Текст книги "Графиня – служанка (СИ)"

Автор книги: Екатерина Стрелецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц)

Глава 8. Источник

Теперь я уже не бежала, а безвольной куклой, словно перехваченной за талию рукой невидимого великана, отдалялась от заветной калитки. Пыталась сопротивляться, но всё было тщетно: силы были слишком неравны. То ли от испуга, то ли из-за подчинившей меня себе силы, не могла вымолвить ни слова. Дом тем временем виднелся всё ближе и ближе. Достаточно было только подумать, что с минуты на минуту окажусь в радостно распахнутых объятиях дяди, как из глаз брызнули слёзы, а в животе скрутило от страха настолько, что тошнота подступила к горлу. Неожиданно моё тело обогнуло дом и устремилось в дальнюю часть сада. Мелькали мимо деревья и кусты, посаженные вдоль аккуратных, присыпанных мелким гравием, дорожек. Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Я оказалась снова стоящей на земле, но не смогла удержать равновесие и упала на колени. Вокруг установилась мёртвая тишина, даже многовековые дубы перестали шелестеть листвой, и только бешеный стук моего сердца нарушал безмолвие. Я медленно поднялась и осмотрелась, пытаясь угадать, откуда ждать сюрпризов. Меня одолевали серьёзные сомнения, что всё это дело рук дяди.

– Не туда смотришь... – раздался спокойный голос, похожий больше на мужской, нежели женский.

Я уставилась на большую чашу из белого мрамора с серо-голубыми прожилками, частично поросшую мхом. На фоне относительно ухоженного сада она выглядела несколько запущенной, а потому очень старой.

– Какие хозяева, такой и Хран. Удивительно, как не сгнил ещё... – ответил всё тот же голос, прочитав мои мысли. Зато поняла, где слышала его раньше – это он звал меня перед тем, как я очнулась в теле Норы. Из-за сходства с дядиным, а потом подслушанным монологом решила, что именно тот меня звал, но сейчас окончательно убедилась в своём ошибочном предположении.

Словно в подтверждение, огромный водяной столб взметнулся из чаши метра на три в высоту.

– Да, это был я.

Всё ещё не веря своим глазам, тихо спросила:

– Источник?

– Кто же ещё. У этого мерзавца почти получилось уничтожить последнюю наследницу рода Норенхайт, пришлось вмешаться. Если бы ты, точнее Нора, не очнулась, мне бы пришлось ему подчиниться, ведь формально договор не нарушен. Руки Дерека чисты, а то, что девчонка не выдержала – исключительно вина её расшатавшейся психики и богатой фантазии.

– Договор? Какой договор?

– Я – чистая стихия, необузданная и своенравная. Во время сильных магических колебаний, возникших из-за войны между одарёнными и обезумевшими создателями, подобные мне потеряли самоконтроль и принесли немало бед на земли. Но нашлись маги, сумевшие с помощью своей силы обуздать нас, привести в чувство, если можно так сказать. Однако на то, чтобы окончательно избавиться от магических аномалий, продолжающих возникать то тут, то там даже после окончания распри, потребовались десятилетия. Поэтому был заключён договор, согласно которому каждый из стихийных магических Источников соглашался подчиниться прямым потомкам тех магов ради поддержания порядка.

– Но при чём тут я, и зачем вы меня остановили, у меня нет магии. К тому же вам известно, что я – не Нора, а, следовательно, не могу являться настоящей наследницей рода Норенхайт.

– Жить хочешь?

Сама постановка вопроса уже не предвещала ничего хорошего. А вкупе со всем произошедшим за последние дни, нервы мои стали совсем ни к чёрту. Пока утешало лишь то, что вокруг нас живой стеной встала вода, отрезая поляну с чашей от остального мира. Поток проносился мимо на приличной скорости, не пропуская ни единого звука извне.

– Хочу...

– А я вот свободы хочу, – невозмутимо продолжил Источник. – И ты мне в этом поможешь.

– Но почему вы раньше не обратились к Норе?

– Пытался, но она слишком меня боялась. Всё-таки Дерек был весьма искусен в своей лжи и нежелании обучать её азам управления магии. Моя резкость и необузданность доводила Нору до панического ужаса.

