Текст книги "Матабар VII (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 37 страниц)

– Да у них ворчуны… генераторы, тобишь-та, стоят столько хрустиков… эксов, значит-ца, что это вообще что-то невероятное! – в сердцах воскликнул Аркар. – Раньше, еще лет двадцать пять назад, за такие деньги, вон, можно было первые «Дерксы» купить. Так они потом еще дюжину годков верой и правдой пыхтели… работали, значит-ца.

– Инфляция.

– Ифл… – Аркар попытался повторить слово, но запнулся где-то на границе первого слога. – Это какое-то постыдное, шлюшеч… кхм-кхм… постельное заболевание?

– Это когда деньги, Аркар, обесцениваются, – Ардан, наконец совладав с крышкой лючка, осмотрел вращательные головки. – Дай мне коробочку, пожалуйста, с пометкой «головки». Тут надо заменить третью и четвертую. Они там пронумерованы.

Аркар, поставив бутылку на прилавок, снова начал возиться среди инструментов, пока не протянул Арду требующиеся детали. Начался длительный, неудобный и весьма утомительный процесс замены раскрошившихся элементов.

– Да знаю я, – фыркнул полуорк, явно возвращаясь к предыдущей теме разговора. – Правда, обычно, Арди, это как-то медленно происходит. Хрустики… эксы, значит-ца, конечно, меньше стоят, но не сильно. Вот, к примеру, когда только приехал в Метрополию, почти тридцать лет назад, хлеб за полкило стоил шесть ксо. А пять лет назад – восемь. Разница не так чтобы заметная.

Может, Аркар и не знал умных слов, но что-что, а деньги он считать умел. Умел и любил. Иначе бы не смог столько лет мало того что зарабатывать параллельно с Орочьими Пиджаками, так еще и оставаться незамеченным. А если какой-то нанятый бухгалтер замечал ошибку и решал, что весьма умным, прозорливым и совсем не опасным для жизни и здоровья решением станет шантаж Распорядителя одной из банд Шестерки, то Аркар умудрялся все обставить так, что виноватым оказывался именно отважный, но глупый бухгалтер.

Собственно, нанимал Аркар всегда только тех счетоводов, кто изначально был нечист на руку и не брезговал работать с «серыми книгами». Так что, наверное, те весьма заслуженно оказывались под замками или же в колониях, где валили лес, рубили руду или прокладывали очередные сотни километров железных дорог.

– Но тут, в последнее время, с каждым годом, с заборчиками… ценами, значит-ца, что-то странное, Ард, – Аркар, достав какой-то звенящий инструмент, постукивал тем о дно бутылки. – Тот же хлеб уже двенадцать. За пять-то лет… И знаешь, что меня беспокоит даже больше хрустиков?

Аркар настолько задумался, что даже не исправил собственный сленг. Не то чтобы за полтора года Арди не разобрался в жаргоне бандитов и профессиональной лексике дознавателей – нет, совсем напротив. Но Аркар исправлялся не потому, что думал, что Ардан его не поймет, а просто сам для себя. Такая вот странная лингвистическая привычка.

– Что? – прокряхтел Арди, стараясь нацепить головку на спицу так, чтобы ничего не погнуть и при этом не вспороть свою ладонь.

– Старики говорят, Ард, что перед Войной Наемников то же самое было, – чуть тише, чем того требовала ситуация, ответил Аркар. – Тогда тоже, за год до того, как открылся фронт и начался призыв резервистов, происходило что-то странное с ценами. Все подорожало. А потом бац – война. Пизд… кхм-кхм, душерез страшный был.

Война Наемников – исторические событие на Тайском Полуострове. Кровопролитие, продлившееся с 441-го года вплоть до конца 444-го. А название свое данное событие получило из-за того, что Княжество Тайи поддержали Республика Кастилия и Селькадо. Правда, последние не имели каких-либо политических притязаний и за весьма немалые деньги предоставили Кастилии свои корабли.

