Текст книги "Падение ангела (СИ)"
Автор книги: Лана Шэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 46 страниц)
Глава 26
Возвращаясь в зал ищу глазами Марка и вижу, как он стоит, оперевшись плечом о стену, и с ухмылкой наблюдает за мной. Не знаю, что он там себе надумал, но встречаю его взгляд с вызовом. Наверняка он захочет сказать мне о том, что я совершила очередную глупость, но я уверена, что сделала всё правильно.
Таким как он, само собой, не понять. Он привык получать всё что захочет вне зависимости от обстоятельств, но рано или поздно что-то пойдёт не так. И если в нашей истории всё слишком сложно и запутанно, то я буду безумно счастлива и горда собой, если помогу другой девушке не попасться в ловушку.
В двух словах она рассказала мне, что её привели в комнату с камерами вместе с тем парнем, который на неё кричал. Там, проверив по записям, смогли убедиться, что она не мухлевала, что сильно разозлило и без того взбешённого мужчину. И вроде на этом должен был состояться счастливый финал, но к удивлению девушки, её не отпустили.
Вместо этого пришёл другой мужчина (она назвала его очень пугающим) и начал вести себя с ней странно. Будто подавляя собой, он пытался выяснить что она делает в казино, с кем пришла и так далее.
После его «допроса» она решила как можно скорее покинуть казино, но телефон разрядился и такси вызвать не удалось. Так она и оказалась в уборной, к нашему общему облегчению. С её стороны – получив помощь, а с моей – получив возможность её оказать.
Надеюсь, что с ней всё будет в порядке.
Я не стала спрашивать её имя или адрес, хотя сейчас об этом жалею. Было бы неплохо через время связаться с ней и узнать всё ли нормально. Брать с неё деньги за такси я категорически отказалась, объяснив это женской солидарностью. Так что моих данных у неё тоже нет. Чёрт. Очень жаль. Мне следовало проявить больше рациональности.
– В каких облаках витает мой ангел? – с хрипотцой произносит Марк, неспешно оценивая меня взглядом, в котором, как мне кажется, сквозит насмешка.
Но почему-то я уверена, что смеётся он не надо мной.
– Ничего важного, – отмахиваюсь, не желая впускать его сейчас в глубины своих размышлений.
Опасаюсь, что он всё равно не поймёт.
– Разве? Мне показалось, что ты только что спасла светловолосую пташку от стервятника. Нет?
– Откуда ты это знаешь? – вскидываю бровь, прикидывая, что известно Марку. Какая часть истории оказалась для него доступна.
А главное откуда.
Потому что увидеть меня с этой девушкой он, конечно, мог, но откуда он знает, что её кто-то преследовал? Если только он с ним не знаком.
– Не бери в голову, – нет, он уже открыто ухмыляется, – Мне нравится, что ты создаёшь проблемы кому-то, кроме меня. Это не наше дело. Пойдём, – обхватив меня за плечи сильной рукой, Марк повёл меня вглубь зала, чем значительно удивил, потому что я была уверена, что наше «задание» закончилось и можно отправляться в отель.
– Мы не уходим?
– Ещё нет, малышка, – небрежно бросает в ответ, после чего достаёт из кармана телефон и мельком смотрит на экран. Чего-то ждёт?
Не успеваю глянуть в направлении его взгляда и разглядеть хоть что-то, потому что мужчина возвращает телефон в карман и предлагает мне «повеселиться» около одного из гремящих и звенящих аппаратов.
– Нет уж, не моя тема, – морщу нос, с презрением глядя на эти пестрящие яркими красками машины.
– Уверен, ты также думала и обо мне в самом начале, – настроение Марка кажется мне неуместно игривым и весёлым. Интересно, что на это повлияло?
Когда я уходила, он казался собранным и спокойным, сейчас же выглядит как мальчишка, выигравший новенький футбольный мяч в конкурсе по поеданию хот-догов. И эта перемена вгоняет меня в сильнейшее недоумение.
– А кто сказал, что я не думаю так сейчас? – кошусь на мужчину, на что получаю лёгкий шлепок по ягодицам.