– Но ведь сейчас мы вполне мирно беседуем...

Источник издал звук, похожий на смех:

– Вот именно, что сейчас. Контроль требует немалых усилий, большую же часть времени я – это просто стихия, пронизывающая воды, текущие по землям Норенхайтов. Вмешательство в призыв двойника из другого мира и так потребовал от меня серьёзных затрат магии. Иначе у Дерека попросту не хватило бы сил, а мне нужен был кто-то, кто хотя бы ненадолго прижился в теле Норы.

У меня мгновенно похолодели руки и ноги.

– Что значит «ненадолго»? То есть, я умру?

– Нет. Ты заняла тело, но не приняла его абсолютно своим. Даже не так. У тебя сильный характер, поэтому под его влиянием оно всё больше и больше изменяется под Лару, становится твоим, но не Норы. Иначе ты попросту оказалась запертой внутри него. Тело бы существовало по привычке, словно кукла, повторяя обыденные ритуалы. Хорошо, что у Дерека было мало времени, чтобы заметить изменения. Ты не станешь выглядеть такой, какой покинула свой мир, просто в определённый момент будет достигнуто равновесие между внутренним и внешним. И это очень даже хорошо. Ведь Дерек будет искать юную девушку и не догадается, что она будет выглядеть старше.

– Искать? То есть, вы меня отпустите?

– Да, после того как получу свободу. Сегодня как раз подходящее время: вхождение в полную силу в связи с совершеннолетием. Потом у тебя будет впереди три года, чтобы окончательно избавиться от опеки Дерека.

– Ничего не понимаю. День рождения Норы ведь не сегодня...

– Сегодня, Лара, сегодня. По настоянию бабушки и дедушки Норы её родители скрыли настоящую дату рождения своей наследницы. Полностью принять управление мной у тебя не выйдет, иначе умрёшь: не обученность плюс отторжение, которое неминуемо случится в течение пары дней. Поэтому, пока ещё сила твоей крови не перебила родовую Норенхайтов, есть возможность разорвать мою связку с Норой, иначе она перейдёт на Дерека после твоей окончательной смерти. Мне бы этого не хотелось. Одно дело – подчиняться и приносить пользу, питая и орошая эти земли, совсем другое – слиться с другими как я под властью безумца. Думаю, ты и так догадалась, к чему это приведёт. К сожалению, у нас не так много времени. Если попробуешь сбежать, Дерек тебя найдёт, используя родственную кровь. Даже быстрее, чем это сделают гончие. Куда бы ты ни направилась, Лара, ты всегда будешь ярким маячком светиться на карте Норенхайтов. Той самой, что висит на стене в кабинете, принадлежавшем отцу Норы. Спасибо, что не ударилась в бега в самый первый день, как услышала послание от меня, оставленное в воде. Иначе Дерек бы денно и нощно не спускал с тебя глаз. Догадался же как изолировать тебя даже от моих посланий. Инициировать дождь тоже было непросто, ибо любое вмешательство в привычный ход времени и погоду достаточно сложно, особенно после опустошения из-за участия в призыве. Помоги мне, и я помогу тебе. После разрыва привязки ты станешь недосягаемой для Дерека в плане поиска с помощью магии. Желательно не попадаться ему на глаза и тогда у тебя появится шанс прожить более долгую жизнь, чем он отмерил для Норы.

– Но почему три года?

– По человеческим законам полная свобода от опекуна наступает в двадцать один год. Если до этого времени Дерек поймает тебя, то имеет полное право запереть в доме под предлогом душевной болезни племянницы. Да, привязка будет разорвана, но что ему помешает снова провести пару-тройку ритуалов, изменив сущность твоего тела под Нору и создав искусственную привязку? В таком случае в ловушке окажемся мы оба с тобой, Лара. Чем закончится дело, уже упомянул неоднократно. Даже не представляешь, какими запрещёнными знаниями овладел за свою жизнь Дерек.

Не знаю, но вполне представляю. Этот маньяк ни перед чем не остановится, желая достигнуть своей цели.

– А по истечении трёх лет? Вдруг он случайно наткнётся на меня, когда мне исполнится по местным меркам двадцать два или двадцать пять?

