Текст книги "Матабар VII (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 37 страниц)

Юноша бы с куда большей радостью оказался среди прочих прохожих на широченных, утопавших в Лей-свете тротуарах.

Стараясь ни в кого не врезаться и не заглохнуть, постоянно выжимая сцепление и переключая передачи, они кое-как, порой с рывками и толчками, пересекли половину проспекта и свернули на Сто Шестнадцатую улицу, где здания оказались ниже и шире, а первые этажи гремели многочисленными кафе, ресторанчиками, барами и дорогими лавками.

Госпожа Шприц жила за пересечением в совсем недавно достроенном, буквально два года назад, небоскребе на тридцать восемь этажей. Широкая прямоугольная башня с совсем незаметными украшениями у карниза и на крыше, которую снизу не увидишь – только со стороны.

Чем чаще Ардан оказывался в Новом Городе, тем лучше он понимал слова Атуры, сказанные полтора года назад. Юноша замечал за собой, что он тоже находил густонаселенные районы, где здания спорили между собой, кто из них выше заберется к облакам, несколько бездушными, шумными и назойливыми.

Да и с парковкой здесь всегда какие-то проблемы. Им удалось приткнуться лишь за два квартала от нужного адреса.

– Адская машина, – резюмировал Милар, после того как автоматический парковочный контролер лишь с пятого раза принял последнюю монетку на десять ксо и с ржавым чиханием выплюнул потертый талончик.

Ступая по новенькому асфальту, а не брусчатке, Ардан неизменно ловил на себе любопытствующие взгляды. Разумеется, они были вызваны вовсе не его ростом, отсутствием шляпы или малоприметными чертами Первородного. Нет, их представителей в Новом Городе, изначально планируемом так, чтобы здесь с комфортом могли жить представители почти всех рас, хватало с лихвой.

Но из-за того, что на Новый Город и его бесконечные вереницы небоскребов и высоток приходилось до восьмидесяти процентов всех жителей столицы, – здесь не так уж и часто встретишь магов. Вот прохожие и глазели на посох, гримуар и регалии, внезапно вспоминая, что сказки из детства и статейные заголовки из газет живут ближе, чем они думали этим утром.

Достаточно лишь пересечь Кривоводный канал, что, благодаря подземным трамвайным линиям, теперь не такая уж проблема.

– О чем задумался, напарник? – спросил Милар, пока они шли вместе с толпой в сторону проспекта.

– О том, что никогда не думал, что понравится жить в Метрополии, – честно ответил Ардан и тут же добавил: – Во всяком случае, в определенной её части.

– Ха, – хмыкнул Милар. – У столицы есть такая особенность. Она умеет проедать себе путь даже сквозь самые неприступные преграды. Иначе бы, наверное, она не стала крупнейшим городом в мире.

– Наверное…

Разговор вновь увял, потому как поддерживать беседу в многоликой, шумящей толпе, где приходилось постараться, чтобы никого не задеть (и никто не задел тебя самого), оказалось не так уж и просто. Так что до дома «47» на пересечении Сто Шестнадцатой и проспекта Нового Времени они с Миларом добрались в молчании.

У входа, под широким тканевым навесом-маркизой с золотыми буквами «Дом Герцогов», их встретили не просто швейцары, а настоящие господа. В столь чистых костюмах, с настолько блестящими козырьками фуражек и мысками туфель, что неуютно почувствовал себя не только Ардан, но и Милар. И это учитывая, что капитан и сам был «при параде».

– Добрый вечер, – какой-то отрепетированной, вышколенной интонацией, сохраняя идеальную осанку, поприветствовал их швейцар и… указал ладонью на вращающуюся дверь.

Та медленно кружилась вокруг своей оси, пропуская внутрь отсеков из четырех створок как входящих внутрь, так и выходящих на улицу.

– Ага, – не очень вежливо фыркнул Милар, и они вошли в фойе.

Арди, бывавший и во Дворце Царей Прошлого, и в Концертном Зале Бальеро, оказался на мгновение обескуражен местным убранством. Все, что можно было убрать под мрамор, – было укрыто белоснежным камнем; все, что требовало покрытия из дерева, – лоснилось от лучших пород и самых дорогих лаков, а уж ковров, картин на стенах, многочисленных диванчиков, столиков, витрин с какими-то безделушками здесь было не сосчитать.

