин. Он был довольно маленькой вместимости и достался архану в качестве трофея, снятого с одного из убитых магов в бытность Тенью Ренана. Сам Зиргрин не особенно нуждался в столь маловместительном артефакте, учитывая, что к тому времени Ренан уже подарил ему гораздо лучшую его версию, но и выбросить ценную вещь было жалко. Вот и таскал, пока не вспомнил о нем во время разговора с Тимом. Объема пространственного кармана было как раз достаточно, чтобы убирать туда сумку со снаряжением тени.

– Тим! – Еша к этому моменту уже сползла с дерева, попутно оцарапав коленки.

– Ты такая радостная, словно год меня не видела! – шутливо щелкнул по лбу подскочившую к нему сестру Липучка. – Я же просто уходил в город на пару часов.

– Ага! В костюме теней ты выглядишь так классно! Ты убивал людей?

– Конечно, убивал, – ответил Тим, улыбнувшись. – Как можно быть убийцей, никого не убивая?

Это был действительно жестокий мир, в котором дети легко обсуждали чужие смерти, не видя в этом ничего особенного.

– А покажи свой меч? Он такой короткий! У рыцарей есть мечи, которые они могут возить только на лошади, привязав к седлу! Я сама видела, когда герцог Кимир выезжал в город три дня назад. Покажешь меч?

– Нет. Кстати, Зир, – обернулся Тим к архану. – В городе много разговоров о войне. Кажется, Ликир прислал всю свою армию под Рузмин.

– Да, я слежу за этим. Только вот войной это не назовешь. Кермские регулярные войска на самом деле ведут бои с ополчением Кимира, но все как-то вяло происходит. Даже смертей не так много – три-четыре человека в день с каждой стороны. Странно это, но я мало что смыслю в военной тактике и стратегии.

– Похоже, Ликир что-то задумал, – пробормотал Липучка. Он, в отличие от архана, очень неплохо во всем этом разбирался и видел больше, чем друг. – Думаю, обе стороны ждут прибытия Ренана. Кстати, тебе не показалось странным то, насколько легко принцу удалось прорвать окружение и оторваться от преследования в болотах? Чтобы ты знал, после битвы под Легореем остатки ашмарской армии как раз в это болото и были загнаны Ликиром. И тогда он смог разделить свою армию на летучие отряды, выкашивавшие противника, словно траву. Повтори он свою тактику – защитить Ренана было бы сложно даже при наличии на его стороне мощного отряда теней.

– Тим, я правда не знаю. Пусть об этом думает Ренан со своими сторонниками.

– Ты прав, это не наше дело, – вздохнул Липучка. – Я пошел.

В ожидании Тима архан решил добавить в защиту двора Аметы визуальный полог. У него всегда был с собой набор основных артефактов, необходимых в работе. Все тени регулярно исполняли роль телохранителей, оберегая различных торговцев, знать или городского короля воров, для чего им требовались умения в установке артефактных защит.

Гильдии вообще было плевать, на кого работать, до тех пор, пока в их дела не вмешивалась королевская семья через своих личных телохранителей. Именно поэтому убийцы обладали весьма двояким положением, с одной стороны явно работая на корону, а с другой – не гнушаясь взять заказ, к примеру, на королевского судью.

Установив последнюю печать, Зиргрин пробил ее по центру, запуская активацию. Энергии в таких бумажных артефактах много не было, но хватало, чтобы в автономном режиме функционировать пару дней. Ранее архан установил только звукоизоляцию, но стал замечать, что периодически за забор Аметы кто-то пытается заглянуть, чтобы рассмотреть ее гостей. Конечно, Зиргрин сейчас был замаскирован под человека, более того, он, как и Липучка, снял свое снаряжение, одевшись в дорожный костюм, в котором сопровождал Ренана. Тем не менее, его лицо было незнакомым в городе, а бедные кварталы буквально жили слухами, привлекая к дому матери Липучки все новых зевак. Но вскоре небольшой дворик Аметы вместе с домом накрыл мутный темный купол, не дававший возможности рассмотреть происходящее внутри. Зеваки, конечно, не были готовы так легко сдаться, так что стали стучать в калитку, с разными причинами визита, но им никто не открывал.

