Текст книги "Падение ангела (СИ)"
Автор книги: Лана Шэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 46 страниц)
Глава 19
Если я раньше хоть немного и сомневалась в том, что Марк – дьявол, то сейчас эти сомнения разлетелись в пух и прах. Не знаю какой такой мистической силой обладает этот человек, но то, что я чувствую рядом с ним не подвергается абсолютно никакому логическому объяснению. Если честно, с недавних пор я перестала искать хоть какую-то логику в отношениях между нами.
Её просто нет. Не тот случай. Мимо.
Идея с массажем показалась мне такой дурацкой, что даже в какой-то момент стало забавно. Вокруг творится настоящий треш, а он ведёт меня «расслабляться». Я была уверена, что затея обречена на провал и уже через пять минут массажистка оставит это бесполезное занятие, потому что зажатые мышцы, с которыми я хожу всё это время, казалось, размять может только асфальтный каток. Но сама удивилась, как процесс затянулся и мне удалось выдохнуть, хоть и ненадолго.
А то, что потом сделал с моим телом Марк, словно добивая и без того невозможный результат, напрочь лишило сил.
Чувствуя себя медузой, начавшей таять под палящими лучами солнца, я, не помня себя, вышла вместе с ним из здания и очнулась только тогда, когда машина тронулась с места.
– Вижу, тебе не так уж и плохо, – с мягкой ухмылкой бросил Марк, прогуляясь по мне лукавыми глазами.
Не отвечаю, но лицо трогает лёгкая улыбка. Сдержать её я не могу. Глубоко вздыхаю и внутри становится горько от того, что нужно возвращаться в реальность. Очень херовую реальность.
На какое-то мгновение, пусть и не долгое, я позволила себе ощутить что-то… сама не знаю. Будто мы просто парочка, выбравшаяся на выходные в другой город и хорошо проводящая время вместе. На секунду я представила, что было бы, если бы это действительно было так. Как бы тогда выглядела жизнь?
Мы бы точно не избавились от подколок. Нет. Это наша фишка. Но помимо дикого секса и обоюдных саркастических выпадов, было бы ещё и другое. Мы могли бы говорить. Не о проблемах и криминале, а о жизни. О детстве. О мечтах. О страхах. О неудачах и счастливых моментах. О шрамах, оставленных на сердце неосторожно брошенными словами нашей первой любви. Или о гордости за школьные достижения.
Я бы рассказала о том, как в восьмом классе выступала с докладом на научной конференции и так сильно боялась, что едва не упала перед выходом на сцену от того, как в панике подкосились ноги.
Или как мы с Роксаной угнали тачку её отца и уехали на вечеринку к Рону, нашему однокласснику, и она так напилась, что мне пришлось везти её домой, совершенно не умея водить. До сих пор не верю, что мы тогда не попались.
Возможно, я бы дала место слезам, поведав Марку о том, как моего парня убили в перестрелке, в которой он оказался из-за долгов брата, которые пришлось отрабатывать, потому что тот пропал и кинул очень опасных ребят.
А ещё вспомнила бы о том, как Хлою укусила за нос оса и её раздуло так сильно, что я дразнила её Аватаром, потому что лицо её стало очень похоже на персонажа из фильма. А она в ответ залила мою постель синей краской, сказав, что если она Аватар, то я, как её сестра, тоже должна им стать.
Говорили бы и о Марке. Я бы хотела больше узнать о его маме. Почему-то мне кажется, что она была прекрасной женщиной. Я бы распросила его более подробно о том, как Дейв сделал предложение Трине и какие черти плясали у Марка в голове, когда он стал к ней подкатывать чтобы спровоцировать брата.
Узнала бы кто был рядом, когда ему бывало страшно. И как он справлялся с трудностями. О чём мечтал. Любил ли кого-то.
Мы бы часами говорили друг с другом, оставляя за спиной весь мир. Но этого не случилось.