Не говоря уж про громадную люстру, обрамленную крылатой лестницей, ведущей к собственным переговорным комнатам, сигарному клубу и двум ресторанам.

– Вечные Ангелы… – в изумлении выдохнул Милар, снимая шляпу. – Интересно, сколько здесь стоит аренда?

– Даже знать не хочу, – борясь с удушливой засушливостью в горле, ответил Ардан. – Но догадываюсь.

Капитан Пнев, провожая взглядом статную пару господина и госпожи, чьи гардеробы, не включая украшений, представляли собой ценность в сотнях эксов, издал какой-то крякающий, согласный звук.

Такое впечатление, учитывая все увиденное здесь и снаружи, что проспект Нового Времени всеми силами пытался побороться с островом Святого Василия за звание самого дорогого участка столичного ландшафта.

Проморгавшись, напарники миновали толпу и подошли к стойке информации. Та бы, наверное, уместнее выглядела в фойе Центрального Вокзала или, может, отделении Императорского банка, а никак не в жилом доме.

– А я думал, в Замковой Башне живут богато, – на выдохе произнес Милар и хлопнул ладонью по звонку.

Вместе с мелодичной трелью к ним подплыл один из пяти работников, которого тут же, с первого взгляда, невзлюбил Милар. Потому что рабочая униформа сотрудника «Дома Герцогов», напоминая внешне костюм, выглядела лучше, ухоженней и дороже парадной тройки Милара.

– Добрый вечер. Чем могу помочь, господа? – с той же чванливой, вышколенной манерой, что и швейцар, спросил мужчина лет тридцати.

С кожей чище, чем у некоторых девушек, и зубами белоснежнее окружавшего их мрамора.

Милар и Ардан синхронно, не сговариваясь, выложили на прилавок свои удостоверения. Работник пробежался по ним холодным взглядом и даже бровью не повел.

– Капитан, капрал, стоит ли мне позвать управляющего? – только и спросил он.

– Нет, любезный, – Милар поправил полу плаща так, чтобы было видно рукояти револьвера и ножны шпаги (с которой после района Ночников капитан и вовсе не расставался, благо спрятать её под плащом не составляло труда). – Мы бы хотели попасть в квартиру госпожи Таисии Шприц, номер 112.

– Боюсь, это невозможно, – не меняясь ни в выражении лица, ни в интонации, мгновенно отказал работник.

Арди, уже достаточно хорошо зная Милара, чтобы понять, что разговор не приведет ни к чему хорошему, тут же опередил открывшего рот капитана.

– Возможно, госпожа Шприц что-то оставляла для меня? – спросил Ардан. – Для Арда Эгобара. Можете, пожалуйста, проверить?

Арди смерили холодным взглядом и, сдержанно кивнув, отошли в сторону деревянных архивов, шкафов и почтовых ящиков. Видимо, корреспонденцию здесь забирали не самостоятельно, а при помощи… как же они назывались… точно – консьержей.

Милар нетерпеливо похлопывал ладонью по стойке, а Ардан, озираясь по сторонам, невольно вспоминал слова Рейша Ормана.

Осталось всего полтора месяца до того, как истечет указанный генерал-губернатором Шамтура срок. А значит, Ардану необходимо отыскать подходящее для них с Тесс жилье.

Разумеется, на нечто подобное ему денег не хватит (да и даже с учетом подземных линий – добираться из Нового Города в Центральные районы все еще не так уж и быстро), да и вообще – в данный момент они жили у Аркара практически бесплатно…

– Действительно, для вас есть послание, господин капрал Эгобар, – не без удивления консьерж вернулся к ним с небольшой коробочкой и запиской. – Вот, держите.

Арди с Миларом переглянулись. Юноша забрал записку и, развернув, прочитал короткое послание:

«Пожалуйста, не испачкайте мой Каргаамский ковер. Он совсем новый».

В самой же коробочке обнаружился массивный ключ с биркой «112».

