Текст книги "Графиня – служанка (СИ)"

Автор книги: Екатерина Стрелецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

Глава 53. Что делать?

– Удачно, – я прошла мимо притопывающего правой лапой Роура на кухню и начала доставать свои покупки. – Четыре ржаных хлеба, три булки, три багета. Мука ржаная и пшеничная.

– Ты мне зубы не заговаривай! От тебя водником несёт за квартал! – прошипел Роур, возникая сидящим на конфорке.

– И что с того? Если бы мимо меня прошёл ветреняк или земельник – тоже бы возмущался? Или у тебя конкретная неприязнь только к водникам? – я ткнула кончиком багета прямо в пузико элементаля, как копьём.

– Ты чего творишь?! – возмутился Роур, едва не опрокинувшись на спину.

– Подпаленные горбушечки люблю.

Элементаль вытаращился, наблюдая за тем, как я отрываю приличный кусок и подрумянившейся стороной и наливаю себе молока в кружку.

– Ты вообще меня слышала?!

– А ты? Я, между прочим, вопрос задала, а ответа не получила. Так что там с другими магами-стихийниками?

Роур запнулся, моргая своими глазками-бусинками. С наслаждением прикончив свой нехитрый перекус, я достала горшок, насыпав на дно примерно пригоршню ржаной муки, а затем залила таким же количеством тёплой воды и аккуратно перемешала, чтобы комочки растворились. Удостоверившись, что полученная масса приобрела консистенцию густой сметаны, накрыла тканью, которую раньше использовала по аналогии с марлей и убрала будущую закваску в самое тёплое место – поближе к очагу. Кто-то хотел, чтобы я хлеб сама пекла? Получите-распишитесь! Сам потом от запаха одуреет. Не просто же так пугала Роура до этого: заметила, как он негативно реагирует на запахи кислого, а тут бродящая мука. Элементаль сидел, набычившись, но молчал. Хотя, на мой взгляд, он уже прокололся. Его не просто бесили водники, а конкретно – я, его раздражало моё присутствие рядом с Эйденом. Но ещё больше его вывели из себя остатки следов Источника на мне. Вот и догадайся теперь, чего он больше боится: того, что останусь рядом с Эйденом или что тому будет плохо, если попытаюсь рога наставить после того, как сказала ему о разнице в социальных статусах, а элементаль напомнил? Вот пусть теперь Роур сидит и пыхтит молча. Мне есть над чем подумать.

После полученной от Источника информации я снова почувствовала себя пойманной в ловушку. Если у «дядюшки Дерека» окончательно сорвало крышу, то дорога в Гренхолд мне действительно заказана. Да, дражайшему родственничку туда путь закрыт, но что мешает ему нанять кого-нибудь? В Тёмном городе я полезна, лишь работая на улице, а там, как показало похищение Эйденом, получить ещё раз по голове и исчезнуть среди белого дня – не проблема. Прятаться в жилище деда Гонро ещё два с лишним года? У меня столько денег нет. Объедать старика не хочу, совесть не позволит. А если он сдаст из-за возраста или по болезни и не сможет больше стоять на паперти? Погибнем от голода оба. Не знаю, сколько он там скопил подаяний за годы, но рассчитывать на его сбережения крайне недальновидно. Знала бы, что творится, попросила бы Эйдена забрать всё, что заработала. Лишним не будет. Плюс маг мне немного денег должен за время с момента похищения. Этого должно хватить, чтобы уехать. Вот только куда?

Остаться и работать на Эйдена и дальше? Это было бы легко, если бы не так сложно. Надеяться, что мы оба воспримем тот поцелуй за мимолётное наваждение, можно. Но я не уверена, что смогу себя побороть и спокойно находиться рядом с ним. Это будет наказанием похлеще ежедневного втыкания иголок под ногти.А если он приведёт в дом девушку... На этой мысли у меня ногти впились в ладони. Так, Лара, остынь! Ничего ведь особенного не случилось: всего лишь поцелуй, а ты уже готова себя сожрать из-за ревности. Да, всего лишь поцелуй. Не более. Ещё объятия и утешение... И всё. Внимание и забота. И всё. Вы разные, вам ничего не светит. Похоже, что эту мантру придётся повторять как можно чаще, чтобы возвращать время от времени уплывающие мозги на место.

