Текст книги "Звездный Патруль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"
Автор книги: Артем Лукьянов
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 164 (всего у книги 172 страниц)
Пол Тоггер быстро понял, что сильно просчитался в своих догадках. Все и ГЛТК и Патруль и местная администрация были против него. Он и не сразу понял, за что его гневно обвиняли все вокруг. Театром абсурда под названием переговоры правил вездесущий на Марсе ГЛТК. Их представитель по имени Айзек умело нагнетал и сгущал краски. Большой 3-мерный экран живописал изуродованные и обожжённые тела переселенцев подтверждая и усиливая сказанное. Пол, будучи на пути сюда в Сида-Тауэр совершенно уверенным, что призовет ГЛТК к ответу за провокацию, внезапно осознал, как неприглядно выглядит со своей инициативой по разгону контейнерного поселения у стен базы. Он только и успел, что обвинить ГЛТК в организации засады на его бойцов в передаче оружия беженцам, которым оно не положено по законам Марса и Федерации, как тут же получил весьма красноречивый логичный и, видимо, заранее заготовленный ответ:
– Помня про инцидент в космопорте годичной давности мы обеспечили беженцев охраной от посягательств. Вы же решили снова применить силу в отношении и без того обездоленных и несчастных людей… Как у вас язык поворачивается предъявлять претензии нам, когда ваше собственное правительство на Би-Проксиме отказалось от этих людей, бросив Марс один на один с проблемами!?
Презрительные и осуждающие взгляды Айзека, Гельмута, Берримора и Тины Пол ловил теперь уже постоянно. Ему оставалось лишь внутренне возмущаться. Однако он не собирался быть все заседание мальчиком для битья. У него была своя правда, которую он не намеревался скрывать.
– Я человек службы! У меня есть обязанности и протоколы по безопасности вверенной мне базы, расположения полка! Согласно правилам безопасности, нельзя располагать жилые постройке ближе, чем на километр от стен форта! Это не моя прихоть, а правила, единые для всех! … Потому-то и Сидауен в полутора километрах от нас, а не ближе!
– Это слабо тянет на оправдание, Пол – с грустью пояснил представитель Патруля. – Мы еще тогда во время инцидента имели к вам некоторые претензии на счет явного превышения полномочий в отношении беженцев.
Пол же, видя, что он по сути окружен недоброжелателями даже в лице марсианской администрации, и не думал сдаваться:
– Внутренние дела планеты Федерации вообще не в вашей компетенции, Берримор! … Ваше дело космос, вот и следите за ним, а на Марс не лезьте!
– Ошибаетесь, Пол, согласно договору о беженцах, который подписала Би-Проксима, мы так же в ответе за переселенцев с Земли – пояснил Берри.
Пол нервно рассмеялся и, грубо тыча пальцем на представителя Патруля, громко сказал:
– Подлые лицемеры! Год назад именно вы умыли руки, выгрузив несколько тысяч беженцев сюда на Марс! И никакая проблема с безопасностью вас не волновала! Что!? Может я не прав!? … Тогда спросите у нее!?
На последней фразе он указал рукой на Тину, которая сидела как бы в стороне и не вмешивалась в «разборки». Теперь же, услышав свое имя, она заметно заволновалась и даже покраснела.
– Что было тогда, осталось тогда! – нашлась она.
– Ха! Удобно устроились! – снова нервно рассмеялся Пол. – Нашли крайнего!
Снова взял слова Айзек:
– А вы, Пол, по чьему приказу действовали? Ведь вы обязаны были связаться с Би-Проксимой и обрисовать им проблему, так?
Пол кивнул головой и, уже успокоившись, пояснил:
– А это уже я должен у вас спросить или точнее у тех-поддержки вашей хитро-сделанной конторы: почему ГЛТ-спутник которые сутки с неполадками?
Все удивленно переглянулись, а Гельмут пояснил:
– Нет никаких проблем со связью, Пол. Если у вас на базе проблемы, можете воспользоваться узлом связи тут в Сида-Тауэр.