– Твои стоны и то, как ты подо мной кончаешь конечно.
Отвратительно. Отвратительно постыдно и правдиво. Награждаю Марка ехидным взглядом и понимаю, что какое-то время мы здесь ещё проведём. А значит варианта два: ходить за ним хвостом, как маленькая ручная собачонка, либо принять его предложение и позволить себе «развлечься».
– Ладно, но после рулетки у меня ничего не осталось, – поднимаю ладони вверх, побеждённо демонстрируя своё поражение.
– Как будто я позволил бы тебе хоть за что-то платить, – ещё одна насмешка и Марк притягивает меня к себе за талию, чуть ли не отрывая от земли, – Твоё упрямство с телефоном было последней выходкой, которую я стерплю.
– Как угрожающе звучит, – перенимаю его шутливое настроение и отвечаю с язвительностью, поднимая брови и изображая страх.
– Прибереги свой энтузиазм на ночь, девочка, – Марк разворачивает меня лицом к себе и впивается в губы, завладевая моим ртом так, будто хочет показать всему казино, что я с ним.
С удивлением слышу свой собственный стон от его настойчивой ласки, который стрелой летит в низ живота, вызывая там приятное сладкое томление. Чёрт возьми, где бы мы ни были и что бы ни происходило – тело и действия Марка приводят меня в возбуждение слишком быстро.
Так же резко, как и набросившись на меня, мужчина отстраняется, придерживая меня за талию. Растерянно моргаю, возвращаясь в реальность, после чего перевожу взгляд на лицо Марка и вижу затуманенные желанием потемневшие глаза.
В горле образовался ком, который с трудом удаётся проглотить, пока ладонь мужчины неспешно гладит меня через платье.
– Кажется, у меня есть идея получше, – облизывая губы, произносит Марк, и в моей голове начинают прокручивать все его идеи. Пошлые и извращённые.
– Смотри, какой чудесный аппарат, – вскрикиваю я, вырываясь из его хватки и слышу за спиной хрипловатый смех.
Я не была уверена, что в казино бывают номера, хотя кто его знает, чем тут занимаются и какие внутри царят правила. И всё же мне казалось их наличие странным, поэтому все идеи Марка явно были рискованными, а быть застуканными в какой-нибудь подсобке совершенно не хотелось. Поэтому я не придумала ничего лучше, чем принять его предложение и занять место за одним из свободный орущих аппаратов, то и дело завлекающим игроков.
Но моя свобода продлилась недолго.
Почувствовав за спиной присутствие Марка, я напряглась всем телом, ощущая прикосновение его горячих рук к практически обнажённой коже спины. Чёртова шнуровка. Как назло вспомнились слова мужчины о том, что он собирается сделать со мной по возвращении в номер этой шнуровкой и дыхание сбилось.
– Знаешь что здесь нужно делать? – мягкий шёпот раздаётся у самого уха и я чувствую дыхание Марка на коже.
Затем он прокладывает дорожку из влажных поцелуев, совершенно вырывая меня из реальности.
– Вставить монетку и нажать на кнопку, я полагаю? – пока я бродила по территории казино в ожидании Марка, я понаблюдала за игроками, занимающими места за подобными аппаратами. Механика элементарная, справится даже ребёнок.
Засовываешь монетку или купюру, «крутишь барабан» и ждёшь наиболее выигрышную комбинацию. Выпадает что-то интересное – забираешь выигрыш, не везёт – теряешь ставку.
– Такая хорошая ученица, – продолжает заигрывать и возбуждать меня Марк и я понимаю, что в понимание слова «повеселиться» мы сейчас вкладываем абсолютно разные значения, – Если выиграешь в двух из трёх раз – позволю сегодня выбирать то, что я с тобой сделаю. Проиграешь – лишаешься права слова до конца ночи.
– Тебе когда-нибудь говорили, что ты не очень хорош в сделках? – собираю все свои силы, чтобы сделать голос более твёрдым, но единственное, что остаётся твёрдым в этой ситуации – член Марка, который я чувствую бедром, потому что мужчина как бы невзначай прижимается ко мне именно этой своей частью тела.
