Текст книги "Звездный Патруль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Фандор чувствовал себя неловко. Ему хотелось уйти вслед за Кириллом, но такую роскошь позволить себе не мог, не сейчас. Синт Скала плохо скрывал свое не-благорасположение к его проекту. Об этом красноречивее всех слов говорило присутствие Саохина Мо. Он сидел напротив него по правую руку синта и не скрывал свое отличное настроение.

Взял слово Адриан. Он тоже был слегка обескуражен выходкой Розы на счет Кирилла, но отлично это скрывал, показывая, наоборот, свой восторг активностью бывшей главы СОП. Он даже похвалил ее и почти сразу же, в том же предложении, объявил об учреждение Отдела Внешней Разведки (ОВР). Синт поддержал его и тут же предложил назначит Розалинду на должность главы нового ведомства с включением ее в совет. Фандор наблюдал за реакцией Адриана, который снова испытал шок и снова ловко скрыл его. Фандор достаточно давно знал Адриана, чтобы понимать его. Хотя все это его сейчас волновало в меньшей степени. Скоро должен был настать его черед выступить и объявить о презентации своего «детища». А он нервничал. На такие важные и судьбоносные моменты у него был заготовлена фобиритовая пластинка для рассасывания. Концентрация наркотика была микроскопическая. Как раз, чтобы взять себя в руки и поймать тот самый «кураж». Фандор, слегка повернувшись в сторону, заглотнул пластинку и положил, под язык. Напряжение ушло сразу же. Появилась какая-то ясность ума. Перестала беспокоить совесть.

Его время пришло. Адриан, закончив, дал слово Фандору, и тот поднялся и указал всем на вспыхнувший экран. Он загадочно улыбнулся всем присутствующим и начал рассказ:

– Давайте дадим волю своей фантазии и представим себе самое смелое самое, желанное ближайшее будущее Человечества! … Межзвездные перелеты менее, чем за час? Да! Это мы получим в ближайшей перспективе! … Терраформирование новых миров за дни или хотя бы недели? Да! И прямо сейчас! … Это не фантастика! Это реальность, с которой я хочу познакомить всех вас! … И так – внимание на экран!

Презентация, приготовленная Фандором, должна была вызвать вау-эффект. Она так задумывалась, она так готовилась. Уже на самом начальном этапе, чтобы в будущем, заручившись благорасположением членов Совета, замять неудобные вопросы, коих было немало, она, презентация, должна была затмить голос разума и дать волю фантазиям. Вот только синт не вписывался в образ фантазера даже гипотетически. По задумке Фандора синт Скала должен был просто закрыть глаза из-за неимения альтернативы. Вот только у того она была в лице Саохина Мо. А на кону стоял выход важности проекта на галактический уровень и получение почти неограниченного финансирования. Фандор любил свою работу, но он был уже немолод и, как и другие главы департаментов Сектора, хотел иметь не только известность и узнаваемость в научных кругах, но и домик на «солнечной» райской Эдэмии.

Запустилась презентация, которая с пафосом описывала стремительный процесс превращения какого-то булыжника, космического астероида, в цветущий оазис, пригодный для комфортной жизни людей. В свое время эта презентация весьма впечатлила Адриана и остальных. Только вот синт Скала не был человеком и не обладал столь широкой гаммой эмоций. Вдобавок рядом сидел Саохин, который, как думал Фандор, подливал скепсис в умственный процесс синта.

– Да. Это все очень интересно… Я ознакомился с базовой концепцией генного модифицирования этой враждебной формы жизни под нужды Человечества – взял слова Скала, как только презентация окончилась, и пришло время вопросов.

Скала умолк, посмотрел прямо на Фандора своими разноцветными живущими собственной жизнью глазами и, заметив тишину, продолжил:

– Сейчас Человечество дошло до определённой стадии своего развития, как межзвёздной высокоразвитой цивилизации, и остановилось на перепутье. Есть два фундаментальных направления.

1-е – это то, что озвучил доктор Гезье. Назовем его преобразование окружения под наши нужды или деятельный подход.

Есть еще и 2-е направление. Оно характеризует преобразование себя под окружение или адаптивный подход.

Синт сделал паузу, но никто не вмешивался в ход его рассуждения. Он продолжил:

– То, что мы все увидели в прекрасной презентации проекта «Терраморфы» – есть ничто иное, как «деятельный подход». Я хочу в качестве альтернативы предложить доктору Саохину Мо выступить со своей презентации как раз таки «адаптивного подхода» в решении проблем колонизации миров… Прошу, доктор.