И тут Пол кое-что понял. Внутри у него все похолодело. Он презрительно посмотрел на представителя ГЛТК, но Айзек лишь высокомерно и ехидно улыбнулся ему в ответ. Пол почему-то сразу все понял. «Принцип прозрачности и открытости, да!? Ну и что вы подбросили мне в антенну? Клеща? … Ублюдки!».
Относительно своей участи Пол теперь уже не питал иллюзий. Его развели красиво и элегантно. Он повелся на технические работы и даже не удосужился перепроверить собственное оборудование связи в располаге. В итоге по разгону лагеря беженцев отдавал приказ без оглядки на начальство, по собственной инициативе. Был малюсенький шанс, что Би-Проксима одобрит его решение, но он отчего-то совсем не питал иллюзий, понимая, как этой его ошибкой воспользуется ГЛТК.
– Надеюсь, эта трагедия не попадет в новостные ленты до окончания наших прений и разбирательств? – закинул он удочку с последней надеждой, в которую, по правде говоря, и сам не верил.
Айзек самодовольно улыбнулся и тут же ответил взглядом на экран. Там сменилось изображение на репортаж какого-то совсем молодого хронографа, сопровождаемый кадрами разрушенных контейнеров и телами обгоревших людей, сделанными в тот злополучный вечер.
– Пол, тяжелые разрывы снарядов и зарево видел весь северный Сидауен – грустно пояснил Гельмут. – Сообщения на горячую линию администрации и службы охраны приходили до самого утра.
Он был единственным, кто пытался сочувствовать Полу. Хоть и делал это как-то пугливо и неохотно. Зато Айзек «рубил сплеча»:
– Принцип открытости и прозрачности, провозглашенный на Марсе, требует незамедлительного освещения всего, а уж тем более такого грубого и вопиющего нарушения Конвенции!
Пол тут же прервал его и встрял со своим видением:
– Никакой Конвенции мы не нарушали! Ублюдочное вы племя! В этом репортаже все неправда! Мои ребята использовали свето-шумовые гранаты и газ для оттеснения землян! Дроны охраны атаковали нас из засады! А еще эта тяжелая машина!
– Что!? Что за буйная фантазия!? Какая тяжелая машина! … Дроны охраны – да! … Они выполняли протокол защиты населения, Пол! Это твои вояки принялись уничтожать контейнеры с людьми пушками! – грубо перебил его Айзек.
Пол умолк. Ему по нейро-обручу пришел приказ от Би-Проксимы, в котором его отстраняли от командования силами Федерации на Марсе и предписывали незамедлительно прибыть на орбитальную станцию в ожидании шаттла в столицу. «Ну, вот и все! Моя карьера на задворках окончилась! Радуйтесь, ублюдки! Только что вы будете делать, если у вас снова случится непредвиденное!? Кто прикроет вашу убогую службу охраны, обеспечит порядок и поддержит вас при очередном обострении!? Мои ребятки без нового командования теперь даже пальцем не пошевелят!». Пол улыбнулся, при этом все так же презрительно поглядывая на представителя ГЛТК и других присутствующих тут. Он, не желая больше ничего слушать, встал и вышел вон, не проронив и слова.
Орбитальный инцидентПол знал, что по прибытии на орбитальную станцию его непременно арестуют и поместят в карцер за превышение полномочий. И дело даже не в том, что он как-то лихо обошелся с беженцами, а в том, что Би-Проксима определенно понесла имиджевые издержки из-за всей этой раздутой хронографами ГЛТК шумихи вокруг произошедшего. От понимания этого Полу стало лишь хуже. Он прекрасно знал, что запроси он у Би-Проксимы указания, как поступить, получил бы ровно то же самое: очистить пространство вокруг базы от нежелательного и постороннего элемента, потому что именно так по протоколу и по инструкциям. Но дьявол скрывался в мелочах. Получи он эти указания сверху, был бы невиновен, а раз проявил инициативу, даже исполнив то же самое, стал козлом отпущения. Пол выругался сам в себе, потому что не было никого рядом, чтобы выслушать его и посочувствовать.
Шаттл за ним прибыл из Ганимеда уже вскоре.
