Текст книги "Практика и теория жертвоприношений (СИ)"

Автор книги: Галина Романова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 30 страниц)

– Вот гадство,  – высказался Янко.  – За что?

– Α студиозус фон Майнц будет составлять отчет для господ дознавателей от Инквизиции,  – не поднимая головы от журнала,  уточнил декан.  – Так что он пусть хорошенько подумает,  что и как писать.  В двух экземплярах!

– В трех,  – вспомнил юноша.  – Еще маэстро Кривоус просил один экземпляр…

На него со всех сторон обратились сочувственные взгляды.  Вальтер лишь подавил вздох и первым потянулся к бумаге и чернильнице.

Два часа спустя он вышел из главного корпуса,  сжимая в руке свернутый в трубочку пергамент.  Εго,  конечно,  можно было отправить и с помощью магической почты,  но магистр Вагнер почему-то отказался задействовать ее ради такой «мелочи» и отослал студента самолично отнести отчет адресату.  Что ж,  юноша не имел ничего против прогулки по городу.  Погода стояла тихая, теплая, и так приятно было размять ноги и пройтись по улицам столицы,  мечтая о своем.  Все было замечательно.  Долгое приключение подошло к концу,  будущее начало проясняться.  Даже личная жизнь стала налаживаться.

Подойдя к воротам,  юноша заметил,  что на обочине дороги с той стороны ожидает кого-то знакомая карета.  Собственно,  одного взгляда на нее было достаточно,  чтобы все понять.  И теплый ласковый летний денек заиграл новыми красками.

Это была карета его матери.

– Ваше сиятельство! – стоило юноше миновать дежурных,  как из ее недр выбрался управляющий.  – Наконец-то! Я ожидаю вас тут больше трех часов! Вас изволил задержать ваш наставник?

– Да.  Я составлял отчет и…

– Госпожа графиня,  ваша матушка,  будет очень сердиться,  – перебив собеседника,  управляющий буквально затолкал его в карету.  – Οна приказывала доставить вас к ней немедленно.  Он не имел права вас задерживать так надолго.  Ну,  четверть часа,  ну полчаса.  Но не целых три! Что он о себе возомнил? Всего-навсего учитель! Еcли каждый слуга будет вести себя,  как первое лицо в государстве…Трогай!

Кучер прищелкнул кнутом.  Лошади с неким усилием тронулись с места и пошли,  постепенно набирая ход.

– Магистр Вагнер – не слуга,  – уточнил Вальтер,  устраиваясь поудобнее на мягких подушках.  – Он магистр некромантии и по материнской линии приходится родственником наследнику престола.  Его двоюродная сестра – невеста принца и…

– Это,  конечно,  меняет дело,  – обиделся управляющий,  – но все равно иногда надо напоминать этим людям их место.  Образование входит в сферу услуг.  Услуг,  понимаете,  ваше сиятельство! Вы могли потребовать должного к себе отношения! Как-никак,  вы…

– Как-никак,  я студент и прохожу практику! – в свой черед перебил Вальтер.  – И прекрасно знаю свое место.  А вот вы…

– Простите,  – управляющий мигом склонил голову.  – Я забылся,  ваше сиятельство.  Но все-таки госпожа графиня будет очень недовольна,  что ей пришлось вас столько времени ждать!

– А что,  дома что-то случилось? – юноша выглянул в окно.  Карета ровной рысцой проезжала по улицам города.  – Все в порядке?

– Все ваши родственники живы и здоровы,  хвала Живе*! – управляющий быстро достал из-за пазухи амулет и поцеловал его.  – Просто у вашей матушки есть кое-какие планы относительно вас.  И она желает добиться вашего содействия в плане их осуществления.

(*Жива – богиня жизни,  покровительница здоровья,  как душевного,  так и физического.  Прим.  авт. )

– Вот как? – нахмурился Вальтер.  В душе шевельнулось недоброе предчувствие.  – Но у меня есть дела.  Вот эти отчеты я должен отправить по двум адресам,  – он показал надписи на свитках.  – Один экземпляр в ратушу,  главе гильдии некромантов маэстро Людмилу Кривоусу в собственные руки.  А второй в монастырь Инквизиции.

Управляющий побледнел.

– В Инк-квизицию? – заикнулся он.

– В Школу инквизиции,  – уточнил Вальтер.  – Это очень срочно.  И крайне важно!

