Текст книги "Приручить 7-го (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Уолш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 31 страниц)

Звук текущей воды резко прекратился.

– Джерард? – Позвала я, когда он не ответил. – Ты меня слышал?

– Да, я тебя услышал. – Его голос теперь доносился ближе. – И да, я знаю. – Я почувствовала, как его ладонь коснулась моей руки, и это заставило все мое тело вспыхнуть горячим пламенем. – Извини. – Я почувствовала его руку на своем бедре, нежно толкающую меня в сторону. – Мое полотенце висит позади тебя на крючке.

– Оки-доки, – пропищала я, чувствуя, как мое лицо горит от осознания того, что его обнаженное тело находится так близко ко мне. Но это было нечто большее, потому что мне хотелось разжать пальцы и взглянуть. Не просто взглянуть. Я хотела прикоснуться. Вспоминая, каково было в моей комнате той ночью, когда его большое тело прижималось к моему, а его пальцы были глубоко внутри меня…

– Чисто. – Я почувствовала, как он осторожно убирает мою руку с глаз. – Лестница надежно спрятана.

Когда я моргнула и открыла глаза, я обнаружила, что это, к сожалению, правда. Белое полотенце, обернутое вокруг его узких бедер, было тому доказательством.

Ох, крекеры.

Чувствуя слабость, я откинулась на плитку. – Итак, Марк вернулся, да?

– Видимо да.

– Ты не знал?

– Нет, – ответил Джерард, упираясь рукой о стену за моей спиной. – Не знал

У меня перехватило дыхание, я глубоко сглотнула и слегка улыбнулась ему, отчаянно пытаясь игнорировать жар, заливающий каждый дюйм моего тела. – Ты в порядке?

– Конечно. – Он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. – Я всегда в порядке.

– Ты не пришёл вчера вечером. – Я пожала плечами, чувствуя себя жалкой. – Это было…– мне это не понравилось. – Странно.

– Да, извини за это. – С дрожащим выдохом, Джерард протянул свободную руку и откинул влажные кудри со лба. – Ты имела дело с Лиззи, и мне, э, мне пришлось уйти.

– Итак, куда ты пошел?

– К Кэпу.

– Ох.

– Ага.

Чувствуя себя немного обделенной его ответом, я заставила себя еще раз широко улыбнуться.

Он улыбнулся мне в ответ, но опять же, это не коснулось его глаз.

Ох, крекеры.

Мне не нравится это. Ни капельки. Потому что Джерард, возможно, физически стоял передо мной, прикрытый только полотенцем, но внутри него было несколько слоев закрывающие его сердце. – Поговори со мной, Джерард.

– О чем?

Я сузила глаза. – О том, что произошло прошлой ночью.

Он тупо посмотрел на меня. – А что произошло прошлой ночью?

– Э, але? Лиззи фактически напала на тебя, а потом ты узнаешь, что твой злой сводный брат вернулся в Баллилаггин.

– Все хорошо, Медвежонок-Клэр.

– Джерард, – отрезала я, – я знаю, что ты расстроен.

– Я не расстроен.

– Да, расстроен, – настаивала я. – Ты должен быть расстроенным.

– И почему это?

– Потому что Марк вернулся.

– Честно говоря, мне насрать, Клэр.

– Нет, остановись. – В отчаянии покачав головой, я протянула руку и зацепила пальцами серебряную цепочку на его шее. – Не делай этого.

– Не делать чего?

– Не веди себя как дурак, – прорычала я, дергая его за цепь так сильно, что ему пришлось наклонить свое лицо к моему. – Не затыкай меня, Джерард. Мы зашли слишком далеко для этого.

– Я не пытаюсь этого сделать, – грубо сказал он, задев мой нос своим. – Я просто…

– Ты просто? – Я толкнула его цепь так сильно, что подумала, что она может порваться у меня в руке. Прерывисто вздохнув, я оттолкнулась от стены, прижимаясь к его груди. – Ты что, Джерард?

