Текст книги "Падение ангела (СИ)"
Автор книги: Лана Шэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 46 страниц)
– Ух ты, это что-то новенькое. И ты даже не выследишь его, чтобы проверить, не будет ли он думать обо мне? – подкалываю, уже чувствуя определённый иммунитет к ревности Марка.
– Нет. Мальчишка слишком юн, чтобы о нём беспокоиться. Максимум запрётся сейчас в подсобке с мыслями о тебе и…
– Так, хватит, ок? – поднимаю ладони, желая остановить мужчину, – У тебя новая прошивка, я поняла. Марк версия 2.0. Решены такие проблемы, как повсеместная сиюминутная ревность хотя бы к кому-то. Уже неплохо.
Ничего не отвечает, делая глоток кофе и я не замечаю, как повторяю это действие вслед за ним.
– Какой план дальше? Это весь сюрприз или есть ещё что-то? От какого бомжа отобьёшь меня в этот раз? И кстати, где все вещи, которые мой спаситель любезно приобрёл для бедной потеряшки?
Марк смеётся, явно наслаждаясь своей историей, профессионально навешанной в виде лапши на уши бедной участливой женщине в магазине.
– Пакеты доставят на ресепшен, – отвечает мужчина, – А мы сейчас выпьем кофе и съездим ещё кое-куда. Обещаю, тебе понравится.
Глава 18
Марк
Удивительно, как всего один человек может изменить весь мир. И если кто-то мог сейчас подумать о том, что речь идёт о великом изобретателе, известном спортсмене или мощном политике – нет. Речь о женщине.
Об одной конкретной женщине, ворвавшейся в мою жизнь, с шумом отворив дверь кабинета совсем недавно. Хотя кажется, что прошло уже несколько лет с момента, как она появилась в моей жизни.
Иногда мне кажется, что она была в ней и раньше, ещё до своего появления на свет. Задолго до того, как я увидел её впервые в стенах своего клуба. Потому что не может меня штормить так сильно просто так. Будто это моё наказание за все совершённые бесчеловечные поступки и грехи, от которых даже в аду для меня не будет места. И одновременно с этим она моя награда. Награда, подарок, искушение.
То, чему я просто не могу сопротивляться.
Алана будит во мне те части, которые я поклялся никогда больше не доставать наружу. Оставив их за ядром жестокости и насилия, холодности и безжалостности, я был уверен, что все остальные чувства надёжно заперты и дорогу к ним я постарался выбросить из головы навсегда.
Но что-то сломалось. Что-то, мать его, сломалось и пора это признать. Это не просто страсть. Не просто одержимость. Я без неё не могу. Её присутствие в моей жизни – что-то необходимое. Неизбежное. Нравится ей или нет. И меня сжигает изнутри мысль, что она отдаляется. Не доверяет. Крутит за моей спиной. Чёртов детектив ничто. Дело не столько в нём, сколько в бешеном страхе потерять Алану. И я готов это признать.
Сейчас, когда я смотрю на неё спящую, я понимаю, что эта женщина – всё. Не знаю как назвать это чувство, но то, что я никогда не отпущу её – решено. Я говорил, что после того, как найду её сестрицу, им придётся прятаться. Бежать. Скрываться. Но я солгал. И ей, и себе. Хер я дам ей быть где-то, кроме как рядом со мной. Если потребуется – убью любого, кто попытается ей навредить. На малолетку мне плевать, но я позабочусь и о ней. Чтобы Алана была спокойна. Знала, что сестра теперь в безопасности. Под присмотром. Но своё искушение я оставлю при себе. У меня должен быть к ней доступ. Она должна быть рядом. И будет.
Вижу, что хмурится во сне и едва сдерживаюсь, чтобы не разгладить складки на лбу. Не хочу будить. И так последнее время веду себя с ней как конченый подонок. Хоть и заслуживает. Каждый раз, сука, доводит до края. Но ведь ей это нравится. Нам обоим, чёрт возьми, это нравится.
И всё же слова Аланы о том, что она не может мне доверять, что боится моей реакции и того, во что я превращаюсь, ослепленный яростью и ревностью, задели внутри что-то, что, как я думал, давно умерло. И я не могу отогнать эти мысли. Особенно сейчас, лёжа рядом с беззащитной, нежной девушкой, на плечи которой свалилось столько дерьма, что не каждый мужик выдержит с достоинством. А она справляется. Да так, что порой я сам восхищаюсь её стойкость и смелостью.
