Текст книги "Студент поневоле"

Автор книги: Елена Товбаз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 31 страниц)

У одной стены на помосте стояли четыре трона, и мы приближались именно к ним, следуя за стариком. На трёх из них уже сидели. Воин в короне – красивый, ясноглазый мужчина лет тридцати на вид.

– Князь Дагемир, – шепнул Линкнот. – Совсем не изменился.

Некто в тёмном плаще с надвинутым на глаза капюшоном. Я подметил, капюшон – самая популярная одежда в этом мире, если хочешь спрятаться от любопытных глаз. Интересно, срабатывает? Тут я спохватился, что чересчур долго таращусь на этого инкогнито…

– Тёмный магистр, – чуть слышно пробормотал Линк. – Э… всегда был таким. Его лица я никогда не видел. И всего остального тоже.

Мы как раз подошли поближе, и Тёмный магистр едва заметно кивнул. Или мне почудилось.

– Явился, обманщик! – с третьего трона соскочил сердитый длинноволосый бородач в узорчатом кафтане.

– Созидатель, – горестно вздохнул Линк. – Надо принять как данность.

– Главный Созидатель, – поправил его Светлый магистр, пряча улыбку. Сердитый бородач уже стоял перед нами, уперев руки в бока.

– Линкнот! – грозно пророкотал он, вперившись взглядом в Хранителя знаний. Тот притих и потупился как пристыженный школьник. Таким я его ещё не видел. Обычно – наглым и самоуверенным.

– Как ты посмел явиться сюда, после того, как ты и твои дружки Вест и Расвус с Нордом ограбили нас?! Бессовестно, вероломно обманули!

– Э…

– Где они, кстати?! Отвечай! Что? Побоялись прийти? Слюнтяи!

Казалось, он сейчас схватит Линка и начнёт трясти, невзирая на то, что тот был выше его на две головы и шире в плечах. Не знаю, как бы оно было, но вмешался Светлый. Он легонько отстранил бородача Созидателя со словами:

– Утихомирься, Тильтилиг. Пора сменить гнев на милость. Ведь это было так давно…

– И неправда, – незамедлительно вставил Линк, чувствуя поддержку.

– Неправда?! Ах, неправда? Пергамент! Мне! Сюда! Быстро!

Линк толкнул меня, а я вытащил из рюкзака золотую тубу и не без опаски протянул её Созидателю. Тот немедленно схватил её, достал пергамент, развернул и тщательно осмотрел, только ещё не понюхал. Словно хотел удостовериться, что ему не подсунули фальшивку. Убедившись, что Пергамент настоящий, а также цел, не порван, не истёрт и не исписан, он свернул его в трубочку и, положив в тубу, недовольно отметил:

– Всё в порядке.

– Только, – начал Линк и запнулся.

– Что?!

– Вест… э…

– Четвёртый воришка? И ляд с ним… А он что, был с вами?

– Вроде того, – замялся Линк. – Он и сейчас с нами.

Тильтилиг нахмурился, а Светлый магистр поспешил вмешаться:

– В свете последних событий мы с этим разберёмся.

– И примерно накажем виновных, – по-своему истолковал Созидатель.

– Да будет тебе, Тиль, – со своего места рассмеялся князь. – Кто старое помянет…

– Они нарушили договор! – не унимался Созидатель.

– Но они же вернули Пергамент. И потом, – мы обошлись, ничего страшного не произошло. Нам в Фегле не нужны пергаменты.

– Я трудился над ним полжизни…

– А! – возликовал Линк. – А вот теперь ты врёшь. Вы изготавливали его всего год, вместе с Вестом. И кто из нас обманщик? В любом случае, ты должен был Весту половину.

– Не смей меня обвинять! Пергамент и так был у вас первое время, а потом вы должны были мне его вернуть, а вместо этого – совершили подлог.

Князь едва сдерживал смех. А бородатый Тильтилиг совсем распалился. И Светлый магистр снова вмешался, пряча смешок:

– Давайте разберёмся спокойно. Тихо, Тильтилиг, выскажешь свои претензии лично Весту, если хочешь, но позже.