Кастильцы же, посадив на судна своих «наемников», заручились поддержкой Нджийцев, с которыми, разумеется, в тесной паре выступали Тазидхацы. Все это привело к тому, что Империя на протяжении трех лет билась не только с военными Тайи, но и с многочисленными наемниками всех мастей и национальностей.

По итогу данная война стала последним на данный момент территориальным приобретением Империи. Сухопутная территория Княжества Тайи уменьшилась почти на сорок процентов, а морская – на девяносто шесть. По мирному соглашению, заключенному в осажденном Эзмире, Тайя утрачивала любые притязания на морскую территорию как по дну, так и «по волнам».

Да и в целом сам Эзмир не пал только потому, что Кастилия, Селькадо и Конфедерация Свободных Городов объявили, что в случае падения Эзмира они ограничат доступ Империи к восточным берегам Мелкоморья.

Почему?

Потому что не захваченный Эзмир оставался сродни занозе в ботинке Империи, марширующей по страницам истории. А значит – выгодно всем остальным.

Ничего персонального, просто если другая страна слабее, то твоя – сильнее. Простая логика, которой в том числе руководствовалась и Метрополия. Даже ближайшим союзникам Империи – Островному Союзу, куда входили Фория, Оликзасия и Линтелар, – не дозволялось свободно торговать на территории Империи, их крупнейшем импортере.

Точно так же, как Империя платила островным столицам за то, что пользовалась их морскими путями.

Так устроена политика.

Во всяком случае – именно этому их обучали на лекциях в Большом.

Что же до Войны Наемников – завершившись уже больше чем полвека тому назад, она стала последним крупномасштабным конфликтом не только в Западном полушарии, но и во всем мире. Последним и самым жутким. По последним оценкам историков, количество погибших как среди мирного населения, так и среди военных насчитывало примерно два миллиона сто тысяч.

Почти столько же, сколько совокупно унесли самые кровавые войны в истории: «Войны Рождения Империи» Эктасса с Галессом; «Войны Трех Гор» Кастилии против ЛанДуоХа и Каргаамы, где все трое бились между собой за один и тот же горный перевал; «Войны Анахреона», где сошлись Селькадо и Кастилия, а также «Северной Войны», создавшей в результате поражения Урдавана против Скальдавина знаменитый Скальдавинский Анклав.

Четыре крупные войны (без учета бесчисленных мелких конфликтов), прошедшие за последние полтысячи лет, совокупно унесли два миллиона душ. А одна только Война Наемников – на сто тысяч больше.

Что на этом фоне Фатийская Резня, где пострадало несколько десятков тысяч…

– Все боятся большой войны, орк, – чуть уклончиво поддержал тему Ардан.

– И с каждым годом все сильнее, – согласился Аркар. – Но если раньше это были просто горячие заголовки на картинках… газетах, тобишь-та, то теперь… – орк выдохнул и особенно звонко стукнул по донышку. – Ты бы, Ард, так спокойно об этом не рассуждал, если бы видел то, что видел я на армондской границе, когда кочевники прорвались к Шанграду.

– Скорее всего, – Арди не собирался пытаться спорить с очевидным. – Но я не видел, Аркар. И, если честно, не хотел бы.

– И правильно, – видимо Аркар кивнул. Настолько жестко, что едва не расплескал джин. – Никто такое видеть не должен, Ард. Не важно, человек или Первородный.

Ардан, убедившись в том, что вращательные головки надежно закреплены, а сам механизм приведен в рабочее состояние, затянул болты на крышке лючка и выехал из-под уже почти на глазах разваливающегося генератора.

Аркар, стоя у двери, в правой руке качал уже почти опустошенную бутылку джина, а в левой – отвертку. Он выглядел уставшим, изрядно небритым и слегка подавленным. Задумчивым даже.

В последнюю неделю они с Ардом почти не пересекались. Арди засветло спешил к трамваям, чтобы успеть на первую лекцию в Большом, а вечером пропадал в Конюшнях или, если совпадало расписание, с Тесс. А Аркар, разумеется, тоже без дела не сидел и был занят делами банды.

Как бы странно данное словосочетание ни звучало.

– Что случилось, Аркар? – спросил Арди, поднимаясь на ноги и отряхивая одежду от пыли.