Не случилось, потому что мы абсолютно из разных миров. И объединила нас боль. Не обстоятельства. Не поиск Хлои. Нет. Сейчас я понимаю, что нас обоих тянуло друг к другу с самого начала. С самой первой встречи в клубе я почувствовала, как в одно мгновение от него ко мне словно потянулась невидимая нить, с лёгкостью найдя во мне отклик. Мы словно два пазла ужасной, отвратительной картинки сошлись там, где больше никто не смог бы соединиться, чтобы закрыть собой пустоту друг друга.
И та боль, которая разъедала нас изнутри, раз за разом теперь находит выход когда мы оказываемся наедине. Это та правда, которую я открыла для себя в этой поездке. Та правда, от которой я так сильно пыталась убежать, что сама не заметила, как нырнула в неё с головой.
– Приехали, – слышу голос Марка и не понимаю, сколько прошло времени, так сильно улетела я в свои мысли.
– Куда теперь?
– Купим тебе новый телефон, – небрежно бросает мужчина и собирается уже выйти из машины, как я кладу руку на его предплечье, пытаясь остановить.
– Нет, это уже слишком.
– Слишком? То есть разгуливать в белье по магазину или кончить в массажном салоне – это не слишком, а купить телефон кажется тебе перебором?
– Нет, Марк, не в этом дело. Это другое.
– Объясни, – терпеливо возвращаясь на место, с выдохом произносит мужчина и я с удивлением отмечаю его терпимость.
Подбираю слова, думая о том, как же сейчас донести до него всё, что хочу, и понимаю, что на все мои аргументы я услышу в ответ несогласие. Но для меня это действительно лишнее. Всё же мы тут не на свидание приехали и вообще я в состоянии купить себе всё что нужно. Белье и одежда были лишь элементом игры и я была уверена, что мы оба это понимаем. Массаж вообще его инициатива и сюрприз.
Но телефон. Зачем?
– Мне он просто не нужен.
– Я видел разбитый экран. Не знаю по моей вине он разлетелся или нет, но так дело не пойдёт.
– Да всё с ним нормально, поменяю стекло и дело с концом, – взмахиваю открытыми ладонями, как бы в подтверждении ерундовости вопроса, – Марк, ну серьёзно.
– Алана, мы оба знаем, что ты сейчас врёшь, – неодобрительно хмурится, поворачивая корпус больше ко мне, – Ощущение, что ты скинула его с небоскреба и сверху проехалась на танке. Или было именно так, или ты очень страшна в бешенстве, – шутит, но в глазах его нет ни капли юмора, – Пошли, детка.
– Нет. Не хочу, – всё во мне начинает противостоять этой идее, потому что я очень не хочу чувствовать себя должной.
И почему-то в этой истории я ощущаю себя именно так.
– Так, в чём дело? – обхватывает пальцами подбородок и притягивает к себе, впиваясь в меня прищуренным взглядом.
– Марк, я просто… да, чёрт возьми, я просто не хочу чувствовать себя твоей девушкой, которую ты тут обхаживаешь со всех сторон, будто мы в отпуске по случаю медового месяца. Шмотки, массаж, телефон. Что дальше? Ужин при свечах с видом на море? – вижу как темнеют глаза мужчины и испытываю чувство стыда за то, что он, возможно, и правда очень старается, а я сейчас словно всё обесценила, как последняя сука, – Просто это ведь не по-настоящему. И я не хочу играть. Я устала от этого.
Несколько мучительно долгих секунд Марк сверлит меня взглядом, обдумываю мои слова и, совершенно неожиданно для меня, приникает к моим губам в крепком, но нежном поцелуе.
Не отпуская моего лица, он плотнее обхватывает своими пальцами мою кожу и второй рукой зарывается в волосы, лаская своим языком мой. Задыхаюсь от этого его внезапного порыва, ощущая растерянность вперемешку с каким-то… трепетом. Кажется так он ещё меня не целовал.
В этом поцелуе не было прежней требовательности или демонстрации силы. Это ощущалось больше как… не знаю. Нежность? Аккуратность? Мягкость?
Медленно отрываясь от меня, вновь заглядывает в глаза и я вижу в его взгляде что-то новое, чего до этого момента там не встречала. Но понять сидящего напротив меня мужчину пока очень сложно. Я привыкла к другой его стороне.
– Никогда больше не ври мне, Алана. В своей честности ты прекрасна.
