Текст книги "Графиня – служанка (СИ)"

Автор книги: Екатерина Стрелецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 29 страниц)

Глава 23. Каждому таланту – своё применение

Я как раз возвращалась с работы, как в сумерках дверь одного из домов открылась, и меня окатило водой. Вообще-то, так не было принято: грязную воду либо сливали, донеся до ближайшей канавы, либо на задний двор в сток. Вода оказалась горячей, но, к счастью, не кипяток. Я хотела было выругаться, но, вспомнив, что решила отыграть сценарий про неудачливую прачку до конца, вскрикнула, а затем очень громко застонала, повалившись на землю. Служанка выронила таз прямо себе на ногу, пинком отправила его внутрь дома и быстро закрыла дверь. Ко мне подскочил Смотрящий, чтобы поднять. Хорошо, успела ему шепнуть, чтобы поднимал как будто сильно израненную. Сегодня Роб занимался другими делами, поэтому мою часть города курировал Том. Постанывая, я доплелась с его помощью до конца улицы, а потом мы юркнули к ближайшему входу в Тёмный город, коих было огромное количество. Не зря же мне ещё в первые дни показалось, что под землёй таится целый лабиринт. До жилища деда Гонро идти было от этого входа гораздо дольше, чем по улицам, но лучше так, тем более что я основательно вымокла. Зато жилища Просящих располагались на некотором расстоянии друг от друга, так что соседей мало кто из нас видел, а про шум и говорить нечего. Тут даже бригаду с отбойными молотками не услышали бы. О таком в прошлой жизни я только мечтать могла.

Увидев Роба, поблагодарила Тома за помощь, подкинув ему по традиции монетку, а сама подошла к здоровяку:

– Передай Королю, что завтра «меняюсь».

– Завтра за тобой зайду.

– Доброй ночи, Роб.

– Доброй, Лара.

Дальше я уже сориентировалась сама. Дед Гонро по-прежнему был главным поставщиком продуктов, я лишь изредка перехватывала по мелочи какие-нибудь не расторгованные булочки или пирожки у торговок. Заготовки под ожоги у меня давно были готовы. Даже жаль, что нельзя было изобразить химический – он намного красочнее и способен вызвать неизгладимое впечатление даже на самого прожжённого скептика. Но как бы ни хотелось пошалить, достоверность прежде всего. Решив не мелочиться, разорвала горловину у платья, чтобы оголить немного плечо. Дед Гонро, нарезая копчёности, чтобы бросить в варящийся гороховый суп, деловито поинтересовался:

– Одним куском всё покроешь?

– Нет. Тремя отдельными: лицо, шея и левая верхняя часть туловища. И держаться крепче будет, и не отслоится при движении, – я взяла в руки кусок стекла, обмазанный самодельным пластилином по краям, чтобы не резать руки каждый раз, и покрутила с нескольких сторон. Фальшивый ожог смотрелся хорошо и по тону с настоящей кожей смотрелся органично. Знала бы, что придётся постигать «самотыком» искусство гримёра, пошла бы на курсы при прошлой жизни. Увы. Так что приходилось методом проб и ошибок самой во всём разбираться. Не успели мы с дедом Гонро разлить по мискам аппетитную похлёбку, дразнящую густым ароматом копчёностей и гороха, как раздались три стука в дверь.

Как ни удивительно, но на пороге стоял Роб:

– Приветствую снова. Завтра утром Король хочет тебя видеть, Лара. Так что не торопись уходить, дождись меня.

По принюхиванию Смотрящего, а также по голодному взгляду, блуждающему в поисках манящего источника, поняла, что мужчина с самого утра так и не поел нормально.

Дед Гонро, похоже, пришёл к тому же выводу, поэтому принёс ещё одну миску и достал отложенное сало из шкафа:

– Проходи, Роб, раздели с нами ужин.

– Ну коли приглашаете... А уютно у вас тут, чистенько.

Я разлила суп на три равные порции, тем более что обычно готовили, не скупясь на продукты, чтобы до самых краёв мисок доходило.

– Так почему бы для себя не сделать хорошо?

– И то верно, – Роб подставил руки под струю воды, пока я поливала ему, а затем присоединился к трапезе.

Поблагодарив за еду, Смотрящий оставил на столе три гроша и, пожелав снова доброй ночи, ушёл.