Полуорк посмотрел на него исподлобья и хмыкнул, демонстрируя клыки и чуть выпячивая короткие бивни.

– Арсения хоронят.

Арди, уже закрывавший ящик с инструментами, резко обернулся к собеседнику.

– Это который…

Аркар кивнул.

– Распорядитель Молотков, – тяжело произнес Аркар. – Ты с ним имел дело в начале года.

Арсений Енлихов, отставной сержант отдельного подразделения шестой штурмовой бригады в составе второго корпуса Шанградской армии.

Вместе с Клыкастой Дивизией, в которой, среди прочих Первородных и полукровок, служил и Аркар, он вместе с Арсением освобождал Шанград от иноземных захватчиков, а затем еще и пересекли границу с Армондо.

Стерегли инженеров, укреплявших заграждения, да и сами, по рассказам Аркара, в основном рыли траншеи и накидывали земляные валы.

Понимая, что цитирует своих коллег, Арди коротко спросил:

– Сам?

– Сам, – снова кивнул Аркар и поднес бутылку к губам, но так и не отпил. – Ему же лет было немало. К пятидесяти уже. А там, на границе, в затопленных окопах, он отморозил коричневые уши… почки, тобишь-та. Вечно мучился с камнями или что-то такое. Вот и отмучился.

Арди не знал, какие именно отношения поддерживали бывшие сослуживцы, ставшие Распорядителями соперничающих банд столицы. Арсений и Аркар не были друзьями, даже приятелями не были, но при этом язык не поворачивался назвать их чужими друг другу душами.

Ард не особо понимал подобное чувство. Нутром не понимал. Умом, разумеется, он догадывался, что когда раз за разом спасаешь и отвечаешь за жизнь стоящего рядом с тобой в окопе боевого товарища, то что-то в голове обязательно щелкает.

Что-то, что в начале года позволило им с Аркаром не только сохранить свои жизни, но и предотвратить план Кукловодов по стравливанию банд.

– Ты не веришь, – так же тихо, как и недавно Аркар, произнес Ардан. – Ты не веришь, что он умер своей смертью.

Аркар криво усмехнулся и отсалютовал бутылкой.

– Дознаватель, – едва ли не повторяя интонацию всех прочих, о чьих истинных мотивах догадывался Ардан, прокряхтел полуорк. – Не знаю, Арди… не знаю, – Аркар вздохнул и прислонился затылком к требующему покраски наличнику. – Согласись, как-то все это слишком жирно… удобно, значит-ца. Меньше года тому назад кто-то пытался поставить зубами… стравить, тобишь-та, банды и во многом у них этого не получилось именно из-за Арсения.

Арди смотрел на Аркара и не понимал, что именно тревожило полуорка. То, что погиб его то ли друг, то ли враг, то ли еще кто… Или же то, что возможно, в городе происходило что-то, что отправляло мысли бандита к тому периоду его жизни, о котором он почти никогда не рассказывал. А если и рассказывал, то не больше пары слов.

Как и все военные…

– А почки? – напомнил Ард.

– Почки? – переспросил Аркар и тут же прогудел. – Почки… он почти тридцать лет с ними боролся, Ард. И тут, так внезапно, как по щелчку, не стало? Внутреннее кровоизлияние. Белые халаты… врачи, тобишь-та, не успели помочь. В госпиталь привезли уже хладное тело. Все, вроде как, ночью произошло.

– Аркар…

– Да знаю я, – отмахнулся, перебивая, полуорк. – Глупо просто… глупо и странно. А знаешь почему странно, Ард?

Арди не стал уточнять, что, возможно, о странности надо было упоминать в первую очередь, а не в середине разговора.

– В чем? – вместо нотаций коротко спросил юноша.

Аркар вздохнул и качнул бутылкой, словно указывал куда-то. Куда-то на собственные воспоминания о прошлом, которые видел только он сам. Внутри собственного сознания.

– Я помню Арсения как набожного человека, – вновь прикладываясь к горлышку, ответил Аркар. – Да, может, не настолько истового, как остальные северяне, но достаточно, чтобы прослыть занозой в заднице. И знаешь, что говорят заповеди Светлоликого по поводу продажной любви?