– Создать искусственную привязку будет уже невозможно. Тут помешают не только человеческие законы, но и магические. Таким образом, твоя задача будет предельно проста: бежать и не попасться в поле зрения Дерека на протяжении трёх лет начиная с этой минуты.

– А чем будет грозить разрыв привязки для остальных?

– Для остальных? Ты про жителей этих земель?

Я кивнула:

– Сами же охарактеризовали себя могущественной и неуправляемой стихией...

– Не только о себе думаешь... Значит, я не ошибся, повернув вектор поиска именно в твой мир, хотя выбор был ещё между двумя... Но можешь быть спокойна: таких магических колебаний, которые возникали когда-то, больше не происходит. Реки, озёра и ручьи по-прежнему будут питать эту землю, не вредя людям. Просто моя магия престанет быть доступной Норенхайтам. Ты от этого тоже выиграешь, Лара, ведь Дерек лишится большей части своей силы. Ещё и на несколько дней выйдет из игры, дав тебе фору. Да, разрыв привязки он почувствует несмотря на вынужденный сон, но будет беспомощнее младенца некоторое время.

– Я согласна. Что нужно будет делать?

– Дашь к себе прикоснуться?

– У меня нет выбора. Если есть шанс выжить, я готова его использовать.

От Источника отделился поток, толщиной с мою руку и обвил запястье. Стоило воде схлынуть, как на коже засветился двойной вытянутый ромб со схематическим изображением волны внутри.

– Родственники Норы ещё и заблокировали частично её дар... Не знал и даже не ощущал... Придётся действовать по-другому...

Я не успела даже пикнуть, как поток трансформировался в острое лезвие, полоснувшее меня по запястью. Но боли не почувствовала, несмотря на глубину раны. Вместе с хлынувшей кровью, две ниточки потянулись в разные стороны: одна к Источнику, а вторая к дому. Постепенно обе они стали утолщаться и пульсировать. Где-то позади меня послышался страшный, леденящий душу, крик. Я дёрнулась, но тут Источник снова заговорил:

– Лишение магии – процедура весьма болезненная. Мне подобное неведомо, слышал только, как люди говорили. Не обманули, выходит. Не удивляйся, Лара, я специально сделал брешь, чтобы звуки, происходящего в доме, до тебя донеслись. Как видишь, абсолютно честен с тобой.

Я действительно слышала звон бьющегося стекла и вопль дяди, похожий больше на рёв раненого монстра.

– Но почему я ничего не чувствую?

– Так ты же добровольно отдаёшь, как наследница рода, а я забираю своё у последнего родственника Норенхайтов, оставшегося в живых. Не моя печаль, что он против. Да и тебя мучить мне ни к чему. Тебе ещё выбираться отсюда...

Наконец, крики стихли, а нить, ведущая от дома начала исчезать, превращаясь прямо на глазах буквально в тлеющий бикфордов шнур. Моя же просто рассыпалась мелкими искорками. Внезапно навалилась такая усталость, что меня зашатало.

– А ты как думала? Это ведь магия поддерживала жизнеспособность тела Норы. Иначе от постоянного недоедания она давным-давно сама умерла. Собственно, полуголодное содержание входило в план Дерека, чтобы племянница расходовала магию только на себя и не попыталась ею самостоятельно овладеть. Ничего, не расстраивайся...

Как тут не «расстроиться», когда ощущение, словно рассыпаешься на части и не в силах даже пальцем пошевелить?

Глава 9. Водные титаны

– Не всё так плохо, как тебе может показаться на первый взгляд. Не беги через лес, как изначально задумала, иди вверх по реке. Пропусти дельту, где ответвляется правый рукав, а слева впадает приток Хаддей, двигайся по основному руслу, а потом поворачивай в левый: ниже по его течению располагается несколько крупных городов, легче будет затеряться. Дерек там не бывает, следовательно, знакомых у него нет, и найти тебя будет намного сложнее. Тем более что никому в голову не придёт искать в том направлении, прочёсывать в первую очередь станут территории вниз по течению, как только поймут, что твоя нога не ступала в лес.

Я не выдержала и расхохоталась:

– Вверх по реке? Шутить изволите? Да меня даже вниз по течению волной с ног собьёт сразу!

