Текст книги "Приручить 7-го (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Уолш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 31 страниц)

Да, к черту это. – Моя очередь. – Схватив почти пустую бутылку виски, я неуклюже наполнил свой стакан и поднял его. – Моя мама никогда не ловила меня целующимся со своей девушкой в домике на дереве?

Когда Хью поднес бокал к губам, Кэти в замешательстве покачала головой. – Шинейд никогда не заставала нас в домике на дереве, Хью.

Получай, ублюдок.

С виноватым выражением на лице Хью опрокинул в горло порцию виски, заставив свою девушку прошептать слово “О”.

– Моя очередь. – Разъяренный, Хью использовал последнюю каплю из бутылки, чтобы наполнить свой бокал, явно кипя от злости. – Я никогда не трахал женщину старше.

Я посмотрел на него в ответ, также кипя от злости.

– Выпей, Гибс, – выпалил он.

– Ничего не поделаешь, парень.

– Это правдивая игра.

– Я знаю, – невозмутимо ответил я.

– Тогда сделай гребаный выстрел.

Моя челюсть сжалась. – Нет.

– Ребята, я думаю, нам нужно остановиться, – снова попыталась Кэти, положив руку на плечо своего парня. – Между вами, ребята, становится слишком напряженно.

– Как насчет того, чтобы я перефразировал вопрос и сказал, что я никогда не засовывал свой член в члена школьной администрации, – настаивал Хью, игнорируя мольбу своей девушки. – До дна, парень.

Не моргая, я поднес стакан к губам, но в последнюю секунду остановился и вместо этого опрокинул его вверх дном, не придав значения, когда виски просочилось на ткань моих спортивных штанов.

– Ты нарушил правила. – Хью скрестил руки на груди. – Мы победили.

Я беспечно пожал плечами. – Как скажешь, парень.

– Вы, ребята, на уборке.

– На два месяца.

– Нет, нет, нет…– Громко зевая, Клэр забралась мне под руку и прижалась теснее. – Спокойной ночи, ребята. Сегодня я не буду убираться.

– Нет…– причитала Кэти, забираясь на диван, чтобы потянуть Клэр за руку. – Не оставляй меня одну, пока эти двое соревнуются в писании.

– Но я пьяна, – полушепотом, наполовину невнятно произнесла Клэр, каким-то образом умудряясь забраться ко мне на колени. – И такая…сонная. – Глубоко вздохнув, она свободно обвила рукой мою шею. – Мм…—Прижавшись щекой к моей груди, она свободной рукой сжала в кулаке мою рубашку, прежде чем прошептать: – Отведи меня в постель, Джерард.

При любых других обстоятельствах, услышав, как она произносит эти слова, я бы испытал трепет. Вместо этого внутри меня поднялась огромная волна вины, настолько сильная, что это отрезвило меня.

– Земля кружится, Джерард, – икнула она. – Мм...не дай мне упасть.

Иисус.

О чем, черт возьми, я думал, позволяя ей пить виски?

– Я держу тебя, Клэр, – уговаривал я, делая сознательное усилие, чтобы чертовски протрезветь, когда встал, забирая ее с собой. – Со мной ты в безопасности, детка.

– Я знаю, – согласилась она с довольным вздохом, все еще не открывая глаз. – Мой лучший друг.

Не обращая внимания на Хью, который все еще свирепо смотрел на меня, я продолжил идти впечатляюще прямой линией, учитывая все обстоятельства, к лестнице.

Я был далек от ответственного выпивохи. Обычно в группе я был другом, о котором нужно было заботиться.

Но сегодня все было по-другому.

Сегодня вечером мне пришлось проявить мужество.

Потому что это была Клэр.

– Почти пришли, – уговаривал я, когда мы достигли верхней площадки. – Еще несколько футов…– я остановился, чтобы пинком распахнуть ее дверь, – и ты сможешь поспать в своей прекрасной теплой постели.

– С тобой.

– Если это то, чего ты хочешь, – ответил я, усаживая ее на край кровати.

– Это то, чего я всегда хочу, – невнятно произнесла она, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Тогда я останусь, – подтвердил я, быстро уводя Херувим и малышей обратно в их собственную корзинку. – Я буду рядом с тобой.

– Хорошо, – икнула она. – Потому что я очень пьяна.