Ардан знал.

– «Тот, кто продает тело, продает и душу, и нет власти смертных над душами, чтобы распоряжаться ими, ибо рождены они Светлоликим и лишь ему одному и принадлежат», – юноша процитировал катехизис. – Но, вообще, это имеет отношение не к продажной любви, Аркар, а к работорговле, которая процветала в песках Аль’Зафиры, где и появилось Писание. Трактовка касательно проституции возникла из-за издержек перевода, и не все конфессии Светлоликого возбраняют…

Арди, заметив немного насмешливый и слегка осуждающий взгляд Аркара, осекся.

– Спасибо, Ард, за твою словесную диораму… – Аркар явно неправильно произнес слово «диарея», но из-за их договоренности Арди сдержался и не стал исправлять полуорка. – Я к тому, умная твоя голова, что Арсения в жизни со шлюхами не видели. Ни с теми, кому надо платить, ни кто подол у пяток удержать не может. Он был женат. Единожды. Пока жена не померла от чахотки. Мы уже оба тогда в бандах числились. С тех пор он вел жизнь едва ли не усталого… евнуха, тобишь-та.

– Дети?

Аркар отрицательно помотал головой.

– А в чем тогда странность, Аркар? – все же не сдержался Ард.

– В том, что его тело нашли в Черном Лотосе, – так же резко ответил полуорк. – И каждый, кто знал Арсения до Метрополии, скажет, что все это брехня… сказки, значит-ца.

Арди подошел ближе и встал напротив своего… друга? Арендодателя? Полезного билета в подпольный мир Метрополии? Сложно сказать… Порой Ардан хотел верить, что первое. Но чаще напоминал, что, скорее всего, последнее.

– Люди меняются, Аркар.

Аркар посмотрел на юношу с легкой усмешкой. Такой, которая рождается не раздутым самомнением, а разницей прожитых лет.

– Люди не меняются, Ард, – возразил полуорк. – Просто с годами из них, как и из нашего брата, наружу лезет все то дерьмо, что мы все устаем со временем прятать от остальных.

– Ну, может…

– Может, – снова перебил его полуорк. – Может, и из Арсения полезло… не знаю. Но хочу выяснить, Ард. Убедиться, что он действительно решил справить свой пятый юбилей в компании дорогой шлюхи. Может, чувствовал, что стручок уже скоро совсем работать перестанет. Гулял в последний раз. Может… надеюсь… но проверю.

Ардан знал, что пожалеет, если скажет следующие слова, но не мог их не сказать.

– Как я могу помочь?

Аркар посмотрел ему в глаза и, подняв свободную ладонь, сжал плечо. Спящие Духи… ладонь Аркара накрыла его не хуже какой-нибудь миниатюрной накидки. Порой, даже несмотря на тесное общение, Арди забывал, что они с Аркаром из разных миров.

Иронично, учитывая, что они оба полукровки.

– Кашель… дело, значит-ца, грязное будет, Ард. Грязное и долгое, – Аркар допил остатки джина и, подкинув бутылку, ловко поймал ту за горлышко. Будто ударить кого-то собирался. – Мои клыки… остальные в банде Орочьих Пиджаков, тобишь-та, не обрадуются, что я шевелюсь… что-то делаю, значит-ца, для Молотков. Не говоря про самих северян. Мне ведь, Спящие Духи, даже на его похороны не попасть… – Аркар вздохнул и помассировал глаза. – Сраный город, Ард. Сраный, блядский город… мы здесь как пауки в банке. Или крысы в заднице. Полной дерьма. Или, может, я просто старею.

Ардан слегка дернулся. На мгновение ему показалось, что он слышит в устах Аркара слова Милара. Пусть Аркар и был почти на двадцать лет старше капитана Пнева.

– Чтобы не взывать подозрения ни у тех, ни у других, мне придется рыть землю самым неспешным образом, так что нет, Ард, не нужна… – Аркар ненадолго задумался и, со смешком, снова отсалютовал бутылкой. – Если бы ты пил, то лучше бы надрались нашей настойки. Так, чтобы к утру свиньями выть.