– Мне никогда не говорили о том, что я в чём-то недостаточно хорош, – и в этих его словах снова совсем иной подтекст.
– Тогда я буду твоей первой, – с ухмылкой повторяю я его же слова, когда он ответил так, узнав, что я никогда не бывала в казино.
Слышу его удовлетворённый смех и нажимаю на кнопку, глядя на экран автомата. Конечно, я не соглашалась на предложение Марка относительно результата моей игры, но подонку удалось выбить меня из равновесия и лишить возможности просто насладиться и без того дурацкое игрой.
Теперь это дурацкая игра с сексуальным подтекстом и от этого она, чёрт возьми, стала более интересной.
Ячейки невероятно быстро сменяют друг друга и я ощущаю, как внутри начинает разгораться азарт. Семёрка, арбуз, лимон, виноград, слива. Чёрт. Ни одного повтора. Заряжаю снова и нажимаю на кнопку, когда слышу тихий шёпот Марка:
– Минус одна попытка, сладкая.
– Следующие две будут моими, – с ложной уверенностью отвечаю, гипнотизируя экран с пестрящими на нём картинками.
Где-то неподалёку послышались счастливые возгласы и я невольно перевела взгляд на парня, вероятно, получившего на похожем аппарате какой-то порадовавший его результат. За его спиной уже была небольшая толпа, старающаяся разглядеть что же там выпало.
Надеюсь, мне тоже повезёт. Почему-то наша односторонняя договорённость с Марком всё же меня взбудоражила и я врала нам обоим, делая вид, что не повелась на эту затею. Где-то в глубине души я чувствовала это облако сексуального напряжения, окутавшее нас в этот момент.
Слива, виноград, лимон, семерка, арбуз. Твою мать!
Марк кладёт руку мне на плечо и едва ощутимо сжимает, показывая, что моя судьба на сегодняшнюю ночь предопределена.
– Нечестно! Эти аппараты не настроены на выигрыш, – хмурю нос, неверящими глазами глядя в абсолютно бесполезную комбинацию.
– Парень справа от тебя только что выиграл, – произносит Марк, – Просто судьба хочет, чтобы я трахнул тебя сегодня так, как захочу.
– Ну да, судьба явно только об этом и беспокоится, – бросаю на мужчину возмущенный взгляд и слезаю с сиденья автомата, не желая продолжать игру.
В этот момент на телефоне Марка раздаётся звонок и он оставляет меня, сказав что ему нужно ответить в более тихом месте. Я остаюсь неподалёку от автоматов, но стараюсь держаться на некотором отдалении от шумных машин и разносортных криков игроков.
– Вы снова одна, – слышу уже знакомый голос, – Признаюсь, мне жаль и одновременно я рад, что уже второй раз за вечер застаю вас брошенной вашим… спутником.
Молчу, не зная что ответить на это явно провокационное замечание. Бросаю взгляд туда, куда ушёл Марк, но в поле видимости его нет.
– Не волнуйтесь, я не причиню вам вреда, – в голосе мужчины слышится явная издёвка и мне становится чертовски некомфортно рядом с ним.
Платье резко стало казаться слишком открытым, захотелось прикрыться руками и распустить волосы, чтобы закрыть шею и плечи. Но я остаюсь стоять, вытянув голову вверх и держа спину прямо.
– Об этом я не беспокоюсь, – стараюсь говорить с достоинством, чтобы не дать этому козлу подумать, что он может меня как-то унизить или попробовать подавить.
Хотя на самом деле он и пугает меня до чёртиков. Интересно, не он ли досаждал той девушке?
– Скажите, дорогая, вы свободны завтра вечером?
– Уверена вы заметили, что я не одна, – голос холодный и хлёсткий.
– тМне плевать кто тебя трахает сегодня, – обхватив меня за локоть, мужчина резко тянет меня на себя, после чего вся его галатность сменяется мерзким похотливыи взглядом, – Я спрашиваю свободна ли ты завтра.
– тУбери руки, – пытаюсь вырваться, но его хватка становится только жёстче.