– Да, детка, я знаю. – Утопая в чувстве вины, я вернулся к ней. – С тобой все будет в порядке. – Протянув руку к ее ногам, я осторожно снял с нее угги, прежде чем бросить их в коробку из-под обуви. – Прямо как утренний дождь. – Подойдя к ее туалетному столику, я достал ободок, который, как я знал, она надевала перед сном каждый вечер. – И я приготовлю тебе вкусное хрустящее жаркое.

– Меня сейчас стошнит, – призналась она. – У меня сводит живот.

– Я хорошо переношу рвоту. Просто не капай на меня кровью, и мы в выигрыше, – ответил я, садясь рядом с ней. – Теперь, как нам надеть эту штуку? – Сосредоточившись изо всех сил, я аккуратно надел повязку на голову, как сделала бы она, если бы могла.

– Завяжи её, пожалуйста, – слабым голосом попросила она, тяжело прислоняясь к моему плечу. – На случай, если…– икота вырвалась у нее прежде, чем она смогла закончить, … блевану.

– Ах, черт, Медвежонок-Клэр. – Сняв резинку из толстой ткани с ее запястья, я попытался собрать ее локоны в беспорядочный хвост. – Ты ставишь меня в затруднительное положение.

– Ты всегда мой герой, – наполовину невнятно, наполовину рассмеялась она. – Такой красивый.

Я поднял брови в ответ на комплимент. – Почему бы и нет, спасибо.

– Это правда, – сказала она серьезным тоном, протягивая руку, чтобы провести пальцем по моей щеке. – Ты такой красивый.

– Мне говорили, что во мне есть определенный мальчишеский шарм, который не могут поглотить точеный пресс и сильная линия подбородка.

– И глупый, – невнятно произнесла она. – Супер глупый.

– Я люблю тебя. – Слова слетели с моих губ сами по себе. Выдавив улыбку, я игриво сжал ее щеку, прежде чем добавить: – Мой маленький кролик.

– Что ж, большое тебе спасибо, – она сделала паузу, чтобы икнуть, – моя маленькая обезьянка—картошка.

– Обезьянка-картошка? – Я рассмеялся. – Это все, что ты смогла придумать?

– Да, – она тоже засмеялась, а затем быстро скривилась от того, что выглядело как физическая боль. – О Боже, нет!

– Что? – Спросил я, пораженный внезапной сменой ее настроения. – Что случилось?

– Мне так грустно, Джерард.

Мое сердце, казалось, остановилось и ускорилось одновременно, когда эти слова слетели с ее губ.

– Тебе грустно? – Мгновенно у меня возникло первобытное желание все исправить.

Сделать ее счастливой. – Почему ты грустишь, детка?

– Ох. – Застонав от дискомфорта, она закрыла лицо руками и наклонилась вперед. – Забудь об этом.

– Эй –эй, посмотри на меня, Клэр. – Присев перед ней на корточки, я убрал ее руки и заставил посмотреть на меня. – Поговори со мной.

Ее карие глаза остановились на моих, затуманенные и сфокусированные на долгое мгновение, прежде чем наш взгляд встретился. – Потому что.

– Потому что? – Я уговаривала, все еще держа ее лицо в ладонях.

– Потому что ты не любишь меня должным образом, – прошептала она, наклоняясь навстречу моим прикосновениям. – Так, как мне нужно, чтобы ты любил меня. – Она потянулась и накрыла мои руки своими. – Так, как я люблю тебя.

Если раньше я думал, что мое сердце разбивается, оно, блядь, разбилось у меня в груди, когда я услышал о ее уязвимости.

– Да, – ответил я, грубо прочистив горло. – Я люблю тебя во многих отношениях.

– Тогда почему? – невнятно спросила она. – Почему ты просто не поцелуешь меня?

Потому что я в ужасе. – Клэр.

Прерывисто вздохнув, она наклонилась ближе.

– Не делай этого, – взмолился я, когда ее губы оказались на волосок от моих.

– Чего не делать?

– Знаешь что, – выдавил я, прижимаясь лбом к ее лбу, в то время как моя грудь вздымалась, а тело дрожало от смеси похоти и откровенного гребаного ужаса. – Это все изменит.

– Разве это было бы так уж плохо?

Как я мог объяснить это ей, когда я не мог объяснить это себе? Желание почувствовать привязанность и желание убежать от всего этого на одном дыхании. Черт, может, мама была права, и мне нужно было больше сеансов с Энн, потому что я чертовски уверен, что сегодня вечером ничего не получится.