Я сказал ей, что она не заслужила нежности. Но это не так. Это как раз меньшее, чего она заслуживает. И меньшее из того, что я могу ей дать. Только я. Только я буду её палачом и спасателем. Только я буду с ней жёстким, и только я потом буду зализывать её раны. Только я опущу её на дно греха, чтобы затем вместе с ней взлететь к небесам. Только я для неё. И только она для меня.
Не выдерживаю и всё же провожу рукой по её лицу, аккуратно касаясь нежной кожи.
– Марк, – шепчет сквозь сон и за секунду я просто улетаю, слыша своё имя, бесконтрольно сорвавшееся с её губ.
Едва сдерживаю стон и вообще с трудом держу себя в руках, чтобы не наброситься на неё от желания вновь обладать этим невероятным телом. Ей нужно выспаться. То, в каком состоянии Алана вышла из дома и всё, что было после, наверняка сильно вымотало девушку. Сжимаю зубы и аккуратно встаю, стараясь не разбудить спящего рядом ангела.
Бросаю на неё взгляд и ухожу в душ, чтобы снять напряжение. Горячая вода с силой бьёт по мышцам спины, пока я, опираясь одной рукой о холодную плитку, второй сжимаю окаменевший член, как озабоченный подросток. Эта женщина просто сводит с ума. Одним своим взглядом, дыханием, голосом. Моё имя из её уст – и я готов кончить. Никогда такого не было. И больше не будет.
Через время возвращаюсь к ней, всё так же мирно спящей посередине кровати и думаю о том, что завтрашний день сделаю для Аланы максимально приятным. Хочу чтобы она выдохнула. Насколько это будет возможно. И увидела, что я могу не только преследовать и трахать. Хочу, чтобы среди неприятных и опасных ассоциаций со мной у девушки появились истории получше.
Утром встречаю Алану настороженной, но отдохнувшей. Понимаю это по тому, что она сходу начинает со мной воевать. Но ещё я чувствую, что что-то внутри девушки изменилось. Похоже, эта ночь стала особенной для нас обоих. И дело не в сексе. Что-то произошло внутри каждого из нас. И понаблюдать за этим мне стало очень интересно.
– Иди в душ детка, – провоцирую, сбрасывая с бёдер полотенце и наблюдая за её реакцией в зеркало, – Завтрак уже принесли. Быстро перекуси и выедем ненадолго.
За завтраком чувствую от Аланы осторожность вперемешку с любопытством. Замечаю, что взглядом залипает на мне и снова едва сдерживаюсь, чтобы не скинуть со стола эти хреновы тарелки, не бросить на него девушку, раздвинуть ноги и войти в неё, слушая томные всхлипы и стоны. И я уверен, что внутри моего ангела происходит что-то похожее.
За всё время я уже научился замечать в этих потрясающих глазах отблеск порочного желания, которое она так неумело пытается скрыть каждый раз. И который всегда сияет тогда, когда я беру её, заставляя выгибаться подо мной.
Оставляю Алану завтракать, а сам ухожу договориться о том, чтобы в магазине, с которого начнётся наша вылазка, подготовились к нашему приходу. Не могу удержаться, чтобы не поиграть на нервах девушки и добавляю небольшую перчинку в историю. Люблю видеть как она теряется и краснеет. Как бросает в меня свои острые злые взгляды. Когда девушка злится – трахать потом её ещё слаще.
И как же я пожалел о том, что сделал, в тот момент, когда она вышла в этом блядском белье, сверкая своим телом на всеобщее обозрение. Я был уверен, что она что-то вытворит в ответ, но не думал, что ей хватит смелости и глупости на нечто подобное. Впрочем, сам виноват. Недооценил соперника. Благо в зале был всего один мужик и тот не успел попасть в поле моей ярости, потому что его обработала его же спутница, отвесившая смачную пощёчину и поспешно вытащившая его из магазина. Уверен, его и без меня отмудохают.
Я же воспринимаю провокацию девушки по-своему и, позаботившись о том, чтобы вокруг не осталось свидетелей и оплатив паре сговорчивых консультанток обед, вдоволь наслаждаюсь тем, что она попалась в мои руки и помощи ждать неоткуда.