– Ох, даже жена горшечника здесь, – рассмеялась мать Липучки, прекрасно видя визитеров, так как купол был непроницаем только снаружи. – За сколько лет даже словом со мной не перекинулась, а тут – в гости.

– Это из-за Тима. Все-таки горожане знают, кто его отец. Было бы странно, не стань они любопытны к его возвращению, – сказал архан, вернувшись к своим ретортам.

Ядовитые железы у него уже закончились, так что оставалось дождаться, пока настоится уже готовая партия. Приступить к новым он мог только после возвращения Липучки. Чтобы не тратить времени, Зиргрин сел в позу лотоса и стал разбирать и подготавливать остальные ингредиенты.

Женщина только тяжело вздохнула. Она не одобряла жажду своего ребенка отомстить родному отцу, но отговаривать даже не пыталась. Ей ли не помнить, как Тиму пришлось бежать от пьяной матросни, получившей приказ повесить мальчика?

– Ты очень талантлив, – посмотрела она с теплотой на старавшегося ради ее детей архана. – Твои родители, должно быть, очень гордятся тобой. Тим говорил, что тебя похитили в детстве, отправив в «клетку». Я надеюсь, ты смог вернуться к семье, когда освободился?

– Нет у меня семьи, энра Амета. Все погибли.

– Ох, прости.

В голосе женщины было сочувствие. В этом мире очень многие умирали ранней смертью, огромное количество детей становилось сиротами, многих детей собственные родители продавали в рабство, только чтобы прокормить их братьев и сестер. Войны, преступность, болезни… Никто не удивлялся тому, что кто-то вырос сиротой.

– Вам ведь страшно рядом со мной. Я чувствую этот страх, исходящий от вас. Зачем себя пересиливать? – поинтересовался архан. – Нет никакой необходимости поддерживать со мной разговор.

– Страшно, – согласилась Амета. – Кто бы не боялся королевскую тень? Но разве я должна слушаться своего страха? Знаешь, каково жить с Харком? Его я тоже боялась всю жизнь. Мой муж всегда был безумен. Но это не значит, что я не любила его.

– Вы очень странная, – усмехнулся Зиргрин.

– Может быть, – рассмеялась та, ничуть не обидевшись. – В моем дворе под яблоней готовит какие-то зелья королевская тень. Мой сын стал тенью и оказался лучшим другом Призрачного Пса. Мои дочери оказались под действием проклятия, перешедшего на них от родного отца. На меня за сегодня столько обрушилось, что я решила принимать все, ничему не удивляясь.

– Да уж, вам нелегко пришлось.

– Но я все равно счастлива. Я очень счастлива, что мой сын вернулся ко мне. Еша поправилась и уже радостно бегает, в восхищении от того, какой у нее удивительный братик.

– Этот балбес должен скрывать свою профессию тени, – заметил Зиргрин. – А вышло, что теперь весь Рузмин знает, что он убийца.

– Весь город знал, где скрылся Тим от преследования Харка. Здесь нет смысла что-то пытаться утаить. Из «клетки» ведь можно выйти только тенью.

– Вы правы, но для него это не очень хорошо. Вряд ли Гильдия позволит ему остаться в Рузмине из-за этого.

– Разве ты не можешь на это повлиять? – в глазах женщины появилась хитринка.

– Я повлияю, – вздохнул архан, понимая, что в любом случае бы сделал это для друга. – Но ему будет непросто жить здесь. Это окажет влияние и на его семью в том числе.

– Ох, верно, с принцем же прибудет невеста Тима! Он говорил, она когда-то служила тебе? – мать Липучки никак не могла не воспользоваться шансом расспросить о будущей невестке.

– Мика – святая женщина. Только благодаря ей меня до конца не поглотило безумие в период службы Ренану… Для Тима сложно будет найти более подходящую жену. Она знает теней и умеет заботиться о них. Мика вытаскивала из меня арбалетные болты и осколки взрывных артефактов множество раз, поддерживала в моменты отчаяния и терпеливо ждала с заданий… Я отношусь к ней, как к сестре, и не прощу никого, кто посмеет ей навредить.