– Да, – наконец признался я, сердце бешено колотилось в моей груди. – Для тебя.

– Я не могу ждать вечно, Джерард, – прошептала она, в ее голосе слышалась грусть, когда она медленно отодвинулась. – Это слишком больно.

Боль.

В этот момент она было повсюду.

– Я знаю, – заставил я себя сказать, в то время как мое сердце кричало ее сердцу, чтобы она продержалась еще немного.

ВСЕ НА РАБОЧЕЙ ЛЕСТНИЦЕ ИАКОВА

Клэр

– Я все еще жду, ребята, – напевала я, ставя на стол три одноразовых стаканчика горячего шоколада и присоединяясь к своим друзьям за столиком, который им удалось занять в нашем любимом кафе на следующий день. – Скажи мне, что ты мной супер гордишься.

– Супер? – Лиззи закатила глаза и потянулась за своей кружкой. – Кто мы? Тебе снова пять лет, Клэр?

– Нет, нам всем сладкие шестнадцать, и нас никогда не целовали, – прощебетала я в ответ, чувствуя себя лучше, чем заслуживала, учитывая вчерашние выходки. Очевидно, у меня был желудок лошади и иммунитет полубога. Кто страдал от похмелья?

– Говори за себя, – фыркнула в ответ моя сухоумная подруга. – Разве это не так, Шэн?

– Лиз, – Шэннон подавила смешок. – Не будь плохой.

– Хорошо, – протянула я. – Позволь мне перефразировать это так: – Мне сладкие шестнадцать, и меня никогда не целовали. – Вы двое – современные женщины мира, которых все полюбили и выдали замуж за ваших парней из регби.

Шэннон просияла, в то время как Лиззи уставилась на меня в ужасе. – Во-первых, мне ближе к семнадцати, чем вам обоим. И, во-вторых, я бы предпочла посрать в ладоши и похлопать в ладоши, чем выйти за кого-либо замуж, – невозмутимо ответила она. – Тем более за Пирса.

– Что? – У меня отвисла челюсть. – Ты только сегодня утром прислала сообщение, что вы помирились.

Она неопределенно пожала плечами. – Я сказала слишком рано.

– Бедный Пирс, – задумчиво произнесла Шэннон. – Ты ему действительно нравишься, Лиз.

– О, пожалуйста, Шэн. Ему действительно нравятся мои сиськи.

– Лиззи! – взвизгнула она, прикрывая рот рукой, чтобы сдержать вырвавшийся у нее смешок.

– Что? – Лиззи неопределенно пожала плечами. – Это правда. А что касается вас, мисс сладкие шестнадцать, – она сделала паузу, чтобы ткнуть в меня пальцем, – тебя целовали. – Подмигнув, она добавила: – Дважды.

– О, да. – Глаза Шэннон загорелись. – Джейми Келлехер на школьной дискотеке на втором курсе, не так ли?

– Тьфу. Не напоминай мне, – простонала я, закрыв голову руками. – Это было ужасное испытание, я бы скорее отпилила себе руку, чем повторила.

– И не забудь Тора, – добавила Лиззи с выражением отвращения. – Он был первым. Клэр позволила этому подонку прикоснуться к ней ртом во время игры в бутылочку задолго до того, как появился Джейми.

– Эй, – сказали мы с Шэннон в унисон, – он не подонок.

– Нет, он просто родственник одного, – ядовито парировала Лиззи.

Я предупреждающе прищурила глаза. – Лиз.

– Что заставляет меня гадать о нем.

– Боже мой, ты как заезженная пластинка!

– Ладно, ладно, давайте сменим тему, ребята, – быстро вставила Шэн, прежде чем последовал еще один полномасштабный спор. В конце концов, это было не в первый раз.

В последнее время настроение Лиззи было, мягко говоря, неспокойным, в то время как мое терпение из-за ее плохого отношения было на исходе.

Когда я попыталась поговорить с ней о порезе на ее ноге, она чуть не снесла мне голову. Когда я сказала ей, что собираюсь поговорить с ее матерью, она взбесилась еще больше. Затем, после того, как неделю холодно относилась ко мне, Лиз недвусмысленно сказала мне, чтобы я не совала свой нос в ее дела, если ценю нашу дружбу.

По-видимому, Шэннон не возражала затронуть эту тему, потому что она не получила такого ответа, когда попыталась.