– Как?

Князь предостерегающе поднял руку.

– Сейчас всё и узнаешь. И не набрасывайся так на Линкнота. Главный зачинщик – не он. А…

– Расвус! Расвус, как есть, – подал голос Норд.

И все разом притихли. А я достал Зеркало из кармана и продемонстрировал правителям Фегля.

– Видишь, Тиль, – примирительно сказал князь. – Вот и настала пора всё прояснить. Знаменитая четвёрка распалась, но мы пока ещё здесь и можем что-то решать. Займите свои места и начнём. Иначе, нам до вечера не разобраться.

Созидатель вернулся на трон, прижимая к груди своё сокровище. Светлый важно прошествовал на место и с достоинством сел. А Тёмный за всё время ни разу не двинулся и не проронил ни слова.

Князь Дагемир приветливо улыбнулся нам и щёлкнул пальцами. Миг и перед нами образовались низенькие мягкие скамеечки. Мы поблагодарили, уселись перед возвышением и приготовились слушать, и говорить, по необходимости.

– Начнём по порядку, – сказал Светлый.

– Тогда уж, и с самого начала, – перехватил инициативу Созидатель. – Если позволите? Магистры и князь кивнули. Созидатель продолжил:

– Давным-давно, так много лет назад, что это не уяснить простому смертному, в страну Двенадцати нагрянула беда. Открылись врата Некедемерии. Люди умирали и прирождённые не справлялись с этой напастью. И тогда двенадцать правителей явились к нам с просьбой о помощи. И мы помогли им. Даже в ущерб себе. Драгоценные магические материалы стоили нам очень дорого, ведь мы тогда ещё не дружили с леддинами. Но жизнь людей была в опасности, страна оказалась на грани вымирания, и мы помогли создать двенадцать волшебных предметов, и отдали их волшебникам. Но с одним условием. После того как всё наладится, они должны были вернуть нам Пергамент. Пергамент слишком серьёзная вещь, чтобы оставлять его в несовершенной стране навсегда, и волшебники согласились с нашими условиями, но не выполнили их.

– Почему же? – вмешался князь. – Они вернули Пергамент, как только справились с бедой, страна начала процветать, а они обрели помощников в лице потенциалов и открыли свои школы.

– Да, но спустя опять же много лет в Фегле появились четверо авантюристов, якобы с дружественным визитом и, пользуясь своими способностями, украли Пергамент. Да уж, в этом они отлично дополняли друг друга: Хранитель знаний, «превращатель» и «написатели». Они ловко всё провернули, и мы спохватились лишь тогда, когда они были далеко отсюда и укрылись в своих владениях, как лисы в норе.

Линк понурился, но физиономия у него при этом оставалась хитрой. Я всё видел.

– Не будем вспоминать об этом, – князь снова поднял руку. – Что было, то было. Лучше поговорим о том, что мы имеем сейчас.

– Доставай, Кеес, – попросил Линк. Я вытащил из рюкзака Раковину и Флакон.

– Что ж, Норд, Вест, Флавия и Альменция, – перечислил Светлый. – А где Зюйд и Дидр?

У Созидателя в этот момент выражение лица воплощало злорадное: «Ага! Я так и знал!»

– Ну-у, – замялся Линк. – Нам было не по пути… Да и этих оказалось не так-то просто раздобыть. Кто б говорил!

– Вызволить – ты хотел сказать? – Светлый усмехнулся.

– Посмотрите! – не выдержал Тильтилиг, его просто раздирало от раздражения. – Даже здесь им наплевать на других.

– Успокойся, Тиль, – в который раз осадил бородача Светлый. – Продолжай Линк. Вернёмся к началу, но с другого момента. Значит…

– Двенадцать волшебников жили каждый в своей области, занимались своими делами, никому не мешали, а правили честно и справедливо, направляя королей, когда…

– Появился Тринадцатый! – не сдержался Норд, уставший мигать. – Великий магистр, можно я продолжу?