– Аркар.

– Что?

– Я не уверен, что если, как ты выразился, «надерусь вашей настойки», то к утру не уйду по тропам Спящих Духов.

Аркар засмеялся. В голос. Своим немного гавкающим, раскатистым, гулким смехом.

– Это точно, Ард… это точно. Кстати, ты чего все время на котлы… часы, тобишь-та, смотришь?

Ардан, действительно в данный момент опять разглядывавший циферблат, вздохнул едва ли не тяжелее, чем Аркар недавно.

– Ко мне через несколько часов должна прийти гостья. И я очень надеюсь, что она действительно появится.

– Гостья? Надеешься? – чуть не споткнулся на ровном месте Аркар. – Парень, мне надо переживать за вашу с Тесс церемонию? Я просто уже, если что, подарок намаслил… добыл, значит-ца.

Вместо ответа Арди лишь угрюмо скривился.

* * *

Арди, помешивая густое какао в кружке, сидел за «своим» столиком в «Брюсе» и читал статью в «Руны и Печати», очень старом, сугубо специфическом газетном издании. По названию нетрудно было догадаться, что материалы в нем были посвящены исключительно Звездной магии и всему, что так или иначе было с ней связано.

– Ох, простите, – кто-то из посетителей задел столик Арда и, не дожидаясь ответной любезности, умчался к своей спутнице.

К вечеру, как и всегда, зал был полон гостями. Самой разной наружности и достатка – их сюда привлекали, как мотыльков на огонь, выступавшие на сцене джазовые группы. За полтора года Арди их слышал уже столько, что, наверное, начал разбираться в джазе не хуже Петра Огланова.

Интересно, как там старый детектив?

Впрочем, не важно.

Арди вместо пустого ожидания госпожи Таисии Шприц лучше бы провел время с Тесс (пропадавшей на репетиции к мюзиклу «Смерть Царя») или за своими исследованиями. Да что там – он бы, может, навестил Бориса с Еленой, которых в последнее время из-за загруженного расписания (и того факта, что Елена больше не появлялась в Большом) видел все реже.

– У вас свободно? – молодая девушка, лет семнадцати, отделилась от своей шумной компании (видимо, приехали с Бальеро) и подошла к столику Арда.

Тот, оторвавшись от газеты, посмотрел на миловидную девушку, затем на стул, стоявший напротив, и коротко кивнул.

– Можете забрать, – Арди махнул рукой в сторону стула. – Только он тяжелый, попросите кого-то помочь.

Девушка по какой-то неведомой для Арда причине несколько мгновений пародировала выброшенную на берег рыбу. Она молча открывала и закрывала рот, после чего развернулась так стремительно, что подол её модного, коктейльного платья ударил Арда по ногам звенящими оборками мелких кристалликов. Мгновением позже она вернулась к своей компании, смотрящей на юношу с явным неодобрением.

Ардан почувствовал себя неловко.

Нет, если бы не тот факт, что Таисия Шприц опаздывала уже на полчаса (что с каждой лишней минутой лишь усиливало тревогу юноши), Ардан бы помог со стулом, но сейчас ему было не до галантности.

Только почему ему показалось, что Скасти бы сильно рассмеялся в подобной ситуации?

Мысли завтрашнего дня.

«Гильдия Охотников против правительства Ральской Губернии»

Гласил кричащий заголовок. А ниже шла не менее горячая, в чем-то даже, возможно, почти истеричная статья.

' Вот уже третий месяц Гильдия Охотников в лице Гильд-магистра Астра Наховова и главного исследователя Аномалий Луки Дахта пытается оспорить запрет Ральского генерал-губернатора на рейды в Мертвые Земли Ральского предгорья.

Как все мы знаем, во время летнего сезона что-то произошло в Мертвых Землях, разграничивающих Империю и Теократию Энарио. Что-то достаточно масштабное, чтобы вторая канцелярия выставила на границе с Землями заслон из числа своих сотрудников и регулярных подразделений Армии.