Я поняла, что у нее были проблемы с Джерардом, но это были совершенно иррациональные и необоснованные проблемы, которые у меня, честно говоря, было достаточно оправданий. Я тоже устала от того, что на меня давили. Я всегда была боксерской грушей. Никогда не Шэннон.

– Я очень горжусь тобой, – сказала Шэннон, улыбаясь мне через стол. – За то, что получила эту работу. Это потрясающие новости, Клэр.

– Спасибо, чика. – Я просияла, на мгновение успокоившись, когда волна гордости прокатилась по мне. Когда время шло, а я не получала ответа от босса Хью, я предположила, что мне не повезло. Однако сегодня утром позвонила Ким и сказала, что я могу начать во время промежуточных каникул. Это были небольшие деньги, и смены были каждые вторые выходные, но это было начало. – Ты официально продвигаешься по служебной лестнице.

– Любезно предоставлено братом нашей девочки, – напомнила мне Лиззи, прежде чем сделать глоток горячего шоколада. – Хью всегда выручает тебя.

– И что? – Я рубанула рукой по воздуху, отказываясь позволить ей втянуть меня в очередной спор. – Для этого и существуют старшие братья.

– Шинейд будет в восторге, – предложила Шэннон, переводя внимание с моего лица на телефон, на который она незаметно поглядывала из-под стола. Неизвестно, какой именно регбист отправлял ей подлые сообщения сексуального характера. Номер тринадцатый. Кхе-кхе. – Она хотела, чтобы ты нашла работу с самого твоего дня рождения, не так ли?

– О да, она мучает меня с августа. – Я кивнула в подтверждение. – Мама всегда очень серьезно относилась к тому, чтобы мы с Хью прокладывали свой собственный путь в жизни. Она такая: «Только потому, что вам двоим повезло, что вам не нужно работать, пока вы не закончите школу, это не значит, что вам не следует. – Я сделала глоток шоколадного «goodness» , прежде чем продолжить: – Хью тоже нашел работу, как только ему исполнилось шестнадцать.

– И тоже спасатель, верно?

– Угу. – Я нетерпеливо кивнула. – Мы оба полностью обучены и квалифицированы.

– Вау. – Шэннон откинулась на спинку стула с впечатленным выражением лица. – Я знала, что ты была волонтером в бассейне, но я не знала, что ты действительно квалифицированный спасатель.

– Да, я прошла тест на следующий день после своего дня рождения.

– Вау.

– Ага. – Я пожала плечами и подмигнула ей. – В некоторых семьях производят метателей.

– И некоторые производят пловцов, – добавила она с улыбкой.

– Это из-за того, что случилось, когда они были детьми, – сказала Лиззи, не отрывая взгляда от края своей кружки. – Из-за того, что случилось с ним.

– Гибси и его семья? – Мягко спросила Шэннон.

Лиззи натянуто кивнула, но, к счастью, у нее хватило такта не отпустить ехидный комментарий в этот момент.

– Это был день его первого причастия, не так ли? – Голубые глаза Шэннон расширились. – Вы, ребята, все были там?

– Не я, – ответила Лиззи. – Клэр и Хью были.

– После этого мама сразу отправила нас на уроки плавания, – объяснила я, чувствуя, как знакомая волна грусти тяжело ложится на мои плечи при воспоминании об этом. – Папа потрясающий пловец, и мама сама не так уж плоха, но она хотела подготовить нас. – Подавив дрожь, я заправила локон за ухо и улыбнулась им обоим через стол. – Это необходимый жизненный навык, и это похоже на отдачу, понимаете?

– И поэтому ты работаешь волонтером в общественном бассейне?

Я пожала плечами. – Не каждая семья может позволить себе отправлять своих детей на уроки плавания, – объяснила я. – Это дорого, и вы были бы в ужасе, если бы знали статистику случайных утоплений в Ирландии.

– Ну, мы действительно живем на острове.

– Вот почему правительству действительно нужно что-то с этим сделать, – настаивала я, барабаня пальцами по столу во время выступления. – Плавание должно стать обязательным курсом в начальных школах по всей стране. Я имею в виду, алгебра не спасет вашу жизнь, но плавание брассом может. Я писала в департамент образования об этом с четвертого класса, но так и не получила достойного ответа, – добавила я, неодобрительно сморщив нос. – Обычная болтовня типа «это на усмотрение каждой отдельной школы», которой они пичкают меня целую вечность.