Киваю, тяжело сглатывая и пытаясь проанализировать то, что только что услышала. Так нежность Марка связана с тем, что я не стала бороться? Точнее, я, конечно, боролась, но не так, как раньше. Я сказала правду и не стала играть с ним, не стала провоцировать. Не то чтобы раньше этого не происходило, но…
Видимо и он сейчас старается. Держать себя в руках. Реагировать более сдержанно. И возможно в моей честности сейчас он увидел благодарность. Или поддержку. Или что-то своё. И это «что-то» наверняка стало важным. Для нас обоих.
– Хорошо, без телефона. Но обещай, что как вернёмся домой – ты с этим разберёшься. Если нет, я сам всё решу.
Закатываю глаза, забавляясь с того, что собственником и командиром он не перестанет быть никогда. Хоть нимб с крыльями отращу – не отстанет.
– И правильно ли я понял, – заводя мотор, бросает Марк, – Ресторан с видом на море отменяется?
– А он был?
– Нет, но если хочешь – будет.
Смеюсь и отрицательно качаю головой, имея сильное желание вернуться в отель. Если в моменте и получается расслабиться и на время отключиться от реальности, то после осознание всё равно находит чёрной грозовой тучей и делает только хуже. Потому что гулять и развлекаться кажется сейчас самым настоящим предательством по отношению к Хлое.
Я не представляю где она сейчас и всё ли с ней в порядке. И каждый день этой неизвестности диким кровожадным зверем раздирает на куски изнутри. И как только кажется, что он наелся, оставив одни только кости, как только кажется, что есть хоть какой-то шанс, всё начинается по новой. С куда большей силой. Потому что время идёт против нас. Критически.
И чёртово бессилие сводит с ума.
Дорога до отеля проходит в молчании. Я то и дело гоняю в голове мысли о том, как же мне убедить Марка взять меня сегодня с собой. И каждый раз, прокручивая в голове все возможные варианты диалогов, я проигрываю.
Я могу, конечно, что-то придумать. Проследить за ним или сбросить себе его геолокацию, но я больше не хочу совершать рискованных и необдуманных поступков. Потому что в одном Марк был прав. Я нихрена не помогаю. Если бы я не пришла в «Грех», то не попала бы в фокус внимания этого урода Змея. Не получила бы записку с приглашением в его дом. Была бы более осторожной в клубе в ночь, когда Марк избил пристающего ко мне парня – его бы впоследствии не подстрелили. Хотя, до сих пор не известно кто конкретно стрелял в Марка.
Но преследовали и стреляли в его машину точно те, кто был связан с тем парнем.
Столько уже этих «если», что аж тошно. И всё же я не могла иначе. Сидеть и ждать информации от Марка было невыносимо. Тем более что я не была уверена, что могу ему доверять. А что сейчас? Могу ли?
На это вопрос однозначного ответа у меня нет. Между нами всё слишком сложно. Слишком много недосказанности. Претензий. Осторожности. Но я боюсь, что уже перестала чувствовать где реальная угроза, а где просто моя паранойя.
Откуда он всё же узнал о детективе? Роксана? Или кто-то из его людей доложил? История с паспортом – правда? Во всём ли он откровенен со мной и есть ли что-то, чего он не договаривает? Но додумывание и пустые предположения никак не помогают. Лучшее, что я могу сделать – спросить. Но сейчас между нами словно воцарился хрупкий мир и заводить тему о Крисе совсем не хочется. Даже как-то страшно.
Но мы поговорим. Возможно вечером или завтра. Но всё же теперь я хочу услышать его версию. Чтобы по возвращении домой, поговорив с Роксаной, иметь хоть какую-то почву под ногами. И не изводить себя догадками.
– Приехали, принцесса.
– Пф, принцесса? – чувствую, как взлетают вверх мои брови, на что Марк бросает на меня взгляд а-ля «а что такого»?
– Ну, детка же тебе не нравится. А сегодня ты прям как принцесса. Покаталась, приоделась, сходила на массаж, сладко кончила, – переходя на воркующий шёпот, произносит Марк, от чего по коже пробегает волна мурашек.