Саохин Мо слегка засмущался. Фандор смотрел на него с вполне определенным опасением. Все то, на что рассчитывал он, может получить Саохин, и тогда он будет вдвойне опозорен: и как проигравший в конкуренции и как, в свое время, унизивший Саохина с его идеями. Фандор, гонимый внутренним страхом, кратно усиленным наркотиком, решил вмешаться, пока тот не начал презентацию.

– Главная проблема концепции доктора Мо – это слабая доказательная база. Скажем, он может указать на некоторые успехи своих экспериментов, но не может экстраполировать их результаты на все Человечество… Хотя, какое там! … Даже на симбионт-сообщество… А на сбор доказательной базы могут уйти месяцы, если не годы.

Наступила тишина. Саохин переглянулся с синтом. Возможно, между ними произошел скоропостижный обмен мыслями. Фандор в этом даже не сомневался. На его претензию ответил синт:

– Хорошо… Ваши доводы приняты, доктор Гезье… Но позвольте и мне, как ознакомленному более детально с вашими трудами, кое-что раскритиковать.

Фандор кивнул. Он пока еще чувствовал себя вполне уверенно, хотя некоторый испуг, все же, где-то в глубине души имел место быть.

– Основная, даже фундаментальная претензия к проекту «Терраморфы» – это его цена… Нет-нет, не цена в финансовом плане… Это все были бы пустяки… А цена в человеческих жизнях, которые в ваших же основополагающих документах межзвездной Конвенции имени Жозефа Бодента являются бесценными… «Нейроморфы» – весьма опасная форма жизни. Не такая примитивная, как вам кажется… Ее людоедскую суть неплохо осветила в своих работах археолог Тамара Дивич…

Фандор, разгоряченный критикой и фобиритовой пластинкой, снова начал перебивать:

– Опираться на доводы человека-фаталиста, человека-популиста, занимающегося вымершими ископаемыми формами ради собственной славы, а потому активно нагнетающего страхи и кошмары на обывателей через межзвездное вещание ГЛТК я бы не стал – прервал его спич Фандор, который весьма быстро уловил, в чем будет суть основной претензии к его проекту.

– И тем не менее, – синт встал со своего места и прогулялся к объемному экрану, – основной питательный и строительный материал существ под общим названием «нейроморфы» – это вы, люди… И вы, уважаемый доктор Гезье, не станете с этим спорить. Правда?

Фандор впервые после собственной презентации почувствовал себя неловко. Это было самое больное место его детища. «Нейроморфы» творили свои чудеса, только после поедания людей, и ничем иным их привлечь, увы, так и не удалось. Синт явно уловил замешательство Фандора и тут же добавил:

– Вы, доктор Гезье, сами не находите, что кормить собой этих существ, чтобы на выходе получить нечто, пригодное для собственной жизни – попахивает абсурдом?

Фандор тут же нашелся и уверенно парировал неудобный вопрос:

– Да. Это неприглядная правда… Мы работаем над этим. Для нас, людей, нет неразрешимых проблем… Но не все люди одинаково достойны. Есть и преступники, и приговоренные к аннигиляции… Есть и другие возможности отделить козлищ от овец, чтобы направить первый на благо вторых. Поверьте… Завтра я вам покажу, чего мы уже достигли. Многие вопросы отпадут сами собой.

И он, и Андриан, и Форкман, и даже Кирилл знали, что за всей этой ширмой якобы терраформирования скрывается кое-что другое, кое-что большее, о чем синту с Арктура, вотчины Червей, не то, что знать, но даже догадываться было нельзя. Секретным протоколом проекта «Терраморфы» являлась та самая Бьон, которая избавилась от своего врожденного червя-симбионта и выжила. Умы всех именитых ученых галактического сообщества давно будоражила мысль, идея о самой возможности избавиться от ига Червей в среде элит Звездного Патруля, чтобы совсем и окончательно скинуть оковы гнета чуждой Людям цивилизации. Страх разоблачения в этом именно сейчас сковал Фандора. Он с опаской посматривал на Саохина и на Роз, пытаясь угадать по их лицам, могли ли они приоткрыть завесу тайны синту или нет. Это было сродни некоему мистическому гаданию, но Фандор очень переживал за проводимое исследование, за проект в целом и особенно за его финансирование. «Терраморфы» поглощали ресурсы, время и, что хуже всего, репутацию Фандора. Скала внимательно выслушал аргументацию доктора Гезье. Он думал и, видимо, собирался сказать что-то еще.