– Но ваша матушка…

– Она подождет еще немного.  В крайнем случае,  я сам объясню ей задержку.  Скажем,  что меня срочно вызвали к следователю для дачи показаний.

Управляющий побледнел,  несмотря на духоту в карете,  а может и благодаря ей.  Он откинулся на спинку сидения,  принялся отчаянно обмахиваться платком.

– На Монастырскую улицу! К Школе инквизиторов! – взял инициативу в свои руки Вальтер,  позвонив в колокольчик,  чтобы привлечь внимание кучера.

Школа инквизиторов была основана практически в то же время,  что и университет некромагии.  Только когда-то университет был сперва колледжем,  а потом институтом,  относительно недавно став университетом,  а вот Школа инквизиторов всегда была только школой,  хотя ей официально в свое время присвоили статус академии.  По иронии судьбы располагалась она не так уж далеко от университета – практически через улицу.  Напрямик можно было дойти всего за несколько минут.  Но карета графини фон Майнц с самого начала покатилась в противоположную сторону,  так что сейчаc кучер привез Вальтера кружным путем.

– Ваше сиятельство! – трепетал и чуть не плакал управляющий.  – Ну,  зачем вам непременно надо туда идти? Отдадите свое донесение какому-нибудь монастырскому служке,  он все передаст! Зачем вам идти туда? Там же инквизиторы! Они…

– Они такие же слуги закона,  как и я,  – отмахнулся Вальтер,  хотя ему самому было как-то неловко.  Уж слишком натянутыми были отношения между некромантами и инквизиторами.  Последние не скрывали,  что ведут и всегда вели борьбу с первыми.  Менялись только методы,  но не конечная цель,  а именно искоренение «колдовской ереси».  И,  поскольку на войне все средства хороши,  не могли ли его,  Вальтера, тоже использовать в своих целях? Это ведь так удобно! Некий некромант «сбился с пути истинного» и нарушил закон,  решив передать свои знания постороннему.  При этом он свои преступления попытался свалить не на кого-нибудь,  а на представителя герцогского рода,  приближенного к императору.  Что,  если это заговор против его величества? Что,  если он подрывает основы и расшатывает устои? Из этого дела можно скомпоновать целую попытку государственного переворота,  затеянного некромантами.  И объявить их вне закона.  Ему самому,  как представителю рода фон Майнцев,  да еще и пострадавшему от «еретических козней»,  ничего не грозит,  но что придется пережить остальным некромантам,  ведьмакам,  алхимикам,  ведунам…Что делать им? Не роет ли Вальтер могилу всей колдовской науке? И не поздно ли все исправить?

«Поздно!» – сказал сам себе юноша,  когда привратник,  услышав его имя,  распахнул перед ним калитку.

ГЛАВА 4

Внутри Школа инквизиторов совершенно не походила на учебное заведение – скорее,  на военный лагерь.  Тут было мало растительности – только на лужайках тут и там росли ровные подстриженные ряды декоративного кустарника.  Широкая аллея, такая,  что на ней,  кажется,  могли спокойно разъехаться две кареты,  вела вглубь территории,  к нескольким серым массивным зданиям старинной архитектуры.  Среди них выделялись собор,  возвышавшийся над всеми прочими и единственное современное здание.  Учебный корпус,  как значилось над главным входом.  Остальные – каменные,  приземистые,  иногда нарочито массивные и лишенные декора и индивидуальности – наводили на мысль о монастыре.  Земля была присыпана мелкой щебенкой пополам с песком,  чтобы исключить появление растительности,  но какая-то упрямая трава все же лезла наперекор всему.  Для Вальтера эти ползучие побеги внезапно послужили как символ того,  что все может закончиться хорошо, и он поднялся по широким ступеням главного корпуса в приподнятом настроении.

Однако внутри здания его эйфория слегка поутихла.  В холле царил прохладный полумрак – узкие забранные решетками окна давали слишком мало света,  а толстые стены отбирали тепло,  не давая ему проникнуть внутрь.

«Теперь понятно,  почему инквизиторы даже летом ходят в длинных мантиях,  да ещё сверху набрасывают накидки! – подумал юноша.  – Тут поневоле закоченеешь!»

Зашуршали шаги.

– Приветствую вас,  – издалека начал подходивший монах.  – Что привело вас в эти стены?..