– А ты тогда кто? Фея крёстная?
– А я злой, страшный и одержимый принцессой волк.
– Точно, – хмурю нос и выхожу из машины, но Марк перехватывает мою руку и резко тянет на себя, от чего я плюхаюсь обратно на сиденье.
– До сих пор перед глазами картинки, как сжималась твоя тугая киска вокруг моих пальцев, – закусывает губу и смотрит на меня самым совращающим взглядом на земле.
– Прекрати, – шиплю, вырывая руку.
– Как только окажемся в номере, – начинает было он, на что я кладу палец на его губы, призывая замолчать.
– Как только окажемся в номере, – намеренно делаю паузу, – Первым делом поедим. Я ужасно голодная.
Конечно, дело не в этом. Но сейчас я не в том настроении, чтобы пасть жертвой одержимого волка. Хоть перспектива и привлекательная. И всё же я хочу оттянуть момент, который неизбежно наступит. Вечером Марк уйдёт и я пока не понимаю, что мне делать. Остаться или последовать за ним.
С одной стороны нахождение в номере – это пытка. Но я понятия не имею какой у мужчины план на вечер и слишком глупо будет просто выйти за ним и следовать по пятам. Как минимум, я не знаю специфику места, как максимум – меня просто могут туда не впустить. Хотя, по прошлому опыту, максимум далеко не такой. Скорее, я снова могу оказаться в дурацком положении и либо сорву Марку «операцию», либо выведу его из себя и усложню правила его спланированной на сегодня игры.
И для того чтобы принять решение я хочу попробовать разговорить мужчину. Узнать хотя бы куда он намеревается пойти. И, возможно, убедить пойти вместе, если такой вариант будет возможен.
В общем, мне нужно ещё немного времени.
– Идет, – отодвигаясь, слишком уж легко соглашается Марк, – Но потом я съем тебя.
Глава 20
Марк на солгал и на ресепшене нас уже ждали пакеты с купленной одеждой. От воспоминания о том, что было в примерочной, по коже пробежала лёгкая волна тепла, а внизу живота стало приятно тянуть.
Исподтишка наблюдаю за мужчиной и слегка напрягаюсь от того, что он какой-то… показательно расслабленный что ли. Будто это просто мальчишка, весело проводящий время со своей подружкой и тратящий деньги родителей, имея при себе пару безлимитных карт. Пытаюсь понять в какую игру он играет, а главное для чего?
– Закажем еду в номер или предпочитаешь найти приключения в ресторане? – игриво интересуется Марк, вальяжно привалившись плечом к стенке лифта.
– В номер, – говорю более резко, чем собиралась.
– Не терпится оказаться вдвоём? – не унимается мужчина, но при этом ведёт себя слишком сдержанно.
Слишком сдержанно для дьявола в обличье человека, коим, я уверена, он является. А где же зажимания в лифте? Ведь на моей памяти было уже несколько эпизодов, где стоило нам оказаться за закрытыми дверями тесного пространства (с Марком даже футбольное поле покажется тесным), мужчина тут же сокращал дистанцию и диктовала свои правила игры.
– Не хочу чтобы ты ещё кого-нибудь избил.
– Ну сегодня же обошлось без жертв, – поднимает бровь, напоминая мне о своей удивительной сдержанности.
– Это-то и пугает. Куда делся Марк, которого я знаю? В какой из своих внутренних подвалов души ты его заточил?
– А может ты меня и не знаешь вовсе? – почему-то в этом вопросе я чувствую намного более глубокий подтекст.
И ответа у меня нет. Ведь я уже ни раз думала о том, что совсем его не знаю. И всегда, когда мне начинает казаться, что Марк открывается мне с какой-то из своих сторон, я бьюсь о другую, закрытую для меня часть его тёмной души.
Молча выходим из лифта и проходим по красивому коридору к номеру, дверь которого оказалась слегка приоткрытой. В доли секунды напускная лёгкость и доброжелательность Марка сменяется на хищническую непроницаемую маску, а его тело выглядит так, будто дикий зверь готовится к атаке.
– Оставайся за мной, Алана, – вытягивает руку, останавливая меня и медленно подходя к номеру.