– Не рыпайся, куколка, – грязная ухмылка искажает тонкие губы, – Думаешь я не знаю таких как ты? Выряжаетесь как шлюхи, приходите туда, где крутятся бабки, готовые отсосать у любого, кто засунёт пару купюр в трусы, после чего скачете на другой хер. Но я могу дать тебе столько денег, сколько ты за жизнь не потратишь, милая. Тебе всего лишь нужно будет прийти завтра ко мне и моим друзьям.
– Я позову охрану, сраный ублюдок, – шиплю, с ненавистью глядя на человека, вобравшего для меня сейчас всех тех мерзавцев, с которыми мне не повезло столкнуться за последнее время.
– И что ты им скажешь? Что я пригласил тебя завтра на свидание?
– Отсосать тебе и твоим грязным дружкам у тебя называется «свидание»?
– Ну вот, ты уже и торгуешься, – вижу, что по-хорошему выбраться из его хватки у меня не получится и начинаю придумывать что сделать, чтобы он от меня отстал, – Можешь им не сосать, оставим твой сладкий ротик для меня. Но обслужишь каждого, кто захочет тебе присунуть, и в конце ещё скажешь спасибо.
И почему-то, к своему нереальному удивлению, я уже не хочу, чтобы Марк оказался рядом. Потому что уверена, что он его убьёт. Прямо здесь.
– Отпусти меня, пока не случилось беды, – говорю сдержанно и отстранённо, стараясь закончить эту неприятную сцену насколько возможно без жертв и не привлекая внимания.
– Вопрос в сумме? Поверь, тебе хватит, – мерзкий смешок липкой зелёной слизью прокатывается по мне, пачкая каждым звуком так, что я уже жду не дождусь возможности оказаться под душем и самой жёсткой мочалкой стереть с себя этот отвратительный разговор.
– Вопрос в том, придурок, что ты зашёл не на свою территорию, – раздаётся рядом голос Марка и в следующее мгновение его кулак уже бьёт в лицо мужчины, до боли сжимающего мою руку.
Слышится мерзкий хруст и из его носа водопадом начинает струиться алая кровь, пачкая одежду и пол. Он отпускает меня, но только для того чтобы попробовать в ответ ударить Марка, ловко заблокировавшего нападение и впечатывающего кулак в живот козла, который никак не хотел оставлять меня в покое.
Тот сгибается пополам и Марк использует это, чтобы коленом нанести удар по челюсти, захватив при этом мужчину, хрипящего от боли и сочащейся крови, за голову, фиксируя для удара.
Я закрываю рот рукой, на вдохе задерживаю дыхание и наблюдаю за тем, как Марк снова превращается в хладнокровного и жестокого человека, с переполненными яростью глазами. Я уже видела подобную картину и как будто внутри должен был зародиться иммунитет, но для меня подобная жестокость была и остаётся очень пугающей.
Откуда-то возникли трое крепких парней в чёрных костюмах и наушниках, оттягивая Марка, продолжающего избивать мужчину, старающегося из последних сил давать сдачи, но безуспешно. Двое схватили Марка под руки и оттянули его в сторону, чем сразу же воспользовался подонок и успел ударить Марка по лицу, от чего на губе его выступила кровь. Третий охранник обхватил моего обидчика и нагнул вниз, заломав руки за спину.
Но во всём этом бедламе моё внимание привлекали не кровь, ругательства или шум. Нет. Это всё осталось где-то на фоне. Я как завороженная смотрела на дикий возбуждённый взгляд Марка, видя в нем что-то жестокое и первобытное. Будто насилие для него что-то типа укола адреналина, превращающего его из сдержанного и всегда всё контролирующего человека в необузданного дикого зверя.
Его рот исказила надменная ухмылка при взгляде на то, как выглядел его соперник, залитый кровью и с ненавистью прожигающий его взглядом.
– Захочешь повторить – я к твоим услугам, ублюдок, – выплёвывает едкие слова и переводит взгляд на меня, в одно мгновение смягчаясь и глядя на меня с искренней заботой и теплом, – Не волнуйся, ангел, он всё понял.
Не нахожусь с ответом и просто тупо едва заметно киваю, когда рядом с нами появляется темноволосый высокий мужчина, хмуро оглядывающий происходящее.