– Прямо как в таверне побывал. Даже расплатился, – усмехнулся дед Гонро, закидывая монеты в ящик, предназначенный для денег на общие расходы.

– А то. И не подкуп служащего Королю, и довольный Смотрящий. Лучше поддерживать дружественные отношения, чем ссориться. Всяко пригодится.

– Даже не сомневайся. Смотрящие – «глаза и уши» Короля. Сама понимаешь, что какую репутацию нашепчут, так и оценивать будет.

***

Утром Роб зашёл за мной, и мы отправились к Королю. Возле зала я увидела Регину с Нилой и Лилой. Вопросительно приподняв бровь, фаворитка стрельнула глазами в сторону дверей. Я повернулась к ней левой стороной и чуть приспустила накидку с плеч, показывая ожоги. Судя по её одобрительной ухмылке, её посвятили в подробности нашего с ним разговора. Ну и отлично, мне же проще будет.

От моего увечья Король пришёл в восторг:

– А мне что-нибудь подобное сможешь сделать?

– Я постараюсь. Только мне нужно будет периодически сверяться с тоном вашей кожи, чтобы с красками не переборщить. Опять же, смотря какую часть тела преображать будем: лицо, часть шеи и руки ведь всё равно немного могут отличаться по оттенку от того же плеча, которое всегда скрыто под одеждой.

– Резонно. Меня в первую очередь лицо интересует.

– Могу попробовать нос другой вылепить. Я себе делала распухшие суставы, думаю, тут примерно так же можно.

– Отлично! Завтра этим и займёшься. Выкупаю твой день.

– Как скажете. Я как раз могу попробовать лихорадку разыграть из-за ожога. Правдоподобно будет для местных, куда я подевалась, а потом вдруг снова появилась с «подживающими» ранами.

– Хорошая легенда. Мне нравится. Свободна.

«Увечья», полученные из-за нерадивой служанки, сработали просто отлично. Той ещё и хозяйка трендюлей отвесила хороших, так как соседи донесли о происшествии, а сложить два и два, чем занималась девушка, пока она была в отъезде, что поспешила с уборкой, не составило труда. Я тихонько постанывала, «проваливаясь в забытье», а сама не знала, как не заржать, слыша доносящиеся разговоры. Что могу сказать: если уж взялась прислуживать за деньги, то оставь амуры до выходного дня. Другую девушку я, может, пожалела бы, но её хозяйка была достаточно лояльной к своим слугам, выделяя дни для отдыха, хотя ей всего-то прислуживало две девушки, да конюх, совмещающий обязанности мастера на все руки.

К вечеру я «разболелась» настолько, что самой себя жалко стало. Зашедший за мной Роб только хмыкал, что мне пора в балаганщицы подаваться с таким талантом. Вообще-то, Смотрящие не провожали так каждого из своих «подопечных», но в силу того, что я оказалась новенькой, да ещё и Король был заинтересован в моей персоне, поэтому присматривали за мной до сих пор. Но исключительно из соображений, чтобы беды какой не случилось. Казну я пополнила аж на целых тридцать восемь монет, поэтому по дороге завернули к одному из лавочников и хорошенько пополнили припасы, отпраздновав удачный день вялеными колбасками и банкой солёных огурцов. Даже деду Гонро оставили. И хорошо, что я так запаслась, потому что на следующий день, ожидая Роба, обнаружила стоящих на пороге Короля и Регину.

Когда первый шок прошёл, быстро накрыла на стол лёгкий перекус, прежде чем приступить к работе. Навеселились, кстати, от души, примеряя мои заготовки, которые им с лёгкой душой отдала. В целом день прошёл не так нервно, как я думала. Не забывая о субординации, мы втроём, тем не менее сумели выстроить отношения так, чтобы совместная работа оказалась наиболее комфортной и продуктивной. Правда, к ночи я всё-таки свалилась на лежанку от усталости и напряжения. Зато носы, щёки и шрамы вышли на загляденье. По приказу Короля один из Смотрящих принёс несколько обработанных стёкол, чтобы разместить заготовки.Четыре оставили мне, а остальные забрали Король с Региной. Как истинная девушка, та быстро вникла в работу с красками, как нужно подгонять тон и раскрашивать не до конца застывший клей. Все расходные материалы они собирались прикупить у Мэлта, а кисточки заказать у мастера. По мне так: пусть делают что хотят, главное, что принцип работы поняли и остались довольны. Уже убираясь после их ухода, нашла серебряный под одной из коробочек с красками. Сомнений, что монету не потеряли, не было: рядом углём была нарисована корона.

