Текст книги "Матабар VII (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 37 страниц)

Ан Маниш снова тепло, даже с некоей долей отеческой нежности, похлопал его по ладони и, сверкнув белоснежной улыбкой, направился обратно к лифтам.

– Профессор.

Ан Маниш остановился и повернулся в полоборота. У Арда вертелось на языке так много слов, мыслей и вопросов, но он смог сказать только одно:

– Спасибо.

Профессор постоял молча несколько мгновений, затем улыбнулся ярче задорного мальчишки и, кивнув, произнес простое:

– Eshfashim aea hatfa.

Что, на языке пустыни, насколько понимал Арди, означало – «бери мою воду» или же, если адаптировать на Галесский, то – «всегда пожалуйста».

Профессор удалился к лифтовому холлу, а Ард еще какое-то время стоял в одиночестве около окон. Громадная площадь, вмещавшая на своем покрытом брусчаткой полотне тысячи магов, отсюда, с высоты центрального строения Императорского Магического Университета, казалась такой маленькой. Совсем миниатюрной. Казалось – достаточно ладонь протянуть, и её можно поднять к небу, с которым так ретиво спорил высокий шпиль Большого.

Ардану казалось, что в этом есть какой-то осколок Имени Метрополии, но, как говорил Скасти, он пока еще « слишком плохо слышал мир», так что молча развернулся и продолжил свой путь к лестницам.

И пока он шел, то чувствовал, что дышать, отчего-то, стало легче, а с плеч будто свалился пусть и небольшой, но весьма неудобный и неприятный груз.

* * *

Арди внимательно следил за тем, как высокий (по меркам людей) блондин по имени Нарс Мальков использовал затяжное формирование. Пока вокруг него на уровне пояса плясало шесть зеленых огоньков «Пламенного Хоровода» – активного щита, готового поглотить ледяную магию Арда, Нарс без устали переписывал рунические связи и векторы в печати, которая, скорее всего, должна была создать нечто сродни густого тумана.

Вот только Арди, пока Нарс не покажет финальной модификации, пока не понимал… ядовитого тумана? Движущегося или статичного? А может, состоящего из раскаленного или кислотного?

Так что его щиты Орловского, в количестве пяти штук (семь он потратил на защиту от каменных заклинаний Нарса, в которых тот продемонстрировал уровень, далеко уходящий за границы возможностей того же барона Керимова), позволяли Арду сосредоточиться на контрмерах.

Наконец, покрывшийся испариной Нарс ударил посохом о настил, и с навершия его посоха сорвалось стремительно расширяющееся облако. Оно полностью укрыло собой Малькова, спрятав от Арда уже вспыхивающую под ногами противника следующую печать.

Одна из типичных стратегий для военных магов – из целого перечня способов, которыми можно было спрятать формирование своей печати, магам двух звезд оставались доступными лишь самые банальные. Обструкция, в которой печать пряталась за естественными преградами (как, например, сделал Арди в фургоне, когда у него пытались похитить гримуар), и бифуркация, к которым относились способы скоростного формирования, а так же множественного переписывания.

У каждого имелись свои плюсы и минусы, но Аверский, в своих наставлениях, рекомендовал никогда не прибегать к обструкции в случае, если сходишься с равным оппонентом. Потому что, что бы ты ни создал для сокрытия своей печати, заклинание обструкции все равно надо и сформировать, и воплотить. Так что, за долю мгновения до того, как подиум укрыло непроглядное, густое, как вата, облако, – Арди уже видел все ключевые итоговые параметры.

И, наверное, в какой-то степени ему повезло, что Нарс решил прибегнуть именно к такому способу сокрытия своей магии. Но, как говорил все тот же почивший лорд Аверский, – « удача – неотъемлемая часть любой победы».

Арди, используя скоростное формирование с воплощением, ударил посохом о доски подиума. С его навершия сорвалось модифицированное «Дыхание». Порыв ветра, куда слабее того, что спас их с Миларом, а недавно отправил во мрак Стригу, закружил веселым танцем. Зимним танцем.