Не двигаюсь, затаив дыхание. Кто знал, что мы будем именно здесь? За нами была слежка? Тогда, когда мы подъехали к отелю впервые, Марк был насторожен и смотрел в зеркало заднего вида. Там кто-то был, но он мне не сказал? Или это кто-то ещё? Может в этом городе у мужчины есть враги, которые могли узнать что он здесь и пробить где он остановился?
Чёрт возьми, тот мир, в котором он живет, слишком пугающий и опасный. Тот мир, в котором теперь живу и я.
Мужчина делает несколько осторожных шагов и я в этот момент чувствую, как просто прекратила дышать. Не зная чего ожидать и как действовать, я просто приросла к полу, наблюдая за тем, что происходит.
Напряжение достигает пика, когда в стенах номера слышится какой-то шум. Будто что-то ударилось об дверь или что-то вроде того.
– Марк, – шепчу, обращаясь скорее в пустоту, чем конкретно к нему.
По какой-то причине его имя сейчас будто давало мне ощущение безопасности и опоры.
– Тшшш, – прикладывает палец к губам и аккуратно тянет дверь на себя, делая шаг в сторону.
Пару секунд, в течение которых я, кажется, получила несколько седых волос, ничего не происходит, после чего показывается тележка горничной, с перепуганными глазами выходящей из номера.
– Прошу прощения, – высоким голосом произносит та, обращаясь к Марку, – Не хотела вам помешать. Уборка номеров сегодня затянулась, дошла до вас позже, чем должна была, – по лицу девушки видно, что ей очень неловко, – Простите за доставленные неудобства.
Чувствую, что пришло время набрать в лёгкие воздуха и глубоко вдыхаю, чтобы выдохнуть напряжение, которое сковало тело от страшных предположений, которые мигом начали крутиться в голове при виде открытой двери и реакции Марка.
– Всё в порядке, благодарю за работу, – напряжённо произносит мужчина, сканируя и без того перепуганную девушку взглядом.
Та поспешно удаляется, а я подхожу к нему, кладя руку на плечо.
– Что-то не так? – спрашиваю, пытаясь разгадать что скрыто в поглощающей темноте его глаз, – Ты так на неё смотрел. Это же просто девушка горничная, ей и восемнадцати-то нет.
– Зло, Алана, сидит не только в совершеннолетних, – хмуро отзывается Марк, и я чувствую, что что-то внутри него сейчас болезненно отозвалось на эти слова.
Закусываю губу и не нахожу что ответить, но ловлю на себе его ещё более потемневший взгляд, проследивший за движением моего рта. Не выдерживаю нарастающего между нами напряжения и прохожу в номер, на что Марк перехватывает моё запястье и слегка тянет обратно.
– Я первый.
Понимаю, что сопротивляться не сто́ит и терпеливо жду, когда мужчина обследует номер и удостоверится, что нам ничего не угрожает. Пока я стою в коридоре, мысли мои снова возвращаются к тому образу жизни, которым живёт Марк. Неужели это происходит с ним часто? Подозрения, опасность, риски, угрозы? В его действиях не было ни страха, ни беспокойства. Только собранность и холодная, просто обжигающая своей ледяной хлёсткостью жёсткость.
Словно он был в подобной ситуации десятки, сотни раз!
– Проходи, принцесса, – вздрагиваю, услышав его хрипловатый низкий голос и вхожу, на автомате оглядываясь вокруг, – Испугалась?
– Ну, для меня это не самая стандартная ситуация, – выдаю на выдохе, опускаясь на диван.
– Не бери в голову. Просто осторожность, – возвращая себе небрежный вид, Марк наливает в бокал немного виски и протягивает мне.
Отказываюсь, желая сохранить ясность ума перед разговором, который я всё ещё надеюсь провести. Мужчина делает глоток и ставит бокал на комод, после чего заказывает в номер обед и уходит сделать несколько звонков.
Интересно, почему он никогда не говорит по телефону при мне? Боится, что услышу лишнего? Или не доверяет? А может ведёт какие-то разговоры с теми, кто замешан в пропаже Хлои? Чёрт, снова начинаю параноить.