– Ты промокнешь, —заметил он, обхватив меня за талию, чтобы удержать нас обоих.

– Не меняй тему, – предупредила я, не желая делать шаг назад. – Ты просто что?

– Ты же знаешь, что быть здесь со мной – это очень плохая идея, не так ли? – спросил он хриплым тоном, и я почувствовала, почему он сказал это, прижимаясь к моему животу. – По правде говоря… – его голос затих, и он покачал головой. – Это просто очень, очень плохая идея, Медвежонок-Клэр.

– Мне все равно, – ответила я, чувствуя, что у меня перехватывает дыхание, поскольку мое сердце продолжало попытки выпрыгнуть из моей груди, чтобы добраться до его. – Нам нужно поговорить, так что просто поговори со мной, черт возьми.

– И сказать что? – тихо спросил он, дыхание коснулось моего лица.

– Как насчет того, чтобы начать с того, чтобы рассказать мне, как ты себя чувствуешь?

– Я ничего не чувствую. – Он подошел ближе, заставив мою спину снова удариться о стену, но на этот раз его тело прижалось к моему. – Не о Лиззи. Не о нем. Ни о ком из них. – Это движение, казалось, вызвало дрожь, пробежавшую по обоим нашим телам одновременно. – Я ни черта не чувствую.

–Ты врешь.

– Нет, честно нет.

– Джерард, – в отчаянии вскрикнула я. – Пожалуйста!

– Пожалуйста, что? – потребовал он. – Пожалуйста, что, Клэр? Чего ты хочешь от меня?

– Тебя! – Моя грудь тяжело вздымалась, все мое тело кричало о нем, и я, честно говоря, чувствовала, что могу умереть прямо здесь, если он не коснется меня своими губами. – Я хочу тебя, Джерард!

– Я прямо здесь.

– Я не это имею в виду, и ты это знаешь, – выдавила я. – Я хочу, чтобы ты поговорил со мной о том, как ты себя чувствуешь! Я хочу, чтобы ты открылся мне, черт возьми!

– Я не могу.

Опустошение нахлынуло на меня, как приливная волна. – Почему нет?

– Потому что я люблю тебя слишком сильно! – удивил он меня своими словами. Тяжело вздохнув, он опустил голову мне на плечо. – Потому что я чертовски люблю тебя, Клэр Биггс.

Эти три слова было больно слышать, потому что они были не тем, что мне нужно было от него в данный момент, и боль в груди убедила меня, что мое опустошенное тело пришло к столь же разрушительному выводу, что эти три слова – это все, что этот мальчик когда-либо мог дать мне.

– Я не понимаю, почему ты так себя ведешь, – прохрипела я, чувствуя себя мазохистом из-за того, что продолжаю ту же испорченную историю. – Я твой лучший друг, и вместо того, чтобы впустить меня, ты продолжаешь меня отталкивать.

– Клэр.

– Нет. Никаких больше оправданий, Джерард! – качая головой, я толкнула его в грудь и приказала ему проснуться. – Я здесь, ладно? Я здесь ради тебя.

– Я знаю это.

– Тогда сделай что-нибудь!

Он не сделал.

Вместо этого он открыл рот. – Клэр, если бы ты могла просто…

– Нет. Остановись. – Я покачала головой. – Мне больше не нужны твои оправдания, Джерард Гибсон. – Тяжело дыша, я обошла его и направилась к выходу. – Мне нужна твоя правда.

SEVENTEEN GOING UNDER

Гибси

– Где, во имя Бога, ты был? – спросила мама, когда я зашел на кухню после школы. – Ты не оставил записки, в которой говорилось, куда направляешься. Ты не взял с собой телефон. Я не могла позвонить тебе; Я не могла написать тебе, ничего! Я сходила с ума от беспокойства! – швырнув жареную курицу, которую вынимала из духовки, на кухонный островок, она повернулась и уставилась на меня. – Слава богу, что Эдель Кавана сообщила мне, что ты остановился у нее дома, потому что моей следующей остановкой был полицейский участок.