– «Ну хоть домой полечу в комфорте!» – обрадовался он сам в себе, поняв, что службы со спутника Юпитера подогнали дип-шаттл без кают для заключенных или проштрафившихся.
И хоть охрану снаружи, все же, выставили, внутри же было просторно и со всеми удобствами. Шаттл неспешно разгонялся в сторону Ганимеда, оставляя опостылевший за эти неполные 2 годичных цикла службы Марс. Пол провожал рыжую планету молча развалившись в кресле ковше и наблюдая через огромный объемный дисплей. «Глаза б мои тебя не видели!». Его внимание, однако, привлек очередной шаттл с беженцами с яркими и красочными голографическими гравировками ГЛТК. Только они всегда очень стильно помечали свои шаттлы и корабли, дабы выделиться на фоне остальной серой массы коммерческих судов. «Ублюдки! Пижоны мать их! Надеюсь, эти отвергнутые беженцы вам на Марсе станут поперек горла!». Заметил он и проблемы с тормозными и маневровыми ускорителями шаттла. Пол хоть и не был специалистом, но харкающие искрами и всполохами сопла шаттла красноречиво давали понять, что сам корабль на Марс не сядет, а скорее рухнет как кусок тяжелого металло-полимера. «Вот же сраные ублюдки! За безопасность беженцев они радеют, а притащили их сюда на ломанном корыте!». Его внезапно зацепила эта проблема грузо-пассажирского шаттла ГЛТК так, что он даже запросил ИИ увеличить изображение, чтобы досмотреть, примет ли его орбитальная станция Федерации для оказания ремонта или нет. К его глубокому разочарованию открылся шлюз, и поврежденный корабль ГЛТК принялся аккуратно втаскиваться внутрь магнитным захватом. Пол возмутился этому настолько, что обратился к ИИ своего шаттла за разъяснениями. Он сделал это скорее на эмоциях, понимая, что он тут на правах отстраненного и наказанного за провинность. Однако, внезапно, ИИ внял его просьбе и обрисовал то, что слышал из переговоров:
– Шаттл ГЛТК имеет проблемы с посадочными и маневровыми двигателями. Капитан судна запросил помощь у станции на обслуживание, пообещав непременно замолвить у руководства сгладить скандал с расстрелом беженцев, произведенных по вашему приказу.
Пол хотел было что-то уточнить по ходу повествования, но услышал про беженцев, стушевался и смолчал. Зато ИИ не прочь был дополнить картину новыми мазками:
– Поломка проявилась как нельзя кстати. Случись подобное во время посадки, корабль потерпел бы аварию. Окажись они без маневровых в приливной волне Юпитера, исход был бы еще хуже и печальнее для всех. Потому и шаттлу ГЛТК, и коменданту станции Федерации несказанно повезло. Первый устранит проблему техническую, а второй – сгладит и обелит репутацию. Ведь это не просто корабль ГЛТК, но с беженцами на борту, которых не принял Ганимед.
Шаттл тем временем набрал приличную скорость, а Пол уже не горел желанием и дальше следить за происходящим. Его путь лежал на тот самый Ганимед, точнее к его трамплинным кольцам, чтобы «скакнуть» прямо в систему Проксимы Центавра, где решиться его судьба.