– Это одиннадцатый этаж, – буднично произнес работник. – Лифты позади вас. Хорошего вечера.

Милар явно собирался сказать что-то в ответ надменному консьержу, но Ардан утянул напарника за плечо к лифтам. Капитан, побухтев немного, скинул руку Арда и хрустнул шеей.

– Клянусь Вечными Ангелами, Ард, – скрипнул зубами капитан. – Такое впечатление, что пройдет еще пара десятилетий, и вторая канцелярия в глазах общественности станет сродни корпусу стражи.

Арди только пожал плечами.

– Это в Метрополии, Милар, – не согласился юноша. – Чем дальше от столицы, тем вы страшнее, всеведущее и всемогущее.

– Мы.

– Что?

– Ты сказал – «вы», – пояснил Милар. – Не «вы», а, учитывая документы, мы, капрал.

Последнее слово капитан произнес с легким нажимом, так что Арди не стал никак комментировать справедливую ремарку. Может, почти после года службы он все еще не причислял себя к Плащам? Может, и так…

В любом случае, все это лишь мысли завтрашнего дня.

Рассекая потоки господ, задеть хоть край одежды которых было точно так же страшно, как оцарапать музейный экспонат (в жизни не расплатишься), они дошли до лифтов.

Швейцары, в такой же форме, как и консьерж, и с не менее внушительными выправками, вызывали лифты и обменивались кивками с лифтерами, вся задача которых сводилась к нажатию кнопки.

– Представляешь, что произойдет через полтора года, когда закончится переходный период, установленный Парламентом? – ожидая адскую коробку, шепнул Милар.

Ардан сдержанно кивнул. Шесть лет назад появились автоматические панели управления лифтами, которые нивелировали необходимость в лифтере, который орудовал бы сложной системой рычагов и датчиков уровня подъема и спуска.

Теперь достаточно было нажать на кнопку, замкнуть Лей-циркуляцию и, благодаря сложной смеси Лей-технологий и простой механики, лифт самостоятельно поднимался на нужный этаж.

В результате Парламент, прекрасно понимая, что рано или поздно все старые лифты будут заменены на новые, принял закон, согласно которому в течение семи с половиной лет от даты подписания никто не вправе увольнять лифтеров.

Арди, разумеется, размышлял обо всем этом только для того, чтобы отвлечься от собственной тревоги, тошнотворным комом душащей горло изнутри. Даже несмотря на то, что лифт в «Доме Герцогов» был вдвое габаритнее стандартного и здесь, при желании, можно было разместить небольшой письменный стол, Ард все еще чувствовал, как с каждой минутой ему становится сложнее толкать воздух легкими.

Сгорбившись и обеими руками обняв свой посох, он старался сосредоточиться только на дыхании.

Вдох-выдох.

Выдох-вдох.

Но стены, обитые кедром, украшенные серебряными узорами и зеркалом в золотой раме, неумолимо сжимались. Фигуры статных франтов и их не менее изысканных спутниц истончались травяными стеблями и паутиной облепляли вспотевшее лицо юноши.

Так что, как и всегда, когда на одиннадцатом двери открылись и выпустили напарников из цепких лап адского устройства, Ардан выскочил в просторный коридор с ретивостью, достойной восхищения.

Ну или пренебрежительного осуждения, которое несколько мгновений плеядой недоумевающих взглядов жгло юноше спину. Но вот двери закрылись, увозя обитателей небоскреба выше по этажам, и Милар с Ардом остались в коридоре одни.

– Какого же здесь размера квартиры, Ард, – снимая шляпу, огляделся по сторонам капитан.

Здание имело строго прямоугольную форму, так что, по логике, этаж должен был дробиться на четыре секции по количеству углов. Но вместо этого коридор делил пространство ровно пополам.

Вооружившись ключом, ступая по тому, что вполне можно было спутать с убранством лучших частных клубов и ресторанов Центрального Района, Арди с Миларом дошли до нужной двери.

– Соседей опрашивать будем? – спросил Ардан, пока капитан тщательно осматривал замочную скважину.

– Здесь? – насмешливо фыркнул Милар. – Чтобы нам тут же заявили, что разговаривать будут только в присутствии семейного юриста и священника?