– Мои искренние извинения, мама, – протянул я, бросив школьную сумку и сумку с одеждой в угол, прежде чем направиться к холодильнику, послушно игнорируя злого кота, сидящего на кухонном столе. – Это ужасно, когда твой родственник ни хера тебе не говорит.

– Прошу прощения?

– Ты слышала меня, – ответил я, хватая коробку апельсинового сока и закрывая холодильник.

– Джерард Джозеф Гибсон, – рявкнула мама, уперев руки в бедра. – Не говори со мной таким образом.

Закатив глаза, я открутил крышку и выпил прямо из коробки, мой личный способом сказать «пошла ты», не произнося эти слова вслух.

– Я видела, в каком состоянии твоя комната, – продолжила она, вытирая кухонным полотенцем капли куриного жира со стойки. – Твое поведение вчера вечером было совершенно ненормальным.

– А твое поведение, когда ты не предупредила меня о том, что этот придурок вернулся в город, не было? – огрызнулся я, швырнув коробку на стойку. – Да ладно, мам, что хорошо для гуся, хорошо и для гусака.

– Итак, поскольку я хотела сделать тебе сюрприз, ты решил наказать меня, выйдя из дома и не сказав, где ты? Тебе семнадцать лет, Джерард, и до тех пор, пока в следующем феврале тебе не исполнится восемнадцать, ты находишься в моем графике, так что никаких ночных поездок без телефонного звонка!

– Наказать тебя ? – Я уставился на нее. – Мам, вчера вечером я вошел в парадную дверь и был ошеломлен!

– Марк – наша семья, Джерард, – воскликнула мама, всплескивая руками. – Ты должен быть рад его видеть. И Кит! Он зарезервировал столик для нас четверых в Spizzicos, чтобы отпраздновать это событие. – Мама уставилась на меня. – Это был какой-то чертов праздник, когда ты отказался разделить хлеб с братом и ушел на ночь.

– Я должен быть счастлив? – Я уставился на женщину, как будто у нее выросла вторая голова. – Ты издеваешься надо мной? Мам, ты знаешь, как я к нему отношусь! – практически ревел я, дрожа всем телом. – И, пожалуйста, не называй этого куска дерьма моей семьей. Ты можешь считать его своим, но я, черт возьми, не считаю его своим!

– Это из-за семьи Янг? – потребовала она. – Из-за Лиззи? Планируешь ли ты провести остаток своей жизни, злясь на Марка за то, чего он не делал?

– Дело не в том, что он этого не делал, мам, дело в том, что они не смогли этого доказать, – плюнул я в ответ. – И ты чертовски хорошо знаешь, что она больше не моя подруга, – добавил я, чувствуя, как моя грудь вздымается от давления, которое ей приходилось вдыхать во время этого разговора. – Твой идеальный пасынок позаботился об этом.

– Джерард, он этого не делал, – подчеркнула мама, пробуя другой подход, сокращая пространство между нами и кладя руки мне на грудь. – Я клянусь тебе, от всего сердца, твой сводный брат никогда не причинял вреда Киве Янг.

Кровь у меня похолодела, и все тело дрожало. – О, ты клянешься, да?

– Да, – настаивала она, энергично кивая головой. – Это был порочный и неприятный слух, распространенный людьми, поверившими на слово скорбящей женщине, которая неправильно поняла предсмертную записку своего ребенка.

– Ты этого не знаешь, мам, – задыхаясь, выдавил я. – Ты не можешь этого знать.