– Весь Керм наслышан о том, что ты – единственный из королевских теней, кто не убил свою рабыню. Видимо, это именно Мика? Ведь других рабынь ты никогда себе не брал.

– Да, она. Я освободил ее сразу же, как освободился сам.

– Мне не терпится увидеть ее. Если даже ты говоришь о ней только хорошее, то мне не на что будет жаловаться. Но не был ли против их союза ты сам?

Беспокойство Аметы было понятным. Зиргрин прожил с Микой вместе много лет. Только эта девушка знала, как он выглядит, только она видела его раны после заданий и страдания под подчиняющим заклятьем. Было бы очень странно, если бы они не сблизились.

– Я не касался ее, если вы об этом. Как и говорил, Мика для меня больше сестра. С чего мне быть против того, чтобы они с Тимом создали семью?

– Хорошо, – кивнула мать Липучки, получив ответы на мучившие ее вопросы.

Вскоре вернулся и сам Липучка.

– Ну и скряги эти Советники! – воскликнул тот, передавая архану сверток с ингредиентами. – У них песка в пустыне не выпросишь! Пришлось угрожать твоим гневом, так что, если спросят…

– Я понял, – кивнул Зиргрин, принимаясь за очередную порцию зелий.

Он понятия не имел, как обернется продвижение Ренана к власти, так что был намерен обеспечить сестер Липучки как можно большим запасом лекарства, а это были тысячи порций. Конечно, сами порции были небольшими, а объем приготовленного за раз зелья – приблизительно двенадцать литров, но все же предстояло повозиться, ведь парень сам запретил приказом другу отправляться на поиски Харка. Да и была еще одна причина придержать рвущегося убивать отца Липучку. В таком состоянии тот просто не мог мыслить здраво К тому же был высок шанс, что за время, пока они разбираются с проблемами Ренана, Беспалый самостоятельно найдет способ снять с себя проклятье. В этой жизни Зиргрин был сиротой, но в прошлой он очень любил своего отца, хоть периодически у них и бывали напряжения в отношениях. Именно поэтому парню трудно было представить сцену того, как сын из мести убивает родного отца, каким бы ублюдком тот ни являлся. Да и Харк не казался настолько моральным уродом, чтобы загонять собственного ребенка по всей стране аж до прыжка через рунную линию на входе «клетки». Архан понятия не имел, что произошло на самом деле.

Зиргрин закончил с зельями поздней ночью. К этому моменту у Аметы побывали все ее дочери, некоторые приходили с мужьями и детьми. Архан, чью личность с удовольствием раскрыл Липучка, столкнулся с целым букетом самых разных реакций в свою сторону. Кто-то смотрел на него с немалой опаской, старательно держась как можно дальше от чудовища в виде королевской тени. А некоторые, как та же Еша, постоянно липли к нему, мешая работать и третируя целым ворохом стороннего любопытства: от просьбы показать истинную внешность до вопросов о стоимости убийства шумного соседа. К счастью, Амета отслеживала таких прилипал и уводила их с собой.

– Устал? – сочувственно спросила женщина, когда Зиргрин, наконец, закончил отмерять порции зелья, плотно закупоривая мензурки.

– От людей, да, – признался архан. Даже во дворце Иршира его так не доставали.

– Прости. У меня большая семья, и они не могли не прийти.

– Почему вы не переедете? Здесь слишком мало места, чтобы поместить их всех в такие вот дни.

Даже лохматый пес Аметы от нахлынувшего количества гостей трусливо скрылся в конуре, боясь высунуть оттуда нос. Учитывая, что в этот день здесь присутствовало шесть детей от восьми до пятнадцати лет, решение пса было совершенно разумным. Зиргрин даже позавидовал барбосу, так как сам он никуда не мог спрятаться.

– Ох… Я все это время ждала Тима. Мне казалось, что если он вернется, а меня здесь не будет…

– Матушка, ну что ты такое говоришь? – проговорил Липучка, услышав эти слова. – Я же тень! Я нашел бы тебя!

Женщина только рассмеялась, но ничего не ответила.

– Решено. Завтра же идем выбирать новый дом! Нам надо его купить до того, как в город войдет Ренан с Микой!