– А зачем священника?

– А чтобы сразу все свои грехи отмолить, Ард, – явно довольный своей шуткой, усмехнулся Милар. – С замком все в порядке. Не вскрывали. Что с магией?

Ардан прикрыл глаза и доверился своим ощущениям Говорящего.

– Здание разделено на четыре секции по десять этажей, каждая находится под сложной системой щитов, – резюмировал Арди. – Комната генерации на техническом этаже. Все по высшему разряду.

– Ард, я очень рад, что ты у нас теперь ходячий Лей-детектор, но мне бы хотелось какой-то конкретики, – прищурился капитан Пнев.

– Ничего из того, что повлияло бы на нашу с тобой работу, – выдохнул Ардан. – Но, в случае чего, я не смогу наколдовать ничего с нагрузкой выше трех Красных лучей. Щиты не позволят.

И в данном нюансе заключалась одна из немаловажных причин, почему Звездные Маги крайне редко селились в Новом Городе. Не потому, что им очень хотелось колдовать у себя дома – вовсе нет, но сам факт осознания, что ты не можешь использовать свои звезды, доставлял немалый дискомфорт.

А из-за плотной, высокотехнологичной высотной застройки все здания Нового Города в целях безопасности по закону были обязаны возводить подобную систему щитов (что и сделало Звездных инженеров и Специалистов по Щитовым Чарам настолько востребованными и высокооплачиваемыми специальностями Звездного спектра).

– Понял, – кивнул Милар.

Капитан повернул ключ в замочной скважине. Дверь бесшумно провернула ухоженные петли, и напарники вошли внутрь просторной прихожей, вполне достойной, чтобы заменить кому-нибудь гостиную в Старом Городе.

По последнему слову домашней моды, здесь утопленные в стену шкафы блестели лаком на поверхности округлых дверей. У двери, как и положено, обнаружилась урна для зонтиков, только не из алюминия, а из отделочного камня. Ворсистый коврик, призванный бороться с сезонной слякотью и грязью, действительно поменяли лишь недавно.

Капитан протянул руку и щелкнул выключателем. На высоком, почти трехметровом потолке вспыхнули лампы.

– Выглядит… обычно, что ли, – немного разочарованно произнес Милар.

И действительно. За исключением внушительных габаритов, пространство, открывавшееся из прихожей, без коридора вливавшейся в вытянутую, громадную гостиную, ничем особым не впечатляло. Разве что окна без всяких подоконников вытягивались от потолка и до пола.

– Интересно, где спрятано отопление, – задумчиво протянул Милар, проходя внутрь.

Гостиная, вытягиваясь почти на два десятка метров, насчитывала шестнадцать окон, из которых открывался вид на проспект и… другие небоскребы, сверкавшие в ночи просыпавшимися с неба звездами. Искусственными. Неживыми. И совсем не такими, к каким Арди привык в Алькаде.

– Ну, и что мы тут должны найти? – Милар с размаху плюхнулся на широченный диван и схватил с кофейного столика газету. – Выпуск старый… её тут неделю не было.

– Не знаю, Милар, – честно ответил Ардан. – Госпожа Шприц сказала, что встретит меня в «Брюсе» в указанное время.

– А если не встретит? – Милар отложил газету и, поднявшись, направился в сторону кухни, отгороженной от гостиной не стеной, а массивным дубовым обеденным столом.

– Ничего, – развел руками Арди, отошедший к неприметной двери, спрятанной под теми же монохромными обоями.

Потянув за себя, Ардан оказался в кабинете. Письменный стол. Железный, явно старенький, местами побежденный ржавчиной архив. Деревянный стул на деревянных же роликах. Пробковая доска с приколотыми к ней газетными вырезками, фотографиями, какими-то записками.

Подойдя ближе и пробежавшись взглядом по предмету изучения госпожи Шприц, Ардан заметил, что большая часть заметок так или иначе имели отношение к Гильдии Охотников.

На столе же, рядом с кипой бумаг, блокнотов и множества карандашей, стояла старенькая, затертая фотография на плотной желтой бумаге. С неё на Арда смотрел мужчина средних лет, в котором угадывались черты лица госпожи Шприц.