Дед Гонро явился сияющий, как начищенный пятак. Он по пути домой нашёл Роба и тряс до тех пор, пока не выяснил, что Король ушёл в приподнятом расположении духа. Даже сходил за грушевым пирогом. Где он сумел его найти почти в ночи, даже не знаю. В конце концов, у каждого свои секреты.

А на следующий день я вернулась на улицу доигрывать сценарий с ожогом. Подавали мне стабильно, и менее двадцати монет чистого дохода не уносила ни разу. Правда, однажды, когда «ожог» почти сошёл, моё внимание привлёк один незнакомец. Одет он был как обычный горожанин, но было в нём что-то, что выдавало не местного. То ли жесты, то ли повадки. Не знаю. Вот так в открытую разглядывать мне было не с руки, тем более что садилась всегда той стороной лица, которое было «повреждено». О «дядюшке Дереке» ничего не было слышно, но тут ведь как: стоит лишь расслабиться, как обязательно случится то, чего уже и ждать перестал. А ещё тот самый странный горожанин был рыжим. Прямо ярко-рыжим. Редко встречала такой оттенок. Мужчина некоторое время постоял на месте, крутя головой в разные стороны, затем перешёл улицу и, усмехнувшись, бросил монету. Мне не нужно было даже смотреть, чтобы понять – не грош зазвенел у моей ноги. Незнакомец однако тут же ушёл, а я приоткрыла глаз. Но мостовой лежал серебряник.

Глава 24. Снова он

Сообщив в очередной раз Робу, что собираюсь изменить не только внешность, но ещё и легенду, получила приглашение к Королю. Пока Смотрящий вёл к залу, пару раз услышала за спиной шепотки, дескать, гляди-ка, графиня идёт! У меня от этих слов холодный пот по позвоночнику заструился. Как и предупреждал Источник, я постепенно внешне изменилась, и уже не напоминала юную шестнадцатилетнюю девушку, скорее молодую женщину, лет двадцати пяти. К тому же на постоянных харчах да отварах деда Гонро заметно окрепла и перестала напоминать обтянутый кожей скелетик. Но всё-таки...

К креслу Короля подошла практически на негнущихся ногах, даже не зная, чего ожидать, ведь новый образ ещё не применила. В чём с работы вернулась, в том и пошла.

– Лара, я много думал над твоими словами насчёт соответствия роли, выбранной Просящим или Просящей тому кварталу, в котором стоит. Мне кажется, что над этим стоит попробовать поработать. С завтрашнего дня будешь выходить на замены или пустые места. Твоя задача: присмотреться, подумать, что можно привнести или учесть. Требовать с тебя подать в таком случае будет несправедливо, поэтому мои условия такие: сможешь что заработать в первый день – твоё, если менее двадцати монет. Всё, что больше – в казну, но не более половины, озвученной суммы. Заработаешь меньше, значит, до двадцати доплатим.

У меня прямо камень с плеч упал.

– Я правильно поняла, что в случае неудачи в первый день двадцать грошей в любом случае мои?

– Абсолютно.

– Где мне завтра предстоит стоять?

– Роб покажет и расскажет.

– Слушаюсь.

– Свободна. И... спасибо за заготовки. Отличные вышли. Только больше никого в свои секреты не посвящай...

– Я понимаю. Не все языки за зубами удержать смогут. Если пойдут слухи, что Просящие ряженые, то доходность резко упадёт. Условное доверие у подающих будет утеряно.

– Умница. Иди.

Откланявшись, я вышла из зала, но тут же взяла Роба в оборот.

– Где мне завтра предстоит стоять?

Смотрящий вкратце обрисовал и само место, и тех Просящих, что там раньше стояли. Было над чем подумать, но я решила начать с простого: с банального невуса на лице и пары ран на руках. Посмотрю, поведутся ли, а там видно будет что к чему. Может, «под лошадь» попаду. Костыли раздобыть не проблема, пропитанные красной краской бинты вызовут дополнительное сочувствие. Зато я обнаружила для себя несомненный плюс: до жилища деда Гонро было рукой подать, следовательно, можно будет тщательнее над образом поработать.