«И кто вообще пустил штатского на нашу территорию? – читалось в его глазах и недовольном голосе.  – Боги,  – недовольство во взгляде сменилось ужасом,  – это же некромант!»

Вальтер невольно усмехнулся и одновременно насторожился.  Он,  конечно,  не умел читать мысли,  но тут и читать ничего было не надо – и так понятно все,  кроме главного: почему инквизиторы так боятся своих противников? Страхом войну не выиграть.

– Меня приглашал пра Бежич,  – сказал он.  Подумал и добавил: – Для дачи показаний по Старгородскому делу.  Конечно,  мы договаривались не на этот конкретный день,  просто меня попросили составить предварительный отчет и отнести его как можно скорее… дабы…м-м… дабы уточнить сроки нашего собеседования.

– Пра Бежич? – переспросил монах и задумался.  Казалось,  он первый раз слышит это имя.  – Подождите минуту! Никуда не уходите и не вздумайте ничего предпринимать! Иначе против вас будут приняты соответствующие меры воздействия…

Последнюю фразу он договаривал уже на ходу, так что слова про эти самые меры прозвучали уже с лестницы,  ведущей куда-то вниз.  Подвалы.  Ну,  конечно, тут тоже были подвалы.  Интересно,  а что в них? Лаборатории или допросные камеры? И что делать,  если его пригласят туда? Спускаться в подземелье,  которое наверняка звуконепроницаемое,  или…

«Глупости,  – сказал сам себе Вальтер.  – На территории главного корпуса не может быть подземной тюрьмы.  Она наверняка в другом здании!» Но все равно было неуютно.  Школа казалась пустой.  Он припомнил,  что,  кроме привратника и дежурного монаха заметил всего пять или шесть человек.  Кто-то торопливо проходил мимо по своим делам,  кто-то копался на газонах,  пропалывая траву от сорняков.  И больше никого.  Где все? В аудиториях? В соборе на молитве?

Οпять шаги.

На сей раз монах явился не один.  С ним вместе шагал один из инквизиторов.  Алая мантия изобличала его высший ранг.  Во всяком случае,  Вальтер так думал.

– Фон Майнц? – обратился к нему пришедший.  – Следуйте за мной!

– Но… с кем имею честь разговаривать? Пра Бежич? – заколебался студент.

– Пра Бежич занят.  Он просил меня побеседовать с вами и принять у вас отчет.  Вы ведь отчет принесли? – инквизитор взглядом указал на пергаменты в руке гостя.

– Да.  Но второй экземпляр должен быть как можно скорее доставлен главе гильдии некромантов маэстро темной магии Людмилу Кривоусу.  У меня назначена встреча,  на которую я не хотел бы опаздывать.  Он предупрежден и ожидает меня с минуты на минуту,  – нашелся юноша.

– Вот как? – инквизитор посмотрел на него очень внимательно,  словно пытался запомнить.  – И на какой час назначена встреча?

Вальтер прикинул время и расстояние.

– Через час после полудня.

– Вы будете в ратуше к этому времени.  Если и опоздаете, то ненамного.  Прошу! Нам вниз.

Вальтер струхнул.  Не то,  чтобы он всерьез опасался ареста – сейчас не мрачное Средневековье,  людей просто так на улице не хватают и не тащат в тюрьму по доносу соседей! – просто вдруг понял,  что не хочет знать,  что там находится.  Добро бы лаборатории,  а вдруг действительно пыточные подвалы? Чему тут учат,  в этой школе инквизиторов?

Однако сопротивляться не стал и осторожно стал спускаться вслед за своим провожатым.

В подвале было холодно,  но не темно – на стенах через равные промежутки были закреплены светильники,  озарявшие своды живым золотым огнем.  Пахло камнем,  дымом,  ароматическими маслами и почему-то кошатиной.  «М-да,  магистру Вагнеру тут точно бы не понравилось»,  – подумал Вальтер,  шагая по узкому коридору.  Словно услышав его мысли,  из боковой ниши выбрался здоровенный серо-полосатый котяра,  тащивший в пасти не менее здоровенную крысу.  Он держал убиенного зверя за шею,  а задние лапы и хвост твари волочились по полу.  Юношу передернуло – крысы,  с которыми он немного успел «познакомиться» в Старгородской тюрьме,  были гораздо меньше.  И симпатичнее.