– Расходитесь, не на что тут смотреть, – словно гром разрезая пространство, рычит он, гневно глядя на зевак, собравшихся получить эмоций от наблюдения а потасовкой, – Возвращайтесь к игре.
После чего кивает охранникам, приказывая вести Марка и второго мужчину за ним.
– Постойте, – кричу, бросаясь за ними, – Куда вы его ведёте?
Сама не замечаю, как крепко хватаю за плечо только что подошедшего мужчину и требовательно дёргаю, привлекая его внимание.
Вероятно адреналин от ситуации отравил и меня. Потому что такой дерзости с чёртовым козлом, распускающим руки, я не проявляла. Но как только речь зашла о Марке – включились какие-то… не знаю. Другие механизмы. Я испугалась, что его вышвырнут из казино или предьявят обвинение, а может и вовсе уведут куда-то и изобьют за то, что он устроил. Вдруг это мерзавец какая-то важная шишка и обезобразив его, Марк навлёк на себя гнев опасных людей.
В общем, я не особо анализировала мотив своего действия, но волна смелости, которая обрушилась на меня, казалось, удивила всех присутствующих.
Мужчина остановился, медленно обернулся, глядя на то, как я сжимаю его своей рукой, на фоне его накачанного тела кажущейся просто малюсенькой, после чего быстро глянул на Марка и перевёл взгляд на моё лицо. В его карих глазах заплясали весёлые огоньки и я не смогла интерпретировать это.
И правда ситуация предельно весёлая. Обхохочешься.
– Не волнуйтесь, дорогая, с вашим другом ничего не случится. Мы поговорим и он вернётся к вам. Целым и невредимым. О вас позаботятся, ждите здесь.
Одарив меня короткой загадочной улыбкой, он пошёл дальше, а я осталась наблюдать за тем, как охрана уводит Марка и второго мужчину. И готова поклясться чем угодно, что Марк забавлялся от происходящего не меньше этого загадочного опасного человека, пообещавшего мне, что с ним всё будет в порядке.
Уже через пару минут ко мне подошла девушка в таком же костюме, как и охранники и провела в комнату, вероятно, предназначенную для отдыха или переговоров. Никаких автоматов, лишь негромкая расслабляющая музыка, мягкие кресла, большое окно (я только сейчас осознала, что в зале казино не было ни одного окна) с красивым видом на город и реку.
В момент рядом со мной оказался официант, принёсший тарелку с фруктами и парой коктейлей (алкогольный и безалкогольный, как он потом сообщил), пару стаканов воды и журнал.
Вот что значит «позаботятся». Благодарю всех присутствующих и сажусь в кресло, не в состоянии притронуться ни к чему из предложенного кроме стакана воды. В горле действительно сильно пересохло.
Остаюсь одна и какое-то время пялюсь в окно, осознавая что только что произошло. Грязные предложения этого типа, взбешённый Марк, кровь на его кулаках, охрана, грубо скручивающая обоих, струйка крови из разбитой губы Марка, от которой сжалось в тот момент сердце, появившийся мужчина, вероятно, начальник охраны или что-то типа того.
Но больше всего перед глазами словно застряла картинка его взгляда, брошенного сначала на Марка, а потом на меня. Будто он что-то понял, только взглянув на нас обоих.
И это то, что я и сама, кажется, начинаю понимать, но совершенно не готова в это поверить.
Глава 27
Я не влюблена в него. Не влюблена в чёртового Марка. Дьявола-искусителя без морали и принципов.
Нет, конечно, я сейчас может немного и преувеличиваю, какие-то ограничения у него всё же есть, но с моими представлениями о морали они точно расходятся в противоположные стороны.
Я готова признать, что между нами страсть, какое-то странное, поистине необъяснимое притяжение, своего рода извращённый формат отношений, где он делает со мной разные грязные вещи, а мне какого-то хрена это нравится. Но на этом всё. Должна быть точка. Жирная и не предполагающая превращения в многоточие.
Но почему-то сейчас я волнуюсь за него как за человека, на которого мне не плевать. Боже.