То, что случилось потом с шаттлом ГЛТК и станцией Федерации, Пол узнал уже по прибытии на орбиту Би-Проксимы совершенно случайно и не обрадовался этому ни разу. Об инциденте уже вопили все федеральные масс-медиа, обвиняя во всем вероломство ГЛТК. Хотя сколько Пол не всматривался в кадры и повторы, а найти сколько-нибудь убедительное доказательство так и не смог. Он грустно улыбнулся. На фоне произошедшего его собственный «провал» выглядел не так уж и ужасно. Он снова отмотал на начало записи, чтобы более детально изучить и понять ход событий, пока шаттл с его персоной на борту совершал орбитальные маневры для посадки в космопорт планеты-столицы. Так все и было. Именно те самые отвергнутые беженцы обезоружили охрану на поврежденном шаттле ГЛТК, а потом с боем захватили центральный пост управления орбитальной станции. Далее, еще до того, как объявить о своих требованиях они активировали торпедные аппараты и атаковали 2-мя тяжелыми фотонными торпедами находящийся поблизости на дежурстве корвет «Волкодав». Чтобы нанести ему фатальные повреждения хватило бы и одной. 2 буквально превратили его в огненный шар, осыпавшийся горящими обломками на пустынную равнину Марса. Кадры творившегося кошмара распространила сама ГЛТК через сеть своих спутников гиперсвязи. Но далее произошло самое интересное по мнению Пола. Захватившие станцию те самые темные и глупые беженцы с Земли выдвинули требования немедленно принять их на Би-Проксиме со всеми удобствами или вернуть обратно на Землю, угрожая в случае отказа жизнями взятого в заложники персонала станции Федерации. Пол вздохнул и покрутил глазами. В каюте не было никого, чтобы обсудить драматические моменты происходящего, поэтому он заговорил сам с собой:
– Ну и на кого рассчитан этот спектакль!? – возмутился он, понимая однако, что сам ведь не так давно был на той станции и, задержись шаттл с Ганимеда на пару часов, возможно именно он был бы сейчас среди прочих заложников.
Ему, как человеку военному, было совершенно точно ясно, что глупые и недалекие беженцы так продуманно себя не ведут. Объяви они сначала о захвате заложников у корвета был бы шанс, а тут на лицо была гарантированное поражение в спину. «Кто-то очень хочет убрать Федерацию подальше от Марса. Не выйдет же. Это очевидно. Ганимед вышлет флот со спецназом». И тут, перестав прокручивать произошедшее и переключив экран на последние новостные сводки он обомлел. В ситуацию уже вмешался Звездный Патруль согласно Конвенции. Мало того ими же вводился режим чрезвычайной ситуации. Пол хорошо помнил, как похожая картинка произошла год назад прямо на его глазах. Как Гельмут, прикрываясь чрезвычайными полномочиями из-за захвата дип-шаттла Патруля и недоступностью планетатора, отдал приказ силам Федерации разогнать беженцев, устроив им кровавую баню. Пол прекрасно помнил, как согласовал это с руководством на Би-Проксиме, и как они дали добро на подобную авантюру. История повторялась на его глазах с одним существенным отличием – на планете не было его, а значит и приказы никто из сил Федерации выполнять не будет до получения особого распоряжения или нового командующего полком. Пол внезапно сам для себя осознал, что может и хорошо, что его сняли со службы на Марсе, возможно руководство с оглядкой на все эти события решит его помиловать и вернуть обратно или же заменить. Не то, чтобы он хотел вернуться, но и перспектива получить какой срок или серьезное понижение не согревала ни разу.
Тем временем, пока он размышлял над своими нерадужными перспективами по прибытии в космопорт Би-Проксимы, молнией прилетела очередная новость по инциденту. Звездный Патруль взял ответственность по наведению порядка на станции в свои руки, подрядив спец-силы с КСП на орбите Земли. Вдобавок были выдвинуты требования к правительству Марса незамедлительно ввести ЧС для принятие экстренных мер для недопущения паники среди беженцев на самой планете. Следом прилетела еще одна новость, но уже от ГЛТК, который призвал немедленно освободить ни в чем не повинный экипаж неисправного корабля, оказавшийся так же в заложниках.
Что было дальше Пол не узнал, потому что его шаттл вошел в атмосферу Би-Проксимы, и связь со спутником временно прервалась.
Планетаторша МарсаОчередное раннее утро застало Кристал у себя в апартаментах во время квантового обмена сообщениями с матерью Меркури, которая проживала на Эдэмии и которую они навестили во время свадебного турне. На память девушке пришли залитый светилами сказочно красивый песчаный берег и розовая гладь ласкового океана. Ничего подобного никогда в жизни она не видела. Однако тогда Меркури ей на пальцах обрисовал то, что скрыто от глаз туристов, выдал, вскрыл всю подноготную «эдемского рая». Тогда-то Кристал для себя и решила, что ей ни разу не влечет обосноваться там, хотя для женщин с их «победившими» правами на райской колонии, пожалуй, действительно был рай.
