Текст книги "Путь убийцы (ЛП)"

Автор книги: Дж. М. Керл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)

Его хватка начала слабеть, мука на его лице слегка смягчилась, но слишком поздно. Мои ноги подогнулись.

– Белладонна, прекрати! – рыкнул Вандер.

Короли расхохотались. Музыка, голоса – всё звучало глухо, будто моя голова оказалась под водой. Я теряла сознание.

– Что ж, она действительно тебя любит, – голос Белладонны прорезал смешки королей.

Вандер внезапно разжал пальцы на моём горле и подхватил меня за талию прежде, чем я рухнула на колени. Я задохнулась, судорожно жадно втягивая воздух. Слёзы потекли по моим щекам. Он прижал меня к своему дрожащему телу, практически держа на весу.

– Мне нужны твои навыки ассасина, чтобы позаботиться об одном человеке на этой неделе, – буднично произнесла Белладонна, будто только что не заставляла его почти убить меня. Я вцепилась в передник его рубашки и прижалась щекой к его холодной груди. Комната накренилась и поплыла. Я заморгала, пытаясь сфокусироваться на Белладонне и королях. Их злобные улыбки вызывали у меня тошноту. Звон в ушах стал громче, глуша музыку.

Его низкий голос отозвался вибрацией во мне:

– Назови имя, и я всё сделаю.

– Встреться с Далией и Адонисом через три дня. На обычном месте. – Белладонна взмахнула рукой, отсылая нас, а затем поманила пальцем одного из мужчин, делавших ей массаж, когда я только вошла. – Отведи меня в мои покои. – Они помогли ей встать и повели вниз по ступеням.

Вандер подхватил меня на руки и прижал к своей груди. Он наклонил голову в полупоклоне. Близнецы тут же поднялись.

– Скоро наш день рождения. Обязательно приходи, Вандер. Вся кровь, какую только захочешь, и любую женщину сможешь выбрать себе в постель. Но я бы не стал брать с собой твою рабыню-ассасина. Белладонна, кажется, немного ревнует к тому, как сильно она тебе нравится.

– Я ни за что не пропущу. – Его голос звучал натянуто и немного дрожал. Я обвила руками шею Вандера сзади. Наконец-то мы вырвались из этой жуткой комнаты и шагнули в тёмный коридор.

Глава 30

Тусклый свет шипящих факелов отбрасывал длинные тени. Музыка утихала, и вскоре слышалось только, как его сапоги стучат по камню. Без борьбы я позволила ему отнести меня в какую-то комнату. Горло жгло, а кожа на шее саднила. Я знала, что он не хотел причинять мне боль, и из-за этого ненавидела Белладонну ещё сильнее.

Он закрыл дверь и запер её. На роскошном туалетном столике с золотыми элементами и позолоченным зеркалом над ним горела одинокая свеча. Комната оказалась большой для туалетной, и холодной, как и весь остальной этот богомерзкий замок. Он усадил меня на столешницу рядом с раковиной и взял моё лицо в свои ладони. На его глазах блестели слёзы.

– Ты в порядке? Я не хотел причинять тебе боль. Она заставила меня. Я пытался остановить себя. – Его голос задрожал, и он прижался своим лбом к моему. – Мне так жаль. Мне так жаль.

– Я знаю, что ты не хотел причинять мне боль. – Я оттолкнула его и сжала зубы так сильно, что заныла челюсть. – Но ты с ними. Ты говорил мне, что не работаешь на них. Ты лгал мне. – Слеза скатилась по моей щеке, и я быстро её смахнула. На руке осталась размазанная старая кровь. Я и забыла, что моё лицо было перемазано ею после драки с вампирами, которые меня схватили.

Он дёрнул створку одного из высоких шкафчиков, вытащил тряпку и намочил её под краном. Я сидела в тишине, наблюдая за мукой на его лице, пока он бережно смывал засохшую кровь и грязь с моей кожи.

– Ты уверена, что с тобой всё в порядке? Насколько сильно я навредил тебе?

– Я в порядке.