Хорошо хоть дед Гонро развеял мои опасения насчёт «графини». Всё оказалось просто до банальности: у Короля не было ещё официальной «королевы», поэтому местные Регину именовали не иначе как «Герцогиня», а заметив мои частые хождения к своему главному, тут же присвоили «титул» Графиня. Вроде как вниманием отмечена, но с фавориткой не соревнуюсь. Юмористы. А я из-за них едва не поседела. В общем, место оказалось не таким уж и завалящим, даром, что тоже возле рабочих кварталов. А ещё на углу был заброшенный дом в тихом переулке, который я присмотрела себе в качестве «столовой». Тихо, спокойно, никто есть не мешает, а сквозь заколоченные окна удобно наблюдать за улицей. Поэтому ела в абсолютном комфорте, растянувшись перед окном на импровизированной лежанке, собранной из найденного хлама. Дом был сухим, что немаловажно, поэтому никакой сырости или плесени. Идеально. Хах, знала бы, что когда-нибудь буду радоваться такому, решила, что с ума сошла и сбежала из дурдома, прячась от полиции.

Вытерев руки чистой тряпочкой, смоченной водой из фляги, собралась было уходить, как заметила движение в переулке. Ладно, сейчас пройдут, и выберусь. Надо же, снова тот рыжий. Мужчина совершенно спокойно направлялся к улице, на которой я сегодня работаю, а двое, наоборот, шли ему навстречу. Я думала, что они сейчас просто разойдутся, как один из этой парочки резко выбросил руку вперёд, а рыжий тут же упал. Затем эти двое быстро зашвырнули его в подвал дома. Я замерла, стараясь не выдать себя. Кто знает, как поведут себя чужаки? А эти двое точно не были из местных Разящих: их отличительные знаки знала, дед Гонро с Робом показали и рассказали в своё время, объясняя, в каком случае не стоит лезть, раз ребята «работают». А тут выходит, что чужаки вторглись на нашу территорию, ведь никого из людей Князя рядом не было. Нужно срочно Роба предупредить, чтобы поставил отца Регины в известность. Убивать без дозволения в чужом городе – нарушение. Вот только что делать с рыжим? Чужаки ушли, словно их тут и не было. Я тихонько спустилась в подвал, куда, судя по всему, закинули тело. Там как раз слуховое окно выбито было. Даже не понятно, дышит рыжий ещё или нет: он лежал на боку, но совершенно не шевелился.

Дом очень давно пустовал, поэтому пол кое-где был проломлен и солнечные лучи, пробивающиеся через окна, давали неплохое освещение в подвале, иначе тыкаться мне впотьмах тут до бесконечности. Я осторожно обошла рыжего и присела, чтобы проверить пульс. Тот слабо, но бился. Кто сказал, что будет легко? Да никто! У мужчины из груди торчал тонкий стилет, с пульсирующей голубой искоркой, которая с каждым последующим ударом сердца затухала всё сильнее и сильнее. А лицо рыжего становилось совершенно бесцветным и серело прямо на глазах, хотя с момента нападения прошло не так много времени. Похоже, что пострадавший был магом и этот стилет попросту вытягивал из него силу или каким-то образом блокировал её. По человеческим законам он уже не жилец. Его бы не спасли даже находись он сейчас на столе в операционной. Терять ему, в принципе, нечего, разве что остатки магии могут поспособствовать восстановлению повреждённых органов. Я перевернула его на спину и, крепко схватившись за рукоять, быстро вытащила стилет. Кажется, сработало. Я видела, как серость сходит с лица, но ничего больше не могла поделать, как закрыть рану чистым льняным платком, придавив рукой, чтобы хоть перекрыть доступ воздуха. Розовой пены на губах больше не появлялось: уже хорошо. Грудь рыжего медленно вздымалась, да и если прислушаться, дыхание можно было уловить. Собственно, я так и замерла в скрюченной позе: зажимая одной рукой рану, второй – следя за пульсом в районе сонной артерии, а ухо, прислонив почти к губам незнакомца.

Сколько же сейчас времени? По идее, скоро должен наведаться Роб или Том, чтобы проверить меня. Я смыла с рук следы крови водой, а сама поднялась наверх, как раз в то время, чтобы заметить приближающегося Смотрящего. Выбравшись из дома, смешалась с толпой и потащила Роба за собой, быстро рассказывая, что произошло. Смотрящий сунул два пальца в рот и свистнул так, что у меня едва намотанный на голову платок не сдуло. Подскочившему мальчишке из числа обычных беспризорников-порученцев сказал несколько слов и отправил к Королю.