Источник сказал, что рядом с магом огня меня никто искать не будет. Найти такое место, где их побольше живёт и поселиться рядом? В конце концов, я теперь практически обычный человек, даже Источник это признал. Следовательно, отторжение у огневиков моё присутствие вызвать не сможет. Но куда уехать и чем заниматься? Одними правилами для слуг сыта по горло. Да, Эйден рассказывал, что абсолютно всеми из них давным-давно никто не пользуется, но они существуют. Не хотелось бы нарваться на ублюдка, который попросту сделает из меня марионетку и куклу для битья. Я слишком мало знаю об этом мире, чтобы в очередной раз бросаться сломя голову, чтобы сбежать. И опять возникает вопрос: куда? Придётся хорошенько переворошить библиотеку Эйдена на предмет законов и географии. Перед сном я попыталась призвать воспоминания Норы, но всё было тщетно. Наверное, из-за этого мне и снилась всякая чушь.

Помимо «куда» сразу же возникает вопрос, насколько причастен ко всему, что сейчас происходит на юге, «дядюшка Дерек». Когда Хаддей взбесился, его рядом не было, он же агонизировал в особняке после отлучения от Источника, а до этого спал. Но ежедневные отлучки всегда в одно и то же время... Мог ли он оставить артефакт, совершив какой-нибудь ритуал, а сам ждать результатов? Теоретически – да. Хотя логичнее было бы находиться поблизости. Значит, ещё нужно прошерстить книги, в которых упоминаются артефакты подчинения стихий или что-то подобное. Предположим, что есть либо помощник, либо кто-то второй, решивший также добиться мирового господства, а «дядюшка Дерек» не прекращает поисков Норы, то есть меня в её обличии, чтобы вернуть себе власть над Источником Норен, пока ту не заполучил некто другой. Если официально для всех Элеонора Норенхайт мертва, то у меня есть шанс, что одержимость поисками примут за помешательство. Хорошо было бы, если его изолировали надолго. До конца дней хотя бы. Чёрт! Сбрендившими магами же занимается инквизиция! А если они подключатся, то начнут копаться в его памяти, и тогда всплывёт информация с моим призывом! Скрываться от одного мага, лишённого былой мощи, всё-таки проще, чем от толпы специально обученных и опытных инквизиторов.

– Лара, может, ты приляжешь? – раздался обеспокоенный голос Роура.

– Ага, конечно. А ты меня потом земелькой присыпешь, чтобы наверняка? – огрызнулась я в ответ из-за того, что элементаль отвлёк от размышлений. Я посмотрела на целую кастрюлю рассольника, которую умудрилась сварить незаметно для самой себя. Мастерство не пропьёшь, а монотонная нарезка ингредиентов давала возможность отключиться от внешнего мира. Но всё-таки Роур был прав: я почувствовала, как противная слабость начинает снова накатывать. Пришлось лезть в аптечку за снадобьем, а затем, выключив конфорку, упасть в кресло. Хорошо, что успела доварить рассольник, иначе пришлось бы его вылить.

– Я тебя настолько расстроил, что ты предпочла уйти в воспоминания, Лара? – задумчиво поинтересовался Роур, переползая на стол.

– Ты на меня всегда бухтишь, так что ничего экстраординарного не произошло, чтобы я настолько опечалилась, – лекарство начало действовать, но всё ещё было паршиво, чтобы рассыпаться в любезностях перед этим вреднюком.

– Так это же я! – констатировал Роур, разваливаясь на столе, аки одалиска на диване. Разве что зеркальца в левой лапке не хватало.

– Вот именно. Так что не вижу поводов для беспокойства. С твоими выходками я смирилась и не обращаю на них внимание.

Роур обижено задвигал челюстями, словно я оскорбила в его лице, пардон, мордочке, победительницу конкурса «Мисс Вселенная». Всё-таки с Источником общаться намного проще: лишний раз не нахамит и прибьёт сразу, как только почувствует меня лишней. Огненный элементаль же лез везде и всюду, не забывая прихватывать с собой тележку, набитую доверху своим ценным мнением. Да, он заботится об Эйдене и помогал меня вытащить из всех этих плетений, состоящих из отворотов и заклятий, но его слишком много, особенно сейчас, когда мне нужно понять, каким образом действовать дальше.

– Ну как знаешь, – буркнул Роур и исчез.