– Где?

Юноша вздрогнул от неожиданности.  Инквизитор задал вопрос… коту!

– Вафф,  – невнятно,  сквозь стиснутые челюсти ответил тот и,  гордо задрав хвост,  прошествовал между людьми.

– Понятно.  Спасибо,  – сказал человек животному таким тоном,  что у студента не возникло никаких сомнений.

– Это тоже Покровитель? – рискнул спросить он.

– Что значит «тоже»? Вы знаете о Покровителях?

– Немного.  У моей… – он замялся,  не зная,  как назвать Лильку.  Невесты? Подруги? Возлюбленной? Он так пока и не привык к тому,  что отношения между ними изменились.  – У моей девушки кот-покровитель.  Он зовет меня хозяином,  – зачем-то решил добавить.

– Вот как,  – инквизитор задумчиво хмыкнул.  – Интересно.  Но мы почти пришли.

На самом деле они дважды завернули за угол,  миновали три массивные обитые железом двери и пару боковых ответвлений прежде,  чем путь им преградила еще одна дверь,  которая аж искрила от огромного количества опутывающих ее охранных заклинаний.  Вальтер невольно присвистнул – наверное, императорскую сокровищницу не оберегают также тщательно.  Что там такое?

В центре двери сверкал выточенный из цельного кристалла глаз.  Сопровождавший юношу инквизитор поднял руку,  касаясь его перстнем,  который носил на среднем пальце левой руки.  Потом правой рукой провел над ним,  словно что-то снимая, и,  наклонившись,  шепнул чье-то имя: «Боймир Пенчев».

Глаз вспыхнул так ярко,  что накрывающая его ладонь на миг показалась черной на фоне сияющего света.

– Брат Боймир,  – гулко рявкнул под потолком неживой голос.  – Доступ разрешен.

«Великие боги,  куда я попал?» – мысленно ахнул Вальтер,  когда дверь отворилась сама,  со скрипом и скрежетом.  Вспыхнул яркий свет,  заставивший его зажмуриться от рези в глазах.  Юноша почувствовал,  как чужие пальцы сомкнулись на его локте,  заставляя двигаться вперед.

«Попался!» – успел подумать он.

За спиной захлопнулась дверь.

– Можете открыть глаза!

Понимая,  что терять все равно нечего,  Вальтер повиновался.  Проморгавшись,  он увидел обычный полутемный коридор,  точь-в-точь повторяющий тот, из которого они вышли.  И точно такие же двери открывались в него справа и слева.  Небольшое отличие состояло в том,  что тут в полу были небольшие желобки, и пахло тут… да-да, именно так,  как и должно пахнуть в казематах.  Грязью,  кровью,  мочой и каленым железом.  Где-то слышались сдавленные звуки – то ли стоны, то ли отчаянные попытки что-то сказать сквозь кляп.  Их перекрывало монотонное бормотание молитвы,  но в целом все было тихо.

– Прошу вперед! – его проводник мягко подтолкнул юношу в спину.

– Я арестован? Что это значит?

– Не могу вам сказать.  Соответствующего распоряжения мне не поступало.  Вот эта дверь,  третья справа!

Вальтер одолел разделяющее их расстояние и толкнулся в створку.  Οна открылась неожиданно бесшумно,  распахиваясь,  словно только того и ждала.

Он оказался на пороге довольно просторной комнаты,  залитой,  вопреки ожиданиям,  ярким светом,  льющимся из узких щелевидных окон под самым потолком.  По центру стояло девять совершенно одинаковых столов – восемь рядами по двое и девятый перед ними.  За столами,  согнувшись над пергаментами,  сидели мальчишки не старше шестнадцати-семнадцати лет и прилежно скрипели перышками,  что-то тщательно выписывая из раскрытых перед ними книг.  Между столами,  заложив руки за спину и время от времени приглядываясь к написанному,  прохаживался инквизитор.

Когда Вальтер возник на пороге,  все,  как по команде,  подняли головы.

– Кто такой? – первым задал вопрос инквизитор.  Поймал взгляд спутника студента и кивнул: – Фон Майнц.  С отчетом,  я полагаю?

Юноша кивнул,  не в силах отвести взгляд от невероятной картинки.  На первой парте сидел веснушчатый мальчишка с оттопыренными ушами и таким наивным взглядом,  что оставалось лишь удивляться,  что он тут забыл.  Неужели все инквизиторы когда-то были такими же?

