Текст книги "Pavor Nocturnus (СИ)"

Автор книги: Игорь Мельн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 45 страниц)

На слух сюда вбежало около пятнадцати разных голов, и это только самые говорливые и писклявые. Кто-то удивился, а чего это ДеВи включил обогреватель, на что тот отмямлил какую-то чушь, и все расселись по местам на манер дьявольского культа. Их главарь, самая старшая ведьма из последних классов, спросила, будет ли кто-нибудь еще, а потом они еще долго молчали, как если бы читали про себя молитвы на мертвом языке. Мое дыхание отскакивало эхом прямо в уши, казалось, я пыхчу громче трактора.

– Сегодня мы будем недолго, – начала девушка как-то грустно, совсем не в духе сборища охотников за привидениями. Голос слышался ближе других, небось, заняла козырное место в центре дивана. – Мне трудно это говорить, но Владу похитили. Несмотря на то, что ей было почти восемнадцать и ночи у нее проходили спокойнее, чем у многих других. Это еще раз говорит о том, что мы ничего не знаем об этом… существе. И даже когда оно появилось перед ней, Влада пыталась помочь нам, сделав фотографию… На снимке ничего особенного не видно, но единственное слово осталось от нее на обороте, единственная зацепка: «Негатив». Я долго думала, что это значит.[1] Сначала, что все наши догадки о монстре ошибочны, потом – поскольку она увлекалась фотографией, – что снимок нужно обработать на компьютере, но я слишком зациклилась на нем. У нее, возможно, было несколько секунд, чтобы дать подсказку на бумаге, и она емко выразила смысл в одном слове. Негатив – это что-то неприятное, будь то события, люди, но главное, эмоции, которые они оставляют. Все, что пугает, печалит, злит нас… В ночь перед исчезновением она была расстроена как никогда в жизни, и вот… результат.

После таких заявлений на этого Ван Хельсинга от мира детей посыпалась буря вопросов, мол, взрослые постоянно унылые и злые ходят, но с ними все в порядке, да и как тут не грустить, когда сами пропажи нагоняют тлен и ужас; один умник предложил поймать монстра на живца, я аж представил эту карикатуру. Шутки шутками, а ситуация и правда не из легких, у каждой мелюзги же найдутся проблемы в семье, школе, с друзьями – вон ДеВи целый джекпот в этой дурацкой лотерее выиграл, но жив-здоров! В общем, теория – это, конечно, здорово, но на практике черти что происходит, иначе можно было бы успокоительными всех накормить и дело с концом.

– Пусть каждый обдумает это, и завтра обсудим, – прервала девушка тонну возмущений, чуть ли не срывалась на плач. – Простите, ребята, но я не могу проводить собрание… Поэтому, если у вас нет никаких срочных изменений и новостей, давайте закончим на сегодня.

Мда, то есть я вытерпел столько боли, унижений и детских морд, чтобы ни черта так и не узнать про Мудрого Филина, зато сопляков у нас, оказывается, надо холить, лелеять и в попку целовать!

Все молча повскакивали и вроде бы кинулись обнимать ее, потому как одно время просто дышали и всхлипывали в кучке, а потом только потопали на выход. На всякий случай, я выждал, чтобы тишина стала кристалльно-мертвой, и молился, хоть бы не заперли дверь. Телом я был еще в шкафу, а мыслями уже состроил план на остаток дня, вроде того, чтобы на ходу запрыгнуть в одежду и бежать подальше отсюда, аж до самой фабрики, перекусить там любимой лапшой и, может, даже заглянуть к Оле с выводом, что сопляки мне даром не сдались, уж извините. Помиримся, а там и вечер, теплая постель и… Что-то замечтался, пока тянулся к дверце шкафа – реальность перечеркнула все пункты и оказалась больнее, со всей силы ударила промеж ног.

– Кто ты такой и что здесь делаешь? – послышался голос их главной, еще и суровый, как у полицейской.

Я вжался в заднюю стенку шкафа, но пройти в волшебную страну, не получилось. Хотя чего это я боюсь какую-то там школьницу – меня потянуло съязвить что-нибудь колкое, и не отказывать же себе любимому в удовольствии:

– Мимо проходил, заблудился вот.

– Я не шучу. Или ты выходишь и объясняешься, или я закрываю подвал на ключ и зову охрану.