– Я знаю это, Джерард, – она попыталась успокоить меня, протянув руку и погладив меня по лицу. – Я знаю, любимый. Марк был совершенно невиновен. Полиция доказала это. И прежде чем ты скажешь что-нибудь еще, я видела копию записки, которую Кива оставила своей матери. Я читала слова. Кэтрин Янг ошиблась, любимый. Ее дочь не была изнасилована. – Слезы наполнили ее глаза, когда она обхватила мои щеки руками и одарила меня водянистой улыбкой. – Мало того, что Марк невиновен, он – наша семья, любимый, и мы заботимся друг о друге.

– И, это все? – Я был невозмутим. – По-твоему, Марк невиновен, семья Янг заблуждается, вот и все?

– Да, любимый. – Одобрительно кивнув, мама еще раз погладила меня по щеке, прежде чем вернуться к жареной курице. – Вот и все.

Я неподвижно стоял на кухне, наблюдая, как моя мать готовила жареную курицу, и никогда не чувствовал себя менее голодным.

– Значит, ты никогда в нем не сомневалась? – Я бросил вызов. – Ты даже не хочешь думать, что можешь ошибаться?

– Нет.

– Нет? – Я покачал головой с отвращением. – Нет, на какой вопрос?

– Нет, я никогда не сомневалась в Марке, – твердо ответила она. – И нет, я не хочу думать, что могу ошибаться, потому что я не ошибаюсь.

Ну, тогда.

– Я не буду этого делать, – услышал я свой голос, тело напряглось. – Играть с ним в счастливую семью? – Я покачал головой. – Я не буду этого делать, мам.

– Джерард…

Снова покачав головой, я развернулся и вышел из кухни, не имея желания и не в силах продолжать этот разговор.

В этом не было смысла, потому что мы никогда не собирались договориться об этом.

Потому что моя мать не хотела рассматривать другой сценарий.

Она не хотела верить правде.

РАЗОБЛАЧИ МОЙ ГНЕВ

Клэр

Это был конец октября, прошло целых три недели после инцидента с Лиззи, и Джерард вернулся к своему обычному игривому состоянию.

Сидя в обеденном зале во время большого перерыва в день Хэллоуина, он небрежно обнимал меня, смеялся и шутил с нашими друзьями.

Он был таким же милым, как всегда, полным теплоты и кокетливых подшучиваний, но это было не по-настоящему. Это был не он.

Я знала, что это было прикрытие, его способ справиться со стрессом, но остальной мир находил это забавным, и чем больше они смеялись, тем больше он выступал для них, несмотря на то, чего ему это стоило.

Тем временем я улыбалась внешнему миру, в то время как внутренне кипела от злости. Слишком погруженная во внутреннее смятение, чтобы участвовать в разворачивающемся вокруг меня разговоре, я откинулась на спинку стула и вместо этого изучала мой потрескавшийся розовый лак на ногтях.

Большую часть моего разочарования можно отнести к двум причинам. Во-первых, меня расстроила сверхъестественная способность Джерарда притворяться, что между нами не была пересечена черта, хотя она явно была пересечена. И во-вторых, меня, казалось, еще больше расстраивало то, что я отчаянно хотела снова пересечь эту черту, в то время как он не проявлял никакого интереса.

Он не только подарил мне первый и лучший оргазм в моей жизни, но и делал вид, будто этого никогда не было.

Я не могла этого понять. Потому что, честно говоря, если бы мы поменялись, и у меня была бы возможность делать то, что тот мальчик делал своими пальцами, тогда я знала, что хвасталась бы с крыш тем, насколько эпичны мои волшебные пальцы. Потому что, боже милостивый, его пальцы были мастерскими.

Пока Джерард перебрасывался шутками со своими товарищами по команде, он невинно проводил пальцами по моей руке. Воспоминание о том, насколько искусными были эти пальцы заставило мое лицо залиться жаром.

– Что не так? – потребовал Хью, пугая меня своей причудливой телепатической братской связью, которую он мог устанавливать. Хотя между нами было два года разницы, клянусь, мой брат умел чувствовать мое настроение. – Клэр?