– Отлично.  Пройдемте со мной,  – наставник указал на неглубокую нишу,  в которой обнаружилась низенькая дверца.  – Брат Боймир,  проследите за слушателями.  Я не задержу вас надолго.

Вальтер двинулся за ним машинально,  чувствуя,  что уже устал удивляться.  И его удивление достигло прямо-таки наивысшей точки,  когда за дверью обнаружился вполне современный кабинет,  в котором только большая статуя Прове-ушастого на импровизированном алтаре напоминала о том,  что все это принадлежит священнику.  Статуя – и ещё полутораручный старинный меч,  висевший на стене.

– Присядьте и давайте ваш отчет,  – инквизитор прошел к заваленному бумагами столу.  – Вы торопитесь?

– Мм-м… немного.  У меня… назначена встреча.  С главой гильдии некромантов,  – счел нужным уточнить Вальтер.

– Я не задержу вас надолго,  – инквизитор сел за стол,  развернул бумагу.  – Отчет,  конечно,  составлен не по форме,  но чтобы приобщить его к делу,  и так сойдет.

Повисло короткое молчание,  во время которого инквизитор внимательно читал принесенную бумагу.  Вальтер ждал.  Снаружи царила полная тишина.  Юноша поймал себя на мыcли,  что прислушивается к звукам снаружи.

– Здесь полная звукоизоляция,  – небрежно бросил хозяин кабинета.  – Дело в том,  что по соседству пыточные подвалы,  где наши ученики проходят практику.

– Они… пытают людей? – не выдержал Вальтер.

– Чему вас учит жизнь? Пытают палачи.  Это их работа.  Инквизиторы только присутствуют на допросах.  Но если вас интересует другое… мальчикам надо же на ком-то тренироваться! Разве вам из морга не доставляют мертвые тела для опытов? Разве ваши соученики не присутствуют в лечебницах,  порой принимая последний вздох больных и даже облегчая их страдания?

– Но это… люди! Им же больно! – содрогнулся юноша.

– Вы здесь не для того,  чтобы читать мне морали,  студиозус фон Майнц.  Вы пока ещё свидетель и потерпевший.  Но вас один шаг отделял от того,  чтобы поменяться с настоящим обвиняемым местами.  Если бы не ваш побег,  которым вы сами все испортили,  к моменту моего приезда вы бы уже с пеной у рта каялись во всех смертных грехах.  Даже в том,  что лично изнасиловали свою мать и потом живьем съели плод,  родившийся от этого союза… Что смотрите? Среди наших палачей есть виртуозы,  которые и не такое заставят про себя сочинить! И,  как я уже сказал,  у нас есть,  за что вас отправить в застенок.

Вальтер похолодел.

– Но…я же ни в чем не… виноват?

– Все так говорят,  – отмахнулся пра Бежич.  – Поначалу.  А потом в деле вскрываются дополнительные улики…сейчас там,  за стеной,  эти мальчишки как раз и выписывают эти самые улики,  подлинные или мнимые.  Вплоть до неосторожно вырвавшихся слов… о том,  что такое хорошо и что такое плохо.

Вальтер стиснул зубы,  стараясь унять дрожь.  Взгляд сам метнулся к окну за спиной инквизитора.  Такое же узкое,  как в аудитории,  оно напоминало зловещий оскал рта,  а прутья решетки довершали сходство.  Неужели,  ему не судьба подняться на поверхность?

– Прощаетесь с белым светом? – усмехнулся инквизитор.  – Ну-ну…

Взгляд юноши упал на его собственный отчет.  Получается,  он своими руками написал на себя донос,  сам принес его «куда следует» и сам себя предал в руки Инквизиции? Наверное,  что-то такое отразилось на его лице,  потому что его собеседник вдруг рассмеялся.

– За вами очень интересно наблюдать,  студиозус фон Майнц.  Просто удивительно,  как некоторые люди зависят от условностей ими же созданного мира.  Вы – граф и уверены,  что вас защищает ваш статус – мол,  с вас спрос иной,  нежели с крестьянина.  Вы – студент и думаете,  что вас защищает устав университета и сами его стены.  Но что,  если вы окажетесь вне стен родного универа и встретите человека,  который знать не знает о вашем происхождении? Спасет ли вас от разбойника на большой дороге ваш статус? Сомневаюсь.  Вот и перед законом тоже все равны…Во всяком случае,  должны быть равны при определенных обстоятельствах.  Согласитесь,  сейчас обстоятельства более чем определенные.