Покрывая подиум узором инея, заставляя воздух вокруг затрещать от внезапного мороза, порыв стужи ударил по облаку, уже успевшему накрыть всю площадку и закутать Арда в мокрые, плотные объятья. Там, впереди, со стороны Нарса уже замелькали искры молний, но прежде, чем заклинание Малькова сорвалось в полет, капли влаги в облаке обернулись льдинками, а сама влажная вата отлетела в сторону.

Нарс, все это время использовавший камень, явно давая понять, что собирается срезонировать нечто подобное, внезапно переключился на молнии. Замысел был прост и действенен. Он спрячет печать, а сочетание дождевого облака и молнии принесет ему победу.

Но вместо задуманного его же собственные чары, заледенев, обернулись против него самого. Лицо и руки Малькова покрылись вереницей тонких порезов; зеленые огоньки защиты вспыхивали, раз за разом поглощая ледяные иглы, но тех вокруг летало слишком много. И прежде, чем заклинание «Перста Молний» успело пронзить облако, плечо Нарса уже оцарапала «Ледяная Пуля» Арда.

Проблема обструкции, как учил Аверский, еще и в том, что это всегда передача инициативы противнику, а еще то, что не только маг напротив не видит твоих печатей, но и ты сам не понимаешь, что собираются использовать против тебя.

– Конец матча! – просвистел судья и огласил. – Невнесенная в реестр печать Ада Абара прошла через защиту Нарса Малькова, заработав одно очко. Таким образом, одиннадцатый матч Спонсорской лиги сезона пятьсот восемнадцатого года объявляется завершенным! Победитель – Ад Абар, три очка. Проигравший – Нарс Мальков, ноль очков! Стороны, пожмите руки!

Нарс, выглядевший разочарованным скорее в самом себе, нежели в исходе, спокойно направился вперед. Они с Ардом встретились посередине подиума и крепко пожали друг другу руки.

– Отличный поединок, господин Абар! – Нарс сверкнул немного ржавой улыбкой и крепко пожал руку.

– Взаимно, господин Мальков, – так же искренне ответил Ард.

Они вместе спустились с подиума, где их уже ждали остальные участники их турнира, включая смуглого Ракшада, молодого и вечно заводного Луция Рафта, болевшего душой и сердцем за Магический Бокс не хуже Бориса. Рядом с ними обнаружилась и Агата Спри, в этот раз приехавшая без мужа. Собственно, и Тесс, которая пропадала в Концертном Зале на репетициях для прослушивания перед пробами в мюзикл, тоже приехать не смогла.

Ардан по этому поводу не переживал. Они оба, вместе с Тесс, преследовали свои цели и чаяния. Тем более, пока у них не получалось с детьми, это нисколько не сказывалось на их совместной жизни. Вот если… нет. Вот когда в их, пока еще, очень маленькой семье появится кто-то новый, маленький и беззащитный, тогда им придется как-то менять свой образ жизни, но не сейчас.

– Отлично выступили! – по пути к раздевалкам поздравляли их остальные участники отборочной сетки.

Последовал длинный раунд обмена рукопожатий и короткого обсуждения предыдущих выступлений. Сегодня, из-за подготовки Арены к завтрашнему туру основного турнира, поединки отборочного начинались раньше и закончились, непосредственно, поединком Арда и Нарса.

– Ты как в этот раз, Ард? – Луций, сменив форму для поединков на обычный деловой костюм весьма недешевого кроя, подошел к Ардану. – С нами или снова по делам?

Арди коротко улыбнулся и кивнул.

– С вами.

– Ого-о-о! – то ли завыл, то ли прокричал Луций. – Господа и наша прелестная, разочаровывающе замужняя госпожа, этим вечером верный страж благополучия Короны едет с нами!

Для Арда прозвучал короткий раунд аплодисментов и радостных реплик. Арди уже давно понял, что на подиуме Арены, в общей раздевалке и за пределами турнира между Магическими Боксерами царила не то, что атмосфера теплой дружбы. Нет. Немного не так. Скорее радушного приятельства и честного соперничества, где каждый был готов помочь другому в том деле, которым они все вместе горели.