– Ничего, – ответила я, широко улыбнувшись ему. – Я в норме.

Мой брат не выглядел убежденным. На самом деле, его тон приобрел обвинительную нотку, когда он обратил свое внимание на мальчика, сидевшего рядом со мной, и огрызнулся: – Что ты сейчас сделал?

– Я? – С недоеденным леденцом, свисающим изо рта, Джерард тупо смотрел на моего брата. – Что я сделал?

– Это то, что я спрашиваю, – надавил Хью. – Что ты сделал?

Брови Джерарда в замешательстве изогнулись. – Сегодня?

– Моей сестре, засранец, – ответил он, указывая на то место, где я сидела. В тот момент, когда он это сделал, все внимание переключилось на меня. Прекрасно. – Она расстроена, и я знаю, что ты как-то причастен к этому, Гибс.

– Ты расстроена? – Обеспокоенные серые глаза остановились на мне. – В чем дело?

– Ни в чем. – Я заставила себя рассмеяться и потянула за рукав джемпера. – Я в полном порядке.

– Видишь? – уговаривала Кэти, похлопывая моего брата по плечу. – Успокойся, старший брат. Ты слишком остро реагируешь.

Взгляд, которым Хью наградил ее, убедил меня, что, по его мнению, он не слишком остро реагирует, но он все же оставил это.

Слава Богу.

Через несколько мгновений все вернулись к своим разговорам и обеду, но пара серебристо-серых глаз продолжала наблюдать за мной.

– Что? – Я заставила себя еще раз рассмеяться и толкнула его локтем. – Я в порядке, Джерард. Хватит смотреть на меня так.

Он не перестал смотреть.

Вместо этого он повернулся на своем месте, повернув спину всем, кто сидел за столом, и уделил мне все свое внимание. Его тон был низким и серьезным, когда он спросил: – Я что-то сделал?

Да. – Нет.

– Клэр.

Я улыбнулась ему в ответ. – Джерард.

Схватившись за нижнюю часть моего стула, он потянул его к себе, в результате чего мои ноги скользнули между его бедер. – Я что-то сделал? – снова спросил он, наклоняясь ближе, и глаза полностью сосредоточились на моем лице. – Поговори со мной.

Я мило улыбнулась. – О чем?

Его ноздри раздулись, и я поняла, что он пробует здоровенную дозу собственного лекарства. – Это несправедливо.

Я могла бы с ним поспорить. Я могла бы устроить истерику и потребовать, чтобы он признался мне в бессмертной любви прямо здесь, в обеденном зале, но я уже знала, что он чувствует. Любовь Джерарда ко мне не была чем-то, что мне когда-либо приходилось подвергать сомнению. Именно его нежелание предложить мне больше преследовало меня каждый час бодрствования.

– Я собираюсь сказать Джейми «да», – выпалила я, а затем затаила дыхание, ожидая его реакции. Я была несерьёзна. У меня не было намерения встречаться с Джейми, и я обычно не была подстрекательницей – это означает, что я не устраивала ненужных драм, чтобы добиться своего с парнями – но я начала уставать от претензий Джерарда и чувствовала, что это может стать тем толчком, в котором он нуждается.

Он долго смотрел на меня, прежде чем улыбка расплылась по его лицу. – Нет, ты не собираешься.

То, как он это сказал, так властно и самоуверенно, мгновенно меня поддержало. – О, да? – Я сузила глаза в знак вызова. – Кто сказал, что я еще этого не сделала?

Его улыбка померкла. – Скажи мне, что это шутка.

– Нет, – ответила я настолько бодрым тоном, насколько могла. – Без шуток. На самом деле, я как раз собиралась сообщить Джейми хорошие новости, но решила предупредить тебя заранее. – Небрежно пожав плечами, я добавила: – Ну знаешь, на всякий случай.

– На всякий случай, – невозмутимо ответил Джерард. – на всякий случай?