Но почему-то этот вопрос на фоне произошедшей сейчас ситуации меня начал беспокоить сильнее, чем следовало. И когда Марк возвращается в комнату, я выпаливаю его, желая узнать ответ:
– Почему ты всегда уходишь, когда тебе нужно кому-то позвонить?
На секунду мужчина замер, после чего его брови взлетели вверх и он засмеялся, иронично глядя на меня.
– Принцесса ревнует?
– Что? Нет! Боже, дело не в этом… – начинаю оправдываться, будто он оказался прав, – Просто… просто это странно. Словно ты что-то скрываешь.
Марк наливает себе ещё немного виски и осушает бокал в один глоток, шумно возвращая его на комод. Я же наблюдаю за его действиями, ожидая услышать ответ. Желательно нормальный.
– Детка, – вновь ухмыляется, подходя ближе, – Я действительно кое что скрываю от тебя. И это та моя часть, которая тебе совсем не понравится.
– Серьёзно? А разве мне нравится хоть какая-то? – ехидничаю, за что получаю многообещающий взгляд, в котором читается послание «я тебе напомню, какая моя часть тебе нравится».
– То, как я разговариваю с тобой, моя нежная, – заправляет прядь волос мне за ухо и я едва сдерживаюсь, чтобы не продемонстрировать пробежавшую по коже дрожь, – И на пару процентов не отражает того, как я говорю со своими людьми. И это то, чего тебе лучше не слышать.
И это всё? Серьёзно? Он хочет чтобы я поверила в то, что он просто бережёт мои уши от грубости, которую применяет в общении с теми, с кем говорит по телефону? Вот уж не верится.
– Марк, не думаешь же ты, что после всего что я видела за последнее время, меня может смутить или оскорбить пара грубых слов?
– Не думаю, но такие вещи против моих правил.
– Против твоих правил? Как интересно. Значит трахать женщину против её воли в тёмном переулке твои правила не нарушает, а заматериться уже перебор? – решаю вновь не напоминать ему ситуации в «Грехе» и на вечере в доме Змея, чтобы не ворошить неприятные и унизительные воспоминания, но всё же есть что припомнить и без этого.
– Если женщина сама нарывается на это и после стонет от удовольствия, то да, правилами я могу поступиться, малышка. По крайней мере с тобой так точно.
Закатываю глаза, понимая, что продолжать бессмысленно. Спорить с Марком вообще затея часто проигрышная в самом начале. Но прекратить это делать я просто не могу.
В дверь постучались и я напряжённо перевела взгляд на источник звука, но быстро вспомнила, что это принесли еду, заказанную ранее. Марк принял наш заказ и через недолгое время мы уже сидели друг напротив друга, а между нами на столе располагались несколько разных блюд.
Я медленно ковыряю вилкой салат, обдумывая как бы начать так сильно беспокоящий меня разговор.
«Слушай, так что там с тем опасным парнем, с которым ты намерен сегодня встретиться?»
«Хм, не провести бы нам вечер вместе? Какие у тебя планы? Ах да, я забыла. Может тогда пойдём вдвоем?»
«Чем займёмся дальше? Может сходим вечером куда-нибудь, чтобы хоть как-то сдвинуть поиск моей сестры с мёртвой точки?»
Пока ни один вариант не кажется мне подходящим. И Марк, как назло, молчит и будто чего-то от меня ждет. И в своих догадках я оказываюсь права, в чём могу убедиться уже через минуту.
– Ну давай уже, – испытующе глядя на меня, произносит мужчина, кладя в рот оливку.
– Что? – непонимающе задаю вопрос, действительно не предполагая, что он понял что со мной происходит.
– Кончай строить из себя дурочку, Алана. Давай уже начинай.
– Что начинать, Марк? – осторожничаю, не желая выдать себя, ведь он может говорить и о чём-то другом.