Общественность так и не получила четкого объяснения сути происходящего и была поставлена перед фактом всеобъемлющего запрета. В результате цены на продукцию, связанную с Аномалиями, взлетели за полтора квартала уже почти на треть. Разумеется, никто из поставщиков и продавцов не ручается, что цены не подскочат и еще выше.

Что, на фоне общего удорожания продукции, как местной, так и импортной, выглядит не самым притягательным для Короны образом.

Напоминаю, что с начала коронации Его Императорского Величества Павла IV общий, средневзвешенный рост цен в сегментах, связанных со Звездной отраслью, составил уже порядка двух с половиной процентов. И это, напоминаю, средний!

Становится отчетливо понятно даже скептикам и ярым сторонникам политики Его Императорского Величества, что очередной виток индустриализации, в данном случае направленной по большей части на освоение воздушного пространства (как части всеобъемлющей транспортной реформы), также и на судоходство (которое также включено в вышеупомянутую реформу) и, попутно, роста довольствия военных с нижнего чина и до высшего офицерского состава – все это происходит не только за счет накопленных средств Короны.

Наш экспорт Звездной продукции из-за внутренних заградительных акцизов на внешнюю торговлю находится на уровне исторического минимума.

Освободившиеся от доминирующей за счет демпинга Имперской продукции рынки Северного Континента, Кастилии и островных государств стремительно занимают прочие игроки, предоставляющие не столь выгодные условия, но предоставляющие товар!

И на этом фоне Корона, в лице второй канцелярии и Ральской губернии, лишают нас половины собственного источника Аномальных ресурсов!

Возможно, Корона рассчитывает, что массовому жителю Империи нет особого дела до Звездных отраслей. Даже самая востребованная продукция среди рядовых граждан – Звездная медицина – все еще, по объективным причинам, доступна не более чем семи процентам населения Империи. Цифра недостаточная, чтобы общественное недовольство трансформировалось в реакционные решения Короны.

Все, что остается Звездному сообществу, – уповать на то, что запрет на рейды в Ральские Мертвые Земли не будет продлен сверх изначально установленного срока. И к началу второй зимы мы вновь сможем пользоваться тем, что, как и прежде, Звездное сообщество сможет в полной мере пользоваться природным богатством Империи.

Потому как, помимо прочей Звездной продукции, основа основ нашего развития – руда Эрталайн – и её добыча в Алькадском, крупнейшем мировом месторождении, в последнее время также была обложена налогами на прибыль свыше установленной границы.

Корона вот уже третий год собирает все, что превышает двадцать два процента маржевой выгоды. И если первое время производители держали цены за счет накопленного за годы благосостояния, не позволяя себе перекладывать кассовый разрыв на потребителя, то сейчас мы наблюдаем обратную картину.

Если вычленить из общей Звездной корзины все, что содержит в пропорции продукта свыше трети Эрталайн – то рост цен всего за каких-то три года составил сумасшедшие девять с половиной процентов! И это еще не предел.

Если Корона продолжит политику экспроприации доходов у крупнейших производителей, то наша редакция прогнозирует рост цен еще минимум на одиннадцать процентов за следующие пять лет и, таким образом, за неполное десятилетие рост составит почти четверть от цены начала отсчета!

На что это указывает?

Ответ на подобный вопрос не находится в области знаний ни нашей редакции, ни автора статьи, так что отвечать на него самим читателям и Звездному сообществу в целом.

От себя, в скромности и сдержанности, могу дать совет – если вы, дорогие читатели, раздумывали о приобретении Лей-оборудования или какого-либо Звездного инструментария, то лучше это сделать сейчас, чем потом. В идеале, конечно, было бы потратиться еще до того, как захворал предыдущий Император, да примут Его Вечные Ангелы, а вместе с ним, вероятно, захворала и либеральная в отношении Лей-производителей монетарная политика страны.

Репортаж подготовил:

Магистр в области Общих Звездных Знаний,

Антон Пантаков.

Примечание:

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции'.