Квантовая переписка не клеилась с самого начала. Кристаллида уже все знала. Знала и то, что Меркури убежал от нее на свои «звездные игры», и что по сути бросил ее одну. И помогать Кристал с ее «хотелками» она тоже не горела желанием. Та и сама где-то понимала всю бесперспективность надавить на мужа через маму, но если был хоть малюсенький шанс, то почему бы и не попытаться.
Объемный экран в спальне ее ИИ экстренно переключил в режим связи с ГЛТ-спутником Марса, который транслировал происходящее в прямом эфире. За кадром подключился голос какого-то хронографа, который вкратце обрисовал ситуацию. ИИ так же прослушал описание череды событий и быстро, схематично в интерактивной форме вывел все произошедшее за последние 2 часа на экран. Кристал тут же вызвала Гельмута и Айзека, чтобы узнать их мнение и принять меры.
Первым в рамке появилось живое лицо зама. Сигнала с его камеры не было, зато послышался голос:
– Да, Тина, я слежу за ситуацией. Это то, чего мы опасались после трагедии у базы. Федераты перешли черту и теперь пожинают плоды.
– Как к беженцам на шаттле попало оружие!? Разве это не нарушение правил безопасности при транспортировке переселенцев!? – возмутилась Кристал.
Как раз на этом ее вопросе подключился Айзек. Изображение с камеры у него так же отсутствовало, что было вполне понятно с учетом раннего времени марсианских суток. Зато сам хронограф весьма быстро вник в вопрос, который был даже не ему задан, но на который он знал ответ:
– Шаттлы ГЛТК имеют свои протоколы по грузовым и пассажирским перевозкам. Мы, Тина, не занимаемся транспортировкой беженцев, поэтому и служба безопасности на кораблях штатная, как положено, с оружейной комнатой и охранными дронами.
– Как же вышло, что земляне обезоружили охрану? – не переставала наседать Кристал.
«Слышно» было в нейро-эфире, что Айзек вздохнул, видимо, думая над ответом. Гельмут молчал, слушал и не вмешивался.
– Ну, что тут сказать. Сплоховала служба охраны на нашем шаттле. Бывает… Мы ж не Звездный Патруль и не ФСМ. Мы мирная корпорация, радеющая за всеобщий прогресс и равные условия в доступности информации.
– И что теперь будет? – вздохнула Кристал.
Теперь уже вмешался Гельмут:
– Не в обиду Айзеку, но это даже нам на руку.
Кристал призадумалась, но не сразу поняла, каким образом подобное ЧП может быть выгодно. Гельмут словно прочитал ее непроизнесенные в нейро-эфир мысли и пояснил:
– Все ж просто. Звездный Патруль объявит режим ЧП и вмешается. У нас появится легальный шанс сделать то же самое на планете. ГЛТК, думаю, впишется за нас, как и Патруль. А ФСМ отвертеться не сможет, но примет все согласно Конвенции, потому что они, по сути, жертвы…
– …и я смогу получить чрезвычайные полномочия планетатора – закончила его мысль Тина.
– Именно! – не скрывал радости Гельмут.
Тина хотела улыбнуться, но ей отчего-то показалось это не правильным. Прямо сейчас, возможно, проливалась кровь людей там на орбитальной станции Федерации. «Зато не придется снова унижаться перед его мамой!». Мимолетная улыбка все же проскользнула на ее лице. Заметили ли ее собеседники сказать было трудно. Хотя камера с ее коммутатора в кабинете транслировала лицо вполне четко.
– Все верно, Гельмут. И тебе, Тина, тут нечего смущаться… Значит самой судьбой нам уготована осуществить задуманное! – радостно выдал Айзек.