Не знаю, как математике, а искусству шантажа в этой школе учат неплохо, вот я и вышел с поднятыми руками, получил светом по лицу, но после фонарика Три Полоски у меня иммунитет, даже не сморщился. Зато монстроведка нахмурилась, застреляла глазами-монетами по волосатой груди, животу и ляжкам, и конопатые щеки покрасились в тон рыжим волосам, которые еще и дрожали то ли от страха, то ли от возмущения, как живая прическа Горгоны. И сразу попятилась метра на полтора с арматурой в другой руке, будто я мог полезть к ней в любой момент – обидно, между прочим, я думал, у меня добродушное лицо, да и в паспорте не значится имя Тед[2], кого я там в своей жизни обидел, пару мух и комаров разве что. Ладно, со стороны это выглядело, мягко говоря, не очень, какой-то красавец-мужчинка с улицы прячется в подвале школы в одних трусах и кроссовках, еще и следит за сопляками из шкафа. Не принять меня за морального урода было трудно, признаю.

Так вот что значит гореть от стыда, щеки аж пекли и покалывали огнем – надеюсь, она больше ни слова не скажет и нас обоих стукнет потеря памяти, как от бурного вечера пятницы.

– Какого… черта ты без одежды?

– Меня облили дети. Поверишь?

– Возможно, – сказала она, будто с самого начала знала об этом и просто издевалась надо мной. – У входа в подвал лужа воды, а в углу сохнут вещи, которые подходят тебе по размеру. Многое непонятно, но в общих чертах похоже на правду.

А у нее в родственниках явно был кто-то с фамилией Марпл[3] – я бы еще не отказался, чтобы она сняла отпечатки Слизняка с ведра и посадила его в колонию для малолетних на всю жизнь!

– Тогда, может, ты хотя бы отвернешься, а не будешь глазеть?

– Я не уверена, что ты ничего не выкинешь. Но милое белье, кстати…

– Так, тебе еще рано смотреть, куда не просят!

– У меня парень есть, если что.

– Не волнуйся, у меня тоже… в смысле, девушка! И это не брачный птичий танец, просто дай убраться отсюда и больше никогда не увидишь меня.

– Как только расскажешь все, что произошло. И для начала – имя.

– Армани. Не буду врать, что очень приятно, но все же.

Надо подать это в книгу рекордов Гиннесса как самое нелепое знакомство в мире, хоть где-то буду первым. Она как-то там назвалась, то ли Алисой, то ли Анжелой, но я не запомнил и на скорую руку придумал имечко Огневласка – зачем стараться, если вижу ее в первый и последний раз. Я побежал одеваться, прямо-таки чувствовал луч фонаря на заднице, быстро натянул еще влажные рубашку и штаны, но ничего, на горячем от стыда теле мигом досохнут – на фоне Луи я выглядел смущенной неженкой, но уж простите, что не привык светить дарами природы на первом свидании! От прилива жары я аж выключил обогреватель, а то еще школе выпишут длиннющий чек за электроэнергию, и вот мы развалились на диване, но первое время подозрительно молчали друг на друга. Наконец-то я решил, с чего начать рассказ про всю эту катавасию, и выложил сегодняшний день как на духу, получилось эмоционально, с кучей жестов и точных пародийных сцен. Рыжая заметно подобрела ко мне, убедилась, что я далек от маньячных дел, как Арктика от Антарктиды, а в конце даже открыто хихикала, что я засчитываю как победу, если вспомнить ее настроение. И про пощечину с ведром воды не забыл, хоть и самому стыдно, но без этого никак, вся моя жизнь – одна длинная череда нелепостей.

– Спасибо тебе, Армани, – сказала она под занавес моего монолога. – Я бы не смогла купить столько игрушек со своих карманных. Постараюсь раздать завтра на репетиции, чтобы никого больше… не забрали. – И засмотрелась на огонек свечки на полу рядом с нами.

Я бы не ворошил эти тлеющие угли тоски, но случайный ветер мыслей и так сделал это. И тут уже наоборот надо раздуть и спалить все дотла, то бишь выплакаться сейчас, чтобы ночью не нахлынуло на радость всем монстрам.

– Ты хорошо знала девушку, которую похитили?

Она потерла руки, как если бы тут внезапно стало минус тридцать, это душевный холод просачивался наружу.

– Да… Лучшая подруга детства, живем по соседству… точнее жили – черт возьми, как же трудно привыкнуть! Хотела бы я обещать себе и детям, что найду ее вместе со всеми остальными, но… с каждой секундой сама все меньше верю в это.

– Главное, что полиция поймала этого психа, а там потянут за ниточку, и весь узел размотается в два счета!