Отлично. Хоть сконцентрируюсь. Жаль, что нельзя взять бумагу и карандаш, чтобы расписать все свои идеи и схематично набросать варианты разрешения этой задачки. Во-первых, на языке местных задачка окончательно превратится для меня в ребус, так как, плохо владея письменной речью, зашифровать записи от Роура, чтобы не подсмотрел, о чём там говорится, не получится нормально. Воспользоваться родным – сразу расписаться в своём попаданстве и познакомиться с инквизиторами гораздо быстрее, чем на это рассчитываю. Во-вторых, любая запись – это улика, которая может сыграть против меня самой же. Придётся тренировать память. Ладно, вроде отпустило, пора попробовать, чего я там на автомате накашеварила. Авось не отравлюсь.

Глава 54. Тоскливые дни

Эту солянку я ела три дня и ещё на четвёртый осталось: по привычке ведь наварила с запасом. Зато с обедом не нужно было заморачиваться, ограничиваясь только завтраками и ужином. Но с последним я тоже быстро решила вопрос, наделав котлет и сварив большую кастрюлю целиковой картошки, чтобы можно было просто потом резать на части и обжаривать. Добравшись до библиотеки, поняла, что искать нужную информацию придётся очень долго, но это было совершенной мелочью, по сравнению с тем, что читала я ещё хуже, чем дошкольница. Буквы с трудом складывались в слова, а те в предложения. Ещё и фразы были настолько громоздкими, что уловить смысл получалось раза с десятого. Хотя первой книгой, на которую я наткнулась, была всего лишь «Краткая история». Что будет твориться в моей голове, когда доберусь до свода законов, даже не представляю. Сколько раз порывалась швырнуть книгу в стену, останавливаясь лишь в последний момент. В конце концов, она же не виновата в том, что я – тупица непроходимая, с полным отсутствием склонности к языкам.

Но останавливаться я не собиралась, продираясь раз за разом через дебри написанного. Роур появлялся в библиотеке дважды: в первый раз, чтобы проверить, не залью ли книги водой, как при первой уборке, а во второй, чтобы узнать, что там столько времени делая. Увидев у меня на коленях атлас с описаниями земель, хмыкнул:

– Правильно, тут картинок много, листай. Только не порви.

В целом его устраивало, когда я сидела над книгами, потому что можно было не следить за мной постоянно, опасаясь, что влезу куда-нибудь не туда. Угу, ребёнку дали интересную игрушку, которую нельзя сломать – мама может отдохнуть. Вот этим брюзжащий «мам» и пользовался.

Понемногу, но тексты стали читаться и восприниматься быстрее. Однако, чем больше разбиралась в различных исторических и законотворческих хитросплетениях, тем грустнее становилось. Что такое патриархат и все его проявления, спасибо, ещё из школьных уроков истории помнила. Как хорошо, что хотя бы законодательно у нас существовало равноправие. Конечно, на местах нет-нет, да промелькивали приоритеты мужскому полу, но всё-таки это был не махровый патриархат. Южные республики не беру в расчёт: там свой «особый» менталитет. Как говорил товарищ Сухов, восток – дело тонкое!

Тут же женским равноправием если и «запахнет», то лет через пятьсот, не раньше. И это в лучшем случае. Очень уж консервативны были местные правители, боящиеся за свою власть. Чуть большей свободой обладали женщины-маги, но и то до первого выгодного, с точки зрения родителей, жениха, если тот был одарённее. Куда мне теперь, условной сироте, не имеющей ни отца, ни брата, ни жениха податься? Снова в Просящие? Можно, только получится ли сработаться с новым Королём? Не факт. Если повезло с Гренхолдским, то не обязательно, что так будет всегда и везде. Тоска. Сговориться с кем-нибудь, заключив фиктивный брак – тоже не вариант. Мало ли что «супругу» в голову взбредёт в один прекрасный день, а с разводами здесь ещё печальнее, чем с правами женщин. Проще прикинуться мёртвой, а потом... свобода до первого допроса в инквизиции или обычной тюрьме, когда поймают. Все мои предыдущие планы тихо где-нибудь обосноваться, найдя подходящую работу, летели в тартарары.

Эйден предлагал найти через своих знакомых подходящее укрытие... Может, стоит воспользоваться его предложением, когда он разберётся с отворотом? В любом случае вопрос стоит отложить на неопределённое время, а там уже ориентироваться по ситуации. Вдруг мне улыбнётся счастье, и «дядюшка Дерек» случайно свернёт себе шею? Процент вероятности был мал, но вдруг повезёт? Надежда ведь умирает последней. Вот и я надеялась на благополучный для меня исход.