– Не успеешь, – осадил его архан. – Лучше тебе дождаться Мику и идти выбирать дом вместе с ней.

Мнения Аметы уже никто не спрашивал. В Керме существовала древняя традиция. Девушки уходили жить в семью мужей, а вот престарелые родители должны были жить в доме старшего сына или одни. Разумеется, в последнем случае дочери должны были приходить и ухаживать за родителями. Липучка был единственным сыном Аметы, так что именно с ним и Микой ей предстояло жить в будущем. Обычно в таких случаях к сыну переходил и родительский дом, но Тим однозначно мог себе позволить хорошее жилье. В конце концов, он весьма неплохо зарабатывал в качестве тени.

– Да, ты прав. Лучше вместе с ней.

Зиргрину постелили на широкой лавке. Он лежал, вдыхая запах чистого белья, и ощущал какую-то странную ностальгию. Этот запах разительно отличался от того, каким обладало белье во дворцах.

Неизвестно, по какой причине он увидел этот сон. Быть может, наложилось теплое отношение Аметы вкупе с семейной обстановкой. Но ему снился его родной дом из прошлого мира. В гостиной их особняка собралось немало людей, многих из которых он уже не мог вспомнить. На диване сидел его друг из прошлой жизни, Сова, с той девушкой, подругой Психа. Как же ее звали? Он не помнил. Блондинка плакала на плече смуглого парня, которого Зиргрин точно никогда еще не видел. Или видел?

– Просто ад какой-то, – всхлипнула девушка. – Сначала Анька, потом Нетронин. А сегодня еще этот охранник, прямо на похоронах… Кому нужно было стрелять в Евгения Матвеевича?

– Жаль Егора, – произнес один из охранников семьи Нетрониных. Его имя Зиргрин помнил, Дима. Сейчас охрану обеспечивали его коллеги, а сам Дима тихонько напивался. – Ну да все там будем. Такая у нас работа… Ничего, мы до них еще доберемся…

Зиргрин ничего не понимал. Из особняка его выдернул монотонный мужской голос. Словно телепортировавшись, парень оказался прямо перед священником, начитывавшим молитвы. Кадило на очередном взмахе прошло сквозь него, обдав клубами удушающего дыма. А следом парня снова перенесло в особняк. Здесь уже стояла ночь. По какой-то причине Сове постелили во все той же гостиной на диване. Вероятно, он слишком напился, чтобы идти домой, а гостевые комнаты оказались заняты.

Звук выстрела разнесся громом по спящему особняку. Проснувшись, Сова натянул очки и бросился вверх по лестнице. Зиргрина непреодолимо потащило за ним. Здесь уже был один из охранников, выбивавший ногой толстую дверь в до боли знакомый Зиргрину кабинет. Сова решил помочь. Вместе они все же смогли это сделать. Первое, что привлекало внимание – это запах пороха. Резкий, неприятный запах.

За своим столом, рухнув лицом на столешницу, лежал отец архана из прошлой жизни. Голова была прострелена, а в обвисшей руке все еще оставался коллекционный револьвер. Из-под волос виднелась фотография улыбающейся женщины с пшеничного цвета волосами. Зиргрин не помнил лицо матери, но сейчас сразу узнал ее. У нее были от природы светлые волосы. Именно в нее пошел младший сын, хотя Миша, старший брат Зиргрина в прошлой жизни, обладал каштановой шевелюрой.

– Твою мать, – выругался охранник, увидев, что его шеф совершил самоубийство. – Твою же мать!

На углу стола аккуратно была отложена записка. Сова развернул ее, пока охранник без всякой надежды подошел проверить пульс своего нанимателя.

«Я не знаю, ради чего мне теперь продолжать жить, так что решил уйти к жене и сыну. Завещание у моего личного нотариуса. Он обо всем позаботится после моей смерти. Егора только жаль, не нужно было ему закрывать меня от той пули. В столе в среднем ящике наличные, передайте их его семье».

Таковы были его последние слова.

– Что же ты, Санек, отца своего довел? – покачал головой Сова. – Себя не уберег, так еще и его за собой утащил…

Зиргрин проснулся в холодном липком поту. Какого черта это было?