– Я значительно понижу уровень воды и остановлю течение. Успеешь пройти озвученным маршрутом – молодец, а нет... Буду вспоминать, как ту, что даровала мне свободу.

Мда... Какой незамысловатый по своей циничности ответ. А главное – честный.

– Думаете, что даже при озвученных условиях окажусь способной хоть на что-то? – я опустила голову, взглядом намекая на свою теперешнюю фигуру.

– Нарастить мяса на это тщедушное тельце у меня не получится, а вот вдохнуть чуть больше жизни и сил – вполне. Только имей в виду: власть моя не распространится слишком далеко от этого места, к тому же скоро моя магия перестанет на тебя влиять. Мне и самому стоит затаиться на время, чтобы все поверили в моё размагичивание... – Источник перетёк из чаши и оказался всего в нескольких сантиметрах от моего носа. – Такие, как я, никогда не теряют своих свойств навсегда. Просто уходят в тень или сливаются с наиболее сильным.

Так вот что хотел сделать дядя, когда бормотал о подчинении всех водоёмов королевства: поглотить Источником Норенхайтов более слабые. Тем временем по водной глади пошла рябь, как бы выражая недовольство моей медлительностью.

– Только моё лицо не трогайте.

Источник немало удивился этой просьбе:

– Почему? Я могу убрать все повреждения, нанесённые Дереком. Не пристало девушке ходить с такими «украшениями» на лице.

– Вот именно! Дядя будет искать свою юную симпатичную племянницу, а не фингалистое недоразумение вроде меня. Даже если вручит какой-нибудь ищейке мой портрет, то мало кто решится вглядываться в расквашенную физиономию какой-то девки. От таких обычно отводят взгляд, ещё и парочкой нелестных характеристик могут вслед наградить. А когда синяки пройдут, ещё что-нибудь придумаю.

– Оригинально, но не лишено смысла. Что ж, значит, трогать лицо и в самом деле не стоит, – Источник словно распахнул объятия, сомкнув их за моей спиной.

Я словно очутилась внутри водяного кокона, плотно облепившего с головы до ног. Вода текла по коже, но не пропитывала одежду и обувь. Холодно, мокро или неприятно не было, наоборот, от неё шло приятное тепло. Слабость уходила, а в теле ощущалась невиданная доселе энергия. Горы, конечно, не сверну, но пару тоннелей в них пробить точно сумею.

Источник вернулся в чашу так же внезапно, как и появился из неё.

– Беги!

И я побежала в указанном направлении, держась руками за импровизированные лямки, чтобы мешок не бил по спине.

Источник и в самом деле понизил уровень воды аж до щиколотки и остановил течение. Бежать было не очень удобно, но выбирать не приходилось. Источник и так очень сильно мне помог. Без него меня бы прибило обратно к берегу, зайди я всего лишь на расстояние метра от кромки. Луна то скрывалась за облаками, то начинала ярко освещать всё вокруг. Периодически она ослепляла меня резкими перепадами свет-тьма и бликами о водную гладь, но я упорно стремилась вперёд. А вот и первая развилка, о которой говорил Источник. Неожиданно со стороны притока Хаддей послышался шум. Словно мощный поток разбивался о невидимую преграду, пытаясь преодолеть её раз за разом. Внутри стало тревожно, и я повернула голову как раз в тот момент, когда огромная волна откатилась назад, а затем с оглушительным рёвом устремилась в мою сторону, пробивая то, что её сдерживало. Зрелище было настолько ужасающим и прекрасным одновременно, что меня словно парализовало на месте. Внезапно меня в спину ударило и понесло вперёд, откидывая подальше от того места, где стояла. Плюхнувшись на четвереньки, я обернулась, наблюдая, как волна возвращается обратно, врезаясь в несущуюся ей навстречу. Вверх взмыли два потока воды, схлёстываясь друг с другом. На секунду мне показалось, что они стали похожи на фигуры мощных мужчин, решивших выяснить отношения между собой. Брызги летели во все стороны тяжёлыми снарядами, падая вниз. Бугрились, то наливаясь, то светлея, полупрозрачные «мышцы» сапфирового цвета... Прямой удар «руки» одного, целящего в корпус другого... Уклонение второго... Захват... Они то обращались обратно в потоки, то снова сцеплялись, словно мифические водные титаны. Кое-как поднявшись, я отжала ставший тяжёлым подол и рванула вперёд. Похоже, что Норен решил вмешаться, отвлекая внимание Хаддея на себя.