– Как хотите. Мне всё равно, кто будет говорить. Не забывайте, что я Хранитель знаний и многое понял, как только вы ступили на землю Фегля. Просто хочу услышать всю историю из ваших уст, с вашей стороны. И, Норд, у меня ведь есть имя. Надеюсь, ты помнишь?

– Да, Солин.

– Вот и хорошо. Будем запросто, по-домашнему. Здесь все свои, – и так многозначительно взглянул на меня.

И я свой? Ну да, я же по легенде хм… из Фегля. Как я мог забыть. Что и думать – знающий человек.

– Итак, нас было двенадцать уникальных прирождённых. Но явился Завирессар и стало тринадцать. Он заявил о своём даре и предложил нам объединиться.

– Зачем? – Солин заметно напрягся.

– Чтобы вывести Страну Двенадцати из кольца Ледяных гор и править миром, – простодушно ответил Норд, и Светлый облегчённо выдохнул.

– И?

– Мы отказались.

– А точнее – вы не приняли его. Вы не поняли его дара.

– Скажем так – шестеро из нас усомнились в его уникальности.

– Почему?

– Прирождённых много, а уникальных – единицы. Они рождаются редко, при определённом стечении обстоятельств, и при этом их дар не всегда развивается и сохраняется.

– Я не о том. Почему вы усомнились?

– Он не захотел демонстрировать нам свой дар. Он требовал, чтобы мы приняли его на веру.

– Ну и?

– Мы не поверили, за что и поплатились, позже, когда испытали на себе последствия этого дара.

– Значит, теперь вы знаете, в чём его сила.

– Да, его страшный дар состоит в умении накладывать заклятия на прирождённых. На всех и на каждого, любой тяжести и продолжительности. От лёгких чар до изощрённого колдовства. Увы, мы выяснили это слишком поздно.

– А другие шестеро?

– Они соблюдали нейтралитет, избегая Тринадцатого.

– И где они теперь? Что с ними.

– Этого я не знаю. Они всегда были сами по себе и себе на уме, и редко появлялись с нашей стороны Чёрных гор.

– Я слышал, что они впали в немилость из-за своего бездействия, но не пострадали. Хотя тоже не поддержали его напрямую, – откликнулся Линк.

– В общем, как я понял, Завирс оказался опасным злодеем? – уточнил князь.

– Это спорно, – гулко прозвучал под сводами новый голос. Он раздавался оттуда, где сидел Тёмный. Все на мгновение замерли, а я вздрогнул, словно меня коснулось ледяное дыхание. Бррр, мурашки по коже. Даже в зале похолодало. Но лишь на минуту…

Первым опомнился Норд:

– С какого перепугу – спорно?

– А если бы он сразу продемонстрировал вам свой дар, вы бы согласились править миром? – коварно спросил Тёмный.

– Э…э-э, это вряд ли, – как-то неуверенно начал Норд, сделал явное усилие над собой и твёрдо заявил:

– Нет! У каждого из нас – своё могущество, своё дело и место. Страна и так процветала. И неосвоенных территорий было предостаточно. Земли всем хватало. Пусть себе другие за Ледяными горами, или в горах, живут спокойно и тоже процветают…

– Однако же он напомнил вам о леддинах, – вкрадчиво заметил Тёмный.

– Это было давно, – отрезал Норд. – Не будем ворошить прошлое, – по примеру Светлого магистра добавил он.

– Тем более это прошлое касалось в основном Фегля, – коварно усмехнулся Тёмный магистр. Норд промолчал.

– Знаете, в чём ваша беда? – продолжал Тёмный. – В том, что вы – каждый сам за себя, вы – единоличники, одиночки. Вам не всё равно, когда что-то происходит с вами, но совершенно безразлично, когда неприятности у кого-то.

– Вот-вот. Я же говорил, – поддакнул Созидатель.

– Мы отклонились от темы, – не поддался на провокацию Светлый.

– Хорошо, Солин, но не забывай, что пока мы едины – мы правим Феглем, а Фегль процветает.