Один день сменял другой, но ничего не происходило, только Роур периодически вопил, что я развела кислятину на кухне и радуюсь. Отчего же не радоваться, если закваска получилась на славу, а одна из торговок презентовала мешочек с солодом? Теперь я баловала себя на завтрак ржаными солодовыми булочками, которые разрезала пополам и щедро намазывала подсоленным сливочным маслом с чесноком и зеленью. На самом деле, закваска просто изумительно пахла, но для элементаля всё было одно – кислятина. Хотя солодовую булочку схомячил за добрую душу. Пришлось пригрозить, что раз ему она так понравилась, а солод заканчивается, то исключительно для того, чтобы доказать отсутствие боязни «работать ручками», придётся заняться изготовлением солода в домашних условиях. И красочно расписала, сколько этапов следует пройти проращиваемому зерну, прежде чем стать пригодным для просушивания и помола. (Спасибо за это словоохотливой торговке). Роур изобразил «инфаркт микарда во-о-от такой рубец», вообразив себе, что «кислятиной станет пахнуть ещё больше и тогда он окончательно сдохнет. Вопрос, убиваема ли в принципе эта огненная зараза,стоящая в магической иерархии выше духов, так и остался открытым, но Роур убеждал, что его гибель всенепременно произойдёт, если дальше продолжу свои кулинарные эксперименты с брожением муки и тому подобным.

Прошло уже две недели с небольшим, а вестей от Эйдена всё не было. Если поначалу мне удавалось отвлечь себя книгами, то чем больше времени проходило с момента его отъезда, тем глубже в душу поселялось беспокойство. Знай я, что он поехал куда угодно, но только не в сторону Гренхолда, было бы, наверное, проще. Но разговор с Источником всё не шёл из головы. Перед сном я раз за разом анализировала всё, что услышала от него, сопоставляя с тем, что произошло за это время со мной, а потом пыталась разложить всё по полочкам, выстраивая различные версии, но почти всегда всё сводилось к одному и тому же. Как же хотелось ошибиться в своих предположениях, что вся эта история с подчинением Источников не коснётся Эйдена. Увы, ответ мог дать только он сам. Ещё и Роур становился всё раздражительнее и ворчливее, словно чуя неладное. Единственным спасением была по-прежнему библиотека.

Ещё в первый день я заметила, что нескольких книг на полках не хватает – это было заметно чуть завалившимся вбок соседним и следам пыли. Всего отсутствовало шесть томов, пять из которых потом обнаружила на столике у кресла, а вот шестой нигде не было. Ни в спальне, ни в гостиной. Эйден взял её с собой? Может, там как раз нужная мне информация про подчиняющие артефакты? С другой стороны, когда Эйден рассказывал про артефакты, пока я приходила в себя после разрыва привязки, у меня создалось впечатление, что он знает если не всё о различных артефактах, то очень многое. Я попыталась найти сведения об артефактах, которые могли бы оказывать влияние на Источники, но справочников было слишком много. Не имея должного образования, копаться в них можно было до конца жизни, вычленяя нужные разделы, ведь специальных терминов не знала, а какого-нибудь вводного учебника в библиотеке не нашла. И всё-таки отсутствующая книга меня волновала не менее, чем задержавшийся в «служебной командировке» Эйден. Как оказалось потом – не зря.

Глава 55. Изменник короны

Эйден появился на пороге дома к исходу третьей недели. Всклокоченный и запылённый настолько, что хотелось достать выбивалку для ковров и воспользоваться ею почти по прямому назначению. Быстро поздоровавшись, он промчался мимо меня сразу на второй этаж с такой скоростью, словно за ним бесы гнались. Когда наверху хлопнула дверь спальни, я едва успела пожарить яичницу.Тут не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться: что-то произошло. Ещё ни разу я не видела Эйдена таким суетящимся, даже в самых напряжённых ситуациях, он сохранял хладнокровие, позволяя себе проявить лишь тень беспокойства. Лезть с расспросами, да и вообще выйти из кухни не решилась. Но не из-за того, чтобы не попасть под горячую руку, а потому, что по себе знала: стоит кому-то отвлечь в такой ситуации и можно что-то забыть или упустить из виду нечто важное. Сколько времени прошло, как Эйден поднялся наверх? Минут пять-шесть? Не думаю, что больше. И вот он уже стоит на пороге кухни, не только переодевшись, но и явно только что из ванной комнаты, судя по влажным волосам. Даже странно, что не высушил их до конца с помощью магии. Впрочем, выглядел он сейчас чуть лучше, чем когда вытащила из него стилет.

– Завтракать будете?

Эйден ненадолго ушёл в себя, словно сверяясь с каким-то внутренним хронометром, а затем кивнул:

– Пара минут ничего уже не изменит. Давай.