– Нет. Мой отец – детектив, и он ничего не может сделать! Они поймали человека, но это… существо могу найти только я. И если… это монстр… В общем, я не думаю, что она жива…

– Давай оставим гадание профессионалам. Время покажет, – сказал я во имя поддержки, да и в чертовщину до сих пор не особо-то верилось.

Зря я прогуливал курсы утешения, потому как эта капельная доза оптимизма ничуть не заразила Огневласку. Она сложилась в три погибели, уткнулась лицом в колени, а по спине пошло землетрясение в двенадцать баллов – не нужно терять друзей, чтобы понимать всю паршивость момента. От душераздирающих всхлипов и стонов над ухом вообще не по себе стало, аж живот закрутило, как если бы камней наелся, но самое странное, что повсюду летали какие-то то ли мушки, то ли пятна, будто кабель в мозг отходил и тот выдавал помехи в картинке. Я даже закрыл глаза, чтобы не стошнило от помутнения взгляда, но это мелочи – как бы монстр не нашел нас раньше, чем хотелось бы, сама же только что вела лекцию о вреде уныния, хотя тут оправдание приличное такое. Надо срочно что-то делать, по-хорошему, сюда бы какого-нибудь мелкого, но на безсоплячье и мое плечо сойдет, я мог разве что придвинуться и кое-как приобнять ее, слова тут бесполезны.

Долго нам не дали просидеть так – не знаю, как ее шея, а мою облепили мурашки и встроили туда датчик слежения, каждый волос встал в полный рост и прямо-таки стрелочкой указывал на что-то за спиной. Никаких тебе теней, жутких звуков, вроде рыка, шорохов и стрекотания, даже без запаха мертвечины с землей. И это еще хуже, когда до обморока страшно, а ты даже не догоняешь почему. В голове как раз маячила табличка со словами ДеВи, мол, он предвидел монстра на подходе, и такую панику на вкус я еще не пробовал, это что-то из мира высокой кухни. Мозгом-то я понимал, что движение – жизнь, сейчас буквальней некуда, но сердце подпрыгивало до подбородка, коленки немощно трусились, а все, что выше и ниже, отнялось к чертовой бабушке! В общем, замер с чувством, что по всем законам природы погоня начнется, когда травоядное поскачет галопом, а то так не интересно будет есть.

Один я бы точно просидел тут до старости, но хромосома самца-защитника в генах требовала крутануть колесо удачи и спасти хотя бы беспомощную в квадрате Огневласку. Я резко вскочил и потянул ее в начало коридора – хотя бы так, а там видно будет. Ее плач быстро сменился вопросом, какая муха меня клюнула, да и я сам вглядывался в очертания местной свалки в потугах понять, чего это я в самом деле!

Куча хлама в центре начала раздвигаться, будто там что-то просыпалось от столетнего сна, дверца тумбы заскрипела, парта завалилась на бок, а парочка труб с нее покатились в разные стороны. Чуть не крикнул, мол, ага, так и знал, но сразу же захотелось оказаться неправым, поэтому стоял в шоке и до последнего верил в чудо. И тут увесистый старый диван полетел вверх тормашками, как картонный, и с грохотом расплющил малюсенькие свечки на полу. После таких спецэффектов ни я, ценитель ужастиков (на экране!), ни рыжеволосая гроза монстров не горели желанием остаться и разглядеть эту махину как следует – там вряд ли есть чем любоваться, а слонячьи шаги-бомбы сойдут за веское доказательство, и теперь главное спастись от него.

Я молился, чтобы коридор вышел этому танку не по размеру, и он действительно поперся за нами как-то неловко, еле протискивался и скрежетал когтями по стенам. Спасибо за мотивацию мерзкими звуками, но нас не нужно было подгонять – мы и без того сверкали пятками хоть и медленнее, чем хотелось бы, не со скоростью света все-таки. На этот раз я впечатался в дверь нарочно, на плече точно синяк будет, если, конечно, успеет образоваться, и как только последний рыжий локон вылетел из проема, захлопнул ее и навалился с силой самого дохлого из борцов сумо. Мне не понравилась мысль, что отлечу примерно так же, как диван, поэтому я прокричал Огневласке придать двери первозданный, закрытый вид. Пока она рылась по карманам, я подумал забавную мысль – выходит, если бы не Богатая Выскочка и Слизняк, то мелкие не пришли бы с ключом и защищались бы мы силой матерных слов и чертой мела с солью, как удивительна эта жизнь! А так Огневласка упорно, хоть и безуспешно метила в замочную скважину – мало того, что здесь темно, как у черта в подмышках, вдобавок мы дрожали и потели от накала ситуации, я аж вскрикнул, когда ключ звякнул на полу.