– Я арестован? – заставил себя произнести Вальтер.

– Нет.  Пока нет,  хотя вашим побегом вы практически признали свою вину.  И вам крупно повезло,  что за время вашего…м-м… отсутствия мэтр Горяка начал действовать,  а не затаился,  выжидая.  Если бы не тот обряд с жертвоприношением…да-да,  отсюда вы бы прямиком отправились в камеру.  И не вышли из нее до суда.  Но,  повторяю,  вам повезло.  Дважды.  Первый раз я уже озвучил.  А второй – то,  что отправили именно меня.  Я,  как вы изволили заметить,  тоже преподаватель,  и меня заинтересовал этот случай.  Я собирался отдать вас на растерзание этим милым мальчикам там,  за дверью.  Пусть дети поучатся искусству вести допросы.

– Я не понимаю…

– Α чего тут не понятного? Тем,  кого отправляют в учебные казематы,  как правило,  не выносят смертных приговоров.  Более того,  просидев несколько лет в качестве «учебного пособия» в этих стенах,  у некоторых есть неплохой шанс выйти на свободу.  Согласитесь, три-четыре года тюремного заключения – хорошая альтернатива костру!

– И я…

– И вы сейчас пойдете домой.  Или куда вам там надо.  Но,  – пра Бежич поднял ладонь,  останавливая порыв собеседника,  – но перед этим дадите мне расписку,  что не уедете из города,  не уведомив лично меня об этом в письменном виде не позднее трехдневного срока,  пока не закончится следствие и истинный виновник убийства мастера Финта не получит по заслугам.  Как свидетель обвинения и потерпевший вы обязаны присутствовать на окончательном процессе и при вынесении приговора.  И даже можете внести свою лепту,  сделав заявление,  добавив кое-что от себя в обвинение.  Скажем,  угрозы,  шантаж,  жестокое обращение… все,  что угодно.  Ваши показания будут приобщены к делу и повлияют на приговор.

Вальтер немного раскинул мозгами.

– Нет.  Не хочу.

– Ваше право,  – пра Бежич покопался в столе,  достав небольшое медное колечко,  немного повертел его в пальцах,  после чего кинул юноше.  Тот машинально поймал и внимательно рассмотрел.  Это действительно оказалась медь,  но сплавленная то ли с серебром, то ли с платиной.  По широкой грани шел ряд рун и символов,  некоторые показались знакомыми.  В одном месте кольцо было чуть уплощено.  Там красовался оттиск какой-то печати или герба.

– Наденьте.  Это ваш пропуск.  Кольцо зачаровано таким образом,  чтобы перед вами почти всегда открывались почти все двери.  Во всех смыслах слова.

– «Почти»? – поймал оговорку Вальтер,  примеривая украшение поочередно на все пальцы.  Оно влезло только на указательный палец правой руки.  Чисто машинально он повернул кольцо так,  чтобы герб оказался с внутренней стороны.

– Почти.  Не хватало еще,  чтобы по территории Школы в любое время дня и ночи шастали посторонние.  Кольцо активируется всего на несколько минут в день.  В остальное время оно может сработать,  как пропуск,  который вы обязаны предъявить любому священнику,  объяснив,  что вам надо.

– Понятно.

– А раз так,  можете быть свободны.  У меня ведь урок идет.  Воображаю,  что эти недоросли там понаписали…

Инквизитор встал,  убрал отчет юноши в отдельную папку и жестом пригласил гостя первым покинуть кабинет.  «Недоросли» проводили его внимательными взглядами,  но никто не издал ни звука.

Как выбрался из серого здания,  Вальтер не помнил.  Никогда еще воздух улицы не казался ему таким сладким.  Даже после шести подряд часов лекций.

Пока он был внизу,  монастырь ожил.  По коридорам главного корпуса сновали монахи и слушатели Школы инквизиторов.  Многие выходили и устремлялись – кто в сторону собора,  кто в жилые корпуса или куда-то еще.  На юношу оглядывались,  но никто не пробовал заговорить.  Так он и прошел между ними,  и лишь когда за ним захлопнулась калитка,  понял,  что все это время отчаянно задерживал дыхание.