Вздыхает, смотря на меня как-то подозрительно и задумчиво, после чего встаёт, обходит стол и резко вытягивает мой стул вместе со мной, садясь напротив на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
– Я думал мы закончили с этими выкрутасами, а ты меня снова разочаровываешь, – неодобрительно качает головой, после чего берёт локон моих волос и пропускает их через пальцы, – Хрена-с два я поверю, что в твоей голове сейчас не крутятся мысли о том, как бы так меня разговорить, чтобы составить мне компанию сегодня вечером. И мой ответ «нет». Ты останешься здесь, Алана. Без вариантов.
– Я не хотела… – осекаюсь, видя его глаза, в которых тут же вспыхнуло пламя злости и чего-то еще, пока для меня непонятного, – Ладно, чёрт возьми. Да! Да, да, да. Естественно я не хочу сидеть в номере в сраном неведении и ждать твоего возвращения. А если ты не вернешься? Если этот урод, который весь такой опасный, тебя рассекретит и убьёт? А я останусь здесь и буду сходить с ума, пока в дверь не постучат и не скажут, что нашли где-то твоё тело. Или не нашли! Что мне делать, Марк, если что-то пойдёт не так? Да я тут свихнусь, пока ты не придёшь. И вообще речь идёт о моей сестре и я и без того чувствую себя конченой предательницей, ничего не сделавшей до сих пор, чтобы её найти. Кроме меня у неё никого, понимаешь? А я… я обещала её защищать. На могиле родителей клялась, что не дам ей попасть в беду. И я подвела их. Их всех!
Марк внимательно наблюдал за мной, давая высказаться и я сама не заметила, как по щекам начали стекать тонкие ручейки солёных слез.
– Я благодарна тебе за помощь, но этого не достаточно. Для меня этого не достаточно. Я не могу бездействовать и ждать, что кто-то вместо меня спасёт Хлою из дерьма, в котором она оказалась, понимаешь? Я её старшая сестра. И это моя задача. А я вместо того чтобы ей помочь прохлаждаюсь здесь с тобой, живя не свою жизнь и занимаясь вещами, которые никак не приближают меня к поиску сестры!
Набираю воздух в лёгкие, чтобы продолжить, но вместо этого не могу издать ни звука, чувствуя, как горло перекрыл спазм рыданий, рвущихся наружу.
Словно ощутив это даже быстрее меня, Марк обхватил меня своими сильными руками и прижал к себе так крепко, что я едва не начала задыхаться от того, как сильно он сжал меня. Но именно это сейчас мне оказалось необходимо.
– Я понял, – прошептал он, нежно гладя меня по волосам, – Не продолжай.
– Я уже просто не могу медлить, Марк, – шепчу, всхлипывая и сжимая челюсть, чтобы не разрыдаться, – Не могу.
Мужчина не отвечает, но сейчас мне этого и не нужно. Каким-то образом тепло его тела и сила рук действуют успокаивающе и вместо слёз, обжигающих глаза всего минуту назад, я начинаю ощущать как по телу растекается тёплая волна спокойствия, хотя внутри я совершенно не чувствую себя спокойно.
Но получая молчаливую поддержку Марка я действительно не успеваю утонуть в боли, разрывающей меня изнутри. Продолжая свои мягкие поглаживания, он кладёт подбородок мне на макушку и тяжело вздыхает, будто борясь внутри себя с сомнениями, которых он сам не может себе простить.
– Детка, я не возьму тебя с собой сегодня. Мне жаль, – отодвигается и смотрит в мои покрасневшие глаза, – Это слишком опасно и я не готов тобой рисковать.
Хочу возразить, пообещать, что буду осторожна и не доставлю проблем, но он не позволяет мне продолжить, накрывая мои губы своими пальцами.
– Послушай меня. Я не знаю этого человека и ни при каком раскладе не подставлю тебя, приведя в непроверенную обстановку. Мне нужно увидеть его, понять что это за хрен и может ли он быть нам полезен. Но если ты будешь рядом, я только и буду думать о том, чтобы с тобой ничего не случилось и никакая сука тебе не навредила. Мне чертовски, поверь, чертовски не хочется оставлять тебя здесь. Но так нужно, Алана. Это единственный возможный расклад. Нравится тебе это или нет, иначе мы делать не будем.