Впрочем, по реакции тела Аланы и того самого блядского блеска в глазах, я понял, что она сама завелась в тот момент, когда я ворвался в кабинку и нагнул её там, не снимая белья, в котором она решила прогуляться по магазину. Но самым сладким было запретить ей кричать. Заставить сдерживать каждый стон, при этом доводить её до пика. Знал, что не выдержит. Ждал. И когда понял, что девушка вот-вот кончит, добавил пальцы на её припухший клитор, от чего сорвал все выстроенные ей барьеры и услышал сладкий, хриплый крик.
Это мне и было нужно. Потому что наказание за её выходку было просто необходимым. И я сделал это максимально так, чтобы оба это запомнили. Грубо трахая её рот и наполняя его своей спермой, я понимал, что Алана ещё находится где-то в пространстве оргазма и всё вокруг казалось просто нереальным. Сном. Галлюцинацией.
Грязной фантазией, от которой, я уверен, она потекла снова.
И это было только началом. На сегодня я приготовил для неё много интересного. Чтобы вечером, когда я оставлю её в номере, у девушки просто не было сил спорить. Если нужно – затрахаю до такой степени, что она действительно не сможет ходить и вырубится до утра.
Оставив Алану приводить себя в порядок и заранее оплатив всё, что она выбрала, сажусь за столик и заказываю нам кофе. Маленький перерыв чтобы перевести дух. Полюбоваться её взволнованным лицом. Сидеть напротив и воспроизводить в памяти картинку, как только что её губы плотно сжимал мой член, а теперь как ни в чём не бывало касаются чашки с горячим напитком. Думать о том, что она наверняка ещё ощущает вкус моей спермы. И вновь сгорать от желания наполнить ее собой.
Оказываюсь чертовски прав, когда Алана садится напротив меня, приглаживая растрепавшиеся волосы. Можешь не стараться, девочка, сегодня я запутаю их ещё не один раз. Только хочу об этом сказать, как появляется мальчишка лет семнадцати, услужливо ставя на стол кофе. Быстро бросаю на него взгляд, ощущая, что появление Аланы его взволновало. Знал бы ты, парень, что я только что с ней сделал. Волнением бы дело не кончилось.
Девушка с благодарностью принимает чашку и я решаю поиграть с ней, не давая возможности остыть. Пусть тоже не выпускает из головы тот факт, что я только что поимел её в чёртовой примерочной.
– Мне что нужно трахать тебя в каждом месте, куда мы приходим, чтобы показать, кому ты принадлежишь? – вижу, что сработало.
Алана вздёргивает подбородок, явно задетая очередной моей, как она это назвала, «собственнической замашкой». Но сейчас это именно то, что мне нужно.
– А кому я принадлежу? – в голосе вызов, в глазах недовольный блеск. Шикарная. Моя.
Не отвечаю, давая сделать вывод ей самой. Знаешь, кому. Хватит уже сопротивляться. Знаешь и течёшь от этой мысли. Я проверял. И не раз.
– Как вам наш кофе? – продолжает любезничать парень, ставя перед Аланой ароматный горячий круассан. Я решил, что девушке нужно подкрепиться, но заметил быстрый недовольный взгляд от неё на мою пустую сторону стола. Видимо, есть в одиночку она не любит. Учту.
– Прекрасный, очень мягкий, – мило улыбается и я не теряю возможности сделать атмосферу более неловкой. Хочу увидеть румянец на её щеках.
– А я думал тебе нравится пожёстче.
Уверен, если бы она могла – попыталась бы мне врезать. Но вместо этого лишь потупила взгляд и откинулась в кресле, обвинив меня после ухода сконфузившегося официанта в том, что я его смутил.
Неспешно пьём кофе и молчим, каждый находясь в своих мыслях. Я сказал Алане, что мы съездим ещё кое-куда и уверен, что она пытается прикинуть что же ещё я задумал. Я же только и думаю, что о ней.
О том, какая она была до пропажи сестры. До смерти родителей. Чем жила, о чём мечтала. Чего боялась, чего не хотела в своей жизни увидеть никогда. Была ли счастлива. Любила ли кого-то. Делали ли ей больно. Какого-то хрена мне стало интересно всё.