По дороге в ратушу он успел немного успокоиться и даже с улыбкой отмахнулся от управляющего – мол,  не бери в голову,  старик,  все будет хорошо! В самом деле,  что ему,  только что целым и невредимым вырвавшемуся из лап Инквизиции,  визит в гильдию? Он всего-навсего отдаст секретарю отчет,  повернутся и уйдет.  Минутное дело!

Но так только казалось.

Сначала привратник долго расспрашивал его,  в какую гильдию,  к кому и по какому вопросу он пришел.  Потом поинтересовался,  а знает ли незваный гость дорогу и получив отрицательный ответ,  принялся так долго и путано объяснять все этажи и повороты,  словно пытался нарочно отвадить посетителя и заставить его соскучиться и уйти.  Стиснув зубы,  Вальтер стоически терпел какое-то время,  а потом,  не выдержав,  попробовал предъявить кольцо, только что полученное от пра Бежича.

Украшенная рунами полоска медного сплава произвела впечатление.  Привратник позеленел,  вытянулся в струнку и широким жестом предложил «господину дознавателю» проследовать в указанном направлении.

Размышляя о том,  что значат эти слова,  юноша поднялся на третий этаж,  где располагалась гильдия некромантов, и тут слегка растерялся.  Ибо ни на одной двери не значилось ничего.  Даже номера,  как в учебных аудиториях,  отсутствовали.

Если бы не недавний визит в Школу инквизиторов,  Вальтер вежливо постучал бы в первую попавшуюся и попросил помощи.  Но опыт общения с инквизиторами и особенно столкновение с привратником научило его дерзости.  И он не постучал,  а распахнул ближайшую дверь без стука.

Это был просторный светлый кабинет,  где,  видимо,  занимались бумажной работой какие-то клерки.  Вернее,  должны были заниматься.  Трое молодых и не очень молодых людей,  побросав работу,  что-то увлеченно обсуждали,  забыв на столах бумаги,  документы и распахнутые гроссбухи.  Εсли бы не хлопок двери,  они бы не сразу заметили вошедшего – настолько их увлекла дискуссия.

– … А глаза у нее вон такенные! – старший развел руки во всю ширь,  растопырив пальцы.  – И светятся! Аж слепят! Ну,  я того…

– Кхм.

– А? – три головы повернулись в сторону юноши.  Тот молча ткнул в них указательным пальцем с заветным кольцом на нем.

– Мне нужен кабинет главы гильдии,  маэстро Людмила Кривоуса,  – отчеканил Вальтер.  – Срочно.  Пакет из Университета некромагии,  – зачем-то добавил он.

– Пакет? – самый молодой из клерков спрыгнул со стола,  на котором сидел,  болтая ногами.  – Давайте,  я передам.

– Приказано доставить в собственные руки.  Я – наследный граф фон Майнц…

Клерки опешили.  Тот,  что рассказывал про существо с огромными глазами,  попятился,  пытаясь слиться со стеной.

– Кабинет маэстро Кривоуса,  – напомнил Вальтер.  – Где?

– Э-э… это дальше,  – замахали клерки руками.  – Третья дверь.  Справа.  Она… на ней знак… Только это…

– Спасибо,  – Вальтер вернулся в коридор.  – Дальше я сам.

Третью справа дверь отыскать получилось легко.  Только вот знака на ней никакого не было.  Может быть,  он был просто зачарован от посторонних глаз? Как бы то ни было,  немного уставший Вальтер все же решил постучаться.

– Кто? – послышалось изнутри.

– Вальтер фон Майнц из Университета некромагии.  С пакетом для маэстро…

– Сейчас!

Послышались шаги,  возня, торопливый шепот,  приглушенное: «Проси!» – и дверь распахнулась.  В тот же миг на ней действительно вспыхнул знак – герб гильдии,  который отпечатывался на каждом именном медальоне,  которые вручались выпускникам сперва колледжа,  потом института,  а теперь уже университета.  Медальоны были строго индивидуальны,  подделать их было невозможно.  Более того,  их без вреда для здоровья не мог носить даже посторонний человек,  поскольку он означал принадлежность к гильдии некромантов.  Знаки гильдии вместе с обрядовыми ножами вручались выпускникам на церемонии прощания, и Вальтер невольно задержал на знаке взгляд.  Для тех пятикурсников,  которые сейчас сдавали выпускные экзамены,  уже заказаны именные медальоны.  А до него черед дойдет только через год.  И только после этого он будет иметь право называть себя некромантом.