– Тогда поехали! – торопил всех Луций. – Ко мне в машину все не влезем, так что, Агата, дабы не смущать твою честь и репутацию…

– Я все равно не собиралась впускать никого из вас, дурно пахнущих мужланов, в наш с Энкио семейный транспорт, – тем же дурачащимся тоном парировала Агата и, подхватив посох, надела на тугой пучок седых волос модную нынче шляпку.

– Тогда решено!

Выходя из автомобиля Луция, который выдавал в волшебнике далеко не бедствующего, в денежном выражении, господина, Арди сперва даже не понял, куда именно они приехали. Он уже видел подобные, трехэтажные, абсолютно типовые здания.

Их строил Рынок Заклинаний и, единственное, в чем отличались их постройки – в габаритах. Какие-то шире, какие-то чуть уже. Все зависело от количества испытательных площадок. Здесь же, на Крылатой улице в глубине Нового Города, зажатая между небоскребов, обитала самая стандартная постройка Рынка, которую можно встретить в Центральных районах Старого Города. С той лишь разницей, что вместо надписи «Рынок Заклинаний», за которым следовал бы порядковый номер отделения, над головами магов мерцали лампочки, складывающиеся в название « Клуб Меч и Посох».

– Пойдем, Ард, вижу, наш столик еще свободен.

У входа их встретил явно не очень добродушный швейцар, открывший группе магов дверь. А внутри… внутри все выглядело так же, как в каком-нибудь не очень дорогом клуб-баре. Те же пушистые ковры на полу, барная стойка с высокими стульями, столики для больших и не очень компаний, гардероб и встречавшие их старшие официанты.

Только вместо предложения взять меню, они проверили наличие карт участников турнира, после чего попросту указали на гардероб.

В зале, кроме их пятерки, больше никого не было.

– Сегодня скидка на испытательные площадки, – ответила на немой вопрос Арда Агата Спри, поправлявшая в зеркале прическу так, чтобы в пучке седых волос проглядывались редкие, каштановые пряди. – Восемьдесят процентов.

Ардан понимающе закивал. До получения в наследство Конюшен, Арди и сам бы предпочел лишний раз позаниматься с заклинаниями, чем праздно проводить время за столом.

– И мы бы тоже все оказались там, – Луций указал ладонью на дверь, ведущую во внутренние помещения клуба. – но мы обязаны отметить присоединение к нам нового участника! Так что, господа! Три бутылки игристого!

Ардан хотел возразить, что он не пьет алкоголь, но вовремя поймал себя за язык. Ему никто не мешал, как и всегда, заказывать себе чай или воду.

Вскоре они расселись за стол, и каждый выбрал из меню что-то свое. Арди, увы, не увидел в списке ничего из того, что подходило бы под его нечеловеческую диету, так что действительно попросил стакан воды и кружку пряного какао.

– Ард? – не очень понимающе посмотрел на него Мальков.

К волшебнику присоединились и остальные, на что Ардан лишь приподнял верхнюю губу и обнажил длинные клыки. Стоит отдать должное – никто из присутствующих даже бровью не повел.

– Надо будет попросить шеф-повара доработать меню, – закивал Луций, а Агата как-то неловко взмахнула руками.

– Так вот почему Гророгзорг никогда к нам не присоединяется.

Ардан, услышав явно гоблинское имя, чуть приподнял бровь.

– Это маг полукровка из основного турнира, – тут же ответила Агата. – Очень большой любитель выпивки.

– И визитов в Черный Лотос, – явно без одобрения добавил Ракшад. – Но, в остальном, весьма добродушный господин почти сорока лет. Разве что зеленоватый. И никогда здесь не ест. Мы думали, что он просто нос воротит. Мог ведь рассказать… зараза… мы-то думали, он конкретно с нами время проводить не хочет.

Ардан подозревал, что гоблин-полукровка действительно избегал компании и потому не спешил делиться тем фактом, что не мог позволить своему пищеварению человеческое меню.