– Ага. – Кивнув, я одарила его еще одной вынужденной улыбкой, в то время как мое сердце сильно колотилось в груди. – На всякий случай.

– Ну, тогда. – Откинувшись на спинку стула, как будто я дала ему пощечину, Джерард скрестил руки на груди и разоблачил мой блеф. – Тебе лучше поторопиться и поймать его, прежде чем он уйдет. – Он склонил голову туда, где Джейми стоял в очереди за обедом. – Ты знаешь. – Он пожал плечами так же небрежно, как и я, прежде чем добавить: – На всякий случай.

– Ладно. – Волна неприятия, захлестнувшая меня, заставила мою гордость встать и сказать: – Я сделаю это.

– Сделай это, – крикнул он мне вслед.

– О, не волнуйся, – бросила я через плечо. – Я собираюсь сделать это.

– Отлично!

– Отлично!

Идя к очереди за обедом, я сжала руки в кулаки и попыталась успокоить нервы.

О Боже, Клэр, что ты вообще делаешь?

Прерви миссию.

Прерви миссию, черт!

– Привет, – поприветствовал меня Джейми с теплой улыбкой, когда я подошла к нему в очереди. – Как дела?

– О, все идет хорошо. – Глубоко сглотнув, я обернулась и увидела, что Джерард смотрит на меня. Укрепив свою решимость, я повернулась к Джейми и улыбнулась. – Да.

– Да? – Его брови на мгновенно нахмурились, прежде чем он осознал это, заставив широкую улыбку расплыться по его лицу. – Ты говоришь «да» на свидание со мной?

Имела ли я это в виду?

Имела ли я это в виду на самом деле?

– Да, – подтвердила я с вынужденной улыбкой. – Я говорю да на свидание с тобой.

КАРМА – МАНИПУЛЯТОРША

Гибси

Ублюдок!

– Она встретится с ним, Джонни, – огрызнулся я, теряя терпение из-за шнурка, который пытался завязать. – Она блять встретится с ним!

– Да, Гибс, я знаю,– спокойно ответил он, наклонившись в коридоре, чтобы завязать его для меня. То, что я был явно неспособен сделать в эти дни. – Ты уже говорил мне это полдюжины раз, парень.

– Что я должен сделать?

– Ничего, – ответил он рассеянно, взглянув на экран своего телефона, прежде чем сунуть его обратно в карман школьных брюк. – У тебя был шанс, парень. Ты отпустил ее.

– Я не отпускал ее, – возразил я, приближаясь как можно ближе к тому, чтобы взорваться.– Я никогда не отпускал ее, ни дня в своей гребаной жизни.

– Я говорил тебе, что это произойдет. – Он откинул темные волосы с глаз. – Я говорил тебе месяцами, Гибс, но ты не слушал.

Я с отвращением сузил глаза. – Избавь меня от оправданий.

– Да, – сказал он, придерживая дверь, пропуская группу второкурсниц. – Я же сказал тебе быть готовым.

– Я не был готов! – Все еще нет.

– Но ты более чем готов с Ди.

– Я никогда ничего не делил с этой женщиной.

– Ты слишком много накинул на эту женщину, – поправил он, прежде чем перефразировать свое предыдущее заявление. – Я говорил тебе, что Клэр не будет ждать вечно.

– Это, – я указал на школу, – ситуация меня устраивала, Джонни! – Я дико обвел пальцем вокруг себя, прежде чем добавить: – А это меня ни капельки не устраивает!

– Ну, тогда, возможно, ты наконец-то почувствовал вкус собственного лекарства, – вмешалась Лиззи, присоединяясь к нам во дворе. – Так тебе и надо.

– Я спрашивал твое мнение?