Арди отложил газету и отпил какао. Таисия Шприц подозревала Гильдию Охотников за Аномалиями в связи со смертью её отца и потому уже много лет время от времени направляла в их сторону свой акулий, журналистский взор.

Не только в Империи, но и во всем мире так исторически сложилось, что организации, имевшие отношение к Звездной магии, являлись самыми малочисленными из всех… и одними из самых могущественных.

Изначально в силу того, что составляли основу военной мощи стран, а теперь – потому как определяли собой и своими достижениями скорость прогресса, а также общее поле для взаимодействий.

Опять же – если верить знаниям, почерпнутым Арданом из лекций по Общим знаниям в Большом. А не верить смысла вроде как не имелось.

– Может ли быть связано новое горное оборудование в Дельпасе с Эрталайн? – спросил сам у себя Арди, попутно разглядывая сумеречную картину за окном, написанную слякотью, дождем и мигающими фонарями, зависшими над набережной канала. – Возможно… но почему мне тогда кажется, что нет?

Кукловоды, если они действительно имели отношение к смерти отца госпожи Шприц и, следовательно, к Гильдии Охотников, имели в запасе минимум пятьдесят лет (а может, и почти три века). Ардан видел минимум три их лаборатории и чудовищный по своей сложности аппарат, построенный Леей Моример, да будут снисходительны к ней Вечные Ангелы, по чертежам господина Паарлакса, да примут его Вечные Ангелы.

И дело даже не в механической сложности аппарата, а в том, что тот не просто находился на острие мирового Лей-прогресса. Нет, построенная госпожой Моример машина переступила ту же черту, за которой когда-то находилась испытательная площадка Аверского.

А может, даже и шагнула куда-то дальше. В дебри фантастики, запечатленной на страницах бульварной литературы, в которой души не чаяла Тесс.

Возможно, статьи, подобные той, по которой Арди постукивал пальцами, лишь выступали глашатаями военной экономики, которую Корона так старательно прятала за индустриальными реформами. И, разумеется, подобные умные и пугающие слова принадлежали не Арду, а Борису Фахтову. Юноша надеялся, что его друг, все чаще привечавший в своем доме членов оппозиционных политических партий, просто пропитался чужими мыслями и словами, но…

«…Через месяц поля зацветут, и цветы скроют линии укреплений. Дожди прекратятся, и небо поднимется выше. Тут красиво, Арди. Особенно красиво было в детстве. И не потому, что в детстве все красивее и необычнее, просто… окопов и фортов было намного меньше…»

Арди прекрасно помнил их с Тесс поездку в Шамтур. После увиденного на Фатийской границе война, так или иначе, посещала мысли юноши куда чаще, чем когда он сидел за школьной партой и слушал уроки по Истории Империи и Мира.

– Утомительно, – тихонько прошептал Ардан, резюмируя все вышеперечисленное.

Ардан, сидя за столом, читал газету, пил вязкое, терпкое какао, слушал выступление очередной джаз-банды, смотрел за окно и… неизменно обращал внимание на минутную стрелку.

Опоздание Таисии продлилось с четверти часа до половины, затем до часа, потом до двух, под конец, когда сменилась уже вторая группа музыкантов, Ардан был вынужден признать очевидное.

Если госпожа Шприц не появилась за четыре часа от назначенного ею же срока, то ждать дальше – попросту глупо.

Юноша достал из кармана сигнальный медальон Милара.

– Забавно, – нажимая на неприметный выступ, подумал Арди. – В прошлый раз Милар все собирался съездить в Бри-и-Мэн и так и не добрался туда, а теперь он обещает, что мы будем видеться реже, а видимся, будто, чаще. Видимо, правду говорят, что если хочешь рассмешить Светлоликого, то…

Глава 77

Арди крепко держал руль. Милар же, кутаясь в свое пальто, недовольно сопел в постепенно запотевающее окно.

– Ты знаешь, господин маг, – ворчал капитан. – Я понимаю, что у тебя кровь молодая, что ты со своей невестой можешь приятно провести время в любое… время дня и ночи, но это уже перебор. Мы с Эльвирой только договорились о свидании.