– Это наш случай, а не их – возразил Светлый. – Да, мы научились объединять нашу магию, чтобы добиться успеха, но это к делу не относится.

– Ещё как относится, – не согласился Созидатель. – И скоро они в этом убедятся.

– Продолжай, Норд, – кивнул князь, прекратив тем самым прения магистров.

– Мы тоже научились, через потенциалов, – первым делом возразил Норд. – Так о чём я… Завирессар не смирился с нашим отказом. Однако он сумел заверить нас в своём дружелюбии и усыпить нашу бдительность. Более того, он ухитрился не только заручиться поддержкой наших врагов, но и переманить на свою сторону в тайне от нас наших ближайших помощников, тех, кому мы доверяли безоговорочно. И самое прискорбное, что он внушил любовь красивейшей из наших женщин. Он соблазнил Альму и через неё воздействовал на нас. Ведь она любила его, и поэтому мы хорошо относились к нему. Она… он был её возлюбленным, и она отдалась ему всецело. Именно с её помощью он заманил нас к себе в Чёрные горы, в свой замок, на якобы праздничный приём в честь их помолвки.

– Глупцы! – презрительно высказался Тильтилиг.

– Мы были уверены в своих силах! – выкрикнул Норд, теряя самообладание.

– Самоуверенные глупцы, – уточнил Созидатель.

– Давайте посмотрим, как всё происходило, – предложил Солин.

Мы с Линком переглянулись, Норд сдавленно закашлялся, а Светлый покинул трон и подошёл к противоположной стене. Мы тотчас же повернулись за ним. Солин хлопнул в ладоши, и стена озарилась сиянием, словно внезапно распахнулось огромное окно, и оттуда хлынул дневной свет. Мы зажмурились, а когда открыли глаза, стена приглушенно мерцала, словно подсвечивалась изнутри, как экран большого телевизора. Если бы экраны делали из искусственного льда.

– Это «светоперфектум», – объяснил Солин. – Его сделал Тильтилиг, а мы – магистры вдохнули в него магическое видение прошлого. Это наглядный результат нашего сотрудничества. Я – Светлый маг – Хранитель дневных знаний. Он, – в этот момент Тёмный приблизился и встал с другой стороны экрана, – Тёмный маг – Хранитель таинственных знаний ночи. По отдельности мы способны видеть лишь настоящее, а вместе – прошлое и частично грядущее. Поскольку настоящее складывается из прошлого, а будущее обусловлено настоящим. Вместе мы в силах преодолеть границы, потому что зрим в большем количестве направлений и гораздо глубже проникаем в неведомое. Теперь смотрите! – он взмахнул рукой.

«Светоперфектум» потемнел, затем его залил свет, и мы увидели Чёрные горы…

– Эй, я не вижу ничего, – возмутился Норд. Я спохватился и повернул его к экрану.

Горы приблизились, и я узрел замок среди гор. Вот этот точно выглядел так, будто сам Демон Ночи был его архитектором. Куда там прочим даэдрам! Изображение надвинулось, ракурс увеличился, и вот мы уже внутри замка. Что там за помещение я не разобрал, зато очень чётко увидел длинный стол, за которым сидели люди. Я насчитал семерых. Во главе стола…. Так, не успел рассмотреть, изображение передвинулось, но, вероятно, это был хозяин замка.

– Завирс, – Линк сжал кулаки, подтверждая мои слова.

Далее, я увидел прекрасную белокурую женщину, сидевшую напротив хозяина на другом конце стола. Она улыбалась, отпивая из хрустально бокала светлое вино.

– Альма, – прошептал Норд.

Далее изображение поползло, последовательно показывая каждое смеющееся лицо, а Линк перечислял:

– Вест, Зюйд, Флавия, Дидрид – брат-близнец Альмы. О! Вот и Норд… Дружище!

Норд издал неопределённый хриплый звук, а изображение задержалось на темноволосом мужчине с франтоватыми усиками и живой мимикой.

– Я же и сам там был, – проговорил Линк. – И ещё несколько прирождённых и даже потенциалов.