– Боже мой, мне это нравится, – ответила она с ухмылкой. – Видеть, как ты мучаешься. Это доставляет мне огромное удовольствие. Он пригласил ее сегодня вечером, понимаешь? Они собираются на свидание, и я молюсь, чтобы она официально осталась с ним. Это послужит тебе уроком за то, что ты такой расточитель.

Дыши глубоко, – мысленно приказал я себе, не собираясь попадаться на наживку, которую она мне подкидывала.

Повернувшись к Джонни, она спросила: – Ты видел Шэннон?

– Она с Джоуи, – объяснил он, тыча большим пальцем через плечо в сторону парковки. – Там, на парковке.

– Круто.

– Почему ты вежлив с ней? – спросил я, когда гадюка улетела в сторону парковки. – Ты знаешь, что она дьявол на гербе Томмена.

– Я застрял, Гибс, – со вздохом признался мой лучший друг. – Она лучший друг моей девушки.

А ты мой.

– Послушай, Гибс, я просто пытаюсь сделать здесь всех счастливыми.

– Э, але? – Я поднял руку. – Я несчастлив.

– Что я могу с этим поделать? – ответил Джонни звуча взволнованно. – Я дал тебе правильный совет, а ты не последовал ему.

– Ну, ты, очевидно, не очень хорошо понял суть дела, не так ли?

– Прости? – Джонни уставился на меня. – Ты серьезно винишь меня в том, что Клэр встретится с другим парнем, хотя я говорил тебе, что это произойдет?

– Да, – ответил я, не моргая. – А теперь, в качестве наказания, мне нужно, чтобы ты шпионил для меня.

– Шпионить для тебя?

– Да. – Я с энтузиазмом кивнул. – Ты слышал гадюку. Клэр сегодня встречается с этим придурком, и мы поссорились, так что она ни черта мне не расскажет, как все произошло. Поморщившись, я добавил: – Все пикантные, влекущие за собой убийства подробности будут переданы ее другой лучшей подруге.

– Шэннон, – вздохнул Джонни быстро, как кошка.

– Шэннон, – согласился я, озорно блестя глазами. – И так уж получилось, что лучшая подружка Клэр рассказывает моей лучшей подружке все.

– Если еще раз назовешь меня своей лучшей подружкой, пеняй на себя.

– Ты должен шпионить и докладывать мне.

– Я не буду делать ничего подобного.

– О, да, черт возьми, ты это сделаешь, – фыркнул я, положив руки на бедра. – Мне нужно напомнить тебе обо всех пакетах со льдом, которые я когда-то снабжал твою разбитую задницу? Или миллион одолжений, которые я сделал для тебя.

– Я не могу шпионить за своей девушкой, Гибс, – простонал Джонни с огорченным видом.– Мы не храним секретов.

– Видишь, в том-то и дело, что ты не будешь шпионить за Шэннон, – пытался уговорить я. – Ты просто будешь передавать информацию другому человеку в своей жизни, от которого ты никогда не скрывал секретов. – Я посмотрел на него. – Сделай это для меня.

– Гибси.

– Я буду умолять, – бросил я там. – Ты хочешь, чтобы я умолял, Джонни?

– Нет, Иисус Христос, не умоляй, идиот.

– Итак, ты сделаешь это?

– Если она поднимет этот вопрос, – неохотно признал он. – Но только если она поднимет этот вопрос. Я не буду копать, Гибс.

– Ты лучший.

Джонни в смятении покачал головой. – Итак, это подростковая чушь, в которой я решил участвовать вместо плюсов.

– Я знаю. – Ухмыляясь, я хлопнул его по плечу. – Хорошее решение или что, а?

– Или что, – пробормотал Джонни себе под нос.

– Могу я задать тебе вопрос?

– Нет, Гибс, Шэннон ничего не рассказала мне об их свидании, – раздраженным тоном огрызнулся Джонни со своего места за партой, где мы находились с тех пор, как два часа назад закончилась школа. Вместо того, чтобы заняться чем-нибудь веселым в начале промежуточных каникул, мозг решил, что нам нужно избавиться от всей домашней работы.– Ничего не изменилось с тех пор, как ты в последний раз спрашивал, – добавил он, взглянув на экран своего телефона. – Десять минут назад.