– Извини, – честно, искренне попросил прощения Ардан.

Милар только отмахнулся. Он приехал полчаса назад, недовольный и разгоряченный. Под рабочим черным кожаным пальто с подкладкой из недорого меха действительно торчал выходной костюм. Тщательно выглаженный, с накрахмаленным воротником и сорочкой, по которой можно было проверять, насколько белый цвет у самой лучшей скатерти.

Капитан Пнев в тот момент, когда нагрелся его сигнальный медальон, явно собирался провести приятный вечер со своей женой. А теперь вместо этого они с Ардом ехали вдоль замерзающих каналов по набережным и мостам, пытаясь объехать очередную пробку, образовавшуюся на въезде в Новый Город.

– И я ведь просил тебя больше не заключать никаких сделок, Ард, – не унимался Милар. – Сперва Пижон, теперь Таисия Шприц. Может, я еще о чем-то должен знать?

Арди сдержанно улыбнулся, а Милар лишь всплеснул руками и громогласно чихнул.

– Сверни на Малом Мосту, – капитан указал на небольшой мостик, высокой аркой нависший над сужением канала. – Там сейчас, вроде, поменьше должно быть.

Юноша, чувствуя, как потеет спина, аккуратно переключил передачу, и «Деркс», заворчавший в тон своему владельцу, все же не заглох. Ардан облегченно выдохнул, и они медленно, аккуратно, мигая фарой поворота, пересекли Кривоводный канал. И уже меньше чем через десять минут они ехали вдоль тянущихся к небу высоток.

– Пересечение проспекта Нового Времени, – присвистнул Милар, читая визитку. – Видимо, недурно зарабатывают акулы пера, раз она живет в таком месте.

– Таисия Шприц – самый известный журналист во всей стране, – напомнил Ардан.

– Да знаю я, Ард, знаю, – прокряхтел Милар. – Но сколько бы она ни была известной, надеюсь, эта поездка и твое поганое умение рулить стоили моего свидания с женой.

И, словно в подтверждение слов Милара, Ардан резко дернул рулем в сторону, уходя от столкновения с опасно прижавшимся к ним дорогим автомобилем. Сидевший за рулем франт козырнул толстенной сигарой и, смеясь вместе со своей спутницей, исчез в прорехах потока.

– Я думал, что в Метрополии умеют отличать на вид автомобили второй канцелярии.

– В Старом Городе, – поправил Милар. – А тут… посмотри, господин маг, вокруг себя. Здесь же автомобилей уже скоро будет больше людей… и Первородных.

Милар был прав. Они ехали в густом потоке самого разнообразного колесного транспорта, включая мехобусы и трамваи. Ардану приходилось крутить головой на все триста шестьдесят градусов, постоянно проверяя зеркала, чтобы не стать очередным пунктом в растущей статистике автоаварий. Настолько быстро растущей, что, кажется, Парламент услышал слова Милара и всерьез задумался о том, чтобы придумать систему разрешений доступа к управлению механическим транспортом.

– А что касательно Арсения, Распорядителя Молотков, то подождем, – Милар достал свою неизменную мятую пачку сигарет и теперь барабанил по картону пальцами. – Может, Аркар что-то и выяснит, но я надеюсь, что нет. Все только немного успокаиваться начало. Война банд сейчас совсем некстати.

Разумеется, Арди рассказал напарнику про опасения Аркара. Оставлять такую информацию за скобками было непозволительной глупостью. Да и тем более полуорк никоим образом не намекал и не давал понять, что сказанное им относится к области секретов.

Даже изначально не особо оживленный разговор сам собой затух сразу, стоило только Арди вырулить на проспект Нового Времени. Самую оживленную и загруженную улицу во всем мире.

Находясь в одной из двенадцати полос для движения, расчертивших на две половины стены из плотно стоявших друг к другу тридцати– и сорокаэтажных небоскребов, Ардан чувствовал себя не просто неловко, а сравнимо с тем, как на него влияли тесные коробки лифтов. Только там жизнь висела на тросе противовесов, а здесь – все на том же тросе, только тормозном.