Но, вскоре данная тема угасла и, только отзвенело по фарфоровым тарелкам столовое серебро, а господа маги расслабились на диванчиках и креслах, как разговор сам собой сместился в сторону поединков. В частности – схватки Арда и Малькова.

– Ну кто знал, что новенький не поведется, – всплеснул руками чуть нетрезвый Нарс. – Луций, в прошлом году, именно так у меня два очка и вытянул.

– Потому что, Нарс, – качая бокалом с вином, подал голос Ракшад. – у тебя вечно в одном месте свербит. Ждать не умеешь.

– А чего там было ждать, – чуть было не всхлипнул Нарс. – Все накопители отдал в печати камня – любой бы подумал, что я именно его срезонировать хочу. А там дело за малым. Дождевой Ватой закрыл обзор, а через дополнительную проводимость ударил Перстом Молний, который вместо луча превращается в площадную сетку. Так что и целиться не надо.

– И мы, господин Мальков, все видели, чем это закончилось, – хохотнул Луций и с уважением кивнул Арду.

Сам же Арди, пусть и немного, но был, в какой-то мере, горд собой, потому как все, что сейчас сказал Нарс – сам же Ард и просчитал в уме во время их поединка.

– Обструкция – всегда проигрышный выбор, Нарс, – Ракшад махнул официанту и попросил еще одну бутылку слабого вина, мало чем отличившегося от обычного ягодного сока. – Любой опытный военный маг обернет её против тебя.

– Признайся, Нарс, – подключилась Агата. – ты просто хотел отыграться за прошлогодний финт Луция.

Нарс только понуро отмахнулся, чем вызвал у всех приступ не обидных смешков.

– Тем более, что обструкция не всегда работает уже начиная с Синей звезды, – с хитринкой во взгляде, добавила Агата.

– Ой, не напоминай, – Луций спрятал лицо в ладонях.

Ракшад наклонился к Арду и шепнул:

– Рафт пытался использовать тот же трюк против Агаты и сильно пожалел – двое суток ходил с иллюзией ослиных ушей на голове.

Ардан позволил себе кроткую улыбку. От Аверского он знал, что с зажиганием Синей Звезды восприятие мага немного менялось. Что, в целом, подтверждало теорию Николоса-Незнакомца о взаимосвязи и едином происхождении Звездной Магии и искусства Эан’Хане.

– Мы ведь все равно видим печати не совсем глазами, – продолжила Агата. – Иначе, будь это так, то и пятидесяти метров хватило бы, чтобы не могли разобрать большую часть параметров. А если, с Синей Звездой, достаточно тренироваться в восприятии, то ни туман, ни дым, ни что-то, кроме плотного физического объекта, не помешает магу увидеть печать. Ну или почувствовать. Не знаю, как вам, господа, это описать.

– Это Агата, как всегда, хвастается своей Синей Звездой и дипломом выпускника Большого, – с легкой язвой в голосе, отсалютовал Луций.

– Все для тебя, дорогой друг, – не осталась в стороне Агата.

За столом прозвучал очередной раунд коротких смешков.

– А вообще, Ард, для новичка ты весьма неплох, – повернулась к нему волшебница. – Хотя, чего еще ожидать от твоей профессии.

Ардан чуть поднял брови. Видимо, маги полагали, что он служил в Черном Доме в качестве оперативника, а не дознавателя. И, если так подумать, то, в целом, их ожидания имели под собой весьма твердую почву. Ардан и сам не слышал ни от Милара, ни от остальных коллег, чтобы магов привлекали в качестве дознавателей…

– Но вот над комбинаторикой надо поработать, – чуть подался вперед Луций. – Уже сейчас видно, Ард, что ты полагаешься на чередование скоростного воплощения и множественного переписывания печати. Это довольно несложно блокируется.

– Луций прав, господин Ард, – поддакнул Ракшид. – тебе стоит почитать что-то о комбинациях печатей в длинные связки и выводе их к резонансу. Ты же им почти не пользуешься.