– Я горжусь тобой за это, – вставила Лиззи, протягивая руку через стол, чтобы накрыть мою. – Ты, должно быть, написала не менее семидесяти писем с четвертого класса. – Улыбнувшись, она добавила: – Твое упорство достойно восхищения.

– Спасибо, Лиз, – ответила я, нежно сжимая ее руку, забыв о прежнем напряжении, когда мимолетный взгляд на девушку, с которой я выросла, просиял сквозь темное облако, которое сопровождало ее повсюду.

Именно в этот момент стеклянная дверь кофейни распахнулась, и в комнату вошло знакомое лицо.

– Привет, незнакомец! – Я помахала рукой, когда лучший друг моего брата окинул окрестности своим обычным задумчивым взглядом голубых глаз, прежде чем просканировать наш столик и направиться к нам. – У меня такое чувство, что мы не видели тебя целую вечность.

– Ты видела меня вчера в школе, – ответил он с улыбкой.

– Но ты в последнее время не был у нас дома.

– Да, извините за это. На ферме было безумие, – объяснил Патрик. Он выглядел до смешного сексуально для мальчика, одетого в резиновые сапоги, выцветшие синие джинсы и старую, наполовину порванную белую футболку. А верхняя рубашка в складку винного цвета в деревенском стиле, которая была на нем, была идеальной глазурью на очень вкусном торте. У него были темные волосы, застенчивые улыбки, загорелая кожа и проникновенные голубые глаза. Идеальный рецепт подросткового горя. – Привет, Шэн. Лиз.

– Привет, Фели.

– Патрик.

– Ты хорошо выглядишь, Па, – решила я сказать ему, озорно поводя бровями. – Супер красавчик.

– Иисус. – Лиззи закатила глаза. – Опять со словом «супер», Клэр?

– Что? – Я подняла руки вверх. – Это так.

Я была не единственной, кто заметила это. Несколько девушек за другими столиками, разбросанными по всему кафе, повернули головы в его сторону. Черт возьми, даже Лиззи смотрела.

– Спасибо, – хихикнул он с застенчивой улыбкой, залезая в задний карман за бумажником. – Хотите что-нибудь с прилавка, девочки?

– Не, у нас все хорошо, – ответила я за всех нас, а затем с удивлением наблюдала, как Лиззи провожала его взглядом всю дорогу до прилавка.

О, да, она определенно смотрела на Патрика.

Единственной, кого не смутил его сексуальный наряд мальчика-конюха, была Шэннон, которая была слишком занята, краснея, глядя на экран своего телефона, чтобы взглянуть на него еще раз.

– Он действительно хорошо выглядит, – предположила Лиззи, наконец снова обратив свое внимание к нам. – Он воздаст должное Гомес Аддамс в следующую субботу вечером.

– Боже мой, Лиз! – взвизгнула я, не в силах удержаться от того, чтобы не подпрыгнуть на стуле. – Тебе нравится Патрик. – Хлопая в ладоши от неподдельной радости, я повернулась на своем сиденье, чтобы получше рассмотреть, насколько хороша его задница в этих джинсах. – Да, девочка, да! Я одобряю обновление.

Лиззи уставилась на меня. – О чем ты говоришь?

– И ты заметила, что от него даже не плохо пахло? – Поспешила добавить я, теперь по-настоящему ликуя. – Он весь день работал на ферме, и от его резиновых сапог не пахнет коровьим пометом. Только свежескошенный силос и немного бензина. – Ухмыльнувшись, я добавила: – Он хранитель ¹³, Лиз. Па потрясающий. Намного лучше Пирса, если хочешь знать мое мнение. – Я с отвращением сморщила нос, когда добавила: – И держу пари, что он также не лишает девушек девственности заднее сиденье своей машины на территории GAA.

– Тебе нравится Фели, Лиз? – Спросила Шэннон с широко раскрытыми глазами, когда, наконец, решила отложить телефон и уделить нам свое внимание. – Как я могла этого не знать?

– Ах, может быть, потому, что это неправда, – невозмутимо ответила Лиззи. – Я заметила, что он хорошо выглядит, и теперь Клэр планирует свадебную вечеринку.

– Значит, он тебе не нравится? – Шэннон спросила в замешательстве.