В спешке несколько раз падала, вставала, но продолжала бежать, чувствуя, как уходит сила, данная Источником. До нужного рукава оставалось не так много как вода начала резко подниматься, сбивая с ног и увлекая за собой. В реке начали закручиваться водовороты, швыряющие меня друг к другу. Мешок давным-давно сорвался, скользнув по спине и унесясь на дно. Я уже не различала, где верх, где низ в этой круговерти, лишь пыталась время от времени сделать вдох, чтобы не захлебнуться. Налетев со всего маху на какую-то корягу, умудрилась зацепиться за одну из её веток косой и начала тонуть. Отцепить или распутать волосы никак не получалось, воздух в лёгких заканчивался, а всплыть всё никак не выходило: проклятая деревяшка упорно тянула меня ко дну. Ветка тоже не ломалась, как я ни билась. Задев себя по груди внезапно вспомнила про нож, который в последний момент прихватила перед тем, как сбежать из дома. Пока вытаскивала его из размокших кожаных ножен, несколько раз порезалась, но, наконец-то, ухватилась одной рукой за корягу, а второй начала буквально пилить косу. Хорошо, что не у самых корней волос зацепилась, иначе точно по шее полоснула. Освободившись, начала всплывать, но руки и ноги почти перестали слушаться...

Неведомая сила выдернула меня как раз в тот момент, когда я уже начала терять сознание, наглотавшись воды. Куда волочёт моё тело уже не понимала, медленно погружаясь во тьму.

***

Лёгкие горели при каждом вдохе, но эта боль меня только порадовала: раз есть чему болеть, значит, жива! Медленно приходя в себя пыталась понять, где очутилась. Пальцы нащупали мягкую траву, вцепившись в которую, я попыталась приподняться, чтобы перевернуться, исторгнув из себя речную воду, а затем сесть. С трудом, но мне удалось и это. Над ближайшими холмами занимался рассвет, развеивая туманную дымку над рекой.

– Ты всё-таки выжила. Поздравляю, – раздался совсем рядом до боли знакомый голос.

Немного развернувшись, я увидела сидящего рядом мужчину лет тридцати с пронзительными глазами, меняющими свой цвет от прозрачно-голубого до насыщенно-синего, одетого в костюм-тройку.

– Спасибо, господин Ист Норен... – прохрипела я в ответ, пытаясь откашляться.

– А ты забавная, Лара, – легко рассмеялся Источник, оценив мою шутку. – Это, конечно, не то место, куда я хотел, чтобы ты попала, но тоже вполне подойдёт, чтобы спрятаться. Если бы не этот сопляк Хаддей со своим строптивым характером, всё бы получилось... Но ничего, он своё получил. Ты мне нравишься Лара, особенно твоё стремление к жизни. Продолжай в том же духе. Пожалуй, сделаю тебе один подарок... Ты можешь обратиться к воде, абсолютно любой, и попросить её о чём-то, что в её силах. Передать послание, например.

– Но тогда дядя сможет меня найти? Ведь есть такая вероятность?

– Несомненно, если это произойдёт до того, как тебе исполнится двадцать один год. Есть кое-какая поисковая магия, сработающая даже после разрыва привязки, если у родственников есть сходный стихийный дар. Поэтому хорошенько подумай, прежде чем использовать мой подарок. У меня нет пророческого дара, но думаю, когда-нибудь магия тебе пригодится. А теперь прощай, я израсходовал почти весь свой резерв за прошедшую ночь, – Источник направился к реке и растворился в тумане.

Жива! Я жива! Теперь пора сориентироваться, куда идти и продолжить свой путь. Я поднялась и, цепляясь за стволы деревьев, пошла по тропинке, петляющей впереди.

Глава 10. Ну и куда ты, девка, сунулась?!