– Что делать будем?

– Вначале я всё должен увидеть сам.

Рыжий находился в том же состоянии, в котором его оставила. Роб поднял с пола за кончик стилет:

– Хорошо, что позвала. Штучка магическая. Если бы он из-за неё умер, огребли бы проблем с инквизицией немерено. А так... Нежилец он всё равно.

– Так живой же...

– Нежилец, говорю же. Я таких уже видел. Оставь здесь лучше. Ну или можешь с ним посидеть, чтобы потом глаза прикрыть. На место тебе сегодня всё равно лучше не возвращаться. Если местных кто спросит, все подтвердят, что Просящая ушла задолго до того, как чужаки появились. Так ведь?

– Так.

– Ну вот и всё. Решай сама. Домой идти или тут торчать.

– А если его к лекарю?

Но по взгляду Роба поняла, что затея яйца выеденного не стоит.

– Ладно, я пошёл. Решай сама.

– Деньги-то забери.

Роб озадаченно взглянул на меня:

– А ты что, и тут заработала?

– Угу. Как раз около тридцатки.

– Давай.

Роб отсчитал оговоренную часть, но потом вернул:

– Ты же не по своему решению место покинула до конца дня, значит, твоё всё. Я Королю скажу, он возражать не будет. Бывай.

Для себя уже всё решила. Я попрощалась с Робом, а сама проверила рыжего. Да, кровь уже почти остановилась, даже глубина раны, как мне показалось, стала меньше. Хотя без фонарика и инструментов ничего не понять. Да и вообще без нормальной диагностики. Но и оставлять его тут было нельзя. В итоге не придумала ничего лучше, чем сбегать в жилище деда Гонро и принести всё, что могло бы пригодиться. Вернувшись, заткнула окно и зажгла свечи. Пока на улице ясно, особо огня внутри не заметят, тем более, что подвал. А вот как стемнеет, если ещё будет жив, то можно будет утащить рыжего в Тёмный город.

Глава 25. Раненый

Говорят, что удача любит рыжих. Этот на самом деле оказался счастливчиком. Когда мне удалось, наконец-то, нормально рассмотреть рану, то увидела лишь рассечённые клинком мышцы, ну и кожу, естественно. Видимо, на полное исцеление уже не хватило сил. Хорошо всё-таки быть магом в магическом мире: всегда есть шанс выжить за счёт иных сил, а не только резервов человеческого организма. Честно говоря, боялась, что забыла, как правильно накладывать швы при ушивании подобных ран, но в итоге справилась. Даже несмотря на то, что пришлось использовать обычные иглы и нитки. Шёлковые были бы предпочтительнее, да где их взять-то?! Чисто теоретически: в швейной лавке, вот только была я сейчас в таком виде, что даже за тройную цену не продали бы. Дополнительно останавливало предупреждение Роба, чтобы на место не возвращалась. Вдруг действительно кому-то в голову взбредёт, что без участия Просящей дело не обошлось. И так в Гренхолде ближайшие сутки будет неспокойно: узнав от потенциального зятя, что его территорию вторглись чужаки, да ещё и выполнили заказ, Князь точно всех на уши поднимет. А кому-то эти уши и собственноручно отрежет, когда найдёт. Хуже будет, если по стилету определят, из какого города явились чужаки, тогда всё зависеть будет от того, как близки по внутренней иерархии к тому Князю исполнители. Если выдаст и откупится, то будет мир, если нет, то паре Тёмных городов станет очень жарко. Прямо-таки смертельно жарко. Но в любом случае все эти разборки пройдут для всех намного проще и легче, как если бы вмешались инквизиторы. Мне вполне хватило рассказов деда Гонро, чтобы понять, насколько близко прошла по краю, когда подсыпала снотворное «дяде Дереку»: ведь переборщи с дозой, сама попала бы в их руки, так как смерть любого мага расследуется с максимальной тщательностью. Мне пришлось бы немало попотеть, доказывая одержимость «родственника», убеждая в реальности его планов поработить этот мир и что лично мне абсолютно не интересны власть, революции и тому подобное.