– Нет, не в порядке. Твоё лицо в синяках, на тебе этот грёбаный ошейник, и тебя забрал Дрейвин. Белладонна едва не заставила меня задушить тебя до смерти. – Он звучал помешанным, снова поддаваясь панике.

Я свирепо уставилась на него. Мне было плевать, если он жалел о произошедшем со мной. Это наверняка тоже была игра.

– Я была там от начала и до конца, Вандер. Я всё знаю. Что я не могу пережить, так это обман, правду о том, кто ты на самом деле.

Он заморгал, сдерживая подступающие слёзы.

– Мне жаль, что тебе пришлось узнать всё именно так, – мягко сказал он. – Но всё не совсем так, как ты думаешь.

Я сжала руки в кулаки по бокам, когда ярость полыхнула во мне пламенем.

– Во всей вечности не хватит извинений за то, что ты делаешь. Мне больше плевать, какую полуправду или ложь ты хочешь мне рассказать. Я не буду хранить твой секрет. Я всё расскажу командиру Локку.

Он убрал пряди волос с моего лба. Его прикосновение было настолько нежным, что это приводило меня в бешенство. Он не должен быть со мной ласковым. Он был одним из них, а я угрожала ему.

– Не могу поверить, что была такой дурой. Ты ищешь заклинание дэйуокера? – прорычала я. – Я должна убить тебя прямо сейчас.

– Ты ничего ему не расскажешь. Ты дашь мне объяснить?

– Нет! И я всё ему расскажу. Если только он сам не в курсе и не хранит твой секрет, потому что вы родня. Тогда я пойду к командиру Эйсу.

– Он не знает и думает, что Ориана мертва. И я хочу, чтобы он продолжал так думать. Лучше пусть думает, что она погибла, чем узнает, кем она стала. И я не собираюсь добывать для них заклинание. Если ты замолчишь хотя бы ненадолго и дашь мне⁠—

– С чего бы мне тебе верить? Сегодня ночью я увидела всё, что мне нужно было увидеть. Тебе нравится быть вампиром, не так ли? Все твои разговоры о том, как ты себя ненавидишь, были враньём. Ты их главный ассасин.

Он осторожно протёр мою шею вокруг металлического ошейника, нахмурившись от увиденного. Наверное, там синяк. Он сжимал достаточно сильно, чтобы оставить след.

– Мне нужно снять это с тебя.

– Ты ничего не скажешь? – огрызнулась я.

– А что я должен сказать, Эйсира? Ты не хочешь мне верить. – Он покачал головой. – Я не стану отрицать, что работаю на них. Мне жаль, что тебе пришлось узнать. Я не хотел втягивать тебя в это. Именно поэтому я не хотел чувствовать то, что чувствую к тебе. Именно поэтому я так отчаянно сопротивлялся и говорил тебе, что это опасно. Это куда опаснее, чем ты думала.

– Ты даже не чувствуешь раскаяния за то, что предал ЛОА. Ты просто расстроен, что тебя поймали. И что именно ты ко мне чувствуешь? Хм? Я всего лишь твой раб, твой источник, на который у тебя собственнические права.

Его лицо ожесточилось.

– Ты знаешь, что это не так. Я никогда не пил твою кровь до сегодняшней ночи.

– Так кто я тогда? Знаешь что? Это даже не имеет значения. Я всё расскажу командиру Локку. С тобой кончено. Можешь жить здесь, где тебе и место. Если мы встретимся за стеной, что ж, мы враги. Поступай с этим как знаешь.

– Тогда, может, мне не стоит отпускать тебя обратно. Ты ведь знаешь, что от меня не сбежать. – Он вызывающе наклонил голову. Его вампирская сущность блеснула на миг, даже клыки показались. – Мы можем остаться здесь. Тут полно комнат. В конце концов, мы могли бы построить красивое поместье там, в долине.

Он реально выжил из ума.

– Мы? Мы! Я никогда не останусь здесь с тобой.

Тихо хмыкнув, он бросил грязную тряпку в раковину и откинулся спиной на дверь.