Захотелось с жадностью и собственничеством узнать о каждом дне её жизни до меня, влезть под кожу, добраться до самого сокровенного. Хочу, чтобы её прошлое тоже принадлежат мне, как и она сама. Вобрать в себя каждую её улыбку, каждую пролитую слезу, каждый стон, который вызывал в ней кто-то другой. Вобрать в себя, чтобы стереть и заменить собой. Тем, что теперь она будет чувствовать, находясь рядом. Проникнуть в неё во всех возможных смыслах. Не только в тело. В воспоминания, мысли, желания. Стать её кошмаром и её наслаждением. Полностью. Потому что, сама того не зная, она сделала меня своим также, как я её своей.
– Готова, детка? – отрываюсь от своих мыслей, желая поскорее отвезти её в следующую локацию.
– Хватит деткать, Марк, – хмурится, ставя пустую чашку на стол, – Как я могу быть готова, если понятия не имею что там у тебя снова в голове? Какую очередную фигню ты придумал, чтобы выставить меня дурой.
– В этот раз можешь расслабиться, – ухмыляюсь, вставая с места, – Всё будет нормально.
Не отвечает, но закатывает глаза и презрительно хмыкает, как бы говоря о том, что нормально у нас не бывает. И в чём-то, конечно, оказывается права. Но в этот раз все действительно будет обычно. Как у «нормальных людей».
Сохраняю интригу всю дорогу, хотя Алана особо и не расспрашивает о конечном пункте назначения.
Вместо этого с интересом смотрит в окно, словно ловя картинки нового города и отвлекаясь от всего дерьма, что на недолгое время осталось за спиной. Днём город и правда выглядит симпатично. Солнечный свет заливает преимущественно светлые здания, вывески ресторанов и магазинов гармонично сочетаются с архитектурой, летние веранды с расслабленно сидящими жителями выглядят будто с картинки. И в этом всём даже не угадывается та грязь и дрянь, творящаяся ночью и за закрытыми дверями клубов и казино. Куда я, сегодня, и собираюсь отправиться, чтобы встретиться с очередным скользким ублюдком, решившим нажиться на тёмных делах и чужих слабостях.
«Но будь осторожен, Марк, этот говнюк не имеет никаких принципов и запросто воткнёт нож в спину любому, даже родной матери» – предостерег меня Курт, мой информатор. Как раз такой отброс и может знать что-то о похищении девчонок. А может и вовсе к этому причастен напрямую. Сегодня я попробую это выяснить. Чутьё меня ещё ни разу не подводило. Ублюдка я увижу сразу.
Останавливаю машину и выхожу, чтобы помочь Алане выйти. Но не успеваю этого сделать, потому что девушка выскакивает из салона сама. На мой вопросительный взгляд она отвечает, что в прошлый раз, когда я был с ней так обходителен – мы заселились в номер для молодожёнов и моя галантность её пугает. Смеюсь в ответ, но позволяю ей поиграть в сильную и независимую. Пусть развлекается. Я до неё ещё доберусь.
Проходим к лифту и я замечаю на лице девушки растерянности и напряжение. Снова хмурится, подыскивая варианты того, куда я могу её вести. А возможно опасается, что начну приставать в лифте, вновь вгоняя её в краску, если кто-то присоединится к нам на одном из этажей. И как бы мне ни хотелось сделать с ней что-нибудь грязное в этих узких стенах, я сдержусь.
Пусть научится мне доверять. Не бояться. Особенно сейчас, перед тем, что её ждет.
Поднимаемся на двадцать четвёртый этаж и оказываемся в просторной светлой студии массажа, оформленной в балийском стиле. Белые и бежевые стены, пальмы и прочая растительность, спокойная музыка и максимально вежливый, чуть ли не облизывающий нас, персонал.
Алана поворачивается ко мне и я вижу в её глазах недоверие.
– И что мы здесь делаем?
Прижимаю её к себе, чтобы никто не услышал моего ей послания, и тихо шепчу в нежное ушко женщины:
– Вчера, когда я трахал тебя, мне показалось, что ты слишком напряжена. Не знаю, из-за меня это или нет, но я решил, что сегодня я хочу поиметь тебя расслабленную. Ну и массаж, конечно же, полезен, детка, – слегка шлёпаю по её упругой заднице, на что получаю новый острый взгляд.