– А чем читать, лучше потренироваться, – Агата указала за спину в сторону дверей. – если хочешь, Ард, можем выбрать какой-то день и потренируемся вместе. Извини, всех своих карт не покажу – нам с тобой еще тур совместный проводить, но какие-то очевидные твои ошибки подсвечу и объясню.

Арду не требовалось прибегать к способностям матабар, чтобы понять, что Агата говорит правду. И именно эта открытость и готовность помочь будущему сопернику, сильно привлекала Арда в предприятии с Магическим Боксом, которое теперь уже больше не казалось ему такой уж безоговорочной авантюрой.

– Ладно, господа, что скажете о завтрашнем матче между…

Разговор плавно переключился к обсуждению будущих матчей основного турнира и обсуждению сложных деталей военной магии, о которых Арди, прежде, даже не задумывался. Так что такси он вызвал лишь уже хорошо за полночь.

* * *

Вновь со скрипом сердца расставаясь почти с восьмью десятками ксо (выбора у него все равно не оставалось – ночью, если нет собственного автомобиля, кроме как на такси, выбраться из Нового Города практически невозможно), Ардан распрощался с водителем и выбрался на улицу.

Прохладный воздух обдал лицо, а влажные капли покрывающегося наледью канала Маркова окропили его волосы. Дом двадцать три, как и всегда, встречал его гудящей публикой « Брюс’а» и темными окнами пустующих квартир. И только угловая, на последнем этаже, сверкала Лей-лампами. Тесс еще не ложилась, и Арди спешил к ней на встречу.

Его посох ударил о землю прежде, чем чужая модифицированная Искра прожгла бы печень. Всполыхнувший синим сиянием стихийный щит поглотил враждебное заклинание.

Резво обернувшись вправо, Ардан едва было не отправил в полет свое самое смертоносное заклинание. Впрочем, даже поступи он так, это бы нисколько не повлияло на исход возможного поединка.

У Арда не было и шанса против Гранд Магистра Военной Магии Мшистого. А именно он, привычно придерживая посох подмышкой, курил, прислонившись спиной к грузовичку его департамента.

– Майор, вы…

– Лови, капрал, – Мшистый, держа сигарету зубами, достал что-то из кармана и швырнул Арду.

Юноша на лету поймал блестящий металлический объект, на поверку оказавшийся… медальоном связи. Немного отличавшимся от тех, что Ардан видел прежде.

– Дагдаг с его умниками разработали новый, – пояснил Мшистый, более известный как Безумный Пес Черного Дома. – этот будет работать даже несмотря на… помехи. Какое-то время. Пока помехи не станут сильнее.

– Спасибо, – поблагодарил Ардан. – Вас Полковник только для этого сюда отправил?

Мшистый несколько мгновений молчал, после чего указал себе за спину.

– У нас там еще собранные для тебя каракули. Что-то из самых глубоких загашников Архива. Высшие Эльфы. Эан’Хане. Подобная ерунда. Выдано тебе по прямому приказу Полковника.

Ардан на секунду забыл, что умеет дышать.

– А…

– А на остальные вопросы я отвечу тебе по пути.

– Что?

– Плохо со слухом, капрал? – Мшистый потушил сигару о грузовик и нагло выбросил ту прямо себе под ноги. – Залезай. Едем на вокзал. Оттуда на юг. На следующие две недели ты прикомандирован в мой департамент.

Мшистый, все так же хитро придерживая посох подмышкой, подошел к Арду и протянул тому письмо.

' Приказ номер: СЕКРЕТНО для сотрудника (служебный номер: 14/647−3).

Капрал, в течение двух недель вы находитесь в служебной командировке в распоряжении майора Мшистого.

Приказ вступает в силу немедленно с момента передачи вам данного послания.

Подпись: СЕКРЕТНО( расшифровка: Полковник)'

– Давай, капрал, собирай свои пожитки, невесту в лоб целуй и поехали, – с явным нетерпением поторопил его Мшистый. – Нам еще два дня в поезде мариноваться. И Вечные Ангелы знают, сколько в седле.

Ардан вздохнул, ненадолго прикрыл глаза и повернулся в сторону окон их с Тесс квартиры.