– Нет, он мне действительно нравится, – начала она, но я прервал ее восторженным «Ура», прежде чем она смогла продолжить, – Это лучшая новость на свете!

– Как друг, – медленно пояснила Лиззи. Она повернулась к Шэннон и повторила слова: – Как друг.

– О. – Надо отдать ей должное, Шэн выглядела почти такой же разочарованной, как и я.

– Ну, он действительно хороший человек, – сказала она с надеждой в голосе. – И нежный, и добрый…

– И идеальный для тебя! – Я добавила свои два цента и добавила – опять же, может быть, немного чересчур восторженно.

– Господи, скажи еще громче, Клэр, – прорычала Лиз. – Не думаю, что старые подружки за столиком в углу тебя услышали.

– Извини, – ответила я, застенчиво поморщившись. – Но все, что я пытаюсь сказать, это то, что я думаю, вы двое идеально подошли бы друг другу.

– О Боже. – Лиззи повернулась к Шэннон. – Ты не можешь что-нибудь с ней сделать?

– Например, что? – Шэннон рассмеялась.

– Я серьезно, – продолжала я отстаивать свою правоту. – У вас с Патриком столько смысла. – Я была почти разочарована в себе из-за того, что не подумала о них раньше, но теперь, когда подумала, я не могла выбросить эту идею из головы. – Он – идеальное успокоение для твоей бури!

– Надень на нее намордник или что-то в этом роде, – сказала Лиззи, полностью игнорируя меня.

– Неважно. – Я закатила глаза. – Вы двое идеально подходите друг другу, но не верьте мне на слово.

– Кто идеально подходит друг другу? – Спросил Патрик, усаживаясь на скамейку рядом с Шэннон. – Или мне безопаснее не знать?

– Э-э…это определенно один из тех сценариев, о которых лучше не знать, – ответила Шэн, подвинувшись на скамейке и сделав еще один глоток горячего шоколада.

– Эйй…Патрик? – Улыбаясь, я перегнулась через стол, уделяя ему все свое внимание.

– Эйй…Клэр, – растягивая слова, он потешил меня, открыл банку апельсиновой шипучки и сделал глоток.

– Ты с кем-нибудь встречаешься в данный момент?

– Встречаюсь с кем-нибудь?

– Да. – Я нетерпеливо кивнула. – Как подружка или что-то в этом роде.

– О Боже, – выдохнула Шэн, прежде чем практически нырнуть за своей кружкой.

Патрик долго тупо смотрел на меня, прежде чем выгнуть бровь. – Что ты задумал, Малышка Биггс?

– Не обращай на нее внимания, – прорычала Лиззи, а затем с силой пнула меня под столом. – Сегодня утром она не принимала лекарства.

– Вообще-то, да, – парировала я, а затем добавила: – Я ежедневно принимаю поливитамины, для пояснения.

– Жаль, что это был не валиум, – проворчала Лиззи. – Или очень сильный транквилизатор.

– Я тоже, – вставила Шэннон. – Принимаю мультивитамины. Хотя я принимаю, типа, три разных препарата. Эдель покупает тонну товаров для здоровья для меня и мальчиков. – Застенчиво улыбнувшись, она добавила: – Наверное, мне не хватило нескольких витаминов.

Было прекрасно видеть, наконец-то знать, что моя подруга получает материнскую любовь, которую она всегда заслуживала. Потому что, честно говоря, никто не заслуживал лучшей жизни, чем Шэннон Линч и ее братья.

– Больше нет, – покровительственно ответила Лиззи, ободряюще улыбнувшись нашей подруге. Да, можно с уверенностью сказать, что вся наша группа дружбы более чем немного защищала ее. – Теперь ты надираешь задницы, Шэн.

– Да. – Ее щеки вспыхнули. – Я такая.

– Итак, для кого еще выпьем? – Затем Лиззи спросила, указывая на лишнюю банку шипучего апельсина на столе. – Или ты изнываешь от жажды?

Патрик открыл рот, чтобы ответить, когда дверь кафе распахнулась.

– Гибси! – сказала Шэннон с широкой улыбкой на лице, в то время как Лиззи проглотила слово «Тор», как будто оно было ядом у нее на языке.

– Самое время, – сказал Патрик, постукивая по своим часам. – А что случилось с «Я припаркуюсь и сразу за тобой приеду»?