Кристал не верила в судьбу, а потому имела некоторые сомнения на счет всего этого. «Как-то уж слишком ко времени решения наших проблем». Ей и хотелось где-то порадоваться случившемуся так кстати для реализации их совместных планов инциденту, но, все же, она до последнего думала и верила, что сама сможет решить эту проблему, сама сможет убедить Меркури через его мать дать полномочия планетатора. Возможно поэтому такой же бурной радости, как Айзек она и не испытала от случившегося.
– Встретимся в админке, там все обсудим и примем решения – выдала Кристал в нейро-эфир
– Согласен.
– И я.
Она отключилась. С минуту сидела в раздумьях, в поисках собственной потерянной радости от события и, вроде бы, нашла. «Кто рано встает, тому Бог дает». Мысль пронеслась в голове как-то сама собой и подействовала весьма обнадеживающе. «Мы не управляем событиями, но раз они так сложились – надо использовать».
Фоновые решенияДела действительно в тот день и последующие дни как-то удивительно ложились «в масть». Общественность, особенно в лице многочисленных беженцев, требовала себе прав наравне с жителями Марса. Именно с их стороны через комитет работы с общественностью ГЛТК были выдвинуты требования о проведении референдума для внесения соответствующих изменений в марсианский устав и правила. И тут же выяснилось, что фундаментальные законы на Марсе – единые для всех колоний Федерации, а значит следующим шагом напрашивался вопрос о независимости от Би-Проксимы. Лучшей причины сложно было и вообразить.
Звездный Патруль очень быстро навел порядок на орбитальной станции Федерации, разоружив и ликвидировав террористов. Очень в этом деле помогли сбежавшие на спасательной капсуле офицеры из службы охраны. ГЛТК, будучи мирной корпорацией, не владела своими вооруженными силами или флотом, но нанимала охрану со стороны аффилированных наёмных подразделений. В тот день, когда все на орбите было кончено, в Сида-Тауэр пожаловал непосредственный участник тех событий сам мистер «Тэнк». На Марсе его встречали, как героя. ГЛТК раздули из него чуть ли не звезду боевиков и опасных миссий. Однако без него Патрулю штурмовать орбитальную станцию Федерации было бы сложно, если не самоубийственно. Танкройт весьма скромно и, как будто, даже неохотно согласился на визит в Сида-Тауэр. Кристал лично похлопотала об этом. Этот «Тэнк» чем-то привлекал ее с той самой первой встречи. Она сама не знала, чем именно, но ей всегда хотелось его увидеть. В силу же своей занятости он появлялся на Марсе изредка, от случая к случаю. И вот сейчас был именно тот случай, когда Танкройт, наконец, был тут в зале переговоров Сида-Тауэра и скромно рассказывал о своих злоключениях.
– Ничего особенного я не сделал… Я в тот раз оказался в охране шаттла, потому что это был первый корабль от ГЛТК. Мы ж как думали.
– Как?
– Поможем Марсу, доставим беженцев до Ганимеда под видом коммерческого транспорта ГЛТК. Далее прыгнем к Би-Проксиме и там поставим их перед фактом.
Он умолк на мгновение, чтобы искоса, как бы застенчиво, всем окинуть взглядом, и продолжил:
– Я вообще-то не по этим делам… Но тут некому было организовать охрану хронографов на шаттле с беженцами. Вот я и вызвался.
– Добровольцем что ли?
– Ну да… А как было по другому? Ждать, пока наши бюрократы с ГЛТК расчехлятся на профессиональную охрану?
– А дальше что?
– Да ничего особенного. На Ганимеде нас вскрыли, и планы наши – тоже… Ну, развернули нас обратно на Марс, а беженцы устроили скандал и лихо нас разобрали, как по ноткам… Тут еще проблемы с ускорителями. Мы запросили ремонт у федератов… Как пристыковались в доке, так нас и скрутили. Там племя какое-то оказалось матерое. Охотники вроде… Они нас, как детей. Даже вспомнить стыдно.
– Тут нечего стыдиться, «Тэнк». Вы молодцы. Ты молодец. Пусть на Би-Проксиме будет стыдно за то, что произошло со станцией – подбодрила его Кристал.
– Хм… Их станцией, кстати – вмешался Гельмут.