– Вот поэтому я и не женюсь, капрал… у тебя есть пятнадцать минут, – Мшистый достал очередную сигарету и прикурил.

Глава 68

Ардан смотрел, как за окном скоростного поезда Черного Дома проносились осенние просторы Царских Лесов. Кроны, выкрашенные золотом и медью, радовались последним лучам уходящего на покой солнца. Шуршали драгоценными нарядами увядающих листьев, скидывая с засыпающих ветвей богатые убранства прошедших сезонов.

Ветер играл среди падающих листьев. Шуршал ими, нашептывая таинственные, порой веселые, иногда мрачные, но все чаще – едва слышимые легенды о тех местах, где он успел побывать.

Порой малочисленный состав выныривал из лесных тоннелей, оказываясь посреди бескрайних лугов и посевных полей, где все еще колосились последние, самые стойкие сорта пшеницы. Их пышные, солнечные пожары переливающимся оловом и латунью полотном шуршали под ласками все того же ветра. А тот все бежал и бежал следом за ускользающим шлейфом белой ваты, струящейся следом за пыхтящим паровозом.

Иногда Арди жалел, что они не делали остановок на пути следования. Там, среди лугов, он порой видел далекие силуэты стад, а между их бесконечными реками рогов и горбов, вздымались редкие холмики. Неизменно в шляпах, сидя в седлах, ковбои гнали своих подопечных посреди бескрайных простор Имперских равнин.

Ард, наверное, иногда скучал по временам, когда и он так же, верхом на добром коне, до самого вечера бродил по степям, а когда небо куталось в темный бархат, спускался на землю. Расстилал мешок, накрывал лицо шляпой и спал, вдыхая принесенные ему ветром ароматы дальних краев и их истории.

– Как же я не люблю скорые поезда, – скривилась Парела, когда из-за очередного поворота со столика на неё свалился её же собственный гримуар. Не походный-боевой, по обыкновению пристегнутый к поясу, а рабочий. – Майор, что там насчет появления у нашего драгоценного работодателя дирижабля?

Мшистый, развалившийся на софе, крутил в пальцах единственной руки медальон Гранд Магистра. Арди что-то слышал в Большом о том, что, совсем недавно, пару недель назад, в Гранд Магистерской ложе Империи появился новый человек, но подробностей не знал. Как и не понимал, за что именно Мшистому вручили высочайшее научное звание в стране. Впрочем, учитывая один из разговоров Милара и Полковника, в котором они упоминали возможный интерес Кукловодов к данной ложе, ответ напрашивался сам собой.

– Капитан.

– Да, майор?

– Ты вот что предпочтешь – чтобы тебе за лучи и звезды меньше платили или чтобы мы небесные просторы бороздили?

Майор Мшистый, с грубым лицом, в шрамах, отказывающийся носить протез вместо утерянной, левой руки, обладал весьма своеобразной манерой общения. Порой он выглядел галантным и статным господином, изъясняющимся не хуже любого иного аристократа, а порой – безумным псом, вполне заслуживающим всех тех нелестных эпитетов, которыми его награждали за глаза.

И, самое неприятное, Арди не мог с точностью утверждать, что из этого маска, а что настоящее лицо. А может, и сам избитый жизнью и сединой Гранд Магистр Мшистый – тоже не мог.

– Риторический вопрос, майор.

– Как и у тебя, капитан, – в очередной раз подкинув медальон и поймав тот на лету, Мшистый завернулся в свою шинель и отвернулся лицом к лакированным панелям, укрывшим стену вагона.

Черный Дом располагал несколькими скоростными составами, которые не сильно отличались комфортом. Да и скоростью, в целом, тоже. Сам паровоз являлся ничем иным, как тем же агрегатом, который перевозил по стране почту и налоги. В полтора раза мощнее стандартной модели, с более эффективным, но и прожорливым бойлером.