– Куда делись все эти разговоры про «ты моё сердце»? Ты знала, что я вампир, когда давала мне это. – Он вытащил защитный узел из-под камзола и оставил его болтаться на виду.

– Это было до того, как я узнала, что ты змея.

– Имя Вайпер не было твоей первой подсказкой?

Фыркнув, я оскалилась на него и рванулась к своей резьбе. Кейс был прав, он не заслуживал носить её. Он перехватил одно моё запястье, затем другое и развернул меня, прижав к стене.

– Сними это, – выплюнула я. – Ты не моё сердце. Ты предатель.

– Мои чувства к тебе не изменились, даже если твои стали другими. Я оставлю это себе, моя аскаир.

– Не называй меня так. Я не твоя возлюбленная. – Я билась в его хватке. – Я верну тебе твой кинжал, вогнав его в твоё чёрное сердце. – Я снова дёрнулась, чтобы освободить руки, но он прижал их ещё выше над моей головой.

– Похоже, я не научил тебя, как выходить из этой ситуации. Самое худшее, что ты можешь сделать, – дать заблокировать свои руки.

Я снизу вверх рванула коленом, чтобы врезать ему по яйцам, но он сместился в последний момент, и я попала ему в бедро.

– Хорошая попытка. Почти попала. – Он втиснул своё бедро между моих ног и наступил мне на пальцы, окончательно контролируя мои движения. – И что теперь?

Сколько часов мы провели на тренировках точно так же? Несметное количество, и я всё ещё не могла вырваться от него. У него не было слабостей, ни одной. Я замедлила дыхание и попыталась придумать хоть что-то… Я подняла взгляд к его полным, слегка приоткрытым губам. Что ж, может, одна у него всё-таки была.

Я подалась вперёд, и наши губы встретились. Совсем как раньше, я хотела раствориться в нём. Жар вспыхнул в моём нутре. Я простонала против своей воли. Он выпустил мои запястья, обхватил моё лицо ладонями и стал целовать меня ещё жаднее. Проклятье. Проклятие на его голову. Я обвила руками его шею сзади, а его колено приподняло меня выше у стены. Голова кружилась так, будто я выпила слишком много вина. Как один поцелуй мог заставить меня чувствовать, будто я взлетаю к звёздам? Мне было всё мало. Я хотела его губы повсюду на себе. Я хотела его прикосновений в тех местах, где никогда их не знала.

Но дурачили меня уже достаточно. Я запустила руку со шрамами в его волосы на затылке, сжимая их. Затем вытащила его кинжал и прижала остриё к его шее. Моё сердце грохотало, но рука была тверда.

Он улыбнулся мне в губы и отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза. Его клыки были наружу, глаза горели.

– Пускаешь в ход всё своё оружие, я смотрю. Умно.

Я дышала слишком часто. И он тоже.

Меня осенило, словно молнией: две птицы, ворон смерти и орёл жизни, разрывающие меня на части. И сейчас я стояла перед той самой тёмной тропой.

– Сделай это. Перережь мне горло и беги. Но помни: если не достанешь до моего сердца, я буду прямо за тобой, и тебе лучше надеяться, что я доберусь до тебя раньше, чем кто-либо другой.

– А если я этого не сделаю, ты будешь держать меня здесь как свою пленницу? Запрёшь в клетке? Это единственный способ заставить меня остаться.

– Если ты прекратишь устраивать драму, мы сможем уйти и вернуться домой. Мне здесь тоже не нравится.

– Драму? – О, он был невыносим. Я надавила на лезвие сильнее, чтобы оно вдавилось в кожу, и выступила капля крови. – Почему бы тебе не отпустить меня, чтобы ты мог пойти и снова поцеловать Белладонну.

Его глаза потемнели, а руки сильнее сжали мою талию.

– Думаешь, мне это понравилось? Она сделала это, чтобы показать, каковой властью обладает надо мной. Точно так же, как заставила меня схватить тебя за горло. Тебе повезло, что её магия на тебя не действует. – Завиток вины обвил моё сердце. Я запрокинула его голову назад, ещё сильнее обнажая горло. – Осторожно, мне ведь это может понравиться.