Не хочу нагнетать, но поезд переедет нас с минуты на минуты, а пока попутно разбивает макушкой все лампочки на потолке – можно обойтись без клише из дешевых фильмов, где кровь и кишки разлетаются фонтаном?!

Фух, не прошло и трех инфарктов, как замок наконец-то провернулся, лучшей музыки мои уши еще не слыхали…

И как известно, сделал дело – отойди от него на пару шагов или лучше закопай, а то вдруг рванет случайно, но замок даже выдержал, когда монстр уперся в дверь, и нас всего лишь осыпало штукатуркой. Как известно номер два, первый успешный раз не обещает второй и тем более третий, да и нельзя оставлять в подвале школы такой экспонат инопланетного искусства – оно ж всю школу разворошит, потом на город перейдет, а там и до планеты с галактикой недалеко!

– Игрушку сюда! – сказал я с видом хирурга медсестре, но сейчас плюшевое зверье и правда было на вес золота и наших жизней.

– У меня нет, – закончила Огневласка, и все остались, с чем и были, то бишь с пустыми руками, которыми вряд ли можно завалить монстра.

За дверью бухнуло еще пару раз и подозрительно притихло. Вроде никто не сомневался, что уродец и не подумает лишаться обеда, а просто отошел для разгона, но мы решили проверить теорию на практике и стояли за новой порцией ужаса. Крещендо из барабанной дроби расшевелило инстинкт самосохранения, Огневласка развернулась к ступенькам, а меня дернуло дернуть нас вбок – с виду решение слабоумного, но дверь вылетела аж до лестницы, нас размазало бы по полу в стиле экспрессионизма. А так хоть мы забились в угол и жались друг к другу на каждый стук чудовищных лап, то бишь отсрочили смерть на полминутки, самое то для мысленного аривидерчи с родными и близкими!

Лампочка за бывшей дверью пожалела наши глаза и оставила этот ужас на совесть фантазии, вот только уши не заткнуть так же просто и действенно. Огневласка дрожала и зарывалась лицом мне в грудь, это у человека от страусов, да и она, может, и главная монстроведка школы, но все-таки девушка, а официально еще и подросток. Мне же ничьей груди напоследок не досталось, поэтому от такой беспомощности мозг даже вспомнил про ключи от квартиры Оли в кармане – латунь вряд ли работает по типу серебра, а вот брелок с медведем можно принять за малюсенький такой оберег. Ага, размечтался я, это же как пытаться проткнуть бегемота зубочисткой – понятное дело, что можно требовать от куска плюша размером с мизинец, но я выставил его, как распятье, а страшила даже не шелохнулся, рык на выдохе больше напоминал усмешку. Что ж, пора смириться, что меня сожрут целиком или по частям в подвале школы в обнимку с девчонкой, которую я едва знаю – и чего это я жалуюсь, мечтал же о небанальной смерти, правда скорее утонуть в деньгах или захлебнуться счастьем!

И вот так живем еще секунду, рожа в рожу, глаза в глаза, если они вообще у него есть, а я мысленно поливаю грязью сопляков, даже тут они умудрились соврать насчет чудодейственной силы игрушек. Я героически открыл глаза, но ни черта не увидел в темноте цвета дегтя, зато прямо-таки почувствовал порыв ветра от взмаха лапы шириной с грузовик, очевидно, что заточенной на шашлык из людей. Ничего не оставалось, кроме как запульнуть в него ключами от безысходности – все равно они мне не понадобятся на том свете, так что на, подавись хотя бы для приличия!

Наши сердца отбивали четыреста ударов на двоих и чуть не взорвались, когда завибрировал телефон Огневласки – все в мире сегодня пыталось вызвать у меня инфаркт, инсульт, заикание и нервную чесотку разом, можно хотя бы не издеваться и сожрать уже наконец, а?! Все-таки монстр нам культурный попался, ждал, пока та ответит, мол, невежливо как-то звонки игнорировать, я чуть не засмеялся от ситуации и щекотки в ляжку. То ли нас очень аккуратно так проглотили, что мы ничего не почувствовали, то ли жизнь и так уже десятый круг ада и ниже не грохнуться – ни один из ответов не устраивал, и мы долгое время не шевелились, чтоб не узнать правдивый. Огневласка быстро достала фонарик и посветила на красоты местного натюрморта, на котором мы были в роли яблок, в смысле съестного.