Её отец.

Из кухни, через всю гостиную, донесся голос Милара:

– Тогда почему мы здесь, а не в гостях этого… как его…

Ардан, уже собираясь выходить из кабинета, запнулся взглядом об одну из этикеток на ящичке архива. Подойдя ближе, юноша выдвинул жестяную полку, но изнутри, кроме пыли и мелкой паутинки, на него посмотрела разве что осиротевшая пустота.

Задвигая обратно, Арди застыл на мгновение, после чего, отгибая прижимную скобку, вытащил этикетку и, развернув, прочитал с обратной стороны.

– Господин маг! – гаркнул Милар, отрывая Арда от размышлений. – До тебя, Вечные Ангелы, не докричишься. Нашел что-то?

– Милар, нам надо… – начал было отвечать Арди, как резко замер.

Замер и, прижав ладонь ко рту Милара, с силой ударил посохом по распределительной коробке, расположенной между архивом и окном. Серебристые искры осыпались на посох сверкающим дождем, а лампы над головой моргнули, и свет погас.

Милар, подняв брови, кивнул и отодвинул ладонь Арда от своего лица. Следующим движением капитан аккуратно расстегнул кобуру и вытащил револьвер.

Ардан же, прикрывая дверь так, чтобы осталась щелочка, прислушался. До его нечеловеческого нюха донесся запах, который никоим образом не мог принадлежать местным жителям.

Те пахли цветочными и ягодными духами, выделанной кожей и шерстью, деньгами и роскошью, а никак не порохом и недорогим алкоголем. И, самое странное, запах доносился не со стороны лифта, где смешался бы с прочими ароматами, а с лестниц, принося с собой резкое амбре чистящей химии уборщиков.

Следом за запахом, утопая в высоком ворсе ковров, глухим стуком зазвучали деревянные каблуки рабочих ботинок. К ним, судя по глубине звука и величине пауз, двигалось несколько крепких и далеко не маленьких мужчин.

Милар, разумеется, ничего не слышал и не чувствовал, но капитан уже давно привык доверять Арду, когда тот вел себя подобным образом. Тем более, в данный момент ноздри Арда раздулись, зрачки вытянулись длинными веретенами, а уши дергались, как у собаки.

– Если материалы не здесь, то нам придется что-то придумать, – прозвучал первый, немного шероховатый, как не обструганная доска, голос.

– Здесь, – ответил ему второй. Свистящий и хрипящий. Такие остаются после перенесенной чахотки. – Иначе ей конец. Шприц должна это понимать.

– Лучше бы сразу прикончили, – произнес третий. Самый мягкий и гладкий из всех.

Всего по шагам Ардан насчитал пятерых, но еще двое хранили молчание.

– Известную журналистку? Отличная мысль, Калеб. Просто замечательная, – с издевкой прокомментировал «Доска».

– Она все равно не жилец, – возразил Калеб. – Ей не дадут уйти.

– Именно поэтому мы отвезем её в Предместья и бросим на какой-нибудь особенно неприятный стационарный щит, – сипло и хрипло прошипел «Чахотка». – Пусть потом в газетах напишут не что «таинственным образом погибла известная журналистка», а « акула пера, как и любопытная кошка, стала жертвой собственного любопы…» Вечные Ангелы. Почему мы вообще это обсуждаем?

Арди почувствовал на спине недоумевающий взгляд Милара, но сейчас не тот момент, чтобы вдаваться в подробности о том, как сильно влияли Звездная магия и искусство Эан’Хане друг на друга и насколько могущественнее стал Взгляд Ведьмы юноши.

Без всякого лязганья и щелчков открылся замок на входной двери, явно давая понять, что неизвестные пользовались вовсе не отмычками, а ключами.

Пять пар сапог вошли внутрь. Кто-то щелкнул выключателем.

– Не работает…

– Фонарики, – коротко приказал «Чахотка», видимо главный среди них.

Зажужжали ручные, далеко не дешевые устройства, работавшие на механике и бытовых красных Лей-накопителях. Слабенького напряжения вполне хватало, чтобы напитать простые лампы накаливания.