– Не вини меня, парень, в этом городе чертовски сумасшедшее движение, – заявил Джерард, занимая всю комнату своим невероятным присутствием. – Я кружил в поисках места для парковки с тех пор, как ушел от тебя.

На нем были выцветшие синие джинсы и белая футболка, которая облегала его тело, подчеркивая впечатляющие бицепсы, на которые он потратил большую часть своих подростковых лет.

– Жаль, что ты не исчез с лица земли, – сказала Лиззи, привлекая мое внимание, и я внутренне застонала. Ну вот, опять.

– Даже не начинай со мной, гадюка, – предупредил Джерард, подходя к нашему столику. – У меня был очень напряженный день, и я не в форме для твоих выходок.

– Мудак, ты не представляешь, что такое напряженный день, – возразила она. – Хотя, ты мог бы сделать мой день намного лучше, исчезнув.

– Это правда? – Джерард ответил, широко раскрыв глаза и сочась сарказмом. – Ну, в таком случае, я лучше придвину стул и устроюсь поудобнее.

Лиззи прищурилась, глядя на него. – Падай замертво.

– Ты первая, – парировал Джерард, прежде чем протянуть руку и нежно взъерошить волосы Шэннон. – Выше голову, Малышка Шэннон. – Ободряюще подмигнул ей. – Все в порядке.

– Эй, Гибс, – ответила Шэннон, явно смущенная вспышкой Лиззи.

Было не очень приятно находиться в том месте, где она сорвалась на нем, но это больше не заставляло меня чувствовать себя неловко.

Просто устала.

Неуверенно переводя взгляд с одной пары на другую, Шэннон перевела взгляд с Лиззи на Джерарда, прежде чем спросить: – С … тобой все в порядке?

– Со мной всегда все в порядке, – тепло ответил он, а затем одарил меня своей мегаваттной улыбкой, от которой каждая косточка в моем теле превратилась в желе. – Медвежонок– Клэр.

– Привет, Джерард, – ответила я, отчаянно пытаясь казаться беспечной, хотя каждое нервное окончание в моем теле ожило, когда он скользнул на скамейку рядом со мной.

Большая часть прошлой ночи прошла как в тумане, но когда я проснулась в его объятиях этим утром, все было по-другому.

Глубже.

– У тебя все в порядке? – Игнорируя остальных наших друзей, Джерард оперся локтем о стол и наклонился ко мне, уделяя мне все свое внимание. – Как голова?

Иногда было трудно понять, на чьей я стороне с Джерардом, потому что иногда я не была уверена, какую версию Джерарда я получаю.

Когда мы оставались ночью наедине, появлялся ранимый мальчик, которого я обожала всю свою жизнь. Когда мы были с друзьями, доминирующей становилась уверенная в себе, беспринципная версия его. И эта конкретная версия, какой бы приводящей в бешенство порой, была бесспорно сексуальной. Нравится серьезно горячо.

– Я чувствую себя великолепно, – ответила я, чувствуя, что таю под жаром его взгляда. С этим ничего нельзя было поделать. Было невозможно не паникнуть, когда парень так пристально смотрел тебе в глаза. – Лучше не бывает.

– Итак, у нас все в порядке? – спросил он, не сводя с меня своих больших серых глаз.

Когда он протянул руку и заправил непослушный локон мне за ухо, клянусь, с моих губ сорвался слышимый вздох, который, я должна была неохотно признать, был не таким смущающим, как стон.

И были моменты, когда я стонала.

Много раз.

– А? – Спросила я, отрываясь от своих мыслей, когда поняла, что он явно ждет, когда я заговорю. – Почему у нас не должно быть все в порядке?

– Ты мне скажи.

– Понятия не имею, – выдохнула я, подавляя дрожь.

– Тогда ладно. – Легкая улыбка тронула его губы. – Это все, что мне нужно было знать.

Сбитая с толку тем, к чему велся разговор, я выпалила первое, что пришло в голову. – У меня есть работа!

– Работа?

– Ага. – Обретя самообладание, я откашлялась и улыбнулась. – Помнишь то интервью, на которое я ходила летом? То, на которое мы с Хью работали спасателем в отеле неполный рабочий день? Что ж, его босс звонил сегодня утром. Пожав плечами, я сделала еще один прерывистый вдох и выдавила улыбку. – Она наняла меня.

– Правда? – Улыбка, которой щеголял Джерард, выросла до эпических размеров. – Черт возьми, да, моя русалочка!