Когда это случилось? Когда то, что было вынужденной мерой дало трещину? И не лукавлю ли я сейчас, пытаясь убедить себя в том, что весь наш контакт держался лишь на адреналине и сексе? Чёрт возьми. Не следовало мне принимать предложение Марка и идти с ним в это грёбаное казино. Чем плохо ожидание в номере? Чисто, тихо, можно заказать еду.
Зря я так противилась нахождению в отеле. Но кто же знал?
И вот я здесь. Сижу в расфуфыренном зале ожидания и тереблю шнурок от платья, закусив губу и думая о том, что сейчас происходит в месте, куда охрана во главе с тем большим парнем увела Марка и подонка, принявшего меня за проститутку.
У меня нет причин не верить словам о том, что всё будет в порядке, по крайней мере явных. Мы не в тёмной злачной подворотне, а Марка увели не бандиты. Ну, вроде. Но и причины доверять этим людям у меня нет ни единой. Я их не знаю, плюс не знаю того, кого Марк избил, а ещё мы в чужом городе и я не представляю какая публика ходит развлекаться в казино, а уж тем более не знаю кто тут главный и насколько вообще всё честно устроено внутри.
Может они обещают, что всё будет хорошо, а потом бьют, угрожают или ещё хуже.
Я уже всякого насмотрелась и чувствую, что от прежней уверенной и несмотря на все невзгоды, лучезарной Аланы с каждым днём всё больше остаётся лишь тень. Чувствую, как становлюсь более затравленной, напуганной, тревожной и недоверчивой. А я больше всего ненавижу неопределённость и сомнения.
Лучше я буду знать любую, даже самую отвратительную правду, чем гадать и тонуть в болоте предположений, медленно утопая во лжи и недоверии. Всё что угодно, только не враньё.
После гибели родителей ложь для меня стала чем-то губительным. Тем, что ломает судьбы. И я сама уже испачкалась во лжи по шею, столкнувшись с последствиями сокрытия папой правды. И этот клубок обмана, притворства и сомнений только всё сильнее нарастает. Увеличивается, запутывая мою жизнь всё больше и больше.
Я думаю о Хлое. О том, почему она сбежала и каков был её план. Действительно ли то, что рассказал Марк о том, с чем она пришла к нему – правда? Не было ли это частью её безумной задумки, чтобы сделать что-то ещё? Что-то большее?
То смс с просьбой о помощи. Его прислала она? Или это чья-то гадкая шутка? Случайное совпадение? Свидетельства матери одной из пропавших девушек, описывающие кого-то, отдалённо похожего на мою сестру. Проститутка, подтвердившая что неоднократно видела её по ночам на той улице, ставшей своего рода рынком ночных приключений, опасностей и падения нравов города, в котором я выросла.
Думаю о Марке. Его многочисленных заверениях в том, что он ни при чём. И множестве ситуаций, словно доказывающих обратное. Его появление в «Грехе», хоть он его и объяснил и к этому была причастна Роксана. То, что он поймал меня на входе к Змею. Он сказал, что нашёл приглашение в моей сумке после того, как увёз из «Греха», выкупив на ночь, как какую-то… Не важно.
Паспорт для Хлои в столе его кабинета. Хоть и для этого тоже нашлось объяснение, я всё равно до конца не могу заставить себя принять эту версию. Что-то смущает меня, что-то подсказывает, что я знаю далеко не всё. И этот внутренний голос, раздирающий изнутри противоречиями и вопросами, просто разъедает меня.
Ещё дамокловым мечом надо мной висит вопрос о том, откуда Марку стало известно о детективе. Рассказала об этом Роксана или доложил кто-то из его людей. Но приставленная ко мне охрана могла лишь сообщить о том, что я приехала в участок, верно? Но Марк знает о Крисе. И догадался о том, что в его кабинете царила не самая профессиональная атмосфера.
А ещё постоянная слежка, жучок на машине, одержимость с дикой ревностью и собственническим замашками. Слишком много всего.
О каком доверии здесь может идти речь?