– Прекрати, – прошипела я. Неужели отпив моей крови, он бредит? Сейчас не время играть со мной. Если только он не был таким на самом деле и просто скрывал эту сторону всё это время. Я больше не знала, что и думать.

Он перехватил моё запястье, сжимающее нож, и мы уставились друг другу в глаза.

– Ты можешь опустить нож??

– Нет.

Он поджал губы.

– Ладно. Держи его там, если тебе от этого легче. – Он выпустил мое запястье и положил руку мне на бедро. – Ты видела мою сестру.

– Да. – Лжец! – хотела закричать я, но лишь изогнула бровь. – И она тоже хочет стать дэйуокером.

– Заметь, что она им не стала, Эйсира. – Его тон наконец стали жёстче. – Я говорил тебе, что Дрейвин перебил всех и забрал её?

Я кивнула.

– Что ж, это было правдой, но я не сказал тебе, что у Орианы с ним был тайный роман. Я думал, она тайком бегала на свидания со своей старой любовью из академии, но я жестоко ошибался. Дрейвин не забирал её против её воли, она сама хотела быть с ним. Они тайком встречались месяцами. Когда она выскользнула в ту ночь с другими учениками, она не знала, что он найдёт их, перебьёт всех или заберёт её в ту же ночь, но ей следовало быть к этому готовой.

– Когда ты узнал, что она жива? Ты говорил, что нашел её истекающей кровью на полу. Это была правда или очередная ложь?

– Я действительно это видел. Я думал, она мертва. История, которую я тебе рассказал, была правдой. Белладонна укусила меня и обратила, думая, что я либо умру, либо примкну к ним. В любом случае она либо избавлялась от меня – их самой смертоносной проблемы, – либо переманивала на свою сторону. Но я не сделал ни того, ни другого. После обращение я месяцами убивал вампиров, сходя с ума от того, кем стал, ненавидя каждый свой вдох, каждый удар сердца. В какой-то момент они поняли, что я дэйуокер, первый за долгое время, и вот тогда они подослали Ориану. Она пришла ко мне через шесть месяцев после той ночи. Она пробралась до самой моей комнаты незамеченной. Сначала я думал, что у меня галлюцинации, а когда понял правду, едва не убил её.

Мой желудок сжался. Его руки едва заметно сжались на моём теле.

– Она умоляла меня пойти с ней. Мы оба были вампирами. В Найтхейвене нам больше не было места. Она умоляла меня сделать её дэйуокером. Тогда-то я и понял, что её подослала Белладонна. Зачем ещё ей позволять мне так долго думать, что она мертва? Белладонна хотела, чтобы я сам пришёл к ней. У большинства вампиров есть тяга к тому, кто их обратил. Но во мне этой тяги не было, во всяком случае, недостаточно сильной. У меня не было никакого желания идти к ней. Я ненавижу её. – Он сделал вдох. – Но им был нужен мой секрет дэйуокера. И именно тогда я понял, что у меня появился шанс внедрить своего человека.

Я насупилась.

– Внедрить своего человека?

– Подумай сама. У них есть шпионы в Найтхейвене. Дверь в город закрывается перед закатом каждый божий вечер. Исключений не бывает. Вчера вечером эту дверь кто-то открыл. Так почему у нас не может быть шпионов, играющих роль? Я пошёл с Орианой и стал тем, кем они хотели меня видеть. Я играл верного брата, который хотел помочь ей стать дэйуокером. Сказал, что она убедила меня примкнуть к ним. Ушли месяцы на то, чтобы уверить их, будто я перешёл на их сторону. Я выпил больше крови, чем мог вынести, вёл себя так, как никогда не хотел. Убивал людей, которых не должен был убивать. Но даже если они мне не доверяют, они меня не убьют. Им нужен мой секрет.

У него всегда находилось оправдание, идеальная история. Я даже не была уверена, что хочу знать, но всё равно спросила:

– И каков же твой план? Что ты собираешься делать?

– Я здесь, чтобы убить Белладонну и королей. Они умрут – и вампирское королевство Ноктурнус рухнет. Я говорил тебе, что я в ЛОА до самой смерти, и я не лгал.