– Не это, – ответил я, безуспешно пытаясь понять смысл его записей по бухгалтерии. Сдавшись, я закрыл книгу и вместо этого растянулся на его кровати. – Я собирался спросить тебя, каково это.

– «Каково это» что, Гибс?

– Когда ты впервые поцеловал Шэннон.

– Это была катастрофа, – пробормотал он, яростно записывая в тетрадь. – Я не смог бы справиться с этим еще хуже.

– А как насчет того, когда ты впервые был с ней? – спросил я. – Каково это было?

– Если это еще один из твоих странных разговоров, то зачеркни это, Гибс, потому что имя Шэн не обсуждается. И особенно в такого рода дискуссии.

– О, успокойся, ладно? – проворчал я, приподнимаясь на локтях. – Я не прошу тебя рассказывать мне интимные подробности о ней…

– Гибс!

– Все, что я спрашиваю, это то, было с Шэннон иначе, чем, скажем, с Беллой или с кем-то из них, – фыркнул я, плюхнувшись обратно на кровать. – Знаешь, из-за чувств.

– Чувств?

– Да, Джонни, чувств.

– Погоди. – его голова резко вскинулась, и он отложил ручку. – Ты потрахался с Клэр…

– Нет, – огрызнулся я, мне не понравилось, что он назвал ее имя и «секс» в одном предложении. Иисус, карма была сукой. – И не говори слова «Клэр» и «секс» в одном предложении.

Джонни ухмыльнулся. – О Боже.

– Что?

– Все хуже, чем я думал. – В его глазах блеснул понимающий взгляд, когда он подкатил стул к кровати и скрестил руки на груди. – Ладно, Гибс. Задавай свои вопросы, парень.

– Когда вы с Шэннон вместе, – повторил я, потирая затылок. – Ощущается ли это по-другому?

Джонни кивнул. – Это не может быть ещё более другим.

– Правда?

– Да, парень, правда, – Ответил он. – Чувства меняют все.

– В каком смысле?

– Чувства заставляют тебя гораздо меньше беспокоиться о том, что чувствуешь ты в данный момент, чем о том, что чувствует она.

– Объясни это для меня.

– Это похоже на безумное, отчаянное желание достичь цели? – Объяснил он, продолжая, когда я кивнул. – Ну, это как бы переходит в безумное желание доставить ее туда. – Он почесал челюсть, задумавшись на мгновение. – Как будто все, о чем ты раньше заботился, превращается во что-то более глубокое. Как будто твои потребности отошли на второй план, потому что твое внимание переключилось на нее.

– Господи, это звучит ужасно.

– Это так, – искренне согласился он. – И это не просто ментальная вещь, парень. Оно уходит глубже. Оно выходит за рамки умственного и эмоционального и переходит в физическое, а потом, поскольку она хорошая, все становится лучше, чем когда-либо прежде.

– Итак, для тебя быть с малышкой Шэннон – это лучшее, что когда-либо случалось из-за чувств?

– Из-за чувств, – подтвердил он с ухмылкой. – Облажался, да?

Тяжело вздохнув, я сложил руки на груди и уставился на потолок его спальни. – Да, так что я думаю, у меня похожий диагноз.

Джонни понимающе усмехнулся. – Ты только сейчас это понял?

– Что я могу сказать? – Я тяжело вздохнул. – Я медленно учусь.

– Нет, Гибс, – размышлял он. – Ты намного умнее, чем думаешь.

– Очевидно, что нет, – возразил я. – Учитывая, что она встретится с кем-то другим.

– Тогда сделай что-нибудь с этим, – призвал Джонни. – Измени это.

– Изменить что?

– Иди за своей девушкой, Гибс!