– Где курьер должен был оставить материал? – обрывисто спросил «Чахотка».

– Журналистка сказала, что у неё в кабинете, – ответил Калеб.

– Ну так чего стоишь тогда? – хрипло рявкнул «Чахотка». – Иди принеси, а мы осмотримся.

Кем бы ни были эти пятеро, они не звучали как простые бандиты или грабители. Скорее, как профессионалы своего дела. Какого именно? Арду с Миларом как раз предстояло это выяснить.

Юноша повернулся к напарнику и помахал у того перед глазами посохом. В помещение через приоткрытую дверь проникал приглушенный свет от фонариков и городского света. Для Арда – более чем достаточно, а Милар вряд ли что-то видел дальше собственного локтя.

Благо капитан понял безмолвный вопрос юноши и молча несколько раз сжал и разжал кулак. Значит, до подмоги в лице Урского и Эрнсона, которых Милар уже вызвал, оставалось четверть часа.

Ардан сдержанно кивнул и, аккуратно, чтобы не издавать лишних звуков, приставил посох к стене. Милар уже отошел назад и вбок. Так, чтобы, когда дверь открылась, его не было видно. Ард же, сжавшись пружиной, ждал. Ритм его сердца выровнялся, а запахи и звуки стали четче.

– Давайте, парни, – «Чахотка» продолжал раздавать указания. – Все тщательно проверяем… только аккуратно. Никто не должен подумать на ограбление или еще какую-то муть.

Как и учил Эргар, он находился в засаде, дожидаясь, пока добыча, сама того не подозревая, попадет в уготовленный ей капкан.

Шаги, наливаясь весом, звучали все ближе и ближе. Ардан, бесшумно втягивая носом воздух, вникал во все нюансы запаха. Алкоголя, сигарет и едва уловимый, даже для чутья охотника почти незаметный, привкус травяных лекарств. Или… не совсем лекарств?

Мысль о том, что приближавшийся незнакомец мог быть под воздействием алхимии, пришла в голову Арда уже после того, как дверь открылась.

Времени на размышления больше не осталось. Стоило только двери открыться на достаточное расстояние, как Ардан начал действовать. Первым ударом, снизу вверх, согнув локоть в крюке, он вонзил кулак прямо под пах противника. Чувствуя, как на костяшках что-то с хлюпаньем лопается, Ардан, резко выпрямляясь, схватил второй рукой лицо Калеба. Накрывая одновременно нос и рот, Ардан почувствовал, как сдавленный крик на грани теряемого сознания бьется о его ладонь.

Втягивая чужака внутрь кабинета, Ард, прямо на ходу, разжимая кулак и резко поднимая руку, ударил раскрытой ладонью по обнаженному горлу Калеба. Организм, уже терявший сознание от невыносимой боли, резко встрепенулся и отправил к сердцу и мозгу вспышку адреналина. Тело нисколько не тревожило, что с раздробленной трахеей и перебитым пахом Калеб в любом случае не жилец.

Вопрос оставался лишь в том, что быстрее отправит незнакомца на встречу с Вечными Ангелами: болевой шок, отсутствие воздуха или кровь, затапливавшая набухающую кожу горла и легкие.

Ардан, с силой, недоступной человеку, прижимая дергающееся в конвульсиях тело к стене, заглянул в глаза Калеба. Короткий всплеск адреналина, нарушивший правило охоты – заканчивать с добычей одним ударом, нужен был лишь для этого. Для краткого мгновения, в течение которого Ардан, отталкивая от себя последнюю волю утопающего, отчаянно хватающегося за осыпающиеся под немеющими пальцами берега, побежал среди осколков затухающего сознания.

Вспышки воспоминаний проносились мимо Арда созвездием разбитой стеклянной игрушки. Они сверкали последними секундами трепещущей в его руках жизни. Смолкающей. Стихающей. Покрывающейся сумеречной пеленой. Такой же, как и город, на который Калеб взирал еще совсем недавно. Взирал, сидя в автомобиле, выехавшим со склада в Тенде.

А там, посреди чавкающих теней, склонив голову над порванным платьем, сидела привязанная к стулу женщина.