Я прищурилась:

– Почему же ты до сих пор этого не сделал? Прошло почти три года, а ты лучший ассасин в Найтхейвене. Ты к ним близок, это должно быть простым делом.

Его лицо оставалось абсолютно непроницаемым.

– Если ты не заметила, я не могу. Белладонна полностью контролирует меня. Если я хотя бы попытаюсь навредить ей, она меня уничтожит. Какое-то время я работал с учёным, чтобы научиться блокировать ментальный контроль, но Белладонна слишком сильна. Поэтому после года безуспешных попыток сохранить контроль над своим разумом я сдался. Я просто больше не мог жить этой двойной жизнью. Я сказал тебе правду. Я собирался сделать так, чтобы командир Локк убил меня в день Обряда… пока не увидел тебя.

Я хотела поверить ему, но что, если это говорило лишь моё сердце?

– Из-за того, что сказала тебе твоя тётя Мьюриэл? Что она сказала обо мне такого, что заставило тебя изменить решение? Ты не ответил, когда я спрашивала раньше.

Он медленно, сдержанно выдохнул, словно боялся признаться.

– Она сказала, что ты станешь единственной любовью в моей жизни и сможешь спасти меня от самого себя.

Моё сердце пропустило удар.

– И это правда?

– Первая часть – да. Насчёт второй не знаю.

Тёплое торжество затопило мою грудь. Желание снова прижаться к нему, поцеловать его и сказать, что я тоже его люблю, потянуло меня к нему. Я воевала сама с собой. Влечение между нами было слишком властным, оно не поддавалось разуму. Я подавила его. Отрезала. Я никогда не испытывала ничего подобного.

– Ты любишь меня?

Он встретил мой взгляд и кивнул. Он отдал мне свой кинжал. Сказал, что хочет меня, но в «Ночном колпаке» не говорил, что любит. Горло пережало от чистых эмоций. Я хотела, чтобы это оказалось правдой, вопреки всему.

– Вампиры не умеют любить, если верить твоему королю.

– Может, он и не умеет. – Он поднял руку и бережно провел большим пальцем по моей нижней губе. – Но я люблю тебя, Эйсира Хаварсдоттер.

Я закрыла глаза, выдохнув тихий стон. Но отстранилась от его прикосновения. Я не могла трезво думать, когда он касался меня и говорил так. Ему придётся постараться, чтобы вернуть моё доверие. Он обманывал меня слишком много раз. Откуда мне знать, что он не врёт и сейчас, просто чтобы удержать меня на поводке?

– Почему ты не сказал мне раньше, что делаешь всё это?

Он с силой провёл ладонью по лицу.

– Во-первых, я боялся, что ты мне не поверишь. Как и сейчас. Если бы я сказал, что работаю на Белладонну и королей, чтобы подобраться достаточно близко и убить их, ты бы это приняла? И, как я уже говорил, я не хотел втягивать тебя. Это слишком опасно.

– Не знаю, поверила бы я или нет, – ответила я честно. – Но почему не заставить твою сестру убить Белладонну, пока ты займёшься близнецами? Белладонна контролирует только мужчин.

– Я не могу доверять ей настолько, чтобы хотя бы предложить это. Ей нравится быть вампиром, и она может обернуться против меня. Тогда вся моя работа по завоеванию их доверия пойдёт насмарку.

Я прикусила нижнюю губу.

– Откуда мне знать, что ты не врёшь? Я не знаю, что правда, а что нет. Откуда мне знать, что ты не настоящий шпион внутри ЛОА, который ищет магию дэйуокеров, а это – лишь твоя легенда, чтобы я заткнулась? Ты можешь говорить, что любишь меня только потому, что знаешь, как сильно я тебя хотела. Ты думаешь, это именно то, что я хочу услышать. Откуда мне знать, что всё это по-настоящему?

Эти голубые глаза въелись в мои, всколыхнув что-то в самой глубине души. Я хотела верить ему. Хотела позволить себе поверить ему. Я хотела его. Тот же самый вопрос прошелестел у меня в голове. Должна ли я убить его или спасти? Ворон или орёл.