Я настолько обрадовалась, что побег удался, да и вообще смогла пережить эту безумную ночь, что не сразу сообразила заняться внешним видом. Платье серьёзно пострадало в результате всех этих приключений, а ещё было мокрым. Поэтому свернула с тропинки, надломив ветки на деревьях, чтобы найти обратную дорогу, а затем стянула с себя всю одежду и хорошенько выжала. Солнце пригревало всё сильнее, поэтому я развесила нижнее бельё на ближайшем кустарнике, пока пыталась выкрутить платье. На моё счастье, сорочка и панталончики высохли очень быстро, поэтому не пришлось долго провести в «костюме Евы». Но уж лучше в нём, чем заработать переохлаждение, которое может повлечь за собой воспаление уже всей Лары. Хотя в носу уже начало подозрительно хлюпать. Место, куда меня вынесло Источником не было диким, о чём явно свидетельствовала тропинка, но пользовались ею явно редко. Но всё равно от каждого хруста ветки или шелеста пролетающих мимо птиц вздрагивала. Куда идти дальше понятия не имела, равно как и что делать. Видок у меня сейчас был будьте-нате. Впору милостыню просить. В итоге, дожидаясь, пока досушится платье, пригрелась на солнышке и уснула, сидя под раскидистым дубом.

Глаза открыла, когда уже вечерело. Натянув на себя платье, застегнула ремень, авось пригодится ещё, и так без вещей осталась, и побрела к тропинке. Оставаться вблизи реки было чревато: стоит солнцу окончательно скрыться за горизонтом, как от неё потянет сыростью и холодом. По дороге попалась дикая яблоня, манившая своими гроздьями, увешанными спелыми миниатюрными плодами. Яблочки оказались сочными и сладкими, с едва ощутимой кислинкой, придававшей им лёгкий оттенок свежести и лишая приторности. С голодухи думала, что обглодаю до самой верхушки. Деревце спасло лишь то, что взобраться на него не смогла бы физически. Тем не менее, перекусив, почувствовала себя значительно лучше и продолжила свой путь.

Сумерки подкрадывались всё ближе и ближе, я всё не видела конца тропинки. Постепенно совсем стало темно. Хорошо ещё по дороге попалась крепкая ветка, которую я приспособила в качестве трости. В крайнем случае, попытаюсь продать свою жизнь подороже, если придётся отбиваться. Наконец, впереди замаячил огонёк. Вот на него, как на путеводную звезду и направилась.

Я так надеялась выйти хоть к какому-то жилью и попроситься переночевать на сеновале, а в итоге... оказалась на поляне, в центре которой горел небольшой костёр. Вокруг сидели какие-то оборванцы, впрочем, сама сейчас мало чем отличалась от них.

– Вот это явление! Тебя сюда как занесло девка? – обратилась ко мне одна из представительниц местного андеграунда.

– Да вот как-то так вышло... Погреться можно?

– Падай, нам не жалко. Пожрать есть чего?

Я вытащила из карманов припасённую дичку:

– Всё что есть...

– Годится! – женщина пулей подорвалась с места, а затем ловко сцапала яблочки. – У-у-у... Это кто же тебя так? Из дома, что ль сбежала, девка?

– Вроде того, – я присела на корточки у костра и протянула начавшие зябнуть руки.

– Несладко, видать, тебе пришлось... В городе счастья попытать решила?

Я кивнула, но палку тем не менее с колен не спускала.

Женщина вернулась на своё место, а затем что-то зашептала своему спутнику. Всего у костра грелось шесть человек. Навскидку им было лет от пятнадцати до шестидесяти. Хотя кто их знает... Отмыть и причесать, так вместе с грязью десяток лет отвалится.

– Можем проводить... Вот только не бесплатно, естественно.

Диапазон того, что могут от меня за услугу попросить вольные бродяги, был слишком широк: от «натуры» до «натуры». В том смысле, что от интима до выполнения поручений, на которые не решились бы сами в силу сложности или из-за риска для жизни. Однако, не задав вопрос, никогда не получишь ответ...Но и неправильно сформулированный вопрос даёт понять оппоненту границы, на которые он может рассчитывать или через какие стоит перешагнуть, чтобы добиться выгоды. Поэтому я решила ответить обтекаемо, наблюдая за реакциями:

– У меня нет денег, к сожалению. Даже яблоки закончились...