– И все же… Я бы хотел предложить Совету альтернативу… Хотя не я, но доктор Мо, которому уже дал слово – сказал наконец синт и указал на своего соседа.

Тот от волнения все еще стоял в нерешительности. Теперь же он вышел из-за стола в сторону проекции. Он покосился на нее. Экран потух и снова зажегся, но уже с чем-то другим.

– Позвольте мне предложить ту самую «адаптивную» идею будущего Человечества… Представьте на минутку себе такую картину… Что, если человеку больше не нужны будут особые условия для жизни! Что если он сможет просто выбрать то, где ему хочется пожить, и адаптироваться! К гравитации, атмосфере, почве, светилу, температуре, давлению, влажности, токсичности, радиации всему!

За столом сразу поднялся шум. Фандор едва сдержал себя, чтобы не рассмеяться. «Эво, куда махнул, а! Скромняга-фантазер!».

– Что-что? – загудели сразу и Адриан, и Форкман, рассматривая интерактивную презентацию. – Как это?

Фандор отчасти знал, что втирал присутствующим Саохин. На данной стадии, как он считал, основываясь на рассказах самого доктора Мо, это была всего лишь красивая концепция, хоть и с некоторым потенциалом. На экране тем временем условный человек без скафандра перемещался по космосу, буквально плавая в нем, как рыба в воде. Затем он так же легко опускался на какую-то планету с весьма агрессивной средой. Что-то происходило с его кожей. Она преображалась, грубела или наоборот размягчалась. Это походило на некоего хамелеона, только менял не цвет кожи, а ее состав и физические свойства.

– Что это за сказки!? – вмешался Форкман. – Разве под этим есть какая-то научная база!?

Саохин слегка растерялся, потому что присутствовал со своим докладом в столь «высоких кабинетах» впервые.

– Есть научная база… Пациент-гибрид, которого я наблюдал. Он с очень высоким коэффициентом Паускаре… Я заинтересовался его повышенной активностью в бессознательном состоянии и решился на некоторые эксперименты. Так я провел серию тестов, применяя различные раздражители, имитируя агрессивную для жизни среду… Его кожа, иммунная и эндокринная системы дали положительный отклик на всё.

– Может, вы еще и в открытый космос без скафандра запускали вашего пациента!? – рассмеялся Фандор, обращаясь к своему давнему знакомому на «вы».

Тот посмотрел на него в ответ, как-то даже очень строго, и ответил прямо:

– Да… Я готовил и это… но, – и тут он снова замялся, – человек тот… хм… преступник, и ожидал суда… Но, если бы была возможность поработать с другими гибридами с высоким коэффициентом, возможно…

Договорить ему не дали. Отчасти Саохин и сам был виноват. Он запинался и делал весьма длинные паузы, что сбивало слушающих.

– У нас же был спец-курс на Фомальгаутах для одаренных детей-симбионтов – перебил его Адриан. – Мы его снова запустили по требования с Арктура…

Он покосился на синта и закончил мысль:

– … Не вижу смысла что-то еще там исследовать.

Саохин совсем растерялся и, потупив взор, вернулся на свое место. Зато снова встал синт Скала. Он занял место Саохина и продолжил говорить то, что уже узнал от него:

– Мы на Арктуре ознакомились с наработками доктора Мо, пусть и незаконченными, и нашли их весьма перспективными. «Янтай» так же выразил заинтересованность, но у них нету нужных мощностей и такого продвинутого оборудования, как на «Эпсилон 4» … Особенно по имитации многих разнообразных сред.

Он снова сделал паузу вежливости, чтобы продолжить, но вмешался Адриан:

– И все же мы, как Звездный Патруль, должны в первую очередь подумать обо всем Человечестве, о его устремлениях, а не лишь о тех избранных вроде нас гибридов.

Он повернулся, наигранно любезно посмотрел на Саохина Мо и добавил:

– И я тоже считаю проект доктора Мо очень перспективным, но, к сожалению, как бы помягче сказать, немного узконаправленным… Давайте вместе порассуждаем… Что нам дает успех этого… хм… исследования…

– Я назвал его «Симбиолиз» – зачем-то вклинился Саохин, поняв и сам уже, что поступил не вежливо к говорившему главе Сектора.