И всё же я чертовски хочу ему верить. Но если раньше эта мысль имела для меня объяснение в том, что я устала от захлестнувшей как цунами лжи, то сейчас…
Я хочу ему верить, потому что…
– Привет, малышка, – дверь резко открывается и в комнате появляется Марк, уверенно шагая ко мне.
Бегло осматриваю его на предмет новых травм, но не вижу ничего, кроме разбитой губы, на которой осталось немного запёкшейся крови.
С ним всё в порядке. Осознав это, выдыхаю всё напряжение, скопившееся за время ожидания. С трудом подавляю желание вскочить с кресла и броситься ему на шею. Вместо этого медленно поднимаюсь, не разрывая контакта наших взглядов. Его – уверенного и насмешливого, моего явно испуганного и напряжённого.
– Всё в порядке? Ты как здесь? Не скучала? – буднично произносит мужчина и почему-то мне хочется влепить ему звонкую пощёчину за то, что он так легко и непринуждённо ведёт себя после того, как избил до полусмерти человека и исчез из поля зрения вместе с несколькими угрожающего вида амбалами.
– Да знаешь, Марк, скучать сегодня было как-то некогда, – отвечаю язвительно, но чувствую, как внутри начинает ускоряться сердцебиение.
С ним всё в порядке. И очень надеюсь, что нам ничего не угрожает. После того как в мужчину стреляли около моего отеля, после тех мучительно долго тянущихся минут, которые я ехала до дома Дерека, после едва сдерживаемых болезненных стонов Марка в тот момент, когда из него доставали пулю и после того, как я провела с ним, ослабевшим от травмы и значительной потери крови, какое-то время его восстановления – знать, что он цел – лучшее, чем мог закончится этот ужасный вечер.
– Испугалась? – игнорируя мою показательную холодность, Марк подходит ближе и нежно притягивает меня к себе.
В памяти всплывает похожая сцена из его дома, когда он привёз меня туда после того, как его машину обстреляли. Тогда он также спросил меня об этом. И я отшутилась. После чего пообещала никогда не врать.
Сколько же раз я уже нарушила данное обещание?
Впрочем, это уже не имеет значения. Важно лишь то, что сейчас всё в порядке. И, стоя в объятиях Марка, ощущая тепло его тела, слыша его дыхание, я киваю, не желая ничего говорить вслух.
Не хочу говорить о том, что я действительно испугалась. Но испугалась не домогательств и даже не драки, хотя озверевший взгляд Марка, кажется, будет сниться мне в кошмарах не один день. Нет. Больше всего я испугалась за него тогда, когда его уводили. Сама не знаю почему, я стала переживать о его безопасности в тот момент больше, чем обо всём остальном. И осознание того, почему я стала об этом волноваться – напугало вдвойне.
Но говорить об этом Марку сейчас во мне не было никаких сил. Всё, чего я хотела – это вернуться в отель. Унести себя подальше из этого проклятого места и оказаться в тишине. В компании Марка и без присутствия других людей.
– Мой ангел, – гладя меня по волосам, мужчина успокаивающе шептал ласковые слова, пока я неосознанно жалась к нему, будто ища спасения, – Зря ты волновалась, всё нормально. Даже лучше, чем могло быть, – осторожно отстраняет меня от себя и пристально смотрит в глаза, – Хочешь уйти отсюда?
Снова киваю, не говоря ни слова. И благодаря за то, что он это предложил.
Резко накатила такая усталость, что переставлять ноги по полу, покрытому мягким бордовый ковром, казалось настоящим испытанием на полосе препятствий. Но я уверенно шла рядом с Марком, стараясь не показывать своего состояния.
И всё же от его внимания это мимо не прошло. Слегка нахмурившись, он выставил согнутую в локте руку и, перехватив мою, ловко положил её на свою в качестве опоры. Я лишь улыбнулась, не препятствуя его действиям и никак не комментируя это. Сейчас мне даже хотелось чувствовать его рядом и особенно остро ощущалась потребность в чувстве безопасности.
Удивительно, но сейчас Марк не был для меня главным олицетворением угрозы и опасности. Его присутствие, исходящая от мужчины уверенность и твёрдые мышцы под моей ладонью – всё это давало ощущение спокойствия. И это всё, о чём бы я могла просить сейчас.