Ардан, моргнув, вернулся в реальность и аккуратно, без всякого шума, положил тело на пол.

– И как? – совсем тихо, едва слышно, спросил Милар. – Успешно?

Ардан, отойдя к архиву, принялся хлопать ящичками, выдвигая и задвигая те, попутно постукивая по стенкам. Может быть, такой трюк выиграет им несколько секунд.

– Шприц в Тенде.

– Жива?

– Пока да.

Милар кивнул и проверил запасные «месяцы» на поясе.

– Там темно, как в заднице орка, – процедил капитан. – Опять Дагдагу отчеты выписывать.

Отодвинув полу плаща, Милар сорвал с пояса несколько миниатюрных пробирок и, зубами выдирая крышки, опрокинул внутрь.

– Главное, в меня не попади, – закончив со стуком, Ардан забрал посох.

Милар, чьи радужки приобрели зеленоватый оттенок, а венки вокруг глаз набухли и порозовели, показал некультурный жест. При этом его руки, даже несмотря на свободную одежду, будто налились лишним объемом, а сами движения приобрели чуждую людям быстроту и хлесткость.

– Калеб! – выкрикнул «Чахотка» откуда-то с середины гостиной. – Ну что там⁈

Милар с Ардом переглянулись.

– Этого берем живым, – озвучил общие мысли капитан, после чего с усмешкой добавил: – Ты прикрываешь простенькими щитами, я стреляю. Кто помрет, тот…

– Фатиец, – закончил Ардан.

Вместе напарники, с посохом и револьвером наголо, выпрыгнули из кабинета прямо навстречу четырем фонарикам и взведенным куркам револьверов.

Судя по всему, короткий спектакль Арда никого не впечатлил.

– Блядь, – резюмировал Милар, и, как и всегда, даже самые простые планы отправились в то место орков, где очень темно.

Глава 78

Первым порывом Арда стало наколдовать Морозную Тьму, которая как раз подходила под барьер, установленный стационарным щитом, но… Ардан понятия не имел, позволяла ли алхимия Милара видеть сквозь волшебный туман, а последнее, чего хотел бы Ард в данный момент, – оказаться посреди слепой перестрелки.

Так что когда, после секундной заминки, обе стороны пришли в себя и зазвучали первые выстрелы, Ардан действительно, как и просил Милар, наколдовал щит. Три Красных луча не давали ему вволю разгуляться, так что все, на что юноша оказался способен, – создать один за другим два модифицированных Универсальных Щита, суть которых заключалась в поглощении кинетической энергии.

Первые пули, только сталкиваясь со стальной, полупрозрачной пеленой, падали на пол свинцовым, звенящим дождем. Милар, в свою очередь, успевший дважды взвести курок и спустить крючок, утягивая Арда, рванул за диван. Будто деревянный каркас и мягкая обивка могли спасти их от жужжащих шмелями стальных конусов.

Тем не менее капитан, когда они оба оказались на полу, потащил их в сторону. Во время подобных ситуаций думать времени не оставалось. Данное правило работало в обе стороны. Так что неизвестные продолжили разряжать барабаны револьверов в то место, где только что стояли напарники.

Пули, превращая диван в решето и оставляя за собой желтые лучи фонарей, пробивавшиеся сквозь незапланированные столяром просветы в спинке некогда дорогой и удобной мебели, кучно ложились именно там, где Арда с Миларом уже не было.

Капитан, как-то хитро выбрасывая барабан и меняя «месяц» так, чтобы процесс не занял дольше мгновения, посмотрел на Арда. Им не потребовалось ни единого лишнего слова, чтобы тут же сориентироваться в плане дальнейших действий.

Кивнув друг другу, они одновременно поднялись из-за укрытия. Ардан ударил по полу посохом, и очередной модифицированный универсальный щит стальной пеленой засветился… в том самом месте, откуда Милар с напарником только что сбежали.

Бандиты (а в том, что это именно они, сомневаться больше не приходилось), чьи выстрели уже почти смолкли, разрядили остатки барабанов в щит. Тот, как и в прошлый раз, смог выдержать лишь несколько попаданий, после чего истаял плотной дымкой. Милар же, пользуясь тем, что в него не летели пули, сам разрядил барабан.