Яичница, две котлеты и солодовая булочка были проглочены столь поспешно, что я забеспокоилась, как бы он не подавился. Хорошо, что чай заварить сразу догадалась.

Резко поднявшись из-за стола, Эйден шагнул ко мне и, обхватив ладонями за плечи, торопливо заговорил:

– Мне нужно срочно во дворец. Что бы ни произошло, Лара, не пугайся. Береги себя.

Я даже пикнуть не успела, как он коснулся губами моего лба, а затем стремительно покинул кухню. Входную дверь захлопнул уже порыв ветра. Всё произошло настолько быстро, что пришлось ущипнуть себя за руку, чтобы проверить, не пригрезилось ли, а пустая тарелка на столе лишь дополнительно подтвердила реальность произошедшего. Чтобы хоть как-то отойти от шока, я принялась мыть посуду вручную. Хотела бы я знать, что конкретно имел в виду Эйден, предупреждая меня перед уходом. Впрочем, долго гадать не пришлось: примерно через четверть часа входная дверь содрогнулась от мощного стука. Мне даже не пришлось прислушиваться к крикам, доносящимся с улицы, чтобы понять, кто там требует впустить себя в дом. Вытирая руки о полотенце, висящее на плече, я одёрнула юбку и пошла навстречу неприятностям. Вряд ли инквизиторы чисто случайно прогуливались мимо и решили внезапно просто заглянуть на пироги. Если я и ожидала увидеть нескольких человек, то никак не целый отряд из пятнадцати!

– Доброе утро. Господина Морлея сейчас дома нет. Он предупредил, что отбыл во дворец.

– Мы знаем. Отбыл, да не прибыл. Сегодня домой он точно не вернётся, – ухмыльнулся стоящий передо мной господин лет шестидесяти на вид, в дорогом сюртуке. – Если вообще вернётся...

У меня внутри всё оборвалось: что же такого натворил Эйден, что имею «счастье» лицезреть этих господ на пороге? Если бы случилось что-то серьёзное, то вряд ли он стал заскакивать домой, а то и вовсе сразу бы ударился в бега, если всё плохо. Затаился на время, чтобы разобраться в ситуации, а потом начал действовать. Пусть я знаю его не так много времени, но была уверена, что его вины нет. Он из таких людей, которые ещё помнят такие слова как «совесть» и «честь», когда речь идёт о служебном долге. Если Эйденом заинтересовалась инквизиция, то и меня прихватят заодно, следовательно, терять мне нечего: и так «огребу за компанию». Попробовать прикинуться дурочкой и получить хотя бы какую-нибудь информацию? Все эти мысли пронеслись в голове быстрее, чем Эйден недавно бегал по дому.

– Господин Морлей приказал никого не впускать в его отсутствие, – я рассеянно моргнула несколько раз.

– Господин Морлей арестован и находится в тюрьме инквизиции. У нас приказ на обыск его дома. С дороги! – рявкнул тот самый господин, буквально откидывая меня в сторону вместе с дверью, за ручку которой я держалась. Хорошо, что об стену дубовым полотном не размазало. Инквизиторы хищной вороньей стайкой разлетелись по дому.

– Наверху всё заперто! – крикнул свесившийся через перила инквизитор.

– Открывай! – приказал господин, не спускавший с меня цепкого взгляда с самого начала.

Зато я окончательно убедилась, что никакого приказа на обыск у них нет, иначе защита сразу была бы деактивирована, а двери вынесены вместе с косяками. Спасибо деду Гонро и его рассказы и что как-то показал издалека, как выглядит инквизиторская мантия.

Нервно теребя юбку, я крутила головой по сторонам, вроде как отвлекаясь на снующих инквизиторов:

– Но что я скажу господину Морлею? Как могу ослушаться его приказа?

Господин гадко усмехнулся, от чего ещё больше стал похож на хищного ворона с проседью:

– Старший Хранитель Королевского Хранилища Артефактов Доджер Бриз. Эйден Морлей – изменник короны, поэтому мы имеем право разнести всё тут согласно закону!

Довольный произведённым на меня эффектом, он толкнул меня в спину в направлении лестницы. Я молча распахнула дверь в спальню и отступила в сторону.