Дверь на полу, ошметки бетона и штукатурки везде, ключи как вишенка на торте. Ни клочка монстра, он просто изуродовал подвал и свинтил по-тихому, чтоб выставить нас полоумными!

Я чувствовал, что заново родился.

– По-моему, вам лучше найти другое место для сборов, – выдал в шутку, а у самого уже глаз дергался.

– Да…

Мало нам этого счастья, так еще и по ступенькам кто-то спускался сюда, но после такого грохота это должна быть вся армия страны, не меньше. И хоть бы вахтерша на пару с директором, можно было бы выдать им жалобу, что двери у них на соплях держатся, а звучало и то хуже, я уже научился определять топот паршивца, будто он хотел предупредить о себе весь мир. В общем, не прошло и встречи с монстром (а нет, прошло!), как ДеВи собрался рассказать, что знает меня и никакой я не маньяк – спасибо, и без сопливых разобрались, даже успели получить совместный второй день рождения. Огневласка выключила фонарь на всякий случай, а этот самый случай поперся, как обычно, по темноте, но быстро споткнулся о дверь и аж вскрикнул, когда рыжая окликнула его из темноты – хоть кого-то сегодня мы испугали, а то все нас да нас! Она объяснила, мол, в эту сторону не ходить ближайшие пару жизней, а лучше перекрыть проход желтой лентой и оббить свинцом от радиации, но в общих чертах, потому как меньше знаешь – крепче спишь. И дольше дышишь.

– У тебя-то самой есть игрушки? – сказал я, когда ей снова позвонили.

– Да, были на чердаке, кажется…

Я повозмущался, что за сопляков она, значит, беспокоится, а о себе не думает, отцепил медвежонка с ключей и молча всунул ей в ладонь. Огневласка улыбнулась, пролепетала что-то вроде большущего спасибо и смылась по ступенькам с телефоном в ухе.

– Армани, ты… – промямлил вдруг ДеВи в тишине, но дальше ничего не придумал. Я изо всех сил делал вид, что его здесь нет.

С нашей последней встречи настроение из отвратного превратилось просто в тоскливое, когда вокруг такое творится. Не то чтобы я и до подвала готов был горы свернуть, но сейчас все эти дети, монстры, игрушки уже в печенках сидели – больше всего хотелось лечь на диван и забыть этот день как страшный сон.

– Осел, баран, клоун? Выбирай! – подсказал я.

– Нет, просто я…

– Сопляк до мозга костей, которого я в жизни больше не хочу видеть?

– Да я был зол! Я… не то… хотел сказать! Почему ты не понимаешь?

– Все я отлично понимаю и подписываюсь под каждым словом. Знаешь, меня бесит даже не это, а то, что я накормил тебя лапшой, показал конвейер, даже вступился сегодня и как раз из-за тебя пошел сюда, то бишь искренне пытался быть эдаким хорошим старшим братцем. Но вместо спасибо-пожалуйста плевок в душу – уж прости за помощь, можешь и дальше терпеть издевательства, мне в общем-то глубоко плевать! И сами разбирайтесь с вашей чертовщиной, раз я такой недальновидный, а у меня и без тебя забот навалом, – высказал я все до последней капли, аж полегчало на пару килограммов. – Игрушку завтра возьмешь, если нужно.

Век живи – век учись, вот я и окончательно убедился, что внешность обманчива и эта капля меда в бочке с дегтем вкуснее коктейль не делает. Что Слизняк с Богатой Выскочкой, что ДеВи – все они гады мелкие, первые поливают грязью буквально, а вторые словесно, и непонятно, что хуже. Огневласка не в счет, она почти взрослая и между нами не так уж и много лет разницы. Прошу, пусть мне кто-нибудь выбьет зуб, если я еще раз свяжусь с сопляками – никогда и ни за что!

В общем, ДеВи остался внизу, хоть бы сквозь землю провалился, а я пошел по ступенькам, коридорам, и через пару минут вдыхал запах свободы и не видел ни одной малявки в радиусе вытянутой руки.

[1] Negative может означать, как просто отрицание, фильтр обработки фотографий, так и, собственно, негатив. – Прим. авт.

[2] Имеется в виду серийный убийца Тед Банди. – Прим. авт.

[3] Персонаж детективов Агаты Кристи. – Прим. авт.