Это выливалось в то, что состав тащил, кроме вагонов с углем и цистерн с водой, лишь три вагона. И, разумеется, далеко не первого класса крупнейших транспортных компаний страны, включая Энса Отарского. Скорее, это были переделанные сидячие вагоны, в которых тесные лавки сменились простыми, подвесными софами, столиками и парой шкафчиков. На весь вагон – всего двадцать два спальных места. То есть на состав – сорок четыре. Почему не шестьдесят шесть? Последний вагон в скоростном составе Черного Дома занимал арсенал.

Разумеется, при необходимости, состав можно было удлинить, прицепив к нему дополнительные вагоны, но тогда падала скорость.

– Интересно там, капрал? – подходя к столику с кружками, дышащими крепким чаем, спросил Клементий.

Они оба – и капитан Парела, и лейтенант Клементий – выглядели относительно свежими и, казалось, совсем не пострадавшими после инцидента с древним вампиром. Все так же на вид куда моложе своего биологического возраста, два Желтых мага на службе короны.

Кроме них в вагоне присутствовало еще восемь человек – не магов, разумеется, а оперативников, что составляло практически весь департамент Мшистого, ответственный за… Если честно – Ардан не до конца понимал, за что был ответственен один из лучших военных магов в стране.

– Ты уже второй день читаешь не отвлекаясь, – дополнил свой вопрос волшебник. Как и всегда в немного помятом костюме, слегка небритый и неестественно субтильный.

Ардан, вместо ответа, только пожал плечами. Он действительно с жадностью (и, попутно, вооружившись своим гримуаром и карандашом) поглощал записи, переданные ему Полковником.

Наверное, логично, что в хранилище Черного Дома имелись сведения, за которые любой Говорящий если бы не душу продал, то конечность отдал – уж точно. Да, данные свитки, аккуратно разрезанные и подшитые книжными корешками (чтобы хранить было проще), не представляли особой ценности для Эан’Хане, но для Говорящих…

– А про что там? – приподнялась на локте Парела. Её узловатые пальцы чуть дрогнули, а орлиные глаза прищурились.

Арди невольно вспомнил свой первый разговор с Мартом Борсковым. Маги и их вечная тяга к новым знаниям…

– Сложно объяснить, – честно ответил Ардан.

– Мы люди грамотные, капрал, – не то чтобы с обидой, но с легкой степенью негодования сказала Парела.

Ардан вздохнул и ненадолго прикрыл глаза. Он потянулся мыслями и волей к тому шепоту, что слышал сквозь приспущенное вниз окно. Ветер ворвался в его разум веселым и игривым щенком, не знавшим ни манер, ни порядка. Он облизнул лицо Арда влажными историями с берегов замерзающей громадной Ньювы, куда более протяженной, чем тот участок, на котором стояла Метрополия; растрепал его волосы слухами с Крылатого Озера и Шамтура; попытался надуть щеки и уши байками пенных волн Ласточкиного Океана и немного сердито ворчал на штиль, зависший над Западным Мелкоморьем.

Ардан ухватился за осколок Имени и, раздув тот своей волей, запер собственное сознание и только после этого позвал осколок за собой. В тот мир, что находился одновременно рядом, но в то же время где-то вдалеке.

Ардан выдохнул осколок, и тот обернулся туманной пташкой, сотканной из пара, струйками взвившегося над кружками чая. Она пролетела над головой Парелы, развязав тугой пучок волос, забралась под пиджак Клементия, надув тот шариком, а затем, сделав вираж, выпорхнула обратно в окно.

Юноша, тяжело дыша, отпустил связь с осколком Имени Странствующего Южного Ветра и немного дрожащей рукой отпил чая. Полегчало.

– Тут описаны ветра и стужи, – делая паузы, чтобы отдышаться, пытался объяснить Ардан. – как звенит эхо в горах, как едва слышно дыхание любимых в полузабытых воспоминаниях и как поутру, когда едва-едва рассветает, роса блестит в лучах солнца. Как крик чайки застывает на краткий миг на кончиках её перьев, чтобы разлететься над морями и как…

– И как сделать из мага поэта, – Парела, наверное, не собиралась перебивать, просто неправильно поняла затянувшуюся паузу. – Так в чем проблема пересказать?