– Слушай, сейчас не время лежать и расслабляться, – начала было протестовать Алана, но я остановил её.
– Сейчас самое время, Алана. Я хочу чтобы наша поездка не была для тебя лишь заточением в номере, хоть ты так это и воспринимаешь. И я хочу извиниться за то, что в последнее время был с тобой… груб, – сам не понимаю, как эти слова выходят из меня, но то, как изменилась в лице девушка, дало понять, что ей было очень важно это услышать.
– Всё готово, проходите, пожалуйста, – за нами приходит миловидная, даже, пожалуй, слишком сексуальная девушка администратор и проводит в комнату, где напротяжении двух часов нам будут делать массаж с видом на город.
– Это просто массаж, детка, не жди подвоха, – шепчу я, хотя подвох, конечно, всё же есть. Потому что после такого массажа тело становится очень чувствительным и возбуждённым и я уверен, что Алана это почувствует.
Но здесь будет самый главный сюрприз. Я к ней не притронусь. Даже если попросит. Даже, если будет провоцировать. Я хочу чтобы следующий раз, когда я войду в неё, был по её инициативе. Хочу, чтобы она наконец признала тот факт, что хочет этого не меньше, чем я. Даже после всего, что произошло после её идиотского побега из моей квартиры. Она всё так же хочет меня. И её осторожность, недоверие и дистанция, которую она пытается держать – ложь. А правда находится там, где раз за разом соединяются наши тела, когда я беру её, а она самозабвенно отдаётся мне.
Перед тем как начать, нам дали время раздеться и занять места на кушетках. Через несколько минут в комнате бесшумно появились две тайки, не говорящие (или делающие вид) ни на каком другом языке, кроме своего. Наверняка это делается специально для погружения в атмосферу. Или чтобы гости могли свободно говорить друг с другом, не опасаясь, что их пикантные разговоры будут подслушаны.
Чувствуя прикосновения к спине тёплых рук, я закрываю глаза и стараюсь расслабиться, но фантазия сама подкидывает мне картинки того, что это Алана водит своими ладошками по моей коже, разминая мышцы. Сначала стараюсь бороться с этими мыслями, чтобы не возбудиться, но проигрываю это сражение. Чёрт с ним. Даже в момент прикосновений ко мне другой женщины я думаю о ней. Психика словно подменяет один образ другим, не давая получать наслаждение там, где нет её.
Маленькая ведьма. Она у меня за это ответит. Слегка приоткрываю глаза и в этот же миг слышу тихий стон Аланы, лежащей на животе. Невольно закусываю губу, думая о том, что ей сейчас хорошо. Что её тело готовят к тому, чтобы я владел им. Разогретым. Расслабленным. Чувственным. Я намеренно заказал расслабляющий массаж, чтобы погрузить её в нужное состояние. И не прогадал. Судя по тому, что я слышу – тело Аланы точно будет мне благодарно, даже если разум продолжит защищаться.
Через час ручного массажа деликатно молчаливые тайки, периодически вставляющие «все хорошо?» с жутким акцентом, достали горячие камни и начали водить ими по коже, задерживая их на чувствительных точках. Вновь открываю глаза и смотрю на Алану, блаженно улыбающуюся ощущениям. Да, девочка. Этого я для тебя и хотел.
Через время нас попросили перевернуться на спину и я невольно ухмыльнулся, поняв, что никакая простынь не скроет мощный стояк, возникший практически сразу при мысли о том, что сейчас чувствует Алана. Потому что все последующие действия массажисток словно были нацелены только на одно – возбудить. Водя горячими камнями по коже, они то и дело задевали чувствительные участки тел, грея там, где нужно. И по раскрасневшимся щекам Аланы и редким тихим стонами я чётко представил то, как намокла её киска и как жаждет она моих прикосновений.
Закончив массаж, женщины удалились также незаметно, как и возникли, оставив нас лежать и приходить в себя. Перевожу взгляд на Алану и вижу, как она с закрытыми глазами и лёгкой улыбкой на лице осталась на кушетке, а я же, желая смыть с себя массажное масло, начал вставать, сжимая зубы, чтобы не взять девушку прямо на кушетке.
Услышав звуки от моих движений, Алана приоткрыла глаза и я увидел в них то, о чём думал весь сеанс массажа. Желание. Глубокое, возбуждающе желание. Манящее и зовущее.