– Если ты думаешь, что я ничего к тебе не чувствую, тогда убей меня. Моё сердце принадлежит тебе. Вонзи в него клинок, забери его себе – оно твоё. Что бы ты ни выбрала, такова твоя судьба.

Я сглотнула, и мурашки пробежали по моему позвоночнику. Ирония его слов пробрала меня до костей. Со мной явно было что-то не так. Он был вампиром, который лгал мне снова и снова. Я была ассасином, который даже не должен был сомневаться в подобном. Мы танцевали на лезвии меча, зажатые между тенью смерти и непреодолимой силой, тянувшей наши души друг к другу.

Разум велел мне покончить с ним. Сердце кричало «нет». Я медленно отвела кинжал от его шеи и оттолкнула его.

– Ты правда хочешь убить Белладонну?

– Да. – Он шагнул так близко, что наши тела соприкоснулись. Царапины, оставленные Белладонной, уже исчезли. Притяжение между нами захлестнуло меня с головой. Я подняла руку, чтобы коснуться его щеки, и он подался навстречу, подхватив меня за талию. Я закрыла глаза, рвано вздохнув. – Потому что мне всё ещё есть за что бороться, – прошептал он мне на ухо, отчего по коже снова побежали мурашки. – «Дерись отчаяннее, чем когда-либо», помнишь? В конце концов я найду способ.

Я перехватила его руки и опустила их вниз. Он был слишком соблазнителен. Мне нужна была трезвая голова.

– Ты не можешь убить Белладонну из-за её силы, но я – могу.

Его глаза блеснули, и он покачал головой:

– Нет, даже если бы ты смогла добраться до неё, там больше сотни вампиров. Мы никогда не выберемся живыми. Я не стану смотреть, как ты умираешь. Для этого придёт своё время и место, но не сейчас. Сегодня ночью, когда она взяла контроль надо мной, твоё видение пробилось сквозь него. Оно каким-то образом начало ломать её хватку. Я думаю, мы могли бы поработать над этим вместе. Мы понятия не имеем, на что ты способна. Если ты сможешь пробить её силу и снять с меня контроль, я смогу убить её и близнецов. Но мы должны быть готовы.

– Я почувствовала, как твоя хватка ослабла… – Если бы я смогла продержать это дольше, он мог бы отпустить меня окончательно. Вот только я не знала, верю ли его словам. Он слишком хорошо умел притворяться. Я вспомнила ночь, когда мы танцевали, и он сказал, что его учили очаровывать. Очаровывал он меня или их? Полагаю, время покажет. Он не отдал им магию дэйуокеров, хотя знал того, кто её создал. Это было единственным реальным доказательством того, что он всё ещё на нашей стороне.

– Мы можем уйти прямо сейчас?

– Конечно, Эйсира. Но пообещай мне, что будешь убедительно притворяться, будто я всё тот же Вандер, каким ты считала меня вчера. Мы вернёмся. Я сочиню историю о том, как спас тебя и как мы перебили кучу вампиров. Через пару недель ты сдашь экзамен и станешь полноценным ассасином. Я помогу тебе добиться того, чтобы твою семью впустили за стену, и мы вместе найдём способ уничтожить вампирское королевство.

Я хотела уничтожить вампиров настолько сильно, что грудь щемило от боли. Я могла притворяться, но жизнь уже не станет прежней. Как я смогу спать в одной комнате с ним теперь, зная, что он работает на врага? Кого именно Белладонна хотела, чтобы он убил? Что, если я ничем не отличаюсь от его сестры – влюбилась не в того мужчину, чтобы он получил желаемое? Он ни за что не рассказал бы мне ничего, не узнай я всё сама.

Он был тем самым существом, убивать которых он меня и учил.

Он был всем, что я ненавидела, – и при этом всем, чего я желала.

Я не могла поверить в то, что собиралась сказать. Но Вандер был моим единственным способом выбраться отсюда.

– Хорошо, Вандер. Я обещаю. Пока что.