– И? – уточнил Тёмный.

– Мы с Тауритой ушли раньше. Э-э… Разошлись по комнатам. Прочие тоже. Остались только Завирс и шестеро прирождённых.

– А другие шестеро?

– Их не было на приёме.

– Почему вы так и не узнали, что случилось тогда?

– Мы разошлись по комнатам, я уже говорил.

– Тоже мне, друг, – мрачно хмыкнул Норд. – Разошёлся он по комнатам! Небось, не один и не с одной. Пока нас там… – Он всхлипнул.

– А ещё Хранитель знаний называется…

– Завирс что-то сделал со всеми нами. Наутро все разъехались рано, так ничего и не заподозрив. Колдовство тринадцатого коснулась и нас. Как потом выяснилось. Но мы узнали слишком поздно – все, кто там был, потеряли часть своей силы… Солин кивнул.

В этот момент изображение выхватило дальний угол, ненадолго, но я успел рассмотреть человеческие фигуры в масках. Они что-то держали в руках. Подносы? А ещё? В руках одного из них блеснул знакомый предмет, очень знакомый, но лишь на миг, я не определил, что именно – он спрятал это в широкий рукав. Изображение опять сместилось, показав стол с пирующими. Они ели, пили, разговаривали и веселились. И только сейчас я смекнул, что экран не передавал звук, только картинку. Надо бы им посоветовать колонки сотворить. Н-да.

В этот момент к столу приблизились шестеро в масках с подносами и поставили на стол ещё несколько блюд с яствами. Однако они не ушли, а остановились и замерли за креслами пирующих…, достали из карманов и широких рукавов… Волшебные предметы! Зеркало-Раковину-Флакон-Лук-и-Стрелу, и… Кубок?.. Так вот что было в руках у подозрительного в углу – Пергамент. Жаль, что я не мог видеть его лица.

Люди в масках подняли предметы над головами, и волшебники, словно почувствовав, одновременно обернулись, и… погас свет. Всё исчезло, экран потемнел. Теперь уже окончательно.

Магистры вернулись на троны, а мы, слегка оглушённые увиденным, вопросительно посмотрели на них.

– Что это было? – глухо вымолвил Линк.

– Лучше спросить кто? – сердито засопел Норд.

– За Альменцией стояла женщина, – констатировал Линк и, поколебавшись, спросил. – Это Таурита?

– Она же была с тобой, – съязвил Норд.

– Она присоединилась ко мне позже, – скромно опустил глазки Линк.

– Нет, это была не Таурита, – разрешил их сомнения Солин. – Это была другая женщина, но её вы тоже хорошо знаете.

– И, полагаю, новая любовь Завирессара, – добавил Тёмный.

– Бедная Альма! – воскликнул Норд. – А я её подозревал.

– Зря. Она такая же жертва.

– Значит, это и было заклятие Тринадцатого, – задумчиво проговорил князь.

– Да, – ответил Тёмный. – Он обратил силы шестерых волшебников против них самих и сделал их пленниками своего собственного волшебства, соединив их с волшебными предметами. Теперь Норд – пленник зеркала.

Да уж, пленник зазеркалья, оказывается, в его случае звучало буквально.

– … Флавия – находится в раковине, Вест – часть пергамента…

– Хуже всего Зюйду, – мрачно заметил Норд. – Ему пришлось раздвоиться на лук и стрелу.

– Определённо, вы поняли.

– Да и ещё мы удостоверились, что Завирс обтяпал всё это не один. Против нас устроили заговор, – ответил Норд.

– Осталось только выяснить, кто эти заговорщики и предатели, – добавил Линк.

– Ну, одного из них я точно знаю, – мстительно сообщил Норд. – Вот уж он у меня ответит.

– Это ты о ком?

– О нём! Об этом мерзком сморчке, об этой жабьей бородавке на теле моего колледжа. Об этом ничтожестве…

«Мракодур», – осенило меня.

– Об этом предателе и перебежчике – нынешнем ректоре-самозванце моего колледжа.