– Как ты? – с лёгким прищуром спрашиваю девушку, облизывая губы.
– Хорошо, – шепчет, не сводя с меня глаз, – А ты?
Не отвечаю, словно завороженный подходя к ней и медленно стягивая с неё простынь, которой её накрыли перед уходом.
– Сейчас будет ещё лучше, – шепчу, не до конца отдавая отчёт в том, что делаю.
Нежно развожу ноги Аланы, сгибая их в коленях. Взгляду открывается розовая влажная промежность и я не понимаю, каким богам молиться, чтобы сдержаться и не припасть к ней губами. Но я обещал себе её не трогать. Хотел, чтобы она сама пришла ко мне. Но, чёрт возьми, то, как она смотрит на меня – это фиаско. Я не могу держать себя в руках. Потому что сейчас она, её тело и тихое дыхание заполняют все моё сознание.
Касаюсь пальцами нежных складок, не сводя глаз с её лица. Сейчас я хочу увидеть каждую её реакцию. Найти способ довести её до пика нежно, ориентируясь на каждую, даже самую мелкую реакцию её тела. Сейчас самое идеальное для этого время. Когда завеса наслаждения овладела ей и у девушки просто нет сил оказывать привычное сопротивление.
Брать я её не буду. Нет. Но оргазм от моих пальцев девочка получит.
– Марк, – шепчет Алана, когда я размазываю влагу по её гладким складкам, то ли умоляя, то ли останавливая.
– Тише, детка, – на выдохе произношу в ответ, – Послушай, как ты звучишь, – обращаю её внимание на хлюпанье, с которым проникают внутрь два моих пальца, – Твоя киска зовёт меня.
Алана закрывает глаза, с шумом втягивая воздух, а я же схожу с ума от её горячей и тугой глубины. Медленно ввожу внутрь девушки пальцы до упора, возвращая их наружу и так раз за разом, пока не чувствую, что влаги становится ещё больше.
– Марк, – сквозь стон произносит Алана, на что я добавляю поглаживающие движения внутри её киски, надавливая на чувствительный бугорок, – Я… не могу…
– Тшшш, – протягиваю, сам пьянея всё больше от ощущений, которые не сравнимы совершенно ни с чем.
Продолжая орудовать внутри девушки, большим пальцем накрываю клитор, поглаживая его и вызывая в её теле дрожь. Стройные ножки, всё также согнутые в коленях, задрожали, давая мне понять, что разрядка близко. Наклоняюсь, ловя губами ставшие острыми соски Аланы, от чего она вскрикивает, выгибаясь дугой, словно подставляя моим ласками своё тело.
– Вот так, девочка, умница, – шепчу между поцелуями её нежной кожи. Затягивают в рот сосок и вожу по кончику языком, в это время продолжая нежно ласкать киску девушки. Сходя с ума от звуков мокрой плоти, от того, как сильно она заведена.
– Марк, пожалуйста, – начинает хныкать Алана и я ускоряю темп, не желая мучить её и заставлять ждать.
Интенсивно работая пальцами внутри тугой нежной киски, я обхватываю одно бедро девушки, чтобы не дать ей свести ноги, а наоборот раздвигаю их шире. Чувствую, как Алана начинает содрогаться в оргазме и ощущаю, как внутри неё появляется в разы больше влаги.
– Вот так, – задыхаясь от потрясающего зрелища, подбадриваю девушку, продолжая свои действия до той поры, пока из её тела не брызнула во все стороны её же влага, а сама Алана не закусила свою руку, пытаясь скрыть дикие крики, сопровождающие бурный оргазм.
Медленно вытаскиваю пальцы, оглядывая мокрую ладонь и перевожу взгляд на затуманенные глаза девушки, всё ещё содрогающейся от нахлынувших на неё ощущений.
Чувствую, что член готов взорваться от вида развратной, только что обильно кончившей, лежащей с бесстыдно разведёнными ногами девушки, навсегда укравшей у меня душу.
Подхватываю её, ещё не до конца пришедшую в себя, на руки и несу в душ, чтобы не наброситься на неё и оставить в себе этот заряд, чтобы разорвать девушку по возвращении в отель. Хочу насладиться ей сполна и слышать каждый её крик, который будет срываться с нежных, растерзанных мной губ.
Здесь времени на это у нас не будет.