На пороге его встретил секретарь,  но того тотчас оттеснил сам Людмил Кривоус,  шагнув навстречу:

– Наконец-то! Долго вы добирались,  молодой человек.  Принесли отчет?

– Да,  – юноша протянул свернутый в трубочку лист.  – Разрешите…

– Да вы присаживайтесь,  – глава гильдии подтолкнул его к оттоманке.  – Переведите дух…А Кунц принесет вам выпить.  Что вы предпочитаете? Вино? Наливки? Травяной сбор?

– Воды.

– Кунц,  воды! – прозвучал приказ, и секретарь сорвался с места.  А маэстро Кривоус встал перед диваном,  где расположился его гость и углубился в чтение отчета.

– Хм… интересно,  очень интересно,  – пробормотал он пару минут спустя.  – Вот так-таки и обнаружили захоронение?

– В Сосновке? Ну, там была скудельница и…

– И в нее,  если верить написанному,  – некромант постучал ногтем по строчкам,  – без соблюдения должных обрядов уложили тело человека,  который обладал зачатками магического дара?

– Да,  поскольку в тот момент в Сосновке не было некроманта,  который мог бы констатировать наличие в ауре покойного остаточных явлений присутствия магии.  Подозреваю,  что селяне просто-напросто случайно наткнулись на мертвые тела и отволокли их туда,  даже не подумав вызвать некроманта для освидетельствования.

– Почему это произошло,  как вы считаете?

Если Вальтер и удивился тому,  что с ним,  недоучкой,  советуются,  как со специалистом,  то вида не подал.

– Одна из возможных причин – удаленность Сосновки от центра округа,  который обслуживал некромант Коростеня,  – ответил он.  – Возможно,  из-за большой нагрузки тот просто не успел приехать вовремя,  а потом просто-напросто забыл.  Но сейчас так редко зарождаются личи,  что его можно извинить.

– Хорошо,  – глава гильдии снова пробежал глазами текст,  – а вот теперь ответьте мне на такой вопрос,  молодой человек…

Он сделал паузу – вернулся Кунц со стаканом воды.  Вальтер сделал глоток и произнес:

– Прошу прощения,  но разрешите мне задать вам вопрос.

– Разрешаю.  Но только один.

Вальтер прикусил губу.  Конечно,  на языке вертелось закономерное: «По какому праву этот допрос? Мы разве на экзамене?» – но он немного подумал и решил,  что есть дела поважнее.

– Я не так давно узнал о том,  что у меня,  оказывается,  был двоюродный дядя,  владеющий,  как и я,  способностями к некромантии,  – сказал юноша.  – Его звали Валентин фон Майнц.  В семье о нем не говорили совершенно,  а еcли случайно и упоминали, то как покойного.  Но некоторые намеки и недомолвки позволяют мне сделать вывод,  что дядя жив.  И мне хотелось бы…

– Узнать,  где он,  что с ним и при каких обстоятельствах он…м-м… исчез?

Вальтер кивнул.

– Сначала встречный вопрос.  Откуда у вас такая уверенность,  что ваш дядя не погиб,  а просто пропал без вести?

– От мастера Финта.  Мы беседовали с его призраком, и он прямо сообщил,  что мой дядя был его учеником,  что в Старгород-на-Одере они прибыли вместе,  но зачем и почему – он не сказал,  а я забыл спросить… Он что-то говорил о том,  будто мой дядя из аспирантуры решил внезапно податься в полевые некроманты и сманил за собой своего наставника,  но… Но потом дядя пропал, и мастер Финт пытался его искать.  Его поиски не увенчались успехом,  поднялся скандал,  поскольку пропал представитель знатной семьи.  После своей смерти мастер попытался продолжить поиски уже в Бездне,  куда попадают все некроманты,  но не нашел следов cвоего бывшего ученика.  Что можно означать одно – на тот момент,  еще несколько дней тому назад,  Валентин фон Майнц был жив и здоров.  Вы ведь что-то слышали о нем? Скажите,  что вы еще знаете о судьбе моего дяди? Мне нужны любые подробности…