Однако тот, перебитый им, снисходительно улыбнулся и продолжил:

Пусть будет «Симбиолиз» … Допустим, мы преуспели в нем и получили продвинутых людей-симбионтов… Допустим они направились осваивать новые миры… А что с того остальному Человечеству? … Симбионтов в Галактике менее одного процента… С каждым годом желания вступить в эмбриональную программу Патруля падает. Это статистика…

Внезапно поднял руку синт, желая что-то подкорректировать в словах Адриана. Тот ему позволил.

– Отрицательная статистика наблюдается только в вашем Секторе Ориона, Адриан.

Глава Сектора вздохнул и продолжил:

– Хорошо… Я приму к сведению эту деталь… Только это ничего не меняет… Тратя ресурсы всего Патруля мы на выходе получим группу людей, да и то не всех, а только одаренных, которые, возможно, с помощью специальной программы смогут адаптироваться под разные агрессивные условия.

Адриан умолк. Повисла тишина. Фандор улыбался и не скрывал этого. Он уже почти не сомневался в успехе именно своего проекта. Адриан же продолжил «добивать»:

– С этим «Симбиолизом» в итоге выйдет так, что все наши ресурсы, полученные от Человечества, мы направим на исследование, выгодополучателями которого будут только гибриды. Как-то нечестно по отношению к остальному Человечеству, вы не находите, уважаемый Скала?

На вопросе он окинул взглядом и Саохина, и синта, и даже посмотрел на Роз. Та, как будто почуяло что-то, внезапно высказалась:

– А я не вижу больших проблем, чтобы предоставить доктору Мо небольшую лабораторию тут на «Эпсилон 4» и выделить финансирование, скажем, за счет небольшого урезание других проектов.

Фандор от этих слов даже закашлял. Больше всего он боялся сесть в лужу со своими словами, сказанными при их с Саохином последнем разговоре, что у того нет шансов. Мало того, что шансы, как оказалось, есть, так этот его «Симбиолиз» еще и готовился вот-вот оттяпать ресурсы у «Терраморфов». Начались споры и дебаты. У Саохина внезапно нашелся новый поклонник в лице Розалинды, что с учетом ее новой должности главы ОВР и возвращения членства в Совете, рисовало нерадужные перспективы при принятии решений.

Синт Скала тем временем вернулся на свое место, а Адриан поднял руку, чтобы создать тишину. Скала встал.

– Я не ставил себе цель принудить Совет к принятию решения по новому проекту. Считайте, что это очередная презентация на рассмотрение – пояснил синт, когда все успокоились.

Адриан взял заключительное слово, потому что время уже клонилось к окончанию цикла, и многие устали и хотели отдохнуть:

– И так: у нас завтра запланирован предварительный смотр некоторых результатов проекта «Терраморфы». Я думаю, после показанного доктором Гезье вопросы действительно отпадут сами собой.

Закончив спич, Адриан повернулся в сторону Роз, Форкмана, и сказал:

– Особая благодарность отделу ОВБ за проделанную работу!

Затем он повернулся к синту и добавил:

– Скала, вы планируете согласовать со мной сегодняшний отчет ОВБ или пошлете в чистом виде, без изменений, как есть?

Синт покрутил своими разными глазами, то фокусируясь на Адриане, то осматривая всех вокруг. Долго ответа ждать не пришлось.

– Я планирую отослать полный отчет на Арктур после завтрашней инспекции «Терраморфов» и допроса Кирилла с нейродиактором. Вы же не будете возражать против итогового отчета, Адриан?

Тот кивнул головой и даже ни глазом, ни ухом, ни какой мимикой не повел, что был рад. Фандор все видел и все понимал. Адриан уже имел какой-то план спасения и, возможно, уже поделился им с Кириллом. Сам для себя Фандор решил, что и ему не помешает поговорить с Кириллом. Кроме того по нейро-линку прилетел внезапный сигнал от ИИ «Эпс» о том, что на контакт из запретной зоны вышла некто переслав коды спец-отдела. По протоколу Фандор обязан был первым делом уведомить об этом Роз, но он решил, что раз СОП-отдел расформирован, а новый ОВР еще полностью не вступил в свои полномочия, но «завтра», то правильнее всего будет поделиться первым с Кириллом.