Внутри него все словно перевернулось, сердце бешено колотилось, разгоняя кровь по венам. Какого дьявола? Что это за сон такой?

Это был слишком реалистичный сон! Он словно реально там присутствовал.

Вскочив с постели, архан натянул штаны и вышел из дома. Холодный предрассветный воздух ворвался в легкие, остужая мысли и успокаивая. Это был просто сон, навеянный обстановкой. Просто он много лет не видел свою настоящую семью, людей из прошлого мира…

Проклятье.

Образ лежащего на столешнице отца с простреленной головой никак не хотел развеиваться.

Черт!

– Зург, что с тобой? – позвал вышедший следом Липучка. Он проснулся от того, насколько резко поднялся Зиргрин.

– Все нормально. Просто кошмар.

– Боюсь представить, что тебе может сниться, – сочувственно произнес Тим.

Всех теней периодически преследовали кошмары. В конце концов, никто из них не был железным.

Архан, тем временем, извлек из своего пространственного артефакта снаряжение тени и быстро переоделся.

– Прогуляюсь.

– Как знаешь, – поморщился Липучка.

Он прекрасно понимал, чем именно планирует заняться его друг. Этим он разительно отличался от обычных теней. Ведь обычные тени убивают только по заданию Гильдии и при условии хорошей оплаты. Тот же, кого прозвали Призрачным Псом, убивал ради самого убийства. Например, чтобы успокоиться после приснившегося кошмара. Скорее всего, вскоре обнаружат несколько обескровленных тел местных бандитов.

До того, как окончательно рассвело и город начал просыпаться, Зиргин успел вырезать три бандитские шайки, промышлявшие грабежами. Их он наметил для себя сразу, как прошерстил Рузмин подконтрольными духами.

На этот раз он пошел убивать не для того, чтобы избавиться от давящей жажды крови. Благодаря недавнему возвышению крылатого змея, архан вполне мог противостоять этой порочной части своей души. Проблема была в том, что парень просто разучился испытывать эмоции. А если и испытывал, то путался в них, не понимая, что именно ощущает. Но в такие моменты мощных эмоциональных всплесков, как после приснившегося кошмара, он не мог придумать другого способа успокоиться, кроме как начать убивать. Этот способ избавиться от раздиравших внутренности чувств укоренился даже не на уровне привычки, а на уровне глубинного инстинкта, который был настолько естественным для королевской тени, что Зиргрин даже не думал ему противостоять.

Спокойно наблюдая, как быстро высыхают кровавые брызги на стенах, превращаясь в темно-бурую пыль, архан убрал клинок в ножны. Послевкусие от приснившегося все еще сохранялось, но в голове немного прояснилось. По трезвому размышлению, Зиргрин пришел к выводу, что не должен был так реагировать на самый обычный сон. Но как же все было реалистично! Разве можно чувствовать запахи во сне? Такое бывает?

Немного успокоившись, парень решил возвращаться. Вскоре должен прибыть Ренан, так что следовало подготовиться, еще раз проверив все окружение герцога Кимира на наличие шпионов Ликира, заскочить в филиал Гильдии, чтобы пополнить запасы расходников, проверить состояние сестер Липучки, чтобы на время перестать волноваться о них, да еще было бы неплохо решить вопрос с жильем. Снять дом в верхнем городе, например. Очевидно, что в своем новом статусе он должен сам заботиться об этом. Покои рядом с покоями принца теперь должна будет занять его новая Тень. Зиргрин же, насмотревшись на происходящее в собственном дворце, не сомневался в том, что, реши он остановиться вместе с названным братом, местная знать немедленно включит его в свои интриги. При этом, можно было даже вообще сидеть без движения – и все еще невольно играть роль в чьих-то планах. Чтобы избежать этого, требовалось заранее позаботиться о своем жилье. И, в первую очередь, он хотел посоветоваться по этому поводу с Советником, возглавлявшим местный филиал Гильдии.

Герцог Кимир пил свой утренний чай, просматривая отчеты разведки. Сверху лежало несколько самых свежих докладов, помеченных отметкой «срочно». Прочитав один из них, бывший глава Тайной Канцелярии нахмурился, после чего перешел к следующему. Изучив и его, он нахмурился еще сильнее. Последующие срочные донесения были изучены более спешно, так как во всех говорилось почти одно и то же.