– Но…
– Никаких «но». Я знаю, что тебе хреново от всего, что творится и от того что мы всё ещё не нашли твою сестру, но именно этим я и занимаюсь. И ты, если действительно хочешь помочь, будешь сегодня хорошей девочкой и останешься в номере. Всего на один вечер. Потом будем решать по мере развития событий.
– По мере развития событий? – не понимаю к чему он клонит, сокрушаясь внутри от того, что, вероятнее всего, моя надежда пойти с ним, слабая и едва дышащая, но всё же присутствующая – разрушается в это мгновение.
– Пока я не могу сказать на какое время мы здесь и каким будет итог сегодняшнего вечера. Всё будет зависеть от того, как пройдёт встреча. Поэтому я не буду кормить тебя пустыми обещаниями. Но я хочу чтобы ты знала – я делаю всё, что могу. И сейчас мне действительно нужна твоя помощь, Алана. Не мешай мне. Просто побудь здесь, чёрт возьми. Я вернусь и всё тебе расскажу. Мы решим что делать, – крепко обхватывает меня за плечи, вглядываясь в глаза, и добавляет, – Вместе.
Ну вот и всё. Мне нечего сказать. Сейчас любые мои возражения или контраргументы будут абсолютно неуместны, потому что я вижу, как Марк старается сейчас быть со мной внимательным и честным.
И это всё так на него не похоже, что я просто теряюсь. Привычный способ общения с ним, основанный на войне и язвительности сейчас неприменим. А другого я не знаю. Казалось бы, можно просто успокоиться и попробовать довериться мужчине, но…
Но пока я не могу до конца решиться на это. Потому что где-то в глубине души трещина на хрупком доверии, появившаяся после находки в его столе, до сих пор напоминает о себе.
И всё же сейчас у меня нет сил воевать. И ко всему прочему я понимаю, что он прав. Сама ведь уже об этом думала. Но всё же так горько осознавать то, что он скоро уйдет, а мне останется изводить себя переживаниями и безумными мыслями.
Молча и едва заметно киваю, признавая своё поражение и демонстрируя вынужденное согласие, глядя в сторону. Почему-то я сейчас не могу смотреть Марку в глаза, будто он проберётся слишком глубоко и узнает обо мне что-то, что я пока не готова открыть. Словно уязвимость сейчас опасна.
– Спасибо, – целует в лоб, прижимая меня к себе за затылок.
И в этом жесте я ощущаю что-то новое. Новое для нас. Нашего контакта. И это так удивительно. Я не могу до конца ему доверять, не могу позволить себе такую вольность, но Марк в этой поездке открывается для меня с новой стороны. И я не понимаю, это игра, очередная маска, ложь или та его часть, которую я раньше не видела? Или не хотела видеть.
Не давала возможности ей проявиться.
Ведь я только и делала, что выбешивала его, провоцировала, делала всё наперекор. Не то чтобы намеренно, но… у меня всегда были причины и мотивы. Просто, мы в этих историях часто шли в противоположные стороны. Видели моё участие по-разному. И ведь не все мои решения Марк понимал, потому что я всегда была не до конца откровенна. Возможно многого бы удалось избежать, если бы мы изначально не встретились на той ноте, на которой получилось.
Но как мне нужно было прийти? Ведь я шла по следам, оставленным несовершеннолетний сестрой, преподнёсшей всё так, будто она идёт устраиваться танцовщицей в его клуб. Вряд ли это подразумевает милую беседу за чашкой чая, верно?
– Постарайся поспать, Алана. Возможно я вернусь очень поздно, не хочу, чтобы ты меня ждала.
– Думаешь, получится уснуть в этой дерьмовой ситуации? – хмуро смотрю на него, на секунду предположив, что он самый настоящий псих, если думает, что я усну.
– Думаю, что ты и так слишком измотана, чтобы доводить себя ещё сильнее. Я вернусь, детка, обещаю. Не волнуйся, – проводит ладонью по моей щеке, – Поспи.
Если бы всё было так просто.
Не отвечаю и наблюдаю за тем, как Марк поднимается в полный рост и идёт в сторону своей сумки. Ловко расстегивая молнию, мужчина запускает руку между двумя чёрными половинами ткани и достаёт оттуда что-то, чего я пока не вижу.