Н-да, не там осенило. Ну и ладно!

– Так это ты прежде был ректором? – удивился я.

– Естественно.

– А про тебя такое рассказывали…

– Какое ещё?

– Ну, что ты пропал из-за разбитого зеркала и всё такое.

– Враньё! Они так заметали следы, а студенты и преподаватели им поверили. Ведь обратное доказать невозможно.

Всё это время магистры, князь и Созидатель молча слушали, а потом Тёмный сказал:

– А я бы на вашем вместе обратил внимание на того, кто стоял с Пергаментом.

– А зачем? И так всё ясно. Это – нынешний ректор УМа, – фыркнул Норд.

– Ой ли? – усмехнулся Светлый.

– Тогда кто?

– Трудно предположить, а выяснить ещё труднее.

– Но вы же Хранители знаний, – едко ввернул Норд. – Вот и узнайте.

– Это предстоит выяснить вам, – невозмутимо ответил Солин. – А наши знания настоящего ограничены морем и горами. Одно могу сказать – человек с Пергаментом, да и сам Пергамент, – центральные звенья заговора.

– А я думал – Завирессар, – недоумённо проворчал Линк.

– Не всё так просто, – Солин задумчиво почесал подбородок. Есть! Магистры из Фегля тоже люди, раз у них подбородки чешутся.

– Несомненно, Завирс – главный. Но без Пергамента и «написателя» у него ничего не получилось бы.

– То есть, делаем вывод, что один из главных злодеев – «написатель»? – Норд явно восторгался своей догадкой.

Ну что за страна?! Сплошные заговоры – волшебников, королей, написателей… Стоп! Тут я кое-что вспомнил и воскликнул:

– Эврика!

– А это кто такая? – удивился Норд.

– Так зовут «написателя»? – переспросил Линк.

– Так называют открытие, – тут я смутился, заметив, что на меня все смотрят. – Ну, может и не такое уж открытие или не открытие вовсе… Просто вспомнил, – я стушевался окончательно.

– Говори, – подбодрил меня Дагемир. Всё-таки из четверых правителей он мне больше всех нравился.

– Это… Тут…

А дальше я рассказал им о своих приключениях во время посвящения в УМе, обо всех этих страстях с мистериями, воротами, пергаментами и карандашами. И меня никто не перебивал.

– Это все подозрительно, – такими словами закончил я свой рассказ.

– Это не просто подозрительно, молодой человек, – внезапно прокомментировал Тёмный. – Это продолжение истории. Вы понимаете, что это значит? Все переглянулись.

– Кто-то пытался открыть ворота, зная старинное предание, посредством написания, – предположил Солин.

– Не просто кто-то, а очень умелый «написатель», – вставил Тёмный. – Вероятно – магистр.

– Это означает, что заговор против волшебников и второе неудавшееся открытие врат – взаимосвязаны. Стоит только сопоставить факты и немного подумать. Тот же почерк, и опять всё завязано на Пергаменте, – констатировал Солин.

– То-то и оно, – подтвердил Тёмный. – То-то и оно. И это просто невероятная удача, что попытка не удалась. Ведь ничто бы не помешало таинственному «написателю» открыть ворота и в третий раз.

– Через миллион лет? Столько не живут, – усомнился Созидатель. – Даже прирождённые в нашем мире.

– Миллион лет должно пройти в Некедемерии, – пояснил Тёмный. – Для тамошних демонов – это десятилетие. А в нашем измерении – всего лишь какая-то сотня-другая лет. Магическое несоответствие. Не забывайте. Да и после второго открытия ничего хорошего нас не ждало. И тот, кто пытался совершить это, используя посвящение и студентов, вероятно, очень чётко это понимал. Он всем этим управлял. И мог ускорить процесс. Следующее жертвоприношение произошло бы спустя несколько лет.

– Как? – не понял Дагемир.

– С помощью пергамента конечно. Волшебного пергамента!

– Вот-вот – закивал я. – Недаром столько народу хотело его украсть, пока мы с Веренией сами пытались его стащить. И рассказал о несчастных мёртвецах и о хромоногом-одноглазом.