– И так, если суммировать, получается пятьдесят семь человек, – герцог скрипнул зубами и отбросил от себя свитки. – Выходит, он прибыл первым. Зверь, дикий неуправляемый зверь.

Дядя Ренана всю свою жизнь посвятил тому, чтобы обезопасить свою страну. Ради Керма он работал днем и ночью, часто истощая себя до полуобморочного состояния. За прошедшие годы ему удалось выстроить отлично налаженную систему Тайной Канцелярии, взяв под контроль практически все внутренние процессы государства. Но существование королевской тени без подчиняющего ошейника казалось Кимиру гораздо большей опасностью, чем действия его бестолкового младшего племянника, приведшие к краху страны и переходу ее под внешнее управление. В конце концов, с последним он имел возможность бороться.

Герцог протянул руку к небольшому серебристому колокольчику, который слегка встряхнул. В кабинет сразу же вошел его личный секретарь, тут же поклонившись в ожидании приказов.

– Удалось расследовать происхождение этого монстра?

– Боюсь, Ваша Светлость, без содействия Гильдии теней в этом вопросе наши возможности весьма ограничены. Будь он человеком – решить эту проблему было бы не так сложно, но он зург. Мы о его расе даже поверхностного представления не имеем, так что про получение глубокого понимания происхождения Призрачного Пса говорить не приходится.

– Должно быть что-то, доступное нашему вмешательству. Мы обязаны это найти. Что насчет его рабыни?

– Ваша Светлость, его рабыня прибывает вместе с Его Высочеством Ренаном. Боюсь, она под его покровительством.

– Это покровительство не может длиться долго. В конце концов, она просто рабыня, даже если и бывшая. Нужно проверить, не является ли эта женщина слабым местом нашего чудовища. Если через нее получится принудить его встать на колени для принесения повторной клятвы…

– Я не уверен, что он пойдет на подобное ради нее.

– Это необходимо выяснить. Только очень осторожно. Неважно как, но мы обязаны вернуть ублюдка в рамки заклятья. Это животное не должно оставаться на свободе! Он слишком опасен!

– Я понимаю, Ваша Светлость. Сделаю все, что в моих силах.

Разумеется, герцог Кимир даже представить не мог, что в это время за ним наблюдали десятки подконтрольных духов, слушая каждое произнесенное слово.

Сам же Зиргрин, стаскивая с себя костюм тени в доме матери Липучки, только криво усмехнулся. Его ничуть не трогало отношение герцога и остальной знати к нему, но вот решив давить на него через Мику, дядя Ренана переступил грань. Придется в ближайшее время разъяснить старику истинное положение дел.

Поразмыслив, парень решил отключить маскировку. Появившийся в ответ на отключение артефакта белоснежный хвост пару раз нервно дернулся в такт размышлениям архана. Ренан, конечно, просил его оставаться в человеческом облике, но Зиргрин просто не видел в этом никакого смысла. Вместо этого он решительно надел костюм своего народа. При этом, костюм был с короткими рукавами, как предпочитали ходить арханы. Это не были княжеские одеяния, усыпанные драгоценностями. Просто наряд, который мог себе позволить любой торговец. Стащив перчатки, парень бросил их в сторону своего снаряжения, после чего все разом убрал в пространственный артефакт.

Липучка был прав, он слишком зависит от Ренана. Он действительно ревниво относился к тому факту, что у принца появилась другая Тень, заняв его место. Вот почему архан решил не носить костюм тени, показав себя с несколько иной стороны. Среди преданной Ренану знати это должно произвести фурор. Зиргрин в предвкушении прикрыл глаза. Одно дело в Иршире, где его темную сторону толком не знали, но здесь, среди людей, которые были в ужасе от одной только мысли, что среди них гуляет монстр в виде освобожденной королевской тени, все будет иначе. Для них он, ранее скрывавшийся в тенях, выйдет, наконец-то, на свет и займет место на одном уровне с ними. Как же они все отреагируют? В любом случае, это будет забавно.