Женщина фыркнула,уперев руки в боки:

– А разве Тощая Мэри сказала что-нибудь за деньги? Лишь имела место предупредить, что за всякую услугу стоит платить.

Хмм... Тощая Мэри? Я посмотрела на пышные формы женщины. Похоже, что тут действуют те же правила, что и у нас, при выборе прозвищ у определённого контингента. Когда толстого зовут худым, лысого – кудрявым, а высокого дылду – гномом. Довелось как-то общаться с бомжами, когда племянник выкинул кошелёк с деньгами и ключами в мусоропровод. Обещанный магарыч тогда быстро решил вопрос.

– Ло, ты чего бы у неё взял? – Тощая Мэри снова обратилась к своему спутнику.

– Девка ничего так. Но я на кости не бросаюсь... – буркнул нищий, закидывая очередное яблочко в рот, но тут же закашлялся, получив от своей полюбовницы увесистый подзатыльник. – Ремень годный.

Еле сдержалась, чтобы не выдохнуть. Кажется, пронесло.

– Значит, ремень в обмен на проход в город.

Тощая Мэри снова скрестила руки на груди:

– А не жирновато ли будет?

– В самый раз. Ремень-то целый, даже пряжка не сломана. Хоть сама пользуйся, хоть продай. Я вот решила продать...

Женщина довольно рассмеялась:

– Усекла, молодец. Тебя как звать-то?

– Лара.

– Богатая Лара, значит. Раз торгуешься... Добро. Перед рассветом выходим. Иначе стыдно будет ходить по одному тюремному коридору.

Нищие одобрительно зашумели, а затем начали укладываться на ночлег. Нужно ли говорить, что до самого утра я не сомкнула глаз? Такие разденут, разуют и попользуются без зазрения совести.

Едва небо начало сереть, как вся наша временно дружная компания двинулась к городским стенам. Похоже, что купание в реке не прошло даром: меня начало познабливать, а нос так и вовсе перестал дышать. Ещё и сырость добавляла дополнительных ощущений. Густой плотный туман цвета молока надёжно скрыл нас дозорных. Теперь понятно, почему именно этот час выбрала Тощая Мэри, чтобы проникнуть в город. Она выждала, когда стражи, охраняющие стены разойдутся, а затем подала сигнал, чтобы лезли по одному в низенький пролом. Оказавшись по ту сторону все, кроме Толстой Мэри и Ло, быстро растворились в сизой дымке, словно их тут и не было.

– Плата!

Я расстегнула ремень и вложила Тощей Мэри в протянутую руку.

– Прощай. Дальше уже сама по себе. И ты нас не встречала. Удачи!

Парочка шустро скрылась в одной из подворотен, бросив напоследок, чтобы я подальше от стены отошла, если не хочу есть баланду, хоть и три раза в день. Куда идти не имела ни малейшего представления, но решила пока в центр не соваться. А то действительно не ровен час попасться какому-нибудь местному патрулю за бродяжничество. Улочки были грязноватые, хорошо, что перед побегом успела нашить ленты на туфли, которые и спасли обувь от утери в той водной вакханалии. Босиком идти по мостовой было чревато из-за перспективы не только шлёпать по грязи, но и вогнать в ступни ржавый гвоздь или осколок стекла. Не говоря уже о щепках, костях и прочем.

Хуже всего было то, что температура стремительно поднималась, путая сознание и расфокусируя взгляд. В конце концов, я не выдержала и сползла, опираясь спиной о стену какого-то заброшенного дома, чтобы немного прийти в себя. Вдобавок ко всему ещё и сильно тошнило. Я обхватила голову руками и прикрыла глаза, сосредоточившись на дыхании. Раздался какой-то звон, но мне было не до того. Если кто-то что-то уронил, пусть сам и поднимает. У меня на помощь сил не осталось. Потом ещё что-то зазвенело, но сознание затягивала серая муть. Внезапно кто-то подватил меня подмышки и хорошенько встряхнул, приводя ненадолго в себя, а недовольный мужской голос пробасил:

– Ты хоть поняла, девка, куда сунулась без спроса?! Король быстро тебе разъяснит кто к чему, приблудная!