– Это ещё интереснее, – покачал головой Созидатель. – Но тогда тот «написатель» должен быть не просто мастером своего дела, а… я даже не знаю…, извините, быть Вестом.

– Вест сразу исключается, – напомнил Норд. – Он в Пергаменте, а не мог же Пергамент, даже волшебный, сделать все это сам собой.

– Не мог…, – Линк нахмурился. – Тогда кто?

– Надо понять мотив, – глубокомысленно выдал я.

– Парень прав, – усмехнулся Тёмный. – Установив, зачем злоумышленнику это было нужно и почему, мы поймём, кто он.

– А я говорил, – ядовито высказался Тильтилиг. – Говорил, что нельзя было красть. Не надо было нарушать договор! Вы поступили плохо, и вот как это обернулось против вас. Вы поплатились за свою…

– Сейчас не время разбираться, кто виноват и вести воспитательные беседы, – перебил его Дагемир.

– Надобно выяснить подробности прошлых событий и контакты Завирессара. Ведь многое пока сокрыто, – сказал Солин. – Но над этим мы ещё поразмыслим. А пока…, – он выразительно посмотрел на меня. – Давайте послушаем того, благодаря кому мы здесь собрались. Того, кто помешал злоумышленнику, кем бы он ни был, открыть врата Некедемерии.

Когда я сообразил, что речь идёт обо мне, то смутился:

– Да ладно…

– Не ладно, а рассказывай, Кеес, рассказывай. Как ты сюда попал, и что было после. Нам ведь надо решить и твою проблему…

А, это? С удовольствием.

И я выложил им всё с самого начала, с того момента, как сбежал из дома и университета. Я даже показал им часы и компас для полной убедительности. Впрочем, Хранителей знаний не обязательно в чём-то убеждать – они и так всё знают. Закончив рассказ, я спросил:

– А почему вы считаете, что благодаря мне все здесь собрались?

– Это же очевидно, Кеес, – улыбнулся Солин. – Если бы ты не попал в наше измерение из своего мира, то ещё неизвестно, сколько Норд проторчал бы под чёрным покрывалом в кабинете нынешнего декана или ректора. И уж точно всего остального тоже не случилось бы.

– Возможно позже – буркнул Норд, но на его слова никто не обратил внимания. А я чего-то засомневался:

– Магистр Солин, но я же не сам собой оказался в Стране Двенадцати. Благодарить следует того держателя измерений, из-за которого я обретаюсь в вашем мире.

Тёмный рассмеялся:

– А юноша не дурак! Даже умнее, чем мы предполагали. Разумеется, всё началось с держателя измерений.

– И думаю, поэтому ты сможешь вернуться, – подхватил Солин.

– Как?

– Мы устроим тебе встречу с держателем измерений. В Фегле как раз есть один такой. Вернее, одна. Моя дочь.

Везёт мне на чьих-то дочерей…

– Но она в отъезде и будет только через неделю. Подождёшь?

– Спрашиваете!

– Хорошо. Надеюсь, она тебе всё растолкует. А пока, если не возражаешь, я возьму эти предметы, – он указал на часы и компас, – чтобы изучить, как пребывание в нашем мире может отразиться на тебе.

Ох, что-то мне стало тревожно после этих слов…

– Я исчезну?

– Время покажет, – неопределённо ответил Солин, лишь усилив моё беспокойство.

Я вздохнул. Это вышло слишком громко, и Светлый магистр ободряюще улыбнулся.

– Ты в Фегле, Кеес. А здесь мы найдём способ заставить бежать время для тебя.

– Это так, – серьёзно заметил Тильтилиг и вдруг подмигнул мне. – Что-нибудь сообразим.

Не ожидал я этого от сурового бородача. Люди часто бывают непредсказуемы.

– А теперь вы, – Солин обратился к Линку и Норду. – Вы уже знаете, как снять заклятье.

– Предполагаем, – ответил Линк. – Мы думали о серебрянке.