– Ага. Прям карма по делам… Так, а дальше-то что? – добавил Айзек.
Танкройт отпил из поставленного перед ним стакана с напитком и продолжил:
– Втащили нас на станцию и пихнули к остальному персоналу. Земляне быстро вооружились до зубов. Смекнули, что они на боевой станции и проявили себя.
– Даже как-то не вериться, что они смогли обмануть или взломать ИИ для атаки торпедами по корвету – покрутил носом Гельмут.
– Я бы тоже не поверил. Им помог один из старших офицеров ФСМ. Его даже пытать не пришлось. Так, припугнули, он все и выдал.
– Да уж. Надеюсь его накажут – вставил свой комментарий Айзек.
– Не накажут. Его сами земляне и убили во время штурма, когда запахло жаренным. Там не все выжили. А вот тех, кто им помогал, они убить успели.
– А вот вы-то сами как сбежали? – спросила Кристал.
– О, это вообще необыкновенная история. Просто чудо… Нас под надзором направили за какими-то вещами или инструментами. Мы смогли задурить им головы и выскочить. А там соседний инженерный отсек, а в нем спасательные капсулы. Я знаю некоторые инженерные коды, вот и выскочили. Патруль нас подобрал. Я им инженерные схемы станции передал, которые успел «срисовать». Вот и весь подвиг… Сами видите ничего особенного, и гордиться, в общем-то, нечем.
Скромность Танкройта с его весьма светлым таким притягательным лицом и взглядом очень сильно влекли Кристал. В какой-то момент она поймала себе на том, что ищет причину или повод пригласить «Тэнка» к себе в гости. Она сама смутилась от собственного желания и даже немного покраснела. Было, все же, нечто мелкое и, как будто, незначительное, что немного раздражало Кристал в нем. Это его странная, если не сказать, дурацкая привычка потирать ладонью комбинезон на груди, будто у него была чесотка какая, или же он прятал там что-то выпирающееся и мешающее. Сколько Кристал не всматривалась, никаких выпуклостей или бугров под комбинезоном на груди не замечала. «Медальон!». Мысль поразила ее своей внезапно и такой, как казалось, очевидной догадкой, из-за чего она еще больше возжелала увидеть его у себя в апартаментах. Однако дальше желания дело у нее не двигалось. Как-то намекнуть или пригласить его под неким предлогом даже через личное мысленно обращение по нейро-каналу она не решалась. Наоборот, каждый раз при возникновении подобного намерения ее сковывал какой-то стыд. Она тупила взор или отворачивалась в сторону, будто уже совершила с ним что-то неприличное для замужней женщины. «Какая же ты лживая сволочь, Мерки!». Впервые за более чем год Кристал сильно разозлилась на Меркури, что он ее бросил ради своих «игрищ».
Обсуждения дальнейших планов уже шли где-то на фоне. Кристал то и дело посматривала украдкой на Танкройта, за его мимикой, телодвижениями, пальцами рук. Ей было интересно в нем все. Обсуждения важных дел отошли на второй план. Она делала вид, что вникала, но по факту же просто соглашалась со всем сказанным.
По итогу была назначена дата проведения референдума о принятии декларации независимости Марса от ФСМ. Особым разделом в референдуме о независимости был момент об участии в голосовании самих беженцев. Гельмут не без помощи ИИ юридически грамотно обернул все это в нейтральный формуляр «о соблюдении норм Конвенции». Кроме того, в случае принятия независимости, беженцы с Земли получали с марсианами равные права и возможности. Это условие для простых обывателей было сокрыто. Конвенция предусматривала участие в выборе независимого планетатора всех заинтересованных сторон. Федерация все еще представляла весомую силу на Марсе, хотя бы потому что полк 114-ой мех бригады не утратил свой потенциал даже временно лишившись командира. И Гельмут, и Кристал, и даже Айзек с Танкройтом прекрасно понимали, что силы ФСМ могут совершить свой ход и обезглавить всю сепаратистскую администрацию Марса. Общей план с референдумом зиждился на очень зыбкой почве того, что силы Федерации не решатся вмешаться в политические процессы без командования.