– Другие тоже! – приказал Бриз, наблюдая, как инквизиторы достали какие-то жетоны, вспыхнувшие ярким светом, начинающим пульсировать, стоило им навести на какой-нибудь предмет, напитанный магией. Вроде того камня, который кидал в ванную Эйден, когда я мылась. Футляры, сами камни и даже подставка с крутящимися часами полетели на кровать. Ещё когда поднималась на лестнице, я почувствовала, как между лопаток засвербело, а сейчас это чувство усилилось многократно. Поэтому я мысленно повторяла друг за другом несколько фраз: что вы ищите? Что вам нужно? Зачем всё крушить? Сама накрутила себя до такой степени, что потряхивать начало, но давление немного начало спадать, хотя и не исчезло окончательно. После того как были открыты все двери на втором этаже, включая подсобку и крохотный чуланчик, Бриз приказал мне спуститься вниз и ждать там. Я ушла в гостиную и замерла возле камина, прислушиваясь к звукам распахиваемых шкафов и переворачиваемых тумбочек. Приставленный ко мне инквизитор продолжал сверлить взглядом, реагируя на каждое движение, даже если просто переминалась с ноги на ногу, как только становилось невмоготу стоять без движения. Хорошо, что все последствия снятия привязки, заклятия и голодовки окончательно канули в небытие, иначе валяться мне тут бездыханной тушкой.

Судя по тому, что от Бриза едва молнии не сыпались, как только он пересёк гостиную, со второго этажа он ушёл несолоно хлебавши. Да и на первом, где изначально все двери были открыты, ничего обнаружить не удалось. Старший Хранитель мне не нравился категорически. Было в нём что-то такое... Отталкивающее.

– Что делал сегодня Морлей?

– Н-ничего. Пришёл, переоделся, поел и ушёл.

– Не ври мне, девка!

Бриз буквально в три шага преодолел разделяющее нас расстояние и, схватив меня крепко за шею, стукнул спиной об стену:

– Последний раз спрашиваю: что сегодня делал Морлей?

Пальцы так сильно сдавили горло, что дышать было сложно, а от удара из глаз брызнули слёзы:

– Я правду говорю, господин Бриз. Он и дома-то был всего ничего.

– Он давал тебе что-нибудь на хранение?

– Нет. Я готовила завтрак, когда он вернулся из поездки. Когда поел, вымыла посуду.

Бриз продолжил стучать мною об стену, словно в прямом смысле хотел выбить ценную информацию:

– Он украл ценную вещь! За это его ждёт казнь, но если ты поможешь её найти, возможно, его пощадят, заменив на рудники... А может, вовсе на время отправят в опалу, а ты сохранишь своё тёплое местечко при нём... Правду! Я жду правды!

– Господин Морлей ничего мне не давал! Клянусь!

– Надо же... Действительно, не лжёшь... – прошипел Бриз, проводя перед моим носом своей левой рукой, на которой сверкал своими гранями прозрачный раухтопаз. – ... иначе камень бы почернел. Ладно, я тебе верю. А как часто Морлей уезжал из дома?

– Не могу знать, я лишь недавно была принята на работу. Моё дело – уборка и готовка, – мой голос окончательно осип из-за продолжающегося давления на шею, а голова начала кружиться из-за нехватки кислорода.

– Хороший ответ. Честный. Честность я люблю. Запомни это, девка, – Бриз, наконец-то, убрал свою руку, а затем, увидев, как я сползаю по стене на пол, не силах удержаться на ногах, повернулся к приставленному инквизитору. – Ничего?

– Да дура обычная, деревенская. В голове одна только паника: как убрать учинённый нами беспорядок, чтобы господин не ругался.

– Дура – это хорошо. С такими проблем меньше, чем с умными. Уходим. Пора лично пообщаться с Морлеем.

Через расплывающиеся перед глазами круги я видела, как инквизиторы во главе с Бризом покидают дом, но уверена – они ещё вернутся. И в следующий раз у них действительно будет при себе приказ на обыск. С трудом встав с пола, я, шатаясь, дошла до входной двери и заперла её.

Дура? Хах... Спасибо тебе, дед Гонро, за твои страшные сказки об инквизиторах, оказавшиеся правдой. Сегодня они мне точно жизнь спасли, возможно, Эйдену – тоже. Авось и потом пригодятся. По крайней мере, уловка с менталистом сработала, а тот глубже копаться в моей голове не стал, не посчитав нужным тратить силы на какую-то там служанку. Надо будет ещё сказать потом спасибо силам свыше за свой дар. Всё-таки кое-что мне удалось узнать совершенно точно: Эйден ни в чём не виноват, а вот Бриз врал безбожно. От первого и до последнего слова. Кроме того, что Эйден сейчас действительно находится в застенках инквизиции.