– Это правильная мысль, – поддержал Тёмный. – Серебряная вода питает любое волшебство и снимает любое заклятие, если волшебство замешано на ней. Все волшебные предметы созданы на основе серебрянки.

– Тогда стоит попробовать, – предложил Солин.

– За чем же дело стало! – подскочил князь.

Однако Созидатель нахмурился.

– В чём дело, Тиль? – поинтересовался Солин.

– Мне бы вашу уверенность.

– Я уверен. Мы сможем разделить их с предметами. Во всяком случае, тех, кто здесь, а потом найдём и остальных.

– Отправляемся! – распорядился Дагемир и первым устремился к выходу. И все последовали за ним. Кто взволнованно, а кто недоверчиво качая головой.

Мы вышли на площадку перед дворцом, и вскоре к нам бесшумно спланировали… Тут Линку пришлось подбирать мою челюсть несколько раз… На площадку приземлились три большие металлические птицы. На их спинах в открытых кабинках сидели уже знакомые мне воины и управляли птицами, дёргая за рычаги.

– Мы редко ими пользуемся, – сказал Солин. – Но сейчас особый случай – нужно скорее попасть в Серебряную долину.

– Да уж, расходуют слишком много серебрянки, – недовольно проворчал Тильтилиг. – Вот малость усовершенствую…

В брюхе ближайшей птицы открылся люк, и мы с Линком забрались внутрь по знаку князя. В оставшихся двух разместились магистры, Созидатель и Дагемир.

В «брюхе» оказалось не так уж тесно и довольно мягко, из-за обивки и набросанных внутри подушек и покрывал.

– Не бойтесь, полетим не очень высоко, – успокоил нас воин-пилот, неправильно истолковав моё замешательство.

А я при этом раздумывал – стоит ли рассказать ему о самолётах, вертолётах и космических кораблях. Нет, лучше я расскажу Тильтилигу о телевизорах и компьютерах.

Люки наглухо задраили, «птицы» с лёгким трескучим шумом взмахнули крыльями, и мы взлетели – достаточно плавно. И даже почти не трясло и не качало. Я, главным образом, беспокоился о Норде. Поскольку, было ясно какой из него моряк. А «лётчик», возможно, ещё худший.

Под конец я осмелел и тихонько отодвинул одно из металлических перьев, закрывающих маленькое окошко. Под нами проносился зелёный луг, и блестела река, а потом замелькали серые камни.

Мы приземлились на каменистом взгорье, перед заслонившими небо ледяными пиками.

Выбравшись из брюха диковинной птицы, я во все глаза смотрел на огромные глыбы льда, начинавшиеся сразу за серыми и чёрными с ледяной проседью камнями.

Ух, ты! А позади нас – зелёная трава и цветы, совсем радом с ледяным царством.

С Ледяных гор потянуло холодным ветром. Но вообще-то, здесь было тепло. Мы прошли ещё немного за Солином, и ветер усилился, когда мы остановились на берегу широкого серебряного потока. Не иносказательно серебряного, а буквально. Вода в нём напоминала расплавленное серебро с примесью ртути. Она бежала с гор, низвергаясь с вершин сияющим водопадом, и сползала по расщелинам и порогам.

– Серебряная лава, – благоговейно выговорил Созидатель.

– Ручей ещё не подмёрз – это хорошо, – Солин старался подбодрить изнывающих от волнения коллег.

– Несите предметы, – распорядился князь Дагемир.

Воины принесли корзину с крестообразной ручкой, куда ещё во дворце сложили Флакон, Раковину и Пергамент. Я добавил туда Зеркало, и они потащили корзину к ручью. Привязали к ручке крепкую верёвку и, надев шероховатые перчатки, полегоньку опустили предметы в ручей. А мы напряжённо смотрели на воду. Сердце моё трепетало от волнения и, когда лишь ручка корзины осталась торчать из воды, чуть не выпрыгнуло из груди.

Сначала всё было спокойно, а потом серебряный поток вспучился, вспенился и забурлил. Все затаили дыхание и…