– Да, – выдохнула я ему в грудь, когда он притянул меня в крепкие медвежьи объятия. Не в силах остановиться, я глубоко вдохнула, наполняя свои чувства его восхитительным фирменным ароматом. Мне было все равно, жутко это или нет. От мальчика вкусно пахло. – Я начинаю во время промежуточных каникул.

– Ты потрясающая, – усмехнулся он, отстраняясь, чтобы посмотреть на меня. – Ты слышишь меня, Медвежонок-Клэр? – Обхватив мои щеки своими большими ладонями, он наклонился ближе и прижался своим лбом к моему, в то время как возбуждение и гордость танцевали в его глазах. – Я так чертовски горжусь тобой.

– О, давай, – выдавила Лиззи с другого конца стола. – Она устроилась на неполный рабочий день, Тор, она не стала партнером в юридической фирме. Немного ясности, пожалуйста.

– Это большое дело, – возразил Джерард, заглатывая ее наживку, и повернулся лицом к остальным нашим друзьям. – На самом деле, это чертовски важное дело.

– Конечно, это так.

– Просто оставь это в покое, – спокойно наставлял Патрик, крутя металлическую крышку на своей банке взад-вперед. – Если вы двое не можете быть вежливыми друг с другом, тогда сделайте всем нам одолжение и игнорируйте друг друга.

– Что? – Лиззи запротестовала, защищаясь. – Он ведет себя так, словно она выиграла в лотерею.

– И это тебя бесит, потому что? – Требовательно спросил Джерард. – В чем твоя проблема, гадюка? Почему ты не можешь порадоваться за нее?

– Джерард, – прорычала я, ткнув его кулаком в ребра. – Не называй ее так.

– Я рада за Клэр, – выпалила Лиззи. – Но ты разыгрываешь полномасштабный спектакль в надежде залезть к ней в трусики. Это чушь собачья, и я раскусила тебя, придурок.

– Ты бредишь.

– А ты бесполезный придурок.

– Вообще-то, у меня есть работа, так что я не совсем бесполезен.

– Ага. – Она фыркнула. – Жалкая должность в пекарне твоей мамочки.

– Где твоя работа, Лиз? – Требовательно спросил Джерард. – Ха? Какого хрена ты делаешь со своей жизнью?

– Вообще-то, мы были няньками, – предложила Шэннон, явно пытаясь разрядить обстановку.

– Няня? – Джерард выгнул бровь. – Вместе?

– Э-э, да, – объяснила Шэннон, и ее щеки ярко порозовели. – Это небольшое деловое предприятие, над которым мы начали работать летом. – Улыбаясь, она добавила: – Оно действительно начинает набирать обороты.

– У тебя с этим проблемы, Тор? – Быстро спросила Лиззи, свирепо глядя на него.

– С Шэннон в качестве няни? – Он покачал головой. – Ни одной. Она идеально подходит для этой роли.

– Значит, у тебя проблемы только со мной?

– Только с тобой.

– Ребята, – простонала Шэннон, кладя свою руку на руку Лиззи. – Пожалуйста, не надо.

– Потрудитесь уточнить.

Он откинулся на спинку сиденья и скрестил свои большие руки на груди. – Я бы не оставил тебя на попечение о моем ежике, не говоря уже о ребенке.

– Потому что?

– Я хорошо разбираюсь в людях.

– И что это значит?

– Именно это и значит,

– Итак, ты думаешь, я не способна присмотреть за ребенком?

– Да.

– Если я правильно помню, моя сестра ужасно много нянчилась с тобой, когда мы были детьми.

– Спасибо за путешествие по полосе воспоминаний.

– И тебе нравилось, когда она нянчилась с тобой.

– Да?

– Боже мой, ребята! – Я огрызнулась, в отчаянии всплеснув руками. – Просто прекратите это, ладно?

– Прекрати это, – огрызнулась Лиззи, встретив мой взгляд еще более сердитым своим. – Прекрати позволять этому мудаку ходить по тебе.

– Это не так, – простонала я, умоляя ее глазами услышать меня.

– Да, так!

– Во имя Христа, о чем ты говоришь? – Джерард огрызнулся, проведя рукой по волосам. – Я поздравил нашу подругу с получением ее первой работы. Да, наша подруга. В прошлый раз, когда я проверял, это не было методом соблазнения. Но ты все равно каким-то образом умудряешься выходить из-под контроля!