Проходя мимо зала, я на автомате бросила взгляд на присутствующих людей, выискивая того типа, на что Марк сказал, что его увели. Так это или нет – уточнять я не стала. Было как-то плевать. Лишь бы он не оказался у нас на пути или не задумал выследить нас по дороге в отель. Но Марк подумал и об этом.
– Я вызвал несколько своих ребят перед тем, как мы сюда приехали, – тихо, чтобы услышала только я, проговорил Марк, слегка наклонившись ко мне, – Они проследят за тем, чтобы никакому безумцу не пришло в голову сесть нам на хвост. Если это произойдёт – парни о нём позаботятся.
– А зачем ты их позвал? Для подстраховки или есть ещё какая-то причина? Перед отъездом ты оставил их в городе. Что-то произошло?
– Ты стала такой подозрительной, – уже до боли знакомый прищур и хитрая ухмылка, – Причина есть, но тебе не о чем беспокоиться. Нам ничего не угрожает. Они нужны мне здесь для другого.
– И конечно же ты не скажешь для чего, – говорю слишком безучастно, уже заранее зная ответ.
– Поверь, тебе это не нужно, – Марк кладёт свою горячую ладонь на мою руку, покоящуюся на сгибе его локтя, и я понимаю, что продолжать задавать вопросы абсолютно бессмысленно.
На выходе из казино первым делом я глубоко вдохнула свежий прохладный воздух. Только сейчас я словно почувствовала насколько же мне не хватало кислорода, находясь в переполненном людьми и морем разнообразных эмоций месте.
Хотя, возможно это душащее ощущение связано совершенно с другим. Потому что осознание, поразившее меня как молния – будто сузило объем лёгких до ничтожных размеров. И это то, что мне необходимо тщательно обдумать.
Марк открыл передо мной дверь своей машины и помог сесть, ведя себя очень осторожно и как-то… отстранённо. Перед тем как усесться, я огляделась и увидела один чёрный джип, стоящий неподалёку от парковки.
– Твои? – кивнув в сторону машины, спросила я, уже заранее зная ответ.
– Наши, – с усмешкой ответил Марк, закрывая за мной дверь.
Да уж. И правда. Теперь уже огромные парни, следующие за нами по пятам, это не «люди Марка». А и мои тоже. Только вот разница в том, что для него они подчинённые, а для меня надзиратели. Но кого заботятся эти формальности, правда?
И всё же какая-то часть меня сейчас была благодарна за их присутствие. В памяти вновь стали всплывать картинки того дня, когда нас преследовали и обстреливали машину, от чего по коже пробежал неприятный холодок. Да, пусть мне всё это и не нравится, будет лучше, если люди Марка побудут с нами какое-то время.
Тронувшись с места, машина с рёвом двинулась вперёд, унося нас из дурацкого казино. И такого облегчения я не испытывала давно, клянусь. С каждым километром, отдаляющим меня от этого места – я будто ощущала как прочищается разум. Всё же нечего делать в подобных местах тем, кто не готов распрощаться с головой на плечах и здравым рассудком.
Прислонившись головой к стеклу, я безучастно разглядываю проносящиеся мимо яркие ночные огни, множество людей, вышедших прогуляться или найти на задницу приключений, окидываю взглядом билборды, быстро переключающие рекламные ролики, один другого ярче.
Но за всей этой цветастой мишурой я вижу пустоту. Будто всё, что есть вокруг – тканевые полотна или пластиковые стены, расставленые для того чтобы вводить нас в заблуждение и отыгрывать на самых уязвимых струнах души. А внутри всё гораздо темнее и опаснее. Теперь-то я знаю.
Но самое страшное не это. А то, что я будто уже ничему не удивляюсь. То, что раньше казалось грязным, омерзительным и ужасным, сейчас ощущается с каким-то… смирением что ли. Конечно я не смотрю на это как на что-то нормальное или правильное, но и прежней ошеломлённости почти не чувствую.
И это ещё одно осознание сегодняшнего дня, которое вызывает поток колючих мурашек.