Магия-магией, а вот кровопотеря сама собой не компенсируется. Я старалась отпаивать рыжего по чуть-чуть вливая ему в рот самодельный гидратирующий раствор. Способ, конечно, такой себе, но хоть что-то. Мне не хотелось, чтобы он умер. Дело даже не в том серебрянике, просто когда умирают люди – это всегда тяжело. А когда на твоих руках – вдвойне тяжелее. Жизнь – прекрасна и удивительна, чтобы её лишаться.

Рыжему не становилось лучше, но самое главное, что не становилось хуже. Знать бы ещё, как у этих магов сила восполняется. Но, увы, справочников таких у меня в наличии не было и даже не предвиделось в обозримом будущем. Как тащила его на себе в жилище деда Гонро – отдельная история. Чудо, что оба не самоубились и даже швы не разошлись. Только пристроила рыжего на свою лежанку и раздела, чтобы обмыть, как пришёл дед Гонро.

Плотно закрыв за собой дверь, он посмотрел на мертвенно-бледного мужчину, затем на меня:

– Лара, что случилось?

Вкратце рассказала, что произошло, включая разговор с Робом.

– Не стоило его сюда приводить...

Я выпрямилась, сжимая в руках тряпку, которой вытирала следы крови с тела мужчины:

– Урок третий, дед Гонро.

Старик покачал головой, бормоча себе под нос:

– Научил на свою голову... Ладно, давай посмотрим, что тут... Маг, говоришь?

Я кивнула.

– Уверена, что сможешь поднять его на ноги?

– Если не попытаюсь, сама себя возненавижу.

– Ясно. Ставь воду на огонь, попробуем выцепить твоего рыжика из рук костлявой.

– Он не мой!

– Раз взяла на себя ответственность за него, значит, твой. И спорить нечего, Лара.

– Простите, дед Гонро, – я пошла разжигать печурку, пока старик задумчиво перебирал свои запасы снадобий и трав.

Совместными усилиями подобрали более-менее подходящие настойки и оговорили, какие отвары стоит давать, учитывая предполагаемый объём кровопотери.

С первых заработанных денег сверх штрафа я приобрела у старьёвщика три ширмы, одну из которых, как и хотела, стала использовать, чтобы отгородить «умывальню», а за двумя другими спрятала ставшую собственной лежанку деда Гонро, которому давным-давно соорудили новую. К зиме в планах было заказать у плотника пару кроватей, но таких, чтобы их можно было по частям пронести в жилище и уже тут сколотить окончательно. Поэтому с рыжим пришлось поступить так же, как и старик в своё время со мной, когда болела – приставить лавку, примостившись рядом. Ширмы надёжно скрывали нас обоих от глаз внезапных посетителей, поэтому за лишние слухи можно было не беспокоиться. Хотя бы некоторое время.

Следующий день, да и несколько последующих прошли без особых изменений. Рыжий по-прежнему не приходил в сознание, даже не стонал и не шевелился. Только Роб предупредил, когда возвращалась от Короля после беседы насчёт происшествия, что это, конечно, моё дело, кого у себя приютить, но если у Тёмного города возникнут из-за рыжего проблемы, то отвечать буду головой. Хотя бы деда Гонро не тронут – и то хлеб. Правила старик мне объяснил, дальше уже всё, своя голова на плечах должна быть,тем более что сама зарабатываю и нареканий ко мне до этого дня не было. Случай, когда меня нашли не в счёт.

Днём я забегала проведать рыжего, напоить очередным отваром и привести в порядок. Радовало, что рана и швы опасений не вызывали. Ещё мне казалось, что когда подходила к мужчине со свечой или лампой, ему дышалось чуть легче. Стихийник вроде Норы? Мне ведь рядом с водой становилось лучше, так, может, рыжий – маг огня? Поджигать его, естественно, не стала, но старалась как можно чаще и дольше оставлять рядом с ним пламя. Естественно, в те минуты, когда сама находилась в жилище. Дед Гонро особо не вмешивался, лишь подсказывал какие-то новые отвары, эликсиры и настойки. Чтобы не привлекать особо внимания, к местному лекарю ходили по очереди, заодно пополняя «домашнюю аптечку» на разные случаи жизни. Тот только рад был и ратовал за то, что ещё до начала холодов мы озаботились противопростудными снадобьями, пока он может спокойно готовиться к началу «сопливого» сезона.