Ардан перевел взгляд с волшебницы на листы пергамента. Вместо букв он видел неподвижные картины, слышал приглушенные звуки, чувствовал едва заметные касания.

– Это не тот язык, который может понять человек, – Арди закрыл «книгу» и отложил в сторону. – Вернее, его можно понять, если сперва выучить.

– И в чем проблема выучить язык? – Клементий, поправив пиджак, что не особо помогло и без того измятой ткани. – Я свободно изъясняюсь на языке Селькадо, немного с натяжкой могу на государственном Конфедерации Свободных Городов и, со словарем, на пустынном.

– А мой Скальдавинский и Тазидахский никто не отличит от языка носителей, – добавила Парела.

Мшистый, судя по звуку дыхания, явно не спал и слышал разговор, но участия не принимал.

– Потому что человеческие языки произошли от логографических протоязыков, – хрустнул затекшей шеей Ардан. Кажется, похожий разговор в начале лета он вел с Тесс. – В ходе эволюции эти языки сократились с символов изображения слов, до понятий, а затем отдельных слогов и букв, став смысловыми языками. Где звуки фонетики записываются унифицированными обозначениями на бумаге. Но не у всех народов так.

Парела с Клементием переглянулись и, сев плечом к плечу друг с другом, заинтересованно посмотрели на Ардана.

– Продолжай, – хором попросили они.

Маги и их тяга к знаниям… Впрочем, не Арду судить – он и сам такой же.

– К примеру, язык Матабар или наречие северных эльфов, для которого они использовали письменную форму лесных эльфов, обитавших на современной границе Империи и Фатии, – Ардан определенно уже общался на данную тему. – Это имитационные языки. Они имитируют свойства природы или окружающего мира. У матабар подобный подход привел к наскальной живописи и нательным татуировкам. У северных эльфов – к заимствованию письменности.

– Замечательно, а почему тогда ты не можешь рассказать, что пишут высшие эльфы? – чуть нетерпеливо поторопила Парела.

– Потому что они имитируют в своей письменности не природу, а… – Ардан какое-то время молча подбирал нужное слово, но так и не справился с этим. – Жизнь. Реальность. Прошлое, будущее, настоящее. Мысли. Воображение. Да все сразу. И вперемешку. Текст, в основном, это структурированные мысли чужого сознания, а здесь само сознание целиком. Это как оказаться где-то, где тебя нет, а потом вернуться обратно. Подобное нельзя описать инструментом, который предназначен совсем для другого.

Теперь пришел черед Парелы и Клементия ненадолго погрузиться в тишину.

– И сколько времени потребуется, чтобы выучить язык высших эльфов? – с настороженностью поинтересовалась капитан.

Вот ведь парадокс – могущественных Звездных магов, к коим смело можно было отнести Желтых магов капитана Парелу и лейтенанта Клементия, почти не интересовало искусство Эан’Хане. Возможно, лишь только в разрезе того, как с ним можно было бороться.

Точно так же, как если верить Николасу-Незнакомцу, Эан’Хане не утруждали себя изучением Звездных Магов… возможно лишь, иронично, только в разрезе того, как можно было с ними бороться.

Но, опять же, исходя из самого факта существования Николоса-Незнакомца и данного разговора Арда с подручными Мшистого, казалось, будто эти две противоположности неустанно притягивались друг к другу. Звездные Маги и Эан’Хане… противоположности или части целого?

Мысли завтрашнего дня.

– Его нельзя выучить в том плане, в котором мы понимаем данный процесс, – покачал головой Ардан. – Точно так же, как и язык Фае, язык высших эльфов неразрывно связан с умением Слышать и Говорить. Это язык искусства, и для тех, кто не владеет искусством, есть наречия. И большая часть старых текстов высших эльфов и Фае как раз-таки записана письменными наречиями. Они пользовались ими в быту, торговле, строительстве… Везде, где не требовался язык искусства. К примеру, руническое наречие языка Фае…

– Наша Звездная магия, – подхватила Парела. – Определенная её часть. Это всем известно, капрал.