Дуло револьвера, выплевывая огненные клубы, недовольным конем взбрыкивало каждый раз, когда капитан вдавливал спусковой крючок. Но неизменно, выстрел за выстрелом, пули ложились четко в цель.

И тем не менее заявившиеся в квартиру Шприц бандиты явно принадлежали к числу не самых простых. Как только первый из них, коренастый и широкий, раскидывая руки в разные стороны и в схожей манере разбрасывая по полу костяную крошку и мозги из раздробленного черепа, свалился на спину, остальные бросились врассыпную.

Кто-то, уходя с траектории выстрелов, скользя по начищенному паркету и кувыркаясь по ковру, бросился за простенок, отделявший часть кухонного прилавка от прихожей. Еще двое, как Милар с Ардом недавно, переворачивая за собой мебель, скрылись за опрокинутыми креслами и столиком.

А последний, не найдя ничего лучше, спрятался за неприметной дверью чулана, разделявшего кухню и спальную зону.

Квартира Шприц представляла собой вытянутый, прямоугольный «пенал», на какое-то время ставший стрельбищем.

Где-то внизу уже зазвучали сирены. С каждым новым ударом сердца их визг поднимался все выше и выше, а Ардан почувствовал легкую вибрацию стационарных щитов. Возможно, записанные в них алгоритмы занимались поиском масштабных пожаров, утечек канализации или водопровода, частичного обрушения фасадов или поломок несущих конструкций. Несмотря на чудовищность своего энергопотребления и сложность конструкций, они никак не могли противодействовать пулям и малозатратной магии. Слишком большая площадь покрытия и количество свободных переменных.

– Минус один, – не без азарта, падая обратно за изрешеченный диван, прокомментировал Милар и перезарядил револьвер.

– Кто такие⁈ – раздался хриплый голос со стороны простенка. – Молотки? Пижон? Эорд?

Чахотка перечислил половину банд города, оставив без внимания только три. Телкартс, Пиджаки и те остатки организации Красной Госпожи, которые сейчас пытались выжить, пока их растаскивали на части остальные банды.

Даже несмотря на сумрак в гостиной и погасшие фонарики, бандиты должны были понять, что имеют дело не с орками, так что Пиджаки отпадали сами собой. Остатки банды Госпожи не покидали Тенд и складских районов.

Получается, что…

– Проклятье, господин маг, как Телкартс связаны со Шприц? – прошипел Милар, озвучивая их общие мысли.

Те, кто заявился в дом «47» на проспекте Нового Времени, – никто иные, как «мускулы» главных контрабандистов всей столицы. Слишком непохоже на изначальную причину тревоги госпожи Шприц. Слишком далеки Телкартс от Гильдии Охотников на Аномалии.

– Понятия не имею…

– Или законники? – не унимался «Чахотка». – Давайте сбережем пули и нервы друг друга? Вы уже порешили старину Калеба и Матаиса! Давайте разойдемся. Мы по своим делам, а вы по своим? Зачем вашим женам похоронки и пенсии по потере кормильца, правильно?

Дыхание Милара постепенно замедлялось. С начала перестрелки прошло не больше пятнадцати секунд, а его алхимия уже начала терять свой эффект. Не пройдет и минуты, как она полностью выветрится из организма.

Все же Лей-алхимия – это не какое-то сказочное волшебство из выдуманных книжек. Чем сильнее её влияние на организм, тем выше цена, которую приходилось платить позже. А Милар, несмотря ни на что – самый обычный человек. Что-то покрепче того, что он уже принял, могло нанести ему необратимый вред, причем куда серьезней пулевого ранения.

Ардан уже открыл было рот, как Милар стукнул его по плечу рукоятью револьвера.

– Живых Плащей в свидетелях не оставляют, – прошипел он. – Мы видели их лица.

Ардан кивнул.

– Корпус стражей! – выкрикнул он из-за укрытия. – Отдел по борьбе с незаконным вторжением в тайну переписки! Расследуем преступления госпожи Шприц!