Погода в Гренхолде была своеобразной: вроде только что жара была несусветная, как резко похолодало, то пыль стояла столбом, то вдруг ливни зарядили. Я по достоинству оценила кахрет, благодаря которому умудрилась избежать новой простуды после долгих стояний на продуваемом всеми ветрами месте. Король оценил мой образ «пятнистой девки» и по истечении недели решил поставить меня в новое место, сделав рокировку с одной парочкой Просящих. Внутри меня поднялась паника: а как же рыжий? Как долго придётся добираться до новой точки? Но пока мне давали четыре дня, чтобы присмотреться к двум улицам и внести свои предложения по поводу очерёдности их разработки.

Собственно, вечера так и протекали: между готовкой, обсуждениями с дедом Гонро нового поручения и ухаживанием за раненым. Так как все необходимые гигиенические процедуры выполняла сама, то не смогла не заметить, как потихоньку наливаются мышцы в его теле, становясь понемногу крепче и плотнее. Даже вокруг раны ушла отёчность. Деда Гонро, как и меня, смущало то, что рыжий до сих пор не пришёл в сознание. На всякий случай я оставляла некоторые метки, когда уходила, чтобы понять, двигался мужчина в наше отсутствие или нет, но они оставались нетронутыми. Поэтому оставалось только ждать. Дед Гонро посмеивался, что если бы рыжий пришёл в сознание, то уже сидел бы с нами за столом, так как аппетитные ароматы моих похлёбок и запеканок мёртвого способны поднять из могилы, не то что раненного с постели.

Мне оставалось лишь грустно согласиться, разламывая запечённую слоями с мясом и сыром картошку. Ради интереса даже подходила с дымящейся тарелкой к рыжему, но он так и остался недвижим: ни один мускул не дёрнулся, ни дыхание не изменилось. Но я не теряла надежды, продолжая вливать в него снадобья. Одежду рыжего я давно привела в порядок: выстирала, заштопала и сложила рядом с лежанкой на скамеечку. Что-то, что могло бы пролить свет на его личность, не обнаружила. Ну да, было бы смешно, если бы он взял с собой паспорт или нечто подобное, отправляясь блуждать по незнакомому городу. Такое обычно оставляли в укромном месте, лишь знать носила с собой бумаги.

Чужаки убрались из Гренхолда в тот же день, когда попытались его убить. Князь рвал и метал, пытаясь выяснить, кто посмел промышлять на его территории, и потихоньку вёл переговоры с соседними Тёмными городами. Личность рыжего выяснить не удалось: снял комнату у одной из сдающих свои дома хозяек, ходил по ювелирным лавкам и скупкам, особо ничего не покупал, но и не искал определённого, а в день нападения и вовсе съехал, никому ничего не сказав. В общем, не человек, а одна сплошная загадка.

А в один из вечеров, вернувшись с работы, мы с дедом Гонро обнаружили опустевшее жилище. Соломинки, которые мы втыкали в дверь в качестве маячков на открытие, остались на месте. Даже растянутый между двумя малюсенькими кусочками пластилина, мой волос был цел. Значит, дверь не открывали. Воспользоваться портальными артефактами на территории Тёмного города невозможно: об этом давным-давно позаботились предыдущие Короли, периодически обновляя защитные блоки, приглашая «своего» мага. Соответственно, переместиться обратно, даже побывав в подземной части Гренхолда, тоже было нельзя.

– Что, ушёл, даже не сказав «спасибо»? – усмехнулся дед Гонро, проверив жилище.

– Угу. Ещё и клюквенный кисель выхлебал. Только в обед сварила, думала потом выпить, так как горячий был, – я заглянула в опустевший кувшин с красноватыми потёками на боку.

– Лара, ты ведь ничего у него не брала?

– Что вы, дед Гонро! После стирки всё вернула в те карманы, где и лежало.

Дед Гонро обнял меня за плечи и прижал к себе:

– Вот и молодец. Всегда говорил тебе, что ты умная, девонька. Ушёл и ушёл. Ты сделала что могла.

– Надеюсь, что с ним всё хорошо.

– Ну тут уже не твоя печаль.

– Угу.

Но всё равно было как-то тревожно. Блуждая по городу, наблюдая за Просящими, которых должна была сменить, я нет-нет, да и вглядывалась в лица прохожих, но больше рыжего не встречала. А потом уже не до него стало.